- -
- 100%
- +
– Не бойся, Тея. Бьёрк хороший, он не обижает женщин.
– Спасибо, успокоила, – пробормотала тихо, – а много у него женщин?
– Всего одна, жена, но она не в походе.
– А где она? – испуганно спросила я. Так он ещё и женат! У них тут гаремы, что ли распространены.
– Дома она на сносях ходит, – ответила женщина совершенно спокойно.
Бред! Бред! Какой же бред творится вокруг меня! С каждой минутой всё хуже и хуже. Жена, беременная, а он себе другую взял для развлечения.
– Мара, сколько жён принято брать у вас?
– Одну, – удивлённо глядя на меня, ответила она, – жена может быть только из берсерков.
– А мы кто, рабы получается?
– Мы сири, трофей воина.
– А сколько может быть сири у воина? – не унималась я, пытаясь понять весь этот кошмар взаимоотношений.
– Да сколько пожелает, – пожав плечами, сказала женщина.
Закрыв лицо руками, я осела на шкуру и заплакала. Я наложница, рабыня. Господи! За что мне это?! Чем заслужила такую страшную участь? Скромно жила в своём мире, никуда не ходила, ничем запретным не занималась, обычная серая мышка среди миллионов таких же. Как меня угораздило попасть сюда, в ад для женщин.
– Тея послушай, не убивайся так, – проговорила Мара, садясь рядом со мной на корточки и гладя по голове, – просто будь послушной, делай, что велят и всё будет хорошо.
Ты не понимаешь… – прошептала сквозь слёзы, – это не моё, весь мир чужой и законы в нём. Я воспитана по-другому, не смогу принять рабство и унижение. Да лучше умереть, чем жить так!
– Глупости, жизнь дана не для того, чтобы ты рыдала и смерть звала, – ответила женщина, – не хочешь так жить, борись, но по-умному.
Я подняла заплаканные глаза на Мару.
– Как это по-умному?
– Будь хитрой и изворотливой, как кошка. Дождись нужного момента, а потом беги или сражайся за свою честь, как мужчина. В этом мире только хитрость и сила играют роль.
Я задумалась над словами женщины. А ведь и правда, смерть невыход, нужно обдумать побег, побольше узнать про этот мир. Силы у меня, конечно, не хватит воевать с мужчинами, но ведь я могу научиться защищаться.
– Спасибо Мара, за всё, – ответила женщине и обняла её крепко. Она единственная сострадала мне и пыталась помочь.
– Не за что, – ответила женщина, продолжая успокаивающе гладить меня по голове, словно я маленький ребёнок, – ты пока успокаивайся, а я тебе воды нагрею и принесу, обмоешься.
Оставив меня наедине с мрачными мыслями, Мара ушла, а я предалась раздумьям, как бы обойти сегодняшнюю ночь. Может притвориться больной? Скажу, что переаклиматизация и мне нехорошо, вдруг прокатит?
Вспомнив о браслете, сняла его с руки и вновь попыталась активировать. Кнопка по-прежнему не реагировала, оставаясь безжизненно серой. Покрутила браслет в руках, но он был литой и вскрыть его вряд ли получится. В отчаяние отбросила его от себя, в бессильной ярости. Если мне когда-нибудь удастся вернутся засужу всех, кто делал этот квест!
Пока сидела и думала, успокоилась немного, какой смысл страдать, если ничего не изменить в данный момент, нужно быть оптимисткой, выкручусь, где моя не пропадала! Взгляд упал на голову медведя, что по-прежнему лежала на сундуке. Встала и подошла к ней, огромная морда с оскалом наводила ужас. Ведь когда-то это был живой медведь. Осторожно погладила шерсть, которая оказалась довольно жёсткой. Чёрные безжизненные глаза смотрели на меня пугающе, отчего захотелось прикрыть их чем-нибудь. Недолго думая, подняла с пола шкуру и накрыла голову сверху. Так-то лучше! Потом попыталась её поднять, но она оказалась тяжёлой, поэтому просто стащила её вниз, осторожно ставя на пол. Открыв крышку сундука заглянула внутрь. Там лежали вещи, доспехи, отрезы материи и шкуры, покопавшись на самом дне, нашла красивый кинжал с костяной ручкой в кожаных ножнах. Достав его, вытащила из ножен, рассматривая острое лезвие, начищенное до блеска.
