Сага об Антилохе. Возвышение «Гнилой шестерки»!

Глава 5 – Меж Зугл-Ды и Катракс

Черное от туч небо разорвала вспышка молнии. Минотавр, существо с бычьей головой и огромным человеческим телом, подняло секиру над собой. Рёв его, со слюнями и пеной из рта, разлетелся по плотным рядам армии Короля демонов. Черти и упыри, гоблины и орки, огры и осквернённые хаосом существа всех видов и рас, вернулись к каменным стенам Зугл-Ды, чтобы отвоевать некогда утраченную крепость.

Сильнейший дождь омывал их грязные, мерзкие рожи. Капли стекали по изломанным складкам кожи, покрытой миазмами, шрамами, гнойниками, бородавками и личинками насекомых, поедавших нечистых изнутри. Чистейшая дождевая вода осквернялась, касаясь их тел, смешиваясь с потом и слюнями, срывалась с гнилых, желто-коричневых зубов, заражая почву. Вёл армию демонов легендарный полководец, сущность, покорившая небо и все подвластные живым стихии магии. Существо с головой ястреба, крыльями, растущими из рук, и телом человека.

– Ге-не-рал Тод… – шевеля массивной челюстью, обратился к полководцу зеленый орк, что был ростом в четыре метра, в шароподобное пузо которого, в полный рост могло уместить взрослого человека. – Ар-мия, го-това, и-дём в бой? – Медленно и по слогам, постоянно подтягивая спадающие штаны, спрашивает орк.

Тод испытывал к старейшине Зеленого племени глубочайшую неприязнь. Считая себя выше остальных, даже владыки демонов, он ждал прибытия элиты тёмного войска – Шестой вампирской сотни. Тод любил побеждать, любил охотиться и убивать самых слабых, особенно когда их много. Существо испытывало восторг при виде чужого страха, когда толпы обращались в бегство, бессильные против одного. Тод выжидал, приценивался, помня горький опыт своих предшественников, ждал подкрепления от вампиров, чтобы отвлечь главных и сильнейших воинов из Зугл-Ды. После отвлекающего удара, генерал демонов собирался отыскать у врага брешь, найти самое слабое место, а затем, вдоволь насладиться страхом беспомощных людишек.

Пропитанные магической энергией голубые глаза Генерала Кастилио сквозь дождевую завесу внимательно следили за перемещениями армии демонов. Капли стекающих по седым, взъерошенным волосам наползали на густые брови семидесятилетнего аристократа. Разрисованное шрамами, старое лицо, для всех его видевших, казалось каменным, по которому никто и никогда не мог понять, сердит он, испуган, спокоен или рад чему-либо. Свар, человек из стали, герой шести компаний, был тем, кто лично вырывал Зугл-Ды из рук демонов и занял должность главного защитника Бастиона. Уже дважды он отражал набеги армии владыки демонов, дважды одерживал уверенную победу. Кастилио, игнорируя дождь и ветер, двадцатикратное превосходство в численности врага, в очередной раз, внимательно разглядывал своего противника. Он видел изуродованных проклятой магией существ, чьи лица отдалённо напоминали человеческие, получеловеческие и даже эльфийские. Видел он и других. Огромные, зеленокожие орки, сражаясь в чистом поле, каждый из них стоил как минимум трёх его солдат. Он видел гигантских огров, биться с которыми за пределами крепости дело самоубийственное. Согласно мнению Свара, армия человеческих королевств, при поддержке гильдии авантюристов, вторглась слишком далеко в чужие земли, оставив фланги плохо защищёнными, и вот-вот должна была получить контратаку, последствия которой могли не только обнулить все их победы, но и привести к непредсказуемым результатам.

Взбегая по каменным ступенькам, шлёпая кожаными ботинками по стекающим со стены ручьям, на вершину башни взбегает молодой, светловолосый оруженосец.

– Бастион готов к бою, маги закончили укрепление барьера, артиллерия так же успешно завершила перегруппировку, заняла позиции вдоль всей стены.

– Отрадно слышать, – сохраняя лицо каменным, двинул длинными, прилипшими к лицу усами Кастилио. – Хорошая работа, Жак, артиллерия нам сегодня пригодится. Сколько авантюристов сейчас в Зугл-Ды?

