Разумный оккультизм. Современный подход к оккультной практике

© Георгий Золин, перевод, 2021

© АТМОСФЕРА, издание, оформление, 2021

Глава I

Что такое оккультизм?

Очень немногие из тех, кто интересуется оккультизмом, задают себе вопрос, что же такое оккультизм на самом деле. Они могут знать, что слово «оккультный» означает «скрытый», а «эзотерический», который часто используется как его синоним, означает «для немногих». Если они соединят их вместе, они смогут сделать правильный вывод, что оккультная наука на самом деле является отраслью знания, которая скрыта от многих и предназначена для немногих.

Огромная масса пустословия собралась вокруг Священной Науки с тех пор, как мадам Блаватская отдернула завесу Святилища, а Теософское Общество стремилось популяризировать древнее Таинственное учение. Воображение, освобожденное от оков доказательства, получило полную свободу действий, и насмешники нашли достаточно материала, который стал законной игрой для их комментариев.

Псевдооккультизм сегодняшнего дня с его сомнительным психизмом, необузданными теориями и доказательствами, не выдерживающими самого поверхностного рассмотрения, – это всего лишь обломки, которые скапливаются вокруг основания Горы Видения. Вся эта бесполезная чушь не стоит споров; чтобы составить справедливую оценку Священной Науки, мы должны изучать оригиналы и пытаться проникнуть в умы великих мистиков и иллюминатов, чьи работы несут свидетельства непосредственного знания сверхчувственных миров.

Оставляя в стороне все теории и догматические учения, мы находим консенсус согласия по некоторым вопросам опыта. Есть состояния сознания, выходящие за пределы нормального, и когда эти состояния преобладают, мы можем различать формы существования, с которыми обычно не контактируем. Все видящие согласны в этом вопросе, и мы можем принять его как фундаментальный опыт, на котором основана оккультная наука. Существуют универсальные традиции, касающиеся сверхчеловеческих существ, которые преподавали оккультную науку далеким предкам рас и основали их цивилизацию; эти утверждения, однако, поскольку они не поддаются проверке в соответствии с принятыми правилами доказывания, будут отложены для целей настоящего обсуждения.

Тогда давайте согласимся, что мы – не можем отрицать перед лицом доступных свидетельств, – что сверхъестественные способности человеческого разума открывают человеку сверхъестественный диапазон опыта. Это совокупный сверхъестественный опыт веков, воспринимаемый посредством сверхъестественных способностей, спорадически развивающихся в человечестве, который составляет предмет оккультной науки и данные для ее размышлений.

Однако именно спорадическое развитие сверхъестественных способностей затрудняет доказательство.

Естествознание представляет свои доказательства пяти физическим чувствам, которыми обладает каждый нормальный человек; оккультная наука обращается к суждению чувств, но редко встречается у людей. Среднему человеку приходится основывать свое мнение в оккультных вопросах на косвенных доказательствах. Оккультная наука, как и классическая музыка, резервируется для тех немногих, чье образование и природные способности позволяют им ценить ее. Филистимлянин неприступен, потому что нет единой точки зрения, с которой можно было бы начать.

В последнее время, однако, широко распространены незначительные степени психизма. Многие люди имели опыт, который заставлял их думать и задавать вопросы. Они увидели что-то за пределами четырех стен нашей повседневной жизни, и они больше не удовлетворяются утверждением, что не существует ничего, кроме того, что мы обычно видим.

В своих поисках они могут следовать линии экспериментальных исследований, как это сделали спиритуалисты; раскрывая в ходе своей работы огромное количество явлений сверхчувственных состояний существования. Или, следуя другой линии продвижения, они могут задать свои вопросы тем, кто обращается к традиции за их объяснением.

Пока кто-то не изучит литературу по этому предмету, он совершенно не осознает его масштаб; он простирается от устных традиций, с одной стороны, через мифологии, разработанные и систематизированные в древней литературе, до сочинений высококвалифицированных философов, чьи размышления вывели их за пределы нашего пространства времени и пространства.

