Волчья ягода

– Только не говори, что до сих пор злишься на меня, – заученно и оттого предельно уверенно произнёс он фразу, которая, вероятно, работала безотказно, и на лице заиграла вызывающая улыбка.

Хлёсткой пощёчине парень, кажется, удивился. А вот сама Мира успела испугаться. В своих собственных глазах она не выглядела ни смелой, ни дерзкой. Скорее, самонадеянной. А вот мужчина вдруг рассмеялся. Он вовсе на неё не злился, нет. Ему происходящее казалось забавным. На короткое мгновение парень нахмурился, пытаясь сориентироваться, а очередной глоток шампанского отдавал неприятной кислинкой – напиток успел согреться.

– Что ты там сказала?.. Несовершеннолетняя? – припомнил он фразу, произнесённую Мирой с такой твёрдостью, и к кислинке во рту прибавилась размытая горечь. – Но я уверен, что мы с тобой уже встречались… – вполне себе настойчиво проговорил он, старательно щурясь и пытаясь припомнить ощущения при встрече. – Или нет?.. – прозвучало уже не так ярко и эмоционально.

А впрочем, он довольно быстро справился с растерянностью, задорно подмигнул и протянул ладонь для рукопожатия:

– Роман. Но для тебя, прелестное создание, можно просто Рома.

Не зная, как отвязаться, несколько секунд Мира недоумённо гипнотизировала протянутую руку и только потом решилась на ответный жест. Его ладонь оказалась тёплой и гладкой, но интуиция вопила о том, что подобное легкомыслие ещё выльется боком. Так и случилось. Мира осторожно улыбнулась и потянула ладонь на себя, как вдруг ненавязчивый, на первый взгляд, захват стал жёстче и требовательнее.

– Как невежливо, – Рома неодобрительно покивал. – Не скажешь, как тебя зовут? – он склонил голову набок и весьма откровенно провёл языком по острию верхних зубов. – И мы, наконец, покончим с этими формальностями, познакомимся поближе.

– Поближе не получится, я ещё не достигла возраста согласия.

Рома вызывающе рассмеялся, пытаясь подтянуть Миру к себе. Она сжала губы плотнее и не пожелала поддаться.

– И всё-таки мы с тобой уже встречались. Может, напомнишь где?

Мира дёрнула руку на себя и тут же спрятала её за спину, настойчиво стирая с кончиков пальцев чужое прикосновение.

– Отчего же не напомнить?.. При первой встрече ты собирался скормить меня собакам, – отчеканила она и в этот раз ощутила собственную победу физически.

Уловив нотки растерянности на мужском лице, Мира почувствовала, как приятное тепло растекается по груди, заставляя кожу пылать. Она едва уловимо улыбнулась и чуть вздёрнула носик, демонстрируя полную независимость.

Сказать к слову, с собственной растерянностью Рома справился быстро, и практически сразу на лице расплылась довольная ухмылка: он вот-вот вспомнит момент, о котором говорила эта чудачка.

– Мира… – пробормотал он так, будто всё ещё не верит своим глазам, но прошло всего мгновение и вот из его взгляда посыпались искры удовольствия.

Рома отступил на шаг и осмотрел её снова. На этот раз с непозволительной наглостью, не упуская, казалось, ни единой детали.

– Надо же… А ты стала настоящей красавицей, – одобрительно покивал он, обрадовавшись ей, точно старой знакомой. – Вот только платье у тебя дурацкое… Слишком откровенное, – заметил уже без улыбки. – Оно тебе совершенно не идёт, не надевай больше такое.

Рома выразительно скривился, бросив взгляд на грудь и плечи. У Миры появилось стойкое желание прикрыться, но она сдержалась и при этом весьма невинно коснулась кончиками пальцев шеи.

– Мачеха выбирала.

– А вот характер у тебя остался прежним, – вконец развеселился Рома и облизнулся в предвкушении. – Какие планы на вечер?

– В планах не отсвечивать, и ты мне в этом здорово мешаешь.

