- -
- 100%
- +
– Мой клан, мои братья и сёстры, мы всегда действовали в ночи, считали себя тенями, гениями маскировки, забирающими жизни во имя двух ночных Светил. Но эта тварь куда опаснее нас, она невидима, её не почувствовать, не услышать, наша сталь для неё оказалась не страшнее гусиного пера… Тебе не одолеть его, Вулвингерс. Такой силы чудовищ вообще не должно существовать! Чё-ё-ёр-рт, это всё господь, он послал нам его за грехи наши, мы возомнили себя лучшими в маскировке, и вот оно, существо, что создало само слово «маскировка»!
– Хватит! – выкрикнул Оракул.
– Скажешь это Одноглазому. Только советую начинать кричать заранее, пока он не оторвал тебе голову… – скалясь, с бешеными глазами произносит убийца. – Грешники мы все, как и он, свято служащие контракту, обречены стать его жертвами. Контракт свят, и предназначение его будет исполнено, понимаешь, Оракул? Понимаешь, что это значит?.. Ты ведь знаешь, какое у столь сильного демона на земле нашей обетованной может быть предназначение?! Мы все умрём, и если не от рук Тёмного Раджи, то от лап его последователей.
Смешно, правда? Я ведь тоже присягнул Радже, тогда почему его детище напало на меня, разрушило твои планы, Оракул? Не слушая вас, оно обрекло на смерть моих людей. Ты понимаешь, к чему я клоню, идиот? Раджа выполнит контракт и не тронет людей, служащих ему? Не смешите, нас всех убьют его демоны, ведь предназначение у них лишь одно: очистить мир от смертных. И предназначение будет исполнено!
Подпрыгнув на одной ноге, Альдес отталкивает Эфиальта, рука убийцы выхватывает клинок. Он понимал: живым выйти из этой комнаты уже не получится. Точно не сейчас, когда он узнал, что, помимо королевских рыцарей, на тёмной стороне и их капитан, легендарный рыцарь Потенции, Эфиальт Вулвингерс. В смертельном последнем рывке убийца преследует лишь одну цель: принести жертву, убить слугу тьмы Оракула, а после пасть убиенным от рук человека, продавшегося демонам, тем самым попытаться заслужить милость небес, щадяще прощающих убиенных грешников.
Полыхнувший пламенем клинок Эфиальта совершает два взмаха. Ещё живой убийца видит, как отделяется от тела сначала его обожжённая рука, а после на стол летит и голова.
«Наивный идиот, ты мне и в подмётки не годишься…» – клинок Эфиальта возвращается обратно в ножны.
Прокатившись по столу, отсечённая голова с открытыми глазами останавливается возле Оракула. Руки предсказателя дрожат, на лице растерянность, страх. Привыкший знать, что будет завтра, тот в ужасе столкнулся с тем, о чём ранее не имел понятия, Оракул столкнулся с неизвестностью. «Демоны в рядах слуг праведной Мелисы? Бред», – такими мыслями он хотел обмануть себя, но не мог, ибо во время разговора с убийцей чувствовал, знал, что Альдес ему не лжёт и говорит чистую правду, исходящую от самых истоков его души. Демон на службе принцессы существует, и он правда очень силён, раз смог под орех разделать клан элитных убийц.
– Извини, друг, я тут тебе немного грязи развёл… – Одной рукой подняв тело и швырнув то в дальний угол, к камину, сел на место покойника Вулвингерс.
– А? – Испуганный взгляд предсказателя перемещается с отрубленной головы на нового собеседника. – Да хрен с ним…
– Как так получилось? Почему небеса не открыли тебе столь опасную личность, притаившуюся во дворе рядом с принцессой?!
«Потому что никакие небеса со мной не общаются! Всё, что я говорю, воспринимаю и рассказываю, это заслуги куба бездны: адского, расчётливого и всезнающего механизма, голоса самого Раджи, способного предсказать будущее! Десятилетиями порождения Швидгера, предвидя всё и вся, вербовали агентов, искусственно создавали конфликты людей, собирая кровавую жатву, что служила подпиткой, кормом для дракона Раджи. Сражения против капитанов-демонов и смерть тех равны обеду. Великие битвы, после которых в полях оставались тысячи убитых, как приятный десерт. Раджа пожирает души, залечивая ментальные раны, нанесённые героем в прошлой войне, мясо идёт на корм его телу, а также на создания новых тёмных крестражей.
