Тёплые истории для замёрзших девочек

Прекрасная Принцесса и новые грабли

Проходя мимо сада своей крестницы – Прекрасной Принцессы – Фея невольно затормозила. В последнее время за забором было тихо. Принцесса то плакала, то молчала, то что-то писала в толстой тетради. А сейчас… Ну-ка, ну-ка?.. Поёт! Фея пожала плечами и решила зайти. Песни – это хорошо, но на сердце как-то неспокойно. Уж больно крестница у Феи была… Хм… Импульсивная.

Вошедшей в сад Фее открылось дивное и небанальное зрелище. Принцесса пела, кружилась и танцевала, сжимая в руках… Грабли!!! Увидела крёстную, с радостной улыбкой крикнула:

– Фея! Ты только посмотри! Ты только посмотри, какая красота! Я так счастлива!

Сердце у Феи снова ёкнуло. Она подошла и посмотрела на грабли вблизи. Сурово нахмурилась:

– Грабли?! Те же самые?!

Принцесса возмутилась:

– Нет, конечно! Совсем новые! Вообще другие!

Фея засомневалась:

– А ну, дай сюда! Сама посмотрю.

Принцесса проворно сунула грабли за спину и затараторила:

– Я уже сама всё посмотрела. И ручка не синенькая, а зелёненькая. И не такие острые. И модель совсем другая. И – видишь вот: бантик!!!

Фея закатила глаза и вздохнула:

– Бантик, значит?

Принцесса счастливо улыбнулась:

– Бантик! И ещё – они музыку играют. Когда ими… Ну, грабишь в общем…

Фея почувствовала настоятельную потребность присесть.

Присела и задушевно начала:

– А кто мне рыдал в плечо и клялся, что больше никаких грабель, а? Только лопаты, кирки и мотыги?! Кому я лоб замучилась волшебными эликсирами лечить?! Кто чуть ногу себе не оттяпал граблями? И руку поранил так, что месяц потом пришлось всё одной левой делать, а?!

Принцесса с каждым Феиным словом становилась всё мрачнее и мрачнее. А Фея никак не могла остановиться – так беспокоилась за эту дурочку.

– Ты понимаешь, что снова вляпаешься с этими граблями?! И тебе снова будет плохо, больно и невыносимо? Ну давай их выбросим, пожалуйста. И купим лопату. Любую. Две. Газонокосилку. Мотыгу – самую фильдепёрсовую, а?..

Принцесса разрыдалась.

– Это же подааааарок… И он мне так нравится… А никак нельзя – оставить? Но чтобы – не как в прошлый раз?..

И Принцесса потрогала шрам на лбу, который не вылечили даже волшебные эликсиры.

Фея вздохнула:

– Ну что с тобой делать, дурочка ты моя?.. Можно. Наверное. Если ты навсегда запомнишь, что это – грабли. И ими можно и нужно только… Гм… Грабить. Ими нельзя копать. Поливать грядки. Обрезать розовые кусты. И по ним нельзя ходить!!! Никогда!!! Кстати, ждать, что они тебе будут играть музыку, тоже не стоит. Это маркетинговый ход такой. Поиграют ровно день – и перестанут.

Теперь вздохнула Принцесса:

– Я попробую. А если не выйдет?..

Фея усмехнулась:

– Тогда я куплю метлу. Собственноручно тебя к ней примотаю. И отправлю туда, где грабель нет. В принципе.

Принцесса осталась с новыми граблями. С бантиком. И снова начала тихонько напевать. А Фея, дойдя до своего дома, задумчиво открыла сарайчик, в который заходила редко. Там, в рядок, стояли восемь грабель. Разных модификаций, конечно. Одни – даже с подсветкой. Фея потёрла шрам под длинной густой челкой, улыбнулась своим воспоминаниям и пошла пить чай.

