Оперативная эскадра «Нибелунг»
- -
- 100%
- +
К недостаткам можно было отнести меньший чем у боевых краблей запас топлива, слабую электронику, которая сводилась к обеспечению коммерческой связи и навигации. Меньше имелось на борту накопителей энергии, слабее энергетический реактор, а единственный маршевый двигатель располагался по оси симметрии и не предусматривал форсированного режима работы. Корпус был немного короче эсминца, но не имел массивных носового и кормового баков. Подобно пассажирским лайнерам, всё топливо располагалось вдоль бортов, обеспечивая дополнительную радиационную защиту.
С другой стороны, корабль все же был полицейским, а значит предусматривал повышенные меры безопасности, в том числе на тот случай, если арестантов попытаются отбить. На них имелось несколько автоматических пушек ближнего радиуса действия. На случай бунта имелись пулеметные турели в продольных коридорах и модули с полицейским успокаивающим газом, а вентиляционная система жилых и служебных отсеков была изолирована от отсеков с заключенными.
– Отличный корабль, – сказала графиня. – Первая проблема в том, что мы не сможем поставить на него орудийный блок, так как в осевом канале расположен маршевый двигатель. И башню некуда впихнуть. Кругом стационарные панели контура и баки с горючим. С периферией вообще будет сложно.
– А если поставить орудие не по центру? – предложил инженер Радж.
– Тогда при каждом выстреле отдача будет разворачивать судно, – ответил Джонсон. – Придется компенсировать маневровыми двигателями, а это такой расход что через каждые несколько выстрелов придется искать заправку.
Боевые корабли имели по три идущих через весь корпус канала, удерживающих плазму. Впрыском холодного метанола или воды в дюзы можно было регулировать мощность каждого и менять вектор, а также компенсировать отдачу от стрельбы орудий башни. Впрыск же использовали для форсированного режима работы.
– На корабле шесть осевых симметричных коридоров, – сказал Ивор. – Мы поставим три отдельных орудия, а не единым блоком, как на боевых кораблях. Это потребует более сложной системы охлаждения, но… должно сработать.
– Три? – переспросил Дейч.
– Да займем под них первую третью и пятую линию. С небольшим экипажем столько проходов не нужно. И вуаля. Конечно орудиям придется стрелять одновременно и нужно будет как-то синхронизировать залп. Но зато отдача будет осевой.
– И очень мощной.
– Ну и пусть.
На эсминцах и крейсерах осевой блок орудий монтировали таким образом, чтобы он мог стрелять как вперед так и назад. Электромагнитам было все равно по какому направлению разгонять снаряд, подающее снаряды устройство на осевом блоке было небольшим и могло обслуживать все стволы. Но Ивор предложил, разнести стволы и монтировать придется по одному, а значит на каждый ствол ставить свою пару зарядных устройств и пару генераторов гиперполя.
С другой стороны, на полицейском корабле вся носовая часть была заполнена навигационной аппаратурой, реакторами и если осевой блок можно было бы втиснуть, то три отдельных орудия просто разрывали пространство. Следовало или подвинуть энергетический реактор или снять все носовые радары и ослепнуть. Кроме того, это потребует переноса силовых конструкций чего инженеры пытались всячески избегать.
– Мы не будем выводить орудия вперед, – решил Ивор. – Пусть стреляют только назад. Все равно чаще всего орудия используют при стрельбе за корму во время торможения или разгона. В крайнем случае корабль можно развернуть. Заодно сэкономим на зарядных устройствах и генераторах.
Инженер Джонсон уважительно посмотрел на Ивора. Во флоте было мало толковых офицеров, которые одинаково разбирались в тактике и конструктивных особенностях.
– Хорошая идея, кэп, – сказал он. – А энергия? На три одновременных выстрела нам потребуется огромное количество накопителей.
– Разместим их в этих отсеках, – показал Радж на схеме. – Арестантов возить не требуется.
– Все равно места не хватит.
– Используем накопители генератора поля, – предложила графиня Демир.
– И ему придется ждать перезарядки чтобы уйти в гипер?
– Идеальных решений не бывает, – пожала она плечами. – Это вспомогательный крейсер, в конце концов, а не настоящий боевой корабль.