Множество лет прошло с последней войны, тёмная энергия, окружающая Копии, становится меньше, а значит, и корма для дракона тоже меньше. Предсказания Швидгера сбываются всё реже, внезапно хронология прогнозов нарушилась, наступление судного дня для Потенции, а быть может, и всего мира Копии в мгновение ока приблизилось на десятилетия. Со дня на день изголодавшееся древнее зло пробудится, и тогда ничто не сможет его остановить!
– Эфиальт, мне жаль, мы не успеем исполнить наши замыслы. – Невнятная речь, поникший взгляд – не таким привык видеть давнего друга воин.
– Что ты имеешь в виду, Вильям? Осталось лишь руку протянуть, и принцесса наша. Дай мне год, нет, пол, и корона у нас в руках, а вместе с ней и жизни всех в королевстве Мардлай. Лишь полгода, и все наши старания, жертвы обретут смысл!
– Убийца был прав. Всё кончено. Наших усилий и принесённых жертв недостаточно. Как только император-дракон Раджа пробудится, старой сделке, как и порядкам его генералов, конец. Они сами начнут жатву, убивая без разбора, и не остановят её, покуда реки, переполненные трупами и кровью, не выйдут за берег, а моря до самых глубин не окрасятся в цвет крови.
– Нихрена! – Ударом руки раскалывает стол Вулвингерс. – Рано сдаваться, у нас ведь ещё есть оно… – Вытащив из-за пазухи красный сапфир, воин, не подозревающий о том, что у него в руках, подносит тот Оракулу прямо под нос.
– Камень страданий. Ты ведь сам говорил, что это последняя мера, способная отсрочить пробуждение Раджи. С его помощью сила императора-дракона ненадолго станет силой его носителя, верно?!
«Нет, добрый друг, не верно», – глядя в глаза Эфиальту, Вильям печально улыбается. Своими руками тот сжимает сильную ладонь воина, держащего адский камень.
– Верно, друг мой, верно…
– Ну вот и славно. Я достаточно услышал, дабы перед церковью заявить, что принцесса Мелиса Ингвид попала во власть Дьявола, прячущегося в магической академии. О монстре ведь стало известно только после того, как принцесса поступила в академию, а стало быть, демон этот служит кому-то из местных магов. Обвиним тех в связи с тёмными силами, поднимем мятеж под предлогом возвращения на сторону света единственной законной наследницы трона, уничтожим академию, орден и всех, кто их поддерживает. С пылающим огнём мечом мы пойдём по королевству, убивая и принося в жертву Радже всех бывших сторонников власти Ингвида Мардлая. Будем бить и резать их до тех пор, пока не зальём кровью всё королевство, а будущая королева, ползая на коленях, не попросит стать нашей верной марионеткой.
Главное в моём плане завладеть принцессой сразу, не дать той сбежать из замка, ведь тогда за пределами столицы она и её сторонники получат время на передышку и разбор ситуации. Мой мятеж подобен случайно выбитой искре, я не смогу долго удерживать власть над городом. Мелиса же, воззвав к сторонникам за пределами города, с лёгкостью сможет привести сюда целое войско, после чего для нас с тобой всё будет кончено… – Решительный взгляд Эфиальта падает на красный камень. – Что касается демона, он наверняка придёт защитить последнюю Ингвид. И тогда я убью его при помощи этой силы.
«Там, где бессилен предвидящий будущее разум Швидгера, простому человеку вроде тебя, Эфиальт, никогда не преуспеть, тем более в деле, о котором ты ничего не знаешь…» – глядя на самоуверенного воина, с искренней печалью в сердце подумал Вильям.
– Род Серных оборотней вновь оживёт. Клянусь всем, что у меня есть: мечом, честью, гордостью и даже своими собственными зубами. Оборотни восстанут и отомстят за гибель нашего королевства!
Глаза Эфиальта полыхнули зелёным, тело затрещало в трансмутационной ломке, на шее и бороде появилась густая волчья шерсть, а зубы превратились в острые, смертельно длинные лезвия.
«Как же мне тебя жаль, Вулвингерс, как же мне тебя жаль…»
Ещё раз повернувшись к обозлённому другу, с предательской улыбкой Оракул произносит:
– Боги любят сильных, действуй, старый друг, мои храмовники помогут тебе. Сам же я отправлюсь во второй круг города, подниму народ, верных нам слуг. После, когда все узнают, что на троне околдованная демонами принцесса, люди сами прибегут к нам на помощь!