Однако следует всегда помнить, что оккультизм – это больше, чем философия или наука: это обширный диапазон опыта, и именно этот совокупный опыт его рассуждения стремятся систематизировать и объяснить.

Мы можем определить оккультизм как расширение психологии, поскольку он изучает некоторые малоизвестные аспекты человеческого разума и разумную сторону Природы. Его выводы, правильно сформулированные и понятые, соответствуют тому, что уже установлено в психологии и естествознании. Это взаимное подтверждение должно быть проверкой оккультной науки. Между его выводами и результатами естествознания не должно быть расхождений в тех моментах, которые естественные науки могут проверить.

Мы не должны больше довольствоваться дикими заявлениями о психических переживаниях, в доказательство которых нельзя предложить никаких и тени независимых свидетельств. Мы должны понимать, что если мы имеем дело с подлинными явлениями, они подлежат исследованию. Стремясь исследовать эти малоизвестные аспекты психики, давайте помнить, что у них есть своя техника, и, если мы не будем готовы наблюдать эту технику, мы не получим более точных результатов, чем если бы цель нашего исследование проводилось бактериолог.

Однако оккультизм – это больше, чем наука, которой нужно заниматься объективно; он также обеспечивает философию жизни, основанную на ее опыте, и именно этот философский или даже религиозный аспект привлекает большинство тех, кто посвящает ему свою жизнь. Из опыта редких состояний сознания, которые он изучает, происходит сильно изменившееся отношение к богооткровенной религии, поскольку искатель теперь проник на планы, откуда приходят откровения, и для него они имеют совершенно другое значение и значимость. Он больше не зависит от веры, у него есть личный опыт, и на основе этого опыта он стремится сформулировать религиозную веру, в которой он сам стремится участвовать в работе, обычно возлагаемой на святых и ангелов в качестве служителей и посланников Бог. С незапамятных времен обучение и обучение специально отобранных людей продолжалось с этой целью, и школы, посвященные этой работе, известны как школы мистерий.

Опыт более редких форм природных явлений приводит к убеждению, что их влияние тонким и малоизученным образом влияет на нормальную человеческую жизнь гораздо больше, чем это принято думать, особенно в сферах болезней и лечения.

Но в дополнение к своему учению о природе невидимых планов существования школы мистерий преподают великую фундаментальную доктрину реинкарнации, то есть колебания души между видимым и невидимым. Это концепция, которая полностью меняет наше отношение к жизни, и в этом отношении оккультизм имеет не только философию, но и систему этики.

Для мужчины или женщины, неудовлетворенных общепринятыми объяснениями философии и науки, ограниченными свидетельствами пяти физических чувств, оккультизм открывает богатую жилу руды, которую можно использовать для работы. Его рассуждения проливают свет на все аспекты жизни; они объясняют многое из того, что необъяснимо только с мирской точки зрения, и основывают религию на опыте, а не на слепой вере.

Это дары, доступные мужчинам через открытие Тайн; проем, который продолжался последние пятьдесят лет, до сих пор двери широко распахнуты, и изнутри исходят лучи света.

Глава II

Имеет ли смысл оккультизм?

Какой бы жизненный путь мужчина ни избрал для себя или который ему навязали, наступает время, когда он оглядывается назад и спрашивает себя, не было ли этого в то время, когда он смотрит вперед и спрашивает себя, правильно ли идти дальше. или ему лучше сказать «Моя вина» и повторить свои шаги? Чем более искренен он, тем более верен он тому высшему, что он знает, тем чаще будет приходить душераздирающее испытание, которое является высшей данью Истине, данью бесконечно выше, чем вера или жертва. Это не имеет ничего общего ни с колебаниями, являющимися результатом недостатка выносливости, ни с отказом от принципов, происходящим из-за отсутствия реальных убеждений; это не продукт слабости, но силы, силы, которая «может сделать одну кучу всех своих выигрышей и поставить ее на один ход и бросить» целостности, которая действительно верит, что «нет религии выше, чем Истина» и готов принять мученическую смерть за это, даже самое тяжелое из мучеников, которое совершается в доме своих друзей.

То, что остается после такой кислотной проверки интеллектуальной честности, действительно может быть причислено к чистому золоту, и именно такое золото, купленное по такой цене, является мерилом ценности нашей человеческой жизни на этом земном шаре: с его помощью каждое достижение и откровение должно быть проверено в нашем ограниченном и относительном мире. Это Слово стало плотью в нашей жизни.

Те из нас, кто избрал Путь Оккультизма, даже больше нуждаются в самокритике, чем большинство людей, потому что мы выбрали для нашего изучения предмет, в котором нет стандарта критики и в котором каждый является своим собственным законом, заявляя, если он так думает, о независимом откровении из источников, не зависящих от человеческого разума, о владении столь же неудовлетворительном, как частный печатный станок для банкнот.

Мы знаем, что откровения или, вернее, реализации приходят в человеческое сознание, точно так же, как мы знаем, что банкноты являются законным платежным средством, но мы никогда не должны забывать, что откровения и банкноты еще больше похожи друг на друга тем, что не имеет значения, если они не отражают действительность. Чтобы банкнота имела ценность, ее необходимо в любой момент обменять на золото. Чтобы откровение имело ценность, оно должно быть действительным в период духовного кризиса.

Самостоятельные вопросы подобны пробному балансу, который позволяет банкиру оценить свою платежеспособность. Он не ждет, пока в банке набегут деньги, чтобы доказать, равен ли его золотой запас выпуску банкнот.

Откровения, тайная традиционная мудрость, никогда не проверяемая беспристрастной критикой, неизвестные силы, все тайны и воображения, составляющие оккультную науку, крайне нуждаются в таком периодическом пробном балансе, если они хотят поддерживать хоть какое-то подобие платежеспособности.

Когда мы оглядываемся на историю оккультной науки, мы видим неутешительные перспективы. Почему оккультизм произвел такое количество шарлатанов и немного, если таковые имеются, интеллектов первой воды?

Величие его теорий облагораживает человеческую жизнь и позволяет нам увидеть нашу судьбу и действия в перспективе, связанной с космосом; но это великолепный фон межзвездного пространства или нарисованный холст?

Есть только одно испытание – подойти прямо к нему и посмотреть, не лежат ли камни Пути под ногами или же кто-то просто прорвал себе путь в убогие задние помещения театра.

Говоря за себя, я опробовала этот эксперимент при моем первом знакомстве с оккультной наукой. Яркими красками книги, лекции и личные беседы изображали оккультные искусства, астральные феномены и космогонию типа слона, сидящего на черепахе, и я с первого взгляда увидела, что имею дело с расписной тканью, и поставила ногу через это, чтобы показать свое мнение о нем.

Затем я использовала свои знания психологии, чтобы заглянуть за кулисы и проникнуть в умы и мотивы тех, кто ставил кукольный спектакль, свидетелем которого я был приглашен. Я видела провода, поддерживающие фей, и машину, которая позволила богу появиться в критический момент; менеджер, следящий за кассовыми сборами, автор, с сильно переработанной рукописью; продюсер по согласованию с плотником сцены и центром внимания; актеры пытаются синтезировать свое эго и свои роли.

Затем я глубже проникла за кулисы театра; Я рассматривала различные эзотерические школы как гримерные, в которых актеры играли свои роли; Я обнаружила грязную и сквозную каменную лестницу, по которой они вошли в театр, и спустилась по ней; Я вышла через сценическую дверь в грязную окраину театральной страны, где мужчины и женщины сражались за пределами джин-дворцов, а дети растянулись в грязи сточной канавы, и там, подняв глаза в поисках облегчения от всей этой мерзости, я увидела надо мной те самые звезды в их далекой и сияющей реальности, которые были изображены на декорациях театра.

Тогда, и только тогда я увидела значение драмы и поняла, что это была не попытка обмануть, а изобразить, и я была рада со смирением и благодарностью пройти к главному входу и заплатить цену сиденья, которое Я могла наблюдать за интерпретацией жизни, представленной в ней. Я получила урок и узнала функции и ограничения школы посвящения.

Мы должны различать символическое выражение абстрактных идей и фактическое очерчивание конкретных объектов. О мистериях говорят, что кандидата вели от ступени к ступени, и ему показывали все более и более смутные символы Божества, и в конце, когда последний занавес был отодвинут в сторону, ему открылись пустое святилище и голос прошептал ему на ухо: «Бога нет. Кто бы ни проник за сцену, которая также является Завесой Храма, знает, что это правда. Нет Бога Израиля, который сражался бы за него в битве и подавлял запах всесожжений, но есть Логос, и природа Логоса может быть постигнута только теми, кто может медитировать в пустом святилище, то есть можно сказать, может мыслить без символа. Обучение степеням предназначено для того, чтобы научить ум подниматься к абстрактному и превосходить мысль, поскольку понимание начинается только тогда, когда мысль прекращается.

Никто не может обучать оккультной науке, кто не способен отдернуть занавес и открыть пустой храм, кто не знает, что оккультные доктрины – это система алгебры, которая позволяет уму функционировать за пределами диапазона мысли. Тот, кто думает, что Планы, Лучи и Иерархия существуют во времени и пространстве, не является посвященным и, следовательно, не может быть инициатором.

Разница между оккультной астрой и оккультистом заключается в том, что первый считает, что сокровенное святилище содержит бога, а второй знает, что Бог находится внутри него. Первый верит в откровение, а второй – в реализацию. Первый верит в особое послание к себе от своего Учителя, в особый мандат Небес; последний знает, что в Боге мы живем, движемся и существуем. Первый верит в астральный план как в объективную реальность; последний знает, что это объективное воображение.

Это, однако, не означает, что астральный план не существует, но это означает, что именно психология объективного воображения является истинным исследованием практического оккультиста.

Это возвращает нас к тому моменту, с которого мы начали. Какая ценность оккультизма? Это так же важно и мало стоит, как и математика, которой она в точности аналогична. Математик не печет буханку и не копает поле, но его наука – фундаментальная основа знания, к условиям которой все вещи должны быть сведены для окончательного и точного выражения. То же, что математика для материи и силы, оккультная наука – для жизни и сознания, невозможно окончательное выражение или синтез без использования ее специфических методов. Поэтому я утверждаю, что оно того стоит, и удовлетворена тем, что время, потраченное мною на его поиски, не было потрачено зря.

Но, с другой стороны, я утверждаю, что некоторые оккультные системы, с которыми я встречалась, не имеют смысла. Хотя систему посвящения по праву можно сравнить с театром, преподаваемое ею учение можно уподобить не только такой пьесе, как «Гамлет», но и такой другой, как Суини Тодд, демон-цирюльник с Флит-стрит. Люди, увлеченные одной из этих пьес, уходили в первом акте другой. Девяносто процентов книг по оккультизму задуманы в духе и написаны на манер копейки; они оскорбляют вкус любого образованного человека. Пока оккультные доктрины представлены в таком обличье, они никогда не смогут вызвать уважение тех, чье уважение стоит того. Это правда, что всегда должно быть молоко для младенцев и крепкое мясо для сильных мужчин, но нет необходимости принимать глупость за простоту или интеллектуальную путаницу за глубокую мудрость. Большие куски непроверенных и неподдающихся проверке утверждений и густая мазь сентиментального гуманизма – это смесь, из которой составлено слишком много эзотерических книг, и они заставляют человека стыдиться называть себя оккультистом. Такая книга, как «Древняя мудрость», вызывает уважение как литературное произведение даже у тех, кто не принимает ее выводы, но некоторые из высказываний, которые были даны миру во имя оккультной науки, просто имеют отвратительный вкус и могут позорить любого человека научной доктрины.

