Ночь

I. Перерождение

В ночи всегда присутствовало особое очарование. Она словно проводник в иное бытие, в иную реальность. Этот окутанный мраком мир пугает и притягивает одновременно. Ночь даёт ощущение невероятной свободы и независимости. Люди раскрывают свои сердца перед неизвестностью. Забывают о заботах, повседневных проблемах, порой даже о морали. Забывают себя или же, наоборот, находят себя. В человеческой душе пробуждается другое существо, не похожее на то, которое он демонстрирует осуждающей общественности до захода солнца. Ужасно оно или прекрасно – всё зависит от того, что скрывается за глазами. Быть может, это тьма. Или же неукротимый божественный дух, что рвётся сквозь границы и рамки на свободу. И он летит как мотылёк на дрожащее пламя, забывая об опасности, в то время как иные этой опасностью становятся. Раскрыв себя, кто-то может неизбежно попасть в расставленные сети безжалостной судьбы. Ведь именно ночь сопутствует превращению человека в животное – как внутренне, так и внешне…

* * *

В очередной раз спеша вечером домой, Франческа ловила себя на мысли, что тёмное время суток вселяет в неё необъяснимый колющий страх. Не то чтобы она боялась темноты – скорее, неизвестности, скрывающейся за завесой ночи. Чёрные закоулки, кривые тени от света уличных фонарей, скрытые мраком лица людей. И эти звуки… То плывущие и надоедающие своей глухой монотонностью, то резко взрывающиеся каким-нибудь ужасающим скрежетом. Брр… Аж мурашки забегали по коже. Всё это так чуждо Франческе – и по ощущениям, и по характеру. Она, как могла, старалась избегать таких прогулок, как в этот вечер.

Но у неё ведь есть необходимые обязательства, кои она должна была выполнять. В первую очередь, конечно, учёба, которая нередко заканчивалась довольно поздно. А в остальное время она подрабатывала в книжном магазине, закрывающемся в восемь часов вечера. Там же с ней работала её подруга Тамми, которая заменяла её, пока та была в школе. Поэтому Франческе довольно часто приходилось работать в последнюю смену, а значит, брести домой по темноте.

Иногда Тамми провожала её и даже оставалась у неё переночевать. Никто не был против, потому что Франческа жила совсем одна. Родители девушки погибли во время крушения поезда спустя всего три месяца после того, как ей исполнилось четырнадцать лет. Смиряясь с этим, первый год она жила с бабушкой в пригороде, а потом решилась переехать в город. Тут она и снимала до нынешних пор квартиру.

Квартира её находилась на окраине. Маленькая, совершенно простая, но комфортная – Франческа не жаловалась. Школа и работа были, можно сказать, в двух шагах. Так что её маршруты представлялись весьма короткими и односложными. А что касается центра города, то она там даже ни разу не появлялась. Он был далеким и слишком роскошным, чтобы ездить туда по пустякам.

Жила она на собственные средства, ну и, чем могла, ей помогала бабушка. Каждый день девушки был вплотную занят бытовыми делами. Для отдыха почти не находилось времени. Кроме ночи, когда она, естественно, спала. Это, кстати, тоже был повод для её нелюбви к подобным прогулкам. Франческа считала, что ночь существует для того, чтобы люди спали. Она признавала, что испытывает некоторое презрение к тем непонятным ей личностям, что шатаются по ночам. Ну и, само собой, она боялась всяких криминальных проявлений, вступающих в силу в основном опять же ночью.

В общем, она не была дружелюбно настроена к этому времени суток и быстро передвигала ногами, чтоб скорее попасть домой.

На улице было тепло, и Франческа уже изрядно запарилась от такой спешки. Но оставалось совсем немного – сейчас она минует последний поворот и окажется у себя дома. Сразу же примет душ и ляжет в мягкую кровать, чтобы вдоволь выспаться. Эта мысль приободрила её, и, про себя улыбнувшись, она прибавила шагу.

Но едва она успела дойти до угла улицы, как всё её тело пронзило странное леденящее чувство. Мурашки стремительно пробежали по шее. Франческа замерла, спиной ощущая на себе чей-то пристальный взгляд.

