- -
- 100%
- +
Пролог
Даже если весь мир сойдёт с ума,
у меня есть ты, у тебя есть я.
Даже если всё здесь дотла сгорит,
Неизменными будем только мы.
Таня Нотман
Это случилось между ними. Это случилось по обоюдному желанию. Они стали ближе. Они стали… вместе. Они научились прятать шипы и иголки. Такие опасные, с ядом на острие. Вдруг стало не больно, вдруг стало не страшно. Совершенно неожиданно Влада оказалась готова стать частью ещё вчера чуждого и непонятного мира. Она оказалась готова стать центром этого самого мира. Ведь Багдасаров обещал ей именно так.
Осталось совсем немного. Например, сказать заветное «да» ну, и позволить мужчине вести. Влада это заслужила, а Багдасаров оказался достоин. Спокойной ночи, прошлое. Сладких снов, одиночество. Fuck you, судьба бедной чеченской сиротки!
Глава 1
– Я тебя предупредил!
– Я помню. Если что-то пойдёт не так, ты меня убьёшь.
Влада была уверена, что не уснёт, но, казалось, отключилась, стоило только коснуться головой подушки. Перенасыщенный эмоциями день «выпил» её без остатка и восполнить силы не удалось. Это стало ясно, когда настойчивый стук практически разбудил сознание, но тело было против. Тело сопротивлялось и отказывалось реагировать на раздражитель. Вот только мерзкий звук повторялся снова и снова и совсем скоро победил. Влада подскочила на кровати, как после жуткого кошмара.
Она совершенно забыла, где находится, забыла, зачем приехала. А вот сейчас вспоминала. Всё по порядку. Где, с кем, зачем… а потом ещё и вспомнила, почему! Потому что влюбилась! Это случилось неожиданно и всего-то несколько часов назад, но факт, который прежде наводил ужас, сейчас заставил глупо улыбаться. Глупо и безумно счастливо!
Влада подтянула к подбородку пышное одеяло и лениво расползлась на постели, и только повторившийся звук, что и заставил проснуться, вернул в реальность. Влада снова села, снова осмотрелась и только тогда пришла в себя окончательно: стучали вовсе не в дверь. Звук шёл от окна и, кажется, в него бросали мелким гравием. Очень мелким. Чтобы точно не всполошить всю округу, но достаточным для того, чтобы выдернуть её в реальность.
Влада подскочила, стремительно пересекла комнату и решительно одёрнула занавеску. Увидеть между колючих кустов роз Аслана она точно не ожидала. Не ожидала, а потому совершила первую ошибку и вышла на балкон. Следом за первой она совершила вторую и спросила, что тому нужно. А самой большой и самой глупой ошибкой стало слушать его бестолковый ответ!
– Уходи, не нужно, чтобы тебя видели здесь! – жёстко пресекла она невнятную чушь, что слетала с его губ.
– Я обещал помочь! – возмутился глупый мальчишка. Возмутился и решительно шагнул вперёд. Влада просто не могла не принять этот вызов, и тоже шагнула.
Она смотрела на него сверху вниз и испытывала те самые чувства, что и несколько лет назад. Злость, пренебрежение и брезгливость. Потому что Аслан был жалким! Точно таким, каким его оставил Керим. Разбитым и сломленным. Глупым, самонадеянным мальчишкой!
Она видела его трусливым. Вот и сейчас он пришёл с первыми лучами рассвета. Точно как вор! Пришёл и рассчитывал, что Влада поймёт. Но им не о чем было говорить. Пропасть между мирами стала больше, а камни на дне этой пропасти острее!
Влада видела его ничтожным. Таким, каким Аслан был всегда. И потому смотрела с превосходством. А он был рад даже этому. А может, не рад… Потому что в тёмном взгляде разгоралось опасное пламя. Владе было плевать на эту опасность. У неё совсем другие планы. Она собиралась быть счастливой, а глупый, наивный мальчишка хотел, чтобы поверила.
«Да, наивный и глупый!» – мысленно чертыхнулась Влада и отрицательно покачала головой.
– Нам не по пути… – Раздалось ровно и спокойно. Именно сейчас Влада точно знала, чего хочет.
Но она ошиблась. Аслан знал о её желаниях куда больше, а потому ударил больно и попал в цель.
– Спускайся, и узнаешь, где твоя сестра! – Вскинул он голову, отпуская в пространство хладнокровное спокойствие.
Сердце опасно дёрнулось, а затем застучало быстро-быстро. Влада сжала кулаки и склонилась над мальчишкой.
