Академия Фэйбэл: Астрариум

Глава 1

– Добро пожаловать в Академию Фэ́йбэл! – молодой незнакомец с хитрой улыбкой обвёл нас взглядом. – Профессор Ми́тцуя, – он поклонился. – Прошу, следуйте за мной.

Полы его длинных чёрных одежд широко распахнулись, подлетая в такт быстро удаляющимся шагам.

– Кажется, лучше не отставать, – парень, стоявший слева от меня, первым переступил порог замка и поспешил за профессором.

За ним неуверенно двинулись все остальные. Я зашёл последним. Прохладный воздух обдал лицо. Снаружи светило яркое июльское солнце, поэтому глазам потребовалось время, чтобы привыкнуть к полумраку. Я огляделся и, стараясь убрать мурашки, потёр локти. Меня окружал огромный холл с высокими резными арками и сводчатыми потолками, в которых сейчас отражался десяток восторженных возгласов. Я не мог поверить, что оказался в подобном месте. Внутри что-то пробежало – какое-то таинственное предвкушение.

Мы пересекли холл и прошли сквозь центральную арку. За ней начиналась широкая лестница, взлетев по которой, Митцуя свернул направо, длинными коридорами уводя нас в глубь замка.

– У него сине-зелёные волосы. Вы видели?! – парень, который зашёл первым, переместился в конец группы и снова оказался возле меня. Очевидно, он не хотел, чтобы «профессор» слышал, как его обсуждают.

– Так и твои перекрашены…

– Мои осветлённые.

– Ты азиат.

– Сильно осветлённые. Я Ке́нта.

– Дейн, – я пожал протянутую ладонь.

Коридор, по которому мы шли, неожиданно превратился в своеобразный мост над вытянутым залом нижнего этажа. Страх высоты заставил меня сдвинуться подальше от края.

– По дороге вы, могли заметить, что замок достаточно большой. Я бы советовал не отставать.

Голос Митцуи был доброжелательным, но сам он даже не обернулся. Скорее напротив – ускорил шаг.

– Он такой позитивный. Спорим, если кто-то потеряется, он засмеётся и скажет, что это прекрасный повод осмотреть замок?

Вместо ответа я усмехнулся. Но где же мы всё-таки оказались?

Девушка впереди нас обернулась:

– Как думаете, он не соврал про профессора?

– Его имя было написано в приглашении. Почему нет? – Кента пожал плечами.

– Но он такой молодой. Сколько ему? Двадцать пять? Тут половина группы старше него.

– Мне двадцать один. Я младше.

– И мне.

Ладонь Ке́нты ударила по моей.

Весь оставшийся путь слился в череду уходивших всё выше лестниц и постоянно поворачивавших коридоров. Минут через десять мы остановились перед тёмно-зелёной дверью. Тонкие серебряные линии выводили по центру букву “А”.

Потянув за ручку, Ми́тцуя сдвинулся в сторону, пропуская нас внутрь:

– Прошу. Располагайтесь поудобнее.

Комната, в которую мы вошли, оказалась самой мрачной и одновременно самой уютной, из всех, что мне доводилось видеть.

Большую часть стены слева от входа занимал камин, приветливо потрескивавший в полумраке. Чуть дальше, в углу, возвышалась кованая винтовая лестница, уходившая на второй ярус. Получалось что-то вроде балкона, перед которым внизу в самом центре располагался большой круглый деревянный стол. Мягкие зелёные кресла и диваны повторяли оттенком ковёр, скрывавший под собой весь пол.

Массивные дубовые балки, пересекали потолок, упираясь во внешнюю стену. Которой не было. Её место занимала аркада из пяти секций. Поначалу, из-за сильного сквозняка, я решил, что это декоративные проёмы, но расположившись в одном из кресел, стоявших поближе к ним, я убедился, что это окна. Идеально чистые гигантские окна практически в пол. Мы с моей боязнью высоты издали вздох облегчения.

Тёмные каменные арки продолжали притягивать мой взгляд. Мы оказались в той части замка, что была ближе всего к горам. Настолько близко, что увидеть их вершины можно было лишь подойдя вплотную к этому краю комнаты. Зелёный хвойный лес выше по склону сменялся белой пеленой. Я занял себя попытками понять, снег это или облака.

– Отлично! Вижу, что все на месте.

Где-то слева послышался сдавленный смешок.

