- -
- 100%
- +
Дима не отвечал на мой звонок. Я расстроенно сбросила вызов – надоело уже слышать эти длинные гудки!
А так хотелось поделиться с любимым крутой новостью: меня отправляли на экологический форум в качестве фотографа – потому что основной фотограф заболел! Жаль, что заболел не журналист, но и так сойдет. Это было первое мероприятие подобного уровня, на котором я буду с бейджиком «пресса». Я – студентка второго курса журфака, стажер скромной газетки, даже без зарплаты! Это был просто дар небес, и моё счастье не знало границ.
О болезни фотографа стало известно буквально за два часа до мероприятия, так что я собиралась как метеор. Надела строгий брючный костюм, блузку, туфли без шпилек – и в очередной раз порадовалась, что Дима без всяких возражений оплачивал все мои покупки. Живи я на одну стипендию – не смогла бы даже нормально одеться на такое мероприятие.
Представляю, как удивиться Дима, когда увидит меня там. Он-то получил приглашение на этот форум еще месяц назад, как один из топ-менеджеров нефтеперерабатывающего завода.
Я схватила фотоаппарат, сумку и выбежала из квартиры. Такси быстро домчало меня до места и вскоре я уже стояла в толпе журналистов у здания центральной галереи. Всё вокруг было украшено, над толпой стоял гомон, сверху нависали микрофоны-удочки, тут и там видео-операторы настраивали камеры, а во мне диким огнём горели адреналин и экстаз. Я была в самом центре чего-то настолько масштабного, чего-то настолько крупного! Завтра мои фотографии будут на первой полосе нашей газеты! Завтра только и разговоров будет о том, чему я стану свидетельницей уже сегодня!
Я просто физически не могла стоять спокойно. Подпрыгивала, приплясывала и счастливо улыбалась.
– Сейчас начнут подъезжать участники, – Галина, журналистка, взяла меня под локоток и потащила вперёд. – Давай-ка подойдем поближе к пресс-воллу.
Мы протиснулись вперёд как раз во время. К стенду для фотосессии стали по очереди подходить спикеры форума – солидные дяди, бизнесмены и воротилы со своими дамами. Они недолго позировали нам, и я очень надеялась, что мои кадры будут хорошими.
Наконец я увидела, как к стенду идет Дима. Такой красивый, такой стильный! В костюме, с уверенной улыбкой!
А под руку с ним шла… какая-то женщина. В роскошном платье, вся такая утонченная…
Я нахмурилась, а мое сердце забилось быстрее – от непонимания, от дурного предчувствия.
– Кто это? – быстро спросила я.
– Таев, – раздраженно ответила Галина. – Фотографируй давай.
Я подняла фотоаппарат, но руки казались совсем задеревеневшими.
– А рядом с ним кто?
Может, сестра? Тетя? Четвероюродная племянница? Что это за женщина?!
– Жена.
Испарина выступила у меня на лбу. Закололо где-то в солнечном сплетении.
– Чья? – тупо спросила я.
Может, жена директора завода? Или коллеги какого-то?.. Я же не знала толком его окружение, мало ли кто это мог быть, верно? И мой мозг лихорадочно искал варианты.
– Господи, Олеся, – возмущенно прошипела Галина. – Это Таев со своей женой. Фотографируй уже! Они же сейчас уйдут!
Со своей женой?!
Он был женат?!
Всё это время?!
Что?.. Что вообще это означало?..
Щелчок фотоаппарата. И еще.
Он скользил взглядом по журналистам. Всё с той же самоуверенной улыбкой, такой же преуспевающий… Всё так же приобнимающий свою красавицу-жену.
А я фотографировала их. Пальцы работали на рефлексах, потому что внутри меня словно взорвалась ядерная бомба. Сердце молотило, как бешеное, легкие хрипели, в глазах – какая-то рябь. Руки дрожали, а колени вот-вот должны были подогнуться.
Хотелось орать! Швырнуть в него камеру! Швырнуть ему свое сердце под ноги – пусть топчет, раз уж начал!
И хотелось исчезнуть, испариться, перестать существовать по щелчку пальцев!
Но я стояла. И фотографировала.
А когда его взгляд дошел до меня – я не выдержала. Опустила камеру вниз.
И он узнал. Увидел! Понял!
Улыбка наполовину стекла с его лица, превратившись в ухмылку. Взгляд его потемнел. Что там было – страх? Растерянность? Злость? Я не знала. Только резко почувствовала свою неуместность. Будто должна была извиниться! Будто это я пришла с мужем! Будто это я обманула!
Скотина!
Я через силу растянула губы в улыбке и нажала кнопку фотоаппарата.
Прекрасное фото на память, не так ли?
Муж и жена!
И этот самый муж так часто шептал мне слова любви! Обещал мне, что мы навсегда друг у друга! Что я – самое ценное в его жизни!
