Королевские псы

Пролог

Королевские псы. Хотя псов среди них давно нет. Только волки. Жестокие и бездушные в обличье человека. Свирепые и смертоносные в шкуре зверя. Убийцы. Сколько столетий существует Королевство, столько столетий псы охраняют его территорию и самого короля.

Их легко узнать. От псов исходит мощная аура физической силы, подавляющая обычных людей. Все они темноволосые, коротко стриженные, с зрачками черного цвета и обязательной сережкой в ухе. Сережка остается даже при трансформации в зверя.

Когда-то они оборачивались в крупных псов. Но, неожиданно для всех, трансформации переродились в волков. Этот феномен связывают с появлением в Королевстве слишком большого количества застрявших. Псы не смогли бы справиться с ними. Волки могут. Но мы все равно зовем их псами. Правда только за глаза и с оглядкой по сторонам, чтобы волки не услышали. Услышат, обиды не спустят.

Королевские смотрины

– Милорд, к замку приближается волк! – на одном дыхании произнес запыхавшийся Лэмик.

– Вот как. Давно к нам не наведывались из дворца. Интересно, что ему нужно? Ты иди, а я пока позову Талулу, – отпустил я слугу.

– Милая, к нам гость из дворца. Лэмик заметил пса, – с нежностью посмотрел я на свою супругу.

Талула была моей второй женой. Первая, мама Сары, умерла семь лет назад. Мы тяжело с дочкой переживали эту утрату. Особенно после того, что случилось с Джахи. Талула, как лучик света, появилась в нашей с Сарой затворнической жизни, которую мы вели в замке, оплакивая свои потери.

Я познакомился с ней на благотворительной ярмарке, куда она пришла вместе со своей дочерью Ликией. Мы разговорились и достаточно быстро поняли, что понравились друг другу. Талула так же, как и я, потеряла супруга несколько лет назад. Ее дочка младше Сары всего на два года, и девочки быстро нашли общий язык.

Уже через месяц после знакомства я сделал Талуле предложение руки и сердца.

– Из дворца? Значит правду вчера говорили в торговых рядах, что король вновь собрался жениться.

В нашем Королевстве браки заключаются раз в три года в месяц, на который указывает провидица. Только в этот месяц пара, заключившая брак, сможет в течение трех лет произвести наследников. Если брак заключается в другое время, зачать ребенка не получится. Дети рождаются лишь от одного союза. Кроме короля. Королевская кровь так сильна, что его наследники могут появляться на свет каждые три года. Но, в браке с разными женщинами. Поэтому, по истечении времени, следуя указаниям провидицы, раз в три года назначаются королевские смотрины, за которыми следуют свадьбы.

– Думаешь, пес здесь из-за приглашения на смотрины?

– Конечно. Ты же сам знаешь, что псы самолично посещают замки только в двух случаях. Если война. Или когда король надумал в очередной раз жениться и женить своих приближенных. Нападать на нас вроде никто не рискует и крепость застрявших волки тщательно охраняют.

На последних словах Талулы я непроизвольно нахмурился.

– Прости. Ляпнула, не подумав.

– Ничего. Ты не виновата. Просто очень трудно с этим смириться. Значит, считаешь женитьба? – постарался отогнать я горькие мысли о сыне.

– Точно тебе говорю. Ликия будет на седьмом небе от счастья.

– А вот Сара вряд ли.

– Пойдем, Герш. Слышишь, Лэмик уже провел гостя в зал. Нельзя заставлять его ждать, – взяла меня Талула под руку.

Волк, не выказывая признаков нетерпения, ожидал в зале. Суровое лицо с несколькими шрамами на лице. В ухе сережка с красным камнем. Проницательный взгляд, от которого мы с Талулой невольно поежились.

– Приветствуем тебя, королевский страж, – первым нарушил я молчание.

– Граф Герш, я здесь по поручению короля, – не стал разводить церемонии гость.

– Через две недели назначены смотрины невест для короля и его приближенных. Провидица определила девушек, указав, что в вашем замке есть две подходящие по возрасту и статусу.

– Это так, – подтвердил я, отправляя Лэмика за Сарой и Ликией.

– Какие земли предоставляют невест? – решил разузнать я побольше, пока слуга ходит за нашими с Талулой дочками.

