- -
- 100%
- +
Дизайнер обложки Арина Ри ( Кош )
© Ева Фомичева, 2021
© Арина Ри ( Кош ), дизайн обложки, 2021
ISBN 978-5-0053-8327-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Любовь – недуг. Моя душа больна
Томительной, неутолимой жаждой.
Того же яда требует она,
Который отравил её однажды.
Уильям Шекспир
(Перевод С. Маршака)
1
…Казалось жизнь начинает благоприятствовать ей. Марк Фридман предложил срочно заняться новым заказом.
Погода с утра капризная, ветреная, к полудню наладилась, прекратил время от времени накрывать тяжелой пеленой дождь.
На небе показалось унылое солнце. Белесые тучи, пробегая по небу не оставляли попыток вновь скрыть от людей золотое светило. Воздух заметно прогрелся.
Забытая газета с местными новостями, так и осталась нераскрытой, пока Анна следовала на автобусе до нужного пункта. Она надеялась поездка в Красный ключ будет удачной.
Прибыв на место Анна накинула на плечи легкую куртку, и, подхватив сумку, выбралась из автобуса. Неподалеку виднелись те самые, ради которых она продела путь, полуразрушенные остатки старинной усадьбы.
Штатив с легкостью вошел в землю на лужайке у старой ограды. Анна еще раз осмотрелась, придя к мысли, это самый выгодный для съемки ракурс.
Анна не была сторонницей спецэффектов. Ее стиль можно было назвать высоким реализмом. Непонятно как, но ей всегда удавалось найти тот угол, то освещение, те детали, которые позволяли за изъеденным временем фасадом увидеть душу здания, его тайны, его историю. Сделанные ею фотографии архитектурных памятников были сродни портретам людей, имели свой характер, свои неповторимые черты, и даже свое настроение.
Бегущие по небу облака меняли освещение. Солнце выглядывая из-за них совершенно преображало пейзаж.
Сделав несколько кадров, Анна перенесла штатив на другое место. Она то приближалась к усадьбе, то удалялась от нее, прежде чем перешла к деталям – причудливым узорам, окружающим окна, оставленным рукой мастера, так же временем и непогодой на мягком известняке.
Через три с лишним часа раскрасневшаяся от движения и удовольствия девушка, шагала к автобусной остановке, спеша успеть на автобус до Нижнекамска. Дрожь вдохновения постепенно прошла, уступая место тревожным мыслям, не дававшим покоя в последнее время – с тех пор, как она узнала ошеломляющую новость.
***
Денису немедленно требовался горячий душ, а затем сон. Двенадцать часов непрерывного сна.
В Казани было шесть утра, ревели автобусы, гудели сигналы – город просыпался. А он, напротив, буквально валился с ног.
Перед его мысленным взором продолжали стоять очертания купе вагона поезда, в котором трясся он последние сутки, и сейчас чувствовал себя совершенно разбитым.
Он вставил ключ в замок, повернул его и открыл дверь своего дома. «У себя ли Аня?» – мелькнула в его голове мысль, «должно быть, сходит с ума от ожидания».
Едва войдя, он бросил рюкзак на пол коридора и запер дверь. Прислонился спиной к стене, дал волю усталости… Он не был дома чуть больше месяца. С того дня… когда проснувшись утром, обнаружил, что лежит в постели с соседкой. С изумительной очаровательной снявшей у него комнату соседкой. С близким другом, Анютой.
«Господи, какой бред!» – подумал он.
Раньше Денис всегда спешил домой, с нетерпением ожидая возможности снять усталость и стресс после очередной командировки. Раньше, немедленно бросился бы к двери комнаты Ани, чтобы узнать, как провела она эти дни без него.
Денис вздохнул и, размяв плечи, начал расстегивать рубашку. Сейчас ему совсем не хотелось подходить к двери Ани. Он не знал, что ей сказать.
Нельзя, думал он, заниматься любовью с женщиной, которая тебе не безразлична. Это все усложняет. Путает все карты. Приводит к неоправданным ожиданиям. Наводит на мысли о прочных отношениях. О браке.
«Нет!» – Денис неистово потряс головой и, стягивая на ходу рубашку, направился в ванную. «Аня достойна лучшего». Она отлично знает, как он относится к браку. Ей неоднократно приходилось выслушивать его разглагольствования на эту тему.
