Брешь

Глава 1

В городском центральном парке стояло теплое осеннее утро, однако солнце было глубоко за серыми тучами, которые медленно надвигались откуда-то из-за горизонта. Высокие железные фонари, стоящие возле дорожек, все еще пытались заполнить светом пространство уходящей ночи.

Девушка небольшого роста шла медленно впереди меня и моей собаки, выстраивая свой прогулочный неспешный шаг. Она была одета в коричневое приталенное пальто, широкие темные джинсы и белоснежные кроссовки, ее волосы прикрывал нежно-голубой платок. В одной руке она держала солнцезащитные очки и маленькую черную сумочку, которую она медленно покачивала из стороны в сторону.

В один момент незнакомка внезапно остановилась и направилась к ближайшей скамейке, вероятно, чтобы присесть и насладиться влажным ароматом опавшей листвы или манящей осенней прохладой.

Когда я подошла чуть ближе к незнакомке, моя собака неожиданно потянула меня к ней за поводок и начала яростно лаять и рычать, подняв на уши всю округу. В попытках ее остановить, я увидела, как девушка сняла платок и раскрыла полностью свое лицо. Потеряв дар речи, я закричала что есть мочи и проснулась в своей кровати в холодном поту.

Незнакомка, которую я видела в своем сне, оказалась мной.

Мелкая дрожь пронеслась по всему телу. Этот сон не был похож на остальные. В нем я отчетливо видела повзрослевшую девушку со своим лицом, будто смотрела на себя в зеркало. Надеюсь, что это просто очередной страшный кошмар, о котором я вскоре забуду.

Я очень обрадовалась тому, что наступало утро. Солнечные лучи пробирались через мое окно, озаряя светом мою комнату и весь город, который был погружен в сумрак. Я попыталась прогнать прочь все плохие мысли и убедить себя, что не сошла с ума. Посмотрев на часы, что стояли на тумбочке возле кровати, я увидела, что до звонка будильника и школы оставалось всего два часа, и я, не раздумывая, воспользовалась этим временем и попыталась заснуть.

Глава 2

 Когда закончился последний урок, я собрала свои вещи в портфель и отправилась домой вместе со своей лучшей подругой Никой. Мы жили в одной стороне, и наши дома были расположены недалеко друг от друга. С Никой я была знакома с детского сада, но наша дружба укрепилась только под конец девятого класса. Она всегда была общительной и веселой, могла найти общий язык с людьми и поддержать в трудную минуту того, кто в этом нуждается. Надо сказать, сегодня она казалась задумчивой и несговорчивой. Ей очень шел рубиновый крабик, собравший ее темно-русые волосы в низкий пучок.

– Как тебе сегодня новая тема по химии? – отвлеченно спросила она.

– Я не поняла сегодня ни слова, что Наталья Васильевна пыталась нам сказать, – ответила я, не скрывая улыбку.

Стоит отметить, что ни в химии, ни в геометрии я не понимала ровным счетом почти ничего и не представляла, где мне это пригодится в жизни. На этих уроках я всегда старалась сидеть тихо, несмотря на то, что сидела на первой парте среднего ряда.

Мы вышли из школы и почувствовали сухой сентябрьский воздух, отдающий свежей прохладой. В первое время ходить в школу после летних каникул всегда было невероятно трудно, особенно, когда понимаешь, что теплые деньки позади, долгие вечерние прогулки станут сокращаться, и уроки будут занимать все оставшееся время. Мы шли по знакомой дороге, которая все десять лет сопровождала нас в школу и обратно.

– Чем будешь заниматься, когда придешь домой? – с интересом спросила Ника.

– Разогрею вчерашний ужин, сделаю домашнюю работу, а дальше пока не знаю, – ответила я. – Не хочешь остаться сегодня у меня переночевать?

– Это отличная идея, купим чипсов и найдем какой-нибудь классный мистический фильм.

Ника знала, что моих родителей не будет какое-то время, потому что они часто вместе уезжают или улетают на самолете в командировку по работе в разные города и острова нашей страны. Им всегда удавалось легко путешествовать и выходить из своей зоны комфорта. Мой папа – главный инженер, а мама работает программистом в научно-исследовательском институте, достаточно популярном месте нашего небольшого городка стратегического значения. Несмотря на то, что родители постоянно работают, они стараются находить в своем расписании окошки для своей дочери. В свободное время устраивают семейные ужины, походы по магазинам, в кино, музей и театр. Последнее я обожаю больше всего. Конечно, оставлять ребенка одного дома – не совсем правильно, но я с детства привыкла к ритму жизни моих родителей и мне нравилось ощущать себя взрослой и самостоятельной.

