- -
- 100%
- +
Пролог
− Проверка окончена. Все пассажиры на местах.
− Отлично. Закрываемся.
Лойолла подождал, когда бортпроводница покинет кабину пилота, и включил аудиосистему связи с салоном для пассажиров.
− Дамы и господа! Говорит командир воздушного судна. От лица авиакомпании приветствую вас на борту самолета. Наш частный рейс выполняется по маршруту Москва – Улан Удэ. Время в пути составит пять часов пятьдесят минут. Желаю приятного полета.
Отключил динамики и обратился уже ко второму пилоту.
− Начнем?
− Ага, − кивнул круглолицый блондин. Бейдж на кармане форменной рубашки не позволял ошибиться в его имени – Алексей Норвежский.
− К взлету готов, − произнес командир в микрофон. Назвал диспетчеру позывные рейса.
− У вас есть разрешение, − подтвердил невидимый оператор. – Ваша полоса ноль четыре слева.
− Вас понял. Полоса ноль четыре слева.
− Сохранять курс. Высота две тысячи метров.
− Вас понял. Сохранять курс. Высота две тысячи метров.
Лойолла слегка повернул шеей в сторону Алексея.
− Мощность на максимум. Набираем скорость.
Летчик тотчас принялся исполнять приказание.
− Восемьдесят, − начал отслеживать скорость Алексей. – Девяносто. Сто. Сто двадцать. Максимум.
− Взлет, − выдохнул командир слово, каждый раз вызывавшее волнение в груди и желудке.
Расслабляться пока еще рано.
− Убрать шасси.
− Шасси убраны, − отчитался Норвежский.
− Закрылки.
− Готово.
Самолет набрал нужную высоту. При полной технической исправности и благоприятном метеопрогнозе воздушному судну предстояло преодолеть четыре тысячи четыреста семнадцать километров.
Взрыв прозвучал на три тысяча сто пятьдесят третьем.
Глава 1. Лиза. Ювелирный холдинг
Линия жизни на теплой ладони двадцатичетырехлетней Лизы Володиной выглядела ровненько, бледненько, без каких-либо кривых и изломанных черточек-узоров. И это странно. Может быть, хиромантия в ее случае дала сбой? Как иначе объяснить отсутствие на кожном покрове какого-либо знака, указания на то, что она сядет в самолет, которому не суждено приземлиться?
***
− Лизон, тебя Антонина ждет, − известила Татьяна припозднившуюся коллегу.
И пока переводчица не умчалась в кабинет шефини, выкатилась из-за рабочего стола на широком кресле усложненной конструкции. Вытянула ноги, обутые в туфли с ремешками «под зебру».
− Смотри, какие шикарные босоножки отхватила. Ползарплаты спустила.
− Что же за туфли такие золотые? – бросила Лиза сумку на тумбу и чуть задержалась у настенного овального зеркала. Наспех пригладила длинные вьющиеся локоны. Никак не могла привыкнуть к слишком яркому рыжему оттенку. Обычно она красила волосы в красный каштан, а тут поддалась на уговоры парикмахерши.
− Сандалики недорого стоят, − любовалась на свою обновку Таня. – Зарплата такая.
− А, ну, если зарплата, − хохотнула Лиза.
Должность Татьяны Кажаевой – руководитель договорного отдела. И оплачивался данный пост, по мнению Володиной, весьма щедро.
Кабинет Гарбовской Антонины Юрьевны, основательницы холдинга «Драго», располагался на третьем этаже бывшего купеческого особняка в неожиданно тихом для столицы районе. Работать в таком здании, где на потолках сохранилась замысловатая лепнина, а кованые лестницы представляли собою произведение искусства, одно удовольствие.
Антонина не стала распекать девушку за опоздание. Не будь веской причины, ее прилежная сотрудница явилась бы на службу вовремя.
− Поезд в метро в туннеле встал, − посчитала нужным сообщить Лиза.
До сих пор было неприятно вспоминать липкий страх двадцати минут пребывания в неизвестности. Поезд просто стоял и не двигался с места. А машинист заперся в кабине и не счел нужным успокаивать граждан.
Она так и не знает, что там случилось.
− Напомни, − попросила Гарбовская, − у тебя отпуск в конце августа?