– Приношу свои извинения за чрезмерную настойчивость. Как ты верно заметила: с женщинами «в поиске» здесь туго, а у меня, знаешь ли, неплохая память на лица. Вот увидел тебя и решил, что из моих бывших.

– А у тебя, значит, в правилах заводить знакомства, после которых в памяти остаётся только лицо?

– Ну почему же только лицо?.. Я помню ещё кое-что. Например, пристрастия в сексе. Но эти воспоминания приходят чуть позже. В менее официальной обстановке и, в идеале, без свидетелей.

Мира смутилась, но даже не пыталась скрыть эту неловкость, демонстративно прокашлялась.

– Ах, да, ты же ещё не достигла возраста согласия, тебе такое знать не положено, – вернул он должок за недавнюю растерянность, но желание Миры сбежать разгадал вовремя и порывистым движением преградил путь.

Она врезалась в мужское плечо и взволнованно ахнула. Теперь прикосновения не казались столь безобидными, а взгляды становились до неприятного обжигающими.

– Ну всё, забыли, – строго предупредил Рома очередную попытку прорваться. – Признаю: вышло глупо. Честно, не ожидал тебя увидеть. А если ещё честнее, то до сих пор не верю своим глазам. Ты как здесь вообще? С кем пришла?

– Перестань, мы не старые друзья, чтобы вот так беседовать, – отчего-то разозлилась Мира и эмоционально взмахнула рукой.

– С мачехой! – припомнил Рома, не обращая внимания на попытку отмазаться от знакомства. – И, стало быть, с отцом?..

Парень смотрел испытующе, а Мира едва не взвыла от досады.

– Ты дашь мне пройти? – холодно процедила она, всем своим видом демонстрируя отсутствующий интерес.

– Нет! – выбросив руку вперёд и уперев её в косяк дверного проёма, Рома загородил проход. – Потанцуем? – загадочно улыбнулся он, и Мира посмотрела через своё плечо на шикарно украшенный зал и яркую толпу присутствующих.

– Не хочу туда возвращаться… – прошептала она с видимым сожалением.

– А мы будем танцевать здесь, – Рома наклонился, чтобы уловить её взгляд. – Вдвоём, – пообещал, улавливая такое скользкое сомнение. – И никто не узнает, – шёпотом заверил он, значительно подавшись вперёд.

Мира вздрогнула, обнаружив его лицо совсем близко от своего. Настолько близко, что тяжёлое мужское дыхание опускалось на кожу, а губы едва не касались губ. Она тряханула головой, намереваясь отказаться, но широкая ладонь уже устроилась на её талии, а вторая осторожно подхватила похолодевшие пальчики, и Рома повёл. Плавно и неторопливо. Точно под музыку, которая отдавалась здесь едва слышным эхо.

Рома кружил её, ловко маневрируя между высокими цветочными вазонами. Он был выше Миры на голову и сейчас бессовестно пользовался этим, внимательно разглядывая тонкие черты лица, подрагивающие губы, высокую грудь. А ещё прижимался всё теснее, так, что ей едва удавалось дышать. Да и от настойчивого взгляда приходилось отворачиваться, будто в попытке спрятать эмоции, мысли, задумки.

– Расслабься, – шепнул он Мире на ухо, и она вздрогнула от неожиданности, ведь была полностью поглощена танцем. – Ты нервничаешь и оттого злишься, – Рома широко улыбнулся и провёл пальцем по её ладони. Мира тут же попыталась выдернуть руку, но куда там…

– Отпусти!

– Что это? Волнение? – не обращая внимания на просьбу, продолжил он и, подавшись вперёд, носом провёл линию от её подбородка к уху. Мира мелко задрожала.

– Да прекрати же ты! – прорычала она, беспомощно дёрнувшись в его руках. Рома фыркнул.

– Вот ещё! Не хочу, чтобы ты уходила. Хочу, чтобы была здесь, со мной, – торопливо забормотал он. Ладонь, что слегка придерживала её талию, поползла выше и уверенно надавила между лопаток.