Вот именно этого она всегда и страшилась! Господи, ведь осталось же совсем чуть-чуть. Если поспешить, то, скорее всего, я смогу успеть… оторваться, – думала она. Хотя ей искренне хотелось верить, что она ошибается и на самом деле за ней никто не наблюдает. Чтобы это оказалась всего лишь её разыгравшаяся фантазия. Но, снова найдя в себе силы двигаться, девушка тут же метнулась за угол и на всякий случай рванула с места, побежав по каменной дороге к дому.

Удивительно, но пока Франческа бежала, она не услышала ни единого звука преследования. И, замедлив ход, решила остановиться, чтобы перевести дыхание и прислушаться получше.

Она прислонилась к высокой кирпичной ограде и, стараясь дышать как можно спокойней и беззвучней, вслушалась в тишину. Ничто её не нарушало. Франческа постояла ещё с минуту, чтобы окончательно убедиться в этом, и когда, наконец, поняла, что не из-за чего было так волноваться, тихо усмехнулась:

– Глупая, – негромко сказала она, – дёргаюсь от каждого шороха.

Слегка хлопнув себя ладонью по лбу, она опустила лицо, словно стыдясь собственной реакции. Следят… Надо же до такого додуматься! – поразилась она самой себе.

Облегчённо вздохнув, Франческа сделала шаг вперёд и…

…на кого-то наткнулась. Обжигающей ледяной волной её накрыл приступ страха и паники. Дыхание замерло, а сердце лихорадочно заколотилось где-то в районе горла. И, прежде чем поднять глаза, она долгое время боролась с собой.

Перед ней предстал чёрный силуэт высокого мужчины, из ниоткуда возникшего на её пути. В темноте его совсем не было видно, и разглядеть черты лица казалось невозможным. Он не двигался и как будто совсем не дышал. У Франчески предательски затряслись коленки. Она в смятении попыталась сделать вид, что не заметила его (что ей совершенно не удавалось), повернулась, и хотела было пойти прочь от незнакомца. Но внезапно он схватил её сильной рукой за горло и рывком прижал обратно к стене.

Теперь-то для её страха точно были все основания. Она стукнулась о стену головой, отчего в ушах зазвенели сотни мерзких назойливых колокольчиков. Незнакомец придвинулся к ней и наклонился прямо к её лицу. Но Франческа всё ещё не могла его разглядеть: он слишком сильно сжал горло цепкими пальцами так, что её глаза закрыла белёсая пелена и в уголках выступили бусины слёз. Она судорожно открывала рот в немом крике и стучала ногами о каменную стену и мостовую. А он всё продолжал смотреть на неё. Как будто изучал. Её страх постепенно перерос в колоссальный ужас, в голове бесчинствовало безумие.

Но не прошло и доли секунды, как его ловкая рука соскользнула с шеи, обхватила девушку за талию, и незнакомец прижался жгучими губами к её сонной артерии. Франческа даже пикнуть не успела и сперва ничего не поняла. Она стала отчаянно отталкивать его локтями, но потом почувствовала резкую боль и мгновенно обволакивающую слабость. Он укусил её! Он прокусил её кожу… до крови!

Мысли вдруг стали разбегаться, как обнаруженные предатели, а силы уплывать вместе с кровью, вытекающей из раны. Она различила тихие звуки глотков среди неукротимого шума, создаваемого паникующим мозгом. Незнакомец неторопливо пил, и с каждой каплей уходящей жизни всё больше смыкались её глаза.

Я умираю?… – эта последняя ужасающая мысль появилась и застыла в ней прямо перед тем, как она потеряла сознание. Её тело обмякло у него на руках, а разум услужливо уплыл в глубокую чёрную бездну.

* * *

Франческа проснулась рано утром, ещё до восхода солнца. От внезапного импульса в теле она резко открыла глаза и села на кровати. Какой ужасный сон ей приснился сегодня ночью. Такой пугающе реалистичный. Она до сих пор ощущала тонкие пальцы, сжимающие её горло.

– Брр, – Франческа потрясла головой, пытаясь прогнать мысли об этом сне. Но всё равно по коже прокатилась мелкая дрожь.

Голова кружилась, кровь стучала в висках. Она аккуратно опустила ноги на холодный пол, боясь, что тот выскользнет из-под её стоп.

Оглядев скромную комнатку, она заметила, что её вещи мирно висят на спинке стула в углу. И тут Франческа поняла, что абсолютно не помнит, как добралась домой. Она стала напряжённо перебирать мысли, чтобы вспомнить вчерашний вечер: вот она вышла из книжного магазина, попрощалась с Тамми и пошла по улице в сторону дома. Она шла… шла… шла.… И всё, дальше она ничего не помнит.

Размышления утомляли её и, чтобы хоть немного расслабиться, она стала массировать пальцами затылок у основания черепа. Но после этого простого действия рука невольно скользнула по шее, задев две, не успевшие затянуться, маленькие ранки.

В тот момент ей показалось, что её огрели кипой книг по голове. Глаза расширились от удивления и испуга. Она бросилась к зеркалу, в один миг откинув волосы с плеча. С другой стороны стекла на неё смотрела бледная семнадцатилетняя девушка, с длинными тёмно-золотистыми волосами, ниспадающими до середины спины, и бездонными серыми глазами. Окинув взглядом шею, она увидела две красные точки, которые нагло красовались на её коже под ухом. Руки безвольно опустились, а рот открылся в немом восклицании.

Дар речи вернулся не сразу, только спустя какое-то время:

– Бред! Ведь этого не может быть! – убеждала себя она. – Это же был сон! Разве нет?!

Франческа с застывшим лицом опустилась на кровать, погрузившись в омут беспорядочных размышлений.

Замешательство охватило её с такой настойчивостью, что она не заметила, как встало солнце и забилось к ней в окно. Казалось, если не случится землетрясение или наводнение, она так и не придёт в себя. Но землетрясение не понадобилось. Всего лишь монотонное дребезжание телефона. И эта трель заставила её обернуться. На тумбочке стоял чёрный аппарат, сигналивший ей красной лампочкой, извещая о поступающем вызове.

Франческа подняла трубку, но первая говорить не стала.

– С добрым утром! Просыпайся, спящая красавица! – послышался весёлый голос Тамми. Франческа молчала.

– Ау! Меня кто-нибудь слышит? – не получив ответа, воскликнула подруга.

Франческа нервно потёрла висок.

– Тамми, мне надо с тобой поговорить… – только и выдавила из себя она.

– Говори.

– Эээ… – протянула девушка. – Наверное, не по телефону…

– Ну хорошо, давай встретимся после школы?

Тамми, конечно же, говорила про школу Франчески. Сама-то она уже год как закончила учёбу и теперь работала. Пока в книжном магазине, но она всегда с горящими глазами говорила, что когда-нибудь о ней узнает весь мир. Тамми мечтала о карьере танцовщицы. И надо сказать, танцевать у неё действительно получалось изумительно.

– Да, давай.

– В парке?

– Согласна.

– Тогда до встречи!

– Да…

Повисла длинная пауза.

– Фрэйч, с тобой всё в порядке? – напоследок поинтересовалась подруга.

– Ммм… – Франческа провела по шее кончиками подрагивающих пальцев. – Да.

– Ну ладно. Увидимся!

– Угу.

Франческа положила трубку и снова скривила лицо. Невозможно поверить…

За завтраком она выпила две кружки чая, но почти ничего не съела. Думая о произошедшем, она не обращала внимания ни на что вокруг, будто присутствовала в какой-то другой реальности.

Какой такой человек мог сперва укусить её, а потом принести домой, раздеть и уложить в кровать? Сначала в голове зародились нехорошие подозрения. Мужчина раздевает девушку и кладёт в кровать… Франческа кинула строгий, словно бы обвиняющий, взгляд на спальню. Но почему-то внутренний голос уверял её, что ничего подобного не случилось.

Возможно ещё, что она в беспамятстве сама добрела до дома… сняла одежду… и легла спать… Мда, не очень правдоподобно. Может, она доковыляла до дома, а там её нашла соседка, миссис Браун – пожилая добрая женщина, живущая этажом ниже, – и помогла ей попасть в квартиру? Да! Эта версия мне нравится. Надо будет спросить миссис Браун.

Потом её внимание наконец добралось до слова «укусить» и она ужаснулась, как только осознала его смысл. Перед глазами сразу стали появляться образы кровопийц из старинных легенд и баек, в которые она никогда особенно-то не верила. Ну, допустим, прокусил он ей кожу. Тогда, скорее всего, он мог банально оказаться психопатом – это более похожий на правду вариант. Но он пил кровь… Франческа почувствовала приступ тошноты.

– Ладно, лучше мне пока думать об этом как можно меньше, – отогнала она от себя беспокойство и отправилась в школу.

На первых двух уроках девушка никак не могла собраться с мыслями и сосредоточиться на учёбе. Каждую перемену Франческа сидела в школьной столовой, что прежде обычно делала только после занятий. Но сейчас её это мало заботило. Не каждый же день на тебя нападают психи, да ещё и кусают.

Она снова стала напряжённо тереть шею. Может, ей сообщить в полицию? И что она им скажет? «Меня укусили!»? Не отправят ли её саму в психушку? А может, ей стоит забыть о случившемся, да и дело с концом? Заживут же когда-нибудь эти дурацкие следы. А если он её чем-нибудь заразил?.. Вот это уже обретало опасный смысл.

Прозвенел спасительный звонок, отчистивший сознание от навязчивых раздумий. За перемену она выпила целую бутылку воды и, прихватив с собой ещё одну, вышла из столовой и стала подниматься на второй этаж. Как же ей хотелось всё забыть. Она уже порядком устала об этом думать. Но кричащие мысли очередями толпились в черепной коробке. Уходили одни, а на их место приходили другие, ещё навязчивей и шумнее прежних. Всё! У меня сейчас английский. Надо сосредоточиться на английском. И больше ни на чём! – твёрдо решила она.

Войдя в класс, она села за парту, положила на неё книги и поставила рядом бутылку с водой. Уткнувшись взглядом в доску, она попыталась сфокусировать внимание на теме урока, от руки начерченной мелом на зелёном фоне. Чуть позже в класс вошёл учитель, поздоровался и начал урок. Но всё равно половину из того, что он говорил, Франческа ненамеренно пропускала мимо ушей.

Хуже стало, когда минут через двадцать после начала урока у неё заболел живот. Может, просто голод? Она открыла бутылку и немного отхлебнула из неё, дабы унять неприятное чувство. Но желудок прихватило ещё больше. Теперь невыносимая боль резала и колола все её внутренности. Девушка обхватила себя руками, нагнулась и положила голову на парту. Боже, как больно… Она хрипло простонала.

– Франческа, с тобой всё в порядке? – вдруг послышался чей-то встревоженный голос. Донёсся он будто сквозь толстую стену, но девушка поняла, что к ней обращается учитель. – Ты себя плохо чувствуешь? Может, хочешь выйти?

– Да, – сдавленно сказала она, мысленно поблагодарив учителя. И, выскочив из-за стола, Франческа быстро вышла из класса, хлопнув за собой дверью.

У неё помутнело в глазах, затошнило, и ноги понесли её не в медпункт, а прямиком в туалетную комнату. Согнувшись чуть ли не пополам, она, наконец, дошла до туалета, толкнула рукой дверь и вбежала внутрь. Благо там никого не было.

Сначала Франческа устремилась к раковине и несдержанно харкнула в неё. По блестящему керамическому краю к отверстию потекла перемешанная с кровью слюна. В испуге она издала кряхтящий звук и, развернувшись, подскочила к унитазу. Когда она почувствовала очередной толчок снизу, её тотчас же сильно вытошнило.

Но всё, от чего она избавилась таким малоприятным образом, оказалось лишь водой со странным розовым оттенком. Просто водой, которую она, сама того не заметив, умудрилась выпить до полудня. И судя по всему, там ещё присутствовала кровь. Впрочем, от этого ей было не так противно, как ожидалось. Да и боль сразу прошла.

Она вытерла губы рукой, смыла воду, выпрямилась и снова вернулась к раковине. Оперевшись на неё, Франческа взглянула в зеркало. Лицо побледнело, но в остальном она себя чувствовала гораздо лучше. И всё-таки было бы правильней зайти на обследование к врачу.

Сполоснув рот и вымыв руки, она развернулась к двери. Можно возвращаться в класс. Осталось ещё три урока, а ей так хотелось поговорить обо всём этом с Тамми. Но ничего, потерплю. И с этой мыслью она вышла из туалета и, слегка пошатываясь, направилась по коридору обратно на урок.

Ожидание становилось невыносимым. Каждую перемену она прибегала в столовую и покупала очередную порцию воды. Её никогда ещё не мучила такая жажда. Но Франческу это до сих пор почему-то совсем не волновало. Единственное, чего она сейчас хотела, так это поговорить с Тамми.

Когда, в конце концов, закончился последний урок, Франческа пулей вылетела из класса и, не забыв заскочить в столовую за пакетом сока, поспешила в парк.

Пройдя немного среди деревьев тенистой аллеи, она подошла к их с подругой излюбленной скамеечке возле фонтана, спрятавшейся в глубине парка. Они обе любили это место, потому что оно обладало простой, неброской красотой: кристальная вода успокаивала мысли, давала отдых глазам и эмоциям, кругом чувствовался запах свежескошенной травы и звучал щебет птиц. Там они с Тамми любили поболтать о каких-нибудь малозначительных делах или же, наоборот, о глобальных проблемах, поделиться новостями и секретами. Это место уже долгое время покорно хранило их тайны.

Тамми ещё не было. Франческа села и стала медленно потягивать через трубочку алый вишнёвый сок, вырисовывая на траве узоры мысом ботинка. Минут через пять вдалеке замаячила знакомая фигура. К Франческе приближалась миловидная девушка среднего роста с загорелой кожей и крупными волнами каштановых волос, изящно ложащихся на тонкие плечи. Тамми приветливо улыбнулась ещё издалека, поспешила к подруге и плюхнулась рядом с ней на скамейку.

– Долго ждала? – залепетала она весёлым голосом.

– Нет.

– Ну, о чём ты хотела со мной поговорить? – спросила она.

И в этот момент Франческа вдруг поняла, что желание рассказывать о случившемся бесследно покинуло её. Безмятежная атмосфера остудила пыл, и ей хотелось лишь просто посидеть и помолчать. Она медленно пила сок и озадаченно глядела на подругу. Но под пристальным взглядом Тамми всё-таки оторвалась от трубочки.

– Знаешь, ничего особенного. Я зря запаниковала, – Франческа натянуто улыбнулась.

Тамми недоверчиво прищурилась. Повисла пауза.

– Хм… Я знаю. У тебя появился парень?! – возликовав, спросила подруга.

– Нет, – лениво протянула Франческа.

– Но это явно связано с парнем?

– Нет.

– Не врёшь?

– Нет, – в третий раз ответ был более твёрд.

– А вот я познакомилась…

И Тамми начала свой очередной длинный рассказ о новом бойфренде. Франческа уже давно перестала вести счёт этих её парней, потому что подруга с ними никогда надолго не задерживалась. Она очаровывала их, какое-то время с ними встречалась, а потом заинтересовывалась кем-то ещё. И так повторялось бесконечно.

На самом деле, Тамми не была сердцеедкой. От её любвеобильности ещё никто не пострадал. Просто она была очень весёлым, но ветреным человеком. Франческа любила и ценила её как подругу. Ей было спокойно с Тамми, даже если та болтала без умолку. Тамми, конечно, знала, что Франческа слушает её вполуха, но не обижалась: они хорошо понимали друг друга, словно были сёстрами. А когда подруга выглядела особенно счастливой, Франческа даже пыталась делать вид, что очень внимательно её слушает, хотя в это время невольно витала где-то в облаках.

Почему ей так неожиданно расхотелось рассказывать о том, что произошло, она даже сама толком не понимала. Наверное, это интуиция. Франческа чувствовала, что ей лучше ничего не говорить. Так что, расслабившись, она продолжила не спеша пить сок и смотреть на беззаботную сияющую Тамми.

Как вдруг опять, через какое-то время Франческа ощутила нарастающую боль где-то в районе солнечного сплетения. Её глаза невольно расширились, как только она поняла, чем это грозит.

Боль усиливалась и становилась всё нестерпимей, как будто ей разрывали органы, все клетки и ткани. В глазах потемнело. Она согнулась, уткнувшись головой в колени. Издалека доносился обеспокоенный голос Тамми, но её слова заглушал звенящий шум в ушах.

Где-то в глубине её тела раздался глухой хруст, и первый толчок ударил по глотке. Франческа сползла со скамейки и упала на четвереньки. Рядом её трясла за плечо до смерти перепуганная подруга. А внутри словно разворачивалась кровавая битва не на жизнь, а на смерть. Рёбра, казалось, сейчас треснут. Потом невидимые ножи пронзили низ живота – там словно заработала мясорубка. Ещё один толчок – и её вырвало на ровную изумрудную траву возле скамейки.