– Четыре группы. – Быстро ответил оруженосец. – Остальные отбыли в тыл, на защиту приграничья и путей снабжения.

«Плохо…» – подумал старик командующий, и тут же, безэмоциональное, вечно спокойное лицо дрогнуло, исказилось от недоумения, а после испуга. Руки воина задрожали; острый взгляд голубоглазого воина столкнулся с таким же, пристальным, разглядывающим его красным глазом вампира. Приступ испуга, вызванный взглядом проклятого, сменился волной злости и ненависти к тому, кто стоял за киллометр от стены.

Бледная кожа обтягивала худощавое лицо, мощные скулы, красные глаза, эльфийские уши, длинные и ровные черные волосы – Кастилио узнал того, с кем ему предстоит драться. Но не лицом был примечателен древний вампир, а своими одеждами. Пояс из черепов младенцев опоясывал его бедра. В каждом из черепов находился кинжал или флакон с мутным зельем. Красная куртка из Огненной Виверны плотно облегала худое и высокое тело. Чешуйки виверны, что прочнее любой стали, имели отметину, будто их кто-то склеил, и при соприкосновении с водой, именно в месте стыка, испускала пар. Этот вампир был легендой среди человеческого рода – Эсман Агнтур Валад, известный как «Ищущий тепла». Некогда он был эльфом, хранителем леса и жизни, а после, когда к власти пришёл нынешний Король леса, в жажде отомстить тому, обратился к тьме.

– Командующий! – Испугавшись реакции, эмоций, проступивших на лице своего повелителя, воскликнул оруженосец. – Что вы увидели?!

Ветеран взял эмоции под контроль, не в силах успокоить дрожь в руках, с отвращением и ненавистью произнёс:

– Призрак прошлого. – В мыслях старика в очередной раз пронёсся тот день, когда Валад посреди битвы обезглавил его деда. Как храбрый и смелый, его молодой отец встал на защиту своего сына: ударом двухметрового меча, который ещё никто не мог отразить, он сломал клинок вампира, рассек туловище его на пополам, а после… Вампир, потеряв левую руку и половину тела, зубами вонзился в шею его отца. Кастилио помнил, как вмявшаяся сталь, словно бумага, была вырвана с артерией и плотью его отца. Как Кастилио Пон оттолкнул вампира, попытался ударить его вновь, но острые, длинные ногти прошли в щель между забралом и ослепили отца. Всего минута – храбрый воин пал, вампир, прячась за спинами демонов, сбежал, а отец… Восстал и теперь поднял своё легендарное оружие на того, кого минуту назад защищал. Тогда, в своей второй битве, Кастилио было всего одиннадцать лет, он не знал, что случилось с отцом и почему тот решил его убить. Взяв на душу грех, он, защищая оруженосца, защищая воинов короля и себя самого, срубил голову отца, навсегда запомнив того, кто победил двух великих мечников семейства Свар.

– Жак, бери отряд авантюристов и немедленно отправляйся в Катраск. Сообщи, вампир Эсман Агнтур Валад и его Шестая Сотня-смерти пришли в Зугл-Ды. Герою предстоит сразиться с Генералом тьмы Тодом, владеющим магией свободного полёта и всеми известными магическими стихиями. Скачи немедля, необорачиваясь, так быстро, как только сможешь! Вперёд! – Крикнул Кастилио, уже второй раз не сумев сдержать эмоций. Он был в ярости, напуган, а ещё… в ужасе осознал плачевность своего положения. Двадцать девять детей родили ему жены, и любовницы из других родов, и бардельные шлюхи с горничными его дома. Двадцать девять жизней он привёл в этот мир, и из них ни одного мужчины, ни одного мальчика, ни одного достойного мечника, что смог бы продолжить его дело.

– Я вернусь с подмогой, командующий! – Воскликнул Жак, и тотчас, подчиняясь старику как командиру, как наставнику, как отцу, который его усыновил, кинулся исполнять приказ. Верный, резкий, и, к сожалению, по мнению Кастилио, бесталантливый мечник, был идеальным солдатом и мечтой-сыном, которого всю свою жизнь хотел видеть рядом с собой Свар.