– Прошу, угощайтесь, – Ми́тцуя облокотился на спинку ближайшего к камину кресла. – Вас ожидает долгий день, советую перекусить поплотнее.

С десяток чашек на блюдцах и пара подносов с бутербродами гостеприимно ожидали нас на столе. Почти все, включая меня, с энтузиазмом воспользовались предложением – чай всегда был хорошей идеей. Особенно с видом на горы.

– Теперь, когда вы так чудесно расположились, я готов всё объяснить.

Наполнявший комнату гул из голосов сразу же смолк. Тишину нарушали только уютные постукивания чашек о блюдца.

– Благодарю всех, за то, что откликнулись на приглашение. Путь был неблизкий, но уверен, вы сочтёте, что он того стоил. Меня зовут Аки́ра Митцуя, а это мой кабинет. Если потеряетесь и будете спрашивать дорогу – аудитория “Альфа”, – он прищурил один глаз и тряхнул головой. – Это по гречески, не обращайте внимание. Но так вас быстрее поймут, – Митцуя с громким хлопком сомкнул ладони. – А теперь, дайте мне несколько минут, затем я отвечу на ваши вопросы.

Кто-то заёрзал в кресле, усаживаясь поудобнее.

– Академия Фэ́йбэл создавалась как большая языковая школа. Мы считаем, что людям важно учиться понимать друг друга. Обучение проходит в формате погружения, как это выглядит, вы увидите позже – на практике. Сегодня у нас «день открытых дверей». Мы набрали несколько групп, вы – одна из них. Всем будет предложено некое задание. Оно несложное. Считайте его вступительным экзаменом. Его цель познакомить вас с философией академии. Если вы справитесь, ваше приглашение будет продлено. Те же, кто не захочет его выполнять, могут провести этот день прогуливаясь по замку и ближайшим окрестностям. Уверяю, вы обязательно наткнётесь на места, стоящие вашего внимания. Вечером всех, кто не даст нужный ответ, доставят на станцию.

Митцуя снова улыбнулся, и я не мог понять, радуется ли он нашей возможности провести целый день в гигантском красивом замке, или предвкушает нашу неудачу, и уже машет в мыслях из окна своего кабинета удаляющемуся поезду.

– Мы не хотим, чтобы вам пришлось добираться до станции в темноте, поэтому крайний срок выполнения – семь часов вечера.

“Всё-таки он в нас не верит”.

– У вас пять часов. Вы можете свободно перемещаться. Постарайтесь не причинить вреда обитателям и имуществу замка. Иных правил нет.

Многие засмеялись, атмосфера стала расслабленнее.

– Это всё, что я должен был вам рассказать. Можете задавать вопросы, – Митцуя ободряюще обвёл нас взглядом.

Руку подняла девушка, сидевшая в другом конце комнаты:

– Скажите… профессор… как мы узнаем, что справились с заданием?

– О, вы это поймёте. Когда истечёт время.

Её сосед с непониманием нахмурился:

– То есть, до семи вечера, мы не будем знать, прошли или нет?

– Верно.

– Можно ли будет попросить о второй попытке? Если вдруг…

– Боюсь, что нет.

Первая девушка снова подняла руку:

– А что получат те, кто справятся? Какой-то грант на обучение?

– В некотором роде, – Митцуя увёл взгляд в потолок.

Выдержав небольшую паузу, и не получив новых вопросов (судя по ответам, задавать их было бесполезно), он продолжил:

– Я попрошу вас передать мне билеты на поезд, с которыми вы к нам добрались. Те, кто справятся с испытанием, должны будут забрать их обратно вечером с полки над камином. Там же сейчас лежат карточки с заданиями. Остальные получат новые билеты при посадке на поезд.

Все вытянули шеи, пытаясь что-нибудь разглядеть. Меня терзало любопытство, но с дальнего конца комнаты можно было даже не пытаться. В полумраке я различал только пляшущие языки пламени.

– Пожалуйста, допивайте чай, – внезапно Митцуя заговорил серьёзнее. – Я вынужден вас покинуть. Желаю удачи каждому! И независимо от результата… Проведите время хорошо.

Он изобразил небольшой поклон и быстрым шагом покинул кабинет. Все чашки тут же оказались на столе. Самые нетерпеливые столпились вокруг камина.

– Ребят! Они именные!

– Смотрите, и правда. Тут ники и имена из наших анкет. Барн Сол кто?

