Черно-белый мрамор

1

Белые и пустые стены веяли холодом и пустотой. Вечер в больнице всегда отличался от дня, как лед и огонь: днем в больнице кипела жизнь, медсестры бегали из отделения в отделение, принося стопки медкарт, подносы с лекарством, пакеты с утренней или вечерне передачкой, прятались от назойливых бабушек, что начали сами ставить себе диагнозы и просили вылечить их от несуществующей болезни; опытные медсестры обычно оставались в регистратуре и ловко отбивали нашествие пациентов, следили за очередями и наличием бахил; врачи же, словно начальники, седили за работой медсестер и медбратьев, занимались непосредственно пациентами и делали обходы. Но уже вечером вся бурная жизнь утихала, шум уменьшался, а местами гас свет.

В каждом отделении находилась своя ординаторская, а в ней стояла маленькая кухня. Ее хватало чтобы разогреть обед или приготовить кофе после тяжелого дня. Обычно по вечерам на кухне обитали только молодые интерны, что из-за своей неопытности оставались на ночное дежурство и те, кто задерживался по своим личным причинам.

Работа в онкологическом отделении, как и в травматологии, на для слабонервных, ведь каждый дня приходится смотреть на усталых, изнеможённых пациентов и их опечаленных родственников, поэтому в онкологическом отделение ординаторская была маленькая, но выглядела она уютно.

За большим квадратным столом сидел высокий мужчина. Перед ним лежали толстые и тонкие папки, из которых торчали бумажки, скрепки и свернутые в несколько раз листы с результатами анализов и исследований. На спинке стула висел белый халат, а бейджик свисал со стола. Чисто черные кудри свисали в разные стороны, слегка мешаясь при заполнении документов.

Белая дверь открылась, запуская а комнату высокую блондинку. Свой важный статус в этой больнице и за ее пределами статус, женщина показала своими строгими нарядами в викторианском стиле. Чисто белые волосы были собраны в тугую косу, а платье подчеркивало тонкую талию.

– Привет. – не отвлекаясь от документов сказал мужчина, – Как дела, Мира?

– Ужасно. – Миранда устало выдохнула, потирая переносицу, – Пять попыток самоубийства. Три не удачные, два еле откачали.

Отделение психологии всегда было полно детей с тяжелой и не очень судьбой. Подростки могли совершить самоубийство из-за не взаимной любви, плохих оценок или чтобы привлечь внимание родителей, но чаще всего все попытки были удачными и из мира уходила еще одна маленькая душа.

– Ужасно. – посочувствовал Роланд, —Хочешь кофе?

– Да, я налью. – блондинка подошла к кухонному гарнитуру, включая чайник. Около небольшого чайника стояла кружка с пакетиками быстрорастворимыми кофе 3 в 1, небольшая сахарница и две башенки из пластиковых стаканчиков, —Тебе налить?

– Да, если не сложно. – Роланд устало откинулся на спинку стула, —Сегодня ко мне поступила маленькая девочка, меньше года. У нее вторая стадия.

– Как у нашей Илии?

– Да, как у нашей малышки. – кивнул Роланд, – Ее родители отказались от операции, в связи с ее стоимостью, но девочка начала проходить курс химиотерапии…

– Жалко их…. И родителей, и малышку. – Миранда оторвала от одного пакетика верхушку и высыпала содержимое в кружку. На небольших часах, висевших в ординаторской, стрелки не спеша двигались по кругу. Время было уже позднее и больница практически полностью опустела, – Направь их потом ко мне, пожалуйста.

– Хорошо, но вынужден тебя огорчить тем, что ты не скоро их сможешь увидеть. – Роланд встал с места и подошел к жене со спины, мягко ее обнимая за талию, —Я выпросил для нас с тобой отпуск. Целых две недели отдыха.

– О это же прекрасно! У девочек начались каникулы, их, наконец, перевели в 10 класс, и мы можем все отдохнуть. – мечтательно протянула Миранда, положив голову на плечо мужа. Она словно совсем забыла о новых пациентах, отдавшись в мечты, перебирая в голове старые планы на отпуска, придумывая куда можно сходит и чем заняться, вспоминая как хороши вечера в компании любимого и бутылки вина или шампанского, что равномерно шипит в стакане, когда пузырьки поднимаются вверх, а по телевизору идет излюбленный фильм для взрослых. Отпуск – то редкое мгновение, каждая минутка, каждая секунда которого ценна как зеница ока и хранится в памяти, на ровне с детскими фотографиями детей, теплыми объятиями между парами и запрещённые ночные встречи в общежитии.

