Алеф. Слезы Эльфа

Глава 1

Красное пятно расплывалось на белом кружеве платья, похожего на свадебное. Вероника с ужасом и удивлением в широко распахнутых глазах смотрела на него. Неуверенным шагом она отступила назад к обрыву.

– Вероника! Нет! Стой! – он в отчаянье тянул к ней руки.

– Ты предал…Как? Как ты мог? Мы же… Я… Ты обещал, вместе… – Девушка полушепотом, с хрипом, выдавливала из себя слова, что приглушал рев огромных волн, что бились о скалы как дикие звери.

Но он слышал каждое ее слово. Каждое, словно острая раскаленная игла пронзало его сердце.

– Ника, я прошу, дай мне тебе помочь, и потом я все объясню! Я не обманывал тебя! Прошу остановись! – его голос сорвался, с губ слетел стон, и он упал на колени.

Вероника лишь помотала головой и сделала еще один шаг назад. Он увидел бесконечную боль на ее лице и смирение. Еще один шаг от него к пустоте стал последним. Прекрасные белые волосы и нежные мягкие кружева платья, взметнул и смешал резкий порыв ветра. Девушка сорвалась вниз. Хрупкую фигурку в одно мгновенье проглотила волна и утащила в глубину.

– Верониика!!! Но он не услышал своего крика, его поглотил шторм.

Красные капли, все что осталось от неё, медленно стекали по камням, кап-кап…

Предатель… – раздался тихий шепот волн.

Он разбежался и прыгнул, черная вода с радостью захватила и унесла очередную жертву.

Острые скалы остались наедине с бушующим океаном, небо рвало и метало, словно боль предательства коснулось небеса.

Кап-кап… Волны с жадностью слизывали алый след.

10 лет спустя. Февраль. 2030 год. Россия

Кап-кап…

Тихий стук капель разбудил его. Кажется, шел дождь. Понадобилось усилие, чтобы хоть немного приоткрыть глаза. Веки были словно пришиты. Тело онемело, и он попытался шевельнуться, но тут же волна судороги накрыла болью. Сверху капало и от этих холодных брызг, сознание стало немного проясняться.

Его замутило. Чтобы не захлебнуться в собственной рвоте он с трудом перевернулся на бок, и его вывернуло. Рот обожгло кислотой, из пустого желудка. Стошнило снова. Картинка перед глазами перестала расплываться.

Все вокруг казалось серым. Небо, дорога, стены вокруг и даже воздух словно окрасился в туман. Шел дождь или снег, а может и то, и другое, он понял, что ему очень холодно. Одежда отсырела, местами почти промокла насквозь, хоть сверху и была крыша, но она была полуразрушена и скорей походила на рваный навес. Он лежал на сырой и гнилой доске, что была прикручена к стенке, обклеенной какими-то картинками и объявлениями. Одна его нога упиралась в кучу мусора, который изрыгала из себя дырявая ржавая урна, окрашенная в мутно-зеленую краску. Вторая же, свисала с лавки, и проваливалась в серо-бурую жижу, что раньше была снегом.

«Где я…?»

Понадобилось время на то, чтобы хоть немного привстать. Единственное в чем была уверенность, что он был на грани, еще чуть-чуть, и уже не смог бы проснуться никогда. Кажется, ему повезло, и свидание со смертью откладывалось.

Во рту скопилась кислая слюна, чтобы снова не стошнило, мужчина подставил губы под льющиеся из дыры в навесе, капли дождя. В рот попало немного влаги, и он с трудом сплюнул. Поймав еще пару брызг, удалось сглотнуть.

«Ну вот, уже лучше».

Спустя еще несколько минут получилось оглянуться, но движения все равно оставались заторможенными и неуклюжими. Речи о том, чтобы встать, пока не шло.

Место, где он коротал последний час, напоминало автобусную остановку, хотя скорее было похоже на помойку, как по виду, так и по запаху. Рядом пролегала неубранная от рыхлого снега, дорога, а через неё, виднелось грязно-желтое одноэтажное здание с облезлой вывеской «Супермаркет Славный. 24 часа». Возле входа в магазин, стояли двое бездомных, потроша забитую доверху урну.