– Ты врёшь!
– Может, вру, – паршиво ухмыльнулся Аслан, и вот этого парня Влада не узнавала… – Но какая вероятность того, что говорю правду? Сколько ты дашь на эту вероятность?
Влада скрипнула зубами.
– Пошёл ты…
– Пошёл… но только вместе с твоей обожаемой маленькой Эль! – опасно хмыкнул он. И испытывал. Испытывал взглядом. И мысли Влады заметались. Она не имела права отказаться от этого шанса. Даже если этот шанс так же ничтожен, как и тот, кто его подарил.
Такие решения Влада принимала незамедлительно. Сестру она любила больше. Больше, чем свободу и больше, чем всякого мужчину. Даже Багдасаров терялся на фоне этой любви. Багдасаров терялся, а Эль сверкала ярко, как первая звезда! А потому Влада сжимала зубы и натягивала джинсы. Потому она перемахнула через парапет и спрыгнула на землю, не боясь высоты и не замечая препятствий. Невдалеке уже слышался весёлый смех рабочих, которые пришли, чтобы готовить дом и его обитателей к празднику. Сердце билось быстро и мощно. Но Влада не сомневалась. Для того, кто любит, сомнения ничего не стоят.
Машина Аслана стояла в нескольких метрах от её балкона. Какая-то дурацкая машина из… службы доставки цветов. С несуразным алым бантом на капоте, с ляписными маками, изображёнными над длинным номером телефона. Номера авто будто нарочно оказались замазаны грязью. И всё же у Влады оставалось сомнение. То самое, что заставило напряжённо сглотнуть, прежде чем сесть на переднее сидение и хлопнуть перекошенной дверцей. К горлу подступил ком, а к глазам слёзы. Звякнули ключи с массивным металлическим брелоком, затарахтел будто неисправный мотор.
– Да поехали, наконец! – взвилась Влада, стиснув зубы до судороги в челюсти, и закрыла лицо ладонями, как только машина с визгом шин, дёргаясь и сопротивляясь, но всё же тронулась с места.
Когда Влада справилась с эмоциями и пришла в себя, Аслан уже свернул. И вот тогда внутри вскипела самая настоящая ненависть! Потому что этот придурок повёз её через центральные ворота. Повёз через центральные ворота, когда в огромной усадьбе было минимум четыре выхода, и все они в этот день оказались гостеприимно распахнуты!
– Что ты творишь?.. – заскрипела Влада зубами, пытаясь не удариться в панику.
Ведь жизнь в этой части дома и двора, буквально говоря, кипела! Жизнь сосредоточилась и у кованых ворот, и у высокого крыльца, и на каждой парковой дорожке! Но действительно не по себе стало, когда она разглядела Багдасарова. Собранного, напряжённого… нет, он и не думал, что в такой день можно отдыхать. Не подозревал, что какие-то поручения лучше свалить на плечи близких, родных, знакомых. Что-то внутри Влады заметалось, забилось, заклокотало болью. Она не имела права оставлять Юру вот так!
Тут же нашлось оправдание: она всё объяснит ему потом. Потом – обязательно! Но сейчас у Влады был шанс… Чёртово слово крутилось в мозгах заезженной пластинкой. Крутилось и пульсировало. И приходилось кусать губы, чтобы не сорваться, чтобы не слететь с орбиты! Чтобы не перепутать, что в жизни самое важное! И то, что происходило между ними вчера, безусловно, важно… но сестра… её маленькая сестра… Влада как сейчас помнила те самые эмоции. Они оставались такими же острыми, мучительными, как незаживающая рана. Не из чего выбирать…
Аслан гнал по дорожке, поднимая пыль, привлекая внимание. Опасные манёвры пугали проходящую мимо прислугу. Багдасаров просто не мог этого упустить! И вот сейчас смотрел точно на дурацкий цветочный «каблук». Скривив губы, он что-то сказал стоящему рядом мужчине. Не просто сказал, а сделал выговор! В его владениях вести себя так непозволительно! А потом затянулся сигаретным дымом. Багдасаров… который вроде как не курит!
К Юре подъехал тёмный внедорожник, и на мгновение Влада потеряла его из виду. Вот только легче не стало. Что-то внутри неё ныло и сопротивлялось. С Багдасаровым ей было хорошо… а там, куда она едет? Что будет там?
– Ты обманул меня, ты не знаешь, где сестра? – тихо уточнила Влада, не глядя на мальчишку.
