Холодный свет далёкой звезды

Пролог

– Мама, а ты веришь в чудеса?

– Если только в те, которые являются творением человеческих рук…

– Нет, я не о том. Я о тех чудесах, которые происходят неожиданно. Вот, сегодня ещё ничего не было, а завтра раз – и чудо. В такие веришь?

– Не знаю, мне сложно представить, что ты имеешь в виду.

– Ну… может такое случиться, что мы вернёмся домой? Раз и навсегда…

– Домой? – прежде чем ответить, Лора предельно аккуратно выпустила воздух из груди. – Дом – это место, где ты нашёл себя, где тебя любят и ждут. Разве нет?

– Да, конечно, только… мам… завтра самолёт. У меня два билета, и я…

– Нет, не хочу, – поспешно ответила Лора. – Здесь тепло, здесь море. – Её улыбка обрела природную нежность, рука скользнула по золотистому песку, пропуская его между пальцев. – Я даже не загорела, – озорно закончила она и перевернулась на живот, подставляя жарким солнечным лучам свою спину.

– Дядя Мансур приедет ночью. Ему можно побыть до самолёта у нас?

На мгновение задумавшись, Лора легкомысленно пожала плечиками.

– Только если папа не против.

– Папа не против.

– Тогда конечно. Он ведь будет тебя сопровождать, нет?

– Он… Мам, а почему ты не хочешь… его простить?

– Кто тебе сказал такую глупость? Я его давно простила, – Лора подняла солнечные очки на голову, открыла глаза, прищурилась от непривычно яркого света.

– Тогда почему?

Улыбка стала рассеянной, а очки лёгким движением упали на переносицу, закрывая взгляд.

– Я просто устала, – нехотя проговорила она и устроила голову на локтях, усердно делая вид, что вопрос себя исчерпал.

– Уже два года…

Лора поспешно кивнула, обрывая на полуслове.

– Это ты у меня умница, всё понимаешь, – она приподнялась, погладила детское плечо. – А вот мы с папой остановились где-то в той точке, где есть только вопросы и ни одного ответа.

– Он скучает.

– Сам так сказал?

– Нет, – детские щёки вспыхнули румянцем. Краем глаза Лора видела, как кулачки напряглись. А когда обернулась, смогла оценить выдержку и стойкость, которые явно не по годам юному дарованию: сменив огонь, в глазах поселилась безмятежность, а кулачки… да разве же они были?..

– Вот когда сам скажет, тогда…

– Правда?!

Лора рассмеялась. Совершенно искренне. Мгновенно стирая из памяти все ненужные мысли.

– Он ещё ничего не сказал, – довольно добавила. Поправила белую панаму и накинула светлую майку на загорелые детские плечи. – Иди в дом, не то сгоришь.

– Это потому что у меня очень светлая кожа. Не как у папы.

– Но точно его глаза… Только посмотри.

Лора извлекла из плетёной пляжной сумки крошечное зеркальце.

– Ни единой голубой крапинки. И волосы…

– А волосы чёрные, – незамедлительно поступило возражение, которое Лора была вынуждена принять.

– Ещё скажи, что это некрасиво.

– Красиво. Всем нравится.

– Тогда что не так?

– Домой хочу! – Прозвучало резко, и не успела Лора отреагировать, как светлые пятки засверкали в направлении дома.

– Так самолёт уже завтра! – бросила она вдогонку, точно зная, что слова достигли цели.

Выкрикнула и тут же отвернулась, глядя на бесконечную водную гладь. Лора тихо и практически незаметно хмыкнула, удивляясь самой себе, упала на песок, мечтательно потянулась.

Сейчас было хорошо. Именно потому, что дом далеко. Потому что солнце припекает, а тёплая вода приятно шумит невдалеке. Ильдар так часто говорил о целебной энергии, которая способна оживить, и теперь в эти сказки верилось. Просто она научилась любить себя. Научилась быть благодарной за то, что у неё есть. Научилась улыбаться солнечному дню, буре, снегопаду… А вот по снегу, действительно, скучала. Дома сейчас зима. Мороз. Новый год… А она на праздники планировала выспаться… и получить подарок. Долгожданный.

– Я тебя назову Дилария… – прошептала она, точно зная, что никто не услышит. В глазах мгновенно защипало, но это было так привычно… Лора улыбнулась, уверенная в том, что всё будет хорошо, и получилось расслабиться.

