Рекламный вояж

Глава 1. Картина

− Вкусно?

− Очень, − аккуратно промокнула Ира салфеткой свои полные губы, стирая с них остатки фисташкового мороженого. Вишневая помада на губах при этом совсем не стерлась.

Парень за соседним столиком, не таясь, следил за ее движениями.

Я уже привык, что где бы мы ни появлялись вдвоем, Ирина неизменно притягивала взгляды. Иногда, правда, несмотря на кепку и солнцезащитные очки, кто-нибудь узнавал меня. Просили автографы и сфотографироваться на память. В такие минуты Ирина брала меня под руку, демонстрируя, что мы вместе.

− В отель или погуляем по городу? – спросил девушку после того, как расплатился с официантом, оставив тому неплохие чаевые.

− Пройдемся по набережной. Потом уже в отель.

Конечно, разве могла Ира упустить возможность лишний раз продемонстрировать свое совершенное тело. Сегодня она одела очень короткий белый с красными маками сарафан на тонких бретельках, открывающий ее красивые длинные ноги и позволяющий всем желающим лицезреть соблазнительно выглядывающую из выреза грудь.

Я познакомился с ней два года назад в Самаре во время чемпионата России по боксу. Она была Ring girls, девушкой, которая выносила на ринг таблички с номерами раундов.

− Поужинаешь со мной? – пригласил я ее тогда после выигранного боя.

− Разве могу я отказать победителю? – сверкнула она своими зелеными глазами.

Вслед за ужином последовал секс в номере гостиницы, забронированной за спортсменами на время проведения чемпионата.

− Возьмешь меня с собой, в Москву? – спросила Ира утром, когда я уже оделся и был готов спуститься к ожидающему микроавтобусу. Предстояло появиться на пресс-конференции и дать несколько интервью.

«Почему бы и нет», − посмотрел я на девушку. Красивая, с потрясающей фигурой. Длинные, до лопаток, блестящие волосы каштанового оттенка. У Иры были большие глаза, тонкая талия и своя натуральная, великолепной формы грудь. Кто ж тут устоит.

− Самолет в восемь вечера. Билет я тебе достану.

За два года Ира стала только краше. Сейчас ей двадцать пять лет и выглядит она умопомрачительно сексуально. Мне нравится появляться с ней на публике. Ее красота оттягивает внимание от меня. Нравится Ира и журналистам, так как она охотно делится с ними подробностями нашего романа, не забывая позировать в выгодных для себя ракурсах перед камерами фоторепортеров. Ира тщательно отслеживает все интернет-ресурсы и таблоиды, где выкладывают и печатают информацию о нашей паре. В последнее время она заостряет мое внимание на тех статьях, в которых журналисты и фанаты интересуются, когда же состоится свадьба чемпиона мира по боксу Архипа Силаева с моделью Ириной Трон.

− Ира, поехали в Ялту? – предложил я ей неделю назад.

− Почему в Ялту? Ты же можешь позволить себе оплатить путевку на Мальдивы или Карибы.

− Могу, но хочу в Ялту.

− И что мы там будем делать?

− В зоопарк сходим. Знаешь, там чудесный зоопарк.

− Архип, тебе двадцать семь лет. В твоем возрасте уже детей нянчат и с ними в зоопарк ходят, − многозначительно посмотрела на меня Ира.

− Не хочешь в зоопарк, сходим в Ботанический сад. Можно посмотреть редкие виды цветов и деревьев. Мы с родителями раньше часто там бывали, и мама всегда покупала семена и саженцы.

− Я же не твоя мама и заниматься рассадой не собираюсь, − продемонстрировала она мне идеальный маникюр.

− А как тогда насчет усадьбы Чехова? У Антона Павловича в Ялте был дом с большим садом, где сейчас открыт очень хороший музей.

Ира хмыкнула, но на поездку все же согласилась.

Мы прилетели в Ялту на пять дней, найдя в рабочих графиках небольшое свободное окошко.

Шел третий день нашего отдыха, и я ждал какого-нибудь удачного момента, чтобы сделать Ирине предложение. Через две недели мне предстояло лететь на сьемки реалити-шоу, на которые согласился под давлением руководства спортивного клуба. За этот клуб я выступаю почти десять лет. Менять его не собирался, хотя предложения и поступали.