Как только сознание немного прояснилось, в голову ворвалась мысль: «Кто я?»

Мысль возникла неожиданно и словно молотом ударила в висок. Судорога вновь прошла по телу, снова затошнило, но желудок предательски был пуст.

Новость была паршивая – он не мог вспомнить ни своего имени, не кто он, не что здесь делает. Что с ним вообще произошло? Стало не по себе. Хотя внутри было странное спокойствие, он не был испуган. Разве в такой ситуации это было нормально?

То, что его чем-то накачали, возможно, наркотиками, было для него очевидно. Хотя с чего и откуда у него была такая уверенность, так же не понятно? Может это он сам что-то принял, добровольно?

Голова загудела, слишком много мыслей, надо было успокоиться. Он решил подумать об этом позже. Сейчас главное решить проблемы первой очередности. Например – встать. Узнать своё местонахождение у «славных» работников магазина. Найти крышу над головой, которая не протекает, и не льет тебе за шиворот грязный дождь.

Кажется, назревала еще одна проблема в виде группы пьяных парней, вывернувших из-за угла серой двухэтажки и теперь с любопытством поглядывающих в его сторону. Но для начала, все же надо было встать.

Стрелки часов показывали безобразную рань. Машка открыла глаза и уставилась в потолок. Странно, сегодня выходной, а она проснулась в такое время, словно кто-то толкнул. По выходным она обычно спала, чуть ли не до обеда, а иногда и дольше. Предки хоть и бухали, но исправно пахали на заводе с утра до вечера, пять дней в неделю, и зачастую после смены шли на посиделки к соседу Славику. Тот еще алкаш.

Так что большую часть времени Машка могла побыть в одиночестве, в свое удовольствие. Конечно, если сама не была на подработке. Она могла бы и не работать, но пособие, которое выплачивало ей государство, как приемной, забирал отчим и спускал на свою ржавую колымагу, либо же на пьянки. Машка была благодарна лишь за то, что холодильник в доме никогда не был пустым.

Еще ей раз в месяц с барского плеча вручали тысячу рублей, на нужды. А если девушке хотелось чего-то большего, чем сшитый в соседнем подвале, дерматин, то приходилось подрабатывать.

И хоть отчим все это прекрасно понимал, но все равно, каждый раз, когда Машка возвращалась домой с одной из своих работ, набрасывался на неё с криком: «Шалава, опять с панели?!» И голосил так, чтобы желательно слышал весь дом и соседние дворы.

А мама молчала. Она всегда молчит. Вот уже как три года, со смерти Костика её родного сына, в отличие от приемной Машки. Раньше мама не пила, но после смерти сына превратилась в тихую пьяницу и казалось совсем потеряла интерес к жизни…

Девушка горько вздохнула от тяжелых воспоминаний. И для этого она проснулась? Её младший братик, хоть и был сводный, но он был лучиком света для неё, в этом мире грязи и пьяного бреда.

Машка потянулась на кровати и спина заныла, захрустела. Вчера пришлось перемывать цех два раза! И все из-за пьяных грузчиков, которые проспали погрузку сырья и после как ошпаренные носились со своими тележками, оставляя повсюду грязь и следы. Сволочи.

За окном рассветало. Девушка поставила чайник и насыпала в кружку с отколотой ручкой растворимый кофе. Занавесок на окне не было, но Машке и так было хорошо, выключив свет, она часто садилась на широкий подоконник и смотрела на улицу. Хотя, на что там было смотреть, кроме неба…

Она жила в серой пятиэтажке, её окна выходили на пустырь и одинокую остановку, где уже очень давно, не останавливался не один автобус. Маршрут давно поменяли, а учитывая, что место было почти на окраине города, наводить чистоту тут никто не собирался.

Хотя так было повсюду. Одним словом – Яма. Так местные жители называли свой город, куда сливались все отбросы общества. Серый унылый и грязный городок, один из многих, вынесенных на окраину разросшейся Москвы. Она как дорогой, породистый зверь, была заключена в клетку бетонных заборов, отделяющих её от грязных дворняг – производственных городков.