Моя мама всегда говорила, что с детства у меня очень хорошо получалось сочинять фантастические истории, основанные на легендах и вымыслах и, что в этом мы были схожи с бабушкой Аглаей. Я мало, что помню о ней, однако родители часто оставляли меня в ее большом загородном доме. Папа говорил, что мне нравилось проводить время с Аглаей, благодаря ей у меня появилась любовь к чтению и письму. Судя по рассказам родителей, бабушка знала местные легенды и сказания, и могла преподнести их так, будто сама присутствовала на месте событий. Хотя ведь не мудрено, так как она потратила всю жизнь на работу в городском музее и очень гордилась своей профессией. Я могла бы и дальше проводить с ней время, однако жизнь распорядилась иначе. Прошло уже несколько лет после ее таинственного исчезновения. Родители рассказывали, что она ушла собирать в лес ягоды и не вернулась. Я просила их отвезти меня в ее дом, чтобы освежить старые воспоминания, но они были против. После того рокового дня мама и папа так ни разу и не возвращались в дом Аглаи.

Мы с Никой уже подходили к моему двору, как вдруг я остановилась от внезапного головокружения. Неожиданно перед глазами всплыл ночной кошмар: большие, но холодные бездонные зеленые глаза незнакомки, пристально смотревшие на меня из-под тяжелых век, полностью гладкий лоб и уголки глаз без мелких морщинок. Другая я великолепно держала осанку, и из-за этого шея казалась вытянутой, а плечи расправленными, из-под пальто посверкивала какая-то черная вещица, похожая на камень, губы сияли перламутровым оттенком, а белоснежное лицо было покрыто ярко-розовым румянцем. Она будто отражала уверенность каждой клеточкой своего тела, что полностью мне противоречило.

Я остановилась, стало трудно дышать, будто что-то перекрывало кислород.

– Что случилось? Тебе плохо? – взволнованным голосом спросила Ника, взяв меня под руку.

– Все хорошо. Кажется, я сошла с ума. Возможно, мне нужен психиатр, – обреченно промолвила я.

– Каролина, расскажи мне все по порядку, что случилось? Может быть, ты что-то не то съела в школьной столовой?

– Если бы я знала, что случилось…Сегодня мне приснился какой-то кошмар. Я думала, что про него забыла, но вот мы шли, и он снова всплыл, будто я снова очутилась в небытие, – беспокойным голосом ответила я.

– Что за сон, расскажешь? – без какой-либо ухмылки или даже намека на нее серьезно спросила она.

Я поведала ей то, что видела в мельчайших подробностях и деталях. Мне уже становилось не по себе от этого разговора. Все это казалось какой-то бессмыслицей.

– Так, подожди, может твой сон можно как-то объяснить. Во сколько ты легла спать? Может быть, ты просто не выспалась? Возможно, тебе нужно хорошенько отдохнуть, – ободряюще промолвила она, похлопав меня по плечу.

– Может быть, ты права, я и правда сегодня легла поздновато. Играла до самой ночи в игру на компьютере, долго собирала группу, чтобы пройти в локацию и добыть хорошую экипировку для персонажей, – быстро ответила я.

– Ну вот видишь. Иди домой, поспи, а вечером я буду у тебя, – недолго думая сказала Ника, стаскивая с плеч свой портфель.

– Договорились, – не раздумывая, бросила я.

Меньше всего сейчас мне сейчас хотелось быть одной. Мы обнялись и отправились по домам.

Глава 3

Мы с родителями жили в пятиэтажном доме, на четвертом этаже. Окна моей комнаты выходили на лес, который находился через дорогу, а родителей – на детскую площадку. Так как в нашем доме не было лифта, подниматься приходилось всегда по лестнице, а это было не самым приятным занятием, моя отдышка настигала меня уже на третьем этаже.

Вдруг, остановившись на лестничной клетке, чтобы поправить портфель, я почувствовала неприятный ледяной холодок, внезапно окутавший все пространство. От этого стало жутко, и я быстро поднялась наверх, открыла ключом дверь, быстро шмыгнула на порог и закрыла за собой засов. На мгновение я ощутила себя в безопасности, но страх не отступал. Я отошла от двери, сбросила свои кроссовки и отправилась в свою комнату. Сейчас бы не хватало той резвой маленькой собачки из моего сна, которая бы развеяла возникшую тревогу.

Заварив на кухне зеленый чай в любимой кружке с распределяющей шляпой, я принялась разогревать вчерашний ужин. Неожиданно раздался звонок на мобильный телефон. Это была моя мама.

– Каролина, мое солнышко, спешу сообщить тебе, что мы с папой немного задержимся, – с сожалением произнесла она. – Наш завтрашний рейс отменили ввиду плохой погоды, здесь ожидается сильный шторм и циклон. Не волнуйся о нас, милая, нас перевезут в другой район, подальше от Тихого океана, и поселят в новую гостиницу. Скорее всего, нас не будет еще неделю. Как твои дела?

На фоне слышался радостный голос папы, передающего мне привет, а также сильный ветер, который громко завывал в трубку телефона. Очень надеюсь, что с ними все будет в порядке. Я понимала, что своих проблем у них предостаточно, поэтому не стала беспокоить их своими переживаниями.

Покушав и сделав уроки, я заметила, что за окном стало темнеть. На часах было уже около шести часов вечера, и только сейчас я увидела сообщение от Ники. Ее оставили сидеть со своим младшим братом, поэтому она, к сожалению, не сможет прийти.

Мы немного попереписывались с ней, и я заверила ее, что со мной все будет в порядке, оставалось только поверить в это самой. На всякий случай оставила включенным свет в коридоре и своей комнате. Обычно вечером я всегда зажигала настольную небольшую лампу с розовым абажуром, подаренную мамой на один моих дней рождений. Ее света всегда хватало для просмотра какого-нибудь фильма, выполнения домашней работы или игры на компьютере.

Мне нравились предметы, выполненные в старомодном старинном стиле, на мой взгляд, они придают особую изысканность и индивидуальность неброскому интерьеру. Таких предметов в моей было комнате было немного: лампа, деревянный невысокий книжный шкаф с распашными дверцами, украшенными тонкой резьбой и тумбочка со скромным узорчатым переплетом. Оливковые обои в моей комнате отлично сочетались с длинными нежно-голубыми занавесками, висевшими возле окна, а также бежевым ковром возле моей совсем небольшой кровати с бледно-зеленым покрывалом и лежащими на ней двумя желтыми подушками. Ремонтом занимались мои родители, мама постоянно советовалась со мной, о том, что я хотела бы увидеть в своей комнате. Надо сказать, что в нашей квартире никогда не было ничего лишнего, все ненужные вещи мы всегда выбрасывали, и мама всегда говорила, что они захламляют не только наше пространство, но и нашу голову.

Сделав все свои дела, я решила поиграть на компьютере, но как только я включила его, по квартире раздался дверной звонок. Родители не могли так быстро вернуться, а соседи редко заходили в гости.

Услышав, что кто-то дернул за ручку входной двери, меня мгновенно окутал страх, и легкая дрожь пробежала по спине. Я медленно, но верно двинулась ко всем выключателям, как вдруг на кухне распахнулось окно и леденящий холод мигом поглотил замкнутое пространство.

Я быстро зажмурила глаза, сползла по холодной стене и начала повторять про себя, что все это мне снится. Когда воцарилась мертвая тишина, я смогла рассмотреть знакомый силуэт в капюшоне, возвышающийся напротив меня. Девушка из сновидения стояла прямо передо мной, и когда она подошла ближе, я буквально замерла на месте. После неудачной попытки выдавить из себя хоть какой-то звук, закричать или позвать на помощь соседей, я почувствовала сдавливающий комок в горле и онемела от страха.

Другая я продолжала рассматривать меня с ног до головы с неподдельным интересом, ее стеклянные глаза из-под длинных иссиня-черных как смоль ресниц смотрели сквозь меня, словно изучая свою новую жертву. Незнакомка подошла ко мне и, обнажив белоснежные зубы, впилась острыми, как лезвие, клыками в мою шею. Последнее, что я услышала, это оглушительный звук сзади.

Глава 4

Проснувшись от слепившего в глаза солнца и острой головной боли в своей комнате, я обнаружила белую повязку на шее и пятна крови на своей футболке. Мгновенно мне стало нехорошо, но необходимо было взять себя в руки и действовать, возможно, на кону сейчас стояла моя собственная жизнь.

Услышав, как из кухни доносятся чьи-то шаги и звук кипящего чайника, я быстро потянулась к своему мобильному телефону и тихонько поднялась с кровати. Нужно было срочно бежать из собственной квартиры и сообщить родителям об этом происшествии. Складывалось ощущение, что я оказалась втянута в тайную секту сумасшедших, помешанных на вампирах людях, которые ставят опыты на своих жертвах.

Я медленно встала на пол и пробралась к дверному проему комнаты. Взглянув на кухню, и, удостоверившись, что меня никто не заметил, я быстро направилась к входной двери. Легонько взявшись за ручку, я уже медленно повернула ее в сторону, как вдруг услышала незнакомый голос:

– Куда это ты собралась? А как же завтрак?

Я тут же открыла дверь и незамедлительно бросилась к лестнице. Внезапно меня одолели сильное головокружение и невыносимая боль во всем теле. Остановившись на мгновение, я увидела перед собой незнакомого юношу примерно моего возраста. Он будто возник из ниоткуда.

– Кто ты такой? И что тебе нужно? – резко выпалила я.

– Спокойно, ты еще слаба, я все тебе объясню, но не здесь, Каролина, – озадаченно ответил незнакомец.

– Я жду объяснений здесь и сейчас, – уверенно ответила я, еле сдерживая свое волнение, – мой двойник в квартире и пугающий сон, что все это значит?

Интересно, откуда он знает мое имя? Молодой человек был очень красив…Он совсем не был похож на психически больного, но по внешнему виду их запросто не распознаешь. Земля все еще уходила из-под ног, и я оперлась на перилу.

– Недавно ты видела сновидение, как часто они возникают в твоем сознании подробно? Как часто ты видишь необъяснимое? Я понимаю, что это все звучит нелепо и фантастично, однако, если ты сейчас уйдешь, то уже никто не сможет тебе помочь, и они завершат начатое, – сказал он с серьезным и мрачным видом.

Этот парень был прав. Вряд ли кто-то поверил бы мне без доказательств.

– Хорошо, – судорожно выдохнула я.

Мы поднялись в квартиру и прошли на кухню, почувствовав запах омлета, у меня мгновенно забурлило в животе.

– Присаживайся, тебе и мне нужно поесть, – произнес он мягким и красивым голосом.

Юноша сел напротив меня и принялся за еду. Он вел себя так, будто ничего не произошло, словно я нахожусь у него в гостях.

– Кто вчера на меня напал? И кто ты такой? – продолжила я.

– На тебя напал серриб в обличие вампира, а я Тилрон – хранитель этого мира от демонических существ, – ответил он, – не передашь хлеб, пожалуйста? – сказал он непринужденно.

Мне до сих пор казалось, что я сплю и вот-вот прозвучит будильник и вырвет меня из этого сумасшествия.

– Согласен с тобой, – неожиданно ответил он.

– Подожди, ты что, умеешь читать мысли? – изумленно спросила я.

– Конечно, если разум человека открыт, – сказал он как ни в чем не бывало и продолжил есть приготовленную яичницу.

– Я бы не хотела, чтобы кто-то читал мои мысли и вторгался в мой разум, – быстро выпалила я.

– Хорошо, – ответил он, быстро скользнув по мне взглядом.

Я постаралась скрыть свой легкий румянец. Вблизи он казался еще очаровательнее: укороченная стрижка с аккуратно уложенными пышными темно-русыми волосами, немного прикрывающими лоб, нежно-голубые глаза, темные густые брови, приятные ямочки на щечках с выраженными вытянутыми скулами.

Я начала думать над тем, что произошло, что я скажу своим родителям, друзьям, да и вообще всему миру.

– Это все, что ты хотела узнать? Я думал, наша беседа затянется до вечера, но у тебя есть еще время, к тому же я никуда не тороплюсь, – добавил он.

