Мрак алого цвета

Глава 1. Собаки и кошки

За обедом было хорошо, тепло и светло. Уже начался июнь – прекрасная пора, когда лето ещё юное, весёлое и задорное. Школа позади, а новый учебный год придёт ещё не скоро. На улицах уже жарко, солнышко сияет, грея всех своими тёплыми лучами и не делая различий между маленькими и большими, добрыми и злыми, котами и собаками. Можно бегать, веселиться и заниматься всем, чем захочется!

Тейра – ротвейлерша бурого цвета с оливковыми глазами – сидела за обеденным столом, болтая своими лапками. Рядом сидели её родители: Гризельда, тоже бурая, но красноглазая, и Фридрих – обычный черный с рыжими подпалинами ротвейлер, но вот его глаза были такие же зелёные и весёлые, как у дочери.

Родители обсуждали между собой работу отца – Фридрих работал следователем в полиции. Тейра в силу возраста не очень разбиралась в этих взрослых делах, но кое-что понимала и запоминала. Она ясно видела, что, когда папа говорил о работе, он обычно бывал мрачным, но теперь он казался куда как более оживлённым, а глаза горели примерно так же, как во время игры с Тейрой в мяч.

– Я нашёл новые доказательства невиновности, – рассказывал Фридрих Гризельде. Его голос всё же звучал спокойно и размеренно. Всегда создавалось впечатление, что он уверен в том, о чем говорит, и не отступит от своих слов. – В общем, этот пёс – светлый маг, ни одного тёмного заклинания не знает, а у убитого была рана именно от чëрной магии. Да и не получится у него, я думаю, изучать черную магию. У меня такое впечатление сразу же создалось. Он добр, и в в его душе нет ни капли ненависти и злобы.

– Только суду-то до его души дела нет, – ответила Гризельда.

Фридрих кивнул, сжав губы, признавая правду в её словах, хоть она и была неприятной.

– Всё равно у меня есть доказательства, что он не чёрный маг. Сегодня разберусь со всем и, думаю, уже подпишу бумаги. Надеюсь, что сегодня он уже вернётся домой.

– О, так уже пришли результаты магической экспертизы?

– Да, конечно. Это всё основано на них.

– Тогда понимаю, – проговорила Гризельда (и папа, и мама Тейры были магами, так что в этих вещах они точно разбирались). – Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы вынести вердикт о невиновности.

– Может и нет, но я думаю, что это доказательство очень нам поможет. Может, получится убедить начальство.

– Он против? – немного встревоженно спросила Гризельда.

– Есть такое, – словно нехотя признал Фридрих, – но я перепроверил, я могу вынести это постановление без согласования с ним.

– Тогда он не обрадуется.

– Да. Но я больше не хочу идти на сделку с совестью и невиновного под суд не отдам. Довольно. Ладно, я пойду, а то опоздаю. Не хотелось бы создавать лишние проблемы. – Фридрих отвёл взгляд от часов, встал из-за стола и поправил свой галстук.

– Пока, папа! – попрощалась Тейра, вильнув хвостом.

– Пока, Тей, – Фридрих улыбнулся. – Увидимся вечером!

Он прошёл по коридору. Тейра вновь принялась за еду и вспомнила кое-что, что она задумала ещё давно.

– Я сегодня хочу погулять на площадке рядом с парком, можно, мам? – спросила Тейра.

Она на днях договорилась со своими друзьями там поиграть. Эта площадка была очень большой и прекрасно заменяла крепость. Но проблема в том, что она была далеко, и Тейру обычно туда не отпускали одну.

– Почему ты хочешь именно туда? – спросила Гризельда с опаской.

– Просто мы хотели поиграть в королевские бои. И я ее люблю, но мне никогда туда нельзя. Пожалуйста, мама!

– Ну… – Гризельда хотела договорить, но замолчала, потому что услышала, что дверь в дом открылась.

Они обе повернули голову в сторону коридора, и через несколько мгновений перед ними снова предстал Фридрих. Он держал в лапе какую-то бумажку.

– Что это? – спросила Гризельда.

– Нашёл на пороге. Меня смутило вот это, – лапа Фридриха указала на место на конверте. – Адрес и моё имя напечатаны, да ещё и на отдельной бумажке. Почему же отправитель не пишет лапой, раз уж решил отправить письмо?

Тейра встала передними лапами на стол, чтобы лучше видеть конверт. В самом деле, к нему была приклеена небольшая бумажка, на которой был напечатан адрес и слово «Фридриху».

