Эльфериум: Наследники престола

Пролог

Штат Мэн, США, 2000 год

Одно лишь золотое сияние вокруг нее выделяло малышку среди остальных детей. Маленькие зеленые глазенки смотрели на меня серьезным, далеко не детским взглядом. Казалось, она хотела знать все на свете, и это ВСЕ она находила в том, что ее окружало. Она не боялась ни меня, хоть и видела впервые, ни мою жену Мерлин, что была далеко не эльфийского происхождения, ни кого-либо еще, встречавшегося нам на пути.

– Со мной ты будешь в безопасности, – прошептал я, заворачивая ребенка в детский конверт.

– Уэсли, – тревожный голос Мерлин раздался возле моего уха, – ты уверен, что нам стоит это делать?

– Наказания не избежать, – с грустью молвил я, легонько покачивая младенца из стороны в сторону и напевая себе под нос убаюкивающую колыбельную. – Она не должна пострадать из-за меня, в Эльфериуме сейчас слишком опасно. Ей лучше остаться здесь, пока все не уладится.

– Но что скажут люди?

– Они не увидят в ней того, что видим мы, – уверял я, прикрывая заостренные концы ее ушей. – Малышка хоть и мала, но способна контролировать свою магию.

– Что если они придут за ней? Она ведь принадлежит эльфам…

– Нет! – воскликнул я. – Она никогда никому не принадлежала.

Жена испуганно осмотрелась по сторонам, все еще опасаясь того, что кто-то из королевской гвардии придет за мной, а тем хуже, за этим маленьким ребенком.

– Не бойся, – я прикоснулся к ее руке, и она тут же перестала метаться из стороны в сторону, – нам ничего не угрожает.

Свободной рукой я притянул ее к себе и приобнял за плечи.

– Зачем она им? Она ведь еще такая маленькая, – продолжала жена, нервно покусывая и без того потрескавшуюся губу.

– Не волнуйся за нее. Эльфы берегли ее более сотни лет, выжидая Святого дня, когда она сможет появиться на свет, неужто ты думаешь, что они посмеют убить то, благодаря чему живут?

Мерлин понимающе кивнула и, тяжело вздохнув, спросила напоследок:

– Как долго она сможет жить вдали от Эльфериума? Что будет с ее силой?

– Ей нельзя находиться среди людей слишком долго, иначе ее сил не хватит, чтобы выжить. Малышке нужно жить как можно ближе к лесу, только там она может полноценно расти, черпая силы из природы.

– Думаешь, это разумно, оставлять ее здесь?

– Это лучшее, что мы можем сделать для нее. К тому же, когда силы ее будут слабеть, я буду приводить ее в Эльфериум. Разумеется, втайне, чтобы никто не узнал.

К тому времени малышка уже спала, я положил ее в кроватку и стал прислушиваться к ее умиротворенному дыханию. С виду и не скажешь, что от этого дитя зависит жизнь всего эльфийского народа. Что если мудрецы напутали с пророчеством?

– Глупец, – сказал я сам себе, осознавая, насколько необдуманный поступок я совершил. Но, как ни странно, сердце подсказывало мне, что это был самый правильный выбор в моей жизни. Я потерял все, чтобы ее защитить, кто знает, возможно, даже не зря…

Из личных записей Уэсли Эберта

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

М.Виноградова

Глава 1. Эльфы

Штат Мэн, США, 2015 год

Поздней ночью, когда все подростки уже давно лежали в кровати и наблюдали за снами, что подготовил им мир Морфея, я перелистывала страницы книги, укрывшись по самое горло теплым пледом. Мои родители давно привыкли к тому, что я не сплю по ночам. Раньше мама ругала меня за это, утверждая, что маленьким детям положено в это время спать, но папа всегда охотно присоединялся к моему любимому занятию и с радостью прочитывал за ночь целую книгу, в независимости от ее объема и количества страниц. Но в этот раз он напряженно поглядывал на дверь, будто из нее должен был вот-вот появиться монстр.

– Уэсли, с тобой все в порядке? – спрашивала мама всякий раз, когда папина кожа приобретала бледный, едва ли не зеленый цвет. Но он будто не слышал ее вопроса и продолжал покусывать нижнюю губу, пока из нее не начинала литься кровь.