– А вот и оружие, – довольно усмехнулась я. Быстро встав, спрятала кинжал под платье, привязав к поясу джинсов. – Мы ещё повоюем.
Вновь углубилась в исследование нутра сундука, там лежали какие-то камни, бусы разных расцветок, кожаные шнурки с клыками животных и браслеты плетёные из кожи со вставками из камней. В общем побрякушки, которые у нас на рынке стояли копейки. В другом углу нашла два мешочка, раскрыв один, увидела монеты странной чеканки. Непонятно какого достоинства эта монета, с двух сторон были изображены звери, волк и медведь.
– Кто разрешил рыться в моих вещах? – услышала мужской голос и испуганно отпрянула от сундука, бросая мешочек обратно.
На пороге стоял Бьёрк уперев руки в бока и сурово смотрел на меня исподлобья.
– Прости, просто искала, что одеть, – выпалила первое, что пришло в голову, отползая подальше.
– Ты вроде не голая? – приподняв одну бровь, спросил он.
– Платье большое и неудобное, – проговорила смущённо.
– Понятно, скоро оно будет тебе не нужно, – ответил он, проходя и с силой захлопывая сундук, потом молча сбросил шкуру с головы медведя и вновь уставился на меня. – Ещё раз тронешь, отрежу руки, поняла.
Я лишь смогла кивнуть, слова просто не лезли в горло от страха. Меня начало мелко потряхивать, паника вновь овладела мной, хотелось вскочить и бежать сломя голову. Бьёрк поднял голову медведя и водрузил обратно на сундук, потом обернулся ко мне.
– Я жду тебя в своём шатре к ночи, – бросил он и развернувшись вышел.
Облегчено выдохнула, чувствуя, как отступает страх. На этот раз обошлось, но, пожалуй, не буду искушать судьбу и трогать его вещи. Руки мне ещё пригодятся. Но вспомнив его последние слова вновь ощутила накатывающую панику. Значит, это непустые слова девушек. Мне предстоит ночь с этим монстром. Я заметалась по шатру, обдумывая план побега.
Конечно, побег, ведь оказаться в постели берсерка меня страшило гораздо больше, чем ночь в джунглях. Недолго думая подошла к выходу шатра и выглянула наружу, рядом никого, уже темнело и женщины разбрелись по своим шатрам, а мужчины сидели возле костра ужиная. Они громко разговаривали, смеялись и шутили.
Выскользнув из шатра, бочком прокралась за него, там как раз начинался лес. Не раздумывая, рванула к спасительным зарослям, но стоило мне пересечь невидимую границу поляны, как плечо прострелило сильной болью, словно меня ударило током. Я закричала и повалилась на землю, тело било в конвульсиях жгучей боли, из глаз брызнули слёзы застилая пеленой.
6 глава
Кто-то схватил меня за ноги и втянул обратно на поляну, боль сразу отпустила, стало легче дышать. С трудом подняла голову, вытирая рукой слезы. Бьёрк возвышался надо мной горой, хмурясь и сжимая кулаки.
– Сбежать вздумала? – спросил он, наклонив голову вбок и сурово глядя на меня.
– Не…нет, – запинаясь, ответила, – просто пописать захотела, – соврала я, боясь гнева берсерка.
Вдруг тишину нарушил его тихий гортанный смех, словно рокочущий гром вдалеке. Он наклонился и рывком поднял меня на ноги, которые подкашивались и не желали слушаться.