− Да, − кивнула Лизавета, с интересом посматривая на причудливую золотую брошь в виде паучка. Глазками паучку служили крошечные черные бриллианты. Брошь крепилась к воротнику белого летнего жакета начальницы.
− Отлично, − сделала Антонина какую-то пометку в блокноте с логотипом собственной компании. – Ты мне нужна в начале месяца. Летим в Бурятию второго августа.
Лиза покосилась на подвесной календарь с большими листами. Второе августа уже через три дня.
− Мне начинать оформлять командировочные?
− Да, − одновременно говорила Антонина Юрьевна и отправляла сообщения с корпоративного электронного адреса. – Подай заявку в отдел кадров и бухгалтерию. Я подпишу. И зайди к Роману Николаевичу.
Лизе не требовалось дополнительных разъяснений. Она не первый раз сопровождала директрису в деловых поездках. Подписание Соглашения о соблюдении коммерческой тайны было обязательным.
− Елизавета, − окликнула Антонина, когда девушка уже взялась за бронзовую дверную ручку.
Володина остановилась. Обернулась.
− Тебе понравилась брошка?
− Очень, − честно ответила Лиза.
− Наша новая линейка. С бриллиантами. И попроще – с черными опалами.
Гарбовскую за глаза сотрудники называли Шапокляк. Из-за внешнего сходства с персонажем, придуманным детским писателем. Антонина даже шляпку-цилиндр носила и кофточки с жабо. Прическа − неизменный пучок. Никто точно не знал сколько ей лет. Вероятно, далеко за шестьдесят, но каждый год праздновали сорок девять.
Лиза ее обожала и уважала, а еще испытывала благодарность.
Девушка окончила институт иностранных языков. Несмотря на хороший диплом, она достаточно долго не могла устроиться на хорошую работу. Пока не попала на собеседование в «Драго».
Холдингу, крупному производителю и поставщику ювелирных изделий, требовался переводчик в договорной отдел. И Гарбовская остановила свой выбор на Елизавете Володиной. Что-то такое разглядела в соискательнице.
− Зачем тебя Шапокляк вызывала? – поинтересовалась Татьяна, когда Лиза вернулась уже из кабинета главного юриста Прыткова Романа Николаевича со своим экземпляром Соглашения.
− Предупредить, что в четверг летим в Улан Удэ. Встреча с партнерами. Антонине потребуется переводчик.
− Хорошо, не завтра, − запустила Татьяна пачку распечаток в шредер. – А то я тут одна зашьюсь совсем.
− Ты же сама разрешила девочкам в отпуск в одно время пойти.
− Да, вот такая я добрая, − пропела Таня и переключилась на рабочие моменты: − Заработал роуминг с сайтом иностранных партнеров?
− Нет, − мрачно вздохнула Лиза, предвидя, что большую часть трудового дня она потратит как раз на решение этой проблемы.
− В техподдержку звонила?
− Звонила. И не один раз.
− И?
− Меня там не поддержали, − пошутила Лиза.
В обеденный перерыв решила навестить Агату. Подруга жила неподалеку от здания с вывеской ООО «Драго». Накануне ее уволили из очередной конторы, и Агате не терпелось поделиться с кем-нибудь, помимо мужа, подробностями.
Вообще-то дорогую подружку звали Галиной. Галей Смирновой. Но девушка всячески противилась всему приземленному. Потому-то при получении паспорта и сменила имя на более, с ее точки зрения, звучное. А вот фамилия мужа Агату полностью устраивала. Лиза подозревала, что Виктор Соболянский, кандидат математических наук, был одобрен в мужья не в последнюю очередь из-за выразительной фамилии.
Лизе нравилось бывать в модерновой квартире Соболянских, нравились добрые подтрунивания супругов друг над другом, нравился неизменный оптимизм, царящий в их семье.
− О, Лизхен! – обрадовалась Галя-Агата подруге. – Какой шикарный цвет волос!
− Ты правда так считаешь?
− Когда я тебя обманывала? Огненный определенно твой цвет! А, если еще выпрямишь свои кудри, волосы станут до попы. Это же класс! У меня вот предел – каре до плеч и ни сантиметра более.
− Агата, ты опять изменила интерьер гостиной? – удивленно оглядывалась Лиза. Еще неделю назад комната была оформлена в азиатских мотивах, а теперь пестрела эклектичным неоном.
− Классно получилось, да? – сдвинула хозяйка квартиры в сторону желто-терракотовую штору.