– А торпеды? – спросил шефмастер Гарднер. – Мы не можем убрать много секций внешней обшивки и шпангоутов, это потребует перестройки всей конструкции. Три орудия займут слишком много места. Десяток пусковых пожалуй можно воткнуть в носовом отсеке. За счет одного из топливных баков. В кормовом места чуть больше. Допустим ещё дюжина.
– Нет. Топливные баки лучше не трогать, – сказал Ивор. – Военному кораблю его требуется больше.
Боевой корабль мог работать на собственном запасе топлива сто двадцать часов с ускорением в один g. Грузовой только пятьдесят часов, а пассажирский как и тюремный обычно сто.
– Мы можем демонтировать несколько тюремных блоков, – не очень уверенно предложил Джонсон. – И поставим на их место танки с горючим. Это увеличит запас топлива вдвое. Но… потребует существенной переделки.
– Не нужно. Давайте распределим торпедные пусковые по всему кораблю, – предложил Радж. – Скажем через каждые три спасательные капсулы вместо четвертой. Это не слишком нарушит прочность?
– Думаю, это возможно, – согласился Джонсон.
Ивор поморщился. Нагромождение механизмов, куча оговорок об их работоспособности, ему не нравились. С другой стороны, вспомогательным крейсерам не нужен большой арсенал. Они либо выстрелят и сбегут, либо погибнут.
Он подумал о ещё одной проблеме касающейся уже не техники, а экипажа. По существующим правилам хотя бы один офицер должен находиться на каждом боевом посту. А как офицер станет управлять подразделением, если торпедные установки будут рассредоточены по всему кораблю? Допустим при работающей связи это можно устроить, а если связь вырубит? К тому же и специалистов не хватало. Команда торпедной секции «Нибелунга» при руководстве Вальха не показала особенных успехов, а теперь её придется распределить на несколько кораблей.
Обсуждение продолжалось. Мозговой штурм понемногу очерчивал новый проект. То один, то другой вопрос решались или, во всяком случае, становились не столь критичными.
Одной из главных проблем переделки гражданских судов во вспомогательные крейсеры являлись наглухо закрепленные панели контура поля. На военных кораблях они убирались в специальные ниши с двумя целями: защитить сами панели от повреждения во время боя и одновременно освободить место для развертывания других систем – спонсонов, орудийных башен, антенн, сенсоров, радаров, лазеров, люков и шлюзов, а также защитных панелей с абляционным покрытием. Конструкция же коммерческого судна обычно предусматривала подвижные панели только на небольшой части обшивки. На носу, где они закрывали навигационный радар, в корме, где панели центральной части расходились лепестками, открывая дюзу маршевого двигателя, а также в нескольких мест на бортах, где скрывались маневровые двигатели антенна связи и причальный узел. Даже спасательные капсулы находились за капитальной обшивкой, которая просто отстреливалась пиропатронами при эвакуации, когда целостность корпуса уже не имела значения.
Смонтировать выдвижные панели на месте стационарных было задачей не тривиальной.
– Вот что мы сделаем, – сказал инженер Джонсон. – Мы не станем убирать панели в ниши, а будем открывать их наружу подобно створкам грузовых люков. Это создаст неудобства и не защитит их от вражеского огня, но осуществить будет проще.
Флотмастер Гарднер тоже подал неплохую идею.
– Помните, мы использовали торпеды в качестве двигателей для десантных ботов, сэр? От них должны были остаться какие-то узлы.
– Так и есть, – сказал инженер. – Мы уже использовали преобразователи и модуляторы для генератора поля. Двигатели для ботов. Осталась система связи, боеголовки… хотите получить расщепляющиеся материалы?
– Радары! – гордо заявил флотмастер. – Радары тоже можно использовать, я имею в виду на вспомогательных крейсерах. Не то, чтобы это решило все проблемы, но мы хотя бы сможем обеспечить целеуказание для орудий. А если завязать их в сеть, то можно получить апертурный синтез.
***
Маскариль быстрым шагом вошел в комнату, придерживая рукой гарнитуру. Он продолжал на ходу разговор с невидимым собеседником.
– Да, ваше высочество. Нет. Думаю понемногу к нам слетятся те корабли, что предназначались другим королевствам. И проблем для компании не будет. Хорошо. Четыре. Четыре это лучше чем ничего.