Глава 1

– Лора Витальевна, выглядите просто сказочно, – Ева радушно улыбнулась, привставая из-за секретарской стойки. Не теряя времени, она положила на край папку с последними отчётами. Лора папку перехватила, но комплимент восприняла скептически. Ухмыльнулась.

– Надеюсь, это сказка не про Бабу-Ягу, нет?

– Отдых пошёл вам на пользу! – возмутилась девушка, не забывая сопроводить возглас блеском в глазах. – Такое чувство, что поправились.

– Не без этого… – Лора снисходительно кивнула.

– Так вздохнули сейчас, словно это ужасно.

– Когда только вернулась и посмотрела на себя в зеркало, думала: не влезу ни в один костюм, – честно призналась Лора, мельком просматривая содержимое документов. – Германов на месте? – нахмурилась, прежде чем оторвать взгляд от бумаг. Ева понимающе скривила губы на одну сторону.

– На встрече. Соскучились наверно?

– Да. Особенно если то, что вижу, не обман зрения, – провела она пальцем по специально выделенным красным маркером строкам.

– Не обман. Наша Ниночка из бухгалтерии так с ним скандалила, вы бы слышали, – Ева округлила глаза и перешла на доверительный шёпот. – Кошмар какой-то. Вот сюрприз-то будет… Позвонить ему, предупредить, что вы уже на месте?

– Да. А ещё пообещай, что буду насиловать во всех известных мне позах…

На этом выражении Ева прокашлялась и немного покраснела. Лора заметно напряглась, и секретарь доложила:

– Пару дней назад вас искал Юрий Владимирович…

Теперь пришло время прокашляться и Лоре, но она всё же нашла силы на то, чтобы вежливо изобразить внимание, пропустив мимо себя последний негласный намёк.

– Тоже был не в настроении.

Лора задумалась, а Ева привстала и нависла над стойкой.

– Не просто позвонил. А сам пришёл. Лично. Одним лишь взглядом метал стрелы и молнии. Сказал, как появитесь, тут же ему сообщить. Лора Витальевна, а у нас ничего не случилось? – её голос чуть дрогнул, а губы неприятно поджались. – С Германовым беседовать отказался, сказал что-то про шелудивого пса. У Ниночки затребовал отчёт за последние полгода. А что, он был не в курсе, что вы в отъезде? – закончила Ева свою речь и опустилась под тяжёлым взглядом.

– Соедини с Гастило, дорогая, – вместо множества ответов ядовито улыбнулась Лора и прошла в свой кабинет.

Двухнедельная поездка на острова была глотком воздуха среди непростых будней. За последние несколько месяцев изменилось, казалось бы, многое, но при этом ничего существенного не произошло. Та же работа, те же проблемы и заботы. Те же улыбки и сплетни за спиной, но было и что-то такое, что объяснить и понять с первого взгляда не получалось. Сложными были и отношения с Ильдаром. Оба старались что-то прояснить, в чём-то угодить, и этими самыми стараниями, грубой, тёмной линией перечёркивали ту естественность в отношениях, ту лёгкость, то спокойствие, что читалась между ними прежде. И вроде всё происходящее объяснимо и понятно, но… уже совсем не так.

В отношениях не осталось белых пятен, но не осталось и места для отступления. Они всё обсудили, поняли и приняли позиции друг друга, и снова всплывало вездесущее «но», которое даже не становилось прямым вопросом, а просто мелькало на задворках сознания, держало в напряжении, бросало тень на общее будущее. Ильдар видел решение такой проблемы в своеобразной паузе. Лора, несмотря на то, что имела по этому вопросу своё мнение, отказать не смогла. В итоге она была там, а он здесь. Она пыталась пробить глухую оборону, он же оказался не намерен отступать.

Из поездки Лора вернулась вчера вечером, но вместо любящего мужа уловила дома лишь аромат его парфюма. Это были бесконечные командировки, нескончаемые проблемы в делах и откровенное нежелание открыто посмотреть в глаза. И в этом он не походил на себя самого. Что-то происходило. Что-то, не зависящее от самой Лоры. Что-то такое, что заставляло раз за разом поджимать губы вместо того, чтобы раскричаться, взорваться от переполняющих эмоций. Что-то…

– Лора, рад тебя слышать. Давно прилетела? – Прервал круговорот мыслей знакомый голос. Она непроизвольно улыбнулась, правда, вышло устало и как-то грустно.

– Доброе утро, Юрий Владимирович, – произнесла Лора и застыла, не зная, как продолжить. Она закрыла глаза, пытаясь расслабиться, кончиками пальцев принялась массировать висок. Глубоко вздохнула, понимая, что именно для этих целей в разговоре и была выделена непозволительно долгая пауза. – Прибыла вчера вечером, а уже сегодня вся в делах.