– Не прижимайся! – ахнула Мира, почувствовав себя в ловушке, и подняла взгляд. Вот только Рома больше не улыбался, он внимательно всматривался в её глаза и напряжённо поджимал губы.

– Ненавижу все эти условности, – несмотря на явно сосредоточенное лицо, легко отмахнулся он и надёжно сцепил их пальцы в замок. – Тошно. А рядом с тобой хорошо. Потому что ты другая, настоящая, – холодно усмехнулся он.

Мира грозно посмотрела на мужчину.

– Замолчи, – строго приказала она, заставляя хмельно рассмеяться в ответ.

– А ещё чертовски сильно хочется тебя поцеловать, – на выдохе признался Рома и с лёгкостью противостоял её короткому, но достаточно мощному рывку. – Просто так, – игриво зашептал он. – Чтобы смутилась. Всего на мгновение. Потому что это тоже «настоящее», которого уже не встретишь за пределами этих дверей.

Мира снова вскинула взгляд и поняла, что его глаза смеются. А она попалась. Так глупо! Внутри вспыхнул огонёк ярости, и оттолкнуть наглеца всё же удалось. Или он просто отпустил. Получив свободу, Мира неожиданно растерялась и посмотрела на Рому со смесью какой-то обиды и странного волнения.

– Не смешно! – выдохнула она, пытаясь вернуть голове ясность, а сердцу спокойствие.

– А я и не смеялся, моя маленькая принцесса. Ведь ты всё-таки оказалась принцессой! – пояснил Рома, когда Мира непонимающе нахмурилась.

– Главное, что не принцем!

– Ну, с этим вопросом, помнится, мы разобрались ещё в прошлый раз.

Мира густо покраснела, понимая, что именно Рома имеет в виду под словом «разобрались». И как он вздумал засунуть руку в её штаны, тоже помнила.

– А вот за это ты мог бы и извиниться.

– Извиняется тот, кто сожалеет. А лично мне понравилось! – бросил он с вызовом, но отвечать на этот вызов Мира не собиралась. Она лишь предельно вежливо улыбнулась и скользнула к выходу в зал торжеств.

Рома нагнал её не сразу. Уже потом, увидев его среди присутствующих, Мира поняла, что мужчина потратил это время, чтобы привести себя в порядок. Галстук-бабочка теперь поджимала горло, а пиджак был застёгнут. Не растрачивая время на ненужные приветствия, Рома направился прямо к ней.

– Мы недоговорили, – оповестил он, опустив голову в предельно вежливом поклоне. Мира нервно улыбнулась.

– Извини, папа будет против, если я начну заводить знакомства в подобном месте, – не стала юлить она и гордо вскинула подбородок, непрозрачно намекая, что разговор окончен.

Рома недовольно нахмурился.

– Глупости. Я знаю здесь всех.

Мира с сомнением прищурилась.

– Так уж и всех?

– Ну… за редким исключением. И, поверь, никто из этих присутствующих не сочтёт меня дурной компанией для своей дочурки.

– Неужто завидный жених? – не поверила Мира, а Роман сделал вид, что оскорбился.

– Представь себе. И, к слову, выбирать партию я не тороплюсь, так что вполне могу подождать год-два не только до наступления возраста согласия, но и до совершеннолетия. Не вынуждай меня идти на принцип, – предупредил он, но игры в этих словах было куда больше, нежели желания пригрозить.

Мира смешливо фыркнула, но мгновенно переменилась в лице и втянула голову в плечи. Рома проследил за взволнованным взглядом, обернулся, а, вернувшись к ней, округлил глаза.

– Отец? – заинтересованно хмыкнул он, а, впрочем, никакого ответа и не требовалось – достаточным оказалось увидеть, как Мира решительно выдохнула, готовясь принять удар. – Клянусь, Газаев последний, на кого бы я подумал, – заверил её Рома и холодно улыбнулся подоспевшему мужчине.