– Я, – высокий спортивный парень поднялся с дивана и пошёл за своей картой.

– Лекс?

– Это моя, – девушка, которая разговаривала с нами по дороге в аудиторию, помахала, выбираясь из кресла. – Ух ты, такая красивая!

– Ари́да? Ефи́м? Утка… Утка… Нос?

Через минуту дюжина пар глаз разглядывала стеклянные прямоугольники. По размеру они были похожи на билеты, которые у нас забрали – чуть больше ладони в длину и ширину. С двух сторон на них была нанесена белая тонкая гравировка. На одной в центре сверху располагался мой ник «Deinstray», снизу мелким шрифтом «Впишите свой ответ». А вот со второй стороны на меня смотрели… Иероглифы.

Ладно, конечно, не иероглифы. Подумав немного, я понял, что это что-то на греческом, и понадеялся, что не на том, который древний. Хотя разницы не было – не знал я их в равной степени.

Когда я обернулся, аудитория частично опустела. Среди оставшихся я заметил Ке́нту. Продолжая сидеть на диване, он с подозрением смотрел на “задание”.

– Можно глянуть?

– Конечно, – Кента протянул мне карту и подвинулся.

Я сел рядом, и мы принялись сравнивать два текста. Они полностью совпадали – значит испытание, или чем это тут считалось, и правда было одно на всех.

– Не хочешь объединиться в команду?

Вопрос оказался таким неожиданным, что я растерялся, прежде, чем ответить.

– Было бы… неплохо.

Идея мне понравилась. У меня не было проблем с учёбой но то, что нам предлагалось, не очень походило на задание из учебника.

– Отлично. Есть мысли с чего начать? – на лице Кенты читалась явная надежда.

– Ммм… Наверное, стоит пройтись по замку. Этот Митцуя говорил что-то про прогулки…

Кента с любопытством обернулся:

– Предлагаю прям отсюда и начать.

Я кивнул, и мы разошлись в разные стороны. Было интересно поразглядывать всё в неформальной обстановке. Второй ярус оказался нешироким балконом – он шёл вдоль всей комнаты параллельно аркам. Облокотившись на перила, я остановился понаблюдать, как Кента внизу внимательно изучает горшки с растениями. Он обошёл кругом то, что росло до самого потолка и, заметив меня, разочарованно махнул рукой в сторону выхода.

Покинув кабинет, мы не спеша побрели по коридору.

– Кто всё это построил? – Кента, как и я, вертел головой, рассматривая гобелены на стенах.

– Не представляю. Не похоже, что тут кто-то когда-то жил. Он как будто… новый. Странная атмосфера.

– Есть что-то такое… А сейчас вообще ещё строят замки?

Мы свернули за угол и увидели две удаляющиеся фигуры в таких же длинных чёрных одеждах, что и у Митцуи – что-то вроде мантий со свободными рукавами, только если его отливала сине-зелёным и болталась распахнутой, как халат, у этих девушек они уходили в оттенки красного, а на талии были плотно перехвачены широкими поясами – у каждой на свой манер.

Кента наклонился и понизил голос:

– Ещё профессора?

– Наверное. Интересно, сколько тут вообще людей.

– И коридоров.

– И комнат. И что-то из этого должно быть связано с Грецией…

Мы одновременно протяжно вздохнули.

В конце следующего затяжного коридора располагался полукруглый балкон. Кента свернул налево и направился прямиком к нему.

– Отсюда видно вход в замок! И несколько башен тоже неплохо так просматриваются.

Перегнувшись через перила, он с энтузиазмом замахал рукой. Не дождавшись ответа, он обернулся:

– Тебе что не интересно?

Я продолжал стоять в коридоре, изучая потолок.

– Высоты боишься что ли? – он засмеялся. – Вообще тут правда высоковато. Раз, два, три.. четыре… м… Как-то сложно считать. Все окна в разнобой – большие… маленькие… вон там средние… Наверное, некоторые этажи сдвоенные в вышину.

– Сдвоенные в вышину?

– Я не знаю как это называется – иди сам посмотри.

– «Сдвоенные в вышину» звучит хорошо.

Кента назидательно кивнул.

– А что-нибудь греческое есть? Статуи может?

– Есть горы, лес, несколько террас и стая птичек. Статуй нет.

Он спрыгнул с опоры перил и направился ко мне.