– Врёшь ведь, – усмехнулся мужчина на той стороне линии, и было слышно, как он барабанил пальцами по столу.

– Вру, – призналась честно, не особо желая скрыть этот факт. Лора покаянно склонила голову и поняла, что напряжение понемногу отпускает. – Но цифры видела. Хочу переговорить с Германовым, прежде чем делать выводы.

– Отдохнула?

– Было тепло и солнечно. Мне повезло с погодой.

Юрий Владимирович озадаченно хмыкнул.

– Даже не знаю, у тебя такой потерянный голос… Ты специально провоцируешь мои вопросы или действительно переутомилась?

– Вопросы? Нет… Сложно всё. Я не привыкла столько времени посвящать себе любимой. В голову лезут разные мысли. В большинстве своём глупые.

– Так, и почему ты говоришь об этом мне?

– Казалось, вы именно об этом и спрашивали, Юрий Владимирович. Нет?

– Нет. Что-то случилось? – осторожно начал он, но тишина в трубке Лоре показалась напряжённой. Юлить и уходить от ответа не хотелось. А может быть, этот разговор был именно тем глотком свежего воздуха, которого так не хватало в последнее время?..

– С какой целью интересуетесь? – оттянула она момент истины.

– Лора, я редко меняю свои решения и…

– Всё хорошо, – мигом собравшись, вдруг перебила она. Слишком остро почувствовала, в каком направлении движется разговор. Не хотелось бы его возобновлять. Как и тему их с Ильдаром отношений.

– По поводу фонда не беспокойся, Роман держит руку на пульсе.

– Я постараюсь не отставать. Вы к нам заедете?

– На выходных, – соизволил ответить Гастило на попытку вести светскую беседу. – Лора, ты говорила о глупых мыслях…

– Это было невольное отступление. Думаю, всё дело в количестве свободного времени, – противореча привычкам, отступала она, пытаясь найти иной выход.

– И всё же! – прервал мужчина её оправдательную речь. – Не накручивай себя. Не нужно.

– Мне иногда кажется, что вы ведёте игру против самого себя, Юрий Владимирович. Проще было убедить меня в обратном.

Мужчина понимающе хмыкнул и позволил себе пояснть:

– Восстановить руины невозможно, Лора. В таком случае приходится долго и упорно избавляться от их пыли, и лишь затем строить что-то новое. А новое не всегда лучше.

– Вы что-то знаете? – замерла она, сжимая телефонную трубку. Мужчина недовольно выдохнул.

– Лора, ты не ценишь мои советы, как делала прежде. Или просто их не слышишь.

– Я слышу, – Лора упрямо поджала губы. – Не накручивать себя, – покорно согласилась, подавляя внутреннее возмущение. – Услышала, а ещё запомнила и постараюсь в точности исполнить. Это всё, Юрий Владимирович? У меня вторая линия, надеюсь, внимания добивается Германов.

– Я понял: ты слышишь, но не хочешь воспринимать. Я заеду на выходные. Что хочешь получить в подарок? Всё же день рождения бывает раз в году.

– А можно мне сладкую дольку спокойствия? – усмехнулась она, припоминая неизменную дату.

– Только в виде транквилизаторов, детка. Накачаешь ими мужа и, поверь, будешь спокойна, как удав.

– До свидания. Надеюсь, Германов порадует меня больше. Жду в субботу.

– До встречи.

Глава 2

– Ильдар, мне не нравится её настроение. Не хочешь повлиять?

Юрий Владимирович приподнял брови, острым взглядом уставившись на давнего друга. Москвин оставался спокоен.

– Накачать транквилизаторами? Ты сейчас серьёзно? – громко хмыкнул он, смакуя коньяк.

– Ей нужно больше внимания, чем обычно. – В ход пошёл наставнический тон, заставляющий скривиться обоих.

– Юр…

– Нет, ты слышал, что она говорила?!

– Я не хочу это обсуждать. Не сейчас.

– И никогда не захочешь, – потянувшись за своим бокалом, с готовностью поддакнул Гастило. – Ты, вообще, в последнее время ничего не хочешь. Самому не надоело? Или боишься признать, что не справляешься?

– Давай я сейчас уйду, а старческие бредни останутся при себе.