– В этом году провидица указала на территории пяти южных графств. В смотринах будут участвовать двадцать четыре девушки, – не стал скрывать волк.

– И все двадцать четыре получат мужа? – не удержалась Талула.

– Нет. Женится сам король и двадцать вельмож.

– Значит, три девушки останутся не у дел, – тут же подсчитала Талула.

Волк ухмыльнулся, отчего стали видны резцы его зубов. Я же подумал, что у моей Сары появляется шанс все же избежать замужества. Хотя с ее внешними данными вряд ли она окажется из числа тех, кого отправят домой.

В зал вошла Ликия.

– Простите, милорд, но Сары нигде нет, – стараясь не глядеть на волка, доложил Лэмик.

– Ждать мне некогда. Но, судя по этой, – кивнул гость в сторону Ликиии, – вторая должна быть тоже нормальной.

– Через неделю за девушками приедет карета. Взять с собой необходимые вещи на семь дней. Если их выберут, обо всем остальном позаботится жених, а вам передадут приглашение на свадьбу. Если не выберут, девушку доставят обратно домой, – четко пояснил нам жуткий посланец короля.

К нашему облегчению, он не стал задерживаться в замке и быстро отбыл в соседнее графство, предупредив, что лично заберет всех потенциальных невест и доставит во дворец.

– Какая же давящая аура. Жуть. Я еле выдержала его присутствие рядом, – первой отмерла Талула.

– А это был самый главный волк? – возвращалась из полуобморочного состояния в свое обычное весело-любознательное Ликия.

– Нет, Ликия. У этого в ухе сережка с красным камнем. По волчьей градации – это значит, что у него не самая сильная аура и он не принадлежит к древнему роду. Сильнейшие из древних родов носят сережку с белым камнем.

– Брр. Если такая тяжелая аура у этого, то какая же тогда у тех, кто из древних родов, – передернулась дочка Талулы.

– Я несколько раз находился вблизи волков с белым камнем в ухе. От них исходит ярость и угроза. Простой человек ощущает все это очень отчетливо. Находиться с ними рядом страшно и опасно.

– Наверное они никогда не женятся? Вряд ли найдется дурочка, желающая ежедневно подвергать себя опасности быть загрызенной, – проявила любопытство Ликия.

– Ты удивишься, но дурочки находятся. Некоторые сознательно стараются завладеть их вниманием. Ведь все королевские псы очень богаты. И, по мнению многих женщин, очень хороши собой, – ответил я ей.

– Будем надеяться, что в этот раз псы не будут участвовать в смотринах и нашим девочкам достанутся нормальные мужчины, без всяких трансформаций, – обняла дочь Талула.

– Герш, ты сам поговоришь с Сарой? Или это сделать мне?

– Сам. Для начала надо ее найти.

– Папа, но я не могу ехать. Через месяц заканчиваются каникулы и мне надо возвращаться в Академию. Ты же знаешь, что последний курс самый важный. Только старшему курсу дают окончательное знание. А если я его не получу, то никогда не смогу помочь Джахи, – рассердилась моя любимая дочурка.

Сара обнаружилась у местного знахаря. Старик Ларк знал много чудных рецептов, и Сара постоянно пропадала у него, пытаясь соединить то чему ее учили в Академии с народными средствами. Дочка верила, что найдет идеальную формулу.

– Сара, милая, я все понимаю. Но мы не можем ослушаться приказа.

– А нельзя попросить короля дать мне отсрочку от женитьбы?

– Короля попросить можно. Только, ты же знаешь, он ни за что не отступит от видений провидицы. А в этом году она указала на южные графства и девушек из конкретных родов.

– Но что же делать? Если я сейчас выйду замуж, муж не позволит мне учиться. Кто только придумал этот дурацкий закон, запрещающий замужним учиться.

– Милая, этот дурацкий закон не просто так придуман.

– Да знаю я, знаю, папа. Женщина в Королевстве может родить ребенка только после замужества и только в первые три года брака. А если после замужества женщины будут учиться или работать, они не успеют родить детей, население страны станет сокращаться и нас легко будет завоевать.

– Папа! А ведь пес меня не видел. Может быть найдем за неделю девушку, которую можно отправить вместо меня? – пришло дочке в голову.