Мы должны помнить, что Священная Наука существует только на этом плане в сознании ее учеников; космический закон и оккультная доктрина в том виде, в каком мы их знаем, – это всего лишь человеческие представления о том, что превосходит любые возможности прямого восприятия, которыми обладает воплощенное эго, и может быть не более чем приближением, попыткой постичь с помощью символа, который сам по себе немыслим.

Нет Королевского Пути к посвящению, а есть только путь, по которому ходят многие блуждающие ноги. Мы должны бороться, насколько это возможно, ради нашего наставника не что иное, как наше высшее осознание, и если свет, который в нас, есть тьма, насколько велика эта тьма? Порядок или братство на физическом плане – вот что мы создаем; Мастера на астральных планах – это те, кем Мы их себе представляем. Только через человеческое сознание Дух может действовать на плане материи. Астральный план просто мыслится о существовании сложным воображением земного шара, и мы освобождаемся от его господства, когда осознаем его субъективную природу.

Оккультная наука учит нас рассматривать все вещи как состояния сознания, а затем показывает нам, как получить контроль над сознанием субъективно; какой контроль, однажды приобретенный, вскоре получает объективное отражение. Посредством этого сознательного контроля мы можем управлять планом человеческого разума. Это сила, которая не является ни доброй, ни злой сама по себе, а только тогда, когда она используется. Посвященный Пути Правой руки, посвященный служению Богу, считает, что его следует использовать исключительно для того, чтобы привести человеческое сознание к осознанию Бога во всем, что подразумевается при понимании в его самом полном значении. Он использует свое знание разума, чтобы сделать его инструментом Духа, в отличие от посвященного Пути левой руки, который использует свое знание разума, чтобы сделать его слугой своих страстей. Оккультизм никогда не может быть самоцелью или простым удовлетворением интеллектуального любопытства, но может быть самым мощным оружием в руках интеллекта. Стоит ли людям доброй воли научиться обращаться с этим ужасным обоюдоострым мечом? Это не только того стоит, но и необходимо для безопасности расы, так как многие злые люди научились с этим справляться.

Когда человек видит, что можно сделать, злоупотребляя знанием скрытой стороны вещей, он чувствует, что никакая жертва не слишком велика, никакой риск слишком опасен, чтобы позволить человеку встать в брешь между Силами Тьмы и их невиновными жертвами. Следовательно, всегда найдутся души, которые сочтут целесообразным принести Великую Жертву, которая есть Посвящение, и посвятить себя служению Силам Света, чтобы эти Силы могли быть способны проявляться на планах формы через канал, который человеческое сознание может им открыть.

Глава III

Более глубокие оккультные вопросы

Что такое оккультизм? Это вопрос, который мы вполне можем задать, если мы намерены посвятить время и усилия его поиску. Должны ли мы довольствоваться рассказами о домах с привидениями, рассказами о телепатии среди первобытных народов и исследованиями эзотерической литературы прошлого? Эти вещи, безусловно, имеют свою ценность; все доступные оккультные явления должны быть тщательно исследованы не только ради получения знаний, но и ради разоблачения шарлатанов, и результаты, полученные исследователями в прошлом, имеют огромную ценность для проверки результатов, которые мы получаем на практике в сегодняшний день.

Но достаточно ли этого? Будет ли наше отношение к оккультной науке таким же, как наше отношение к классическим языкам, на которых мы восхищаемся шедеврами древности, но сами не производим живой литературы в настоящее время? Мы знаем, что мистерии оказали глубокое влияние на древние цивилизации и что некоторые из благороднейших людей всех рас были вдохновлены ими и относились к ним с благоговением и трепетом. Являются ли явления, которые мы называем оккультными, просто явлениями комнаты сеансов в большем масштабе, или, в дополнение к малоизвестным законам природы, в действия которых мы стремимся проникнуть, существует ли возбуждающее духовное влияние, такое как повышение сознания посвященных древности и дал им более глубокое понимание своих богов?