– Табиб…

– Юра, она моя жена! – в чётко расставленных между словами паузах сквозило недовольство. Тон умело сдерживался, хотя восклицания в нём было уже не удержать. – Моя, а не твоя, – запомни это.

– Я помню. Но помни и ты, что как только твоя жена выбьется из общего течения, проблемы будут у нас двоих.

– Юр…

– Любящая женщина способна на многое…

– Юр…

– А женщина, которая сильно любила и в один миг стала ненавидеть, способна на ещё большее…

– Юра!..

– Она давно уже не ребёнок.

– Юра! Хватит, Юра! Я тебя услышал! – проговорил Ильдар громко и внушительно. Он подскочил с места, метнулся по кругу и вернулся на исходную, нависая над рабочим столом Гастило. – Я тебя понял и тоже повторю: Лора не ребёнок. Она прекрасно знает цену словам и поступкам. И о последствиях думает задолго до того, как решится на какое-нибудь действие.

Ильдар дёрнул стоящий рядом стул на себя и резко опустился на него, закинул ногу на ногу. Смотрел исподлобья, не скрывая раздражения. Гастило без эмоций наблюдал за этими метаниями.

– Она изменилась, подстраиваясь под обстоятельства. Пока чувствовала твою поддержку, была сильной. Как только поддержки не станет, просто не сможет удержаться. Тебе ли не знать, что происходит с человеком, чей мир рушится?..

– Лора никогда не была инфантильна!

– Прежде она жила с полной уверенностью в тебе и в себе, сейчас же эта уверенность тает на глазах. Лора стала уязвима.

– Юра… – Ильдар неодобрительно покачал головой за секунду до того, как выдержка Гастило дала сбой.

– Ты выслушаешь меня или нет?! Не будет так, как было раньше! – Мощная ладонь с тяжёлым ударом опустилась на стол. Пришла очередь Гастило подскочить, пытаясь придавить возражения физически. Теперь он нависал над столом, разрезая пространство взглядом. – И она слишком самостоятельна, чтобы зависеть от твоего решения. А если говорить ещё доходчивее, то ты… – мужчина с эмоциональной подачей ткнул указательным пальцем в сторону Москвина, – зависишь от неё не меньше.

– Юра…

– И не спорь! Ты не сможешь контролировать жену, если она всё узнает, – всем своим видом выражая недовольство, Гастило грузно опустился в кресло.

– Лора взрослая самостоятельная женщина, – медленно и настойчиво проговорил Ильдар, упираясь кулаками в поверхность стола.

– Лора – обманутая женщина, Табиб! И как только она это поймёт, увидишь, на что окажется способна.

Гастило, нервно пережёвывая губами мысленный поток ругательств, отвернулся в сторону.

– Займись женой. И это мой тебе дружеский совет.

Взглядом он ясно дал понять, что разговор окончен и проследил за тем, как Москвин демонстративно устраивается удобнее, не собираясь покидать кабинет.

Это был первый подобный разговор за последние восемь месяцев. Ильдар оценил выдержку Гастило, хотя видел, что того прямо распирает высказать нравоучения. О том, что Лора изменилась, напоминать было лишним. Он и сам слишком хорошо видел её реакцию на каждое своё действие. И если прежде было не то, чтобы слепое преклонение, скорее, безграничное доверие… То теперь… теперь она анализировала каждое его слово, каждую улыбку, каждый жест, а жить под постоянным контролем было сложнее, чем казалось когда-то. Она повзрослела, многое в её восприятии изменилось. И на прошлое Лора смотрела с высоты своего сегодняшнего полёта. И чего-то ей не хватало.

Ильдар и сам не раз пробовал начать серьёзный разговор, что-то прояснить, что-то проверить, но Лора умело выскальзывала из, казалось бы, железной хватки. И видел ведь, что изворачивается, а предъявить ей нечего. И это напрягало. Как и её взгляд. Если раньше был прямой, серьёзный, но при этом он оставался взглядом любящей женщины, то сейчас этот взгляд что-то искал. Скрытый смысл, двойное дно.

Лору можно было понять. Нельзя было добиться истины. А ещё она боялась. Да. В ней был страх. Тот самый, что когда-то уже решил за них двоих. Лора боялась потерять Ильдара и этот страх ею руководил. Не позволял раскрыться, не давал спокойно выдохнуть, закрыть глаза, почувствовать умиротворение. А вместе со страхом зарождалось и сопротивление, которое она объясняла себе как самооборону. Защищала то, что считает своим, не замечая, что тем самым отдаляется.