Денис Кайманов не стремился к брачным узам, обязательствам, ответственности. Он не собирался связывать себя по рукам и ногам. И у него давно вошло в привычку предупреждать о своем умонастроении всех женщин, встречающихся на его пути, чтобы у них не возникло искушения надеяться на обратное. Эта была необходимая мера предосторожности. Требование простого здравого смысла. Женщины, ложившиеся в постель к Денису Кайманову, знали, что секс для него лишь развлечение, игра. Чувства здесь были ни при чем. Он никогда не спал с женщинами, для которых секс значил нечто большее. Таково было первое правило самозащиты, которое он установил для себя восемь лет назад. И никогда не нарушал его. До той ночи пять недель назад. Сразу после гибели Рустика.
Рустик… Рустам Абайдуллин.
Сегодня Денис вернулся после первой командировки, в которую ездил без Рустика. Без сильного, уверенного в себе, веселого Рустама. Человека, чувству юмора которого не переставали удивляться коллеги и друзья. Счастливчик Рустам, называли его, те, кто не по слухам знал, что такое профессия журналист.
– С Рустом можно поехать куда угодно! – говорили, узнав, куда работа закинет их с Денисом на этот раз.
Счастливчика – Рустама, пять недель назад, на рассвете, покинула удача.
Это была совершенно обычная безобидная вылазка в ночной клуб с целью раздобыть информацию о местной криминальной группировке. Случайная пуля, вылетевшая из-за угла, угодила именно в Рустама. Денис, как ни пытался, не мог постигнуть смысл случившегося.
Пять дней спустя, он вернулся домой с похорон лучшего друга, все еще не пришедший в себя, потрясенный, злой и несчастный. Утрата была ужасна сама по себе, но во сто крат хуже было то, что она пробудила в нем неоспоримые воспоминания.
Воспоминания о другой потере, случившейся одиннадцать лет назад.
Его мать, час, которой не должен был пробить. Денис был уверен в этом. Она не должна была так рано уйти.
В то время, Денис работал в небольшой фотомастерской, вкалывал по двенадцать часов, чтобы как-то облегчить матери жизнь. В один из дней, он даже не пошел домой обедать, лишь позвонил, матери и сказал: – Я поработаю сегодня допоздна, молодожены, свадебную церемонию и банкет которых я снимал, попросили срочно напечатать фотографии.
Закончив работу, поздно ночью, уже подходя к дому, он застал отъезжающую от подъезда скорую, взволнованная подруга матери и соседка по лестничной клетке встретила его с ужасающей новостью, его мать в карете скорой помощи едет в больницу, с подозрением на обширный инфаркт. Примчавшись в больницу, Денис узнал, у матери действительно констатировали инфаркт, женщину не успели спасти.
Чтобы ни делал, Денис уже не мог вернуть ее. Он понимал это и со временем смирился с потерей. Продолжал жить с болью и чувством вины: если бы он пришел домой вовремя…
Он помнил слова, которые говорила мать, клятву данную однажды ей: он найдет дядю, брата ее, Родиона Вышинского, и расскажет, какую нелегкую жизнь пришлось ей прожить, тогда, как и дед и дядя Родя, жили себе припеваючи, не тужили, позабыли совсем о своей дочери и сестре…
После встречи с дядей, Денис перебрался из Красного Бора в Казань. Любимое дело – фотография, стало детищем приносящим хлеб. Первая выставка, дебют, как творческой личности, принесла не только уважение дяди, но и постепенное влияние в семью…
Возмущению дяди не было предела, когда он оставил все, чего достиг нелегким трудом и отправился в первую свою командировку фотокорреспондентом газеты «Известия». После первых появившихся на свет публикаций, благодаря умению видеть мир в особом понятном ему одному свете. И умению рассказать языком фотографии читателям, в редакции Денису предложили продлить контракт. Ему казалось, таким образом, он сможет искупить вину перед матерью.
Он часто вспоминал прошедших через его постель женщин. После боли, которую причинила одна из них, он решил, что никогда никого не полюбит. А брак без любви – пожизненная каторга. Поэтому у Дениса были только женщины-друзья, и любовницы. Но никогда, первые не становились вторыми.
До тех пор, пока он не вернулся домой после похорон Руста. Той ночью, благодаря изрядно влитому в организм алкоголю, тяжкие воспоминания завладели им без остатка.