Раскат грома вернул командующего к мыслям о крепости, армии и грядущей битве. Дождь усиливался, порывы ветра трепали седые волосы, неся звуки оживших барабанов, гула, рыка, лаяния, рёва и визга, несущихся вместе с ветрами из лагеря врага. Ослепляя старика, капли дождя, под редкие мерцания молнии, скатывались с щек и бороды, потом пробегали по стальному панцырю. Будто слёзы, будто сам Мануну, украшавший и защищавший грудь ветерана, оплакивает его сегодняшнюю жертву.

Затупали ногами гиганты, заскрипели деревянные осадные машины, ехидно скалясь, серая масса, состоящая из выродков, мерзости и уродства этого мира, пошла в атаку.

Рассекая дождевые капли, предвидя тактику генерала демонов, резким движением руки, Кастилио вытащил меч, вздымая его над головой, командует:

– Артиллерия!

Кузнечных искусств мастера, гномы-наёмники большими руками двигали здоровенные, железные трубы, заколдованные и отлитые с помощью гномьей магии. Четыре орудия, по одному в четырех башнях, каждое шириной, что двоим людям за руки взявшись не охватить, готовились изрыгнуть смерть и рокот, способный заглушить даже богов с их громом. Используя всего одно такое орудие, Герой сумел пробить в Зугл-Ды брешь и захватить её с наскоку. Теперь форт защищали четыре подобных орудия, поддерживая надежды и веру в успех защитников.

Ожидаемо, в небе над лагерем врагов, разгоняя мрак и освещая несметные полчища тварей, возникла багровая пентаграмма.

– Защитный барьер! – орет командующий, и купол, уплотнившись настолько, что даже дождь стал его обтекать, закрыл Бастион.

Из ночи, безмолвно проходя сквозь пентаграмму на взлёте, появились десятки охваченных огнём камней. Посреди тьмы, сквозь дождь, они врезались в магический купол, вызывая дрожание ветра, рябь, а с ней столбы пара. Если бы маги Бастиона пропустили этот залп, всё, от казарм до главной крепости и лазарета, охватил бы магический огонь. Подготовиться к подобной атаке, как и защититься, требует массу времени.

Кастилио, по тварям-воинам определил, против кого будет сражаться, зная, с чего тот начинает атаку. Тод, демон с головой сокола, мнил себя богом и с омерзением относился к лишенным крыльев существам, поэтому бой всегда предпочитал начинать атакой с воздуха. Гордый и заносчивый, он читался Сваром как открытая книга и в равной схватке был бы ощипан как дохлая курица. Однако для ветерана мечтать о честном поединке было бы глупо. Врагов было несметное количество, а их генерал, отпетый садист, чудовище, обожавшее мучить до смерти слабых. Он знал своего врага и, чтобы воины не дрогнули и не попытались бежать, громкой речью истинного лидера объяснил своим солдатам:

Впереди их ждёт победа или смерть!

Стук зловещих барабанов стихает. Пар от огня оседает на барьер; враг упустил возможность неожиданного удара и повторить подобный мощный магический залп могли разве что сильнейшие владыки демонов прошлого. Теперь настала очередь укрепления стен, подготовки гномьих орудий.

Сквозь паровую завесу, окутавшую весь Бастион, эхом раздаётся тяжёлый, грубый рёв Орочьего горна. Армии чудовищ пришли в движение. Постепенно, просачиваясь под ногами огров и обходя орков, вперёд неслись дерзкие, резкие, оснащённые длинными лестницами тысячи гоблинов. Ехидное хихиканье орды омерзительных существ слышалось за километр. За ними, скупо перекрикиваясь на грубом-орочьем, тянули деревянные заслоны для тёмных магов орки. Последними, замыкая первую атакующую волну, с камнями в огромных корзинах, гигантскими копьями и дубинами из стволов взрослых деревьев, с трудом ступая по грязи, шли огры. Третья битва за Зугл-Ды началась!