Яма – город пьяниц и бомжей, беженцев и переселенцев, что приехали работать задарма на местных заводах, оставляя без работы местное население. Цыгане и, конечно же, пропадающая молодежь, у которой просто не было сил, чтобы вырваться из этого болота. Хотя были и те, кто не просто мечтал, а пытался, действительно пытался выбраться отсюда. Например, Машка.

От мыслей стало тоскливо, и она потянулась за сигаретами. Дым всегда немного успокаивал и приводил её в равновесие.

Вот уже как пару минут она наблюдала за отчаянными попытками какого-то парня подняться на ноги. Он был то ли пьяный, то ли обдолбанный. Было видно, что ему очень плохо, но он все же, поднялся на ноги, и очень шаткой походкой направился через дорогу в сторону магазинчика, расположенного рядом с её домом. Плохая идея. Очень плохая. Потому что неподалеку стояла пьяная компания местных засранцев, которых Машка знала лично. Бухали они беспробудно, двое сидели на игле, а у одного был белый билет из дурдома. Проблемы парню были обеспечены.

Ну а какое собственно ей дело? – подумала девушка. Её это не волнует, у неё выходной, и она собирается провести его на диване у телека с горой бутербродов.

Но она все еще не сводила с парня взгляд и нервно теребила рукав кофты. Что-то не давало ей покоя…

Несмотря на то, что незнакомец весь был в грязи и кажется, в собственной рвоте, его одежда не выглядела такой простой, как могла показаться на первый взгляд. Одна только куртка стоила немало! На такие вещи глаз у нее был наметан. Машка очень редко могла позволить себе купить хоть какую-то новую шмотку, а уж чтобы она была качественная и речи вообще не было.

Поэтому девушка очень часто заглядывалась в интернете на красивую одежду, модные бренды, вещи которые пестрили в лентах соцсетей, по телевизору, все это было реально, но так далеко от её жизни.

Что можно купить на зарплату уборщицы местного пластикового завода? Нет, если конечно пахать пять-шесть дней в неделю, по целой смене, то конечно это бы изменило ситуацию. Но, во-первых, Машка не хотела гробить свое здоровье, вдыхая пары пластика ежедневно, а во-вторых, ей нужно было свободное время по вечерам…

Тем временем дверь магазина, куда зашел чужак минуту назад, шумно распахнулась, и охранник вытолкал спотыкающегося парня. Тот приземлился прямо в сугроб возле распотрошенной мусорки. Кажется, он порезался обо что-то, и на снег упало пару красных капель.

Стоявшая неподалеку проблемная компания, начала медленно, с показной леностью, приближаться к бедолаге.

В этот момент, у Машки, словно что-то щелкнуло в голове. Она соскочила с подоконника, быстро всунула голые ноги в потрепанные угги, и накинув пуховик, выскочила из дома. Возле магазина, она буквально на шаг опередила подплывающих к своей жертве, отморозков, и подошла к сидящему на снегу парню. Тот попытался поднять раскачивающуюся из стороны в сторону голову, чтобы взглянуть на неё, но попытка провалилась. Девушка схватила его за рукав и потянула на себя.

– Ну и какого хрена ты тут разлегся? Дома места мало?

Серега тебя пол ночи искал, весь район на уши поставил, а ты тут на остановке дрыхнешь, козел! – Машка специально говорила громко, чтобы её слова доносились до всех ушей.

Мысленно же она кричала на себя: «Дууура, ой, дуура, что же творишь? Сейчас он меня пошлет или ударит, а потом они…»

Из-за спины послышалось: «Чё, типа твой кореш?» Машка оглянулась. Макс, отмороженный нарик, со стеклянным взглядом уставился на её зад.

Она знала, что они её не тронут. С половиной из них, она когда-то училась в одной школе, а Макс даже пробовал приударить за ней. Тогда он еще не употреблял и был нормальным парнем. А потом случилась беда с Костиком, и они вместе прочесывали все местные подвалы. И наверно, она никогда не сможет забыть бледного как снег, Макса, который выносил на руках уже остывшее, маленькое тело ее брата. И он наверно тоже не забыл…

Но не смотря на все это, сейчас её сердце бешено колотилось по ребрам. Она сглотнула.