Давайте рассмотрим явления, которые справедливо можно назвать оккультными или скрытыми в своей работе и природе. Эктоплазма, психометрия, ясновидение во всех его формах, телепатия, различные формы гадания, которые далеко не полностью иллюзорны, мистические переживания, обращение, транс и восторг; гипноз, внушение и самовнушение, выживание после телесной смерти и, наконец, но не в последнюю очередь, определенные формы психических заболеваний – все это скрыто по своей природе и не поддается обычным научным методам исследования с помощью инструментов исследования, точно и законно образуют поле исследований оккультной науки.

Однако есть еще один аспект оккультной науки, равно как и ее научная сторона, и это область внутреннего опыта, которую открывает ее практическое применение как искусство. Врата в Невидимое могут быть найдены путем практического применения его принципов, и те, кто заботится о выполнении условий и рискует, могут отправиться туда. Силы, которые вызывали древние ритуалы, все еще остаются, и их не так уж далеко искать тем, кто сочетает в себе знания, веру и отвагу.

Если, однако, мы хотим рассказать об этом приключении, мы должны помнить, что древние ритуалы использовались как часть религиозной системы, и что ни один посвященный древних школ мистерий никогда не мечтал бы экспериментировать с ними, чтобы удовлетворить свое любопытство или любовь. из чудесного: он подошел к ним с благоговением после строгой дисциплины характера и суровых испытаний на пригодность. Именно тогда, когда возвышенные идеалы упали, начались фаллизм и черная магия.

Если мы хотим проникнуть в более глубокие вопросы оккультизма, недостаточно подойти к нему из интеллектуального любопытства; это откроет нам не больше, чем его внешнюю форму. Оккультный путь – это не столько предмет изучения, сколько образ жизни. Если не будет присутствовать элемент преданности и жертвенности, ключ не повернется в замке, открывающем дверь Тайн. Если мы не подойдем к Священной Науке, как это делали посвященные в древности, мы не найдем в ней того, что они нашли.

Недостаточно того, что мы работаем ради его секретов, поскольку мужчины работают ради награды своей профессии; мы должны жить ради этого, как люди живут ради духовного идеала. Есть только один мотив, который безопасно проведет нас через лабиринт астрального опыта, – это желание света на пути духовного развития, заканчивающемся Божественным Союзом. Это была цель мистерий в их самой благородной форме, и только стремясь к той же цели, мы сможем войти в них в их высшем аспекте.

Оккультная наука – очень могущественная вещь, и многие люди в своих исследованиях защищены своей собственной некомпетентностью; если бы они преуспели в некоторых операциях, которые они предпринимали, их природа, неочищенная и недисциплинированная, была бы разрушена результатом. Никакая катастрофа не наступает только потому, что не приходит сила. Если мы желаем безопасно исследовать Тайны, мы должны сначала подойти к ним в их более благородном аспекте как части системы духовного возрождения, и только после того, как мы подчинимся их дисциплине и предложим посвящение низшего я целям высшего, и если бы это посвящение было принято, можем ли мы безопасно изучать магические аспекты оккультизма, которые обычно привлекают непросвещенных.

Наши интеллектуальные вопросы могут найти свое разрешение только в духовном озарении. Правильно понимаемая оккультная наука – это связь между психологией и религией; она дает средства духовного подхода к науке и научного подхода к духовной жизни. Правильно понятые переживания, к которым он нас допускает; образуют лестницу от рационального сознания мозга, зависящего от пяти физических чувств, к непосредственному восприятию духовной интуиции. Оккультизм никогда не может быть самоцелью, он лишь открывает более широкий горизонт, который когда-либо отступает, когда мы приближаемся к нему; мы все еще находимся в сфере видимости. Тем не менее это может быть неоценимым средством для достижения многих целей. Знание его философии может дать ключ к исследованиям ученого и уравновесить экстаз мистика; вполне может быть, что в возможностях ритуальной магии мы найдем неоценимое терапевтическое средство для использования при определенных формах душевных заболеваний; Психоанализ показал, что они не имеют физиологической причины, но очень редко могут привести к излечению. Именно здесь оккультист со своим знанием скрытой стороны вещей может многому научить психолога.