– Мы сейчас где-то на седьмом этаже. В окнах справа на ярус ниже были люди. Пошли туда?

Я согласился.

Вскоре мы нашли лестницу, по которой смогли спуститься. Новый этаж предложил нам сразу три коридора, и мы, потратив на решение честные несколько секунд, выбрали центральный. Справа и слева периодически встречались двери. Некоторые были закрыты, а остальные вели в кабинеты. Нам попалась небольшая круглая аудитория с мебелью в красных тонах. Длинная аудитория с двумя рядами парт и кабинет с плотно занавешенными окнами и кучей пуфов.

Дюжину дверей спустя мы вышли на просторную круглую площадку. Нас снова встретила развилка. По сторонам две спиральных лестницы уходили в противоположных направлениях куда-то вниз, а напротив, прямо перед нами, широкие ступени вели к площадке с большим, не зажжённым сейчас, камином и парой диванов. За камином виднелся высокий арочный проход.

– Может тебе правая, мне левая? – количество “перекрёстков” вдохновило меня на новый план. – Минут через десять встретимся у этого камина. Если ничего полезного на найдем, пойдём прямо, – я махнул рукой в сторону арки.

– Договорились. Тут, конечно, красиво, но нужно как-то ускоряться. Если хотим посмотреть на закат из окна башни, а не поезда…

Кента бросил взгляд на далёкую горную гряду и свернул направо. Быстрыми шагами я направился к площадке слева и побежал по винтовой лестнице вниз. Судя по гигантскому узкому окну, которое шло вдоль неё, она спускалась этажа на два, если не на три, без возможности куда-то свернуть. Я почувствовал себя неуютно – ограниченное пространство давило, но ещё неприятнее оказалось остаться в полном одиночестве в незнакомом месте в сотнях километров от дома.

Новый этаж был гораздо шире двух верхних. Пройдя чередой арок, я наткнулся на ещё один мост наподобие того, что мы проходили с Митцуей. Вскоре я услышал голоса людей. Пытаясь понять, откуда они доносились, я свернул несколько, раз старательно запоминая дорогу. И… потерялся.

Я нервно сглотнул. Бросив, попытки найти людей, я начал искать дорогу обратно. Практически бегом я проверял коридор за коридором. Все они казались знакомыми, и от этого было только хуже – не было никакого представления, возвращаюсь ли я назад, или хожу кругами.

Наконец, вдалеке я заметил высокое узкое окно и винтовую лестницу. Не думал, что буду так рад её увидеть. Через минуту, вспотев и тяжело дыша, я выскочил на площадку, где мы расстались с Кентой. Он ещё не вернулся.

Какое-то время я стоял на месте, переводя дыхание, и думая, как поступить. Переборов желание пойти на поиски, я признал, что самое разумное решение – дождаться его у камина. Заодно стоило попробовать подумать над загадкой в карточке. Достав её из кармана, я направился к дивану, с которого было видно лестницу Кенты.

Удар.

Глава 2

Перед глазами всё поплыло. Карточка со звоном упала на пол.

Отступив на несколько шагов, я заморгал. Зрение всё ещё не фокусировалось – камин и арка расплывались волнами. Я закрыл глаза и простоял так некоторое время. Открыл – волны прекратились.

Вспомнив про карту, я в страхе опустил взгляд. К моему большому облегчению, она не разбилась. Я наклонился и, осторожно подняв её, внимательно осмотрел – ни царапины.

Спрятав карту обратно в карман, я вытянул руку и медленно подошёл к ступеням. Пальцы коснулись холодной поверхности стекла – снова идеально чистого, даже после столкновения с моим лбом. Разглядеть поверхность коварного барьера можно было, лишь стоя в упор.

– Не замок, а реклама стекольного завода.

Я начал говорить с самим собой.

Продолжая всматриваться, я заметил серебряную еле светившуюся полосу. Она шла от стены до стены, как будто бы показывая, что проход закрыт. Я снова отошёл и убедился, что со стороны её почти невозможно различить на фоне ступеней.

– Прекрасно.

Дела принимали неприятный оборот. Где сейчас Кента, сказать было сложно. Мы могли разминуться, он мог где-то застрять. Я решил подождать ещё немного и поднял левую руку. Солнечный луч скользнул по циферблату, перегнав минутную стрелку: 14:43.

14:44.

14:46.

14: 50.