Аслан крепче сжал руль и ответил:
– Я верну её тебе, вот увидишь.
Влада не верила. И смотреть на него не хотела. Но пришлось, когда в воротах появился грузовик. Чтобы не столкнуться с ним на узкой дороге, пришлось сделать круг по кольцу, обогнуть яркую клумбу. И Аслан поехал прямо туда, где стоял Багдасаров.
– Что ты делаешь, ты с ума сошёл?! – вскрикнула она, цепляясь за панель, за сидение, не зная, куда спрятать глаза, как вытолкнуть вину, что уже сейчас бомбила сознание.
А потом увидела его. Юра изменился в лице мгновенно. И почему-то ни одна из стадий принятия факта не задержалась в стремительно темнеющем взгляде. Ни гнева, ни отрицания, ни торга… про принятие и речи не шло! Своё Багдасаров не отдаёт – вот, что она видела там! Вот, что уловила!
Жизнь остановилась, а мир сузился до единственного значимого лица. И Владе нечего было ответить. Она поступала подло. А Юра, казалось, ничего другого и не ожидал. И потому решение было принято мгновенно. Такое же твёрдое решение вернуть её. Немедленно!
Ворота усадьбы были позади, а выезд на загородную трассу совсем близко. Аслан выжимал из видавшего виды «каблука» максимум, но этого оказалось недостаточно, чтобы взять ситуацию под контроль. И потому первый удар массивным бампером чёрного внедорожника случился практически сразу. Договариваться с ним никто не будет! Влада вскрикнула, Аслан беспомощно озирался. Машину тряхнуло, колёса повело, справиться с управлением удалось далеко не сразу, а отдышаться после мальчишке просто не позволили!
– Пристегнись, сладкая! – Раздался одновременно злой и насмешливый окрик Багдасарова, когда машины практически поравнялись на узкой дороге.
А сразу за предупреждением случился новый удар. «Каблук» оказался прижат к нависающей над дорогой скале, и жуткий металлический скрежет царапал по нервам.
– Это ещё кто?! – взревел Аслан, не справляясь с эмоциями.
Он вырулил. Сейчас – да. Но шанса уйти не было. Внедорожник отстал только из-за нескольких идущих подряд встречных машин. Багдасаров играл светом и громко сигналил. А ещё вполне доходчиво демонстрировал настойчивость, играючи подталкивая «каблук» в задний бампер. О том, что такие игры опасны, он догадывался, но отступать не хотел. Не в этот раз. И плевать, что машину «вело» по всей дороге, плевать, что встречные авто только чудом успевали свернуть, уступая опасным манёврам.
– Останови! – скомандовала Влада и запустила пальцы в волосы. Сердце бешено колотилось. Она совершила ошибку. Первую и вторую, и третью! Она сделала неправильный выбор!
Глупый мальчишка только ускорился. Он рассчитывал, что справится. Влада дёрнула ремень безопасности, пристёгиваясь, и стиснула зубы.
– Останови, слышишь?! – потребовала она снова, когда от напряжения перекрыло дыхание.
Аслан рассмеялся. Напряжённо и вызывающе. А потом внушительно кивнул каким-то своим мыслям.
– Он ничего не сделает! Только пугает! Пока ты в этой машине, он ничего не сделает… – будучи абсолютно уверенным в собственной правоте, выдал мальчишка. А после посмотрел в зеркало заднего вида и чертыхнулся.
Влада обернулась – внедорожника не было.
– Отстал? – охнул Аслан, чем выдал свой страх с головой. И теперь рассмеялся иначе. С сомнением и будто не веря, что всё закончилось.
Влада тоже не верила, а потому внимательно всматривалась в окрестности, попутно цепляясь пальцами то за сидение, то за свёрнутую с болтов дверную ручку. Внедорожник появился неожиданно. Он буквально выскочил из-за высокого ветвистого куста справа. Выскочил и протаранил их машину, не сбавляя оборотов и не вспомнив нажать на педаль тормоза.
Удар оказался слишком сильным, чтобы успевший расслабиться Аслан удержал машину на дороге. «Каблук» дёрнуло, на скорости занесло. Мелкий гравий под колёсами сделал своё дело и потащил неуправляемый автомобиль к скалам. Машину снова швырнуло. Скрежет металла смешался с визгом шин, с человеческим криком. А потом мир покатился кубарем. Минуло несколько секунд – не больше, но вся бестолковая жизнь Влады успела не раз пронестись перед глазами. Когда «мир», наконец, остановился, когда он вдруг замер, затих, стало понятно, что кубарем катился как раз «каблук». А сейчас он грузно и будто нехотя встал на колёса и жалобно заскрипел.