Какой же козел!..
Горло свело спазмом. Внутренности будто скрутило.
А жена что-то шепнула ему на ухо, и он кивнул ей! Повёл дальше! Слушать всех этих шишек на форуме! Общаться про экологию! Договариваться о совместных проектах!
Потому что и дела ему не было до меня!
Обманщик чертов!
Я сорвала с шеи лямку фотоаппарата и сунула в руки Галине.
– Ты чего, Олесь? – не поняла она.
– Меня сейчас вырвет, – предельно честно прохрипела я и поспешила прочь, расталкивая других более везучих журналистов.
Которые не спали с Таевым. Которых он не целовал. Которых не сжимал в своих руках до сладкой боли.
И которые, наверняка, прекрасно знали, что этот ублюдок был женат…
Десять лет назад - 2
Я ворвалась в квартиру тяжело дыша, будто за мной гналась стая волков.
Захлопнула дверь и стекла по стене.
Господи! Так ведь и квартиру эту он мне арендовал! Сказал – чтобы не приходилось ютиться в общаге! Но на деле – видимо, чтобы просто было, где спать со мной! Ведь даже к себе меня ни разу не приглашал!
Еще бы, у него же жена дома!
А мне квартиру снял как… Как любовнице?!
Новый спазм скрутил мое тело, и я громко взвыла от боли.
Любовница?!
Я была любовницей?!
Я помнила свою маму, как она рыдала заперевшись в ванной, когда узнала, что у папы есть другая. Я поклялась себе тогда, что никогда в жизни не переступлю эту черту! Что лучше уеду на северный полюс, чем с женатым буду.
И вот я здесь! Спала с женатым! Верила этому козлу!
Черт, да как же он мог?!
Сволочь двуличная!..
Мой телефон надрывался в сумке. Достала его, сквозь слёзы увидела надпись на экране «Дима» и по привычке нажала «принять вызов».
– Олеся! – его голос был напряженным. – Олеся, дождись меня дома. Слышишь? Я всё объясню! Просто дождись меня.
– Когда… когда ты придёшь? – всхлипывая спросила я, парадоксально мечтая услышать от него «уже подъезжаю».
Чтобы утешил, чтобы успокоил! Чтобы зацеловал!
Чтобы залюбил… меня, свою всего лишь любовницу!
– Думаю, часа через два мероприятие закончится, и я приеду, – его голос стал собранным, будто я успокоила его своим вопросом. – И ничего не придумывай, хорошо? И не предпринимай. Дождись меня. Пожалуйста.
– Милый?.. – послышалось откуда-то издалека в телефонной трубке.
Я молниеносно нажала «отбой», отбросила телефон и заорала во всё горло.
Милый!
Чертов милый муж!
Прости, дорогая, нужно было успокоить любовницу.
Я понимаю, милый…
Ааааа!!!
Да как же это больно!
Так гордилась им! Так гордилась нами!
Такой мужчина – и так полюбил меня! Умный, красивый, сильный, добрый, щедрый! Да у него из недостатков только и было, что не всегда отвечал на мои звонки!
Теперь-то конечно понятно, почему! Не рабочие встречи это были и не поздние совещания!
А домашние дела! С женой!
С той женщиной, с которой он тоже спал?! Которой тоже клялся в любви?!
То есть сначала со мной развлекался, потом ехал к ней? А по выходным – наоборот?! И одними и теми же руками?!..
Желудок сжался, желая избавиться если не от воспоминаний, так хотя бы от еды. Но во мне не было ничего съеденного – так я торопилась на этот чертов форум. Летела, как на крыльях…
Я поднялась на дрожащих ногах. Сняла дурацкий костюм, надела джинсы и кофту. Умылась в ванной. Взгляд уткнулся в две зубные щетки.
Ну каков же лжец…
Одна здесь, другая – там, да?
Взяла его щетку и напополам ее – хрясь!
Но легче не стало.
Сквозь туман этой боли мозг вдруг напомнил – у меня было два часа.
Чтобы что?
Собрать вещи и уйти?
Или успокоиться и дождаться?
Стоило ли слушать его объяснения?
Да что он мог мне объяснить?! Всё и так было предельно ясно!
Мне девчонки в универе так и говорили – не бывает свободных взрослых мужиков без какого-то мощного изъяна!
А я спорила, доказывала! Что вот он Дима – мистер совершенство же!
Теперь-то ясно, что девчонки правы были.
Но а как можно было устоять перед ним?! Когда ухаживали восемнадцатилетние пацаны, то ощущение было, будто в детсад попала! С тупыми шуточками, слюнявыми поцелуями и масляными взглядами! И тут он, тридцатилетний, на их фоне выигрывал по всем пунктам!
По всем!