Он вскрыл конверт и стал читать письмо. Тейра не видела, что было написано, но она видела, что с каждой строчкой лица родителей становились всё мрачнее. Она ещё раз заглянула внутрь и увидела текст, тоже напечатанный:

«Предупреждаем.

Не затягивайте и передайте в суд то дело, которым занимаетесь сейчас. Продолжите пытаться выгораживать Бруно Энтрипа – не сохраните свою жизнь».

– Что… Что это? – испугалась Тейра. Ей никто никогда не угрожал, поэтому письмо напугало её, хотя она не видела врагов и угроза могла казаться неявной. Тей совершенно не знала, как ей реагировать, не понимала она и того, кто же отправил это послание и приведёт ли он свою угрозу в исполнение. Что же будет делать папа? Он же знает, как поступить, верно?

– Я отнесу это в полицию, – Фридрих совладал с собой и отправил письмо в карман. – Пусть там этим и занимаются. У этого пса наверняка полно врагов. Даже не знаю, откуда они взялись… Хотя у меня появились некоторые подозрения… – он оборвал свою фразу, не закончив.

– Возможно, его кто-то подставил, – с охотой продолжила за него Гризельда. – И эти враги не хотят, чтобы его оправдали, – бодро предположила она, но её голос слегка дрожал. – Слишком вовремя – точнее, не вовремя – этот юноша там оказался.

– Этого мы точно не знаем, – Фридрих, как и всегда, не хотел гадать, не зная всего. – А письму самое место в отделении полиции, куда оно и отправится.

Фридрих ушёл, а Тейра с мамой остались сидеть за столом. Тей набирала ложкой суп и тут же выливала обратно в тарелку. Ей никак не давало покоя письмо.

Гризельда тоже была задумчивой, она устремила рассеянный взгляд в окно, где ветви деревьев шептали свои неслыханные никем стихи. От тишины Тейре было не по себе, хотя она не отличалась любовью к шуму.

– Ты можешь пойти на площадку, – наконец сказала Гризельда, заметив тоску дочери и, наверное, захотев её приободрить, – только поосторожнее.

Тейра перевела взгляд на доброе лицо матери и немного успокоилась. В любом случае, родители точно все решат. Не похоже, чтобы они сильно беспокоились. Значит, все в порядке.

– Ты чего, испугалась из-за письма? – Гризельда ласково улыбнулась.

Тейра слегка кивнула, отведя взгляд.

– С папой все будет хорошо, – продолжила мама, – скорее всего, это чья-то глупая шутка. Или пустая угроза с надеждой нас напугать. Не переживай, все будет нормально.

– Точно?

– Ну конечно. А когда было иначе?

Тейра задумалась, понимая, что это правда так. Родители никогда не допускали, чтобы с ними или Тейрой что-то случилось. Беспокоиться и правда не о чем.

– Доедай и можешь идти гулять, – сказала Гризельда и встала из-за стола, уходя в свою комнату.

Тейра доела кое-как суп, и со временем страх ее почти отпустил. Теперь логика вернула себе власть, и Тейра понимала, что доводы Гризельды абсолютно рациональны. Собачка успокоилась и стала думать только о предстоящей встрече с друзьями.

Тейре часто было обидно, когда что-то происходило без нее. У нее было несколько друзей, и Тей обожала играть с ними. Но вся компания жила близко к тому самому главному парку города. Все, кроме Тейры. А из-за того, что Гризельда не всегда могла с ней туда пойти, Тейра зачастую пролетала. А на площадке около ее дома они не играли, ведь она была для них дальше, да и неинтересная она. Это разумно. Но Тейру это обижало.

Сегодня был первый раз, когда Тейра шла сама на площадку. Не то что бы ей было стыдно гулять с мамой, нет, но все равно другие, должно быть, теперь ее зауважают. Тейра шла по проспекту, а вокруг красновато-рыжей дороги росли кипарисы и какие-то другие деревья.

Когда собачка дошла до высокой стройной пальмы, она перешла дорогу и оказалась на узком тротуаре. Перед ней зеленели деревья, неблизко, но конец пути уже манил ее нетерпеливым и влекущим огоньком. Тейра, переполняясь радостью и волнением, зачем-то припустила галопом вперед. Детство красится способностью радоваться сущей ерунде, и Тейра находилась именно на этом этапе своей жизни, так что некоторые прохожие смотрели ей вслед с легкой, рассеянной завистью, напоминающей утреннюю дымку над озером. Вот она была, а вот уже нет, и жизнь продолжается, как ни в чем не бывало.