Человеческие стрелы сыпались с тридцатиметровых, чёрных каменных стен. Освещая цели, в небо над полем боя маги попытались поднять своих волшебных светлячков, чьи яркие крылья, едва коснувшись дождевых капель, затухали. Маги Кастилио слепы, в отличие от бывалого ветерана, обладающего Магическим глазом и даром «Любимец ночи». Враг подбирается опасно-близко. Командующему приходится приоткрыть один из козырей. Несколько наёмных эльфов-снайперов, подпалив стрелы, меткими выстрелами подрывают запасы огненного масла. Глиняные горшки разлетаются во все стороны, поднимая в воздух огненные массы, полностью освещают атакующую зловещую массу. Гоблины катаются по земле, в грязи, пытаются сбить с себя пламя и истошно визжат, когда после плоти всепожирающее магическое пламя начинает сжигать кости. Это зелье – личное изобретение его высочества, Волшебный огонь, потушить который может исключительно знающий его секреты маг. Гоблины один за другим валятся с ног, гибнут от стрел, от магических заклинаний, что жгут их, режут, топят в грязи и ослепляют ядовитой пылью, высыпающейся с высоких стен. Ни одна из лестниц не добралась даже до земляного рва. Испуганное племя кидается наутёк, попадая под гневную поступь рвущихся вперёд орков.

– Готовьтесь! Всё только начинается! – Припал к обломанному зубцу командующий, оркская огненная магия языками зелёного пламени разбилась о преграду, опалив край плаща Кастилио. Аристократ не мог позволить себе надеть шлем – любой головной убор нарушал его восприятие мира и магическим образом мешал контролю над полем боя. Потому от всех и всегда он слышал одно:

– Береги голову, Кастилио! – С ухмылкой надменной, натянул лук, а затем запустил в стан врага взрывную стрелу капитан лучников Сошн. Старый эльф, проживавший вторую тысячу лет, воин-доброволец в рядах армии людей и изгой в собственных землях. Некогда золотые волосы его местами поседели, вечно молодое лицо, от кутежей, бесконечных попоек и мирских забот, покрылось глубокими морщинами. Лишь острые черты лица, а также выступавшие из-под начищенного металлического шлема уши выдавали жителя соседних земель.

Отсчитав четыре секунды, командующий Кастилио создаёт своё единственное выученное заклинание – именуемое Воздушным глазом. Подняв его над зубцами, он видит, как орки устанавливают свои высокие щиты у рва, как пинками загоняют гоблинов обратно в атаку, а за ними меж гигантов-огров вперёд несутся массы осквернённых хаосом народов. Ещё ни разу в жизни Свар не видел сразу столько тварей. «А ведь это ещё не всё…» – пристально следя за ухмыляющимися вампирами, ожидающими в тылу, командующий отдаёт приказ:

– Артиллерия, огонь!

Гномьи пушки, заглушив рёв мерзких толп, потрясли стены, землю и небо, обрушив на орды врагов пламя и раскалённые металлические снаряды разных размеров и веса. Волной невидимой, на бешеной скорости, пропахивая землю и разрывая тела уже убитых или только идущих на смерть орков и гоблинов, залп картечи докатывается до подступавших огров. Отдельные части восьмиметровых гигантов отлетают вместе с железом. Мелкая дробь ослепляет их, корежит лица, отрывает носы, уши, пальцы, члены, иногда почти отделяет руку или ногу от туловища, но… не убивает! В стане врага, при помощи собственной силы, Кастилио находит высокого, четырёхметрового пузатого орка-шамана с эльфийским посохом жизни в руках, продолжающего творить и поддерживать своё орочье колдовство.

Попадавшие на землю огры с ревом и злобой начинают отращивать потерянные глаза, пальцы, запихивать руками себе в животы с выпавшие кишки и… заживляться! К счастью капитана, это происходит только с некоторыми из огров, остальные…

– А-а-а! – Копьё высекло искры, ударившись о один из зубцов, пронзило человеческого лучника насквозь и сбросило со стены. Это был меткий бросок близко подошедшего огра, ознаменовавший начало нового этапа битвы за Зугл-Ды!

