- -
- 100%
- +
Глава 1.
Оля.
– Да! Вот так! Да! О-о-охххх… Как же хорошо! О-о….х-х-х…
Прошу любить и жаловать – Андрей Якубов, мой дорогой муж, вторая половинка и опора…
Корчится от удовольствия прямо надо мной.
Сейчас больше похож на пятнадцатилетнего школьника, которому наконец дали. В том самом смысле. И, судя по удовлетворённому лицу, скукожившемуся похлеще возбуждённой мошонки, дала не какая-то там девка, а первая красавица школы.
Смотрю на него и думаю: жаль, что не могу испытать того же…
Я чувствую член, чувствую, как он входит и даже чувствую, как он пульсирует, оттягивая момент экстаза.
Но не чувствую возбуждения.
Смазки хватает только на то, чтобы Андрей не тёрся о сухую плоть, а наслаждался процессом в полной мере. Радует хотя бы то, что за все эти годы я не превратилась в фригидную суку и до сих пор могу получать хоть какое-то удовольствие.
Он упирается руками в кровать, оставляя глубокие вмятины на матрасе. Даже не смотрит на меня.
Снова остановился.
– Да-ааа… – протягивает с удовольствием.
Сразу после этого начинает кряхтеть.
Как будто кто-то заглушил трактор.
Я чуть приподнимаюсь. Срываю одеяло. Смотрю на его дёргающиеся чресла и вопросительно восклицаю:
– Уже?!
Спрашиваю с надеждой, потому что очень хочу, чтобы он не заканчивал так быстро. С того момента, как его член вошёл в меня, прошло пять минут. Пять! Минут! А он уже дрожит так, словно трахнул порнозвезду.
Будто ему дала сама Скарлетт Иоханссон.
Так и не дождавшись ответа, я наблюдаю за мужем, что медленно сползает в сторону и валится вбок. Продолжаю таращиться на него в надежде получить ответ. Но он даже не смотрит в мою сторону – лежит с закрытыми глазами. Того и гляди вот-вот заснёт.
Толкаю любимого в плечо. Он нехотя опрокидывает голову. Ну точно! Почти уснул.
– Да? Что такое любимая? – спрашивает так, словно ничего не произошло.
Оно и не мудрено! Ничего ведь и не произошло!
– А как же я?!
– Что ты? А-а… Ты об этом… – чуть приподнимается, пододвигается ко мне. Ладонь касается щеки. Медленно поглаживает. – Дорогая… давай в следующий раз. Я так устал.
Отыгрывает на все сто. Если бы мы были знакомы всего пару дней, я бы, может, даже и поверила. Но мы вместе почти восемь лет. Семь лет и три месяца, если быть точной. И за это время я поняла одно… Чем чаще даёшь мужику, тем реже он задумывается о твоих оргазмах.
– Устал?! – Для верности я повторяю: – Устал?!
Просто хочу быть уверенна, что расслышал. Судя по его «уставшему» виду, он всё ещё думает не той головой.
– Дорогая, прошу, не начинай… – выражение его лица продолжает настаивать на переутомлении. – Ты целыми днями сидишь дома. Я целыми днями на работе. Хотя бы в постели я могу отдохнуть?
Падаю на спину. Взгляд утыкается в потолок. Мне нечего ответить. Точнее… есть, но я не буду. Не сейчас. То, что меня уволили из-за банкротства кампании, это ведь не моя вина. Но он прав – я целыми днями сижу дома. То, что я целыми днями занимаюсь домашними делами: готовлю, убираюсь, а недавно и вовсе взялась за переклейку обоев в прихожей – это ничего. В спортзале – и только для того, чтобы ему было приятнее меня трахать! Ладно, если бы он действительно трахал, так ведь это нормальным трахом даже не назовёшь! Хорошо, что хотя бы грудь не стала накачивать силиконом.
А ведь и такая мысль была…
Ерунда! Я же всё равно сижу дома!