– Советую писать в горшок или не отходя далеко от шатра, – бросил он и, схватив меня своей лапищей за шею, потащил обратно.
Я не сопротивлялась, а зачем? Понятно же, что мне его не одолеть и отсюда не вырваться. Заведя в шатёр, он приказал Маре, которая принесла горячую воду не спускать с меня глаз. Женщина молча кивнула и принялась разводить воду в тазу, словно и не случилось ничего. Бьёрк ушёл, оставляя нас одних.
– Ты что творишь, – шепнула Мара, глядя на меня осуждающе. Я сидела на шкуре и мелко дрожала. – Я же тебе говорила не убежать из лагеря, только если в дороге будем.
– Да, только ты забыла сказать, что меня может током ударить, – зло бросила женщине.
– Каким током? – не поняла она.
– Там на границе поляны меня прострелило болью, – пояснила я ей.
– Это сработало тавро, – кивнув, сказала она, словно это так обыденно, – оно не даёт уходить далеко от жилища и, если тебя украдут, хозяин сможет почувствовать и отыскать.
– Обложили со всех сторон, – пробубнила себе под нос, подтягивая колени повыше и упираясь в них подбородком, – значит, ночи не избежать, да?
Мара воззрилась на меня, словно я сказала глупость.
– Ты не хочешь провести ночь с берсерком? – переспросила она удивлённо.
– Не хочу, – твёрдо заявила и насупилась.
– Ты невинна, поэтому боишься? – вновь спросила она уже осторожней.
– Нет, просто не хочу, – ответила ей, пряча в коленях заалевшие щёки.
Если бы я была девственницей, то уже умерла от страха, как только узнала бы, что предстоит ночь. Вспомнив свой первый раз, передёрнула брезгливо плечами, отгоняя неприятные воспоминания. Тогда даже романтика вокруг не помогла забыться.
Удовольствия не получила, лишь моральное удовлетворение, что сделала это с любимым человеком. Как оказалось, в дальнейшем, именно этого он и добивался, а потом просто исчез с горизонта, написав смс, что уезжает в другую страну навсегда. Меня банально бросили по смс.
Были, конечно, потом и другие мужчины, но секс для меня был вынужденной мерой, как способ удержать возле себя мужчину. Я отлично имитировала оргазм, но ни разу не испытала хоть подобие его на самом деле. Сама себе признавалась, я фригидна, но окружающим постоянно доказывала обратное, боясь насмешек. Даже подруги ничего не знали.
– Вода готова, – сказала Мара, выводя меня из раздумий, – раздевайся, я сейчас принесу всё нужное. – она вышла из шатра, оставляя меня одну.
Посмотрела на таз, от которого шёл пар, тело сразу зачесалось, напоминая, что давно не принимала водные процедуры. Вздохнув, поднялась, стянула с себя неудобное платье, отстегнула ножны с кинжалом от пояса и засунула их под ближайшую шкуру. Дальше стянула джинсы и майку, оставаясь в стрингах и лёгком кружевном лифчике. В этот момент вернулась Мара, увидев меня в таком виде, она любопытно пробежалась взглядом по моему белью.
– Это что, украшение для тела? – спросила она любопытно.
– Это нижнее бельё, – ответила я, – его все женщины носят у нас.
– О-о-о, очень красиво! – восхитилась она, подходя ближе и осторожно касаясь чашечки лифа.
– А у вас что носят женщины?
– Туники из шкур или кожаные лифы и набедренные юбки, – ответила Мара улыбаясь.
– А под низ, что одевают? – решила уточнить на будущее.
– Ничего, а зачем? Это же мешает, – удивлённо проговорила женщина и рассмеялась.
О боги, как жаль, что я не захватила с собой пару запасных комплектов. Мне совсем не улыбалось ходить без белья в мире кишащим всякой живностью. Мара передала мне баночку с пахнущей цветочной смесью, мочалку, сделанную словно из сена и льняное полотно, вместо полотенца.
