- -
- 100%
- +
– Это тебе. – Она протянула мне то самое рубиновое платье. – И даже не спорь со мной! – пресекла на корню мой еще не высказанный протест. – Буду твоей феей-крестной. – Подруга мечтательно подняла глазки к потолку.
– Я вроде бы не на бал собираюсь?
– Встреча с Платоном в сто раз круче королевского бала! – Она окинула меня удивленным взглядом. – Вот устрою твою личную жизнь, а там, глядишь, и мне счастье перепадет.
– Тань, а может, не надо? – Я недоверчиво сморщила нос, нехотя выкарабкиваясь из-под одеяла. – Давай все само решится. И потом, мне он интересен не больше, чем просто хороший знакомый.
– Что?! – возмутилась Таня, но, заметив мое нежелание развивать тему в этом направлении, пожала плечами. – Ну, как знаешь, Ивлева, – продолжила она, идя к двери, – но на встречу мы все равно идем. – Я кивнула, соглашаясь. – И идем в том, что я подобрала. – Спорить, видимо, было бесполезно, и с этим пунктом я тоже согласилась. – Переодевайся и приходи на кухню.
Таня вышла, прикрыв тихонько за собою дверь, а я, переодевшись в спортивные брючки и футболку с принтом любимого мышонка Микки, убрала свою постель. Сходила в ванную, благо она находилась рядом с комнатой и не было необходимости идти через всю квартиру и тревожить ее обитателей.
На кухню я зашла спустя минут двадцать. Здесь вкусно пахло свежесваренным кофе, поджаренными тостами, а на столе стояли две тарелки с воздушным омлетом. И да, вчерашний тортик от Таниной мамы.
– Присаживайся на любой стул, – махнула рукой подруга в направлении обеденного стола. – Сейчас кофе разолью по чашкам.
Опустив попу на одно из ближайших посадочных мест, я придвинула к себе тарелку и со зверским аппетитом накинулась на еду. Я и забыла, что ела нормально в последний раз вчера в обед.
– Давай, рассказывай, – сказала Таня, усаживаясь напротив меня и ставя кружки на стол, – как ты жила без меня все это время. – Она тоже приступила к поглощению омлета.
И несмотря на то, что она вернулась домой всего полгода назад, сразу после получения нами дипломов специалистов в сфере моделирования и пошива одежды, созванивались мы стабильно раз в неделю, а иной раз и чаще, да и болтали не по пять минут. Но вот сейчас, при личной встрече, нам все равно было о чем поговорить.
– Тань, а этот ваш торговый центр далеко? – взглянув на часы, уточнила я у подруги.
– Да нет, – пожала она плечами, но, проследив за моим взглядом, встрепенулась. – Но минут через двадцать нам надо бы выходить. – Она быстро поднялась со своего места, подхватывая тарелки и чашки. – Мы же не на свидание идем, – поддела она меня, – так что опаздывать не стоит.
Наведя на кухне порядок, мы на удивление быстро и без особых споров собрались за отведенные нам Татьяной двадцать минут. К платью мне полагалось надеть плотные колготки молочного цвета, а вот обувь мою личную подруга одобрила: утепленные бордовые сникерсы были как нельзя кстати. Да и мой родной пуховик вполне соответствовал случаю. Замотав шею широким шарфом, я накинула на голову капюшон.
– Ну все! – оглядев нас в большое зеркало, резюмировала Таня. – Пошли покорять мир!
– Пошли! – в тон ей ответила я и, подхватив рюкзачок, вышла вслед за ней за дверь.
Торговый центр и впрямь был недалеко. Не став тратиться на такси, мы запрыгнули в первый подходящий автобус, благо остановка всего в нескольких минутах ходьбы от подъезда. Да и народу в это время не много.
Огромный торгово-развлекательный центр встретил нас рождественскими напевами, запахом хвои, апельсинов и корицы, а еще шумным весельем предновогодней суеты. Я шла, ведомая подругой к месту встречи, вертя головой по сторонам, впитывая атмосферу праздника и растворяясь в ней, как кусочек сахара-рафинада в горячем имбирном чае. Большие стеклянные витрины, маленькие открытые прилавки – все было пропитано сказочным предвкушением чуда.
– Вон он! – воскликнула радостно Таня и тут же смущенно замялась, спрятав ликование за легким покашливанием.