– Может съездим куда-нибудь?

– Куда на пример? – чайник противно засвистел, закипая. Вода светилась нежно голубым светом, а сама вода танцевала неспокойный танец, практически выпрыгивая из чайника.

– Можно съездить к моим родителям.Они уже давно зовут нас к себе.

В комнате повисло молчание. Каждый думал о своем, обдумывая плюсы и минусы предложение. Не так давно одна из их дочерей победила рак, но сахарный диабет продолжал портить жизнь. Обе дочери с большим трудом сдали итоговые экзамены и поступили в 10 класс. Поэтому на эти каникулы у девушек было огромное количество планов, чтобы наверстать упущение за учебниками время и полностью отдохнуть, перед началом учебы.

– Мы должны съездить к твоим родителям. Я устала от города, вечных пробок, проблем с продуктами и в принципе хочу пожить «дикарем». – уверенно кивнула Миранда, протягивая мужу кружку кофе.

– Мы не дикари. – обиженно возмутился мужчина, —Самоа давно считается развитым государством!

– Я не про это.

– Но звучит все равно обидно. – мужчина сжал большими ладонями пластиковый стаканчик с кофе, согревая руки. По какой-то причине лето было холодным и дождливым. Грязь и лужи, оставшиеся еще с весны, совсем не собирались уходить, а наоборот росли с большей скоростью.

Роланд бросил скучающий взгляд на заваленный бумагами стол. Каждая карточка, лист и даже не значительная бумажка были полны короткой аббревиатурой: «TNM». Очень часто между «T» и «N» ставились цифры от 1 до 4, реже между «N» и «M» цифры от 1 до 3, а совсем редко ставились цифры после «М». «М» – самая страшная буква в онкологии, хотя ее значение можно описать парой емких предложений: «метастазы в отдельных органах» или более известная форма, которую обычно сообщали пациентам и их родственникам «Третья стадия рака».

– Дорогая, ты действительно не против поехать на Самоа? Или соглашаешься, чтобы не обидеть меня? – Роланд перевел взгляд на жену, разглядывая ее плавный контур лица, ее слегка пухлые розовые губы и глаза цвета байкальского льда.

– Я считаю, что эта поездка нужна как нам с тобой, так и нашим девочкам. – с улыбкой сказала блондинка, – А раз отпуск мы уже получили, то почему бы не поехать прямо завтра?

– Ну вдруг у вас купальники закончились?

– Нет, еще есть.

– Значит, едем?

–Да.

2

Новый комплекс небоскребов, был возведен буквально за пару месяцев. Квартиры в этом комплексе стоили баснословное состояние, но были и определённые профессии, что получали квартиру бесплатно и практически все известные врачи могли получить там квартиру.

В лобби стояла большая стойка, где сидел администратор, были свободные места где можно было подождать кого-то сидя на мягком диване, в теплом помещении и даже выпить чашку кофе.

На практически самом последнем этаже находилась большая четырёхкомнатная квартира. Хоть квартира, внешне, казалась маленькой, как и все квартиры в доме, но внутри она была просторной, а дизайн богатым. Одним из требований Миранды, при заселении в квартиру, еще во время ее беременности, было наличие действительно дорого дизайна. Все свое детство она провела в старой, пропахнувшей кровью и мясом, юрте, в окружении большого количества оленей и не меньшим количеством младших братьев и сестре. Женщина с большим трудом вырвалась из той жизни и всеми силами ограждала себя вещами класса люкс.

– Думаю, девочки уже спят. – Роланд поставил на белый диван, со встроенной тумбой для обуви, пакет с продуктами, осматривая темный коридор. В узком коридоре практически ничего не стояло, но было большое количество дверей. Сразу после прихожей находилась светлая кухня, а из нее и из коридора можно было пройти в просторную гостиную. После шли спальные комнаты и сан узел.

– Эсме наверное гадает, а вот Илия могла лечь спать. Она говорила, что сегодня опять упал сахар. – Миранда сняла с себя теплое черное пальто и повесила его в шкаф.