Прекрасная Принцесса и лежачий камень

Фея заметила, что её подопечная – Прекрасная Принцесса – несколько раз в день куда-то уходит. С огромной лейкой. И возвращается нескоро. При этом пребывает в состоянии такой глубокой задумчивости, что проследить за ней не составляет никакого труда! Фея и проследила. И остолбенела.

Это был тот нечастый случай, когда Фея даже не нашлась, что сказать. Так и стояла столбом, взирая на непонятное происходящее. А Принцесса, выйдя из своей сомнамбулической сосредоточенности, сразу её заметила. И подошла сама.

– Крёстная… Ты… Ты меня осуждаешь, да?

Фея нервно сглотнула:

– Ты же знаешь, я всегда за тебя. И на твоей стороне. Но тут… Позволь спросить, что ты делаешь?!

Принцесса грустно усмехнулась:

– Некоторые мои грабли пропали без следа. Некоторые разобрали соседи. Но вот несколько – самых любимых и тех, что больнее всего били, в камни превратились. Разные, но драгоценные. Видишь – вон рубин. А это изумруд. И бриллиант тоже есть. В общем – камни. Драгоценные. И лежат себе просто так. Мне все говорят – выброси. Или отдай. Они тебе зачем? Мёртвые же. Ну а я…

Принцесса потерла лоб с непроходящим синяком от грабель.

– В общем, говорят же, что под лежачий камень и вода не течет. А они лежат. И я под них – воду лью. Чтобы текла. Вдруг что-то изменится, а?.. Мне не лень. Я хожу и хожу. Лью и лью…

И Принцесса тихо заплакала.

Фея увела крестницу домой. Напоила чаем. И задумалась. Особенно – над рубином и изумрудом задумалась. Что-то в них было… Живое и знакомое что ли…

На следующий день Принцесса подняла крёстную ни свет, ни заря.

– Фея! Пойдём! Пойдём скорее!!!

Не до конца проснувшаяся Фея, путаясь в длинной ночной рубашке, добежала до сада камней. И остолбенела второй раз. Вокруг изумруда проклюнулась редкая травка. Из-под рубина выполз какой-то стебель с бутоном. Около бриллианта выросла одна травинка – но длинная и пронзительно-зелёная…

Фея не любила банальностей. И поговорок. Но тут – вырвались сразу две:

– Даже на камне растет трава… А терпение и труд – они все перетрут…

И Фея пошла пить утренний кофе. Пока Принцесса возилась со своими камнями. Которые… Видимо, не такие и лежачие… Если на них, как на мельницу, лить воду…

Прекрасная Принцесса и курсы стервологии

Входная дверь распахнулась с таким треском, что любовник Феи успел исчезнуть лишь потому, что был Ведьмаком. А Фея судорожно запахивала на груди пеньюар, когда в комнату ворвалась её крестница – Прекрасная Принцесса. Но в каком виде… Макияж, как у «ночной бабочки». Юбка – из серии «широкий пояс». «Шпильки» такие, что на них можно только красиво лежать. Причёска – смерть врагам. Плюс – от Принцессы попахивало… Нет, смертельно разило. Убойным «коктейлем» из «Бейлиса», мартини и коньяка.

Изумлённая Фея застыла соляным столбом. Принцесса на своих «шпильках» проковыляла мимо нее, свалилась в кресло и заплакала.

– Фееееееяяяяяя… Ты мне крёстная или ктоооооо?..

Фея подскочила к непутёвой крестнице и стала гладить ее по голове.

– Крёстная, конечно. Что с тобой, девочка моя? Что случилось? Почему ты плачешь? И почему ты в таком… Хм… Виде?..

Тут Фея присмотрелась и увидела, что на лбу, замазанный тональным кремом, всеми цветами радуги переливается синяк – привычный след от грабель. Поверх шрама от них же. Фея нахмурилась.

– Так… Что, очередные грабли, да? Которые музыку играли, да?! А я говорила…

Тут Принцесса разрыдалась так горько и понесла такую околесицу, что Фее пришлось срочно включать магию и ставить кофе. Через некоторое время, умытая и переодетая в халат крёстной, Принцесса уже более-менее связно излагала все свои горести.