Она задавала вопросы. Те, на которые у Ильдара не было ответов. Те, ответы на которые могли её ранить, убить или, как говорит Гастило, ответы, что могут заставить ненавидеть. А обижать свою девочку хотелось меньше всего на свете. В этом Ильдар остался неизменен.

Он был готов защищать, готов закрывать, но не мог этого сделать, потому что росла стена. Высокая и крепкая. Стена между ними. Вот и сейчас, Лора приехала, не предупредив, что возвращается раньше запланированного. Не позвонила и когда ночевала в доме одна. Боялась отвлечь? Это не про Лору. Она боялась узнать то, что знать не положено. Не могла сказать наверняка, но точно чувствовала. И этим чувством можно было объяснить многое.

– Что молчишь? – недовольно заметил Гастило, разглядывая мыслительный процесс не без интереса.

– Я не хочу сделать ей больно, – тихо отозвался Ильдар и вместо привычного взгляда в глаза закрыл лицо обеими руками. Прогоняя нахлынувшую усталость, с силой растёр кожу.

– Тогда сделай ей ребёнка.

Прозвучало как насмешка, но Ильдар, вместо того, чтобы взорваться, отрицательно качнул головой.

– Что, нет? – теперь уже вполне реально усмехнулся Гастило. – Женщину могут отвлечь только дети. Твоя Лора не исключение, – принялся он лениво рассуждать. – С фондом разберёмся, ты же знаешь… Она счастлива, ты спокоен. Чем не вариант?

– Это не выход, – Ильдар снова отрицательно качнул головой и уставился взглядом в одну точку.

– Не выход пустить всё на самотёк, Табиб. И я не узнаю тебя. Когда дело касается жены, ты просто перестаёшь соображать. Это похвально, но только не в случае с бизнесом.

Ильдар откинулся в кресле, расслабляясь, Гастило, наоборот, хитро поглядывая, встал из-за стола.

– Табиб, я не буду стоять в стороне, – вдруг проговорил он и с решимостью ответил на резко вскинутый взгляд. Выждал, пока чернота глаз, свидетельствуя о полном понимании, загустеет, пока напряжение затронет все, без исключения, клеточки тела.

Ильдар медленно встал, подошёл, становясь вплотную. Улыбка, похожая на оскал, тронула губы и миновала глаза.

– Не приближайся к ней.

– Не тебе решать, – растянул Гастило каждую гласную букву.

– Юр, – Ильдар отступил, всем своим видом выдавая недоумение, – мы всё обсудили ещё тогда. Что тебе неймётся-то, а?

– Я считаю, что у каждого человека должен быть выбор.

– Гастило!

– Что? – развёл тот руками, явно насмехаясь. – Я могу дать ей то, что отказываешься давать ты. Твоей девочке нужна семья. Она может быть не просто удобной, она может быть незаменимой. И роль матери, согласись, Лоре к лицу.

– Ты не притронешься к ней, – тихо и с явной угрозой произнёс Ильдар.

– Я давно мечтал о наследнике.

– Не посмеешь, – покачал он головой, нарушая степенные рассуждения.

– К тому же, она очень красивая женщина.

– Юра, брось свои шутки!

– А я не шучу! – Прозвучало как вызов, и Ильдар стиснул зубы. Гастило, освобождая грудь для потока воздуха, ловко расстегнул пуговицу пиджака, помассировал мощную шею. – Короче, я не ставлю тебе сроки, не ставлю условия, но, поверь, – глянул он исподлобья, – когда мне надоест смотреть на этот цирк, уверенно шагну в её сторону.

– И плевать на общее дело?

– На безбедную старость своим внукам я давно заработал, – не скрывая издёвки, Гастило пожал плечами.

– Я тебя понял, Юра, – отступая, лениво бросил Ильдар и развернулся, направляясь к выходу.

– А где же твоё гордое: «Я принимаю вызов!»? – Получил он насмешливое в спину и на мгновение остановился.

Ильдар медленно развернулся, чтобы посмотреть в глаза, встряхнул плечами, сбрасывая с них налёт усталости.

– По стенке размажу, если приблизишься, веришь?

– Верю. Но не боюсь! – Прозвучало в тишине кабинета, и только после этого мужчины смогли разойтись.

Каждый остался при своём мнении. Каждый остался, не удовлетворённым исходом беседы. Но ни один не был намерен уступить.

Глава 3

Домой тянуло со страшной силой: за две недели Ильдар успел не только истосковаться по любимому телу, но и скучал по сдержанной улыбке, по робким прикосновениям, которые всё реже перерастают в уверенные, по тихому грудному стону. Хотя, как раз в сексе Лора не изменилась совершенно. Это был важный момент в отношениях, когда никто не решался лицемерить и притворяться.