Оставаться на месте дальше не имело смысла. От пяти часов осталось чуть больше четырёх, и я не продвинулся ни на шаг. Фигурально. Фактически я прошёл столько коридоров, что потерял понимание, где находился.

Стояла полная тишина. Убедившись, что вокруг нет ни души, я направился к лестнице, по которой ушёл Кента.

Беззаботность пропала, и я начал по-настоящему нервничать. Весь этот день был похож на большое приключение: дальняя дорога, поезд, невероятно красивые пейзажи, замок, новые люди и, в довершении всего, загадки. Решение откликнуться на объявление языковой школы, оказалось одним из лучших, что я когда-либо принимал. Но сейчас вместо радости от так удачно сложившихся обстоятельств, я испытывал страх. Я сам не понимал, как за час смог настолько привыкнуть к этому месту, но мне ужасно не хотелось его покидать. Да и Кента показался мне неплохим парнем, без него гулять по лабиринтам коридоров стало гораздо скучнее.

К моему удивлению, вскоре я начал немного ориентироваться. Я удалялся всё дальше и дальше вглубь замка, но мне начала становиться понятной логика расположения коридоров, лестниц, кабинетов и всевозможных площадок. Я выработал для себя новый план – направляться к центру замка – туда, где арки становились всё шире, а потолки всё выше.

Подходя к третьему за сегодня мосту, я мысленно попрощался с Кентой и пожелал ему удачи. Теперь, если мы где-то и пересечёмся, то только благодаря ей. Хорошо бы не на на платформе у поезда.

На мосту меня ждал первый ободряющий знак. Проходя над очередным холлом, я заметил внизу группу людей – примерно моих ровесников, они были одеты так же странно, как и профессора, но по-другому – без длинных мантий. Я предположил что это студенты академии. Интересно, как они в своё время разобрались с иероглифами? То есть, с греческим. А может у них была латынь? С ней было бы проще. Её по крайней мере можно прочитать.

Вскоре я начал слышать отдалённые голоса. Стрелки часов почти добрались до половины четвёртого. Я начал уставать, но всё равно ускорился.

Тик. Так. Тик. Так. Тик. Так. Кажется, сам замок начал меня подгонять. Один поворот. Второй. Лестница.

– Ничего себе…

Огромные. Нет. Гигантские круглые механические часы со множеством шестерёнок занимали всю стену. Сложно было определить издалека, но по ощущениям они были в несколько раз выше человеческого роста. Большего помещения вообразить было просто невозможно. Часы занимали целую стену, но лишь одну из многих. Это место не было круглым залом или прямоугольным холлом. Это было сердце замка. Во все стороны уходили коридоры и лестницы. Я стоял на одной из площадок, выходивших сюда, и мог спокойно рассмотреть несколько этажей, которые заканчивались своеобразными балконами. Кента оказался прав – "сдвоенные в вышину" среди них и правда были.

А ещё тут были люди. Первая победа.

Сбежав по очередной лестнице, я направился к ним, преодолевая лабиринт из диванов и растений. Судя по одежде, это были такие же новички, и я посчитал это хорошим знаком.

Я остановился чуть вдалеке, думая, как поступить. "Кента сейчас пригодился бы". У него заводить разговоры с незнакомцами получалось отлично.

Небольшая компания изучала изображение в двухметровой деревянной раме. По большей части они молчали, но иногда переспрашивали что-то друг у друга и задумчиво пожимали плечами.

– Эй! Как у тебя со зрением?

От неожиданности я вздрогнул. Невысокий парень в толстовке с капюшоном, натянутым почти на самые глаза, глядел на меня из-под густой чёлки.

– Нормально.

– Можешь прочитать, что там написано? – он указал пальцем в правый верхний угол рамы.

– Ммм. Да. Попробую.

Остальные сдвинулись в сторону, продолжая переговариваться между собой, а я смог наконец рассмотреть изображение.

Карта замка! Отлично! Это похоже на ещё один шаг в нужном направлении. Правда, разобрать то, на что мне указывали, не получалось.

– Минуту.

Я полез в рюкзак и под выразительный взгляд парня в капюшоне достал оттуда чехол с очками.

– Ты же сказал, что у тебя нормально со зрением?

Судя по интонации, доверие к моей адекватности было подорвано.

– Да… Это для чтения. Чтобы глаза не уставали. Но они немного помогают.

Парень ничего не ответил и ещё раз молча поднял руку, показывая на верхний угол рамы.