Когда стрелка часов перевалила за двенадцать и мои глаза начинали потихоньку закрываться под тяжестью век, раздался звонок в дверь, а позже пронзительный стук, что вывел меня из дремлющего состояния.

– Кому это мы понадобились в столь позднее время? – удивилась мама, подходя к двери.

Папа тем временем вскочил на ноги и взволнованно посмотрел на меня, а через секунду – на дверь. Я последовала его примеру и тоже поднялась на ноги, кладя книгу на тумбочку, а плед на кресло, в котором провела большую часть дня.

Мама открыла дверь прежде, чем успела осознать, что этого делать не стоило. В дом ворвались трое молодых офицера в золотом обмундировании. Они поспешно оградили меня от родителей, чтобы те не смогли ко мне подойти, и выставили перед собой оружие – мечи с золотой рукояткой. Я же, понимая всю безвыходность своего положения, оставалась стоять на месте, во все глаза смотря на незнакомцев, военная форма которых значительно отличалась от тех, что мне доводилось видеть по телевизору.

– Что происходит? – спросила я, но мой вопрос вновь остался без ответа.

Отец молча смотрел на прибывших гостей, время от времени напрягая все свое тело, что делал всякий раз, когда был раздражен или чем-то разгневан.

– Вот мы и нашили тебя, Уэсли, – следом за офицерами в дом вошла высокая худощавая женщина с бледной кожей, несвойственной обычному человеку. – Долго же ты от нас скрывался.

– Старался, – ехидно улыбнулся отец. Миг, и его улыбка исчезла, он осмотрел незнакомку с головы до ног и сердито заявил: – Зачем ты обстригла свои волосы, Арабелла?!

– А зачем ты покинул свой дом? – сердито прошипела она, сверкая золотистого цвета глазами.

– А ты, вижу, ничуть не изменилась: все так же чтишь закон и соблюдаешь правила, – с грустью в голосе проанализировал папа. – Вот только теперь ты стала плохо выполнять свою работу. Как можно было искать меня пятнадцать лет? Я ведь даже никуда не переезжал.

– Ты использовал магию, чтобы скрыться от нас в человеческом мире! – возмущалась женщина, словно ребенок, у которого забрали любимую игрушку. – Ты забыл, что нам запрещено ее использовать без срочной необходимости?

– Не забыл, – улыбнулся отец, явно наслаждаясь тем, как женщина на него злилась. Или он просто был рад ее видеть? – А так же я отчетливо помню, что уже не принадлежу к вашим рядам. Или ты забыла?

Желваки незнакомки ходили ходуном, кажется, она была готова одним лишь взглядом удушить моего отца. На маму, впрочем, как и на меня, никто не обращал внимания, да и мы не спешили встревать в разговор. Наверное, в большей степени потому, что совершенно не понимали, что происходит и кто все эти люди.

– Мы забираем ее в женскую школу колдовских искусств, – заявила женщина с ярко-рыжими волосами, бросая в мою сторону презрительный взгляд.

Улыбка отца тут же померкла, словно потушенная из-за ветра свеча. Посерьезнев в лице, он нахмурил брови, всем своим видом выражая недовольство.

– Я не посмею вам забрать мою дочь! – грозно заявила мама. До этого момента она молчала и не смела произнести ни слова, по всей видимости, была напугана происходящим.

– Это не обсуждается!– строго заявила незнакомка. – Сама природа избрала ее в свои ряды. Мы не смеем идти против правил, – она вновь посмотрела на меня и приказала офицерам: – Уведите ее!

Трое молодых мужчин, превышавшие в росте и массе, схватили меня за руки и попытались вывести из дома, но я старательно вырывалась из их крепкой хватки, бултыхала ногами и во все горло кричала:

– Отпустите меня! Мама! Папа! Что происходит?!

– Подождите! – крикнул им отец. От его серьезного тона они остановились, но сделали это, скорее, по привычке, нежели по собственной воле. – Позвольте мне хотя бы объяснить ей, что происходит. Она же ничего не знает.

Все повернулись в сторону Арабеллы, которой подчинялись офицеры. Секунду женщина размышляла над дальнейшим решением, но в конечном итоге сдалась и позволила мне попрощаться со своими родителями по-человечески. Офицеры меня отпустили, и я в ту же секунду побежала в объятья родителей.