Лиза присела в шаровидное кресло, обтянутое розовым велюром. На полу красовался однотонный изумрудный палас.
− Не понимаю, зачем ты постоянно устраиваешься на должность экономиста, когда у тебя явный талант дизайнера? И за что тебя уволили на этот раз?
− Мой начальник спросил меня, кто из нас глупый, он или я, − потопала Агата на кухню, чтобы предложить подруге что-нибудь из съестного.
Лизе не хотелось покидать удобного кресла, и она спросила, когда Галя вернулась уже с подносом в руках:
− Неужели сказала, что он?
− Нет, конечно, − устроила Соболянская поднос на маленьком столике в виде бочки. – Я сказала ему – Дмитрий Сергеевич, все знают, что вы не нанимаете на работу глупых людей.
Лиза засмеялась, едва не уронила внушительный сэндвич, купленный Агатой в магазине здорового питания.
− Вот, ты смеешься, а меня уволили.
− Прости. Я не над тобой смеюсь, а над тем, что ты своему начальнику сказала.
− Прощаю, − налила Агата апельсиновый сок в высокие бокалы. – А вообще, знаешь, я заметила, мужчины очень глупы.
− Даже твой Виктор?
− Естественно.
− Он же кандидат наук.
− Ой, я не про ученую степень говорю, − отмахнулась Агата. – Представь, когда мне срочно нужны деньги, я затеваю ссору с Виктором и угрожаю съехать от него к своей маме.
− И как это работает? – не поняла Лиза, причем тут мужская глупость.
− Элементарно работает, − эффектно щелкнула Агатка пальцами. – Каждый раз муж дает мне денег на билет.
− Я думала, у вас с Витей полное взаимопонимание, − откусывала Лиза маленькими кусочками от большого сэндвича.
− При полном взаимопонимании отношениям конец, − как всегда проявляла неординарность мышления Смирнова-Соболянская. – Жизнь станет пресной и скучной.
− А тебе все катание на американских горках подавай, − усмехнулась Володина.
− Лизхен, но ведь жить надо ярко. Вот скажи, в ваших взаимоотношениях с Никитой есть фейерверк?
− Мы давно вместе. Время фейерверков прошло.
− Да? Может, поэтому он до сих пор не сделал тебе предложение?
− Агат, опять ты за свое. Никита хороший.
− А что это за определение для любимого мужчины – хороший? – прищурилась подруга. − Мужик должен быть классным! Настолько, что стоит лишь подумать о нем, как внутри все звенеть и вибрировать начинает. Настолько, что к его приходу ты красивое белье надеваешь и ждешь, когда он его с тебя сорвет. Вот скажи, ты одеваешь красивое?
− Я возвращаюсь домой позже него, − напомнила Лиза.
− Вот тебе и ответ – ваша совместная жизнь скучная и пресная.
− Ладно. Вижу, ты совсем не страдаешь по поводу своего увольнения, − не обиделась Лиза на спич подруги. – Мне пора возвращаться на работу.
− Лизхен, красивое нижнее белье дарит поддержку и уверенность в себе, − наставительным тоном произнесла Агатка, когда ее гостья стояла уже на пороге.
− В прошлый раз ты сказала мне, что брендовые сумки поднимают статусность. Я тебя послушалась, потратила уйму денег…
− Да помню я, помню… Сумку у тебя украли, − чмокнула Галя на прощание Елизавету в щечку.
Лиза только и успела выйти из подъезда, да пристроить на глаза солнцезащитные очки, как на дисплее ее мобильного телефона высветился номер Агаты.
− Я у тебя что-то забыла?
− Еще не знаю, − послышался в трубке смешок. – Лизхен, хотела спросить, тебя в аэропорт Никита доставит?
− Да. Он мне написал, что сможет подвезти.
− Мой тебе совет, одень что-нибудь провокационное. Юбку короткую. Или блузочку такую, чтоб декольтированную на грани.
− Зачем? Я на деловую встречу собираюсь, а не в клуб.
− Перед встречей и переоденешься, − настаивала на своем Агата. – А короткое платье заставит твоего Никиту помучиться. Понимаешь? Он будет думать, ты так ради кого-то нарядилась, с кем в Бурятию полетишь. Эх, жалко у тебя не шеф, а шефиня. В общем, юбка сильно короткой должна быть. И грудь свою не прячь. Гарантирую, всю командировку Никитос тебя сообщениями будет забрасывать, а по возвращении с шикарным букетом в аэропорту ждать. А в букете том… колечко заветное.