– Сделаем это! – Крепкая когтистая лапа оборотня сжимает мягкую, взмокшую от пота и скользкую ладонь Оракула.
– Уверен, теперь ты точно станешь королём, – глядя в звериные глаза Эфиальта, отвечает Вильям.
Десяток верных предсказателю приспешников вместе с вернувшимся в человеческий облик Вулвингерсом быстрым шагом направляются в казармы Королевских мечей. По приказу короля Эфиальт был изгнан, тогда против его людей выступила церковь и орден, численный перевес оказался на стороне врага, и им пришлось подчиниться. Но теперь при поддержке церкви, если он убьёт лорда командующего, сместившего его, и обратно вернёт власть над Клинками, баланс сил изменится.
Часть церкви, верная Оракулу, узнав правду о том, что у принцессы на страже демон, поддержит его, а значит, против Круглого стола ополчится Святое Воинство, а с ними и все его королевские мечи. Баланс сил два к одному, вмешательство академии возможно, но никто не бросит учеников против опытных солдат, скорее всего, молодыми магами заткнут бреши на стенах, дабы не позволить разъярённой толпе прорвать в королевский круг и разграбить дворец. А значит, с того момента, когда в городе разгорится мятеж, крепость, принцесса и сам трон будут в его руках!
«Мелиса, я хотел, чтобы ты любила меня, чтобы рождение детей, чьи тела займут души моих погибших сородичей стало для тебя менее болезненным. Я пытался уберечь тебя от грехов твоего рода, но ты, как и твой дед, сама отвернулась от рода Вулвингерс, а значит, я более не проявлю к тебе жалости и, как положено воину-оборотню, силой возьму своё!
Спустя час после разговора с Оракулом Эфиальт, в одиночку вырезав весь офицерский состав Королевских мечей, восседая на горе трупов, под пристальные мятежные взгляды младших по должности глядел в грозовое небо, ожидая действий своего единственного союзника. Внезапно с ударом молнии за стеною полыхнуло красным. Огонь был такой высоты, что даже чёрное небо окрасилось в яркие краски. Затем ещё, ещё и ещё, раз за разом сверкающие молнии били по жилым кварталам, вспыхивало наполненное маной пламя.
Спустя десяток минут звонко зазвенели городские колокола. Дозорный со стены сообщил о массовых поджогах и волнениях. В город в срочном порядке была выслана группа наставников с частью старших учеников академии, городу требовались огнеборцы, и корона спешила их поставить!
«Пора…» – стоя у высокой оконной арки, глядя на то, как позднее всех просыпается дворец, про себя произносит Эфиальт.
– Братья мои, на днях я стал свидетелем чёрного колдовства. Внезапно для себя, человека, посвятившего жизнь защите короны, обороне страны и её интересов, я узнаю, что род Ингвидов связал себя узами контракта с демонами. – На лицах воинов не дрогнула и мышца, кто-то верил Эфиальту, кто-то оставался нейтральным и стоял в строю только потому, что перед ним оставался последний из командиров. – Храмовники, воины божьи, за вашими спинами тому доказательство. Знаю, для многих такого недостаточно, именно поэтому мы направляемся прямиком в церковь, где епископ лично убедится в правдивости моих слов!
Последняя козырная карта, оставленная Вильямом, продажный святой, который занял свою должность лишь благодаря помощи Оракула. Долгие годы предсказатель нашёптывал безвольному старикану, как поступать, что говорить и делать. Церковь и её прихлебатели всегда были на стороне предсказателя, но придерживались позиции мира. Они никогда не поддержали бы бунта против короны, если бы не одно «но»: тёмные силы и демоны у них под боком, доказав причастность которых, святые воины уже не могли оставаться в стороне!