– Грабли, да. Не хочу об этом. Всё понимаю и не хочу потому. Больно.

Принцесса потерла синяк на лбу. И продолжила:

– Я поняла – я слишком добрая. И хорошая. Поэтому я записалась на курсы стервологии.

Фея поперхнулась кофе:

– Куда ты записалась?!

Принцесса с достоинством повторила:

– На курсы стер-во-ло-гии. Потому что я больше не хочу быть Прекрасной Принцессой. А хочу быть стервой. Стервозной. Чтобы всех…

И поскольку обалдевшая Фея молчала, крестница продолжила:

– Ну и вот. Пришла. Деньги заплатила за полгода вперед. А меня – выгнали!!!!! Уууууу…

Принцесса снова разразилась слезами, и дальнейший её рассказ прорывался через жалобные ики и кваки:

– Со второго урока выгнали… Сказали, нет способностей… Что из дуры стерву не сделаешь – так и сказали. И деньги ещё возвращать не хотели… Ну я им показала, конечно… И деньги забрала… Но Феяяяяяяяяяя… Ты же волшебница… Ну сделай меня стервой, а?..

Принцесса с надеждой взглянула на крёстную заплаканными глазами. И не узнала Фею. На её месте стояла… Нет, даже не ведьма. А богиня-мстительница. С пылающими очами и лёгким сиреневым дымком, идущим из ноздрей.

Не своим голосом Фея сказала:

– Дура ты, значит?.. Дура?.. Ладно. Хорошо. Даже отлично.

Фея взмахнула рукой, и Принцесса вместо халата оказалась одетой в джинсы, рубашку и кроссовки. Крёстная строго и властно велела:

– Домой. И спать. Завтра утром я тебе принесу волшебный эликсир. И ты станешь стервой. Дурочка моя…

Не выдержав строгого тона, Фея ласково погладила Принцессу по голове. И та птичкой упорхнула.

Фея взяла длиннющий серебряный мундштук. Заправила сигарету. Села. Глубоко затянулась. Появившийся неизвестно откуда Ведьмак с любопытством спросил:

– Что, правда стервозное зелье ей сваришь?

Фея смерила его презрительным взглядом:

– Ты что?! Забыл, какая она? Забыл, сколько и чего ей дано? Забыл, как при её рождении покойный папенька-король в истерике бился и кричал, что не бывать его дочери ведьмой?! И что я уже сколько лет другим зельем её пою? Чтобы она в полную силу не вошла?.. А то ведь – только взгляд поднимет – и не только ее любимые грабли, но и другой инструмент рядом с ней штабелями укладываться начнёт…

Ведьмак смущённо потупился. Но любопытство снова взяло верх.

– Ну а что тогда? Неужели?.. Неужели сама колданёшь?!!

Фея пожала плечами:

– Дурак ты, милый… Хоть и Ведьмак. Я-то не она. Если я колдану, нам придется её в подземный бункер прятать. От страждущих…

Ведьмак растерянно потоптался на месте.

– Ну а что тогда? Ведь помочь-то девчонке хочется. Не дура она вовсе. И стервой ей быть ни к чему, не её судьба.

Фея загасила сигарету и решительно встала.

– Иногда достаточно просто показать. Тем, кто заинтересован. Что они потеряли. И что могло быть дальше, если бы… Ты же понимаешь – люди. У одного – страх. У другого – принципы. У третьего – уверенность в том, что он все понял. Сколько людей – столько и причин. Но иногда… Самые умные и чуткие – способны понять. Что они выбрали не тот путь… Так что мы им просто покажем. А сами – посмотрим…

Принцесса, напоенная отваром для успокоения нервов, летала и пела. И убеждала себя в том, что она стерва. Некоторые окружающие даже стали в это верить. А потом… Принцесса снова ворвалась к Фее в неурочный час. Ведьмак снова еле успел исчезнуть. А Принцесса схватила Фею за руку и потащила к себе.