Тейра быстро устала, и в легких неприятно щипало, но в то же время подвижная деятельность принесла ей столько радости, что она боли даже не заметила. Вот она уже на входе в парк, высокие ворота дружелюбно приглашали ее войти. Они состояли из высоких и тонких прутов, к которым крепились декоративные каменные щиты с разными резными рисунками. Тейра иногда их рассматривала, но не сейчас. Она зашла на широкий сквер, вымощенный все таким же рыжим камнем, и свернула налево. Оттуда уже возвышались башенки ее площадки.

Когда Тейра пришла, ее друзья, конечно, уже собрались. Шпиц Дон, бигль Милка, колли Ирина, французский бульдог Пит и джек-рассел-терьер Андрей. Все они были удивлены, увидев Тейру, а ротвейлерша, понимая это, с гордостью зашагала к ним, уже представляя, как они начнут наперебой высказывать, что думают по поводу случившегося.

– Тейра, привет! – крикнула Милка, моргая своими милыми добрыми глазами. Нежная тихоня нравилась Тейре больше всего из этой компании.

Но Тейра не успела ей ответить, потому что другие как раз подоспели.

– Ты одна гуляешь? – спросил Пит.

– Почему ты одна? – сказала Ирина. – Я думала, тебя не отпускают.

– А может ты без спросу ушла?! – с надеждой спросил поджарый Андрей, который славился своей непоседливостью и нежеланием соблюдать правила.

– Стоп-стоп! – важно сказала Тейра, подняв лапу. Как же здорово оказаться в центре внимания!

Щенки замолчали, ожидая, что скажет их подруга.

– Я не сбегала, Андрей, – сперва сказала Тейра, посмотрев на джек-рассела, а он разочарованно вздохнул, заметно ослабив интерес к ситуации.

– Тебя отпустили? – спросила Ирина.

– Да. Моя мама мне доверяет. Я буду осторожной и смогу гулять одна.

Щенки переглянулись. Ох, дети и правда поражаются вещам, которые того не стоят!

– Я ответила на ваши вопросы? – спросила через некоторое время Тейра. Она запомнила, как классный персонаж в театре сказал так, когда шокировал всех окружающих своим необычным заявлением. Тейра, конечно, не поняла ничего, это был взрослый спектакль, на который она потащилась из-за тети и дяди, но все же этот момент ей в душу запал.

Щенки промолчали, но было видно, что они все еще удивлены.

– Давайте играть, – сказала Тейра.

– Давайте, – кивнула Милка.

Малыши скучковались вместе, чтобы обсудить игру и ее правила.

– Я так и не поняла, как играть в эти ваши замки и короли, – сказала Тейра.

– Я тоже, кстати, – ответила Ирина. Когда ребята последний раз об этом говорили, Ирины не было. Кажется, ее возили на дачу, как скоро отвезут Тейру.

– Смотри, – сказал Дон, который эту игру и придумал, – первое королевство – это синяя горка, – он указал лапой на левую горку с тремя башнями, окрашенную в синий цвет.

– Давайте назовем ее Ледяным Дворцом, – сказала мечтательница Милка.

– Зачем?

– Чтобы было интереснее. «Ледяной Дворец» звучит красивее, чем «Синяя Горка».

– Мне тоже так кажется, – сказала Ирина.

– И мне, – согласилась Тейра.

По остальным щенкам было видно, что и они хотят остановиться на таком названии.

– Ладно, – кивнул Дон, – а красную давайте назовем «Огненный Дворец». У каждого замка есть свое сокровище.

Тейра поглядела на землю и быстро отыскала два камешка, кругловатый кусок гранита и кремень.

– Подойдет? – она продемонстрировала друзьям находку.

– Думаю, да, – сказал Пит. – У каждого замка будет свой король или королева, а также двое стражей. Главная задача – принести в свой замок чужое сокровище. Король или королева хранят сокровище и защищают его, а стража должна как раз выполнять «военную функцию».

– То есть? – обеспокоенно спросила Милка.

– То есть как раз они и проникают внутрь замка, пытаясь выкрасть сокровище.

– И да, важно, – добавил Дон, – если тебя коснулся вражеский стражник, то ты заморожен до тех пор, пока не коснется свой.

– А что насчет короля или королевы? – спросила Ирина.

– У них все так же, только им не стоит покидать свой замок. Но если их коснуться, то и они замораживаются, и можно по правилам забирать сокровище.

– Мне кажется, нам нужно больше игроков, – выразил свои сомнения Андрей. – Неудобно, когда три на три. Может позовем кого-то?

Друзья начали оглядываться по сторонам. Тейра увидела трëх кошек, которые выглядели сестрами. Все три были почти белыми с кремовыми спинками, только у одной глаза были ярко-зелеными, а у двух других – голубыми. Отличались их глаза лишь оттенками, у одной он был сероватым, а у другой насыщенно-небесным.

– Может быть, их? – спросил Андрей, который глядел туда же.

– Давайте! – крикнула Тейра и подбежала к кошкам. Не то чтобы она хотела играть с этими малявками, но они и правда могли бы оказаться полезными.

– Привет, – сказала Ирина, дружелюбно улыбаясь кошкам.

– Привет? – зеленоглазая малявка с каким-то опасением взглянула на Ирину. – Что вы хотите?

– Привет! – сказала синеглазая, а сероглазка промолчала, но глядела очень внимательно.

– Хотите поиграть с нами? – спросил Дон.

– А во что?

Щенки быстро объяснили котятам правила игры, и кошки охотно согласились. Дети вернулись к горкам и начали делиться на команды.

– Я хочу быть королевой ледяной горки, – сказала Ирина.

– Я буду королем огненной! – сказал Дон.

– Нет, я! – влезла Тейра. Она еще в начале игры выбрала себе эту роль, поэтому считала своей, а Дон, по ее мнению, присваивал себе чужое.

– Почему ты?!

– Потому что я!

– Я первый сказал!

– Мне плевать, а я первая подумала.

– Это не считается!

– Считается!

– Это я игру придумал!

– Мне все равно.

Оба щенка оскалились друг на друга, а Тейра так злилась, что Дон отказывается признать ее «корону», что была готова вцепиться в него зубами. Она должна быть лидером! Она главная, а не этот мелкий шпиц!

Остальные видели, что конфликт между двумя властными площадочными монархами может привести к серьезным последствиям (особенно для Дона, который был чуть ли не в пять раз меньше Тейры). Поэтому и они принялись спорить между собой.

– Пусть Тейра будет королевой! – сказала Ирина. Это было очевидно, потому что колли считала Тейру более близкой подругой, чем Дона.

– Вот! – сказала Тейра. – Послушай собаку, которая умнее тебя!

– Я не тупой! – возмутился Дон.

– Все шпицы тупые, – сказал новый голос. Это была кошка с травяными глазами.

Остальные взглянули на нее с некоторым удивлением.

– Почему? – спросила Милка.

– Какая разница?! – горячо воскликнул Дон. – Это чушь кошачья!

– Что?! – возмущенно переспросила зеленоглазая. – По-твоему, кошки несут чушь?

– Ну вообще-то да, – нагло сказал Андрей, – вы точно тупее шпицев.

– Я тебе глаза выдеру, если еще раз это скажешь! – зеленоглазая угрожающе распушила загривок и двинулась на джек-рассела.

Дон и Андрей оскалились, Ирина глядела на кошек с презрением. Тейра совсем не понимала, что происходит, ей уже не было сильно важно, кто станет огненным монархом. Она не понимала, почему кошки и собаки вдруг поругались. Ведь они же так прекрасно общались.

Но и Тейра быстро вышла из себя, а после слов зеленоглазой о том, что собаки безмозглые и только кусаться и умеют, захотела сама же вцепиться ей в хвост. Она ринулась на нее, но вдруг тонкий голосок звонко крикнул:

– Перестаньте! Что вы ссоритесь на ровном месте?!

Это кричала Милка. Тейра отвернулась от кошки, глядя на тихоню. Ее глаза, блестящие и печальные, были слегка наполнены слезами, и собачка закрыла часть лица длинными висящими ушами.

– Не надо ругаться. Какая разница, кошки, собаки? Мы все живые и одинаковые. Не надо из-за этого кричать друг на друга. Относитесь ко всем одинаково…

Щенки и котята переглянулись между собой, осознавая ее правоту. Они хотели поиграть, а не устроить скандал. Да и из-за чего? Не случилось ничего плохого. Тейра остыла и почти не чувствовала злости. Но это не значит, что ей перестала быть противной та зеленоглазая дура. Она кричала ужасные вещи про собак, и было ясно, что так она и думает. Но ничего не поделаешь, она уже играла с ними.

– Будем играть? – неуверенно спросила остальных сероглазая.