– Моё сердце, как белый лист, такое же чистое. Я докажу это вам и всему народу нашей страны! Сегодня вместе с церковью мы будем сражаться не за наши статус и честь, мы поднимаем клинки во имя правды, во имя света и победы над тьмой! – от последних слов даже у не веривших в Эфиальта солдат защемило в груди. Проводимый церковью обряд «Чистое сердце», о котором в начале заикнулся Вулвингерс, являлся магической вершиной, одним из сложнейших, болезненных и опасных заклинаний церкви, вынуждавшей говорившего в случае лжи испытывать невероятные муки, скрыть которые от посторонних не представлялось возможным. Заставить человека пройти этот обряд силой нельзя, нужно полное одобрение, понимание и желание ответить на все каверзные и гнилые вопросы. Святых в городе Потенция не было, оттого каждый, кто знал о заклятии «Чистое сердце», предпочитал никогда с ним не связываться. Ведь у всех за спиной был шкаф со скелетами, и церковь отлично знала и понимала, как эти «скелеты» выглядят. Брачные союзы между родственниками, принуждение к близости, мужеложество, коррупция, тайные сговоры, извращённые интересы – и это лишь верхушка из малого перечня вопросов, которые обычно задавали проходящим обряд. Епископ хорошо знал, о чём нужно спрашивать, чтобы вскрыть гнилой шкаф. И теперь ещё он знал то, о чём Эфиальта лучше не спрашивать.
Глава 24
Сидя на старой крыше, Михаил с наслаждением полной грудью вдыхал влажный воздух, восхваляя дождливую погоду и тёмную ночь. Второй день подряд капитан пытался оттереть подсохшую кровь с дряхлой черепицы, под светом ультрафиолета ногтями выскребая закоревшие сгустки потемневшей субстанции. Иногда матерясь, местами проклинает хрупкость строительных материалов, из которых аборигены строят себе жильё.
– Картон и тот прочнее… – когда палец пробивает очередную глиняную чешуйку, бубнит себе под нос мужчина.
Раскат грома, а также последовавший за ним взрыв, отвлекают Михаила от работы. Огненное зарево хорошо просматривается из-за стены. Через новую щель в крыше, виднеется загоревшийся фонарь проснувшегося жителя третьего этажа.
– Что это, кто это?! – от неожиданного раската подпрыгнув и рухнув с кровати, пищит сын одного из торговцев Потенции.
– Вот чёрт… – пальцем заткнув щель, через которую проснувшийся мог увидеть звёздное небо, негодуя, выдавил из себя Михаил.
За первым взрывом слышится второй, третий и четвёртый. «Все слегка запоздавшие по отношению к первому, но почти с одинаковым отрезком времени между последующими», – откинув в сторону все возможные случайности, Михаил снимает несколько дежуривших в воздухе дронов и отправляет их к местам взрывов. – Магия, не иначе», – глядя, как испуганная толпа, высыпавшая на улицу, пытается сбить разгорающееся под дождём неестественное пламя, подумал Михаил.
– Док, приём… – желая разбудить Настю, обращается к той Михаил.
– На связи, кеп, что там за прилёты? – Вместе с Ирэн, Мелисой и прибывшим на помощь Багдравом, девушка растерянно глядит в окно. Из-за стены не было видно происходящего во внешнем круге. Но зарево, вздымающееся до самого неба, было видно отчётливо.
– Вряд ли обстрел, скорее диверсия для отвлечения внимания, – заявляет кеп, возвращая дроны обратно на позиции. А между тем в комнате принцессы воцарились беспокойство и паника.
– Святые угодники! Неужели демон-император Раджа напал на нас?! – В очередной раз задавая вопрос, Мелиса инстинктивно смотрит на ту, которая, по её мнению, всё знает, на Настю, которая же обращается к Михаилу.
Поднятые в небо дроны, кружа по заданной траектории, следят за происходящим во внутреннем и внешнем кругах. Огромные потоки дикой Гранд энергии заполняют внешнее кольцо города, заливают узкие улочки лабиринтов Потенции, пропитывают деревянные дома, саму землю, а после от удара магической молнии вспыхивают, подобно авиационному топливу!
– Джагернаута не видно… – проговорив это, Михаил задумался, а после добавил: – И тех, кто бы мог ему служить, тоже. Кто-то пытается сконцентрировать внимания всего города на пожаре, такое чувство, что это глупость создана для простого отвлечения.
– От нас? – непонимающе переспросила Настя.
– От дворца… – перенаправив камеры в сторону королевских палат, казарм рыцарей и ордена, отвечает капитан. – Перевожу изображение на твой браслет…
Всего в полукилометре от них, на мраморных плитах возле прекрасного фонтана развернулась самая настоящая трагедия: отряды церкви, ещё недавно поддерживавшие орден Круглого стола, вместе с королевскими мечами окружили вчерашних союзников, во главе которых стоял Клавдий Нардлоу и старик Бэрдэн по его правую руку.