− Фантазерка, − засмеялась Лиза.
Тем не менее, накануне вылета, возвращаясь с работы, она вышла из душного троллейбуса за две остановки от дома.
В метро, после пережитого страха, не спускалась. Пользовалась наземным транспортом.
Лиза держала путь в крупный универмаг, где уже не раз приобретала стильные вещички по неплохой скидке за счет карты постоянного покупателя.
Чуть больше часа ей потребовалось на то, чтобы сделать выбор в пользу черной кожаной мини-юбки и топа модели бандо в том же угольном цвете.
Конечно, летом хочется видеть яркие и веселенькие расцветки на ткани, прикрывающей твое тело. Но кожаный наряд в сочетании с броским оттенком волос смотрелся на Лизе ослепительно. А от природы разноцветные глаза придавали ее облику колдовского очарования.
Глядела на свое зеркальное отражение и сама себе казалась роскошной женщиной.
Не осталась без внимания и реплика Агаты о красивом нижнем белье.
Правда денег на красивое едва хватило для приобретения двух комплектов. Один наденет сегодня же, второй завтра под кожаную обнову.
Никиту застала за монитором. Составлял очередной программный код для очередного важного клиента. Часто доделывал работу дома. Как и сама Лиза.
− Я купил готовой еды, − при появлении девушки оторвал он взгляд от экрана. – Сам поел. Твоя порция в холодильнике.
− Спасибо, − провела она пальчиками по светло-каштановым вихрам, уложенным в стильную прическу. Никита всегда следил за своим внешним видом.
Хотела поцеловать его, но он уже погрузился в мелькание строк и столбиков на мониторе.
Лиза приняла душ, старательно втерла в тело крем с ароматом персика. Высушила, выпрямила утюжком волосы. Разметала пряди по плечам, груди. Полюбовалась в громоздкое, почти на всю стену зеркало, на то, как красиво подчеркивают ее формы лазурные кружева бюстгальтера и трусиков.
Пальцы Никиты по-прежнему стучали по клавиатуре.
− Не пора ли тебе отдохнуть? – предстала она перед мужчиной в своем новеньком неглиже.
Отвлекся. В карих глазах пробежали искорки. Но сказал совсем не то, что ожидала услышать девушка.
− Лизавета, компьютер занят. Если тебе нужно поработать, возьми ноутбук.
− Ты меня раскусил, − покинули Лизу и уверенность в себе, и желание продолжать игру в соблазнительную кошечку. Она никогда такой не была, нечего и притворяться.
Может, Агата в чем-то права? – кружили мысли, пока пыталась заснуть. Их жизнь с Никитой ровная, скучная, без фитилька и огонька. А ведь три года назад они влюбились друг в друга без памяти и любви предавались где ни попадя. И вот – пожалуйста. Он уже предпочитает работу ее прелестям.
− Спускайся. Я жду у подъезда, − позвонил Никита за два часа до вылета ее самолета.
Машину он всегда ставил в охраняемый гаражный комплекс. Неудобство заключалось в том, что до гаража требовалось еще дойти.
Лиза не успела собраться вовремя, потому Никита забрал ее небольшую дорожную сумку и пошел один, успел подъехать к дому, а она все еще не могла решить – обуть к своему наряду туфли на шпильке или ботинки на тяжелой подошве. Смотрелось по-разному, но в обоих вариантах − стильно.
Сделала выбор в пользу шпилек. Все-таки ее цель заставить Никиту поревновать. Удобные ботинки потом переоденет, в аэропорту.
Накинула кожаную курточку, с утра еще прохладно, да и синоптики прогнозируют смену ветра на более холодный.
− Лизавета? – не остался ее наряд незамеченным.
Никита не спешил давить на педаль газа, изумленно глядел на свою подругу.
Она подумала, что его оранжевая футболка идеально гармонирует с нынешним тоном краски на ее волосах.
− Что? – постаралась Лиза сесть на сиденье автомобиля как можно изящнее. Юбка поползла вверх. Еще сантиметр и станет видно черное кружево трусиков-танга.
− Я не видел на тебе раньше такой одежды, − вынужден был Никита тронуться с места. Позади надвигался темно-синий форд, а дорога во дворе перед многоэтажкой слишком узкая.