– Не получится. Пес тебя не видел, но он различает запах рода. И даже если каким-то чудесным образом нам удастся его провести, провидица моментально обнаружит подмену. А в этом случае, Сара, пострадаем все мы. Король не прощает обмана своим подданным.

– Ты прав, папа. Делать нечего, придется собираться. Но я что-нибудь придумаю, чтобы меня никто не выбрал на этих смотринах.

Я посмотрел вслед своей опечалившейся девочке. На самом деле я не верил, что Сара найдет способ вызволить Джахи. Столько ученых и врачей пробовали помочь застрявшим, ни у кого не получилось. Пусть уж лучше дочка выйдет замуж, а не растрачивает понапрасну свою молодость. К тому же король любит блондинок. А у Сары прекрасные натуральные волосы цвета платины, доставшиеся ей от матери. В сочетании с большими синими глазами, стройной фигурой и утонченными манерами у нее есть все шансы стать женой самого короля. Даже если он ее не выберет, в королевских смотринах всегда участвуют самые завидные женихи. Сара выйдет замуж за какого-нибудь приближенного ко дворцу вельможу, и я буду спокоен за ее будущее.

– Сара, твой папа сказал мне, что ты очень расстроилась из-за этих смотрин.

– Конечно, Талула. Все это совсем не ко времени. Я лишь надеюсь, что меня никто не выберет. Тогда я смогу спокойно доучиться.

– Сомневаюсь, что тебя не выберут, – засмеялась моя мачеха. – Сара, ты очень красива. Только за этот год к тебе сватались три жениха. Причем все выгодные партии. И если, здесь в замке, Герш мог отказывать, ссылаясь на твою учебу, то на королевских смотринах отказы невозможны. У тебя есть шанс вернуться в Академию, только если на твоем фоне остальные девушки будут выглядеть лучше. Поэтому, давай подумаем, как сделать твою красоту не такой приметной.

Талула являлась моей мачехой, но вопреки расхожему мнению, что отношения между мачехой и падчерицей всегда плохие и первая пытается изжить вторую, мы не только не ненавидели друг друга, но и сумели подружиться. Талула мне нравилась за свою добросердечность. К тому же ей удалось возродить интерес к жизни в папе, который после истории с Джахи и смерти мамы впал в жуткую депрессию. С ее дочкой мы тоже быстро поладили. Ликия, смешливая и обаятельная девушка с вьющимися каштановыми волосами, подкупала своим искренним восторженным отношением ко всему, открытостью и любознательностью. Да и совсем небольшая разница в возрасте поспособствовала нашей дружбе. Мне шел двадцать второй год, а Ликие недавно исполнилось двадцать лет.

– Талула, ты действительно сможешь мне помочь?

– Во всяком случае попытаюсь. У нас в запасе неделя для твоего преображения.

– Помнишь, месяц назад мы ходили в театр соседнего графства? – спросила она меня.

– Там, где Ликия все представление восхищалась блестящей театральной люстрой?

– Да, – засмеялась мачеха. – Я к тому, что костюмер этого театра, Рогнеса, моя приятельница. Мы можем попросить ее подобрать тебе невзрачные наряды и какой-нибудь парик.

– Талула, миленькая, поехали к ней прямо сейчас, – воодушевилась я.

– Хорошо, только предупредим твоего отца.

Костюмерша театра, полная и шумная дама, нам обрадовалась. Идея преобразить меня в дурнушку ей понравилась. И в результате тщательнейшей ревизии костюмерной, я стала обладательницей четырех платьев кошмарных фасонов, огненно-рыжего парика и искусственных накладных ресниц, благодаря которым глаза смотрелись неестественно.

– Сара, часть дела сделана, – сказала Талула, когда мы покинули ее приветливую приятельницу. – Теперь надо подумать, как быть с твоими глазами и руками.

– А что не так с моими глазами и руками?

– В том-то и дело, что все так. Такую синеву глаз, как у тебя, не портят даже эти слипшиеся ресницы, что нам подыскала Рогнеса. А твои руки очень изящны и ухожены, с пальчиками настоящей аристократки. Конечно, они такими и должны быть. Но я сама слышала, как молодой граф Корф говорил своему отцу, что готов жениться на тебе ради одних твоих нежных ручек.

– Молодой граф Корф похож на разжиревшего кабана.

– Никто ж не спорит. Но сейчас речь не о нем, а о том, что твои руки не соответствуют образу разбитной девицы, который мы создаем.