– Смотри! Нет, ты только посмотри! Стервология-то сработала!

У Принцессиных ворот скромненько стояло несколько грабель. Одни помаргивали огонёчками. Другие – пытались наиграть какую-то мелодию…

Фея улыбнулась. Возникший из ниоткуда Ведьмак шепнул ей на ухо:

– Ты что?! Всем её… Ммм… Граблям показала, что они потеряли?

Улыбка Феи стала загадочной.

– Какие ж вы, мужики, все прямолинейные… И магия ваша – такая же. Пришёл-увидел-победил-пошел дальше побеждать. Вопрос не в том, кому и что я показала. Вопрос – кто захотел увидеть. И понять. И пойти…

Принцесса с сияющими глазами обернулась к крёстной. На Ведьмака она не обращала ни малейшего внимания.

– Фея! Я так счастлива! Только… Что же мне теперь делать? Ведь я одна, а они…

Фея сурово нахмурилась:

– Как я тебя с детства учила? Выбирать нужно чем?

Принцесса вздохнула:

– Я помню, да. Сердцем…

Грабли с музыкой после этих слов вдруг заиграли «Свадебный марш» Мендельсона. Принцесса протянула руку… А Фея с Ведьмаком незаметно ретировались – все сами решат, дело молодое.

Прекрасная Принцесса и чай с сахаром

Крёстная Фея и Принцесса сидели за традиционным воскресным чаем. Фея видела, что Принцесса не так весела и беззаботна, как обычно. Но не спрашивала. Главное – следа от очередных грабель на лбу нет. А предыдущие почти рассосались. Со всем остальным справиться проще. Как же ошибалась эта мудрая женщина…

Неожиданно Принцесса сказала:

– Ты знаешь, я уезжаю. В Лапландию. Ненадолго так.

Фея не просто удивилась. Она изумилась. И не смогла удержать брови, ползущие от изумления прямо под чёлку.

– Ммм… А зачем? Ты же ненавидишь холод! Да и у нас скоро зима – зачем же ехать из зимы в зиму?!

Ответ был настолько же лаконичным, насколько шокирующим:

– К Снежной Королеве. Я уже договорилась. Чтобы она мне сердце заморозила. Как тому мальчику в сказке.

Выглядела Принцесса решительно. Прямо как её покойный папенька-король, когда на ногах уже не стоял, но последнюю кружку эля выдрать из его руки было невозможно. Поэтому действовать надо было обходными путями. И Фея притворно-равнодушно сказала:

– Да? Жива ещё, старая обманщица? Бизнес что ли открыла по замораживанию сердец? Я бы на твоём месте не стала ей слишком доверять. Денег сдерет кучу. А работу сделает… Некачественно. Уж сколько на неё жаловались. То тут недоморозит. То заморозка отойдёт, как только человек вернется домой…

Принцесса вздохнула.

– Да слышала я. Только вариантов нет. Вот…

Из-за спины Принцесса достала грабли. Новые. Но какие-то странные.

– Они не мои пока, нет. Я так. Со стороны смотрю. Но… Снова мешает сердце. Нет, душа. Нет, эмоции. В общем, всё разом это мешает. На курсах стервологии меня научили, конечно, делать вид, что я холодна и равнодушна. Но это не то! Понимаешь?! Вид я могу сделать. Но внутри-то мне не всё равно…

Принцесса шмыгнула носом и забормотала вообще невразумительное:

– А им – им надо, чтобы было реально всё равно. И преодолевать это «всё равно». А если мне не всё равно, то плохо. И снова ничего не получится. Как… Ну ты сама знаешь с кем…

В чай полились слезы. Фея помолчала. А потом, осторожно подбирая слова, заговорила:

– Послушай… Вот смотри – это чай. А это – сахар. Есть те, кто любит чай с сахаром. И если представить, что один человек – это чай, а второй – сахар, то «чай» будет обязательно этот «сахар» искать. Растворится ли сахар в чае или вприкуску его будут использовать – всего лишь дело привычки. Главное – чай всё равно будет с сахаром.