− Архип, ты должен поучаствовать, засветить наш клуб, − не убеждал, а давал указание Максим Леонидович, наш генеральный директор.

− Почему я? В клубе ведь много спортсменов.

− Потому что ты медийное лицо. Тебя любят зрители. Чемпион мира к тому же. Когда поступила заявка, мы рассматривали две кандидатуры, твою и Жени Стамыкина. Но у Евгения в сентябре квалификационный отбор. Он не может его пропустить.

− Ясно. А что за формат шоу?

− Да ерунда какая-то. Известным людям надо соревноваться за еду и ночлег. Это не главное. Главное приз.

− Что за приз? – уточнил я.

− Контракт на рекламу на год с крупным коммерческим холдингом. А если рекламная кампания принесет холдингу существенную прибыль, то контракт могут и продлить.

− Архип, в случае победы в шоу, ты будешь получать фантастические гонорары от сьемок в рекламе и можешь стать миллионером. А к нашему клубу появится повышенный интерес со стороны профессионального спорта и общественности. Мы сможем привлечь больше спонсоров.

Я понимал, что спорт тесно связан с коммерческой составляющей. Спортивные клубы стремятся к получению максимальной прибыли, которую можно выжать из спортсменов за счет их спортивных достижений, медийности, рекламы и интереса публики. С другой стороны, спортсменам не на что жаловаться, так как мы имеем свою выгоду, получая хороший доход с видов деятельности, никак не связанных со спортом. И появлению таких доходов атлеты во многом обязаны как раз клубам.

Я согласился и решил перед отъездом на шоу сделать своей девушке предложение. Даже купил золотое кольцо с изумрудом, камнем, так подходящим к цвету ее глаз.

− Архип, кажется, сейчас польет дождь, − смотрела Ирина на стремительно приближающуюся темную тучу.

− До отеля добежать не успеем. Надо найти укрытие, − предложил я.

Люди на пляже спешно сворачивали лежаки, подхватывали вещи и разбегались в разные стороны. Продавцы сувениров накидывали на торговые лотки и палатки специальные пленки, защищая товар от поднявшегося ветра и начинающегося дождя.

Первые, неощутимые дождевые капли, быстро переросли в ливень.

− Сюда, − побежал я в сторону ближайшего здания с навесом над большой, красиво оформленной дверью, подхватив Иру за руку.

Парадная дверь оказалась открыта, и мы очутились в холле выставочного зала.

− Молодые люди, сейчас у нас проходит выставка картин художников Ялты, − сообщила нам смотритель.

− Что просто так стоять, пойдем посмотрим, раз уж сюда зашли, − предложил я.

− Будем насыщаться местным колоритом, − ухмыльнулась Ира.

Я заплатил за входные билеты, и мы прошли в первый зал из трех имеющихся. Без особого энтузиазма посмотрев экспозицию, уже направились к выходу, как что-то зацепило мой взгляд.

− Ира, я сейчас, − вернулся к притянувшей меня картине.

− Я пока посмотрю, что тут в сувенирном киоске продают, − выпорхнула Ира из зала.

Подошел к заинтересовавшей картине, чтобы удостовериться, что мне не померещилось.

Для любого посетителя сюжет полотна мог бы показаться тривиальным. Но, только не для меня. Морская водная гладь, солнышко, слепящее глаза, и катер, уплывающий вдаль. На картине, выставленной в ялтинской галерее, был изображен катер с хардтопом и полузакрытым салоном. Именно на таком катере, с предусмотренной на нем защитой от брызг и непогоды, мы каждое лето плавали с отцом. Я не мог оторвать взгляд от этого катера. Он был тем самым, на котором мы вдвоем бороздили просторы Черного моря.

В период своего взросления, два летних месяца я проводил в детских и юношеских спортивных лагерях. А оставшийся месяц школьных каникул, всегда с родителями в Ялте. И каждое лето отец арендовал у местной лодочной станции один и тот же катер. Договаривался заранее, чтобы к нашему приезду катер больше в аренду никому не предоставлялся.