Кроме одного…
И нет, чтоб сказать мне сразу!
Но он же понимал, что пошлю его в то же мгновение! Что и шанса не дам! Он же умный, козел…
Умный.
Я сжимала и разжимала пальцы, то впиваясь в ладони ногтями, то отпуская.
Надо было уходить. Не ждать его.
Ведь даже если у него какая-то супер веская причина была… например, жена срочно подыскивала себе замену – даже в этом идиотическом случае я не хотела исполнять роль любовницы.
Так что итог один!
Я завязала волосы в хвост, схватила спортивную сумку и принялась скидывать в нее вещи. В основном документы, потому что одежду, купленную на его деньги, мне и трогать теперь не хотелось.
На глаза попалась распечатка выигранного мною гранта на обучение журналистике в другой стране. Я замерла. Полгода назад участвовала в конкурсе, отправила свой сюжет, так надеялась выиграть! Но когда пришло письмо о выигрыше и выделенном гранте, я уже жила с Димой. Уже любила его. И понимала, что не смогу без него, что он мне как воздух! А ведь пришлось бы расстаться… И такой идеальный мужчина долго одним не будет… ха! Ну да, как выяснилось, одним он и не был.
Отказ я всё еще не написала, тянула до последнего почему-то. Собственно, оставался месяц до начала учебы там. И теперь это приглашение вдруг оказалось спасательным кругом.
Я уеду! В другую страну – туда, где Дима точно меня не найдёт! Туда, где никакой воздух мне нужен не будет!
Губы растянулись в нервной ухмылке.
Только месяц бы мне продержаться…
Сунула распечатку в сумку, вжикнула молнией и пошла на выход. Дверь даже не закрыла, просто захлопнула. Плевать вообще на все вещи там!
Десять лет назад - 3
До общаги пошла пешком. Деньги на карте были, но тратить бездумно их теперь не стоило. А я за эти три месяца с ним так привыкла к жизни в комфорте! Так привыкла не думать о ценах, не задумываться! Такси бизнес-класса, продукты и одежда – без оглядки на ценник, телефон и ноутбук – просто самой последней модели.
Теперь же… надо было вспоминать дату выплаты стипендии.
Меня всё еще трясло от происходящего. От его обмана. От его подлости!
Из любимой превратить меня в любовницу! Как, как он мог так изнасиловать мои чувства?!
За что?!
Я не понимала. Не хотела верить. Не желала знать.
И я шла в общагу.
Моя кровать в комнате на четверых представляла собой склад чужих вещей.
– О, кто пришел, – лениво протянула Жасмина и принялась медленно собирать свои шмотки с моего места.
– Неужели папик тебя разлюбил? – поддела Ира, вырисовывая стрелки на глазах.
– Думаешь, там любовь была? – фыркнула Света. – Натрахался с ней да и выбросил.
– Заткнитесь! – прошипела я змеей.
Бросила свою спортивную сумку на кровать и ушла. Поняла, что не смогу сейчас слушать их едкие реплики и не разрыдаться.
Вышла на набережную. Здесь дул сильный ветер, и я обняла себя руками.
Было так жалко саму себя! Своей веры в сказку! В счастливую жизнь! Так горько, так обидно!..
Слёзы, которые я с трудом сдержала в общаге, полились ручьем. И я привалилась к парапету моста, всхлипывая и вытирая мокрые щеки рукавами кофты.
– Олеся! – злой голос Димы настиг меня словно из ниоткуда. Его руки обхватили моё дрожащее тело и прижали к себе. – Я же сказал, дождись меня дома!
От неожиданности я покорно уткнулась в него, вдыхая спасительный аромат его парфюма и еще чего-то сладкого… женского… его жены?!
– Пошел к черту! – истошно завопила в ту же секунду.
Замолотила руками по нему, забилась в крепких объятиях.
– Иди к своей женушке ненаглядной!
– Олеся! – он встряхнул меня.
– Урод! Козел! Предатель! – я продолжала бить его и кричать.
Его лицо искривилось от злости, и он уже с силой встряхнул меня за плечи:
– Олеся! Успокойся, я сказал!
Я всхлипнула, попыталась разглядеть его сквозь слезы и как-то жалобно протянула:
– Как же ты мо-ог?..
Он ничего не ответил, только хмуро смотрел на меня. Стоял весь такой красивый, сильный. Рядом со мной – такой никчемной и жалкой!
Я снова вытерла слёзы руками. Так больно было, словно всё внутри меня рвалось на куски. Хотелось просто упасть – и желательно замертво…
Его руки еще сжимали мои плечи. А на одном из пальцев я вдруг заметила… обручальное кольцо.
Я вскрикнула, скорее сбрасывая его ладони с себя. Как он смел прикасаться ко мне этими руками?! С кольцом, которое когда-то надела ему другая?!