– С руками что-нибудь придумаем. А вот по поводу глаз я знаю, что делать. Спасибо тебе, Талула, – поцеловала я мачеху в щеку.

На следующий день я направилась к старику Ларку. Жил он на отшибе и уединенно. Гостей не любил, лишь для меня делая исключение. Он пытался помочь мне спасти Джахи и других таких же несчастных застрявших. Мы вместе искали идеальную формулу. Однажды я спросила Ларка почему он мне помогает.

– Когда-то у меня тоже был брат. Его постигла та же участь, что и твоего Джахи. Тогда, я ничего не сделал, чтобы помочь ему, так как не верил, что это возможно. Ты же, юное создание, сумела убедить меня, что у всех застрявших есть шанс – шанс вернуться, – был мне ответ.

Я рассказала Ларку о появлении пса в нашем замке и о своем желании не пройти смотрины.

– Мне нужна твоя помощь, чтобы изменить цвет моих глаз. Мачеха считает, что они слишком приметные. Я помню, ты делал для одной женщины капли для улучшения зрения, и она жаловалась тебе, что после их применения у нее на время их действия меняется цвет зрачка.

– Да, есть такие. Я могу сделать тебе небольшой запас, чтобы хватило на все время смотрин.

– Спасибо, Ларк! – обняла я старика.

А накануне приезда за нами пса случилось непредвиденное. Ликия заболела. Покрылась жуткой сыпью с волдырями и корками. Приглашенный врач объявил, что сыпь будет держатся не меньше двух недель, и девушке все это время следует соблюдать постельный режим.

Ликия рыдала. И я вместе с ней. «Ну почему, почему заболела она, мечтающая попасть во дворец и стать женой высокопоставленного вельможи, а не я, так страстно желающая остаться дома», – жаловалась я неизвестно кому на несправедливость.

– Папа, а что, если мне тоже сказаться больной? – вдруг осенило меня. – Вы покажете псу Ликию, он удостоверится в подлинности болезни и на меня смотреть уже не пойдет.

– Солнышко, мы не можем так рисковать. Нет гарантии, что он не захочет убедиться собственными глазами. К тому же, ему может показаться подозрительным, что мы уже второй раз не будем тебя ему показывать.

Я дулась на родителя, но в душе понимала, что он прав. Если королевский страж обнаружит обман, всю мою семью накажут.

– Заболела? – холодно посмотрел на отца волк.

– Да, страж, можете проверить.

Волк прошел в комнату к Ликии. Удостоверился, что его не обманывают и приказал мне идти за ним.

Если он и удивился при виде меня, виду не подал, лишь слегка повел носом, проверяя мою принадлежность к роду Серебряных.

Предстала я перед ним в платье, больше похожем на мешок, из разноцветной материи ярко-зеленого и ярко-оранжевого цветов. Костюмерша сказала, что его сшили для полной актрисы, играющей в спектаклях роль смешных тетушек.

Свои платиновые волосы спрятала под огненным париком. В глаза, обрамленные наклеенными ресницами, закапала капли, приготовленные Ларком, и вместо синего они приобрели грязно-серый цвет. «Главное не забывать вовремя капать капли», – напомнила я сама себе. Кисти рук намазала слоем тонального крема, который мне одолжила Талула, нацепила на пальцы некрасивую массивную бижутерию, а ногти неровно обстригла по самый корень. В довершение образа, я сильно напудрилась и накрасила губы морковной помадой.

– Жуть, – прокомментировала Ликия, увидев меня.

А меня обрадовало, что Ликия в этом образе узнала меня только после того, как я с ней заговорила.

Когда мы вышли за ворота замка, я слегка оробела. Перед замком стояла огромная карета с королевскими вензелями, а около нее столпились девушки, видимо те, кого волк забрал из графств раньше. Все они с интересом рассматривали новенькую, то есть меня.

– Ну ты и вырядилась, – не постеснялась заметить блондинистая красавица.

Высокая блондинка с тщательно подведенными глазами, кудряшками, уложенными волосок к волоску, вздернутым носиком и губками сердечком, имела все шансы стать фавориткой короля. Все знали о страсти короля к натуральным блондинкам. В Королевстве таких было мало. В основном все девушки имели каштановый или рыжий цвет волос. Белая краска не приживалась, очень быстро возвращая владелицам естественный цвет.