– Джуди, – ласково начал отец, – школа, в которую тебя повезут, сильно отличается от человеческой, но она очень хорошая. Для тебя же будет лучше, если ты будешь там учиться. Тебе там никто никогда не причинит боль. Ничего не бойся, у тебя все получится, – крепко обняв меня за плечи, папа прошептал мне на ухо так тихо, что только я могла услышать: – Быть лучше остальных у тебя в крови.

– Я же вас еще увижу? – спросила я, как только он ослабил хватку.

– Конечно, – улыбнулся он и в последний раз обнял меня на прощание. – А теперь иди, негоже заставлять гостей ждать.

– Уэсли, – начинала мама, – зачем ей туда ехать? Здесь же с ней было все хорошо!

Родители начали спорить: мама рыдала в три ручья и не хотела меня отпускать, в то время как папа твердил, что я обязана обучаться в школе колдовских искусств.

Чтобы прекратить наскучившую дискуссию, бледнокожая женщина схватила меня за руку и силой поволокла за собой в позолоченную машину, что стояла возле дома, словно какое-то архитектурное сооружение. Родители бежали за нами, мама всеми силами пыталась вернуть меня домой, что, к сожалению, оказалось бессмысленным делом.

– Залезай, – приказала мне Арабелла, в то время как один из офицеров открыл передо мной дверь машины, словно какой-то знатной даме из восемнадцатого века.

– Я никуда с вами не поеду! – запротестовала я, скрестив руки на груди. – Я не знаю, кто вы такая и откуда прибыли. С чего бы мне вас слушаться?

– Джуди, – вмешался отец. – Арабелла мой друг, ей можно доверять.

– Пока я рядом, тебе ничего не грозит, – уверяла женщина.

Я подозрительно уставилась на нее и вновь перевела взгляд на папу.

– Обещай, что будешь прилежной ученицей, – произнес он ласковым, заботливым голосом.

– Обещаю, – поклялась я и с неохотой залезла в машину.

На прощание я помахала рукой плачущей маме и взволнованному отцу, только сейчас осознавая, что родители так и не объяснили мне, что же ждет меня в школе и почему меня туда отправляют. Ко всему прочему, я не испытывала ничего, кроме страха. Даже слезы на глаза не наворачивались, что казалось таким странным в связи со сложившимися обстоятельствами.

– Я вас не подведу! – крикнула я им прежде, чем окна машин закрылись и лишили меня возможности запомнить все детали нашего маленького дома, что притаился в конце шумного мегаполиса, подальше от девятиэтажных домов и прочих построений, где всегда скапливалось огромное количество людей.

Как только машина сдвинулась с места, я удосужилась рассмотреть ее должным образом. Салон не представлял из себя ничего особенного, разве что только здесь было слишком светло для ночи. Но я воспользовалась этой особенностью, чтобы повнимательнее рассмотреть внешность женщины, на шее которой, впрочем, как и у меня, красовалась большая белая лилия. Арабелла гордо смотрела перед собой и не обращала на меня никакого внимания, или, по крайней мере, делала вид. Я же, имея настырный характер, поспешила разузнать о происходящем.

– Кто вы такая?! – пожалуй, это было даже слишком грубо, но время назад не вернешь, что сказано, то сказано.

– Твой папа тебе ничего не рассказывал? – она удивленно приподняла правую бровь вверх, немного поворачивая лицо в мою сторону. – Не говорил, откуда он родом и почему у него уши с заостренными концами?

Я нахмурила брови, размышляя над ее словами. На самом деле, я никогда не обращала внимания на уши отца, для меня они не представляли ничего особенного, ведь у меня они тоже были заостренными. На люди меня никто не выводил, по крайней мере, днем, а если это происходило, то только в холодное время года, когда уши можно было спрятать под шапкой или глубоким капюшоном. У мамы же они были обычными, округленными, как у любого другого человека, за которыми я частенько наблюдала из окна своей комнаты, когда те проходили мимо нашего дома.

– Папа говорил, что в его семье у всех такие уши, – вспомнила я, незаметно прикоснувшись к заостренным концам.

– А про лилию на твоей шее ты что-нибудь знаешь? – продолжила спрашивать она и осознав, что я ничего не знаю, продолжила: – Школа, в которой ты будешь учиться, предназначена для эльфов, – женщина вновь повернула голову, гордо вскинув подбородок. – У всех нас есть определенная отметина на шее: у девушек – лилия, а у парней, если ты внимательно присматривалась к внешности своего отца – кленовый лист. Таким образом природа отмечает своих помощников.

– Природа? – уточнила я, не веря, как такое вообще может быть.

– Об этом тебе подробно расскажут в школе, – уверяла Арабелла. – Ну, а если сказать в общих чертах, то тебя научат колдовству. Деревья, цветы и все, что окружает человека – работа эльфов. Всю эту красоту создаем мы, но сперва обучаемся этому мастерству в школе колдовских искусств. После обучения идет распределение, где определяют, к какой лиге мы будет относиться.

– Папа однажды рассказывал мне об эльфах, но я думала, что они – вымысел.

Арабелла возмутительно фыркнула и, скрестив руки на груди, продолжила:

– Эльфы – самые умные создания природы, мы раньше всех остальных учимся читать и писать, мы единственные существа, что в первом же году своей жизни начинают говорить и бегать, словно уже достигли совершеннолетия. Пока дети ходят в детские сады, мы уже читаем книги и обучаемся основам мастерства. Поверить не могу, что твой папа тебе ничего не рассказывал, – добавила она, покачивая головой.

– Вы, правда, друг моего папы?

– Более того, – уверяла она, – раньше мы были с ним союзниками: ходили вместе в бои, сооружали братские орудия… – Арабелла задумчиво улыбнулась своим собственным воспоминаниям, отчего показалась очень милой и беззаботной женщиной. – Но когда Уэсли обручился со смертной, тем самым нарушив закон эльфов, мы с ним сильно повздорили и больше никогда не виделись, – ее улыбка померкла.

Я не стала ее больше расспрашивать на эту тему, но мысленно отметила, что ссора между ними была весьма серьезной и неприятной для обеих сторон.

– Прошло столько лет, а мы только сейчас встретились, – с грустью осознала она. – Он ничуть не изменился.

– Что плохого в том, чтобы обручиться со смертной женщиной? – удивилась я. – Моя мама очень хороший и добрый челов…

Арабелла звонко расхохоталась, тем самым прервала мою дальнейшую речь. Она скептически посмотрела на меня, заявив:

– Эльфы совершенно противоположны людям. Мы создаем природу, люди же ее уничтожают. И это, хочу заметить, далеко не единственная разница между нами. Сравни хотя бы нашу внешность – мы другие.

Я хоть и не знала всех отличий между людьми и эльфами, поскольку только сегодня мне сообщили о том, что я отношусь к последним, но все же я считаю, что Арабелла права – мы отличаемся друг от друга.

– Когда я смогу вновь увидеться с родителями? – перешла я к главному вопросу.

Рыжеволосая женщина на удивление сочувственным, вовсе не презрительным взглядом посмотрела в мои глаза и еле слышно ответила:

– Когда закончишь обучение и пройдешь распределение. А так как ты очень СИЛЬНО отстала от своих сверстников, на Землю ты попадешь не скоро.

– Но…

– Мне жаль, но таковы правила. Эльфам нельзя покидать Эльфериум по собственной воли.

Всю оставшуюся дорогу мы провели в полном молчании. Арабелла все так же продолжала смотреть на невидимую точку перед собой, в то время как я пыталась смириться с мыслью о том, что еще много лет не смогу увидеть своих родителей.

«Несправедливо», – возмущалась я в мыслях, но ничего не произносила вслух.

– Законы эльфов и в самом деле настолько суровы?

– Для нас они превыше крови, – заверила женщина. – Порой они кажутся слишком жестокими, особенно, когда ты еще ребенок, но со временем ты начинаешь осознавать, что только при жестком контроле и установленных правилах можно сохранить единство и преданность народу.

В моей голове крутилось множество вопросов, которые я хотела ей задать, но женщина прервала меня, велев выходить наружу. На улице тем временем уже посветлело, солнце начало подниматься вверх и согревать своими теплыми лучами землю. Мы были далеко от города и страны, в которой я родилась. Высокие девятиэтажные дома и деревья сменились песком и морем, что так пленило в свои объятья. Холодный осенний ветер дул со всех сторон, делая из моих шелковистых волос пугало, что обычно украшало огороды и отпугивало ворон.

На берегу моря стоял огромного размера корабль из того же позолоченного материала, что и одежда офицеров.

– Арабелла Пелинбур, – с поклоном произнес один из подошедших офицеров, по всей видимости, командир эльфов. – Все готово.

Я восхищенно осмотрела его с ног до головы, замечая, что, помимо безупречно красивой униформы, у него безумно привлекательная внешность. Его эльфийские фиалковые глаза были столь красивы, что мне пришлось приложить немало усилий, чтобы перестать глазеть на молодого мужчину с длинными каштановыми волосами.

– Замечательно, – сдержанно улыбнулась бледнокожая женщина.

– Как прошла поездка? – эльф перешел к менее официальному тону, как только офицеры, что сопровождали нас всю дорогу, направились в сторону корабля.

– Лучше, чем я ожидала, – спокойно ответила она, все же пытаясь вести себя сдержанно. – Как твой отец, Джейк?

– Ему становится все хуже, – с грустью в голосе заявил он. – Даже колдуны не могут ему помочь, говорят, он слишком слаб для колдовства.

– Неудивительно, что его тело перестает бороться, он прожил более шестьсот лет. Это немалый срок для эльфа.

– Понимаю, – кивнул тот, – но отец продолжает твердить о смене должности. Считает, мне будет лучше в королевской гвардии. Говорит, это позволит мне обеспечить дальнейшее существование и даст возможность жить дольше остальных.

– Так почему ты не хочешь служить королевскому роду?

– Потому что тогда я не смогу больше видеть одну прекрасную даму, что пленила мое сердце, – он с любовью посмотрел на Арабеллу, та же покраснела и смущенно отвела взгляд в сторону.

– Мне нужно уточнить некоторые дела с главнокомандующим Моррисоном, – поспешно пролепетала она, дабы нарушить затянувшуюся паузу. – Ты не мог бы присмотреть за ней? Я скоро вернусь.

Она побежала прочь, не давая ему возможности ответить.

– У меня есть имя, – крикнула я ей вслед, по-детски надувая губы.

Арабелла поспешно убежала на корабль, тем временем как красавчик эльф провожал ее томным взглядом.

– Вы ей нравитесь, – уверенно заявила я, тем самым напоминая о своем присутствии.

Незнакомец на мои слова лишь звонко расхохотался и с надеждой в голосе признался:

– Хотел бы я, чтобы это было правдой.

– Вы очень красивый, – без всякого смущения добавила я, мило улыбаясь. – Разве все сердца дам не принадлежат вам?

– Я хоть и эльф любви, но моя магия не в силе покорить сердце одной прекрасной дамы, – с тоской улыбнулся он, – а все потому, что Арабелла безрассудно влюблена в другого эльфа.

– Еще более красивого, чем вы?

– Возможно, – пожал он плечами.

– Уверена, вы нравитесь Арабелле, – стояла я на своем. – Думаю, она просто сама не осознает этого.

– Откуда же в столь юной особе столько знаний о любви? – удивился он. – Сколько тебе лет?

– Пятнадцать.

– Отличный возраст! Помниться мне, как я в пятнадцать лет познал магию природы, – мечтательно вспоминал эльф. – А ты часом не из рода предсказателей или любовных уз?

– Нет.

– Тогда как же тебя зовут, дитя?

– Джуди Эберт, – гордо заявила я, вскинув подбородок, как это частенько проделывала Арабелла.

Но эльф не ответил на мои слова той же улыбкой, напротив, он нахмурился и серьезным тоном спросил:

– Ты дочь изменника?

Глава 2. Эльфериум

– Что? – переспросила я.

– Ты дочь предателя Уэсли Эберта?

– Вы называете моего отца предателем только потому, что он женился на человеке, а не на эльфийской даме? – удивилась я.

– Его брак с человеком лишь цветочки по сравнению с тем, что он совершил.

– И что же он сделал? – спросила я уже приготовившись защищать имя своего отца.

– Он…

– Джейк Бенсон! – громко крикнула Арабелла с борта корабля.

Эльф, завидев ее, разражено оскалил зубы и подождав пока женщина подойдет к нам, спросил:

– Почему ты не сказала, что отправилась к нему?!

– А я обязана перед тобой отчитываться? – фыркнула молодая женщина. – Зачем мне рассказывать о своих делах если ты все равно будешь надо мной надсмехаться?