Участники импровизированное конструкторское бюро затаили дыхание, пытаясь уловить в словах Маскарилия полезную информацию. В какой-то момент он прикрыл ладонью микрофон и спросил:
– Сколько времени уйдёт на вооружение полицейских кораблей?
– Месяца два, если у нас хватит квалифицированных работников, – ответил Джонсон. – Но частичную боеспособность они получат почти сразу. Орудия мы можем смонтировать быстро, а вот монтаж пусковых и всего остального зависит от того, как пойдет дело.
Переговоры Маскариля с принцем и кем-то еще на той же линии продолжались довольно долго.
– Уф! – сказал, наконец, он, отключил связь и плюхнулся в кресло. – Итак, друзья мои, мне пришлось лично слетать в офис компании, несколько раз переговорить с принцем, министром юстиции, который курирует все дела, связанные с содержанием и перевозкой заключенных. Поскольку с получением корпусов возникла небольшая проблема.
– Какого рода? – поинтересовался Ивор.
– Зеки, – Маскариль поднял указательный палец. – Каждый год на нашу планету прибывает почти тридцать тысяч новых заключенных. Но главная беда, что примерно столько же, отсидев свой срок, должны покинуть её. И как оказалось, мы не можем задерживать их дольше определенного времени. Но и прямо на Барти освобождать такую толпу не можем себе позволить. Идеальный вариант – вернуть в тот мир, откуда привезли. А возить приходилось издалека – наши клиенты довольно богатые миры, и все они расположены ближе к центру Ойкумены.
Маскариль налил себе в стакан воды из графина и выдохнул.
– Убеждать принца долго не пришлось, – продолжил он. – А под нажимом принца министр юстиции сдался. Он согласился передать флоту два корабля прямо сейчас. «Маршалси» и «Алькатрас». Они проходят обслуживание на верфях Янсена. Так что можем начать перестройку прямо там. Ещё два компания сможет передать в ближайшую неделю. Они уже вылетели с Надаля и будут в нашем распоряжении, как только выгрузят новую партию заключенных. А в будущем мы сможем рассчитывать на треть от всего флота компании. Тем более, что для трех других королевств перевозки зеков утратили актуальность. Вопрос лишь в том, как много полицейских кораблей удастся выдернуть на Барти.
– Кстати, что на счет специалистов их команд? – спросил Ивор. – Они могли бы нам пригодиться.
– Все они работают на корпорацию, – сказал Маскариль. – И не обязаны нам военной службой. В основном они даже не наши подданные.
– На флоте полно иностранцев среди нижних чинов, – сказал Гарднер. – Может быть и на полицейских кораблях найдутся желающие?
– Против добровольцев никто возражать не станет, – согласился Маскариль. – Но главного мы добились. Проект Марк Лициний Красс получает зеленый свет и полное финансирование короны.
– Марк Лициний Красс? – переспросил Ивор. – Кто это и чем знаменит?
– Он надрал задницу Спартаку!
Глава четвертая. Биты и шпаги
Короли-основатели выбрали кубб в качестве национальной игры четырех королевств исключительно из-за его второго названия – шахматы викингов. Однако в отличие от того же культа Форн Сидр игра в кубб отлично прижилась на новой почве. Городским старикам она заменила пентак – поле имелось в каждом сквере или дворе Милады, имелась на Барти и профессиональная лига, в которой играл погибший Матео, а благородному сословию и буржуазии шахматы викингов заменили гольф. Небольшое поле (пять на восемь метров), а также возможность игроков свободно по нему передвигаться, давали возможность и соперникам и товарищам по команде вести неспешные разговоры.
При дворце имелась своя площадка. Поскольку разговоры за игрой здесь часто содержали государственные секреты, поле окружал непроницаемый для прослушивающих приборов барьер – многослойная воздушная завеса, уходящая на несколько десятков метров ввысь и заметная со стороны лишь по небольшим искажениям отраженного света. Разная скорость потоков и турбулентность полностью переформатировали звуковую волну, не создавая при этом вторичной вибрации, подобно стеклу.