Да, конечно, он прав! А то, что он уже лет восемь как не удовлетворяет меня в постели, за исключением тех редких случаев, когда всё же удаётся уговорить его на оральные ласки, – это тоже ерунда. Главное то, что я целыми днями сижу дома! Целыми днями! Целых две недели! Вот же иждивенка! И ведь за ипотеку плачу! И продукты в дом покупаю! Но нет! Как только дело доходит до постели, оказывается, что я просто сижу дома и ничего не делаю!
Как же достало!
Поднимаюсь с кровати, забираю бельё и иду в ванную. Перед тем, как выйти из комнаты, слышу храп. Думаю: с ума сойти… устал, так устал… целых пять минут! Вот так рекорд!
Захожу в ванную, включаю воду, бросаю бельё в корзину и забираюсь ванну. Следующие пятнадцать минут я удовлетворяю себя самостоятельно. С помощью душевой лейки, сильного потока воды и второй руки. Мне противно от того, что я делаю, противно от самой себя и от того, что я до этого докатилась. Но я не знаю, как иначе. Где-то когда-то читала, что такой способ самоудовлетворения приводит к потере влечения к партнёру. Но если бы я начинала до того, как любимый муженёк перестал меня удовлетворять, наверное вообще бы не почувствовала его присутствия во мне. Так я хотя бы понимаю, что процесс идёт…
Это просто невозможно… Просто невероятно…
Именно так думаю я, когда наконец дохожу до экстаза. Самое смешное, что мои мысли имеют двойное значение. Невозможно, потому что просто невозможно жить так, ходить постоянно неудовлетворённой и всё равно продолжать любить человека, которому плевать, кончила ты или нет. Невероятно, что такое происходит в двадцать первом веке, когда секс пропагандируют чуть ли не из каждого источника информации. Но при этом невозможно больше терпеть, когда кажется, что я вот-вот лопну от перевозбуждения. Просто невероятно, что меня удовлетворяют коммунальные службы, а не любимый муж.
Содрогаюсь в конвульсиях, дрожу всем телом. Слышу собственное прерывистое дыхание. Кровь шумит в голове. Я роняю лейку, хватаюсь за края ванной, впиваюсь в них пальцами. Ещё чуть-чуть и она треснет. Я кончаю. Долго, но прерывисто. Меня дёргает. Рукой тянусь к низу живота, проскальзываю к клитору. Одно лёгкое касание заставляет содрогнуться ещё сильнее.
Через несколько секунд всё заканчивается.
Я расслаблена. Сама невозмутимость. Лежу с закрытыми глазами. Рада осуществившемуся желанию. Кончила впервые за месяц. Улыбаюсь, как дура. Посмеиваюсь. Но, как только отпускает, прихожу в себя, и смех переходит в истерику. Рыдания.
Ещё чуть-чуть, и сойду с ума…
Беру себя в руки, выползаю из ванны, умываюсь и бреду на кухню. Открываю ящичек с таблетками, достаю противозачаточные. Принимаю. Всё потому, что любимый обожает кончать не вынимая. Ему так приятнее.
Я и не спорю.
Не спорила раньше. Сейчас с каждым новым днём в голове зреет дикое желание наорать и послать куда подальше. Ужасно хочется сказать, чтобы он кончал, не выходя из своей руки и вообще забыл о сексе со мной. Да! Именно так! Именно так я и скажу завтра утром.
Кладу таблетки обратно, иду в спальню. В комнате стоит ужасный храп. Подхожу к любимому, толкаю его, сонное тело переворачивается на другой бок. Храп исчезает. Подхожу к комоду, достаю комплект белья и пижаму. Как же давно я не спала в пижаме. Но с сегодняшнего дня буду спать только в ней. Не собираюсь показываться перед мужем голой до тех пор, пока он не исправится.
Одевшись, залезаю на кровать.