Я очень любил эти ежедневные морские прогулки под сопровождение любопытных чаек, высокую скорость катера и запах моря. Иногда мы просто катались, иногда удили рыбу. Искали дельфинов и морских черепах. Но чаще, занимались дайвингом. Конструкция катера предполагала специальную дверцу под хранение удочек, садков и оборудования для исследования морских глубин.

Мама редко сопровождала нас, так как уже через пятнадцать – двадцать минут ее одолевала морская болезнь. Дайвинга она боялась, а пойманную рыбу жалела.

− Лучше я полежу на пляже с интересной книжкой, − совсем не тяготилась она тем, что оставалась одна.

Прошло уже десять лет с тех пор, как я был в Ялте последний раз. Отец тяжело заболел. Врачи и лекарства не смогли ему помочь. И после его смерти, мы с мамой в Ялту больше ни разу не собрались.

Именно папа записал и впервые привел меня, семилетнего мальчика, на секцию бокса. И с тех пор бокс стал одной из главных составляющих моей жизни.

Свой первый профессиональный бой я выиграл в восемнадцать лет на чемпионате России в полусредней весовой категории.

− Сынок, я очень тобой горжусь. Не останавливайся, − сказал мне тогда отец.

Это был единственный бой с моим участием на профессиональной арене, который папа успел посмотреть. И каждый раз, особенно в самых сложных противоборствах, когда появлялось желание упасть и не вставать, в голове звучало «Не останавливайся». И я не останавливался, раз за разом выигрывая кубки, звания и медали.

− Архип, ну что ты там застрял? – вклинился в мой поток воспоминаний Ирин голос. – Дождь уже закончился.

− Да вот, картина понравилась.

− Не знала, что ты искусством интересуешься, − потянула меня Ира к выходу.

Только дойдя до отеля, запоздало сообразил, что не посмотрел на имя автора взволновавшей меня картины.

− Ира, мне надо вернуться в галерею. Ты пойдешь со мной?

− Нет уж. Иди сам, если хочешь. А я собираюсь принять душ и привести себя в порядок к ужину.

На мой взгляд, у нее и так все было в порядке, но я не стал заставлять девушку идти со мной обратно. Мы договорились встретиться за ужином примерно через час в гостиничном ресторане и разошлись в разные стороны.

Галерея встретила меня темными окнами и закрытой дверью. Согласно табличке с указанием часов работы выставочного зала, галерея закрылась пятнадцать минут назад. Подойти сюда утром не получится, так как на следующий день у нас с Ирой арендована прогулочная яхта. «Вернусь в галерею после морской прогулки», − решил я.

На месте бывшей лодочной станции расположился современный яхт-клуб. Катеров десятилетней давности тут не было.

− Какие роскошные! – загорелись глаза у моей спутницы.

− Эти яхты предназначены для таких роскошных девушек, как Вы, − сделал комплимент Ирине администратор, встречающий нас.

Не успела Ира покрасоваться перед ним, как мужчина переключился на меня.

− Архип Силаев? Это действительно Вы! Потрясающе! Я видел запись аренды яхты на фамилию Силаев, но думал однофамилец. Знаете, я ведь смотрю все бои с Вашим участием. Ваш апперкот левой – это что-то невероятное.

Ирина нетерпеливо посматривала в сторону выбранной нами яхты.

Заметив ее волнение, администратор попросил у меня автограф и, получив роспись, пригласил нас на борт.

Я давно имею разрешение на управление яхтой, поэтому шкипер нам был не нужен.

Мы вышли в открытое море, не став сильно далеко удаляться от берега.

− Намажь меня пожалуйста кремом, я собираюсь позагорать, − полностью разделась девушка, вкладывая в мою руку тюбик с солнцезащитным кремом.

Я отложил тюбик и притянул обнаженную девушку к себе.

− Архип, не сейчас! Отстань! Тебе ночи не хватило? – отталкивала она меня. Впрочем, не очень активно.

− Ириша, я скоро уезжаю. Возможно, на два месяца. Дай уж напоследок насладиться тобой, − поцеловал я ее в губы.

Она поддалась, увлекая за собой на палубный настил.

Мне нравилось заниматься с ней любовью. Ира была раскованной и в нужные моменты вела себя распутно.