Анюта. Замечательная, чуткая Аня, удивленная громкой музыкой доносившейся из его спальни, постучала в дверь, пытаясь узнать, в чем дело.
Денис мало что помнил из случившегося после ее появления. Точнее, не хотел вспоминать, как она обнимала его, успокаивая. Целовала. Как позволяла ему – человеку, которому никто не нужен, словно ребенку, прильнуть к ней.
Он гнал эти воспоминания. Как гнал и мысль о том, что испытал тогда отнюдь не детские чувства. Огонь желания сжигал его, заставляя целовать Аню, прикасаться к ней, наслаждаться ею. Его тело с отчаянной силой искало в ней утешения. Медленно, нежно, а затем, помутившийся с горя разум воспринял как страсть, равную его собственной, – Аня ему это утешение…
Денис заскрежетал зубами. Он не мог думать об этом. Даже теперь, спустя месяц, тело предавало его, и он хотел, чтобы это повторилось.
Но нет, Аня была небезразлична ему. Как друг. И он не позволит, чтобы дружба, превратилась в нечто иное, погибла.
До сих пор Денис помнил свое потрясение, когда проснулся и обнаружил Аню в своей постели. Он никогда не приводил женщин домой. За исключением одной, Марго. Она захаживала к нему, было время, даже гостила, пока ремонтировался коттедж.
Но той ночью, когда сквозь занавески едва пробирался лучик рассвета, открыв глаза, он увидел лежавшую рядом с ним Аню. Закинув на него ногу, положив руку поперек живота, и прижавшись щекой к его плечу, она выглядела настоящим ангелом.
Денис боялся вздохнуть. Не смел пошевелиться. Но это необходимо было сделать, чтобы поскорее выбраться из постели, не разбудив Аню. Он боялся, что она может подумать, как только откроет глаза. Он и сейчас боялся встретиться с ней. Надеялся, слова придут сами, когда он увидит ее. Может, если повезет, она сама заговорит о случившемся. Отнесется к той ночи легко, скажет, что не стоит придавать значения произошедшему, и позволит ему сорваться с крючка.
Денис судорожно втянул в себя воздух. Аня на это способна. Она очень великодушна. Добрая девушка. И совсем не похожа на других. Встречает жизнь с распростертыми объятиями. Так как многие в этом очень осторожны. У русоволосой Алины, например, локоны струились шелком по плечам. В густых вьющихся каштановых волосах Ани его пальцы запутывались той ночью. Тряхнув головой, Денис прогнал от себя эти воспоминания.
Необходимо было вернуть все на круги своя. Если уж на то пошло, это нужно им обоим. Аня никогда не давала ему повода думать, что хочет чего-то иного, кроме дружбы с ним. В первую очередь, по этой причине, ему было хорошо с ней.
Она всегда была только другом. С первой их встречи, когда знакомая пригласила за столик в кафешке, куда он случайно заглянул. О том, что он решил сдавать одну комнату, знали все его знакомые и друзья. И Эльмира Ильдаровна, в свою очередь, как бы невзначай предложила Денису сдать комнату Ане.
Всегда веселая и легко поддерживающая разговор, она оказалась идеальной соседкой. С ней было приятно общаться, бегать по утрам, ходить в театр, в рестораны и выставки.
Денису было жаль лишаться всего этого. Ей, он надеялся, тоже. Он провел рукой по растрепавшимся волосам и зевнул, решив, что поговорит с Аней после того, как примет душ и выспится. Скажет, как ценит ее дружбу, как боится разрушить ее, как хочет, чтобы все оставалось по-старому. А потом усмехнется и предложит:
– Не хотите ли прогуляться по набережной озера Кабан, милая барышня?
И она поймет, между ними ничего не изменилось. Полтора года назад все началось с первого их разговора, в день знакомства. Аня, приехавшая из Красного Бора в Казань, обнаружила, он, так же, родом с тех самых мест. Они долго беседовали после кафешки, гуляя по парку «Черное озеро», затем, когда стало темнеть, девушка спросила, не будет ли она его стеснять. Тогда Денис, как благородный рыцарь, успокоил ее, он часто уезжает в командировки, дом в это время совершенно пустует. Зачем же напрасно простаивать жилью, да и присматривать за имуществом будет кому…
Аня сначала опешила, но согласилась. Затем, он подхватил девушку под локоть и направился к припаркованному неподалеку автомобилю.