В квартире было подозрительно тихо и темно. Из одной двери лился слабый свет от свечи, а в квартире пахло противным и редким запахом жженой полыни. Старшая из близняшек Эсме, что сокращенно от Эсмеральда, зарабатывала гаданием на картах Таро и созданием особых талисманов. Она, как истинная ведьма, считала своим долгом после каждого «клиента» очищать квартиру жжеными травами и чаще всего выбор падал на полынь. Полынь легко достать даже в условиях бетонных джунглей, легко засушить и так же легко использовать.

С тихим скрипом открылась дальня дверь и в коридор вышла среднего роста девушка. Белые афро-кудри топорщились в разные стороны, а на лице были хаотично расположены черные пятна. Она напоминала неизведанную пиратскую карту, а ее нежно голубые, бриллиантовые глаза, словно крестики с драгоценными сокровищами, мягко и тепло смотрели на родителей.

– Привет. – девушка улыбнулась, подходя ближе, – Вы сегодня долго.

– В магазин заезжали. – Роланд мягко улыбнулся дочери, – Как ты, мермер?

– Хорошо. С Филей ходила гулять. – Илия слегка смутилась, а ее щёчки залились мягким румянцем. Роланд горько ухмыльнулся, услышав про молодого ухажёра своей дочери.

– Мы взяли отпуск. – Миранда тепло улыбнулась ребенку и захватив свою сумку, прошла на кухню. По светлой и просторной кухне разливался теплый запах запечённых овощей и блюд из доставки. На столе лежали небольшие коробочки внутри которых лежали небольшие склянки, наполненные различными специями, лепестками разных растений, эфирными маслами разных цветов, запахов и с разным значением. Запах еды разбавлял запах медикаментов и эфирных масел.

– Отпуск – это хорошо. – заключали Илия, следуя за отцом. Девушка мягко улыбалась, поправляя теплое фиолетовое платье. Мелкие рюши, что находились на подоле и рукавах, в купе с аккуратными бантиками в кудрявых волосах, создавали образ милой фарфоровой куклы.

– Мы бы хотели съездить с вами на Самоа. Что ты скажешь?

– Самоа? – Илия задумалась, опустив взгляд в пол. Хоть родители и рассказывали ей и Эсме о поездки на историческую родину папы, когда девочкам было от силы года два, но сама Илия не знала, хотела ли она поехать туда еще раз. Самоа казалось ей пугающим и опасным местом, полным ядовитых насекомых, змей и неизвестных ей видом рыб. Таинственные родственники, о которых в красках рассказывал папа, представлялись совсем не так как должны были, а наличие в своем роду потомственных шаманов слегка пугало и без того перепуганный ужасами больниц ребенка.

– Если вы не захотите, то мы останемся дома. – огорченно пояснил Роланд, раскладывая продукты по местам. Консервы разных видов прекрасно пригодились бы в длинной поездке на остров.

– Я хочу поехать. – неуверенно ответила девушка.

– Точно?

– Да, я хочу туда. – Илия активно закивала, – А мы на долго поедем туда?

– Ну мы хотели не на самолете, а на яхте добираться до туда и примерно три дня в одну сторону. – начал рассуждать мужчина, перекладывая коробочки на другой стол, – Если вычесть 6 дней, что уйдет на дорогу, то практически неделю.

– Это долго… а нас там ждут?

– Конечно.

Илия еще раз кивнула. Ее планы на первые недели лета рассыпались как карточный домик, но тут же созревали новые идеи интересного времяпровождения.

3

Яхта стояла в городе, на побережье Тихого океана. Чтобы добраться до этого города, нужно было два часа лететь на самолете. Времени на рассматривание нового города не было.

Такси быстро ехало по узким улицам, выезжая на побережье. У главного пляжа города стоял большой порт, заполненный частными и государственными яхтами, боксами для их хранения, моторными лодками, а вдали лежали перевернутые деревянные лодки. От воды дул прохладный, соленый ветер и парусные лодки, а так же маленькие яхты, слегка покачивались на ветру. Перед входом на порт, стояла охранная будка и шлагбаум.

– А может поедем все же на самолете? – с опаской спросила Эсме, держа в руках свой чемодан со своими вещами. Каждая поездка на речку заканчивалась для Эсме тем, что она неминуемо уходила под воду, а сковывающий страх мешал всплыть.

– Будет штиль и вода на яхту не попадет. Как и ты в воду. – успокаивающе сказала Миранда, обнимая дочь за плечо, – Будет только чуть прохладно, но мы взяли теплые вещи, и вы не заболеете.