– Мойся, когда закончишь, позовёшь. Я прослежу, чтобы никто не входил.
Она удалилась, оставляя меня одну. Что ж вспомним, как моются люди, когда отключают горячую воду дома. Так как воды было немного, начала с волос, потом встав в таз облила себя из кувшина и намылилась, мочалка оказалась слишком жёсткой, потому отбросив её, намылила себя руками. Под конец ополоснулась оставшейся чистой водой и, выйдя из таза, обмоталась полотном. Бельё постирала в этой же воде, хоть немного освежить, и повесила сушиться на крюк, рядом с ремнями амуниции берсерка. Думаю, ничего страшного, завтра с утра заберу, он и не заметит.
– Я готова, – крикнула Маре, и женщина тут же появилась в шатре, с вещами. – Что это?
– На первую ночь принято идти в этом, – она развернула длинную белую рубаху, которая затягивалась на шее шнурком.
Я такие видела только в кино, старые времена. Надев на меня робу и, завязав шнурок под горлом, Мара сказала:
– Садись, заплету тебе косу.
– А с распущенными нельзя? – спросила её. Совсем не хотелось заплетать влажные волосы, так они будут дольше сохнуть.
– Нет, мужчины любят держаться за волосы, а хватка у них будь здоров, повыдёргивают все, а в косе оно надёжней, – заметила женщина, покачав головой.
Мне опять стало нехорошо, что за игры такие хватать за волосы хотя, вспоминая, как меня тащили к костру склонна поверить Маре.
Усевшись перед Марой в позе лотоса смиренно замерла. Она достала из кармана деревянный гребень и начала расчёсывать, аккуратно и бережно, при этом напевая незнакомую мне мелодию. Я расслабилась под умелыми руками женщины и закрыв глаза, просто отвлеклась от всего предстоящего. Погрузилась в мир фантазий, где всегда находила утешения в трудную минуту. Там было привычно и спокойно, мысли текли медленно и лениво. Не нужно было что-то решать, куда-то бежать, о чём-то думать. Оазис внутри себя, дающий успокоение душе.
– Ну вот и всё. Ты готова, – сказала Мара, заканчивая с моей косой. – Идём, я отведу тебя к Бьёрку.
Я открыла глаза и поморгала, сбрасывая блаженное оцепенение. Всё, сеанс релакса закончен, теперь снова предстоит бой. Встала и, подойдя к шкуре, где ранее спрятала оружие, вынула кинжал из ножен и поудобней перехватила ручку. Женщина, заметив это, округлила глаза в испуге.
– С ума сошла?! – ахнула она, – Он тебя убьёт, если увидит, что ты ритуальный нож взяла.
– Ну и пусть, – твёрдо заявила, пряча оружие в складках ткани, – с голыми руками я к нему не пойду.
– Не глупи девочка, берсерк не терпит сопротивление, он впадает в ярость и тогда остановить его непросто. Отдай его мне, прошу.
– Нет! – отвергла её помощь. – Веди, я покажу ему, кто такие девушки с земли.
Мара грустно вздохнула, но больше спорить не стала, приоткрыв одну полу шатра, пригласила на выход. Идти пришлось на другой конец поляны, под пристальными взглядами мужчин, сидевших у костра, хорошо, что уже стемнело разглядеть нас было сложно.
– Хороший трофей отхватил себе Бьёрк, – услышала голос одного из берсерков.
– Не завидуй Графт, у тебя и так их три, – ехидно ответил ему сосед и они разразились хохотом.
А меня буквально передёрнуло от этого высказывания. Чувствовать себя вещью, игрушкой было ужасно неприятно, моё нутро бунтовало, требуя немедленно высказать всем своё «фи», но я, конечно же, благоразумно прикусила язык, от греха подальше. Мы подошли к шатру раза в два больше чем тот, где сидела до этого я.
– Заходи, – тихо сказала Мара и повернувшись взмолилась, – может, всё-таки отдашь нож?