Аслан лежал грудью на руле и тихо стонал. Он был без сознания. Авария его здорово потрепала. Владу спас ремень. А, может, счастливый случай. По крайней мере, кроме боли в коленке и понятного тумана перед глазами, ощутимого дискомфорта не было. Тошнота и головокружение не в счёт! Влада даже смогла самостоятельно выбраться из покорёженного автомобиля – пассажирская дверь оказалась вырвана вместе с петлями и сейчас болталась под ногами.
Неловко пошатнувшись, пытаясь окончательно прийти в себя, Влада выбралась и осилила один неловкий шаг. Всё ещё плохо соображая, что делать дальше, увидеть перед собой Багдасарова она точно не ожидала. И его ярости не ожидала тоже. А зря. Он ударил от души, наотмашь. Ударил её ладонью по лицу. И больно было так, что даже привыкшая к подобному обращению Влада едва устояла на ногах. А может быть, и не устояла бы вовсе, но Багдасаров удержал за ворот футболки.
Впрочем, об этих нюансах она заботилась слабо, ведь рот наполнился кровью. Мгновенно. А перед глазами сначала потемнело, а потом запрыгали разноцветные звёзды. И вот теперь мозги встали на место окончательно: она была виновата. Виновата, а потому даже не подумала возмутиться. И плевать, что половина лица онемела, плевать, что спустя мгновение та же половина отозвалась вспышкой боли. Будто в замедленной съёмке Влада наблюдала за происходящим. Звуки долетали словно издалека, мир снова закружился, а тошнота стала невыносимой. Она подкатывала к горлу новой и новой волной, но всё ещё позволяла отдышаться.
Карусель остановилась, когда Влада посмотрела Багдасарову в лицо. В его глазах не было злобы, не было ненависти. Любви, понятное дело, не было тоже. Теперь в его глазах оставалось только презрение. Вся нежность, вся ласка ушла. Ну, или вот этот, хорошо знакомый ей деловой человек грубо потеснил мальчишку, что вчера признавался в любви в танце. Во взрослой жизни нет места романтике. И пора бы это уже уяснить!
Чтобы привести Владу в чувства, Багдасаров её грубо встряхнул, чтобы не смела отворачиваться – сжал в жадной хватке нижнюю половину лица. Больно стало настолько, что всё ещё проскакивающие звёзды перед глазами обрели багровый оттенок.
– В машину! – процедил Юра и оттолкнул её от себя. Оттолкнул предельно небрежно, лишний раз подчёркивая невысокий статус, до которого Влада умудрилась скатиться за несколько жалких часов.
И она пошла. Не особо соображая, куда, и уж точно не улавливая, зачем. Багдасаров был впереди. Он уверенно рассекал воздух руками и твёрдо ступал, не боясь испортить замшевые туфли в дорожной пыли. Влада плелась следом. Её шатало – усилилась головная боль и тошнота, её неуклонно уводило влево – разбитое колено так напоминало о себе. Обернувшись, она окинула резко поплывшим взглядом покорёженный «каблук». Яркие маки на кузове смялись и потрескались, алый бант сорвало с капота ещё при первом столкновении. Влада замерла и зависла, будто не могла вспомнить, как здесь оказалась. Но вот из-под капота показалось неуверенное пламя, и потерянная мысль буквально пронзила разбухший от встряски мозг: Аслан! Там остался Аслан, а он так и не сказал, где искать маленькую Эль!
Владу сорвало с места тут же. Ни о тошноте, ни о каком другом дискомфорте она в то мгновение уже и не вспомнила. И колено не помешало бежать, перепрыгивая, перескакивая через препятствия. Напору поддалась и перекошенная дверь. Только здесь, только сейчас Влада поняла, что пламя лишь казалось безобидным. На самом деле оно успело закоптить лобовое стекло, жадно лизнуло смуглую кожу. В нос ударил мерзкий запах палёной плоти, и Владу всё-таки вырвало. Она вытащила Аслана и, приводя его в сознание, дважды ударила кулаком в грудь. Парень зашёлся мучительным кашлем, но сумел раскрыть глаза.
А уже в следующую секунду Владу сдёрнуло с места. Багдасаров. Он подхватил её и грубо отшвырнул в сторону. Удалось удержаться на ногах, но ловкость была ни при чём – сыграла исключительно удача. Влада бросилась к парню снова: она так и не задала свой вопрос, но Багдасаров был сильнее. Он был быстрее. Он был мощным двухметровым мужиком, чёрт возьми!