Через пару секунд рука Андрея обхватывает меня. Устало выдохнув, возвращаю её хозяину, а сама жалею – хочу, чтобы всё было как восемь дет назад. Когда мы могли заниматься этим часами. Когда Андрей, закончив в первый раз, шёл в бой по новой и уже не заканчивал так же быстро. Мы могли заниматься этим всю ночь и нам было приятно вместе. Нам было приятно спать в обнимку, касаться друг друга и просто смотреть друга на друга в тишине. Я ужасно хочу вернуть всё назад, но не так-то просто стереть из памяти восемь лет семейной жизни.
Рука Андрея снова пытается обнять меня. На этот раз я поднимаюсь с кровати. Достаю из шкафа свежестиранное постельное и иду в гостиную.
Укладываюсь на диване.
Ещё несколько минут перед тем как заснуть, думаю, как же хорошо, что у нас нет детей. Впервые за время нашего брака, я всерьёз задумываюсь о разводе. Ещё несколько лет, и мне точно не видать счастливой жизни. А то, как я живу сейчас – ипотека, муж, что думает только о себе, и отсутствие детей – это не та жизнь, которую я бы назвала счастливой.
– Оль, ты чего? – слышу голос Андрея.
Сначала кажется, будто мне приснилось, но несколько секунд спустя я понимаю, что нет.
– Иди в кровать, – говорит он. – Ты чего удумала?
– Я больше не хочу, – отворачиваясь к спинке, отвечаю я.
– Чего не хочешь? Оль… Ты что?
Его голос всё ближе. Я не могу допустить, чтобы он подошёл, чтобы коснулся меня. Уже и так чувствую, как по щекам начинают стекать слёзы.
– Отойди! – кричу я. – Не подходи ко мне!
Сильнее заворачиваюсь в одеяло.
Андрей предпринимает последнюю попытку. Ужасную, но всё же…
– Оль… – говорит он.
После этого я не выдерживаю: откидываю одеяло, разворачиваюсь к нему и сажусь.
– Проваливай! Я же сказала! Уйди! Не хочу тебя видеть! Просто… простой дай мне побыть одной…
Хватаюсь за голову, закрываю мокрые глаза и слышу, как он молча уходит.
Так я и остаюсь совсем одна…
Глава 2.
Слава.
Секретарша заходит в кабинет не поднимая головы. Половину помещения проходит, глядя в бумаги, сложенные на планшете.
– Вячеслав Аркадьевич, документы по китайской сделке только что при… Боже!
Наконец поняла, что не вовремя.
Прямо сейчас девушка, которую я по какой-то непонятной причине называю женой, сидит под столом и обрабатывает мой инструмент с таким вожделением, словно это грёбаный леденец. Её даже не смущает присутствие постороннего. Даже после появления секретарши, она продолжает насаживаться губами на член, жадно при этом причмокивая. Кажется, ещё чуть-чуть и она предложит секретарше присоединиться.
– Положите на стол, – киваю.
Молодая девушка в белой офисной блузке и офисной юбке-карандаш аккуратно подходит к моему рабочему месту. Только сейчас, глядя на неё, понимаю, что член затвердел ещё сильнее.
Конечно же, жена замечает это.
– М-м, дорогой, – оторвавшись от хуя, говорит она, – похоже, твой дружок хочет тройничок.
Она продолжает ласкать агрегат рукой. Даже не думает отпускать. В какой-то момент чувствую, как она снова облизывает головку, отчего тут же вздрагиваю. Блять! Даже мне неловко. Хотя именно я здесь директор.
Да что же это, блять, такое!
Отталкиваю жену, пытаюсь запихнуть возбуждённый агрегат в штаны. С трудом, но получается.
Девушка вылезает из-под стола. Проводит пальцем по губам.
– Камилла Сергеевна, – секретарша слабо кланяется жене.
– Привет-привет, – Камилла игриво улыбается.
Уже три года женат на этой сучке и всё равно умудряюсь удивляться.