– Нет, – отрицательно помотала головой, – умирать так с музыкой!
– Что? – удивлено спросила она, но я уже решительно входила в «берлогу к медведю». Живой не сдамся, пусть не мечтает.
**
Внутри шатёр тоже отличался убранством. Он был обставлен сундуками, которые служили не только для вещей, а ещё и столами. На одних стояли тарелки с фруктами и графином, другие выполняли роль писменного стола, там были раскиданы бумаги и карты местности. В центре выложенный камнем по кругу горел небольшой костёр давая освещение и тепло. Шкуры покрывали весь пол, а недалеко от костра было сделано возвышение, напоминающее кровать. Оно было застелено белоснежным мехом. Вот на них-то и лежал Бьёрк, закинув руки за голову и следя за мной, словно хищник.
– Подойди, – сказал он, привставая на локте.
Я сделала пару шагов и остановилась. Руки и ноги дрожали, сердце колотилось в груди, того и гляди, выскочит. Но я не опустила глаза, нет, я смотрела на него с вызовом, готовая защищать свою жизнь до последнего вздоха. Бьёрк не торопился приближаться, он лениво осматривал меня с ног до головы, а на его губах играла ухмылка довольного кота.
– Хороша, – заметил он, садясь, – невинна?
Этот вопрос заставил меня покраснеть и отвести взгляд. Мне было стыдно, но не оттого, что я давно потеряла невинность, а потому что мужчина задаёт этот вопрос. Глупая ситуация. Краем глаза заметила, стою так, что сзади пламя отлично просвечивает рубаху, полностью показывая мою фигуру мужчине, так вот почему он так доволен.
– Нет, – выдавила наконец из себя и сделала пару шагов в сторону, – ещё вопросы будут?
– Хорошо, не люблю возиться с девственницами. Иди сюда, не бойся.
Он похлопал рукой по шкуре рядом с собой, но я проигнорировала жест, оставаясь стоять.
– Я не желаю спать с тобой, – проговорила решительно, – ты мне противен.
– Разве я спрашивал, чего ты хочешь? – сказал Бьёрк тихо с нажимом. – Я приказал тебе подойти.
– Я не подчиняюсь твоим приказам и вашим диким законам. Я из другого мира, – выпалила я возмущённо, а на самом деле тряслась как осиновый лист, боясь его реакции.
Моё заявление заинтересовало Бьёрка. Он ещё раз окинул меня взглядом, словно пытаясь найти различие между местными девушками и мной.
– И откуда же ты? – поинтересовался, ухмыльнувшись ехидно.
– С Земли, – ответила я и пока он слушал, решила продолжить, – я попала сюда случайно, во время игры. Мне нужно срочно вернуться, я не могу здесь оставаться, тут всё чужое.
Берсерк слушал внимательно, его взгляд сканировал меня с прищуром. Затаила дыхание, ожидая ответа, вдруг он сейчас скажет, что поможет вернуться или не тронет меня. Молчание затягивалось, а вместе с ним росло моё напряжение. В его глазах я не видела сострадания, лишь интерес.
– Так что поможешь мне вернуться? – не выдержав, задала вопрос.
– Нет, – уверенно заявил Бьёрк, – я нашёл тебя в звериной яме и выиграл как трофей. Теперь твоё место возле меня. Забудь, что было раньше.
Надежды рухнули, погружая меня под обломки ожиданий. Тоска сковала грудь так сильно, что стало больно дышать, перед глазами всё завертелось, а потом я просто рухнула к ногам врага, погружаясь в спасительное беспамятство.
7 глава
Пришла в себя от воды, которая текла на лицо. Открыла глаза и встретилась взглядом с моим мучителем. Видя, что я в сознание Бьёрк убрал графин с водой.
– Что ж ты такая слабая, как мышь, – проговорил он недовольно.
– Почему мышь? – спросила сипло, удивляясь такому странному сравнению.