– Да, – ответила Ирина, – на чем мы остановились?

– Мы выбирали монарха для огненного дворца, – напомнила ей Милка, – Тейра или Дон.

– Может, провести голосование? – сероглазая кошка окинула взглядом товарищей. – Я знаю, что иногда так делают при решении политических вопросов.

– О, да, давайте! – крикнул Андрей. – Голосование!

– Точно, – сказала Тейра, – нас как раз нечетное количество, ничей быть не может. Голосуют все!

– Какое-какое количество? – спросил Андрей, но никто ему не ответил.

Дон не выглядел очень довольным таким решением. И Тейра понимала, почему. Как-то так получалось, что он часто ссорился со всеми в классе из-за своей заносчивости, и гораздо чаще Тейры, несмотря на её вспыльчивый и немного взрывной характер. Поэтому ротвейлерша была уверена в своей победе.

Оба кандидата встали по разные стороны от песочницы.

– Вставайте рядом с тем, за кого голосуете! – крикнула Тейра.

Дети начали думать. Ирина и Пит сразу встали напротив Тейры, а Андрей принял сторону Дона. Остались кошки и Милка. Тейра понимала, что Милка не хочет принимать ничью сторону, потому что не любила кого-либо обижать.

– Если ты не за меня, то мы больше не друзья, – сказала Тейра, надеясь, что это достойный стимул проголосовать за нее.

В глазах Милки мелькнул испуг, и она поспешила подойти к сторонникам Тейры. Ротвейлерша самодовольно улыбнулась, глядя с какой-то немного властно на подругу, а она потупила взгляд и тоже улыбнулась.

Остались котята. Они не знали никого из щенков хорошо, поэтому им было сложнее всего сделать выбор. Зеленоглазая кошка скривилась и смотрела на щенков змеиным взглядом. Было видно, что она не хочет голосовать ни за кого, потому что оба ей не нравятся. Но ее изумрудные глаза остановились на Тейре, и та увидела в них ненависть. Зеленоглазая медленно прошествовала на сторону Дона. Зато голубоглазая энергично прыгнула к Тейре, улыбаясь. Она создавала впечатление беспечной и даже немного легкомысленной особы, но радости от жизни ей точно не занимать. Похоже, она даже не поняла, почему ее сестры поругались с щенками.

Сероглазая кошка осталась одна. Оба конкурсанта пронзали ее жадными взглядами, ведь она была надеждой каждого. А сероглазка с выбором не спешила. В отличие от легкомысленной сестры, эта кошка выглядела не по возрасту серьезной. С виду она – потухший уголек, пламя которого неизвестным образом умерло слишком рано. Бесцветные глаза не выражали душевных процессов, однако было в них что-то глубокое и живое, но по-своему.

– Я тебе дам один золотой, если проголосуешь за меня! –сказал Дон.

– А я… – Тейра быстро начала думать, как перетащить кошку к себе, – а я отдам мою коробку с конфетами.

– У меня есть дорогой набор печенья, и я дам тебе половину! – сказал Дон.

Тейра разозлилась, но не подала виду. Дон был ужасно избалованным, потому что его родители очень много зарабатывали! Тей как-то ходила к нему в гости и видела, как он буквально купается в дорогих вещах. Поэтому нужно задавить его, орудуя неприятными фактами.

– А у Дона блохи! – сказала Тейра. – Ты можешь подцепить! И тебя постригут налысо!

– Что?! – Дон сердито выпучил свои и без того большие глаза, а Тейра ухмыльнулась, довольная тем, что вышла вперед.

– А еще он писается во сне! – сказала она. – Я сама видела, мы к нему с ночевкой ходили!

– Ах так… – Дон уже захлебывался слюной, так его переполняла досада. – Зато Тейра…!

Тейра устремила на шпица победный взгляд, видя, что никаких аргументов он привести не может. Повисло напряжение, и Дон уже издал звук, собираясь что-то сказать, как вдруг сероглазка его прервала, взмахнув хвостом и подняв лапу.

– Перестаньте. Это унизительно, вы не находите? Вы сами себя позорите, когда так себя ведете. Это просто игра.

– Но ты должна проголосовать! – крикнула Тейра.

– Я вас обоих не знаю. Но ты, – она кивнула на Тейру, – физически сильнее, поэтому будет разумно выбрать тебя.

Сероглазка медленно прошествовала к Тейре. Она ожидала увидеть на морде кошки достоинство и высокомерие, но все ее движения были свободны, она ничего из себя не строила. Никогда еще Тей не видела детей, говорящих, словно взрослые.