– Не желаешь присоединиться? – уже напрямую спрашивает Камилла.
Секретарша в шоке от такого вопроса. Она смотрит на меня выпученными глазёнками, надеясь, что хотя бы я скажу что-нибудь адекватное.
Снова киваю на стол.
– Спасибо, Ира, – говорю как можно спокойнее. – Положите документы и можете быть свободны.
Девушка кладёт бумаги и делает шаг назад, словно моя жёнушка какой-то зверь. Возможно… Но зверь чересчур привлекательный. С идеальным личиком, без ботокса в губах, с натуральной задницей и сиськами. Блондинка.
Короче, идеал.
Но её маниакальная тяга к сексу иногда просто вымораживает. Она думает, что мужикам нужно только одно – якобы мы любим только если нам сосут до потери сознания. Но… Но, кажется именно так она и затащила меня под венец.
Получается, никаких, блять, «но»!
– Если что-нибудь будет нужно… – неуверенно произносит секретарша, то и дело поглядывая на Камиллу, – вы знаете, я рядом…
Так же неуверенно она указывает на дверь, за которой располагается её рабочее место. Как будто я и без неё, блять, не знаю. Ладно… понимаю, что она говорит так потому, что просто не знает, что сказать. Окажись я на её месте… Ага, шас! Делать мне больше нехуй, кроме как на месте секретуток оказываться!
Киваю.
Вслух говорю только:
– Хорошо, Ира.
Одарив Камиллу ещё одним взглядом, девушка разворачивается и уже собирается уйти.
– В следующий раз, – останавливаю её, – предупреждайте, если собираетесь зайти.
Ира слабо кивает, и наконец уходит.
Камилла присаживается в кресло. Не в офисное, а в мягкое, кожаное, каких у меня в кабинете целых три. На случай важных переговоров.
Я тяжело вздыхаю. Говорю:
– Неловко вышло.
– Неловко? – удивляется Камилла. – Разве ты против тройничка? К тому же… разве ты не пялишь её?
Блять… всё знает. Не скрыться.
– Я не против. Но иногда меня смущает то, что ты не против.
Камилла поднимается, делает пару лёгких шагов. Звук её шпилек слышен по всему кабинету. Секс-бомба наклоняется над столом так, что её груди чудом не вываливаются из огромного декольте. Тянет руку, касается подбородка, и говорит:
– Дорогой, ты же знаешь, что я на всё готова ради тебя.
– Думаешь, это норма?
Камилла целует меня в щёку, затем возвращается в кресло.
– Ты же знаешь, что я гораздо умнее всех этих женщин. Я понимаю, что потребности мужчины нужно удовлетворять. Если мужчина хочет другую женщину, это плохо. Значит, мне не удалось удовлетворить его так, чтобы он не думал ни о ком, кроме меня. – Она разводит руками. – Но, если ты хочешь, я не могу стоять у тебя на пути. Лучше дать тебе то, что ты хочешь, чем устраивать истерики и трахать мозги.
– Это работает только с богатыми мужиками, верно? – спрашиваю, попутно перелистывая документы.
– Ты как всегда прав, дорогой, – улыбается Камилла. – Чем ценнее мужчина, тем больше приходится вкладываться. Не только в мужчину, но и в себя.
– Слава богу, ты не вкладываешься, – краем зрения поглядываю на жёнушку.
Камилла поправляет сиськи. Говорит:
– Потому что я слишком хороша для этого.
Она хватается за декольте и стягивает его, оголяя лифчик. Подходит прямо ко мне, наклоняется и сдвигает чашечки вниз.
– Или ты не согласен? М? Дорогой.
Затвердевшие соски гипнотизируют. Оторваться невозможно.
– Не сейчас, – пытаюсь быть вежливым. Аккуратно отталкиваю жену. Повторять дважды не нужно. Она всегда понимает с первого раза.