– Да потому что пищишь, как она и вечно в обморок падаешь, – ответил берсерк хмыкнув.
– Мыши в обморок не падают, – возразила обиженно, глядя на него хмуро.
– Падают, притворяются мёртвыми перед врагом, – сказал он, вставая и ставя графин обратно на сундук.
– У вас просто неправильные мыши, – констатировала я, осторожно садясь и вытирая рукавом рубахи лицо. Вспомнив о своём оружие, зашарила рукой по шкуре в надежде нащупать нож.
Мужчина заметил мои действия и хитро прищурившись, спросил:
– Что-то потеряла?
Я промолчала, не зная, как реагировать на его вопрос. Признаваться или нет? Тогда Бьёрк решил облегчить мне задачу, вытащив из-за пояса кинжал.
– Это ищешь? Хочешь им воспользоваться? Что ж, давай попробуй, – он кинул нож мне на колени, – но если не сможешь, я тебя накажу за воровство.
Не раздумывая, схватила кинжал, вскочила на ноги и замахнулась на тирана, глядя с ненавистью. Берсерк даже не дёрнулся, словно каменная глыба, застыл передо мной, сверля ироничным взглядом.
Ну же Тея, давай, ты сможешь! Один удар отделяет тебя от свободы, но рука не желала слушаться, застыв в воздухе. Я боролась с собой, но не могла заставить убить, возможно, я недостаточно ненавидела этого мужчину. Может, потом получиться, после ночи? Тяжело вздохнув, опустила кинжал и вновь рухнула на колени расплакавшись.
– Не могу…, – прошептала обессиленно, – убивать меня не учили.
– Убивать легко, жить с этим трудно, – заметил берсерк, присаживаясь рядом и забирая кинжал, – тебя ждёт наказание…
Он протянул руку к шнурку на горловине рубахе и, взяв за конец верёвочки дёрнул, распуская узел. Рубаха сползла с плеч, оголяя меня до половины.
Я даже не пошевелилась, понимая, мне не избежать ночи. Как говорила моя подруга Рита, если ты не можешь избежать насилия, тогда расслабься и попробуй получить удовольствие. Равнодушно наблюдала за тем, как его мозолистая, шершавая ладонь легла на одно полушарие груди, оценивая размер и налитость.
– Ты красивая, – произнёс он, любуясь, потом поднялся и приказал, – встань.
Послушно встала, отвернув голову в другую сторону от мужчины. Сорочка упала к ногам, оставляя меня обнажённой. Его руки легли на плечи, оглаживая их грубовато, потом спустились ниже к бёдрам и ухватили за ягодицы, прижимая к своему телу вплотную. Ощутила степень его возбуждения и позавидовала, как же просто мужчинам в этом деле. Раз и ты уже возбуждён и никаких предварительных ласк не надо.
Меня била мелкая дрожь напряжения, как бы ни уговаривала себя расслабиться, не получалось, ведь он чужой, совершенно незнакомый.
Ладони Бьёрка гладили моё тело, царапая мозолями кожу, мяли пальцами, словно пытаясь вылепить что-то, сжимали и щипали, вырывая болезненные стоны и оставляя следы. Вот уж правда, медведь и ласка медвежья. Я безучастно наблюдала за его действиями. Грубая ласка совсем не добавляла мне уверенности, что наша ночь пройдёт хорошо.
– Ложись и раздвинь ноги, – приказал воин и я послушно опустилась на шкуры, выполняя его требования.
Мне скорей всё это напоминало не секс, а какую-то экзекуцию. Неужели у них всё так плохо даже с этим? Нет, я не была любительницей любовных утех, я вообще считала себя фригидной, но от ласки бы перед началом точно не отказалась.
Бьёрк без стеснения скинул свою набедренную повязку, оставаясь передо мной совершенно голым. Глядя на него снизу вверх непроизвольно восхитилась красивым телом и орудием моих будущих пыток. Вот если бы встретила его в своём мире, наверно не смогла бы отказаться от желания оказаться в его объятьях. Но тут, всё выглядело по-другому. Он встал на колени между моих ног и, взяв меня за бёдра подтащил ближе к себе, так сосредоточено, словно собирался изучать меня, а не мучить. Наши взгляды встретились, на его лице расцвела ироничная улыбка.
– Ты боишься, – сказал он хрипло, оглаживая кожу руками.
Я лишь кивнула не в силах произнести слово. Нет, я не боялась его, скорей опасалась его действий.
– Глупая мышка…
Всё что он ответил на мой кивок, потом смочив слюной пальцы, он провёл ими по складочкам моего естества, а дальше не оттягивая больше вошёл в меня до упора.
Охнув от такого резкого напора, я вся напряглась, ощущая, как меня буквально распирает изнутри. Бьёрк всё же дал мне время немного привыкнуть, помял ягодицы, порычал довольно, прикрывая глаза, потом перехватил за бёдра и начал двигаться, причём так активно и яростно, что я не успевала даже дышать. В голове происходил сумбур мыслей, они путались и переплетались с эмоциями.
«Варвар, монстр, о боже, неожиданно приятно, что за бешеный ритм, но это так возбуждает… Ни за что не признаюсь… Если его научить, он может стать хорошим любовником…»
Я потерялась в своих мыслях и, в конце концов, отбросила их, отдаваясь лишь чувствам, что так обострились сейчас. Очень неожиданно для самой, но мне нравился его нахрап. Наверно в таком сексе тоже может быть своя прелесть, просто к нему нужно быть готовой.
8 глава
Бьёрк оказался неутомимым любовником, он вбивался в меня, крепко держа за бёдра, рычал и издавал странные гортанные звуки, переворачивал и ставил на колени, хватая за волосы и оттягивая голову назад, заставляя прогибаться в спине ещё больше. Он продолжал свой марафон, а я поглощённая своими эмоциями не сразу поняла, что, кроме, диких движений не было никаких других действий.
Берсерк не пытался меня поцеловать или приласкать, его руки выполняли только одну роль, держать меня крепко. Чувствовала себя куклой, которую просто используют по назначению и от этого злилась и бунтовала внутри. Хотелось вырваться из его медвежьих лап и накричать, потребовать более нежного обращения и ласки, которая необходима любой женщине. Но вместо этого молчала, желая, чтобы всё закончилось поскорей. Нужно это менять, если я хочу дожить до возвращения домой. Он, конечно, варвар, но наверняка обучаем, как и любой другой зверь.
Всё закончилось так же неожиданно, как и началось. Бьёрк зарычал и забился в конвульсиях экстаза, выпуская меня из своей хватки. Я буквально рухнула на живот от усталости, ноги тряслись, руки не слушались, а тело словно воск расплылось на шкурах. Тяжело дыша, закрыла глаза, пытаясь отогнать радужные круги перед глазами.
"К таким марафонам я не была готова, придётся тренироваться», – подумала про себя хмыкнув.– Хочешь выжить в чужом мире, подстраивайся Тея".
Умудрилась задремать, лёжа на шкурах и раскинув руки в стороны. Когда открыла глаза, рядом никого не обнаружила, приподнявшись на локтях, посмотрела по сторонам, но и там никого. Тогда развернувшись, я села и уставилась на обнажённо мужчину, который стоял возле входа шатра, раздвинув полы и дышал полной грудью. Его широкие плечи были в царапинах, словно кошка поигралась. Неужели это я сделала? Не помню такого. Мышцы были расслаблены, но выглядели, как литые, словно передо мной статуя из камня. Узкая талия переходила в упругие ягодицы, которые так и хотелось шлёпнуть или ущипнуть, но я быстро откинула эти непрошеные мысли. «Красив зараза и опасен», – промелькнула мысль в голове, и я нервно сглотнула.