Четверо игроков собрались обсуждать именно секреты. Если королевством теперь фактически управлял военный кабинет, то собравшиеся на поле считались Ближним кругом, предвосхищающим решения военного кабинета. Принц Фроди и барон Лойтхард играли за одну строну, Маскариль и маркиз Горский за другую.
Ситуация, что побудила их собраться, выглядела серьезной. К хорошим новостям относилось прибытие неделю назад двух тюремных кораблей с заключенными – «Бастилии» и «Миллбанка», а следом коммерческого судна «Кассандра» с запчастями и боеприпасами, закупленными на Надале. Это позволяло Гарру снарядить уже четыре вспомогательных крейсера, будь у него достаточно специалистов. С другой стороны, использовать все комплектующие без остатка тоже было неразумно. Следовало оставить часть для ремонта и про запас.
Плохая новость заключалась в том, что эти поставки могли стать последними. Шкипер «Кассандры» заявил, что вместе с ним посольство на Надале отправило ещё два скоростных грузовых судна – «Артур» и «Наутилус», причем сам он задержался из-за плохого самочувствия первого помощника и ушёл в рейс на сутки позже. И только на Барти узнал, что оба судна так и не прибыли.
Это прозвучало для всех первым тревожным звоночком. Вскоре оказалось, что торговцев вообще стало прибывать куда меньше, чем раньше. Адмиралтейство и советник Дейч забили тревогу. Маркиз Горский сложил два и два и пришел к выводу, что два других судна с припасами были перехвачены генералом Марбасом.
Это теперь и предстояло обсудить Ближнему кругу.
Маскариль сделал последний бросок и выбил пешку.
– Возможно не всё так плохо, – предположил он. – Мы сами запретили покидать систему торговцам, слухи об этом разошлись. Мы уведомили посольства, как отвечать на запросы торговых компаний. Так что ничего удивительно, что к нам перестали летать. Никто не хочет посылать корабли, чтобы они торчали на нашей орбите. К тому же летать через зону военных действий рискованно.
– Это было бы логично, касайся дело только иностранных кораблей, – возразил маркиз, делая первый бросок. – Но я проверил и оказалось, что на Барти не возвращаются в срок и некоторые суда наших компаний. А им простаивать на чужбине нет никакого смысла. Выйдет куда дороже.
– Значит их задерживают на подходе, – решил барон. – Очевидным решением помешать нам восстановить флот будет перерезать пути снабжения. Да и простое нарушение торговли ударит по экономике.
Принц с бароном вбросили сбитые пешки на поле соперника, а Маскариль с Горским поставили их вертикально.
– Неплохо для начала, – сказал маркиз.
– Министр Левин на последнем совещании, которое вы, ваше высочество, изволили пропустить… – начал Маскариль, но его дыхание сбилось. – Кхе-кхе… Так вот министр предупреждал, что запасов на складах торговых компаний хватит от силы на год, потом цены взлетят до небес.
– О боги! – принц воздел руки. – И как мы в такой ситуации сможем продолжать пенитенциарный бизнес?
– Верно, – согласился Маскариль. – Министр Хэген на том же, пропущенном вашим высочеством совещании, высказал обеспокоенность как раз этим моментом. Он заявил, что отнюдь не гарантирует продолжение контрактов по содержанию заключенных, если мы не примем вовремя следующую партию.
– Перестань укорять меня в каждой фразе, – разозлился Фроди. – Я пропустил встречу по важной причине.
Он сделал бросок, потом еще один. Каждым выбивал по пешке.
– Бросайте барон, – сказал принц.
– Нужно отправить разведку, – предложил маркиз. – посмотреть, есть ли пикеты в системах, а если есть, то в каких?
– Но где нам взять разведку? Это дело как раз для рейдера, но он у нас один!
– Теперь у нас есть агентура. Мы поработали с экипажами иностранных судов и склонили многих из них к сотрудничеству.