– Выход… к восточным… к восточным…

– Верандам?

– Ммм. Ага. Выход к восточным верандам.

– Не то. Жаль.

– А что должно быть? Я Дейн, кстати.

– Широ́йя, – не опуская головы, он пожал мне руку и продолжил рассматривать верх карты. – Что-нибудь полезное.

– Логично.

Широ́йя кивнул, а я принялся изучать план.

– Понять бы, в каком из этих прямоугольников сейчас мы.

Широ́йя повторно одарил меня многозначительным взглядом и ткнул пальцем в центр карты.

Часы. Маленькие круглые нарисованы почти посередине.

– Увлёкся надписями. Даже внимания не обратил.

Прозвучало как извинение, чем по сути и было. Я любил игры, любил загадки, иногда даже любил учиться. Но сейчас чувствовал себя идиотом.

– Нужно быть проще, – флегматичный, растягивающий слова голос Широйи прозвучал как ответ на мои мысли. – Нам дали всего пять часов. Замок огромный. Задание либо рассчитано на гениев, и тогда мы все уже проиграли, – усмехнувшись, он выдохнул. – Либо оно максимально простое.

– А вдруг среди нас как раз есть гений, который им нужен?

“В этой академии никто ни в кого не верит”.

Широйя перевёл взгляд на чехол от очков в моей руке.

– В любом случае профессор Руфи́м была права. Нужно получать удовольствие от процесса.

– Профессор Руфи́м? Она встречала вашу группу?

– Ага. Суровая леди. Дала нам кучу напутствий.

– У нас был парень-азиат с цветными волосами. Тоже в нас не верил. Прям как ты.

– Хммм.

Я ждал продолжения, но Широйя молчал. Я проследил за его взглядом и понял, что он рассматривает нарисованные часы. Это подтолкнуло меня к догадке.

– Условные обозначения?

Лицо Широйи просветлело, и он улыбнулся – видимо, я смог угадать его мысли.

Мы принялись заново рассматривать карту. Часы были самым большим символом на ней, но были и другие. Количество коридоров, кабинетов и надписей размывало внимание. А вот символов, которые я поначалу принял за декор, было значительно меньше.

– Кровать – это, наверное, спальни, – я начал рассуждать вслух.

– А кран – ванные или уборные.

– Куст в горшке…

– Оранжереи?

– Тут четверть замка как одна большая оранжерея, – я вспомнил, как Кента осматривал кабинет Митцуи, и мне начало казаться, что с тех пор прошло полдня, а не полтора часа.

– Есть такое. Может зона отдыха.

– Возможно.

Ориентироваться по символам, хоть они и были совсем небольшими, оказалось гораздо проще, чем по надписям.

– Книга, – я указал на юго-западное крыло, и внутри пробежало радостное предвкушение разгадки.

Это была первая настоящая зацепка за всё время.

– Тут ещё одна, – Широйя ткнул в противоположную часть плана.

– Значит их несколько…

– Ага. Вот тут внизу ещё книга. И ещё…

Это озадачивало, но я почти не сомневался, что мы на верном пути.

– Рассуждая логически, – Широйя, задумчиво постучал пальцем по подбородку, – все мы их точно проверить не сможем…

– …а значит, какая-то должна чем-то выделяться.

Я закончил его мысль. Он медленно прикрыл глаза, показывая согласие.

На первый взгляд все книжки были нарисованы однотипно. Стараясь придерживаться логики, я решил получше рассмотреть ту, что была в относительном центре плана. Широйя был занят тем же.

– По-моему она чуть больше остальных, – он склонил голову, продолжая рассматривать, заинтересовавший нас символ.

– Как будто бы да.

Быстро сориентировавшись, я приложил к рисунку подушечку пальца и повторил это действие с парой других книг.

– На полсантиметра поболь…

– Это она.

Я обернулся, ожидая пояснений.

– Надпись.

Мои глаза побежали по карте.

– "Большая библиотека", – я кивнул, скорее сам себе.

– Думаю, "большая" можно интерпретировать как "главная".

Звучало логично. Оставалось понять, как попасть в эту Большую библиотеку. Она была недалеко от центра, но это совершенно ничего не означало. Добраться до неё можно было просто свернув в ближайший коридор, но могло потребоваться и десять коридоров с пятью лестницами. Я даже не был уверен, на каком она этаже – из-за обилия разных типов линий всё было не очень однозначно.