Ее эмоции и то, с каким старанием она пыталась их скрыть, боясь обидеть меня, вызывали во мне чувство легкого стыда. Подруге нравится Платон, и это видно невооруженным глазом. А у меня к нему не больше, чем просто дружеский интерес…
– Тань… – Я дернула ее за руку, побуждая остановиться и взглянуть на меня. – Я не претендую, правда, – честно призналась ей, – он хороший, добрый, красивый, с ним было интересно болтать в самолете, но…
Вздохнув, задержала на миг дыхание, прислушавшись к тем чувствам, что гуляли во мне. Нет. Ничего. Мое сердце не екнуло, не пустилось в дикий скач от предвкушения скорой встречи. Платон для меня просто друг.
А вот незнакомец из аэропорта перевернул мою душу и впился в память, словно колючка репейника. Воспоминания о нем не давали мне покоя, тревожили сердце, сжимавшееся в легкой истоме, и будили неизведанные чувства.
– Но он герой не твоего романа, – с надеждой в голосе продолжила она за меня.
– Да, Тань, – искренне подтвердила я.
– Спасибо, роднулька! – Довольно сощурившись, она приобняла меня.
Платон ожидал нас в кафе за столиком. Черные джинсы с художественными дырками на коленках, бордовая толстовка и аккуратно-небрежная прическа делали его самым заметным красавчиком в радиусе километра. Заметив нас, он бодро поднялся с места и шагнул навстречу. Приобнял за талию и оставил на щеках приветственные поцелуи.
– Привет! – расплылся парень в довольной улыбке. – Присаживайтесь, – тут же предложил он, отодвигая один из стульев.
– Спасибо, – чуть кокетливо ответила подруга и опустилась на стул.
А вот я не спешила. Нахмурив брови, с наигранным возмущением смотрела на парня.
– Ты обманщик, – обвинительно ткнула указательным пальцем его в грудь.
– Я? – удивился он, округлив глаза. С его раскосыми глазами выглядело это довольно забавно, и, еле сдерживая смех, я все же продолжала держать серьезную мину.
– Да! Ты!
– Каюсь! – улыбнулся он, нисколько не сожалея о своем поступке. – Готов загладить свою вину.
Я перевела взгляд на навострившую ушки Таню, так и не сходя с места. Затем вновь взглянула на Платона.
– Где вы, девочки, планируете встречать Новый год? – Лукавая улыбка играла веселыми огоньками в его карих глазах.
Я скромно пожала плечами, потому что данный вопрос мы даже еще и не обговаривали. Подруга тоже молчала.
– Все отменяйте или даже не планируйте! Вы идете со мной на вечеринку в «Плазу».
– Что? – поперхнулась Таня глотком воды из бутылочки, купленной нами на входе в торговый центр.
Название места проведения новогоднего празднования мне ни о чем не говорило, но судя по выражению ее лица, это не простая местная кафешка.
– Угу! – кивнул Платон. – Давайте перекусим – и по магазинам.
– Еще одна фея-крестная… – Мой негромкий комментарий вряд ли долетел до их слуха.
Я пожала плечами, присела на любезно отодвинутый Платоном стул и взялась за брошюру-меню. Вот вроде бы и не голодная (завтракали с Таней совсем недавно), но при виде аппетитных картинок мне срочно захотелось попробовать все! Вот только цены на все эти пирожные, мороженое и прочие сладости создавали впечатление, что ты не кусочек торта покупаешь, а как минимум кондитерскую фабрику со всеми ее потрохами. Я сглотнула и нашла для себя во всем этом изобилии бюджетный пончик и молочный коктейль.
С Платоном было интересно и легко. Мы болтали обо всем и в то же время ни о чем. А наш поход за нарядами превратился просто в развлекательное шоу. Так много я никогда еще не дефилировала, меняя платья, обувь и аксессуары. На ценники всего этого великолепия, превращавшего блеклую «мышку» в шикарную светскую красотку, мне строго-настрого запретили смотреть. Шантажируя дружбой и обещанным походом в кино, довольно улыбающийся друг разместился на диванчике в ожидании наших показов.
Спорить с ним, когда на его стороне даже твоя лучшая подруга, было просто бессмысленно, и я поддалась, расслабилась и приняла все подарки, решив пользоваться аккуратно и, если получится, вернуть вещи обратно.
– Так… – Взмахнув руками, в которых держал пакеты с покупками, Платон направился на выход из бутика, когда мы наконец-то выбрали то, что устраивало всех. – Сейчас закину их в машину и… Что там у нас по плану?
Таня глянула на часы, удивленно воскликнув:
– Ого! Вот это мы погуляли!