– Отчима. Типа. Бухают вместе, прям друзья не разлей вода, ага. – Машка нарочно скривилась, хотя вонь от парня помогла не тратить силы на притворство. Она даже думать не хотела о том, что будет, когда Макс спросит у отчима о его «новом» приятеле.

– А чё, Серега? Когда вернется? – Макс сплевывал себе под ноги, все так же глядя на девушку. Он был весь утыкан пирсингом, на поясе вместо ремня, висела широкая металлическая цепь, а штаны цвета хаки был заправлены в военные берцы. Раньше без всего этого железа, она считала Макса симпатичным. У него было мужественное лицо, правильные черты. Но сейчас он скорей напоминал костлявого агрессивного ежа.

А еще, он стал страшным человеком. О нем ходили ужасные слухи, о тех вещах, что он делал, хотя раньше она сомневалась, но сейчас глядя в его безжизненные глаза, могла поверить во что угодно. Макс был сломлен и бездушен.

Машка догадывалась, что тот наверно снова хочет загнать какую-нибудь хрень для колымаги, её отчиму. И что всегда удивляло девушку, тот скупал у Макса все, чтобы он не принес и за любую цену, которую бы не загнул парень. Порой казалось, что отчим может купить даже мусор, если его принесет Макс. Возможно, он просто боялся прожжённого наркомана?

– Вечером дома будет, сейчас он уже на работе.

– Ааа. Ну, давай. И это, Сереге передай, чтобы своих корешей тут не разбрасывал, а то мы подберем. -Компания дружно заржала. Макс еще раз сплюнул, взмахнул на прощанье ладонью с длинными узловатыми пальцами, отвернулся, и, заворачиваясь глубже в старый зеленый пуховик, побрел.

Остальные парни вслед за ним, медленно двинулись в сторону заброшенных гаражей, где обычно любили тусоваться по ночам. Менты к слову, туда носа не совали.

Машка же поволокла, еле передвигающего ноги парня, к себе домой, проклиная свою глупую голову и пятую точку, которая вдруг захотела приключений без ведома хозяйки.

Дома, всё, что она смогла сделать, так это дать незнакомцу воды, стянуть с него куртку с ботинками и уложить его на свою кровать. Тот мгновенно отключился. Пока он спал, девушка обработала его руку, там, где был сильный порез, неуклюже замотала бинтом кровоточащую рану и ушла на кухню.

Девушка так переживала, что за день переделала кучу дел по дому, которыми вовсе не планировала заниматься. Время шло, а неожиданный гость не просыпался, скоро предки должны были вернуться с работы, и Машка начала нервничать еще больше.

Она поняла, что пришло время будить гостя. Девушка на цыпочках подошла к обшарпанной двери своей комнаты, где по-прежнему было темно и тихо. И тогда, набравшись смелости, она легонько потянула ручку двери на себя.

За окном было темно, серые ветки деревьев били по стеклу, подгоняемые порывами ветра. Он находился в незнакомой комнате и лежал на мягкой постели, правда, от него по-прежнему воняло рвотой и помойкой.

Воспоминания стали немного возвращаться. Он заходил в какой-то магазин, пытался спросить, где он находится, но изо рта вырывались только нечленораздельные звуки, и охранник выбросил его на улицу. Ах, да – он порезал руку о разбитую бутылку, что валялась возле помойки.

А что же дальше…? К нему кто-то подошел, вроде девушка? Она кричала на него и даже слегка пнула. Странно. Что же случилось?

Он попытался сесть. В этот раз получилось куда лучше, пошевелил руками и ногами, размял шею. Мышцы болели, но тело его уже слушалось, что не могло не радовать. Может и память скоро вернется? А пока стоит оглядеться.

В комнате был выключен свет, но уличный фонарь ярко освещала помещение. Тут было чисто и хорошо пахло. Ему это очень понравилось. У окна стоял письменный стол с ящиками, на нем ровной стопкой лежали какие-то книги и тетради, стаканчик с ручками и карандашами.

На стене возле маленькой кроватки, на которой он каким-то чудом поместился, висели постеры с музыкальными группами, вырезки из журналов с изображением красивых пейзажей и разные рисунки. На одном, его взгляд остановился, там была изображена маленькая синяя птичка, нарисованная красками. Это показалось ему знакомым.