Есть люди, которые чай пьют просто чёрным. И несладким. Поэтому они на сахар даже вряд ли посмотрят. Так, разок может. В качестве эксперимента. И пойдут себе дальше.

А есть те, кто любит с лимоном. Им сахар вообще противопоказан. Потому что они хотят, чтобы им не сладко было, а от кислоты горло драло, понимаешь?

Кто-то к чаю молока хочет. Кто-то – обязательно торт. Или печенье. Иные и коньяк туда льют… В общем, о вкусах не спорят.

Так вот. Ты – тот самый сахар, моя радость. Ты можешь и полностью растворяться. И прилагаться в виде кубиков на блюдечке. Но с тобой получится только сладкий чай. Понимаешь? При определённых усилиях все хорошо получится с теми, кто с тортом чай любит. Или с конфетой… Вот от этого и пляши.

Принцесса слушала, приоткрыв рот:

– То есть, заморозка сердца ничего не даст, ты считаешь?

Фея отрезала:

– Ничегошеньки. Условно говоря, никакими способами сахар в лимон не превратить. И в коньяк. И уж тем более сахар никакой заморозкой не сделаешь отсутствием сахара. Так что…

Принцесса слабо улыбнулась:

– Я, кажется, поняла. Не пытаться становиться лимоном, да?

Фея улыбнулась в ответ:

– Совершенно верно. Тем более, что любителей чая с сахаром очень много – уж поверь мне. Гораздо больше, чем ты думаешь.

Принцесса ушла успокоенная. Фея смотрела ей вслед и рассеянно думала: «Хорошо, что я не сказала девочке, что иногда бывает и по-другому. И тот, кто один раз попробовал чай с сахаром, вдруг хочет попробовать его вновь. Более того – пить постоянно… Но ей пока лучше об этом не знать. И о том, кстати, что сахар может и в лимон превратиться, и в коньяк. Пусть так пока».

Прекрасная Принцесса и грабли. На новый лад

Фея, заглянув к Принцессе на утренний кофе, застыла прямо у калитки. Её крестница ходила в цветнике с каким-то очень странным агрегатом в руках. Увидев Фею, она попыталась спрятать агрегат за спину. Но не вышло. Уж очень он был громоздким. И узкая спина Принцессы скрыть его никак не могла.

Фея нацепила светскую улыбку.

– С добрым утром! Я тебе помешала? Ты что-то делаешь с цветами?

Принцесса независимо вскинула голову.

– Не особенно помешала, что ты. Но да. Я… Я, в общем, поливаю тут.

– Поливаешь?! Вот этим?! Прости, конечно, но мне почему-то кажется, что это грабли… Разве нет?

Голова Принцессы вскинулась ещё более независимо. И взгляд стал абсолютно как у венценосной особы. Только вот голос совершенно ненатуральный. Им Принцесса чуть ли не по слогам гордо произнесла:

– Это. Не. Грабли. Это. Лейка. Лейка. И. Я. Ею. Поливаю.

Фея попыталась сделать понимающее лицо.

– Ага. То есть, вот эта деревянная палка с замотанными твоей мантией железными зубьями и приделанным к ней полиэтиленовым пакетом с дыркой, из которой бежит вода, – лейка?

Если можно кивнуть сквозь зубы – Принцесса это и сделала. Сквозь зубы кивнула.

Но от Феи просто так отделаться было сложно. Она продолжала расспросы.

– Зачем же такие трудности? У тебя, если не ошибаюсь, пять леек? И ещё штуки три запасных, кажется? Так? И какой смысл в этих… В этой вот странной лейке?

В этот момент пакет с водой отвалился, мантия слетела. И стало очевидно, что Принцесса держит в руках абсолютные грабли. Совершенные. И бесспорные.