– Зато не так пресно, как ты в своем наряде дождевого червя, – начала вживаться я в выбранную роль разбитной девицы.

На самом деле наряд блондинки был превосходным. Легкий дорожный плащ из дорогой материи, отливающий стальной нитью, укрывающий от непогоды, под которым виднелось атласное голубое платье.

– Клоунесса.

– Выпендрежка.

– В карету, – прервал нашу пикировку пес.

Внутри карета впечатляла также, как и снаружи. Рассчитанная на двадцать четыре пассажира, она делилась на шесть секторов с мягкими диванчиками. Я заняла место рядом с миловидной девушкой с кругленьким личиком, копной волос интересного оттенка какао и приметной родинкой над губой.

Поблагодарила Лэмика, пристроившего мою сумку в специальный отсек под диванчиком, помахала родным и мысленно пообещала замку в скорости вернуться обратно.

– Вилиния, – представилась моя соседка.

– Сара, – улыбнулась я ей.

– Сара, ты молодец, поставила Розамунду на место. Пока страж Кан ее не приструнил, она требовала пить-есть-остановку.

– Страж Кан – это сопровождающий нас волк?

– Да, мы слышали, как к нему по имени обращается королевский кучер.

– И как этот Кан ее приструнил?

– Он сказал: – Еще что попросишь, отрежу волосы.

Вилиния так смешно это произнесла, подражая интонации волка, что я расхохоталась.

– Она еще и гогочет, как простая девка, – послышался недовольный голос блондинки из соседнего отсека.

– Мой король, но почему я? В крепости застрявших моя помощь нужна больше. К тому же туда продолжают поступать новенькие.

– Потому что, Рой, ты мой самый лучший волк.

– Но как-то же обходилось без меня все эти годы.

– Рой, ты же знаешь, что смотрины – обязательное мероприятие в Королевстве. Может ты и сам подберешь себе невесту.

– Исключено. Вы же прекрасно знаете, что случилось с моими двумя женами.

– Это все потому, что ты женился на безразличных тебе женщинах, лишь выполняя мою королевскую волю. Тира видит, что в Королевстве есть тебе пара. Она считает, что теперь ты должен сам ее отыскать.

– Провидица может и ошибаться. А даже если и так, это не значит, что она среди тех, кто участвует в смотринах. Я не хочу быть нянькой двадцати четырем пустоголовым девицам.

– Двадцати трем. От Кана пришла весть, что одна заболела.

– Не важно. Почему выполнять все их нужды не может кто-то другой?

– Рой, не спорь. Тебе не придется выполнять все их нужды. Для этого есть слуги. Твоя задача обеспечивать их безопасность и нагонять страху, чтобы они не шастали без дела по дворцу и не строили глазки волкам. В прошлый раз твои волки попортили часть невест. Пришлось возвращать дурочек родителям. А в крепости тебя пока заменит Вельт.

– Он согласился?

– Провидица, он не может отказать своему королю. Но, может быть все-таки скажешь зачем Рой нужен на этих смотринах?

– Так надо, – загадочно улыбнулась Тира.

– Ничего себе! – воскликнула Вилиния.

И я была с ней согласна. Дворец, к которому подъехала карета, отличался от всех открыток с его изображением, виденных мною ранее. Открытки просто не смогли бы передать сходство с оригиналом. Я слышала о таких оптических иллюзиях, но видела впервые. Дворец на глазах менял форму и цвет. Вот перед нами шикарная постройка золотистого цвета с множеством изящных башенок, а вот уже неприступная крепость из мрачного серого камня, которая плавно перетекает в фантастический дворец, украшенный фигурами грифонов и драконов.

– Приветствую Вас, милые девушки из южных земель, – подошел к карете сам король.

В отличие от дворца, настоящий король полностью соответствовал изображениям с открыток. Высокий и широкоплечий шатен, сорока пяти лет, с вплетенными драгоценными камнями в длинные волосы. Пытливый, заинтересованный, умный взгляд карих глаз на мужественном лице. Такого мужчину трудно было не заметить.

Мы дружно присели в приветственном реверансе.