– Давид, рад видеть, – отрапортовал парень каким-то новым, совершенно незнакомым Мире, деловым тоном.

Он крепко пожал руку её отцу и дружески хлопнул того по плечу, чего не мог себе позволить простой смертный. Её отца боялись и уважали. А вот Рома, оказалось, был на «ты». Мира взглянула на него по-другому, и на щеках вспыхнул яркий румянец.

– Вечер добрый, – кивнул отец Роману и перевёл на Миру строгий взгляд. – Всё хорошо?

– Да, папочка, – ответила она прежде, чем Рома успел раскрыть рот. А вот резкий смешок он сдержал намеренно.

– Давид, я знал, что у тебя есть дочь, но и подумать не мог, что такая взрослая.

Мужчина был явно в настроении, потому на подобное замечание только отмахнулся.

– Рома, ты с ума сошёл? Знаешь, сколько ей лет? Это не дочь – это моя головная боль. Только посмотри, какая красавица выросла! У меня на родине из сватов собралась бы целая очередь! А здесь? Кому я могу доверить её здесь?

– Не скажи… Хорошую жену приходится столбить едва не с пелёнок. А уж в мире больших денег, где каждая вторая избалованная пустышка… Делать выбор нужно обдуманно и чётко.

– Как в бизнесе, Рома, как в бизнесе, – по-доброму рассмеялся отец, как вдруг задумчиво вскинул брови. – А ты, что же… созрел для женитьбы?

– Считаю, пока торопиться не стоит, а вот присмотреться можно. Что скажешь?

– Насчёт чего?

– Насчёт того, чтобы присмотреться.

Отец бросил на Миру задумчивый взгляд.

– Милена неважно себя чувствует. Мы как раз собирались уезжать…

Рома напряжённо поджал губы и неоднозначно выдвинул вперёд одно плечо. Он будто сомневался в своём желании настоять…

– Давид, брось… Девочка только вошла во вкус. Когда ещё выдастся случай посмотреть со стороны на этот зоопарк? А я, в свою очередь, обещаю вернуть её домой не позже десяти.

– В девять, – заявил отец, тоном давая понять, что торговаться бессмысленно.

Рома победно вскинул подбородок, будто последнее слово было за ним.

– В девять, – легко уступил он и наградил Миру таким взглядом, что у неё и мысли не возникло возразить, а вот по позвоночнику побежал неприятный холодок.

– Роман Новак. Восходящая звезда местного бизнеса, – рекомендовал молодого человека отец и Мира торопливо кивнула. – Веди себя благоразумно и в случае чего сразу звони мне. А ты не забывай, сколько ей лет, – с неприятным смешком он обратился к Роме и для пущей убедительности пригрозил тому указательным пальцем.

Рома самодовольно усмехнулся.

– Давид, ты за кого меня принимаешь?

– За кого я тебя принимаю, я расскажу тет-а-тет, а пока просто помни, что когда доверия нет, подобные разговоры даже не ведутся, – добродушно рассмеялся отец, ответно хлопнул Рому по плечу и на этом поторопился откланяться.

Мира было открыла рот, чтобы уточнить, что это такое сейчас произошло, но Рома напряжённо втянул в себя воздух через нос и неодобрительно покачал головой.

– Не сейчас, – ядовито процедил он и крепко сжал её ладонь в своей.

На импровизированной сцене наметилось оживление, музыканты уступили место организатору праздника, а народ потянулся к центру зала. Зло пожевав губами, Рома направился туда же. Глядя на его сосредоточенное лицо, Мира не рискнула противиться и послушно поплелась следом, бросая короткие взгляды то на напряжённую спину, а то на гневный румянец чётко над линией щетины. Оборачивался Рома редко и, скорее, желая убедиться, что в её голове не зреет очередной глупый план. Остановившись среди гостей, Рома огляделся по сторонам. Его ладонь стала горячей и напряжённой, глаза смотрели в пространство с недобрым прищуром, а на скулах время от времени появлялись желваки. Он о чём-то сосредоточенно думал, а в какой-то момент просто сорвался с места, стремительно удаляясь от эпицентра событий.

В толпе Мира увидела позеленевшую от приступа тошноты мачеху. На этот вечер у отца были свои планы, и отказываться от них он не спешил. И сейчас, сдерживая приступ раздражительности, вёл напряжённую беседу с прокурором Свердлик. Мира шарахнулась в сторону, пытаясь отыскать в толпе свою одноклассницу, о которой в свете последних событий успела забыть, но Рома держал крепко и весьма недружелюбно дёрнул на себя. Довольно грубо перехватив её за плечо, он остановился у фуршетных столов и достал из внутреннего кармана пиджака телефон, правда, так никому и не позвонил, только лишь покрутил его в руках, желая собраться с мыслями.

– Не вертись, – отстранённо бросил он, когда Мира в очередной раз пыталась отыскать в толпе знакомое лицо.

– Если я тебе мешаю… – начала было она, но Рома осадил Миру тяжёлым взглядом. – Ты давно знаком с моим отцом?

– Закрой рот, не до тебя сейчас, – нервно цыкнул он, и Мира порывисто дёрнула рукой, избавляясь от крепкой хватки.

– А я не навязывалась! – вспыхнула она.

Рома среагировал мгновенно: перехватил её за запястье, смыкая на нём грубые пальцы так, что Мира тихо взвыла, и отрезал от толпы, перекрывая обзор широкими плечами. Кто-то приблизился, и Рома дёрнул Миру в сторону балкона.

– Да объясни же, наконец…

– Заткнись, Мира, прошу тебя, – зло процедил он вместо любых объяснений.

Оказавшись вне зоны видимости, Рома снова достал телефон и на этот раз сориентировался достаточно быстро. Короткий разговор ничего не дал, собеседник не одобрил его предложение «переиграть», а напоследок бросил фразу, после которой и без того напряжённые губы Ромы побелели, а взгляд стал стеклянным. Звонкий стук каблучков отвлёк от происходящего, и совсем скоро Мира услышала голос одноклассницы.

– Вот ты где! А я тебя везде ищу! Сказала же: не появляйся! – принялась гневно шипеть Свердлик, не разглядев, что Мира стоит не одна.

Наличие «свидетеля» вывело мужчину из равновесия, и он не сдержался:

– На хрен пошла отсюда! – рыкнул Рома и вытолкал Олю за балконную дверь.

Та опешила, но спорить не посмела, бросив на Миру несколько недоумённых взглядов, она поплелась за очередной порцией шампанского.

– Да что случилось? – не выдержала Мира напряжения и совершенно не ожидала, что Рома в ответ на её вопрос рассмеётся.

– Случилось?.. – выразительно хмыкнул он, явно сдерживая нецензурные ругательства. – Ничего не случилось. Просто только что я вляпался в дерьмо по самые уши! – несдержанно проронил он, склонившись над Мирой настолько вызывающе, что ей пришлось пятиться.

– Послушай, если это из-за меня, то вовсе не обязательно…

Набирая в телефоне очередной номер, Рома предельно сдержанно выдохнул:

– Заткнись.

– Да кто тебе дал право…

– Сейчас же! – прикрикнул он, заставляя Миру окончательно потерять логическую цепочку.

– Думаю, отец ещё не уехал… – независимо проговорила она, не намереваясь разбираться с чужими тараканами, но Рома и не думал её отпускать: больно перехватив ладонью плечо, притянул Миру к себе.

– Олег, подгоняй машину, – как-то устало выдохнул он и покосился на Миру с некоторой долей раздражительности.

– Уезжаешь? – полюбопытствовала она, надеясь отделаться, но Рома растянул губы в неприязненной улыбке.

– Ты едешь со мной, – поделился он соображениями, а Мира вспылила.

– Вот ещё! Уж лучше домой!

Как раз в этот момент в зале раздались аплодисменты. Мира сделала попытку отступиться, а Рома протянул руку и весьма неосторожно сжал её шею.