– Он знает, где моя сестра! – закричала Влада Багдасарову в лицо. – Он сказал, что знает, где моя сестра! – забилась она в истерике, лишь на уровне подсознания понимая, что Юра не отпустит. Что он подомнёт под себя и её волю, и несносный характер.
Упругое, гибкое тело билось, выкручивалось в сильных руках, но Багдасарову было плевать на её протест. В таком состоянии справиться с Владой смог бы, кажется, любой. Вот и он сейчас сжал её шею, буквально перекрывая доступ воздуха. Мозг среагировал раньше, а вот тело ещё какое-то время тратило силы на борьбу. Влада пыталась ударить Багдасарова в плечи, рассчитывала расцарапать если и не лицо, то хотя бы шею. В ответ на это он максимально вытянул руку, и ей осталось только хвататься за рукав белоснежной сорочки, окончательно выбиваясь из сил.
Тряхнув Владу ещё раз, Багдасаров притянул её к себе и зло выдохнул в лицо:
– Если дёрнешься или вздумаешь выкинуть что-нибудь ещё, я просто убью тебя. Я убью тебя сейчас! – сорвался он на откровенный крик, сжимая ладонь на её шее так сильно, что сознание поплыло, а ноги ослабли.
В тот самый момент, когда сопротивление в ярких глазах угасло, хватка на шее исчезла. Идти Влада не могла и осела прямо в дорожную пыль. Осела и распласталась, пытаясь отдышаться, пытаясь не разреветься от абсолютной беспомощности. Багдасаров схватил её, как игрушку, как вещь. Он несколько раз толкнул её вперёд, заставляя идти. Толкал, пока Влада снова не упала, раздирая ладони в кровь. А после подхватил под живот, проволок так до машины и небрежно затолкал на пассажирское сидение. Без слов и лишних предупреждений Юра захлопнул дверцу с такой силой, что, казалось, стекло просто вылетит!
Машина тронулась с места. Сказать друг другу им больше было нечего. Багдасаров гнал, как сумасшедший, безжалостно срезая повороты и не боясь сорваться в отвесную пропасть. Он вдавливал педаль газа в пол, а потом тормозил так резко, что Влада всерьёз рисковала лишиться всех внутренностей разом. Опустошённая, совершенно обессиленная, она была не в состоянии держаться или как-то себя защитить, а потому безвольно болталась, то вжимаясь в сидение, то пикируя прямо в лобовое. А когда ворота усадьбы остались позади, когда колёса встали, как вкопанные, разбить голову не позволила стальная хватка.
Багдасаров удерживал её подбородок и пристально всматривался в лицо. Что он там искал – признаки адеквата, отголоски сознания или хоть каплю благоразумия, Влада не знала. Лично она ничего этого в себе не чувствовала. Но ловила на себе этот бешеный взгляд и понимала: придётся поискать. Причём, очень хорошо. И адекват, и сознание, и благоразумие. И если вдруг Багдасаров чего-то недосчитается, ответить за это придётся головой.
– Я тебя предупредил! – напомнил он об опасной угрозе, что прозвучала ещё там, на пустынной дороге.
И вот тогда Влада, наконец, включилась. Она опомнилась и стиснула зубы. Что-то говорить в своё оправдание не стала. Открыла рот, чтобы оправдаться – считай, признала вину. Она была виновата, и этого не отрицала. Вот только сейчас требовалось гораздо больше, чем какое-то там понимание. За свой тупой поступок она ответит потом. Не раз и не два. И прочувствовать всю фатальность ошибки тоже придётся. Но сегодня от неё требовалось сыграть роль. Идеальной невесты из Влады не вышло, да и с любовью что-то не прокатило. Но свадьба состоится. А впрочем, Юра об этом как-то уже говорил…
– Я помню. Если что-то пойдёт не так, ты меня убьёшь, – сознательно кивнула она и столкнула грубую хватку.
Казалось, вместе с хваткой Влада умудрилась содрать с лица и кусок кожи. Больно так, что слёзы без спроса наполнили глаза. «Нужно только напомнить самой себе, что сильная, и всё пройдёт…» – про себя прошептала Влада и первой вышла из машины. Вышла и прогнала мысль, будто что-то мелькнуло в глазах Багдасарова после её слов. Что-то неуловимое, но яркое, пульсирующее, болезненное.