Камилла возвращается за сумочкой, вешает на плечо, оборачивается ко мне и говорит:
– Если что, звони, любимый. Приеду по первому зову.
Перед тем, как выйти из кабинета, посылает воздушный поцелуй.
Наконец я один.
Как я до этого докатился?
Ещё десять лет назад я был никем. Не то чтобы неудачником – просто обычным парнем, без особых перспектив на жизнь. У меня была девушка. Её звали Оля. Прекрасная девушка, до которой, как мне тогда казалось, мне просто не допрыгнуть. Каждый раз, глядя на неё, я пытался понять, Что такая, как она, нашла в таком, как я. И каждый раз не находил ответа. Спустя два года мы расстались. Из-за моей же дерьмовой самооценки – просто я думал, что не достоин её. Всегда пытался прыгнуть выше головы. А ей было насрать. Она не ждала от меня каких-то высот. Ей нужна была не важная шишка, а простой, любящий мальчишка.
Она просто хотела быть рядом.
Звучит черезчур сопливо для генерального директора строительной кампании, поднявшегося с нуля, жена которого позволяет ему трахать любое мясо.
Но такова правда моей ебанутой жизни.
Теперь я шишка. Я удовлетворил свои потребности, закрыл подростковый гештальт, но потерял, наверное, самое ценное, что у меня было. Нет, я сейчас не про Олю. Я сейчас про душу. И даже если бы судьба снова свела нас с Олей, я не думаю, что в груди снова что-то ёкнуло бы. Потому что я больше не верю в любовь. За восемь лет строительства империи я научился не доверять людям.
Именно поэтому сейчас женат на Камилле. Мог бы и не жениться, но эта женщина оказалась на столько хороша, что даже не запрещает мне ходить налево. Мы оба понимаем друг друга. Оба живём по своим правилам, чуждым остальным. Мы не собираемся заводить детей, не планируем быть нормальной семьёй. Просто живём, чтобы наслаждаться моментом. Не скажу, что грёбаный строительный бизнес – это то, о чём я всегда мечтал, но именно он позволил купить то, на что раньше не хватало денег.
В офис снова входит Ира.
– Вячеслав Аркадьевич…
Не успевает она договорить, как я перебиваю:
– Я же просил предупреждать.
– Ваша жена ушла, – говорит она уверенно. – Поэтому я решила…
– Ты решила?! Поглядите на неё! Она решила! Какая же ты самостоятельная девочка, да? Что ты ещё решила?
Если бы знал, что она ответит, ни за что бы не задал этот вопрос.
– Я решила уволиться. Зашла как раз для того, чтобы сказать вам об этом.
Поначалу кажется, что это шутка. Нет, я не считаю её лучшим работником, и уж точно не считаю лучшей секретаршей, но… она работает на меня уже два года. Если уволится, придётся искать новую. А это лишние проблемы, лишнее время, к тому же не факт, что новенькая будет понимать меня так же, как понимает Ира.
Лишние, блять, проблемы.
– Что? Мне не послышалось? Уволиться?
– После сегодняшнего инцидента это будет самым разумным решением.
– Всё из-за Камиллы? Хочешь уволиться из-за ерунды, которую она наговорила? – Поднимаюсь, обхожу стол, подходя ближе к девушке. – Ира, я думал, что за эти два года мы сработались. Что тебя не устраивает? Заплата? Ты и так получаешь чуть ли не как мой зам. К тому же… ты ведь и сама была на месте Камиллы.
А это ты нахуя припомнил? Баран!
– Я понимаю, что ситуация не самая приятная. Сам не в восторге от того, что тебе пришлось увидеть. Но давай не будем раздувать скандал.
Ира отстраняется.
– Я не раздуваю, Вячеслав. Просто… Просто… – пытается отгородиться ладошкой, – просто хочу уволиться. Я устала.
Даже не даёт произнести ни слова. Разворачивается и спешно покидает кабинет.
Я снова один…
Глава 3.
Оля.