– Ты едешь со мной, – напомнил он, подавшись к её лицу. – Молча, – внушительно добавил и грубо потрепал по щеке.

Рома мельком глянул в сторону зала и повёл Миру вдоль по балкону, который опоясывал добрую половину здания.

– Выход в другой стороне, – на всякий случай предупредила Мира, скептически поглядывая на эти его метания. Рома и не подумал остановиться.

– Сейчас в зале не протолкнуться, – обернувшись, пояснил он. – Торжественная часть подошла к концу. Даже интересно, что они там сказали?.. Успели разве что пожелать нечто вроде: «Плодитесь и размножайтесь», – насмешливо хмыкнул он.

– Ты что-то имеешь против семейных ценностей?

Рома посмотрел на Миру оценивающе и многозначительно подмигнул.

– Что ты… Хоть сейчас готов исполнить свой мужской долг.

Заметив, как её перекосило, Рома рассмеялся в голос.

– А-а… я поняла: к тебе вернулось хорошее настроение, – ядовито процедила Мира и, уже заметив довольно крутую лестницу, ведущую вниз, на несколько шагов опередила своего спутника.

– Настроение? Оно меня не покидало!

Мира с подозрением оглянулась на мужчину.

– Ну вот, ещё и память короткая… – фыркнула она. – И, между прочим, ты так и не пояснил, что за бред нёс там в зале.

– Хотел побыть с тобой наедине. Ты тоже этого хотела.

Рома будто с осуждением ткнул в Миру пальцем, заставляя в удивлении вскинуть брови.

– С чего бы? Я не сказала сразу – растерялась, но видеть тебя, то ещё удовольствие! Своей глупой выходкой с часами ты меня здорово подставил.

Рома выразительно поморщился и притормозил для того, чтобы прикурить сигарету.

– Избавь меня от душещипательных историй, – довольно холодно осадил он и Мира остановилась прямо на лестнице.

– Неинтересны мои истории? Нет? Тогда зачем всё это?

Она весьма условно взмахнула рукой, имея в виду что-то неопределённое. Рома опустился на несколько ступеней и огладил ладонью её спину. Прикосновение показалось Мире лишним и весьма вызывающим, а тепло мужской руки неожиданно всколыхнуло таящееся внутри волнение.

– Не делай так! – процедила она сквозь зубы, извиваясь под его прикосновением, будто змея.

Рома затянулся сигаретным дымом, не скрывая удовольствия от подобной реакции, и ладонь ожидаемо не убрал. Пользуясь физическим превосходством, он ловко ограничил Миру в пространстве, отсекая от свободы кольцом собственных рук. В девичью спину впился металл высоких перил.

– Не делать? Почему? Кто-то недостаточно взрослый для подобных игр? – насмешливо проговорил мужчина, смущая Миру своей близостью.

– Вероятно, недостаточно взрослая, – легко согласилась она, решительно упираясь тонкой ладошкой в мужскую грудь. Это касание встретил мощный удар сердца и властная улыбка. – Но даже мне хватает ума не вестись на подобные уловки.

Рома не уступил и навис сильнее, давая понять, что её попытка оттолкнуть, не особо озадачила, впрочем, как и не распалила азарт. Мира упёрлась в его плечо второй ладошкой и посмотрела прямо в глаза.

– Прости, но мне действительно лучше вернуться домой с отцом.

Рома будто опомнился и тут же отступил.

– Не напрягайся так, не нужно, – улыбнулся он и небрежно поддел пальцами точёный подбородок. – Погуляем с тобой по городу, подышим воздухом, а в девять будешь дома.

Он соскочил со ступени и торопливо спустился. Мира замерла на месте в нерешительности.

– Просто я не понимаю…

– А у меня нет желания объяснять, – резким тоном оборвал Рома любые попытки к диалогу и, точно фарфоровую статуэтку, подхватил Миру за талию и поставил на землю. – Идём, машина ждёт, – сдавленно проговорил он, встретив её встревоженный взгляд.