И тут же Вилиния, как и еще несколько девушек, бухнулась на колени. Я не поняла зачем они это сделали. По правилам этикета совсем нет нужды падать перед королем ниц. Но если этот поступок можно было охарактеризовать как почтение перед королем, то зачем другие девушки закрывают уши и некрасиво горбятся? Кажется, я одна стою с глупо открытым, накрашенным ярко-морковной помадой, ртом.

– Чертов волк, – услышала я шипение блондинки Розамунды, руки которой дрожали мелкой дрожью.

«Так это волк, подошедший вслед за королем, оказывает такое давление на девушек», – поняла я. Сама я пока ничего не чувствовала, но, чтобы не выделяться, закрыла руками уши и опустила глаза, исподлобья рассматривая мужчину оборотня на вид лет тридцати – тридцати пяти. Достаточно резкие черты лица. Шрам, пересекающий правую бровь. Коротко стриженные волосы насыщенного черного цвета и такой же оттенок зрачка. В ухе сережка с белым камнем. Я считала себя высокой девушкой, но этот волк был значительно выше меня. Он мог бы мне понравиться, если бы не жгучая ненависть, испытываемая мною к этому племени. Я ненавидела псов также сильно, как и ту мерзавку, из-за которой пострадал мой брат.

– Рой, прекрати пугать наших прекрасных гостий.

Волк усмехнулся, но похоже влияние ауры ослабил, так как девушки перестали трястись и смогли выпрямиться. «Ничего себе! Он умеет управлять своей аурой. Видимо из самых сильных», – поразилась я. Мою догадку подтвердил король:

– Дорогие девушки, извините моего главного стража за невоспитанность. Но, с другой стороны, теперь вы знаете, что может вас или ваших недругов ожидать в случае неприемлемого в стенах дворца поведения. Позвольте представить – Рой из рода Алмазных, глава всех королевских волков, самый сильный из когда-либо живущих оборотней. Рой будет отвечать за вашу безопасность и поможет разрешить все возникающие у вас вопросы.

Король был сама любезность, в отличие от Роя, не соизволившего нас поприветствовать. Казалось, мы уже заранее его раздражаем.

– Идите за мной, – сухо бросил он.

Зайдя во дворец, я тут же выбросила оборотня из головы, вместе с остальными девушками зачарованно рассматривая стены с картинами, неожиданно сменявшими облик на стены с коврами. Большая напольная ваза становилась расплывчатой, выдавая иллюзию статуи обнаженной девушки. Рыцарь в доспехах перетекал в образ вепря. Роскошные пальмы в огромных кадках распадались на множество цветущих кактусов. А живые попугаи с ярким оперением исчезали, уступая место пучеглазым совам.

– Пришли, – вывел меня из зачарованного состояния недовольный голос волчары.

Мы стояли у длинного коридора, с двух сторон которого расположились причудливо оформленные двери, ведущие в выделенные нам апартаменты. На каждой двери красовался цветок. Подойдя к той или иной двери, цветок начинал распускаться, проявляя на своих лепестках имя девушки и ее рода.

«Сара из рода Серебряных», – всплыло дождевыми каплями на красном маке, вделанном в дверь зеленого цвета.

– Через час будь готова. Пойдете все вместе на экскурсию по дворцу, после чего первое знакомство в зале смотрин, – достаточно грубо подтолкнул меня королевский пес в приоткрывшуюся дверь.

Апартаменты тоже выглядели с изюминкой. Их форма оказалась не квадратной или прямоугольной, а круглой. Ни одного угла. Даже большое окно, вид из которого открывался на водную гладь озера за дворцовыми стенами, было выполнено в виде овала. Все апартаменты – одна единственная комната. В ее центре помещался странный круглый шкаф. Открыв его двери, я рассмеялась. Это оказался вход в ванную комнату.

Для первого дня смотрин не стала переодеваться, оставшись в своем кричащем оранжево-зеленом платье. Пусть сразу воспримут меня как клоунессу. Глядишь, быстрее домой отправят.

Через час на двери расцвел мак. На его лепестках я прочитала: «Сара из рода Серебряных, пора на экскурсию». Надо же какое чудо. Хорошо, что цветок был единственной иллюзией в апартаментах. Все-таки, не хотелось бы, засыпая видеть одни стены, а проснуться совершенно в другом интерьере. Так и испугаться можно.

– У тебя что другой одежды нет? Вроде графская дочка из хорошего рода, – с любопытством оглядывала меня Розамунда.