Юра нагнал её уже на втором шаге и внушительно прихватил за плечо. Доверию конец! Взаимопониманию тоже. Не устраивало по-хорошему – у Багдасарова в запасе есть как минимум ещё один вариант. Навстречу бежал толстый коротыш.
– Что за свадьба, на которой невесту не украли?! – восхищённо воскликнул он, радостно приветствуя молодых.
Стоило догадаться, что это прозвучала та самая версия, которая дошла до всех небезразличных. Едва ли Багдасаров был за неё, за эту версию благодарен, но сделал над собой усилие и смог улыбнуться. Это Влада уловила боковым зрением. Юра с готовностью кивнул и не менее восторженно вскинул свободную руку.
– Узнаю, кто у нас такой торопыга, ноги повыдёргиваю! – процедил, но, кажется, злость практически поддалась и больше не копилась ядом на языке. Только жгла нутро. В этом сомневаться не приходилось.
Вот именно так, сжимая её плечо с такой силой, будто рассчитывал, как минимум, раздробить кости, Багдасаров и довёл Владу до комнаты. Но это была не спальня. Юра нажал на резную ручку, толкнул дубовое полотно, и от обилия света пришлось невольно прищуриться.
– Ну что же вы так долго? – весело защебетали какие-то девушки.
Разглядеть их Влада смогла секундой позже, когда глаза всё же привыкли к обилию света, который отражался от стен, от полов и, конечно же, от зеркал. Что это было за помещение, оставалось только гадать, но для того, чтобы привести Владу в человеческий вид, оно подходило идеально. Впрочем, больше девушки не щебетали и улыбки решили попридержать. Та самая лёгкость, что вибрировала в воздухе при первом появлении, вдруг растворилась, уступая место гнетущему молчанию.
Взглядов было слишком много. Интереса в них ещё больше. В какой-то момент Влада даже испугалась, а потому посмотрела на Багдасарова в поиске поддержки. Напрасно! С каменным выражением на лице, он и не собирался кому-то что-то пояснять. Только подтолкнул Владу в спину и мерзко усмехнулся.
– У вас три часа, – ровно объявил он присутствующим и толкнул Владу ещё раз. Достаточно грубо. Так, что ладонь обожгла кожу между лопаток.
Шаг получился страшно неловкий. Влада сглотнула, но сделала над собой усилие и несмело вошла в круг красивых, свежих, чуть удивлённых лиц. Уловив в ближайшем зеркале своё отражение, она вздрогнула: жуткий кровоподтёк наливал левую половину лица. От самого подбородка и до виска. Задержать дыхание вышло непроизвольно. Десяток оттенков от красного до бордо плавно перетекал в лёгкий фиолет.
– Холод неси! – сориентировалась она, подтолкнув в плечо ближайшую из девчонок.
Глава 2
Твоё недовольство стало осязаемым, Геворг.
И если ты хочешь, чтобы свадьба состоялась, поумерь пыл.
Раскисать было тупо некогда! Влада судорожно вздохнула и… так и не решилась коснуться расползающегося в сторону глаза ушиба. Никто не сдвинулся с места… растерянность снова перекрыла дыхание. Влада оглянулась на Багдасарова, который так никуда и не ушёл. Он смотрел ей прямо в глаза. Смотрел и презирал. За обман, за то, что использовала вот так. За прошлую ночь презирал особенно! Ведь по всему выходило, что Влада заставила его раскрыться и подло ударила! Причём, метила, очевидно, в голову, а попала в сердце – что спустить было особенно непросто. А он и не собирался спускать. Сколько там кругов ада существует? Багдасаров лично протащит её по всем.
Но сейчас он сжалился. Или просто желал получить результат. А потому громко хлопнул в ладони и зло оскалился.
– Значит так, красивые, объясняю один раз: глазеть здесь могу только я. Остальные работают! – сделал Юра внушение, и жизнь закипела.
Все зашевелились, все вдруг вспомнили о своих обязанностях. Из того, что им только что представили, придётся сделать невесту. Нежную, красивую и уж точно без следов рукоприкладства на лице! Потому за льдом одна из девчонок ринулась особенно быстро. Вероятно, именно она отвечала за «лицо». Не только Влада понимала, но и мастер по макияжу: замаскировать синяк ничего не стоит, а вот если пойдёт отёк, и лицо «поплывёт»… В общем, уже совсем скоро она сидела, подпирая левую щёку каким-то диковинным холодовым элементом.