Двадцать воинов ордена, кто в броне, кто в одной ночнушке или и вовсе рубахе. Лица и оружие их запятнаны кровью, рядом, у выхода из казарм, несколько бездыханных тел. Братьев ордена застали врасплох, напали на их покои, когда те мирно спали. Прижатые к фонтану, окружённые семью десятками вооружённых до зубов королевских воинов и храмовников, непонимающе глядели в глаза ополчившимся против них вчерашним товарищам. Под прицелами направленных на тех арбалетов воины ордена, инстинктивно теснившиеся друг к другу.
– Ваше преосвященство, что всё это значит?! – выйдя вперёд с одним лишь клинком, без рубахи, с босыми ногами, в одних штанах, негодующе вскрикнул Клавдий Нардлоу, командир рыцарей Круглого стала.
– То и значит, Клавдий… – Вышел вперёд одетый в кольчугу и шлем не по размеру старик. – При двух сотнях свидетелей дворцу стало известно, что орден вместе с академией магии заключил преступный союз с демонами, а после одурманил и взял под стражу единственную законную правительницу королевства!
– Что за бредни? – непонимающе воскликнул командир. – Двум сотням известно, а мне нет?! Старик, ты совсем ополоумел! Это мятеж, предательство, братья, опомнитесь, вчерашние заговорщики вновь толкают нашу страну в пропасть!
Возглас Клавдия, направленный к храмовникам и королевским мечам, не возымел эффекта. Ни один из них не дрогнул. Каждый, как и прежде, глядел на вчерашнего друга, как на самого злостного и мерзкого врага.
– Братья! Это гнусная ложь, не позволяйте себя дурачить…
– Убить! – не дав Клавдию вселить раздор в сердца подопечных, скомандовал клирик. Щёлкнули арбалеты, трое из двадцати, грудью защищая спины товарищей, медленно поползли к земле. Без боя орден умирать не собирался.
В затяжном рывке мечом отразив летящий прямо в голову арбалетный болт, Клавдий подныривает под ближайшего из вчерашних товарищей. Его быстрый клинок успел бы того обезглавить, но вместо этого лишь обрубил руку, в которой тот держал свой арбалет. Вслед за своим командиром рванули и все остальные, включая старика Бэрдэна. Орден сопротивлялся бойко, но королевские мечи при помощи усиления храмовников с лёгкостью смогли отразить ярое наступление. Первый ряд встречает Клавдия стеной щитов, всего несколько секунд проходит перед тем, как арбалетчики за фонтаном заряжают своё оружие и вновь делают залп. В этот раз падает пятеро человек, и Королевские мечи, оттеснив Клавдия вместе с отрядом Бэрдэна, выпустив копья из-под зачарованных щитов, переходят в наступление.
– Миша, помоги Свэйду! – понимая, что третьего залпа раненный в плечо Бэрдэн не переживёт, кричит Настя. «Да, знаю…» Из винтовки не выстрелить, мешают каменные стены более высокого соседнего общежития, приходится использовать снаряд, прикреплённый к дрону, но из-за погодных условий точность, как и скорость движения крылатого помощника, дежурившего возле Дарна, сильно снижены.
«Вот и всё…» – в ожидании последнего залпа коварно улыбнулся епископ, как вдруг за спиной его, разрывая шум дождя, раздаётся неестественный магический свист. Что-то вонзается в землю позади них, а после мощный взрыв ударной волной опрокидывает строй, выворачивая из земли камни, расщепляет их, картечью рассекая незащищённые спины храмовников и некоторых воинов королевских мечей. Тысячи смертоносных осколков секут всё по округе, срезают, разносят прекрасный фонтан, выбивают стёкла во всех глядящих на площадь окнах. Едва сорвавшиеся с тетивы арбалетные болты летят в разные стороны вместе с кусками разлетающегося мрамора. Спешивший с выстрелом Михаил промазал, но не так сильно, чтобы убить того, кого пытался защитить.
Первым на ноги после взрыва вскочил Клавдий. Сияя ярким белым светом, тот в одно движение тупой стороной клинка вырубает сразу троих вражеских бойцов. Затем, обернувшись, пустыми ножнами останавливает несколько пущенных из положения лёжа арбалетных болтов. Сильный воин, не слабее известного Эфиальта, пропускает свой первый удар от недобитого им же арбалетчика с одной рукой. Короткий кинжал вонзается Клавдию в печень. В болезненной гримасе тот возносит над головой свой клинок, желая исправить ошибку, добить раненого, но вновь мешкает, и метко брошенное копьё со спины пронзает его грудь.