Звон в ушах прекратился, и Франческа услышала возглас подруги:

– …ты что, напилась вчера?!

И снова ей стало заметно лучше. Франческа увидела перед собой всё ту же воду, только теперь с более явным красным оттенком. Тамми подняла её, обняв за плечи, и быстро поволокла за собой. Чуть ли не бегом подруга вывела Франческу из парка, всё ещё поддерживая за талию, думая, что та может в любой момент свалиться.

– Мне лучше. Лучше! – слегка повысила голос Франческа, чтобы Тамми отпустила её. Они остановились.

– Точно? Довести тебя до дома? Как ты себя чувствуешь? – голос Тамми дрожал. Она не на шутку перепугалась. И на это были причины.

– Да. Точно. Я нормально.

Франческа не решилась сказать, что подобное уже случалось в школе.

– Сможешь идти сама?

– Да.

– Я тебя всё-таки доведу до дома. И не вздумай пререкаться!

Она и не собиралась. Перечить подруге? Нет, последствий этого даже врагу не пожелаешь. Да и в её компании в любом случае было куда спокойней и лучше. Тамми обвила её руку и встревоженным взглядом посмотрела на Франческу. Та опешила.

– Что? Со мной всё в порядке.

– Ты уверенна, что ничего не хочешь мне рассказать?

– Да, конечно. Я, наверное, отравилась в школьной столовой, – если уж врать, то врать до последнего.

– Но ты же утром хотела о чём-то поговорить со мной. Разве не так?

Франческа задумалась. Она не любила обманывать, да и, собственно, не умела. Что бы ей такого придумать, чтоб Тамми перестала волноваться?

– Я просто хотела попросить тебя помочь мне с уроками. А то стала немного отставать, – она почувствовала, как на лбу крупными буквами вырисовывается надпись: «Я лгунья».

– Ладно. Не хочешь мне говорить сейчас, не говори, – после недолгого молчания сказала Тамми.

Она отложила приговор на потом. Но Франческа была ей благодарна даже за это.

С утра Франческа шла к автобусной остановке, поэтому у неё не было возможности пройти мимо места, где прошлой ночью она встретила того психопата. Точнее, он встретил её. А если ещё точнее – напал. Но теперь они с Тамми шли именно по этой дороге. Франческа вспоминала траекторию вчерашнего пути. Вот здесь она повернула за угол и побежала. Тут она останавливалась, чтобы проверить, не следит ли кто за ней. И оплошала, решив, что этот страх она внушила себе сама.

Она глянула на кирпичную стену. Такая же ровная, молчаливая, немая, не выдающая своих секретов… Словно ничего и не было вчера. Как многого люди не знают. Хотя каждый день могут проходить мимо места очередного преступления и даже не подозревать об этом… Возникло горькое чувство несправедливости. Захотелось крикнуть: «Вот! Здесь! Именно здесь он схватил меня!». Но она молчала. Всё это казалось нелепым, неправдоподобным и даже глупым.

Подойдя к двери своей квартиры, Франческа развернулась и взглянула на Тамми. В глазах отчётливо читалось: «Спасибо, что проводила, дальше я сама». Подруга, всё поняв без слов, кивнула.

– Если что, звони в любое время.

– Хорошо.

Но Тамми не спешила уходить и всё ещё с тревогой смотрела на неё.

– Всё в порядке. Правда.

Она явно не верила. Но не стала настаивать.

– Ну ладно. Давай, поправляйся.

И Тамми развернулась и двинулась по ступенькам вниз.

Глубоко вздохнув, Франческа вошла в квартиру и закрыла за собой дверь. Звонкий стук каблуков подруги отражался от стен подъезда, удаляясь всё дальше. Франческа села на пол прямо в коридоре. Уже и думать ни о чём не хотелось. Мало того, что на душе кошки скребли, так ещё вскоре плохо стало и телу. Снова заболел живот, и, с измученным выражением на лице, девушка направилась к унитазу.

Остаток дня прошёл ужасно. В основном она делала только две вещи: лежала в кровати или в приступе тошноты бежала в туалет. Это её утомляло не только физически, но и морально. Ближе к вечеру Франческа уже пластом лежала под одеялом в ожидании очередного всплеска боли. За окном постепенно темнело, в комнате становилось всё меньше и меньше света. Это умиротворяло.