– Эсме, а ты же в курсе, что мы плывем на остров? – заговорчески начала Илия, – Который буквально окружен водой. Не боишься?

– Слушай, ты сама боишься темноты и спишь с игрушкой. Хотя тебе уже 16! – Эсме практически плевалась ядом.

Илия расстроено поджала губы, опуская взгляд вниз. Слова, кинутые на ветер, больно кольнули за самое чувствительное место. Все свое время Илия проводила в двух местах: балетная школа и детская больница. Балетная школа была отдушиной от болезненного времяпровождения в детской онкологии и эндокринологии. Ночи в больницах были пугающие: иногда что-то падало у медсестер или слышались шаги в абсолютно пустом коридоре, но самым главным страха всех детей в больнице становились байки более старших ребят или подслушанные рассказы разговоры медсестер, о призраках живущих в больнице. Маленькая Илия сначала старалась не верить в эти байки, но со временем сама все чаще видела странные красные фигуры. Чаще всего они были залиты кровью, лицо нельзя было разобрать, а ужасные хрипы и стоны испугали бы даже самого бесстрашного взрослого.

– Перестали ссориться. – сердито сказал Роланд, забирая из багажника такси оставшейся багаж. Илия, как и Эсме, забрала свои вещи сама и честно несла свой большой чемодан. Практически все пространство в чемодане занимала любимая игрушка и старые пуанты.

Роланд недовольно покачал головой, подходя к охранной будке. Охранник, пожилой мужчина с небольшим ожирением, лениво отвлекся от просмотра старого и пузатого телевизора, наблюдая из под козырька синей кепки своими мелкими свиными глазками за шумной семьей.

– Здравствуйте. – приветливо кивнул Роланд, – Мы яхту забрать приехали.

– Кто хозяин яхты и кто забирает ее? – недовольно спросил охранник, доставая из выдвижного ящика стола большую записную книжку. Желтые и помятые от времени страницы жалобно шевелились от слабого ветра, а некогда плотная обложка напоминала мочалку.

– Роланд Фосс. Я хозяин, я и забираю.

– Хорошо… – охранник не спеша записывал данные, – Удостоверение и права… ага… номер бокса?

– 765. Уезжаем на 8 календарных дней. – заранее сказал мужчина, – Ключи у меня есть.

Охранник недовольно зыркнул на мужчину и записав последние данные в свою потрепанную жизнью и не только тетрадь, открыл шлагбаум.

– Проходите. Около 759 бокса находиться молодой парень. Он поможет закрыть бокс и вывести яхту если понадобиться. – мужчина махнул рукой в сторону ровно ряда синих боксов и продолжил смотреть громкое реалити шоу.

Порт, хоть и был новым, но те боксы, которые чаще всего использовались казались уже старыми. На некоторых находились большие пятна ржавчины, иногда можно было увидеть дырки в металле, но вот деревянный настил был толстым и по всей видимости его недавно меняли.

– А наш бокс далеко? – любезно спросила Илия, наклонив голову в сторону.

– Я думаю, что 700-ый бокс находится далеко. – скептически ответила Эсмеральда, – Думаю, за день дойдем.

– В следующем ряду наш бокс. – улыбаясь сказал Роланд, поудобнее перехватывая пластиковую ручку сумки. Эсме недоверчиво фыркнула, что-то пробурчав себе под нос. При каждом шаге ее чемодан и небольшой рюкзак издавал характерный звон стекла. Изредка работники порта, что занимались разгрузкой или загрузкой товарных кораблей, оборачивались на звон стекла и ухмылялись.

Однотонные боксы были украшены различными граффити и большими табличками с номерами боксов. На некоторых боксах, таблички с номерами были выполнены в стиле тех самых граффити с забора или же в виде красивого рисунка. Бокс с номером «762» был пописан стоящей на задних лапах и обнимающей всех таксой, выглядывающим из спелого яблока червяком и прекрасным лебедем. Рассматривать с какой хитростью и красотой были подписаны боксы, можно было долго. Илия с восторгом переводила взгляд с одного бокса на другой, стараясь запомнить все что видно.

– А вот и наш бокс! – Роланд резко остановился у одного из боксов, доставая из кармана джинсов связку с ключами.

Бокс выглядел более новым, чем его соседи. Чуть выгоревший на солнце цвет нефрита делал его меньше, чем он есть. С задней стороны, которой и стояли все боксы, находилась маленькая железная дверь.

– А наша яхта большая? – тут же оживилась Илия, наклонив голову в бок на птичий манер.

– Нам хватит. – ухмыльнулась Миранда, поднимая с настила свой чемодан.

Как только Роланд открыл дверь в бокс, из него тут же начал распространятся запах соли, влаги и слегка прогнившего дерева. Внутри бокса было темно, а шум от волн эхом раздавался от пустых стен. От стен бокса шел небольшой пол, а прямо по середине стояла большая коричневая яхта. В слабом свете, льющимся с улицы, было сложно рассмотреть саму яхту, но как только Миранда, с тихим шипением, включила свет яхта буквально засияла.

Ее корпус был сделан под дерево, а лестница и перила второго яруса, где стояли вмонтированные в стены мягкие диваны, были темными, практически черными. Ее носа нельзя было рассмотреть с задней части бокса, но прекрасно можно было рассмотреть, как она выглядела сзади. На небольшой черной двери висела табличка двигателя, а сверху находилась рулевая зона.

– Красиво. – восторженно сказала Илия, – Откуда у нас яхта?

– Мне подарил ее отец, когда я поступил в университет. – Роланд взял в руки большой деревянный трап и положи его на навес и яхту. Трап слегка качался от движений яхты и изредка жалобно поскрипывал, – Так, осторожно и по одному.

Он галантно протянул руку своим девочкам, мягко и подбадривающие улыбаясь. Илия смело шагнула в перед и держась одной рукой за отца, прошла по хлюпкому трапу. Старые и местами прогнившие доски даже не скрипнули под ней, а яхта качнулась от резкого прыжка девушки. Блондинка задорно улыбнулась, смело уходя на нос яхты. На просторном носу яхты располагалась черная лестница, ведущая вниз и дверь. За этой дверь находилась небольшая каюта, что вмещала в себе несколько спальных мест и что-то вроде кухни и гостиной в одном помещении. Илия поставила свой чемодан на палубу, около лестницы и спустилась до двери. Все детали двери были выкрашены в черный цвет и искать ручку пришлось на ощупь. С трудом найдя большую деревянную ручку, Илия сначала потянула ее на себя и когда никакой реакции не последовало, толкнула ее от себя. Дверь под ее обаяние не поддалась и осталась закрытой. Скуксившись, блондинка поднялась на палубу.

– Я боюсь. —слова Эсме эхом разлетелись от пустых стен. Эхо передало все: от дрожи в голосе и пред истерическое состояние девушки.

–Ты не упадёшь. – мягко подбодрил ее Роланд, – Просто держись за меня и за маму.

Илия заинтересованно выглянула из-з рубки, рассматривая темные тени. На корме яхты стояла Миранда, протягивая руку старшей дочери, на настиле стоя Роланд, а между ними, дрожа от страха словно осиновый лист, стояла Эсме. Шатенка зажмурилась и быстро пробежалась по шаткому трапу. Уже на палубе она открыла глаза и с гордостью посмотрела на препятствие.

– Умница. – Миранда мягко обняла дочь за плечо, – Ты справилась!

– Да, я смогла. – Эсме гордо кивнула.

–Ты дашь нам ключи, чтобы мы отрыли каюту? – Миранда посмотрела на мужа, слегка похлопывая дочь по спине.

– Я пойду за работником. Сможешь ее завести? – Роланд передал мужу связку ключей и получив в ответ удовлетворительный кивок, ушел из бокса.

Миранда, словно капитан, гордо прошла по палубе, звонко отбивая ритм своими каблуками. Серая юбка покачивалась из стороны в сторону, а мелкие рюши на подоле слегка подпрыгивали. Пояс юбки, с высокой посадкой, полукругами лежал на ее узкой талии. Белая рубашка практически сливалась с ее кожей.

– Илюша, отойди. – мягко сказала Миранда, спускаясь к двери. Дверь быстро и без усилий открылась, демонстрируя кромешную темноту.

– А как включить свет? – Илия поежилась от страха, вглядываясь в глубь. Чем дольше она смотрела туда, тем отчетливее видела двигающиеся силуэты, стекающую со стен и потолка кровь, а не разборчивый шепот становился все сильнее.

– Завести яхту. Вы пока проходите, а я сейчас приду. – женщина поставила на палубу свой чемодан и развернувшись на каблуках, ушла. Ее шаги долгим эхом раздавались в боксе.