Они часто приходили вместе в тот парк, вспоминали знакомство, когда Денис бывал дома. За исключением последнего.
Денис снова хрипло вздохнул, вспомнив, чем они занимались в последний раз. И снова попытался отогнать навязчивую мысль. Все осталось в прошлом. На этот раз они снова пойдут туда.
Проходя мимо кухни, мужчина услышал заманчивое урчание холодильника. Образ бутылки с холодной минеральной водой возник в его измученном недосыпанием мозгу. По опыту он знал, холодная минералка отлично поможет ему охладиться после горячего душа. Ему необходимо было смыть с себя грязь и пот. Нельзя сказать, что он редко мылся. Тело буквально постоянно потело. Кожа впитывала в себя застывший пот.
Идя по коридору, он стягивал с себя одежду, оставляя лежать, где попало. В ванную он вошел уже голый и сразу же включил воду. Через секунду он стоял под душем и блаженствовал. Потребуется не один галлон горячей воды, чтобы кожа по – настоящему отдохнула. Однако чтобы забыть о гибели близких, и вернуться к жизни, которую остальные принимают как данность, требовалось гораздо больше усилий и времени.
Ему стало немного лучше, и, намыливая крепкое подтянутое тело, Денис уже насвистывал. Втерев огрубевшими пальцами шампунь в кожу головы, он смыл его и повторил процедуру. Вода, стекавшая в ванну, давно стала кристально прозрачной. Он закрыл краны. Схватив полотенце, стал вытираться. Почистил зубы. Провел рукой по щетине на подбородке. Он не брился три дня – не было времени. Денис решил, что может подождать еще двенадцать часов.
Обмотав полотенце вокруг головы, чтобы оно впитало влагу, а его концами вытирая лицо, он, все еще обнаженный, направился в спальню… и врезался во что-то мягкое и упругое.
– Что за…, – отпрянул он, и, отпустив концы полотенца, содрогнулся: ему явно не хватало воздуха.
– Аня?!
Та, кого он хотел меньше всех увидеть, стояла на пороге спальни в одной бежевой футболке. Волосы растрепались и спутались во сне, лицо было бледным и испуганным. Сжимая в руках одежду, она смотрела на него.
– Что, черт возьми, ты здесь делаешь? – воскликнул Денис. Аня чуть не задала ему тот же вопрос. От глубокого сна ее пробудили странные звуки. Поначалу они вполне вписывались в ее сон. Шаги. Звук льющейся воды. Затем, свист. Свист, уже не влезал ни в какие ворота. Вот тогда она проснулась. Несколько мгновений лежала неподвижно, пытаясь понять, что происходит. А затем с ужасом сообразила, это может быть только Денис!
Молниеносно она выскочила из постели, схватила одежду со стула и устремилась к двери. Решила, она оденется в своей комнате, возьмет себя в руки и тогда будет в состоянии говорить с ним.
Вместо этого она столкнулась с Денисом, выходящим из ванной. Все, что было на нем, – это полотенце, да и то обмотанное вокруг головы!
– Извини, – пробормотала она. – Я не хотела напугать тебя. Я… Ты всегда говорил, что твоя комната самая теплая в доме. Вчера, после поездки по работе, вымоталась, устала и продрогла. И только у тебя смогла по-настоящему отогреться. Дождливая и сырая погода, без солнца, и на улице до жути холодно по ночам… Я и подумать не могла, что ты можешь так внезапно вернуться.
Денис провел ладонью по лицу, затем улыбнулся.
– Ничего страшного, – весело проговорил он. – Я помню, что говорил нечто подобное. Все в порядке, – и махнул рукой. – Никаких проблем. Возвращайся в постель, я лягу на кушетку в гостиной.
– Нет, – отказалась Аня. Она собиралась поговорить с Денисом, прояснить ситуацию. Но только не сейчас. И не так.
– Не говори глупости. Ты ужасно устал. А мне все равно уже пора вставать.
Она поспешила к кровати, чтобы снять простыни. Делая это, чувствовала на себе взгляд Дениса. Ей ужасно хотелось прошмыгнуть в ванную и одеться. Футболка едва прикрывала ее, что, конечно, не ускользнуло от внимания хозяина дома.
Впрочем, вряд ли его это смутит, подумала девушка. Да он занимался с ней любовью в свой прошлый приезд, но она не настолько глупа, чтобы считать, будто для него это что-то значит. Как бы ей не хотелось обратного!
Она быстро и ловко сложила постельное белье и вдруг почувствовала, что Денис пытается обойти ее, чтобы приблизиться к шкафу с одеждой.
– Прости! – покраснев, пробормотала она. – Я загородила тебе дорогу. Отступила на шаг, и Денис, проскочив мимо, открыл шкаф и накинул на себя халат. Аня старалась не смотреть на него, но это оказалось на редкость трудно. У Дениса было великолепное тело – сильное, подтянутое и мускулистое. Грудь покрывал темный пушок, спускавшийся по животу вниз…
Девушка хрипловато выдохнула и дрожащей рукой потянулась за чистыми простынями.
– Я сам постелю, – сказал Денис. – Все в порядке, правда. И очень хорошо, что ты пришла сюда. Смогла согреться. Мы же друзья.
Да, они были друзьями. Только Анна не знала, кем они приходятся друг другу теперь.
– Я бы не пришла сюда, – объяснила она, наклонившись, чтобы заправить простыню, – если бы знала, что ты вернешься.
– Но, почему?
Ей не хотелось выяснять отношения именно сейчас. Нужно было успокоиться, собраться с духом. Но Денис настаивал. Аня вздохнула и расправила пододеяльник, встряхнув его в воздухе.
– Ты знаешь почему.
– Из-за того, что случилось? – невыразительным голосом спросил Денис.
В течение нескольких секунд слышалось только шуршание ткани. Затем Аня кивнула.
– Мы должны об этом поговорить, – быстро произнес он.
«Еще бы!» – подумала она. – Да, я догадываюсь, что ты чувствуешь…
– Правильно, – прервал он ее, – Ты ведь тоже, не так ли? Зачем разрушать то хорошее, что между нами было, верно? Пусть будет все как раньше.
Аня заморгала.
– Что?
Денис пожал плечами.
– Тот раз был исключением. Временным помешательством. Просто… так случилось. Это не должно ничего изменить.
Аня молча смотрела на него. Она чувствовала, как подступает тошнота. Кожа внезапно стала холодной и липкой. «Наверное, и лицо побледнело», – думала она, злясь на себя. В конце концов, именно такой реакции она и ожидала.
– Это ничего и не меняет, – убеждал Денис. – Мы были друзьями. Мы друзья, – поправил он себя. – И то, что мы… то, что мы делали той ночью, не должно все разрушить.
– Нет, но…
– И не разрушит, – продолжал Денис. – Это больше не повториться. – Послушай, Ань, – почти проникновенно произнес он. – Я понимаю, ты проявила великодушие, когда решила, что я нуждаюсь…
Денис запнулся. И Аня поняла, он не сможет признаться, что действительно нуждался в ней, как в женщине.
Он облизнул губы и глубоко вздохнул, стараясь успокоиться.
– Мне тогда было очень тяжело. Смерть друга… Похороны…
Но Аня знала, дело было не только в Рустаме. Дело было в его прошлом, о котором он никогда не говорил, за исключением одного случая, когда выпил излишне вина, и это развязало ему язык. Ее звали Алина, единственную женщину, которую он любил.
Денис перевел дыхание.
– Ты проявила великодушие, а мне… не следовало делать то, что я сделал. Я был… не в себе, воспользовался твоей добротой. Я нарушил свое правило.
– Какое правило?
– Я не сплю с женщинами, с которыми меня связывают дружеские отношения.
– Предпочитаешь врагов?
Денис с шумом вздохнул.
– Нет. Конечно, нет! Но…
Он провел рукой по волосам. Аня видела, как он измучен, смущен, и понимала, не следует давить на него. Сейчас был неподходящий момент. Однако все уже зашло слишком далеко, и Денис твердо вознамерился закончить разговор.
– Мне не следовало спать с тобой. Заниматься с тобой сексом, – он заставил себя быть откровенным до конца. – Это все усложняет, а мне бы этого не хотелось. То, что случилось, было ошибкой.
«Вот, значит, как – ошибкой…».
– Видимо так, – бесцветным голосом проговорила Аня. Она не хотела, чтобы Денис заметил боль, которую ей причинили его слова. Ей следовало быть готовой к этому. Она знала, чем это может закончиться! Но той ночью не смогла с собой совладать.
Денис улыбнулся и протянул руку.
– Значит, никаких обид?
Она не ответила. Только посмотрела на него, а затем отвела глаза. Нужно было время, чтобы заставить себя снова превратиться в ту, кого он хотел в ней видеть. В его приятеля. Друга. Свойского парня.
Когда она не заметила протянутой руки, он уронил ее. Но не оставил попыток.
– Ань, – в голосе Дениса прозвучала надежда.
– Мы все еще друзья?
Она собрала свою одежду, постельное белье и, прижав их к груди как щит, наклонила голову.
– Мы друзья, – выдавила она.
Денис облегченно вздохнул и усмехнулся.
– Прекрасно!
Аня проскользнула мимо него и устремилась в коридор, чувствуя на коже холодный пот и испытывая сильную тошноту. В конце коридора она обернулась.
– Но все уже не так, как прежде.
Денис нахмурился.
– Почему? Ты ведь сказала…
– Я беременна, Денис. Я ношу твоего ребенка.
2
Анна не ожидала, что он придет в восторг. Ей, как никому другому, было известно отношение Дениса к семейной жизни.
– Меня это не интересует, – резко сказал он однажды, когда разговор коснулся этой темы. – Я познал горечь разочарования в женщине. С меня довольно!
Тогда Анна еще ничего не знала о его прошлом и уставилась на него, удивленная такой реакцией. Большинство мужчин, которых она знала, старались увильнуть от брачных уз, но это больше походило на игру, чем на яростную решимость, проявленную Денисом.
– Значит, если встретишь ту, предназначенную тебе судьбой, просто дашь ей от ворот поворот? – съехидничала она тогда, надеясь, Денис хоть на дюйм сдвинется со своей непоколебимой позиции.
– Я никогда не позволю отношениям зайти так далеко. Судьбой мне больше никто не предназначен.
Итак, ее предупредили. Но было поздно – она уже влюбилась.
Их познакомила полтора года назад коллега по галерее современного искусства, где Анна проводила выставки, вела мастер-классы с детьми в клубе юных фотолюбителей. Эльмира Ильдаровна, годы бурной молодости, которой прошли в Красном Бору, по-свойски поддержала, помогла Анне устроиться, едва та приехала в город. Будучи знакома с Денисом с самого его детства, женщина порекомендовала поселиться у него, так как он намеревался сдать комнату.
Предложение поначалу озадачило. «Негоже, молодой девушке жить под одной крышей с неженатым мужчиной» – подумала она, и даже отказалась. Денис в последний момент смог найти аргументы, переубедить девушку поселиться именно у него, в совершенно пустующей комнате.
Потекли дни. Анна и Денис существовали бок о бок, разговаривали, делились секретами мастерства фотографии, обедали вместе с кафе, смеялись, и лучше узнав друга, вместе развлекались. Вскоре Анна обнаружила в Денисе все то, что хотела видеть в мужчине.
А он ни о чем не догадывался. Поскольку к тому времени, когда поняла, что влюбилась, она уже знала, Денису не нужны прочные отношения. Поэтому и не требовала больше чем то, что Денис мог ей дать.
Полтора года она была тем, кого он хотел видеть в ней, – другом. Он предлагал ей компанию, когда хотел сходить куда-нибудь. Посмотреть новую постановку в Молодежном на Булаке. Или же просто посидеть с кружкой пива в баре.
Анна была единственным человеком, с которым он смотрел сверху на Казань. Как-то он намекнул, что возьмет однажды с собой на вертолетную площадку Гранд Отеля Рустама. Теперь это уже никогда не случится…
Возможно, они так и не пойдут больше туда вдвоем, потому что Анна видела глубокое потрясение, написанное на лице Дениса, как и мелькнувшую в глазах неприязнь. Какие бы надежды она не питала, узнав о беременности, он по иному взглянет на вещи, все они сразу умрут для него. Но факт остается фактом, через восемь месяцев она родит ребенка от Дениса Кайманова, хочет он этого или нет.
Она этого хотела. Несмотря на то, что вечером, пять недель назад, когда заглянула в его комнату, в ее планы вовсе не входило забеременеть. Ею двигала тревога за Дениса.
У него не было твердого рабочего графика. Ему могли позвонить в любую минуту и отправить на неопределенное время туда, где требовалось присутствие фотографа и журналиста. Денису это было не в тягость.