– Миша, их всех сейчас поубивают, надо помочь, бей ещё! – позабыв о принцессе и её верной спутнице Ирэн, кричит в микрофон Настя.
Взгляд капитана падает на панель боезапаса парящих в небе дронов.
– Это была наша последняя управляемая ракета… – Вслед за ударом копья воина по имени Клавдий пронзает меч, затем глефа и ещё одно копьё. Ликуя, королевские мечи вздымают пронизанное сталью тело над своими головами, а после в едином рывке разрывают на части.
Меньше минуты длился бой. Если бы Михаил сразу бросился менять позицию, по пути просчитал дальность, траекторию, а также климатические условия, то с вероятностью в семь процентов он мог бы успеть и спасти отряд Бэрдэна. Но исходные данные были неизвестны, реакция несвоевременной, решение помогать при помощи дрона – ошибочным.
В момент, когда один из предателей поднял меч над головой не успевшего подняться на ноги старика, Михаил вскидывает винтовку, через дрона-помощника сквозь стену наводится на потенциальную цель. Искусственный интеллект, создав приблизительную проекцию поднявшего меч, дразня, выдаёт: «Вероятность попадания менее 0.6%». Выстрел на удачу. Капли дождя меньшее, что могло его смазать. Несколько стен, неизвестный декор внутри дома, а ещё возможные посторонние жертвы.
Сгусток плазмы прошибает одну стену, идёт по касательной, прошибает половину второго этажа, срезает люстру и даже выходит через внешнюю стену… Мимо.
Клинок храмовца, бившего снизу вверх, перебивает артерию, а вслед за ней и позвоночник, отрубая голову так и не сумевшего вновь поднять меч старика Бэрдэна.
Честного, порядочного, местами робкого и очень хорошего человека казнили. И смерть его Настя восприняла не как гибель какого-то аборигена, представителя низшей формы жизни… В глазах Насти он умер, как человек знакомый и близкий. Всех бойцов ордена истребили следом за ним. Ранения не имели значения, пленных не брали и добивали наверняка.
– Капитан, – активируя перед принцессой боевой режим костюма, рычит Настя, – мы ведь отомстим?!
– Отомстим, док, – активировав камуфляж, отвечает Михаил, – будь уверена.
Отряд магов, вышедший из академии, разминувшись с пятью десятками воинов, шедших в Дарн, покидает королевский круг. О незваных гостях через Настю капитан уведомляет Багдрава, а также всех проснувшихся сожителей. Суть его послания проста: заговорщики подняли восстание, целью которого является закончить начатое, а именно устранить последнюю из рода Ингвид.
Внезапно всем жителям Дарна представился редкий шанс раз и навсегда изменить свою жизнь, заслужив доверие короны и правящей семьи, или, струсив, сбежать, поджав хвост, навеки похоронив мысли о возможном светлом будущем в королевстве.
Доверия у имперцев к проживавшим не было. Выставив тех, как живой щит по периметру, Михаил приказал Насте загнать принцессу повыше, а самой подыскать огневую точку с максимальным обзором.
– Если надо, пробей стену в общежитии и подорви забор, мешающий обзору. Всех, кого посчитаешь врагом, коси без жалости. По целям бить, не жалея энергии, если надо, используй гранаты. По возможности помогай ребятне снизу, а я пригляжу за тем, чтобы к нам вновь не прокрались крысы, – в старой доброй грубой форме обозлённо отдал приказ Михаил, и Настя, охваченная праведным гневом, поклялась выполнить этот приказ.
Верхние этажи общежития очистили от студентов для большей свободы действий. Вокруг возвели баррикады. Старый Дарн, всем своим видом напоминавший тараканью крепость, таки стал таковой, но только для людей, запертых в ней.
К группе врагов, устроившей бойню у фонтана, быстро двигалось подкрепление в виде пятидесяти храмовников. Общим числом объединившийся отряд насчитывал сотню бойцов. Навстречу ему шла вторая группа, так же состоящая из воинов церкви и королевских мечей, а возглавлял их тот, в ком до этого капитан видел друга и хорошего человека. Иуда, предатель Вулвингерс. Руки его были залиты кровью, взглядом провожая епископа, он вёл отряд по соседней улице. Армия числом в сто пятьдесят воинов отсекала все пути, будь то королевский замок, академия или врата. Убежать, не вступив при этом в бой с многочисленной толпой мятежников, не получится. Сомнений боле не оставалось – Эфиальт шёл за своей принцессой.