– Я бы поела, – выдвинула я свое предложение, а в животе предательски заурчало. – Хочу большой бургер и стакан колы. – От предвкушения даже зажмурилась.
– Отличное решение! – похвалил друг и отправил нас на последний этаж, где располагался кинотеатр и зона фудкорта.
В общем, домой мы вернулись ближе к полуночи, немного уставшие, но жутко довольные, нагруженные пакетами и положительными эмоциями. Тихонько юркнув в нашу комнату, мы с подругой еще полночи делились впечатлениями, тихо смеясь и вспоминая самые яркие моменты прошедшего дня.
Оставшиеся дни до даты «ИКС» были такими насыщенными, что когда вечером тридцатого числа, вернувшись с горнолыжной базы, я, совершенно усталая, укладывалась в кровать, то уже с сомнением смотрела в завтрашний день.
– Ничего! – подбадривала Татьяна, счастливо улыбаясь. – Завтра спим до обеда, затем сходим в спа-салон и покорим своей красотой весь светский бомонд.
– Ты же вроде бы уже наметила жертву? И если я ничего не путаю, то жертва очень даже не против покориться тебе.
– М-м-м-м… – мечтательно протянула подруга и рухнула в кровать.
Утро следующего дня прошло в суете. Танины родители, собиравшиеся уехать на новогодние праздники в загородный дом, прихватив с собой и престарелых родителей, слегка подкорректировали свои планы. Поэтому сейчас мы дружно помогали им собраться, получая наставления от Вадима Аркадьевича и пожелания хорошо оторваться – от Тамары Витальевны.
– Фух! – с облегчением вздохнула Таня, когда дверь за родителями закрылась. – Вот и отоспались! Ну ничего, на процедурах подремлем.
Массаж лица, маникюр, педикюр, макияж и незамысловатая, но в то же время элегантно неброская прическа. А отливающее серебром платье было заключительным штрихом к образу скромной принцессы, случайно попавшей на королевский бал. Подруга назвала выбранный мною наряд почти монашеским: глухое под самое горло спереди, длинный рукав, струящаяся юбка в пол, и лишь декольте на спине мешало повесить на это платье ярлык «пуританское». Спина была оголена полностью, вырез заканчивался в районе копчика, и это нещадно нервировало меня.
– Так, все! – чуть прикрикнула на меня Таня. – Вдох – выдох… – посоветовала она, сама проделывая это упражнение. – Успокойся и запомни: ты – красотка!
Я кивнула, немного смутившись, и, накинув на плечи коротенькую шубку, любезно предоставленную подругой, шагнула за порог комнаты.
Платон подъехал за нами в начале десятого. Обомлев от увиденного, заявил, что погорячился, отказавшись от личной охраны.
– Мне она не нужна, но вот вам… Блин, как бы вас не украли!
– Кто? – испуганно пискнула я.
– Либо ревнивые жены, либо заядлые холостяки, – пожав плечами, резюмировал он.
Я отмахнулась от такого нелепого предположения. Но когда мы зашли в зал, ведомые гордо шествующим Платоном, я поймала себя на мысли, что хочу быть украденной.
Украденной ИМ! Тем, чей внимательный взгляд я поймала на себе, как только переступила порог. Манящая темнота его глаз затягивала и лишала меня здравомыслия. Я, как загипнотизированный кролик, согласна была прыгнуть в эту бездну, только бы он позвал…
Глава 5
*Андрей*
– Блин, Зой, ты издеваешься?! – Откинувшись на спинку кресла, я прикрыл глаза свободной ладонью, во второй держал телефон и упрекал своего нерасторопного оппонента. – Мало того, что ночной рейс, так он еще и сегодня? Ты шутишь? И до вылета чуть больше трех часов, я правильно понимаю?
– Ну прости, Андрюш. – Перед моим мысленным взором в ярких эмоциональных красках всплыло, как слайд из очередной презентации, лицо Зои с невинным взглядом больших синих глаз в обрамлении пушистых ресниц, ее немного вздернутый носик и нахальная улыбка человека, знающего, что ему все простят. – Других рейсов не было. Точнее, был еще один, но он аж тридцать первого числа и при этом вечерний. Сашка и так сделал все, что смог.
– Твой Абрамов, – чуть гневно выдохнул я, – обещал мне еще месяц назад пилота толкового прислать, и что?
– Во-первых, он не мой, – как всегда, поправила она, – а во-вторых, ищет он, ищет… Просто у него… – замялась Зоя.