Лежа на палубе яхты, я подумал, что сейчас идеальный момент сделать предложение. Только собрался произнести слова, которые так ждет Ириша, вспомнил, что оставил кольцо в номере отеля. «Ладно, время еще есть», − немного поругал я себя за забывчивость, отправляясь поплавать в открытом море.

− Смотри, похоже что-то горит, − первой заметила дым Ира, когда, вдоволь насладившись морской прогулкой, решили вернуться на берег.

По мере приближения к причалу, пламя стало хорошо видно. К тому же, отчетливо ощущался запах дыма.

− Что это горит? – спросил я вышедшего нам навстречу администратора яхт клуба.

− Выставочный зал на набережной. Уже второй час тушат.

Не попрощавшись с администратором, я бросился в сторону галереи.

− Архип, ты куда?

Я не обернулся и даже не посмотрел, бежит ли девушка за мной.

− Что произошло? – заметил я в толпе зевак женщину-смотрителя, продававшую нам вчера билеты на выставку.

− Загорелся сарай, прямо за зданием галереи. Огонь перекинулся на дерево. А с него через открытые окна на шторы в здании.

− А картины?

− Картины? Картины, слава богу, удалось спасти. Как пожар начался, мы их первым делом бросились со стен снимать. Рамы такие тяжелые. Но ничего, видимо, адреналин нам сил придал. Их Марсель Петрович, наш директор, куда-то увез, − пояснила женщина.

− Архип, что это значит? – раздался за моим плечом недовольный голос Ирины. − Сдалась тебе эта галерея!

Я не стал ей ничего объяснять. Почему-то мне казалось, что девушка не поймет.

На следующий день мы улетели домой, в Москву.

Предложение Ире я так и не сделал.

Глава 2. Рекламный вояж

− Лина, пожалуйста, съезди за меня.

− Тоня, как ты себе это представляешь? Пригласили-то тебя, известную телеведущую.

− Подумаешь, вместо одной Образцовой поедет другая.

− Тоня, нет, я так не могу, да и не хочу совсем. У меня через два месяца вернисаж.

− Я попросила Колю, он все подготовит к вернисажу. Да и не придется тебе на этом шоу торчать два месяца. Зная твою неприспособленность к бытовой жизни, звездные соплеменники первым же рейсом отправят тебя обратно в Москву.

− Все равно нет. С чего ты вообще решила, что организаторы мероприятия пойдут на такую замену?

− А они уже согласились, − огорошила меня сестра. – Я как ногу сломала, мне дирекция канала сообщила, что до вылета в Мексику три дня и замену участнику они найти уже не успеют. Кто в отпусках, у кого эфир, а у кого попросту загранпаспорта нет. И наш главный поставил мне ультиматум – либо ищу замену себе от нашего телеканала для участия в шоу, либо меня навсегда отстраняют от эфира.

− Жестко у вас там. Но я же не работаю на твоем канале, да и вообще на телевидении, − пыталась вразумить я сестру.

− Это неважно. Будешь просто представлять наш телеканал, упоминать о нем в промороликах и во время съемок проекта.

− И что, твоя дирекция вот так просто согласилась отправить вместо тебя не пойми кого?

− Что значит не пойми кого? Во-первых, ты моя родная сестра. Во-вторых, успешный иллюстратор детских книг. И, в-третьих, мой генеральный видел тебя на нашем новогоднем корпоративе. Он в восторге от тебя.

Я вспомнила грузного и громогласного мужчину, часто произносящего тосты.

− Ты говоришь о Каменистом Дмитрии Сергеевиче?

− У тебя отличная память.

− Его лицо слишком часто мелькает в прессе, поэтому и запомнила. А на том корпоративе он ни на шаг не отходил от своей жены. Как он может быть в восторге от меня?

− Лина, Дмитрий Сергеевич после того корпоратива сказал мне, что ты потрясающая, и он не против познакомиться с тобой поближе. Но я соврала ему, что ты замужем и адюльтеры не приветствуешь. А жена сама от него ни на шаг не отходит, беспокоится, что уведут сокровище.

Я улыбнулась, представив Дмитрия Сергеевича в виде чьего-то сокровища. Ассоциации получались не очень.

− А как же Семен? – выдвинула я еще один весомый аргумент в пользу того, чтобы никуда не ехать.

− Семену уже девять лет, и он вполне способен пережить разлуку с тобой. К тому же, на то время, что потребуется моей ноге для восстановления, Петька переезжает к вам. С мамой я уже договорилась.

− Какая ты ловкая. Со всеми уже договориться успела.

− Ты же понимаешь, я не могу потерять эту работу.

Тоню я понимала. Несколько лет назад ее супруг принял решение оставить суетную мирскую жизнь. Он попрощался с женой, их маленьким ребенком и отбыл в Сибирь в общину единомышленников, призывающих отказаться от материальных благ и слиться воедино с природой. Тоня же осталась в Москве, с малышом на руках и ипотечным кредитом.

Сестра не стала оплакивать свою несчастную женскую долю, а решительно взялась строить карьеру успешной телеведущей и, конечно, не была готова с ней расстаться из-за сломанной ноги. Сейчас Тоне тридцать пять лет, а Пете уже десять. И этот конопатый, лопоухий и всегда веселый мальчик всего на год старше моего сына Семена.

− Как называется шоу? – вздохнула, поняв, что не смогу отказать сестре.

− Лина, я так тебя люблю! Спасибо-спасибо, что согласилась! – хотя и не получила еще моего прямого согласия, кричала Тоня в телефонную трубку. − А шоу называется – Рекламный вояж.

ДЕНЬ 1-3

Уже в аэропорту понял, что надо было подробнее расспросить Максима Леонидовича о шоу, на участие в котором подписался. Почему-то я был уверен, что в Мексику летит группа спортсменов, где нам предстоит сражаться друг с другом в испытаниях на выносливость.

− Архип, ты только посмотри, это же сам Сафрон Норин! – заприметила известного актера, провожающая меня Ирина.

− И Саломея здесь!

− Кто?

− Саломея. Ты что, не знаешь ее? Она топовая певица. Каждая ее песня – хит.

− Надо же, а я считал, что Саломея персонаж Нового Завета.

− Такая звездная компания! Вот бы мне с вами! – не оценила моей шутки Ира.

Ира, часами блуждая по интернет пространству, хорошо ориентировалась в мире шоу-бизнеса. Она назвала почти всех, кто отправлялся со мной в Мексику. Не узнала лишь олимпийского чемпиона по биатлону Руслана Маркаева и Кирилла Смутьянова, призера различных велогонок на треке.

С Кириллом мы были немного знакомы, пересекаясь на спортивных мероприятиях.

− Рад тебя видеть, − пожал он мне руку.

− Взаимно, − искренне ответил ему.

− Признаться, я уже подумывал сбежать, − покосился Кирилл на яркую и шумную группу участников шоу, позирующих перед многочисленными камерами.

− Возьмете меня в свою компанию? – подошел к нам Руслан.

Мы с Кириллом понимающе улыбнулись.

− Позвольте Вас сфотографировать, − протиснулся к нам один из фотографов.

Ира встала передо мной, картинно выставив вперед плечико.

− Отлично! Три спортсмена с прекрасной незнакомкой.

− Я не незнакомка, − обиделась Ира. – Я модель и невеста Архипа.

Ирина очень болезненно относилась к тому, что ее не узнавали. Несмотря на яркую внешность, ей пока не удавалось пробиться в мир глянца, о котором она так грезила. Ей предлагали много контрактов. Но в основном, на сьемки рекламы одежды для каталогов или участия в выставочных мероприятиях в качестве красивой вывески.

− Супер! – непонятно чему обрадовался фотограф.

− Уважаемые участники! Минуточку внимания, − привлек всех громкий голос невысокого кругленького мужчины.

− Меня зовут Игорь Владимирович. Я буду сопровождать вас до Канкуна и дальше, к пункту нашего назначения. Передам вас из рук в руки съемочной группе и ведущему. Можете обращаться ко мне со всеми вашими проблемами и вопросами. Обещаю, все решим.

− Игорек, а почему мы не отправляемся на посадку? Ведь наш рейс уже объявили, − панибратски обратилась к нашему сопровождающему ярко накрашенная молодящаяся женщина.

Ирина охарактеризовала ее как светскую львицу, прожигающую состояния трех умерших мужей.

− Магдаленочка, не переживай. Отправимся буквально через пять минут. Один участник немного задерживается. Но мне сообщили, что он уже в здании аэропорта.

− О, Архип, с вами летит Каменистый Дмитрий!

− Ира, это имя мне ни о чем не говорит, − посмотрел я на приближающегося к нашей группе очень крупного мужчину с двумя спутниками, высоким парнем и девушкой, примерно моих ровесников.

− Он генеральный директор и продюсер на телеканале Обозрение. Архип, ты должен с ним подружиться на этом шоу.

− Зачем?

− Каменистый может устроить меня на телевидение. Но без протекции к нему не попасть.

Заметили продюсера и журналисты, направив на него свои объективы. Девушка попыталась отойти в сторону, но Каменистый властной рукой притянул ее к себе. На его фоне выглядела она такой хрупкой, что я невольно подумал, как девушка выдерживает его грузное тело в постели.

− А вот и наш последний участник! – смешно подскочил Игорь Владимирович. − Линочка, прошу, присоединяйтесь к нашей теплой компании, − на удивление легко освободил он девушку из захвата продюсера Каменистого.

− Так это не он с вами летит, − вытянулось лицо у Иры.

Мне стало смешно.

− Мы что с ними будем соревноваться? – негромко спросил Руслан.

− В таком случае у нас есть шанс выиграть контракт на рекламу, − сразу понял я, что биатлонист имеет в виду женскую часть участников шоу.

− Все в сборе. Прошу на борт, − скомандовал Игорь Владимирович.

Я обнял Иру, наблюдая, как хрупкую девушку прижал к себе теперь уже парень из их троицы.

«Совсем в этом шоу-бизнесе стыд потеряли», − усмехнулся я.

Перед дверьми, разделяющими зал ожидания от терминала, обернулся. Ира вовсю кокетничала с продюсером Каменистым.

Мы летели чартерным рейсом в комфортном бизнес-классе. Лететь долго, двадцать часов, поэтому лучше сразу подобрать себе компанию по душе. Я насчитал восемнадцать приглашенных участников. Избегая шумную звездную братию, занял место рядом с Кириллом. Напротив, устроились Руслан и мужчина, казавшийся смутно знакомым. Я его определенно видел, но вот где и при каких обстоятельствах, вспомнить не мог. В аэропорту, в зале ожидания, мужчина держался отдельно от всей группы. Его суровая внешность и все анализирующий взгляд больше соответствовали такой профессии, как военный.

− Матвей Зорин, − представился он.

− Случайно не тот Матвей Зорин, который спас детей во время шторма? – первым узнал его велогонщик.

После вопроса Кирилла, я вспомнил мужчину. О нем снимали большой репортаж. В Карелии, в детском оздоровительном лагере, вожатый повел детей купаться, игнорируя предупреждения синоптиков. На озерах тоже бывает шторм. Так и в тот день, Ладожское озеро заштормило, и купающиеся дети не могли выбраться на берег, сносимые волнами и течением. Матвей Зорин, спасатель МЧС, проводил в Карелии свой отдых с семьей. Он пришел на берег забрать оставленную ранее резиновую лодку и заметил тонущих детей. Матвей толкнул лодку обратно в воду и бросился на помощь. Ему удалось спасти семерых ребятишек разных возрастов. За двоими он нырял. Когда вытащил этих двоих из воды, неясно было выживут ли они, так как вода уже попала в легкие. И все же, врачам реанимации детской Республиканской больницы Карелии удалось вытащить ребят.

− Да, − без всякого позерства ответил спасатель Кириллу.

Я с уважением посмотрел на Зорина.

− Игорек, − а где шампанское? – послышался игривый голос Магдалены.

− А я бы не отказалась от мартини, − вторила ей Оксана Миллениум, девушка с большими ненатуральными губами.

Я запомнил эту Оксану из-за звучной фамилии. Еще в аэропорту, Ирина пояснила мне, что Миллениум известная блогерша. Правда, я так и не понял, о чем ее блоги. Ира как-то туманно выразилась, что у Оксаны блог общего характера.