− Ты не видел, потому что у меня ее и не было. Купила вчера только. Нравится?
− Мне не нравится, что ты в таком виде отправляешься куда-то без меня. Слишком откровенно. Кто с тобой летит?
− Скорее уж не со мной. Это я лечу с Антониной Юрьевной.
− Лиза, ты должна переодеться.
− И не подумаю.
Рассердилась. Ее мужчина вместо того, чтобы завестись и съехать куда-нибудь на обочину, действительно завелся, да не в том смысле, который подразумевался.
Включила звук на магнитоле погромче, отвернулась к окну, в скоростном потоке машин глядела на быстро исчезающие постройки, поля, кромки редколесья.
Никита крутил руль молча. Иногда посматривал на нее.
Не стал высаживать Лизу у терминала, заехал на необъятную стоянку аэропорта Домодедово.
− Я провожу тебя до стойки регистрации.
− Как хочешь.
− Лиз, не сердись, − заглушил Никита мотор Opel Astra. – Просто я привык, что ты более скромно выглядишь. А теперь на тебя все в самолете будут пялиться.
− Мы частным рейсом летим. Я, Антонина, ее массажистка, счастливо женатый главный юрист фирмы и два телохранителя Гарбовской.
− Вот видишь. Два телохранителя. Какие-нибудь плечистые бравые парни, которые сочтут тебя легкой добычей.
− Женщины.
− Серьезно? – поползли брови Никиты ко лбу, собирая на нем морщинки. – У основательницы ювелирной империи охрана – женщины?
− Ага, − улыбнулась Лиза.
− Ну, ладно. Только пообещай, что на переговоры ты в таком виде не пойдешь.
− Я подумаю, − дразнила она его.
Никита выразительно глянул на нее и вышел из машины.
А под юбку мне так и не залез, − мысленно вздохнула Лиза, когда они уже распрощались, и Никита покинул здание аэропорта, а она прошла паспортный контроль, затем на эскалаторе поднялась в зал для вип-клиентов.
«Агата, он вовсе не приревновал меня, он решил, что я выгляжу легкодоступной», − напечатала она сообщение подруге и приложила фотографию себя в провокационном наряде.
«Костюмчик супер! Не волнуйся. Он просто замаскировал свою ревность под неприятные слова. Вот увидишь, мой прогноз сработает на сто процентов», − не замедлила с ответом Соболянская.
Гарбовская прибыла вслед за Роман Николаевичем. Хмыкнула при виде оголенных ножек переводчицы и углубилась в чтение специализированного бизнес-журнала.
Рейс слегка задерживался, как догадывалась Лиза, из-за пробежавшего через вип-зал высокого мужчины в летной форме.
Наконец пассажиров пригласили в самолет.
Оказалось, что в салоне, помимо их делегации, летит еще три человека. Двое мужчин знакомых между собой. И отдельное место занимала симпатичная блондинка неопределенного возраста.
− Арендовать самолет выгоднее в складчину, − пояснила своей сотруднице Антонина Юрьевна.
Все шло хорошо. До той самой минуты, как Лизу выкинуло в небесное пространство. Самолет разорвало на металлические части. Восемь пассажиров, две бортпроводницы и летчик, скорее всего, не успели осознать, что произошло. Взрыв никому из них не дал и секунды.
А вот Лиза просто вывалилась из кресла в разверзнувшуюся яму.
Глава 2. Игнат. Частный рейс
− Летишь обычным пассажиром? – в притворном изумлении изогнулись идеально выщипанные брови Кармелиты.
− Сегодня, да, − поставил Игнат сувенирную кружку с недопитым прохладным чаем на узкий подоконник, заставленный многочисленными горшечными растениями.
Другого свободного места для чашки попросту не нашлось. Каждый уголок небольшой комнатки в небольшой квартирке был занят изделиями Кармелиты.
При этом помещение не выглядело захламленным и весьма гармонировало с обликом хозяйки – жгучей брюнетки в алом домашнем костюме.
Официальной службой девушки являлась художественная арт-галерея, где она занималась маркетинговым дизайном.
Игнат не сразу понял, что это может значить. И Кармелита прочла ему небольшую лекцию о важности специальной стратегии в привлечении внимания клиентов. Простыми словами, продаваемые в галерее произведения искусства надо было расположить в таких выгодных и эффектных ракурсах, чтобы у потенциального покупателя возникло желание совершить покупку.