Принцесса, всхлипнув, уселась прямо в цветы. Фея аккуратно пристроилась рядом. Сквозь слёзы гордая венценосная особа поведала:

– Понимаешь… Грабли… Ну, в общем, они больше не хотят. Грабить не хотят.

– Ну так пусть и идут себе в утиль?

– Они у меня грабить не хотят. Ну, то есть… В принципе, они грабли, конечно. Но вот у меня они… Хотят быть лейкой, в общем. Я понимаю, что объясняю непонятно, но…

Фея усмехнулась.

– Что ж тут непонятного? Все совершенно очевидно. Другой вопрос – что они так себе лейка.

Принцесса вздохнула.

– Да я понимаю. Я и так пытаюсь. И так. Но лейки-то – они другие. И устроены по-другому. И вообще… Но я пытаюсь.

Фея погладила крестницу по голове. Та задумчиво посмотрела на грабли.

– Слушай… А такое вообще бывает, а? Чтобы грабли стали лейкой?

Пытаясь подобрать правильные слова, Фея аккуратно ответила:

– В принципе… По большому счету… Ну бывает, да. Но редко. И сложно это. Должны быть соблюдены условия. Несколько условий.

Принцесса взглянула заинтересованно. И Фее пришлось продолжать.

– Во-первых, это должно быть общее решение. То есть, не грабли решили, что теперь они лейка. Но и ты решила, что теперь они лейка. Во-вторых, не тебе надо как-то их в лейку превращать. А они тоже в этом поучаствовать должны. Резервуар что ли для воды отрастить. Ручку там. Носик. Или что у лейки бывает? И зубья – втянуть. Совсем. Чтобы ты их даже не видела. То есть, чтобы ты вообще в итоге позабыла, что это грабли. Были. В-третьих, – на это нужно время. Вот так вдруг, за миг – не выйдет. Ну и в-четвертых… Ты должна четко понимать, зачем тебе эта лейка. При наличии восьми имеющихся. И непростая такая лейка. И грабли тоже должны понимать. Зачем они вообще грабли, но в твоих руках – вдруг лейка…

Принцесса кивала головой. Вроде понимала. Но вдруг в глазах мелькнул бесёнок. И Фея поняла, каким будет следующий вопрос. Он и последовал.

– Фееееяяяя… А бывает, что грабли… Ну, что они побудут лейкой, а потом – ррраз! – и опять грабли?

Фея вздохнула.

– Бывает. И довольно часто. Но тоже при определённых условиях. Об этом мы поговорим в следующий раз.

И Фея очень резво зашагала к калитке. Пить кофе и продолжать дискуссию ей перехотелось. Оглянувшись, она увидела, что Принцесса в одной руке держит грабли. В другой – пакет с водой. Фея тихонько прикрыла калитку и покачала головой. Хорошо, что разговор не дошёл до того, что грабли бывают одновременно и лейкой. В случае, близком к исчезающему.

Прекрасная Принцесса и детектор лжи

За традиционным утренним кофе Принцесса была непривычно тиха и задумчива. Фея внутренне напряглась. Когда её подопечная не болтала без умолку и не улыбалась, вполне можно было ждать беды. Потому что она наверняка что-то придумала. Сама себе. И теперь по этому поводу тихо страдает. Или строит планы, как это разрулить – придуманное-то. Фантазия у девицы имелась отменная, поэтому Фее было чего опасаться. Главное – поймать момент. И Фея притворно-незаинтересованно спросила:

– Как вообще твои дела, детка? Что-то я давно не слышала рассказов о твоей личной жизни. И грабель ни одних в поле зрения. И лопаты твоей фильдеперсовой не видать…

Принцесса подняла глаза от чашки и задала наивно-странный вопрос:

– Крёстная, вот почему люди врут, а?

Фея поперхнулась кофе. Ибо сейчас была поймана почти на вранье. И, как любой вор, подумала, что это на ней ярко пылает шапка. Впрочем, Фея быстро успокоилась. Уж слишком прямодушной была Принцесса. И, скорее всего, этот вопрос наивной незабудки относился к чему-то другому. Точнее, к кому-то.

– Ну, дорогая… По разным причинам врут. Кто-то хочет выгоду получить. Кто-то – наказания избежать. Кому-то просто нравится процесс. Кто-то враньём себя любимого новыми красками расцвечивает. Ну и ложь во спасение бывает. Нечасто, но бывает. Когда неправдой уберегаешь другого от неприятностей. А почему ты это спросила?

Вопрос был не праздный. Дело в том, что у королевской дочери имелась одна особенность: она не умела врать. Совсем. И, несмотря на ум и проницательность, не ожидала вранья от других. И оно её всегда больно ранило. Что же на этот раз?..

Принцесса помолчала.

– Я задумалась просто. Ну вот смотри. Когда я тебе говорю «люблю», я подразумеваю, что люблю тебя вообще. А не только в данный момент времени. Но другие… Вот они говорят «люблю», а через пять минут – «ненавижу». А потом опять «люблю». И так до бесконечности… Но ведь так не бывает. Значит, они врут. Зачем?! И чему верить?! «Люблю» или «ненавижу»?

Фея задумалась. Тема была скользкой. И вовсе не про враньё. Точнее, не совсем про него. Надо аккуратнее. А то девочка, видимо, нашла очередные грабли. Тщательно их скрывает. Но удар по лбу неминуем, если… Если хотя бы не попытаться что-то объяснить.

– Видишь ли, дорогая моя… Это не враньё. Ну, точнее, не совсем враньё. Помнишь своего четырёхлетнего племянника? Который сначала обнимает маму и говорит, как её любит? А потом, когда она запрещает ему что-то желанное, топает ногами и кричит, что её ненавидит?

Принцесса слабо улыбнулась.

– Ну так он маленький. А мы-то про взрослых говорим. Которые ведут себя так же. И про племянника-то я точно знаю, что маму он любит. А про «ненавижу» – это так, на эмоциях…

Фея внимательно посмотрела на крестницу:

– Вот сейчас ты сама ответила на свой вопрос. Причём, правильно, на мой взгляд, ответила. Эти взрослые, о которых ты говоришь, – такие же дети. Которые совершенно не умеют разбираться в своих эмоциях. И ляпают то, что на ум и язык пришло первым. Поэтому их словам верить нельзя, в принципе. Их все надо пропускать через особый детектор…

В Принцессиных глазах мелькнула искра интереса:

– Детектор?! Есть такой прибор? Чтобы враньё распознавать? И его можно купить и носить с собой?

Фея усмехнулась.

– Прибор-то есть. Но он слишком сложный и громоздкий, чтобы носить его с собой. Я о другом сейчас. Вот ты сказала, что, несмотря на все слова племянника, знаешь, что он маму любит. Причем, точно знаешь. А откуда ты это знаешь?

Принцесса наморщила лоб:

– Ну… Он её обнимает. Целует. По утрам первым делом к ней бежит поздороваться. Скучает, когда её рядом нет. Маленькие подарочки ей делает. Всем рассказывает про неё. Ревнует немножко, когда она других детей обнимает. Заботится о ней, как умеет, – он же маленький еще. Ну и еще много всего…

Фея с облегчением выдохнула:

– Вот. Всё так. Лучший «детектор» – это поступки. И главное, чему ты должна научиться, – пропускать мимо ушей слова. И самые прекрасные, и самые обидные. И смотреть, что человек делает. Проводит ли с тобой время, которого у него и так не очень много. Заботится ли о тебе. Обнимает ли, когда тебе необходимо тепло. Помогает ли, когда тебе необходима помощь… Всё это и еще миллионы маленьких и больших поступков и есть «детекторы».

Принцесса задумалась. И когда Фея уже решила, что разговор завершился удачно, и её крестница сделает правильные выводы, та «выстрелила» неожиданным вопросом:

– Фея. Ты всё правильно говоришь, но… А поступки не могут тоже быть лживыми?