– Ладно, – вздохнул я, – скинь данные в сообщении. Ночью так ночью…
– Люблю тебя! – Чувствую ее довольную улыбку.– Ты сам доберешься или за тобой заехать?
– Сам…
Не любил я столицу в зимний период и старался все возможные встречи, требующие нейтральной территории, проводить в городах с более комфортным климатом, а лучше и вообще в теплых странах. Но новый инвестор отказался выезжать куда-то за пределы Москвы, в ближайшие два-три месяца – точно. А контракт на строительство очередной сети отелей требовал немедленного подписания, и мне пришлось лететь в промозглую зимнюю столицу, дабы не упустить крупный куш и не сорвать сроки.
Два дня пролетели в переговорах, презентациях, совещаниях, и вот сегодня поставлена последняя закорючка под решающим документом. На время выплеснул напряжение, не отпускавшее меня в течение последних недель подготовки проекта. Через несколько дней Новый год и сопровождающие его каникулы, так что расслабляемся, отдыхаем, чтобы затем с новыми силами ринуться в бой.
Глянул на часы, затем взял с журнального столика пузатый бокал, на дне которого, оставляя тягучие потоки на стекле, плескалась терпкая янтарная жидкость. В один глоток опрокинул в себя, положил на язык дольку лимона и, прикрыв глаза, ощутил, как раскрывается весь букет напитка. Кайф!
Отложенный на край стола телефон пиликнул мелодией входящего сообщения. Зоя, как и обещала, скинула все подробности по рейсу. Со временем она ошиблась, рейс чуть раньше, и у меня в запасе часа два до вылета. И если я все же хочу улететь сегодня, надо бы поторопиться.
Почему я этому нисколько не удивился?
Быстро сложил в чемодан вещи и, вызывая такси через приложение, покинул номер. Сдал ключи услужливому администратору в тот момент, когда пришло уведомление об ожидающем меня около дверей отеля такси.
– Счастливого пути! – пожелала мне девушка на ресепшен. – И с наступающим Новым годом!
– И вас, – вежливо кивнул в ответ, направляясь к стеклянным дверям, за которыми зимняя сумрачная ночь, подсвеченная праздничными гирляндами, дышала на меня холодом и одиночеством шумного мегаполиса.
Даже в столь поздний час дороги были перегружены. Куда ехали все эти люди? Вопрос риторический, но нервирующий до жути. Еще и подъехать к центральному входу в аэропорт таксист не смог.
– Простите, – не испытывая ни капли сожаления, произнес он, – но пешком вам будет быстрее, – предложил, недвусмысленно указывая кивком на выход. Всё вокруг было забито машинами. – Судя по всему, этот хвост еще нескоро продвинется…
Чертыхнувшись, я расплатился и, открыв дверцу, с размаху шлепнул ногой по луже. Слякоть холодными брызгами взметнулась вверх и осела на моих кроссовках, никак не предназначенных для данной погоды. Собираясь в поездку, я не планировал в этом городе прогулки длительностью более пары шагов от машины до двери отеля или бизнес-центра и обратно, вот и обувь на мне была не по сезону.
На прощание я громко хлопнул дверцей багажника, достав из него свой чемодан, а машина, мигнув красными огоньками стоп-фар, сорвалась с места, окатив меня грязным потоком из-под колес.
В общем, в здание аэровокзала я вошел злым и в промокшей обуви.
– Андрей, – возмущалась Зоя, – ты где?!
– Вошел в здание. – Я взглянул на информационное табло и направился к стойке регистрации. – Жди, скоро буду.
Быстрая регистрация у пустующей стойки для пассажиров бизнес-класса, и я, внимательно всматриваясь в снующий по терминалу народ, поднимался в зону ожидания посадки. Сойдя с эскалатора, заметил наконец-то знакомую светлую макушку. Стараясь не упустить ее из виду, уверенно двинулся к ней навстречу, но не прошел и половины пути, как почувствовал не сильный, но в то же время затормозивший мое продвижение удар в грудь.
Что за недоразумение? Невзрачная «серая мышка» врезалась мне в грудь и распласталась на ней, словно мошка на лобовом стекле несущегося на запредельной скорости гоночного болида. Вскинув голову, девчонка (а на первый взгляд, я не дал бы ей больше восемнадцати, и то с натяжкой) испуганно взглянула на меня. И я бы поверил, если бы в глубине ее больших и невинно-чистых глаз не мелькнули искорки интереса.