Напротив кровати стоял небольшой шкаф, забитый книгами, и миниатюрными машинками, коллекция была приличной, и он невольно засмотрелся.

Дверь неожиданно скрипнула и тихонько приоткрылась, из-за неё выглянула девушка с желтыми волосами, хотя корни были темными и сильно отросли. Она, кажется, слегка испугалась, застав его не спящим. Но через минуту уверенно вошла и включила в комнате свет. В глазах тут же вспыхнула резь и в голове запульсировало.

– Как самочувствие? – раздался настороженный девичий голос.

Он хотел было попросить выключить иллюминацию, но глаза стали понемногу привыкать. Взглянув на девушку, что смотрела на него и явно нервничала, он вытянул вперед, замотанную в бинт руку, и с трудом сказал: «Спасибо», – после чего судорожно закашлялся.

Девушка вышла, но тут же вернулась со стаканом теплой воды. Взяв его, он выпил все до капли.

-Ты не похож на алкаша, – у нее был тихий мягкий голос.

Парень пожал плечами: «Не употребляю».

– Алкоголь?

– Вообще ничего, – он не знал, было ли это правдой, но захотел ответить так.

– Вериться с трудом, – она не смотрела на него, а рассматривала ковер под ногами.

Казалось, девушка боялась лишний раз пошевелиться, она, словно приклеилась к дверному проему.

– Просто попал в неприятности. Как тебя зовут?

Она слегка засомневалась, но через мгновенье произнесла:

– Машка. Эээ. Мария, ну короче, Маша, да вот, – она явно нервничала. – А тебя?

А вот теперь настала его очередь растеряться от вопроса. Что он мог ей ответить? Извини, не помню. И тогда бы еще град вопросов мог обрушиться на его и без того тяжелую голову. Да и не очень-то ему хотелось делиться своими проблемами с незнакомым человеком.

Тут он посмотрел на себя, и понял, что с него сняли куртку, девушка поймала его вопрошающий взгляд и, догадавшись, кивнула: «Вон там, на кресле, за кроватью».

Парка, все такая же грязная, но уже, слегка просохшая,

сползла с кресла на пол. Он потянул её на себя и внутри что-то звякнуло. В кармане он нашел связку ключей, телефон и бумажник, который тут же раскрыл. Ему в руки вывалился небольшой пластиковый квадратик. На нем серебристыми буквами было выгравировано имя Растислав Кросс. Сама же карточка была черного цвета. Ну, хоть что-то он узнал о себе.

Не поднимая головы, он ответил: «Моё имя Раст».

И тут же услышал писк, который судя по всему, издала его спасительница. Он повернул голову и увидел, что девушка смотрит на него широко распахнутыми в удивлении глазами, а затем она прошептала слова, которые снова вызвали у него резкую боль в виске и рвоту…

– Так ты Эльф?

Пока его раз за разом выворачивало наизнанку, в голове вспыхнула картинка…

Забитый доверху контейнерами склад, насквозь провонял рыбой. Холодный сырой ветер пробирает до костей. Черный тени по углам, то и дело скользят вокруг него, ластясь, словно голодные кошки. Их длинные хвосты тянутся, то и дело норовят ухватиться.

Он сидел на одном из ящиков, ел безвкусное яблоко. Он не смотрел на человека, что топтался рядом, лишь на его черную дряхлую тень. Человек нервничал в его присутствие, но виду старался не показывать, будто он не учует это липкую, смердящую паутину его страха… Глупый человек.

«Тебе надо добраться до места и доставить посылку в целости и сохранности. Всего лишь, – обладатель скользкой тени, сплюнул и ехидно, скаля желтые зубы, добавил, – это же ты можешь?»

Голов закружилась.

Раст откашлялся, кажется в последний раз, Машка осторожно придерживала его над тазиком, но рвотные позывы пока не собирались возвращаться.

Неужели он и вправду был Эльфом? Так называли людей, обладателей карты Алеф. Официальное название Элеф, в простонородье Эльфы, Альфы, кому как больше нравилось, каждый коверкал по – своему.