Глава 6

Желание отодрать Эрлину, вогнать в неё свой хер поглубже, ощущалось как готовность к решающей схватке в ММО с финальным, тысячу раз проёбанным босом. Очередной отрезок пути, несколько дней из моей жизни – меня без пощады хуесосили, тренировали и откровенно пиздили во имя моего же блага. И теперь, ради всё того же – моего блага, она встала на четыре кости, раздвинула голые, сочные булки, смущённо подозвала меня…

Её глаза, как голубое пламя, светились во тьме комнаты. Блеск молнии, пробившийся сквозь приоткрытые ставни окна, осветил золотистые волосы и идеально гладкую кожу. Девушка, припав грудью к кровати, ещё сильнее оттопыривает попку, глядит мне в глаза, чего-то ждёт и… при громком топоте шагов за стеной, перекатывается, ныряя под одеяло.

С размаху, ударом ноги внутрь вваливается Тайгрис. Она оставалась внизу, пила с мужиками, нажиралась в зюзю, пока мы медленно раздевались, потом помогали друг другу умыться, эротично потирая спинки и наши половые отличия. Зверолюдка, сбросив с себя куртку на пол, даже не слушая недовольства рассерженной Эрлины, упала обиженно посреди кровати.

– Предатели! – мычит Тайгрис, прижавшись к постели.

– У тебя своя комната, уебывай, вонючка! – пытается ногами скинуть её с себя Эрлина, но Тайгрис, активировав свою ауру, будто потяжелела на тысячу килограммов. Кровать под ней трещит, а эльфийка, с красным от злости и напряжения лицом, с трудом перекатившись, выползает из под звериной туши.

– Ну, Тайгрис… иди помойся, воняешь, как кошка, сбежавшая из свинарника! – кричит на неё Эрлина, одной рукой держа одеяло, второй пытаясь вытащить штаны из-под воительницы.

– Антилох, пошли выпьешь со мной? – почти не поднимая головы, спрашивает гигаша.

Вот же ж блять, нельзя было выбрать другой момент? День, случай, или хотя бы через час-другой подойти?! Если я сейчас соглашусь, меня на первой тренировке заебашит ревнивая, вспыльчивая эльфика. Та, что, бросив одеяло и скалясь, уже двумя руками пытается вытащить из-под танка свои штаны. Чё тут происходит, блять?! Тайгрис либо выебывалась, строя из себя полупьяную, либо реально ужралась за те полчаса, пока нас не было.

Трясущейся небольшой грудью, стесняясь себя и косясь на огромные сиськи Тайгрис, Эрлина, со звучным хр-р-р-р… рвёт свои штаны, едва успев удивиться, во всю глотку орёт:

– Съебали из моей комнаты!

Тайгрис приподняла голову, приоткрыла правый глаз, посмотрела на разъярённое лицо эльфийки, затем на её наготу, потом на своё вымя и где-то вдали комнаты, меж собственных сисек, мельком заметила меня.

– Капитан… – рычит жалобно здоровячка, – меня отшили, пошли бухнём.

– Съебали, пока я вас двоих не заебошила!

Под злобные крики и гневное тяжёлое дыхание эльфийки, ощущаю, настроение данного вечера полностью испорченно. Подзываю Тайгрис к себе. Тигрица встаёт с кровати, но ногами запутывается в сброшенном на пол одеяле. Падая на колени, баба проламывает доски пола. Ебаный ты в рот, по ходу она действительно в говне. Даже ахуевшие мыши, показавшиеся из-под сломанных досок, смотрели на Тайгрис так же, как и я, с удивлением, ужасом, презрением.

Секса не будет, уважу забулдыгу… вернее, меня фактически выталкивают, или, можно сказать, выносят на первый этаж, где при нашем появлении все начинают разбегаться. Забившись в угол, на дальнем столике, сидела компания молодых авантюристов, чьи девушки-волшебницы, заметив возвращение Тайгрис, тут же подскочили со скамеек, закрыли парней своими спинами, а через минуту и вовсе вывели их за пределы таверны. Также стих смех среди здоровяков-вояк, один из которых обматывал чем-то правую руку, второй – левую. Оба взрослые, оба крепкие, но замолчали при виде Тайгрис, уткнувшись носами в своё пойло.

– Гильдмастер, – обратился я к Снорку, – а что собственно произошло?