Черт! Это смахивало на подставу, и я, грубо оборвав ее надежды на удачное знакомство, сделал шаг в сторону. Обогнув «мышку» как досадное препятствие, уверенно двинулся дальше. Зоя уже сама заметила меня и махнула рукой.
– Что, опять поклонницы одолевают? – подставляя румяную щечку для поцелуя, подтрунивала она. – А нечего часто мелькать в светской хронике с большой надписью на весь лоб: «завидный холостяк».
– Не язви, – ласково оборвал ее трёп, поцеловав и приобняв за талию. – Лучше пойдем выпьем кофе.
Уходя, я все же обернулся. «Мышка» затерялась в людском потоке.
Но весь полет моя память настойчиво возвращала меня к неловкому инциденту. Ее аккуратное личико с тонкими чертами, на первый взгляд, не примечательное, но западающее в душу. И эти большие карие глаза всплывали в моем полусонном сознании, как манящее виденье.
– Да что же они так долго?! – нервно постукивая каблучками модных ботильонов, возмущалась Зоя. – Я уже домой хочу, в кроватку – и спать, – немного плаксиво добавила она, поглядывая на информационное табло в ожидании сведений о багаже.
– А вот если бы кое-кто подсуетился, – ответил я, укоризненно щелкнув ее по носу, – летели бы Джетом.
– Когда буду в Москве – насяду на Абрамова, пусть выполняет обещанное, – пообещала она и вновь взглянула на табло, а затем на часы.
Я тоже устал и мечтал скорее попасть домой, принять горячий расслабляющий душ и забыться крепким сном, желательно на сутки. Мой небольшой дорожный чемодан стоял рядом, и оставалось дождаться Зоиных. Я бродил бесцельным взглядом по залу прилета, ни за что не цепляясь, ни на кого не обращая внимания.
– О! – Мои брови поползли наверх. – А этот что здесь делает? – поинтересовался я у Зои, кивнув в сторону парня, приобнявшего девчонку в светлом пуховике длиной до колен.
Она обернулась, проследила за моим взглядом и внимательно присмотрелась.
– Так он на каникулы к родителям прилетел. – Она пожала плечами. – Там в Англии, знаешь ли, тоже отмечают новогодние праздники, да и бизнес-школа не концлагерь. Домой отпускают.
Я саркастически хмыкнул, вспоминая стенания его отца по поводу «неправильного» выбора жизненных ориентиров сына. Он и на учебу за границу его отправил в надежде на глобальные перемены в стремлениях, желаниях и привязанностях отпрыска. Видимо, с одной из них Старая школа справилась, раз он сейчас обнимался с девочками. Хотя…
Я вновь перевел взгляд на Платона. Парень поцеловал стоявшую рядом с ним девушку, подхватил свой чемодан и пошел в сторону выхода. А я поймал удивленный взгляд карих глаз.
Да ты целеустремленная, «мышка»! Не отхватила один кусок – согласилась на меньший, но тоже с неплохой перспективой!
– Наконец-то! – раздался недовольный голос Зои. – Пойдем. – Она дернула меня за рукав, увлекая в сторону лент-транспортеров, которые уже плавно двигались и на которых даже показались первые чемоданы.
Я разорвал наш зрительный контакт и выбросил «мышку» из головы.
Глава 6
*Андрей*
Вернувшись из столицы, я с головой погрузился в рабочие будни. Даже предновогодняя суета не способна была отвлечь меня от дел. Я усиленно работал сам и того же требовал от подчиненных. Чтобы хорошо отдохнуть на каникулах, необходимо было еще много чего сделать. И все пахали, зная, что впереди их ждет шикарный корпоратив, умопомрачительная премия и долгожданный отдых.
Тридцатого вечером я по сложившейся традиции отпустил всех после обеда – для наведения красоты. А вечером, открыв торжественным словом праздник, поздравил сотрудников, вручил подарки, выпил пару бокалов за наступающий год и отчалил домой. Главное празднование с кучей важных и очень нужных людей пройдет, как и положено, в ночь с тридцать первого на первое. Для этого я специально нанял организатора и освободил самый большой и фешенебельный зал в городе – «Плазу».
– Не нервничай ты так! – помогая застегнуть галстук-бабочку, одергивала меня Зоя. – Будто первый раз организовываем подобные мероприятия. Помнится, в прошлом году тоже в одном из твоих отелей собирали народ.
– Тогда был просто семейный праздник, – напомнил я ей. – Сейчас от того, как он пройдет, будет зависеть, расширю ли я свою сеть или пойду покорять другие территории. Перспектива хорошая, но на будущее сейчас мне нужно место здесь.