В этот вечер дом встретил привычной тишиной, и лишь Фаина ждала его каждый раз. Неизменно. Когда бы ни появился. Ильдар недовольно посмотрел на тётку, как только та вышла к свету.

– Лора дома? – перебил, не давая произнести ни единого лишнего звука, свободно прошёл мимо, когда Фая промолчала. Оглянулся лишь перед коридором, ведущим к спальне. – Я задал вопрос, – хотел рыкнуть, но не вышло. Под взглядом тётки все силы исчезали. Фая понимала слишком многое, чтобы просто промолчать, точнее, чтобы ничего не выказать своим видом.

– Вернулась из фонда несколько часов назад. От ужина отказалась, сейчас отдыхает в спальне.

– Что на ужин? – уточнил Ильдар без интереса, только чтобы отвлечься.

Но ответа уже не слышал, кивнул, развернулся на месте и резким шагом направился к собственной комнате. Оказалось, что ждала его и Лора. И взгляд её изначально был обвинительным. В ответ захотелось улыбнуться, но вот улыбка сползла, уступая место вынужденной усталости. Ильдар, пытаясь считать эмоции с любимого лица, аккуратно приближался, пока не остановился напротив. Он опустился, чтобы присесть на корточки, но под действием молчания жены, переместился на постель, усаживаясь на самый край.

– Привет, – прошептал, поддаваясь её недовольству.

Ильдар склонил голову, выдохнул, недовольно поджал губы. Он перевёл пусть и открытый, но пустой взгляд на Лору… и снова выдохнул, с грустной улыбкой покачивая головой.

– Малыш, что случилось? – проронил и будто лениво провёл кончиками пальцев по оголённому плечу, опуская отворот лёгкого халата ещё ниже. Ильдар наклонился вперёд, коснулся участка кожи губами и тут же укусил, не отпуская до момента глубокого стона.

Лора всё же сдалась, усмехнулась.

– Привет, – погладила его по лицу, обхватывая щёки ладонями, приглядываясь. Она тихо рассмеялась, пытаясь разгладить морщинки недовольства у края губ. – Ну же, не будь букой, – щёлкнула мужа по носу и прижалась к шее в месте, где она переходит в плечо. – Я скучала, – жарко прошептала, прикусывая нежную кожу, тут же провела по покрасневшему месту языком.

Её рука скользнула по мужскому плечу, постепенно набирая силу, мощь, впиваясь в упругие мышцы. Извернувшись, Лора добралась до ладони, переплетая его пальцы со своими. Она ловко перебралась к мужу на колени и уверенно прижалась к его паху. Потёрлась носом и колючую щёку и разочарованно выдохнула, не добившись и малейшего отклика.

– Почему о том, что ты приехала, я узнаю от других?

– Не хотела тебя отвлекать, – играючи отозвалась Лора, и закусила губу, ловко расправляя край сорочки, спасённый из-под тесного ремня. Она стрельнула глазками, выдавая притворное смущение в ответ на обвинительный взгляд.

– Уже отвлёкся…

Ильдар прижался губами к её губам, но не поцеловал, даже в ответ на её призыв, на приоткрытые губы, на влажный язык, который умело скользнул меж его губ. И лишь потом, дождавшись стона разочарования, до боли прикусил её нижнюю губу, зная, как щедро Лора отблагодарит очередным стоном. Он подставил руки под изящно выгнутую спину, одновременно притягивая к паху и фактически вжимая в своё тело.

Когда жадная ладонь пробралась под ткань сорочки с целью расцарапать спину, Ильдар довольно усмехнулся. Знал, что и она скучала, что и она не спала ночами, что и она поджимала ягодицы, пытаясь унять пульсирующую боль внизу живота.

– И я скучал, – выдохнул в её губы, с привычной резкостью отзываясь на частые поцелуи, толкая язык в её рот глубже, сжимая бёдра с желанием неестественной силы.

Теперь его поглаживания больше походили на тотальный досмотр. Ильдар будто досконально изучал всё то, что давно знал наизусть. Ощутив, как ослаб ремень брюк, отчётливо различая звуки распускающейся молнии, наслаждаясь долгожданной свободой, он несколько раз увернулся от настойчивых поцелуев, попытался выловить затуманенный желанием взгляд. Приводя в чувства, зафиксировал подбородок пальцами.