– Пошли. – Эсме махнула рукой в сторону Илии, смело шагая в темноту.

– Нет… я подожду, когда мама заведет яхту. – робко ответила блондинка, переминаясь с ноги на ногу.

– Ну и стой.

Воцарилась тишина, изредка прерываемая дыханием и тарахтением лодки. Темнота сгущалась, окутывая собой все. Паника и страх медленно подступали к горлу, создавая большой и противный ком, мешающий дышат. Шепот усиливался и среди странных, не разборчивых звуков, Илия различала слова, на странном и не знакомом для нее языке. Значение слов, как и переводы целых фраз приходило не сразу, только после повторения: «Найди его», «Он сжег их!».

– Мам, ты скоро? – взмолилась блондинка, закрывая уши руками.

Свет в боксе зажегся, а яхта, перестав тарахтеть, завелась. Равномерное гудение быстро вытеснило странный шум, заполняя собой все пространство. Девушка медленно отодвинула руки от головы, рассматривая черные внутренне стены бокса. Раздался лязгающий звук и большие ворота медленно, скрипя и постанывая открылись.

– Отплываем. Илия, если хочешь остаться, то лучше поднимись на мостик. – рядом с девушкой появился ее отец. Илия, испуганно отпрыгнув в сторону, не сразу поняла, что от нее хотят.

– Что…

– Хочешь посмотреть на то, как будем отплывать?

– Нет… я пойду к Эсме. – блондинка подняла с пола свои вещи и кивнув самой себе, ушла в каюту.

Каюта внутри казалась больше чем есть на самом деле. Сразу напротив входа был стол, а вокруг него был прикрученный к полу диван. Так же было два прикреплённых к полу стула. С левой стороны была небольшая кухня, включающая в себе маленькую раковину, специальную, яхтовую плиту и духовку и такой же маленькой холодильник. Еще было несколько совсем маленьких ящиков, что сливались с дизайном стен.

Чуть дальше начинался узкий коридор, а из него выходило две двери. Одна вела в ванную, а другая в одну из спален. Из двери ведущую в спальню, вышла Эсме, заинтересованно печатая что-то в телефоне.

– Чур я сверху. – тут же бросила шатенка, усаживаясь на мягкий диван.

– А где еще одна спальня? Папа говорил, что места всем хватит. —Илия не спеша пошла в сторону открытой двери.

– Прямо за лестницей.

Илия мельком посмотрела себе за спину и зашла в небольшую комнату. Комната и так была узкой, но с одной стороны стояла дух спальная кровать, высотой до потолка, а у дальней стены, вместо иллюминатора, был шкаф. На кроватях лежал только покрытые пленкой матрасы, а на втором ярусе еще и рюкзак Эсме. Блондинка положила на пол свой чемодан, присаживаясь на уголок матраса. Яхта резко качнулась, завибрировала и начала движение. Илия, от неожиданности, упала на пол. Жесткий и холодный пол стал не самым приятным местом, для отдыха и блондина, поспешила встать на ноги.

– Мы отплыли! – из общей каюты послышался восторженный голос Миранды, – Теперь осталось только доплыть.

4

Яхта быстро рассекала водную гладь. За весь день яхта ни сделала ни одной остановки и успела пройти практически половину пути. Постепенно от воды поднимался пар, окутывая своим «одеялом» все до чего можно было дотянуться. Вместе с паром пришел и холод, пронизывающийся до костей. Солнце медленно заходило за горизонт, раскрашивая разными красками небо и спокойное море.

Практически весь день, Илия просидела в каюте, помогая матери приготовить ужин, разложить по местам продукты и подготовить спальное место для себя и сестры. Эсме весь день просидела за своими картами, делая разные расклады и записывая в свою тетрадь, результаты раскладов. Интернет иногда пропадал, и чтобы не остаться без связи и не подвести своих клиентов, Эсме быстро записывала каждый расклад.

По каюте витал вкусный запах еды, смешиваясь с соленым воздухам за бортом и запахом двигателя, что иногда просачивался во внутрь.

– Доня, – ласково позвала Миранда, разливая по железным тарелкам суп из рыбных консервов. Обычно они редко готовили из консервов или полуфабрикатов, но иногда выбора просто не оставалось и приходилось использовать то что было под рукой, – Отнести тарелки, пожалуйста на стол.