Маркиз Горский и правда развил в последние дни бурную деятельность. Одной из задач поставленных перед его службой, стал поиск утечки информации и выявление вражеской агентуры, что в принципе относилось к ведению контрразведки, если бы таковая в королевстве существовала. Гвардия занималась скорее безопасностью королевской фамилии, чем охраной государственных секретов, так что маркиз взвалил на себя и эту обузу. Второй задачей являлось формирование общего представления о настоящем и потенциальном противниках. Люди маркиза скупали справочники, высасывали информацию из любых доступных источников с жадностью лошадей, пересекших Пустынный Пояс. Агенты протирали штаны в барах и других заведениях, вытаскивая из иностранных матросов и местных выходцев из других миров информацию об устройстве космопортов, кораблей, флотов, космической инфраструктуры. В особенности трёх бывших союзных королевств. Как ни странно, раньше большинство из этих вопросов даже не ставилось штабом флота. Не считая пары действительно важных операций, разведотдел занимался в основном сбором иллюстрированных проспектов производителей техники и вооружений. Впрочем, нынешняя активность маркиза являлось скорее работой на перспективу, а сейчас им требовались свежие данные, которые могли добыть только лазутчики.
– Надеюсь обошлось без шантажа и всех этих грязных шпионских штучек? – спросил принц.
– Ты имеешь в виду медовую ловушку? – усмехнулся Маскариль.
– Медовая ловушка? – насторожился Фроди. – Звучит красиво, но…
– Старая методика, когда высокопоставленному лицу подкладывали красивую женщину, а потом шантажировали.
– Кого можно шантажировать сексом?
– Не везде столь свободные нравы, как в благословенном богами королевстве Райдо, мой принц!
– Ну, нам было проще, – сказал маркиз. – В основном эти люди изнывали от безделья и проводили время в кабаках Милады. Некоторые из них залезли в долги, и мы предложили им деньги; другие влипли в неприятные истории с местными или полицией, и мы вызвались решить вопрос. Перечисление всех методов работы утомит ваше высочество, но ничего беззаконного или оскорбительного для морали мы не использовали.
– Так или иначе это принуждение, – возразил принц. – И мораль меня волнует в последнюю очередь, маркиз, но насколько будут надежны агенты по принуждению?
– Абсолютно ненадежны, – признал Горский. – Но у нас нет времени готовить и внедрять профессиональных шпионов, а сочувствующих нашему монархическому делу вы не найдете во всей Галактике. Так что мы решили брать числом. Пусть кто-то нас кинет, другой решит, что вознаграждение лишним не будет. Ручейки информации будут стекаться на Корт роу, а наши аналитики выжмут из них всё, что смогут.
– Как они помогут решить вопрос?
– Ну, мы и правда готовили их для работы в других мирах и вербовку обставляли, как коммерческий шпионаж, но для начала вполне можем поручить разведку ближайших систем. Особенно если убедим торговцев пойти разными маршрутами, чтобы покрыть весь сектор.
– И как это объяснить коммерческим шпионажем?
– Допустим, какая-то наша компания промышляет контрабандой.
– Но ведь у нас нет контрабанды, маркиз, поскольку нет запрещенных или облагаемых пошлиной товаров!
– Зато контрабанда существует во владениях генерала Марбаса. Я имею в виду оружие. Что, кстати, будет недалеко от правды, ведь именно это мы и собираемся получать в первую очередь.
– А как ваши агенты будут передавать информацию? – спросил барон.
– В том числе из-за ненадежности наспех завербованной агентуры пришлось для каждого организовать свой почтовый ящик и разработать свой код и шифр. Ящиками занялось посольство на Надале. Мы замаскировали просьбу опять же под нужды некоторых коммерческих структур. И работали через разных клерков. Во избежание большого провала.
– И много у нас клерков на Надале? – удивился Фроди.
– После падения Новой Австралии, это крупнейшее представительство короны, – сказал барон.
– Там же учится и отдыхает половина наших аристократов, – фыркнул Маскариль. – Ты же сам все время мечтал рвануть на Надаль. А кто по твоем у вытирает сопли всем этим дворянским деткам, меняет подгузники, прячет грязное белье и трупы?
Принц посмотрел на шута осуждающе и сделал бросок.
Бросок вышел удачным, он выбил очень неудобную пешку, не задев короля. Оставалось выбить четыре викинга.
– Хорошо, – сказал он, то ли имея в виду бросок, то ли одобряя подходы маркиза.
– Таким образом если мы снимем запрет покидать систему и отпустим для начала несколько судов, а они полетят разными маршрутами, то вскоре получим представление о диспозиции противника.
– Единственная проблема, которую я вижу, такая разведка будет идти слишком долго, – заметил принц. – Вряд ли кто-то доберется до Надаля раньше чем через три месяца.
– Другого выхода я пока не вижу, – развел руками Горский.
Начался теплый дождь. Игра продолжалась. Газоны дворцового комплекса имели отличный дренаж, способный выдержать настоящий тайфун.
– Сколько нашему Гарру потребуется времени чтобы сколотить эскадру? – принц убрал со лба мокрые волосы, чтобы льющиеся с них ручейки не мешали прицеливаться.
– Переоборудование займет месяца три, – сказал Маскариль и поёжился от попавшей за шиворот воды. – Но Гарру обещает, что уже через месяц корабли смогут открывать огонь по внешнему целеуказанию. И не забывайте, что Дейч тоже не сидит без дела. Он подобрал с дюжину астероидов, достаточно крупных, чтобы не развалиться от первого выстрела, но достаточно мелких, чтобы можно было изменять их положение. В миллион тонн или около того. Теперь он ставит на них орудия, пусковые, пункты управления, а в пространстве Своры разворачивает сенсорные поля. Правда пусковых и торпед на два проекта у нас не хватало. В этом смысле приход «Кассандры» просто спас положение.
– А что с покупкой боевых кораблей?
Принц бросил последний раз и промазал. Барону тоже не повезло. Последний викинг так и остался стоять на линии. Ход перешел к Маскарилю с Горским.
– Есть несколько вариантов, – сказал маркиз, сразу же выбив пешку. – Наиболее перспективный – Соледад.
– Там же социалисты! – воскликнул Фроди.
– Социалистам тоже хочется иметь твердую валюту, к которой пока что относится и крона Райдо. У них есть два стареньких крейсера марсианской постройки. Корабли вполне боеспособны, хоть и напичканы старым оборудованием. Позже мы могли бы обновить его.
– До Соледада лететь не меньше трёх месяцев, – принц задумался. – Да и обратно столько же.
– Предварительные переговоры мы уже начали с помощью почты. А министр готов вылететь на Соледад, как только получит отмашку. И на самом деле мы думаем, что если корабль перегонять небольшой командой с отключением части оборудования, то он сможет торчать в гипере больше, а значит быстрее окажется здесь.
– Итак, нам нужно продержаться три месяца, – подвел итог принц. – А потом ещё три. И только тогда мы сможем на что-то рассчитывать.
В следующем круге принц с бароном все же добрались до короля и, выбив его, выиграли партию.
***
После игры принц отвел Маскариля в сторону.
– Старина Вальх опять жаловался на Гарру, – сказал Фроди, вытирая голову полотенцем. – Тот ни во что не ставит его. Обращается с ним, точно он простой лейтенант.
– Но он и есть простой лейтенант, мой принц, – возразил Маскариль.
– Он прежде всего гвардеец, – принц укоризненно выглянул из-под полотенца. – А Гарру отчитал его за какие-то торпеды. Но ведь барон не стащил эти торпеды себе в имение и не поломал их от скуки?
– Он не доложил вовремя, что потратил весь запас, насколько я понимаю, – пояснил Маскариль. – И когда капитану пришла в голову идея подложить противнику свинью, свиньи не оказалось в наличии.
– Но ведь он потратил весь запас против врага, а не стреляя по кенгуру, – сердито заявил Фроди, отбросил полотенце и нахмурился. – Вот что, мой друг, насколько я помню, ты просился на «Нибелунг», чтобы подобных проблем не возникало. И что же я вижу? Жалоба за жалобой! А теперь под рукой Гарру будет целая эскадра.
– Принято, мой принц, – картинно поклонился Маскариль. – Виноват. Разберусь.
***
Узнав от Лойтхарда типичное расписание барона, Маскариль уже на следующий день поджидал Вальха в фехтовальной студии на Гаммель Бро.
– Приветствую, Маскариль, – сказал барон и шагнул было дальше.
– Барон, не хотите ли немного пофехтовать? – остановил его королевский шут. – Я слышал вы пару раз дрались на дуэли, мне было бы интересно посмотреть на ваш стиль.