– Я никогда не…

– Ты считал, что это глупо – искать Уэсли, – перебила она его.

– Да! – не стал тот возражать. – Не могу поверить, что после всего, что он сделал, ты все еще надеялась на его возвращение.

– Он мой побратим, конечно я хочу, чтобы он вернулся, но так же я понимаю, что это невозможно.

– Тогда зачем ты снова поехала его искать?

– Я искала его дочь! – крикнула Арабелла раздраженно. – Я выполняла свою работу, как того требует закон, так что не смей меня осуждать!

Эльф на минуту замолчал, но не сводил взгляд с женщины, что была раздражена не меньше его.

– Зря ты привела ее сюда, – заявил он спокойным тоном. – Сама знаешь, что ничего хорошего из этого не выйдет. Она не сможет здесь спокойно жить, а всему виной твой любимый Уэсли.

Эльф ушел прочь оставляя после себя еле ощутимый запах лаванды. Арабелла продолжала стоять на месте, раздраженная словно черт.

– Поднимайся на борт, – как можно спокойнее произнесла она и сама ринулась в сторону корабля.

Мне безумно хотелось разузнать о деяниях отца, но никто не обращал на меня внимание, а тем более не слушал. На корабле все расхаживали со стороны в сторону, толкая меня, то к одному, то к другому эльфу.

– Джуди! – позвала меня Арабелла. – Иди сюда.

Она стояла возле штурвала с полноватым длинноволосым эльфов, который, по всей видимости, был капитаном корабля.

– Здравствуйте, – произнесла я немного замявшись. Как мне к нему обращаться? Капитан? Сэр? Эльф?

– Здравствуй, дитя, – лучезарно улыбнулся он. – Я главнокомандующий Джон Моррисон, а также давний друг твоего отца. Ко мне ты всегда можешь обращаться за помощью.

– Даже несмотря на то, что я дочь предателя? – уточнила я.

Взрослые переглянулись между собой и только Джон ответил:

– Мы не считаем твоего отца предателем. Он всегда будет для нас другом.

– Если вы его друг, – продолжила я, всеми силами пытаясь оставаться в бодром расположении духа, – можете ли вы рассказать мне о моем отце? Почему все твердят, что он изменник?

– Я отвечу на все твои вопросы, но только завтра, – продолжил он бархатным голосом. – Ты слишком устала для того, чтобы воспринимать все здраво. Полагаю, ты много потрясений испытала за сегодня.

Не дожидаясь моего ответа Арабелла заявила:

– Пойдем, я провожу тебя в комнату.

Буквально через пару минут я оказалась в подвальном помещении корабля, где неподалеку от маленького круглого окна висел гамак и покачивался со стороны в сторону.

– Это, конечно, не то, к чему ты привыкла, но уверяю, в Эльфериуме тебя ждут едва ли не царские хоромы, – заверяла женщина.

– В Эльфериуме? – переспросила я.

– Это родина эльфов, – пояснила она. – Уверена, тебе там понравится. Твой отец обожал лесную рощу и частенько играл там на скрипке.

– Папа мне этого никогда не рассказывал, – с грустью сообщила я.

– Думаю, он просто надеялся, что ты сможешь жить, как любой дугой нормальный ребенок.

Я задумалась над ее словами и даже не заметила, как Арабелла вышла из комнаты, но отчетливо помнила, как она пожелала мне доброй ночи. Я не стала долго вертеться в гамаке и быстро уснула.

Мне снился отец, он широко улыбался мне и оживленно махал рукой, зовя к себе.

– Джуди, иди сюда! – кричал он.

Я радостно подбежала к нему, в надежде обнять, крепко-крепко, насколько хватит сил, но он от меня удалился. И делал это всякий раз, стоило мне только подойти к нему хоть на шаг ближе.

– Подожди меня! – кричала я ему. – Куда ты идешь?

– В лесную рощу, – улыбался он все с той же добротой.

Игра в догонялки продолжалась до тех пор пока мы не очутились среди высоких могучих деревьев и пышных сосен. Они радостно поворачивали свои листья и иголочки к солнцу, что сияло так же ярко, как и летом. Всюду пели птицы и бегали животные, но никто, даже медведи и волки не трогали нас.