Пять лет назад большинство стран перешли на единые пластиковые карты, заменяющие обычные документы. Такая карта содержала в себе информацию о своем владельце, что-то вроде паспорта. Но в 2025 стало известно о разработке новых карт, под названием Алеф. Система Алеф была создана корпорацией D’ELFA (по слухам, являющейся подрядчиком DARPA*), занимающейся научно-исследовательскими разработками за границей, её деятельность обхватывала такие сферы, как биотехнологии, информационные системы, системы связи и многое другое.

Такая карта позволяла владельцу, перемещаться без каких-либо затруднений, через границы многих стран. На карту было нанесено имя владельца, логотип и чип в виде спирали. При проверке службами безопасности, сканирование показывало, в каком статусе пребывает владелец карты. Зеленый цвет, говорил о том, что статус владельца в норме, и его тут же отпускали без других дополнительных проверок. При красном же, Эльфа было необходимо задержать до прибытия спец-группы ELF для выяснения обстоятельств. Прозвище «Эльф» пошло от сокращения названия компании производителя D’ELFA. До недавнего времени картой владели лишь немногие, в основном это были политики и чиновники, военные, но в последнее время ими стали обзаводиться и бизнесмены. Теперь уже те, у кого были деньги и связи могли зарегистрироваться в системе Алеф.

Карта привлекала тем, что вся информация о владельце была засекречена и хранилась в базе данных компании D’ELFA. По всем странам были открыты информационные центры Оракул, где обслуживались владельцы карт Алеф, предоставляющие различные услуги.

Одна из последних разработок D’ELFA, это вживление карты Алеф в руку владельца. Устройство в виде спирали помещали с тыльной стороны руки. После заживления часть спирали оставалась на поверхности, неоновым аккуратным завитком. Цвет, конечно, менялся по желанию владельца.

Многие уже стали отказываться от обычной карты, в пользу спирали. Хотя оставались и те, кто был против своего рода чипирования.

Машка взглянула на часы, время поджимало, и нужно было что-то придумать с этим парнем. И имя у него было необычное. Волосы у него были черные и густые, челка слегка спадала на глаза, виски сбриты, но на затылке скоро можно будет завязывать хвостик. В темных, почти черных глазах, ей показалось, мерцание синих бликов.

Раст с жадностью заглотил еще один стакан воды, что принесла девушка. Он вспомнил, что такое Алеф, но как он стал его обладателем – нет. Обрывки воспоминаний и его имя, к сожалению, не помогали хоть как-то прояснить его нынешнее положение. Что это было за воспоминание, что за посылку ему надо было доставить? Он снова взглянул на девушку.

– Маша, а где мы сейчас? Он решил начать с простого. Девушка удивилась, но ответила.

– В Яме.

Раст продолжал молча смотреть на девушку.

– Ну, короче мы под Москвой, в области.

Он не очень понимал, о чем идет речь, но лишние расспросы ему были не к чему.

Москва, Россия. По своим внутренним ощущениям, ему показалось, что он явно неместный, но он разговаривал с девушкой и понимал её. Всё вокруг определенно выглядит чужим, непривычным, непонятным. Мужчина снова взял в руки бумажник, раскрыл, тот был пуст, только Алеф, не карточек не бумажек. Он еще раз повертел в руках черный квадратик, в самом углу на обратной стороне был логотип, голография – маленькая синяя птичка, так вот, почему рисунок на стене ему показался знакомым. Стоит верить своему внутреннему чутью.

– Почему ты мне помогла?

– Аа? Девушка вздрогнула, очнувшись от собственных мыслей. – Ну, из-за одежды…

– Одежды?

– Да. Ты одет иначе. У тебя куртка дорогая, да и ботинки. Да и вообще весь твой внешний вид, как бы сказать, отличается от местных жителей. Хотя не знаю, с чего я вдруг решилась. Считай, что тебе просто повезло.

Раст лишь кивнул. Странная девушка. Он взял в руки телефон и попытался его включить. Как только проиграла мелодия приветствия, сразу же раздался писк, на телефон пришло сообщение. Внутри зашевелилось неприятное ощущение. Он прочел текст: