- -
- 100%
- +
Глава первая: Шипы розы
До смерти Солнца осталось четыре с половиной миллиарда лет.
Холодные пески Марса заметали всю округу и попадали в его глаза. Его начинало тошнить от радиации. Его лёгкие горели от недостатка воздуха. Он пытался идти вперёд, но не мог. Его длинные ноги вязли в песке. Гравитация, чувствующаяся инородной, отталкивала его. Он не мог стоять. Не мог идти. Он мог лишь кричать от боли и медленно ползти вперёд. Но никто не мог услышать его крик и некуда ему было ползти.
***
– Эй, не спи. Скоро начнётся. – Прошептал Элиас, и Вацлав резко открыл глаза, поняв, что задремал, медитативно ожидая команды. Его тело покрылось мурашками и потом, а сам он чувствовал себя невероятно усталым, но быстро собрался с силами.
– Начинаем штурм, – произнёс безэмоциональный голос из рации.
Вацлав выбил ногой дверь и ворвался внутрь.
– Всем лежать! – крикнул он, направляя свою винтовку на врага. Гул сервоприводов издаваемый экзоскелетами Элиаса и Вацлава был единственным, что слышалось в следующую секунду.
Люди внутри были рабочими и сразу сдались, подняв руки.
– Отведи их к машине и запри там. Я посторожу вход, – произнёс Элиас и Вацлав кивнул, уводя сепаратистов.
По пути он оглянулся наверх. Вдалеке вверху виднелся полупрозрачный купол, накрывающий этот район города А дальше за куполом – закатное голубое небо Марса.
Вацлав не отвлекался и отвёл преступников до автозака, после чего закрыл их там и быстро вернулся к напарнику, который всё это время выцеливал хоть кого-нибудь в металлических коридорах.
– Идём вперёд, – произнёс уверенно Вацлав.
Не успели они прошагать и двух метров, как на них выскочил мужчина в боевом экзоскелете и чёрной балаклаве. Он двигался быстро и уверенно, сразу направив пистолет на солдат.
Выстрел.
Вацлав закрыл собой Элиаса, а потом мгновенно выстрелил в ответ.
– Агх! – пуля Вацлава прошла в живот преступника, который теперь лежал на полу, схватившись за живот и пытаясь остановить кровотечение.
Пуля преступника застряла в бронепластине на груди у Вацлава.
– Давай, быстрее, отнеси его медикам. Я, пока, отыщу склад, – сказал Вацлав и Элиас согласился.
– Не трогай моего сына! – прокричал раненый преступник, пока его утаскивал Элиас.
Идя вперёд с винтовой наперевес, он тяжело дышал и постоянно озирался. Вдалеке были слышны выстрелы от битвы главной оперативной группы. Подойдя к первой металлической двери, он выдохнул, напряг мышцы и выбил дверь, после чего, одновременно с летящей в стену дверью, он вбежал внутрь, целясь винтовкой во все стороны.
Внутри сидел мальчик где-то 10 лет. Он держал пистолет направленным прямо на Вацлава. Но мальчик замешкался. Как замешкался и сам Вацлав. Они оба держали друг друга на мушке.
– Уходи. Тебя не арестуют, ведь ты ещё ребёнок. Просто уходи, – аккуратно произнёс Вацлав, после чего мальчик, продолжая держать протектора на мушке, вышел из комнаты и… выстрелил.
Вацлав, от шока, опешил и попытался отпрыгнуть, но пуля попала туда же, куда и пуля отца мальчика.
Из коридора послышались выстрелы и Вацлав увидел, что произошло с ребёнком. Два выстрела в грудь и один в голову. Он был мёртв.
Вацлав повернулся назад и его вырвало…
– Нет… Он выстрелил первым… Я сделал то, что должен был по протоколу… Он просто террорист, – прозвучал голос успевшего вернуться Элиаса.
Да.
Конечно.
Продолжай так думать.
Вацлав вышел из комнаты и переступил труп.
– Пожалуйста, посторожи вход, пока я буду искать склад, – тихо произнёс Вацлав. Лучше будет, если Элиас уйдёт от сюда и больше никогда не увидит этот труп. Его товарищ кивнул и пошёл обратно.
Вацлав выбил следующую дверь. Она вела в ещё более узкий металлический коридор, чем тот, в котором только что была перестрелка и вёл вниз. Вацлаву, в свою очередь, ничего не оставалось, кроме как пройти внутрь.
Он прошёл дальше и спокойно открыл дверь ведущую на склад. Внутри было очень много военных сухпайков, а также снаряжение, боеприпасы, винтовки и, что самое неприятное, бомбы. Порядка полусотни бомб образца «Л-50», каждая из которых буквально способна стереть половину этого района.
– Я нашёл склад. Здесь бомбы, как и сказал информатор, – доложил Вацлав по рации, после чего передал координаты.
– Вас понял. Высылаем подкрепление, – отозвались из рации.
Под словом «информатор» имелся в виду боевик из организации «Шипы розы», которого вынудили рассказать, где именно они хранят оружие для будущего теракта.
Вацлав, в свою очередь, почувствовал боль в груди, куда попали две пули. Видимо, броня не смогла защитить полностью. Он ударил себя по месту боли, после чего лекарство-коагулянт, скрытое внутри брони, активировалось и было вколото в рану, помогая залечить её и убирая боль.
Тем не менее, Вацлав чувствовал себя физически плохо. То ли это побочный эффект от лекарства, то ли адреналин, выделившийся после выстрела, начал пропадать. Протектор выдохнул и сел у стены, что сопровождалось звуком гула сервоприводов и грохота от тяжёлых пластин. На Марсе гравитация почти в 3 раза слабее, но даже так вся броня и экзоскелет весили много. Но, несмотря на всё, он при этом ощущал невиданную бодрость. Силу, которую он никогда ранее не чувствовал.
Вскоре, операция была закончена.
***
– Протекторы! Вы все молодцы. Мы не потеряли никого, но захватили целый огромный склад, – объявил командир, перед всеми. Его звали Аарон. 210 сантиметров ростом и, при этом, очень мускулистый. Учитывая гравитацию Марса, большинство его жителей были достаточно слабыми, в сравнении с переселенцами с Земли и могло показаться, что он землянин. Но Аарон родился и вырос именно на красной планете. – Вацлав Чжао, сегодня твой первый подстреленный террорист. И у Элиаса тоже. Хорошо сработались. Молодцы. Продолжайте исполнять свой долг! – также сказал Аарон прямо перед всеми. Вацлав лишь кивнул. Он не мог больше ничего сказать по этому поводу. С его ряда не было видно, как на это отреагировал Элиас. – Это была важная операция против сил террористов. На складе мы захватили тонны боеприпасов и сотни винтовок». – Все удивлённо вздохнули, кроме Вацлава, который видел этот склад в живую. Его скорее удивило то, что никак не упомянули бомбы.
***
После работы в участке, где ему пришлось писать доклад, он, оставив всю амуницию, кроме табельного пистолета, отправился домой.
Узкие улочки Верхнего Маринера были прекрасны. Зелёные и чистые. На них было не жарко, как в Олимпе, но и не холодно, как в поселении Норт на северной ледяной шапке Марса. Дома в Верхнем Маринере были, обычно, двухэтажными или трёхэтажными. Зачастую, внешне, напоминали строения со старых фотографий с Земли. Таких городов на той планете больше не было, но здесь подобное уютное место всё ещё оставалось. Вацлав сел на одной из лавочек в парке, через который он шёл, и решил просто посмотреть на небо. Большой яркий Фобос и далёкий Деймос светили на ночном небе, вместе с мириадами звёзд. Но его взгляд привлекали не они, а одна маленькая голубая точка на небосводе.
– Прекрасный город? – спросила девушка, подсаживаясь к Вацлаву, прерывая его мысли. Она была очень красивой С короткой светлой стрижкой и очень милым лицом. При этом она выглядела сильной.
– Да… И небо очень красивое – ответил Вацлав, контролируя голос.
– Вы родились на Марсе? – уточнила девушка. Впрочем, землянин ростом в 190 метров и длинными конечностями был редкостью, поэтому Вацлав лишь кивнул. – Знаете. Мои друзья… Они тоже любят наш город и Марс. И они хотят Марсу всего наилучшего.
– А кто ваши друзья? – «Какая-то благотворительная организация? Ну… Мне выплатили премию, могу и пожертвовать…»
– Песчаная роза. – Уверенно произнесла девушка.
Эта организация боролась за автономию Марса, но было известно, что у них есть связи с «Шипами розы». Да что уж там, было очевидно, что Шипы розы были лишь их боевым подразделением.
– Что? Вы… Но ведь вы вне закона, – озадаченно ответил, наконец, Вацлав, отвлёкшись от неба.
– Песчаную розу ещё не запретили. Но, разве, чтобы сделать что-то правильное, нужно разрешение? – Девушка встала, достала бумажку из кармана и передала её Вацлаву. – Если надумаете, через пять дней, в Сол Сатурни, придите по этому адресу.
После этого она быстро удалилась и Вацлав не успел даже ничего ответить. Лишь, когда она отвернулась, он заметил на её руке татуировку «CX».
Глава вторая: Дом
В центре планеты не дремлет машина, левитирующая ровно в середине мира. Создавая обратное от обычного. Питаемая незримым светом, она находит в пустоте оружие. И с каждым днём складывает его капля к капле. Кремниевый человек наблюдает из глубин, становясь всё больше человеком.
***
Вацлав сидел за столом дома и тыкал вилкой котлеты на пару с лапшой. Разумеется, это не настоящее мясо, а искусственное. Но по качеству почти не отличается. Лишь по вкусу, но это его сейчас мало волновало.
Он убил человека…
Его друг, Элиас, стал убийцей… И, хуже того, Вацлав был соучастником убийства. Но это был не просто человек, а ребёнок. Маленький ребёнок, не отдающий себе отчёта… Если бы Вацлав вырвал пистолет из его рук, тогда, Элиасу не пришлось бы стрелять, в попытках спасти Вацлава…
И даже, не смотря на крики внутреннего разума, он не чувствовал себя виновным и даже виноватым Элиаса. Точнее, да, они были виновны. Но они не хотел его убивать. Они не решали, убивать или нет. Решили инстинкты Элиаса, которые появились уже давным-давно, на далёкой голубой планете.
И ещё одна котлета отправилась в рот, незаметно для самого обладателя этого рта.
Внезапно, прозвенел звонок.
– Ало? – мгновенно ответил Вацлав, доставая мобильный телефон из кармана.
– Вацлав, ты дома? Как прошла первая операция? – спросила мама.
– Всё порядке. Ты ведь знаешь, какие строгие правила по безопасности там соблюдают. Пока я не надел на себя пятидесятикилограммовую броню и экзоскелет, они даже чихнуть мне не разрешили на задании. – Вацлав улыбнулся.
– Мы скучаем по тебе. Когда дадут отпуск, возвращайся в Олимп. Мы всей семьёй будем тебя ждать. – Родители не видели его весь год. Сначала академия, а потом сразу работа. Времени встретиться не было вовсе. Но, по правде говоря, здесь ему дышалось свободней.
– Обязательно.
***
После разговора он сразу лёг спать. На улице уже была глубокая ночь, а ему завтра рано вставать.
Он выключил свет в единственной комнате, закрыл шторы и включил белый шум. Гул трансформатора находящегося неподалёку не очень подходил для спокойного сна, поэтому его приходилось заглушать.
«И всё-таки… Что со мной? Почему я чувствую себя почти невиновным?» Мысли роились в голове Вацлава и не давали ему уснуть.
Он уже начинал чувствовать себя виноватым в том, что не чувствует себя виноватым.
Но, единственное, что он мог сделать теперь, это не обвинять себя и товарища, а двигаться дальше. Сделать всё возможное для самоконтроля. Для того, чтобы такого больше было. Нужно будет посоветовать то же самое Элиасу.
Была и другая проблема, с которой он вовсе не понимал, что делать. Листок с адресом и приглашением прийти в первый выходной, в Сол-Сатурни, в какое-то странное место. По картам там находился заброшенный склад.
Сепаратисты… Протекторат Марса натурально воюет с ними. Он лично видел то, как они готовят и проводят теракты. Из-за одного из таких он и решился стать протектором. Но боевики были из Шипов розы, а «Песчаная роза» более мирная ветвь марсианской оппозиции. Тем не менее, нужно доложить начальству и пусть они решают, что делать.
***
Утром, приехав на работу на троллейбусе, он, сначала просто передал мысль, что они не виноваты Элиасу, но тот был в плохом расположении духа и лишь кивнул в ответ, а Вацлав не решился больше мешать ему. После этого он сразу положил доклад своему командиру на стол.
– Значит, вас хотят завербовать? – задал риторический вопрос командир Аарон, на что Вацлав лишь кивнул. – Но ведь это… Прекрасная новость!
– Что? – Вацлав не понимающе посмотрел на улыбающегося командира.
– Вы можете влиться в их ряды и разведать всё изнутри. И, если сможете, найдёте то, за что мы наконец запретим их и прикроем эту лавочку недосепаратистов. – После чего, Аарон решительно встал из-за стала. – С этой минуты не приближайтесь к участку. Любую коммуникацию проводите по телефону. Все звонки и сообщения контролируется и шифруется властями, а потому, можете не беспокоиться за их сохранность.
– Но… Я ведь буквально пол месяца проработал! – удивлённо воскликнул Вацлав. Он шёл в протекторат, а не в шпионское агентство. – А если меня раскроют?
– Тогда просто уйдите оттуда, а лучше вызовите подкрепление, и мы всех там арестуем, а потом решим за что именно. – Аарон хлопнул в ладоши. – Всё, хватит разговоров. С сегодняшнего дня вы злой сепаратист, желающий распада человечества, единого уже сотню лет.
А ведь и правда. 2142 год. Скоро сотая годовщина единения человечества. На Земле все, наверно, готовятся к празднику. А вот на Марсе никто об этом даже не задумывается.
Вацлаву не осталось ничего, кроме как почтительно согласиться и отправиться домой.
Теперь он злой сепаратист. Главное, не потерять, кто он на самом деле.
Глава третья: Рабство
Марс превыше всего.
***
Вацлав пришёл на заброшенный склад за десять минут до того времени, которое было указано в записке. На улице уже была ночь. Он смог забраться внутрь через окно, минуя заколоченную дверь, после чего просто сел у стены возле входа и начал ждать, смотря время на наручных часах.
Через то же окно, вошла та самая девушка.
– Значит, ты решился? – спросила она, садясь рядом. – Почему?
– Мне нравится Марс. Я не совсем понимаю, чем вы занимаетесь, но… – Вацлав задумался. – Я понимаю чувство любви к своему миру. Я понимаю, что вам не приятно, что люди в миллиардах километров от вас решают то, как будут жить здесь. – «Но я не понимаю, зачем вы убиваете мирное население». Впрочем, он не сказал этого.
– Что для тебя Марс?
– Улицы Верхнего Маринера и яркое звёздное небо, – честно ответил Вацлав.
– Ты готов бороться за него?
– Да, готов, – также честно ответил он. «Я готов бороться против таких боевиков как вы»
– Как тебя зовут? – уже более дружелюбно, спросила девушка.
– Я Вацлав Чжао. – Вацлав повернул голову к девушке. – А кто ты?
– Анна Фильк. У меня нет родителей. Их убили протекторы, запытав до смерти. – Её лицо не было видно в темноте, но голос отчётливо давал знать, что она не хочет развивать эту тему.
– Ладно… Но… Чего желает ваша организация? Что вы хотите для Марса? – спросил Вацлав.
– Свободы. Мы желаем полной независимости. Желаем, чтобы людей перестали эксплуатировать, заставляя за гроши горбатиться на шахтах, ресурсы с которых отправятся на иссушенную Землю. – Её голос был столь же строг, что и раньше. – Кстати, ты никогда не задумывался, почему земляне вывозят именно ресурсы с нашей планеты? Почему бы не построить заводы и инфраструктуру здесь, а не на Земле, ведь так было бы гораздо экономичней? – спросила она уже с более весёлым и ироничным голосом.
Вацлав не знал почему.
– Они боятся нас. Они знают, что, если у нас будет власть и возможности, мы бросим своих рабовладельцев.
Вацлав кивнул. Впрочем… А правда, почему? Неужели они считают, что при малейшей возможности Марс взбунтуется?
– Ты работаешь протектором, я знаю, – внезапно объявила Анна. – Ты ютишься в однокомнатной квартире, где даже выпрямиться сложно. Но даже так, ты живёшь в достатке. Пойдём со мной, и я покажу тебе, как живут обычные люди на Марсе. – Она подала руку Вацлаву.
Она догадалась, что я протектор? Но… Она всё равно верит мне. В любом случае, мне дали приказ шпионить. И я выполню его.
И Вацлав взялся за её руку.
***
На следующий день утром они вышли из города, надев скафандры. Рассветало солнце. Недалеко здесь стояли два утяжелённых марсианских мотоцикла, которые заранее подготовила Анна. Они были специально оборудованы для проезда по песчаным дюнам Марса, при этом были специально утяжелены, дабы байки не улетали после каждой кочки из-за низкой гравитации.
Анна, перед тем как сесть на свой мотоцикл, повернулась к Вацлаву и… прыгнула ввысь на полтора метра.
– Ха! Земляне так не могут! – крикнула она в рацию, благодаря которой они слышали друг друга.
Вацлав улыбнулся. Он с детства не помнил, чтобы кто-то так прыгал.
Анна, не справившись, упала на спину, но быстро встала.
Именно поэтому никто так высоко не прыгал в обычной жизни.
Они сели на мотоциклы, завели их и поехали вперёд. Анна вела, а Вацлав следовал за ней.
***
Они приехали на какой-то карьер. Рабочие внутри него копали землю буквально лопатами, одетые в очень старые скафандры без особой защиты от радиации. Также в центре находился огромный стационарный экскаватор, своим ковшом перекапывающий огромные тонны песка. Динамит был редкостью на Марсе, поэтому его использовали лишь при достижении слишком твёрдых пород.
– Но ведь сегодня выходной… – удивлённо заметил Вацлав. Они вместе стояли на холме, с которого было замечательно видно всё.
– Им платят за каждый час работы. И платят ровно столько, чтобы они могли выживать исключительно, если работают каждый день по 12 часов. Под палящим Солнцем и в холодную ночь. Под радиоактивным солнечным ветром. – Она злобно ухмыльнулась. – Они, на своей Земле, о таком даже не задумываются. И ты, наверно, тоже, ведь за переделы города едва ли выходишь. Вот только у Марса нет магнитосферы, который бы защищал его от радиации. Наши скафандры, хоть и слабо, но защищены от такого воздействия, а вот они, – она указала на рабочих, – умирают от лучевой болезни в течении 10-20 лет. При чём, это только на руку властям Земли, ведь лекарства, которые могут отсрочить смерть, стоят очень дорого на Марсе. От того эти люди начинают работать ещё больше, не имея иного выхода.
– Но… Неужели нет других работ?
– Разумеется есть, – иронично произнесла Анна. – Конечно, ведь каждый может легко попасть в университет и отучиться на красный диплом, а потом работать инженером или протектором. Ведь у всех семей есть на такое деньги. – Она вновь оглянулась на карьер. – 2142 год нашей эры… Лопатами копают землю пытаясь добыть драгоценные камешки своим владыкам с другой планеты… Какой стыд. – Она раздражённо повернулась и села на байк.
Нет, она стыдилась не людей, которые выживали как могли. Она стыдилась своего любимого мира, который люди с другой планеты превратили в филиал алчности.
Вацлав ещё остался на некоторое время, смотря на рабочих.
Он заметил, что некоторые из них буквально валятся без сил. У некоторых шлемы захарканы кровью изнутри. И всё это происходило буквально в пятидесяти километрах от его дома.
***
– И что теперь? Всё ещё считаешь, что, на самом деле, Марс может оставаться зависим от этих тварей с Земли? – гневно спросила Анна. Разумеется, она понимала, что Вацлав был с ней не искренен.
Они сидели возле фонтана, на котором были изображены первые колонисты, прибывшие на Марс в 2037 году. Три человека в громоздких, неудобных и не защищающих скафандров, погибшие от того, что их ракета была снесена ветром после посадки. Примерно в таких же, как у них, скафандрах, работали те люди…
– Я… я не знаю.
Вацлав действительно не понимал. Как его страна могла допустить такое? Как Конфедерация Народов Земли могла поступить так с такими же людьми, как и те, что живут на Земле? Неужели они правда считают их людьми второго сорта? Отец и мать Вацлава были землянами и жили в богатом районе Олимпа. Его мать владеет какими-то бизнесами на Марсе, но Вацлаву в детстве всегда казалось это какими-то взрослыми скучными делами, поэтому он не вникал в это. А вдруг, она владеет такими же карьерами, где до смерти эксплуатируют людей?
– Ты права. – Вацлав не лгал, говоря следующие слова. Он наплевал на долг и миссию. – Земле, видимо, плевать на людей за миллиарды километров от неё. Марс должен быть свободен. Стать отдельным государством и установить нормальные порядки на своей земле. Перестать быть одной большой дырой, из которой алчные мрази Земли таскают ресурсы. Но, я не понимаю, и не признаю то, что делаете вы. – Вацлав встал и подошёл вплотную к Анне. – Вы убиваете людей. Вы взрываете жилые здания! Я видел бомбы ваших боевиков, которые вы бы пустили в дело, если бы я и остальные протекторы не прекратили тот ужас! – он буквально кричал. К счастью, на улице почти не было людей, а те, что были, не обращали на двух бранящихся людей никакого внимания. Вечерело.
– Да! Я понимаю, что это неправильно. – Резко ответила Анна. Несмотря на то, что она была ниже Вацлава, её голос почему то, будто бы, нависал над ним. – А знаешь, что ещё неправильно? Когда дядя в штатском говорит пятилетней девочки, что её родители «пришли в негодность» в ходе допроса. Когда тебе с ранних годов говорят, что твои родители мрази, предавшие человечество и правильно, что их запытали до смерти.
Она сложила руки на голове и отошла от Вацлава, но быстро взяла себя под контроль.
– Кстати, а знаешь, откуда мы берём бомбы, если даже обычный строительный динамит здесь под запретом? – Вацлав сел обратно на лавочку у фонтана, пока Анна продолжала нависать над ним. – Эти бомбы Л-50 заложены под каждым районом и оснащены детонаторами, которые можно активировать в любой момент. Если народ решит массово взбунтоваться против рабовладельцев, они просто взорвут один из городов, дабы устрашить остальных. Они схватились в наш мир клыками и заминировали его. Мы лишь пытаемся разминировать его и показать землянам, что мы готовы к борьбе. И да, взрывы жилых домой не глупость. Мы убиваем конкретных землян и лишь изредка задеваем мирных. Но даже им, даже если они земляне, мы выплачиваем компенсации. Мы убиваем преступников, рабовладельцев и их самых активных пособников. А полицаи, обманутые как ты, или просто безразличные злодеи как Аарон, борются с нами, лишь удлиняя неизбежное освобождение Марса.
Значит… Вот в чём дело… Но Анна, ещё не закончила.
– Можешь прятаться. Можешь сдать меня, чтобы меня запытали до смерти как моих родителей. Я не боюсь умереть за свой дом. А ты? – После этого вопроса она ушла.
Вацлав и не пытался её остановить.
И всё же, он понимал, что что-то в нём изменилось.
Она назвала Марс своим домом и, казалось бы, Вацлаву тоже нравились улочки такого домашнего Верхнего Маринера, но… почему-то, Марс совсем не ассоциировался у него с домом. Местная гравитация вызывала у него раздражение, бескрайние пустоши навевали апатию и лишь звёздное небо с родной голубой точкой вдалеке отдавало чувством… дома…
Но это не имело значения теперь. Если это правда, что людей массово эксплуатируют, заставляя, буквально, умирать от радиации и истощения, за шанс хоть немного поесть… Тогда это нужно остановить.
Глава четвёртая: Правда
После поездки вне города Вацлаву пришлось выпить таблетку, которая минимизирует риски возникновения рака. Стоила она дорого, а его скафандр давал неплохую защиту от радиации, но рисковать не хотелось. Правда, видимо, среди побочек была сильная головная боль. А может это было из-за всех событий, произошедших с ним? В любом случае, нужно было уснуть. Завтра он окончательно решит, что делать.
***
Он открыл глаза. За окном всё ещё была ночь. Голова раскалывалась. Виски пульсировали. Спотыкаясь, Вацлав дошёл до раковины в комнате и жадно выпил холодной воды прямо из-под крана, что делать не стоило из-за хлоридов, которых содержалось слишком много. Вода не помогла. Он достал другие таблетки, которые помогут ему от головной боли, закинул сразу две в рот и отхлебнул воды из-под крана.
Выключив воду, он присел за стол и попытался дышать глубже.
Он вспомнил. Он где-то слышал, что эти таблетки вызывают временное состояние похожее на рак, чтобы организм перестроился и начал более активно бороться с раковыми клетками. Люди на том карьере живут и умирают в таком состоянии, а он не может выдержать и пары минут.
Не важно. Сейчас главное подождать. Он уже чувствовал, как боль постепенно затухает, хотя это было просто плацебо, ведь лекарство не могло так быстро подействовать. Он немного расслабился на стуле и, неожиданно для себя, уснул.
***
– Ну и ну. – Анна сидела перед ним, за соседним стулом.
Вацлав сидел в пижаме, сонный и не понимающий, что она тут делает.
– Как ты сюда попала? – Он оглянулся и понял, что не закрыл окно. При том, что он жил на первом этаже… Мда, хороший протектор из него получился, ничего не сказать. – Ладно, можешь не отвечать. Зачем ты здесь?
– Я… Немного вышла из себя и, чтобы успокоиться, а также дать тебе возможность всё обдумать, ушла. Но теперь, пришло время решать, кто ты такой, Вацлав Чжао. – Её голос, внезапно, стал официальным на последней фразе.