Дон понурил голову, понимая, что он проиграл. Он насупился и отвернулся от остальных, чтобы не видеть триумфального злорадства Тейры. А она, словно подлинная королева, поднялась по ступеням на горку и положила лапы на перекладину, сверху вниз глядя на друзей и площадку, как на свои владения.

– Теперь что? – спросила Ирина.

– Теперь надо распределиться по королевствам, – сказал Андрей, – королевы должны выбрать тех, кто будет в их команде.

– Выбери меня, Тейра! – сказал Пит, глядя на ротвейлершу.

– Подождите, – сказала сероглазка, – как мы разделимся на две равные команды, если нас нечетное количество?

– Какое количество? – Дон, наконец, повернулся к остальным.

– Нечетное, мы пополам не поделимся. Кто-то один лишний.

– Пусть Дон не играет! – крикнула Тейра, а Дон в ярости сверкнул на нее глазами.

– Принимается ли должность судьи? – спросила сероглазка.

– Судьи? – Тейра взглянула в ее серые серьезные глаза.

– Да. Если вы поругаетесь (а это точно случится), то судья рассудит, кто прав. А еще он может следить, чтобы правила не нарушались.

– Ооо, давайте я! – Дон снова прибежал на середину площадки, желая приобрести важную должность.

– Из Джейн судья получится лучше, – сказала зеленоглазка, кинув на шпица ядовитый взгляд.

– Согласна! – поддержала ее голубоглазая сестра.

– Я так и хотела сказать, – кивнула сероглазка Джейн, – я собиралась предложить свою кандидатуру.

Дон снова насупился и уселся на скамейку, скрестив лапы на груди.

– Ладно, пусть Джейн будет судьей, – сказала Тейра, – Милка, ты иди в мою команду.

– Кстати, – сказала Джейн, – может, нам стоит познакомиться? То что вас двоих, – она по очереди оглядела Дона и Тейру, – зовут Тейра и Дон, я поняла. А остальных?

– Меня зовут Милка, – сказала собачка-бигль с горки Тейры, где она уже сидела.

– Я Ирина, – сказала колли, – Андрей, давай ко мне.

Джек-рассел поднялся к ней на синюю горку и взглянул сверху на кошку.

– Ну, ты уже поняла, что я Андрей, да.

– Я Пит, – сказал бульдог, – Тейра, так возьмешь меня?

Ротвейлерша закатила глаза, а потом кивнула.

– Ладно, так и быть.

Пит обрадовался и поднялся к ней на красную горку.

– Ээээ… – Ирина поглядела на синеглазую киску, не зная, как ее назвать.

– Я Салли, – сказала синеглазка, – мне к тебе?

Ирина кивнула, и Салли изогнула лапы, напрягая их, как пружины. Через секунду она подлетела в воздух и оказалась рядом с колли. Тейра тут же почувствовала укол зависти, ей сильно хотелось почувствовать, что значит прыгать так высоко, как кошка. Как жаль, что собаки так не умеют…

Тейра посмотрела на зеленоглазку, а та на нее. Выбора не было, эту токсичную придется принять…

– Ну иди сюда, – буркнула ротвейлерша.

Зеленоглазка снова обожгла щенят своим зеленым пламенем глаз и неторопливо забралась наверх по перекладинкам.

– Можете начинать, – сказала Джейн.

Тейра взяла из лап Милки свой кремень и крепко сжала. Ее «подданные» тотчас ринулись вниз, в гущу войны между ее государством и владениями Ирины, ставшей теперь королевой-противницей. Тейра села наблюдать, чувствуя удовлетворения от того, что они будто сражаются за нее. Но зеленоглазка не очень-то хотела спускаться.

– Эй, – Тейра строго на нее посмотрела, – алло? Вперед.

– Пошла ты, – процедила кошка в ответ.

Тейра тут же вспыхнула. Она капитан команды, как эта кошка смеет! Пора научить ее правильно себя вести! Тейра пихнула ее к горке, но кошка в ответ больно прошлась по ее лапе когтями.

– Ай! Ты что такая вредная?! – крикнула Тей. – Дура!

Зеленоглазая зашипела и снова приготовилась ее поцарапать, но Тейра увернулась. В этот момент Джейн запрыгнула на горку.

– Хватит, – сказала она, и ее тон внушал некое уважение, так что Тейра невольно расслабилась и отошла от зеленоглазой.