Доходы красавицы не ограничивались указанным в трудовом договоре окладом. В Гранаде никогда не иссякал туристический поток, и расписанные Кармелитой чашки, цветочные горшки, камни с видами улочек, гор и достопримечательностей испанской провинции всегда охотно раскупались.
− Надеюсь, ты не забыл про мое день рождение?
− Кармелита, ты напоминаешь мне про него так часто, что я уже внес соответствующую запись в свой полетный график.
− Молодец, − одобрила девушка. – Я поэтому и напоминала так часто, чтобы ты не забыл внести запись в свой полетный график.
Игнат рассмеялся. Несмотря на высокий рост и крупность своего тела, легко поднялся с вольтеровского кресла.
− Мне пора, − поцеловал он Кармелиту в гладкую щечку.
− Buen vuelo. Cuidarse (Удачного полета. Береги себя).
− Nos vemos (До встречи).
Чуть больше семи часов перелета, и он в Домодедово. С собой только ручная кладь. Не пришлось ожидать багажной ленты.
Стоило отойти от паспортного контроля, в кармане брюк завибрировало. Звонил его хороший приятель, летчик с гражданских авиалиний.
− Игнат, ты ведь сейчас в аэропорту? – после обмена приветствиями уточнил Костя.
Голос Тареева звучал взволнованно.
− Смотря какой аэропорт ты имеешь в виду. А так, да. Прилетел из Гранады.
− Я проверял, твой самолет приземлился в Домодедово, − проявил осведомленность Константин. – Игнат, выручи. У меня рейс в Улан-Удэ. Частный. Всего девять пассажиров. А живот прихватило так, что пришлось оставить пилотскую кабину. Представляешь, медкомиссию прошел, полетное задание получил, а как лайнер осматривать стал, так и прихватило. Пришлось возвращаться.
− А что насчет резерва? – не скрыл недовольства Игнат. Он не прочь был побывать в Бурятии. Но не так спешно.
− Резервист прибудет через два часа. А тут частники. Сам понимаешь. Начнут жалобы строчить и компенсации требовать за задержку вылета.
− Не могу, − отказался Игнат. – У меня завтра дежурство в центре катастроф.
− Лойолла, − голос в трубке принадлежал уже не Тарееву.
Усмехнулся. Ушлый Костян разболтал руководству частной авиакомпании, что совсем поблизости находится квалифицированный пилот, а значит, имеется возможность не дожидаться резервника. В следующий раз надо поменьше откровенничать с приятелями и не сообщать всем подряд о своих передвижениях.
− С твоим начальством в центре обо всем договорились. Твое дежурство отменили.
Да, такие вопросы при чрезвычайных ситуациях решались быстро.
− Так как, Лойолла? Как быстро ты сможешь быть?
− Я уже здесь, − распахнул Игнат дверь на пневматических доводчиках в комнату брифинга.
− Спасибо, друг, − приветственно обнял его Костя. Хотел говорить еще, но лицо летчика болезненно скривилось, и мужчина устремился в помещение для свершения естественных нужд.
Выглядел Тареев и правда неважнецки.
− Надеюсь, ты не пил? – пожал руку Игната директор компании авиаперевозчика.
Было искушение соврать. Но что уж теперь, раз такой форс-мажор.
Переоделся в запасную форму. В ускоренном режиме прошел медкомиссию, зарегистрировался в специальном терминале для летчиков и практически побежал через вип-зону, затем по служебному проходу к бетонной взлетно-посадочной полосе, где в ореоле солнечного света замер новенький самолет.
− Если ты бежал, когда за бортом плюс сорок пять, следует минутку подышать и сделать глоток воды, − отсалютовал Игнат пластиковой бутылкой с питьевой водой второму пилоту.
− Сегодня двадцать пять, командир, − протянул ему руку для приветствия Алексей Норвежский. – Рад знакомству. И счастлив, что так быстро резерв нашли. Думал, не меньше двух часов ждать придется.
− С твоей говорящей фамилией надо в Норвегию летать, а не в Бурятию, − включил Игнат все приборы и переключатели.
− Я подал заявку на международные рейсы. Жду ответа, − поделился Норвежский. – Надеюсь, и в Осло доведется слетать.