– Я будто все еще не могу поверить в реальность происходящего, кажется, слишком много всего свалилось. Скажи, что нужно от меня серрибам? – спросила я, задвинув нависающую прядь волос за ухо.

– Ты принадлежишь роду Ковальиных предка Тиаруса, одного из шести существующих на тот момент могущественных магов, живущих в центральной Европе. Волшебство, знания, опыт передавались их потомкам от старшего к младшему. Наверняка, ты слышала истории о ведьмах, демонах или экстрасенсах, живущих среди нас, которые могут убить или спасти человека, или начертать ему будущее. Так вот, сильнейший дар передается только одному из рода раз в сто лет, и в вашем поколении древняя сила передалась тебе.

– Ты же понимаешь, что это звучит как бред какого-то сумасшедшего, –внезапно перебила его я.

– Конечно, понимаю, – продолжил он с серьезным видом, – однако серрибы открыли на тебя охоту, потому что не могут позволить тебе закрыть врата в мир Неберра, где они пока, к сожалению, еще существуют. Когда тебе стукнет восемнадцать лет, ты должна будешь закрыть врата в «волшебную», выразимся вашим языком страну, и спасти человечество от надвигающейся угрозы, выполнить предназначение твоего далекого предка по защите вашей расы. А я в этом тебе с удовольствием помогу, – ответил он, не скрывая свою очаровательную улыбку.

– Ты хочешь сказать, что от меня, простой девочки–подростка и тихой школьницы, зависит судьба всего человечества? Ты в своем уме? – бросила я, повысив тон своего голоса.

Из-за боли мой голос бушующей рекой пролился по всему телу, но я смогла приглушить свой вскрик.

– Фраза немного утрирована, но да. Судьба зависит от девочки с невероятной силой. Я надеюсь, что мы скоро уйдем от этой темы и поговорим о более серьезных вещах, – с улыбкой проговорил Тилрон, поудобнее усевшись на стул.

Нет, он точно сумасшедший и ведет себя так, будто только вчера был выписан из психиатрического отделения нашего города.

– Не делай так больше, – выпалил Тилрон, озабоченно смотря на меня.

В его взгляде на секунду промелькнули забота и волнение.

– Кто такие серрибы и кем был мой предок? Кто обладал магией нашего рода? Как я получу сверхспособности? Откуда ты и они знаешь, что я ими наделена? С детства я не обладала никакими магическими силами, а передвигать предметы силой мысли или закрывать свой разум от таких, как ты, я просто не умею, – взволнованным голосом проговорила я.

– Я понимаю, что на тебя сейчас многое обрушилось, в тебе пробудились боль, негодование, отрицание. Поверь, я знаю, что это, – ободряюще произнес он. – Пойдем в твою комнату, ты приляжешь, а я расскажу тебе реальную сказку, если, конечно, ты не против.

Не знаю, почему, но он вызвал у меня необъяснимое доверие. Тилрон спас меня этой ночью от настоящего вампира, который являлся еще и демоном. Он запросто мог бы полностью выпить мою кровь, и от меня осталось бы бездыханное тело одиноко лежащее в коридоре. От этих представлений у меня пробежали мурашки.

Я тихонько поднялась со стула, Тилрон благородно взял меня под руку и медленно уложил на кровать, положив рядом со мной моего любимого плюшевого енотика.

Хранитель сел за мой компьютерный стол и повернулся в мою сторону, его взгляд стал серьезнее и сосредоточеннее. Надо сказать, он был первым парнем, кто за него сел, да и вообще переступил за порог моего дома.

– Несколько лет тому назад на земле сосуществовали в мире и согласии люди, маги, друиды, волшебники и различные существа, которые приходили сюда из порталов Неберра. Многие из них помогали людям, поддерживали их в тяжелые времена: в голод, засуху, различные междоусобицы и затяжные войны. Люди приходили за советами и за помощью к тем, кто наделен особенным даром и силой, учились у них врачеванию и сами исцелялись от болезней и несчастий, однако длилось это недолго. Из брешей на землю начало приходить зло – серрибы. Высшие демоны начали принимать внешний вид вашего народа. Серрибы хитростью получали доверие людей, а потом жестоко с ними поступали. Тогда люди стали бояться волшебства и всего, что с ним связано. Они вырубали леса, священные места друидов, устраивали охоту на ведьм. Скорее всего, ты слышала про инквизицию в Средние века. Любые упоминания в истории о колдовстве карались законом, оставались под строгой печатью, а всех, кто обладал силой считали демонами. В те времена пострадал только наш народ, так как мы смертны, но не серрибы, неорганические сущности. Когда они начали проникать в мир людей и творить бесчинства, шесть магов создали заклинание, которое запечатывает врата, – томно вздохнув, произнес Тилрон мрачным голосом.

В его нежно-голубых глазах я увидела глубокую печаль и растерянность. Казалось, что эта история напрямую связывала его с собственным прошлым. В одно мгновение мой мир перевернулся. Все, что я знала об обыденности было лишь частью большой истории, о которой не знает ни один человек, ныне живущий на нашей огромной планете. С одной стороны, мне хотелось побольше доказательств, побольше магии, а с другой, хотелось бы не знать этой информации и жить как обычный подросток с обыденными проблемами, не зная о демонах и загадочных мирах.

– Вчера меня могли бы и правда убить. Как ты отогнал серриба из квартиры родителей? – резко спросила я, сжимая крепче своего енотика.

– Хороший вопрос, – с еле заметной улыбкой ответил Тилрон.

– Мы ведем с серрибами многолетнюю войну и сдерживаем их с запада, они питаются темной энергией, исходящей от Одинокой горы Альтранда. Мы не знаем наверняка, как от них избавиться, но в курсе, что сдерживает этих тварей. Демоны опасаются цитрина, камня, который несет в себе мощную энергию Солнца, однако света серрибы не боятся, – медленно покачиваясь на стуле ответил он, – я покажу тебе, – продолжил Тилрон мягким и звучным голосом.

Парень откатился на стуле к книжному шкафу и достал небрежно лежащий возле него кожаный черный рюкзак с двумя отделениями на молнии и небольшим органайзером. Тилрон вытащил из него небольшой деревянный тубус с резными иероглифами. Он подвинул компьютер ближе к окну и вынул из своего кейса скрученный желтый лист бумаги с оборванными краями.

В этот момент я прильнула ближе к юноше и не могла поверить своим глазам. Тилрон развернул лист бумаги, и тот раскрылся, как скатерть самобранка из сказки, затем на секунду повис в воздухе и плавно опустился на письменный стол.

Нашему взору открылись витающие в воздухе какие-то необычные названия и отчетливые очертания континентов, напоминающих воздушные облака. Это была карта с нереальным для современных технологий строением.

– Как красиво, – завороженно прошептала я, – такое я могла видеть только в кино или своем воображении.

– Это облачная карта, которая есть только у хранителей и правителей государств, – таинственно произнес Тилрон, легонько проведя ладонью по одной из воздушной территории, – здесь расположен Альтранд – земля, которую заполонили серрибы.

Отдельный остров на карте окутывала мрачная серая дымка. Я едва смогла разглядеть протяженные тусклые равнины и горы с еле заметными темно-зелеными болотистыми озерами. Черные облака, словно смог от старых грязных заводов, стекались в центральную часть к одинокой горе, забирая у маленького островка даже маленькую надежду на цветущую жизнь.

Тилрон уловил в моем взгляде страх, но продолжил свой рассказ, пытаясь меня подбодрить, однако это у него не совсем сейчас получалось.

Я сидела с хранителем миров в моей обычной комнате в самой простой среднестатистической обывательской квартире и разглядывала совсем не обычные и даже пугающие вещи для вполне адекватно мыслящих людей.

– А вот здесь, – уклончиво продолжил парень, сместив указательный палец чуть ниже облачной карты, – находится Неберр – страна людей, наделенными различными способностями и умениями.

Я увидела огромный материк, омываемый со всех сторон океаном, с разбросанными мелкими островками. Золотистыми буквами на них были высечены надписи: Терика, Сельва, Мидланд, Верих и другие незнакомые названия. Территория Неберра чем-то была похожа на Евразию: такие же широкие леса, скалистые горы, реки, различные водоемы, хребты. В центре Неберра, судя по карте, располагалось центральное королевство, объединяющее различные земли.

– Тогда почему ваш народ не может объединиться и закрыть вновь появившуюся брешь? – неожиданно вырвалось у меня.