– Нужно, – сказала Зоя, отойдя в сторону, окинула меня критическим взглядом и улыбнулась, – значит будет. – Она вновь подошла ко мне, положила свою ладошку на изгиб моей руки и торжественно добавила: – Идем!
Джип, дожидавшийся на подъездной дорожке около центрального входа, быстро доставил нас до места назначения, и спустя считанные минуты я уже стоял в роскошном зале, утопавшем в элегантном праздничном убранстве.
– А мама подъедет? – спросила Зоя, чуть крепче сжав мой локоть.
– Обещала найти время в своем плотном графике праздничных гастролей. – Я похлопал ее по ладошке, лежавшей на моей руке, наклонился и слегка чмокнул в висок.
– Хорошо, – выдохнула она и, расслабившись, прошлась со мной по залу.
Народ прибывал. У парадного входа встречал администратор вечера, а приглашенные официанты, угощая напитками, провожали в зал. Все чинно и пафосно. Веселье начнется позже, когда народ расслабится. Выпитое ими снимет налет важности и вскроет сущности, прячущиеся внутри под слоем, наросшим за годы пребывания в статусном положении.
– О! – воскликнула Зоя. – Я так и знала, что он придет не один и даже не с одной!
Я проследил за ее взглядом и наткнулся все на того же Платона. Тот важно вошел в зал, ведя под руки двух красоток. Мальчик решил доказать отцу, что тот сильно, очень сильно сомневался в его предпочтениях!
– И кто с ним? – не отводя взгляда от одной из его подружек, спросил я у Зои.
– Не знаю, – пожала та плечами, – вот только не говори, что заинтересовался… – продолжила она, скептически глянув на меня. – Которой?
А заинтересовался ли я? Вполне возможно. Той, что, скромно потупив взгляд, крепче вцепилась в локоть парня.
Что-то знакомое промелькнуло в ее облике. Что-то неуловимо новое, чистое и будоражащее кровь. Эти глаза – темные, большие и невинно-влажные, как у олененка из Диснеевского мультфильма. Тонкий носик, бархат чуть пухлых щек, сочные губы, в которые так и хотелось впиться страстным поцелуем. Скромный фасон вечернего платья не скрывал, а выгодно подчеркивал ее формы. Она как маленькая фарфоровая статуэтка – тонкая, аккуратная и настолько хрупкая, что требует к себе бережного отношения. Хранить на полочке, любоваться и пылинки с нее смахивать нежной пуховкой.
– Андрей! – Слащаво улыбаясь, ко мне подошел Поздняков – мерзкий холеный тип, общением с которым, однако, нельзя пренебрегать: министр строительства этого не любит.
Вздохнул и, оторвавшись от милой картинки, обратил все свое внимание на Константина. Тот же в свою очередь поедал взглядом Зою.
– Добрый вечер! – Я вежливо пожал ему руку. – Ой, ладно, мальчики! – Натянуто улыбаясь, Зоя прижалась ко мне и оставила мимолетный, но много говорящий поцелуй на щеке. – Пойду пройдусь, ваши деловые разговоры меня укачивают. – И упорхнула, засранка, в неизвестном направлении.
– Твоя? – проводив ее сальным взглядом, уточнил Поздняков.
– Моя, – не вдаваясь в подробности, жестко отрезал я, давая понять, что в личном я непрогибаем.
– Хороша…
Я поморщился от нахлынувшего желания кулаком стереть с его лица это выражение превосходства и вседозволенности. Кашлянул в кулак, привлекая к себе внимание и напомнив, что он явно не за этим ко мне подошел. С момента возвращения из столицы я еще не общался с ним, и он не знает о моих договоренностях.
– Ну, так что там инвестор? – полюбопытствовал Поздняков, потирая ладони, как потирает лапки мушка, сидящая на краю банки с вишневым вареньем.
Слово за слово – и в общем, как обычно, праздничный вечер был щедро сдобрен разговорами о делах, словно горячий пончик сахарной пудрой. Вырвался я из водоворота деловых переговоров лишь тогда, когда неумолимый бег часов согнал стрелки к полуночи.
– Сейчас уже можно тебя забрать? – Вручая мне бокал с шампанским, Зоя оглядывалась по сторонам. – С Новым годом! – Звон соприкоснувшихся фужеров. – С новым счастьем, братец! – Она делает глоток из фужера и поверх его края пробегает глазами по залу.