Ночь, улица, фонарь… молодёжный клуб. Могла бы сказать, что не знаю, какого чёрта я тут забыла, но я знаю. Всё на столько плохо, что я вынуждена идти в грёбаный клуб с мыслями о возможной измене.
Никогда о таком не думала, и вот опять.
Мне мерзко, противно, но я больше не могу оставаться неудовлетворённой. Если встречу принца на белом коне, точно уйду от мужа. Да хоть на чёрном. Можно вообще без коня. Лишь бы член был и кончал не за пять минут.
Чёрт!
Оля! Как будто это самое важное? С ума сошла? Что ты здесь делаешь?
Останавливаюсь, смотрю на охрану, людей, столпившихся у лестницы.
– Чего замерла, подруга? – Крис толкает в плечо.
Гляжу на неё офигевшими глазами.
– Не могу.
– Не начинай, а! – Крис строит усталую мордашку. – Просто зайдём, выпьем по паре коктейлей, и обратно. Не хочешь никого цеплять, не надо.
Последний раз я виделась с Крис года два назад. Мы хорошо дружили в школе. Были чуть ли не лучшими подругами. Она – первая красавица школы, а затем и института, от которой мой любимый кончил бы за пару минут. Я – её более скромная подруга.
Ещё с нами была Оля. Три идеальные стервы.
Только Кристина стерва похлеще остальных.
Она никогда не гнушалась раздвигать ноги перед любым, кто мог принести выгоду, чего нельзя было сказать о нас с Олей – меня всегда передёргивало от мысли, что я отдамся за хорошую оценку или за зачёт по технической механике. Приходилось выкручиваться лёгким флиртом, впоследствии переходившим в игнор.
Как вспомню, что пользовалась своей красотой для получения хороших оценок, так тошно становится.
Сейчас не лучше…
– Давай, не гони, – Крис легонько подталкивает вперёд.
Я поддаюсь, делаю неуверенный шаг, затем ещё один. Мне некомфортно. Уже забыла, каково это – ходить на шпильках. Особенно, в ботфортах. Чувствую себя шлюхой. Под пальто – чёрное трикотажное платье, слабо прикрывающее бёдра. Чёрные капроновые колготки и чёрное кружевное бельё.
Ну точно шлюха…
Мы подходим к лестнице. Лестница явно не для приличного заведения, а для какого-нибудь металлургического завода. Краска на поручнях отваливается, ступени зашарканы.
Встаём с конца толпы. Вокруг – одни мужики. Редко увидишь девушек. Из тех, что есть – либо в парочке, либо выглядят хуже, чем моя половая жизнь. Долго думать не приходиться, быстро понимаю, какие здесь условия входа.
Крис поднимает руку, пытается подпрыгнуть. Выдаёт несколько выкриков в сторону охраны, после чего обращается уже по имени. Один из амбалов замечает её потуги, тут же начинает расталкивать впереди стоящих, жестом приглашая пройти к нему. Подруга хватает меня за руку и ведёт через толпу недовольных мужиков.
– Пропустите девушек, – гневно рычит охранник.
Чудом не происходит перепалка: какой-то мужлан в первом ряду не рад, что ему приходится ждать целый час.
– Так вали отсюда на хуй! – звучит закономерный ответ охраны.
Кристина кое-как затаскивает меня на лестницу. Амбалы в костюмах отрезают нас от толпы негодующих. Крис подмигивает своему другу, как-то нездорово прижимается к нему и целует прямо в губы. Охранник не сопротивляется. Краем глаза я подмечаю, как она шерудит в районе его паха.
С ума сойти! На что я только подписалась!
Крис отстраняется, снова хватает мою руку, подмигивает дружку и тащит меня наверх.
Два пролёта, и мы на месте.
Входим внутрь. Снова амбалы в костюмах. Сначала гардероб, затем проверка металлодетектором. Кристина встаёт первой, поднимает руки.
– Запрещённые вещества, острые предметы… – рутинно бубнит мужчина с залысинами.
На вид ему не больше тридцати, но волосы явно с этим не согласны. Если судить по залысинам, психологический возраст – пятьдесят. При чём здесь психологический? Сама не знаю.
Облапав подругу везде, где только можно, охранник лениво кивает в сторону турникета.
Моя очередь.
Я терплю. Терплю, когда ладони скользят возле груди, когда они опускаются на живот, и затем плавно переходят на спину. Когда они оказываются чуть ли не на заднице, я терпеть не могу. Только собираюсь возмутиться, как охранник убирает руки. Он смотрит на меня безразличным взглядом. Кажется, ему вообще плевать на женские задницы. Судя по упавшим векам, он налапался их столько, что скоро будет тошнить.
Кристина машет. Хочет, чтобы я быстрее прошла к ней. Делаю шаг. Крепкая рука тормозит.
– Сапоги, – с трудом выдавливает амбал.
– Что? – не понимаю. – Снять?
Ещё чуть-чуть… вот оно! Сдаётся. Веки падают окончательно, глаза закрываются.
– Ладно, – наконец говорит охранник, – иди.
Я прохожу через турникет, буквально тут же в уши пробивает басс. Перепонки чудом остаются целыми. Ноги дрожат, но не от страха – из-за громкой музыки пол ходит ходуном. По крайне мере, мне так кажется. И чем ближе мы к залу, тем сильнее удары. Ещё чуть-чуть, и меня начнёт подкидывать.
Крис не отпускает, тащит за собой. Доводит до барной стойки, забирается на стул, закидывает ногу на ногу. На секунду платье девушки задирается так, что можно увидеть краешек ягодицы. Она быстро поправляет подол. Натягивает так, что он вот-вот порвётся. Кивает на стул.
– Садись! – орёт.
Но даже я слышу её с трудом.
– Чего?!
– Садись, говорю!
Перед тем как сесть, предусмотрительно держу край платья, чтобы он не задрался. Подруга смеётся, глядя на меня. Стараюсь не обращать внимания.
Крис пододвигается ближе и говорит:
– План такой: нужно найти лошка, который за нас заплатит!
– Заплатит?! – удивляюсь.
– А ты что, собралась платить сама?! – осуждающе мотает головой. – Я не для того по таким местам хожу, чтобы платить за себя сама! Нужно пользоваться тем, чем одарила природа!
Проводит руками вдоль тела, извиваясь, словно змея.
Я же с каждым разом всё сильнее и сильнее жалею о том, что написала Кристине. Знала же, на что иду. И всё равно нарвалась. Неужели всё на столько плохо? Хуже некуда, Оля…
Решаю отвлечься телефоном. Достаю из сумочки и таращусь в экран, пока Кристина осматривается по сторонам, выискивая жертву.
Десять пропущенных от мужа.
Решаю перезвонить.
– Да?! – орёт так, будто это не он названивает мне весь вечер. Благо дальше исправляется: – Ты где, мать твою?!
Мать твою? Интересный лексикон.
– Мою мать не трогай!
Складывается ощущение, что я переговариваюсь с гопником.
– Я спрашиваю: ты где?! Что за музыка?!
– Не твоё дело! – ловко верчу хвостом.
– Время видела?! – продолжает орать. – Совсем сдурела?!
Злость напирает с невероятной силой. Хочется резануть, задеть за живое. Какое право он смеет так разговаривать со мной?
– Самое время для поиска любовника! – дерзко отвечаю я.
– Ты ахуела?!
Усмехаюсь. То ли я схожу с ума, то ли действительно забавно. Неужели мне уже на столько плевать на мужа? Семь лет? Да к чёрту эти семь лет! Завтра я пожалею об этом, но сегодня…
Крис, словно прочитав мои мысли, уже умудрилась заказать непонятного пойла в рюмках. Одну протягивает мне. Я выпиваю, не задумываясь ни на секунду.