– Уходи! Проваливай! – снова крикнула ему.
Он поморщился:
– Да заканчивай уже истерику. Пошли домой, я тебе всё объясню.
Так просто у него всё было, так легко!
– Не пойду я с тобой никуда!
– Ладно, – пожал плечами он.
А потом облокотился о парапет, достал сигарету и закурил.
Я шмыгая носом опять вытерла щеки и тоже встала как он глядя на реку. Отчего-то в голову пришло абсолютно ясное понимание – вот так мы стояли в последний раз. В последний раз так близко.
И это тоже было грустно и больно – ведь я любила его! Так сильно любила… Как я теперь буду без него? Без его взгляда, без его улыбки… Я не знала. Но и с ним я больше не могла.
Не могла.
Это было наше прощание.
Только он этого пока еще не знал.
– Как ты меня нашел? – спросила уже почти спокойным голосом.
– Геометка в твоем телефоне, – ответил так же спокойно. – На всякий случай. И как видишь не зря. Что ты здесь собралась делать?
Он кивнул на реку. И я догадалась, о чем он подумал.
– Да какая тебе разница…
– Очень даже большая, – он искоса бросил на меня взгляд. – Я же люблю тебя, Олеся.
– Любишь?! – я рвано засмеялась. – Если бы любил, то сразу бы сказал, что женат! Черт, Дим, да как ты вообще… То с ней, то со мной… Как, как вообще это можно было?..
Он вдруг усмехнулся как-то по-мужски жёстко, отбросил сигарету и повернулся ко мне.
– Это гораздо легче, чем ты можешь себе представить.
Я непроизвольно скривилась, ощущая во рту неприятный вкус.
– Меня сейчас стошнит на тебя.
Но он будто не слышал. Разглядывал меня с ухмылкой, как любопытный экспонат.
– Изменять легко, Олеся. Это же всего лишь тело. Гораздо сложнее удержать себя в руках. А как удержать, если я, черт возьми, хотел тебя?! – Дима вдруг с силой хлопнул ладонью по парапету. – Ты говоришь, должен был сказать правду! Ну сказал бы и что? Ты бы стала со мной спать? Жить? Есть из одной тарелки после этой правды, а?!
Его громкий злой голос парализовал меня. Я стояла словно мышь перед драконом – и пошевелиться страшно, и не любоваться невозможно…
– Ты бы обменяла любовь на правду, а, Олеся?! Была бы счастлива?!
Он шумно дышал с дикой яростью глядя на меня. Казалось, сейчас разорвет меня – просто от собственного гнева.
– Что ты молчишь?! Давай отвечай! – он снова схватил меня за плечи. – Зная как хорошо нам будет вместе – ты бы променяла это на правду?! Согласилась бы лишиться этого времени?!
– Да, – выдохнула я, испуганно глядя на него.
Он вздрогнул как от пощечины, а затем с силой оттолкнул меня:
– Ты лжешь.
Я судорожно обхватила себя руками. Тело била крупная дрожь – от страха, от боли, от его слов.
Дима отвернулся от меня. Стоял, засунув руки в карманы. По плечам было видно, как тяжело он дышит. И я не сдержалась – шагнула к нему. Хотела прижаться со спины, но передумала – пусть теперь жена его обнимает так, как любила делать я…
– Может и лгу, Дим, – прошептала. – Но только скажи ты всё сразу – и не было бы так больно сейчас…
Он резко обернулся ко мне. В глазах еще сверкала злость, между бровями лежали глубокие складки.
– А я бы ни на что не променял время с тобой.
Эти слова были словно бальзам… только отравленный.
Я горько усмехнулась:
– Что бы ты сказал, если бы узнал, что всё это время я была замужем и спала и с тобой, и с мужем?
Глаза его стали еще темнее, а кулаки с силой сжались. Но он хрипло ответил:
– Да плевать. Увёл бы тебя все равно.
– Ты лжешь, – покачала головой.
Дима провёл руками по волосам и уже тихо ответил:
– Может и лгу…
Мы снова стояли молча. Смотрели друг на друга. Не знаю, о чем думал он, а я – запоминала его на прощание. Каждую черточку, каждую линию… Всматривалась сейчас, чтобы больше уже никогда не увидеть.
И слез уже не было. И чувств во мне не было. Казалось, что и сердце биться перестало. Потому что ну как ему биться без него? Никак же, никак…
– Послушай, – Дима мягко обхватил мои плечи. – Давай не рушить всё, ладно? Дай мне… дай мне месяц. Я всё улажу. Всё решу, хорошо?
Господи, да что он решит? Что уладит? Договорится с женой? Составит нам расписание? Слёзы вновь полились из моих глаз.
– Не плачь, маленькая моя, – прошептал он, прижимая к себе. – Просто дай мне месяц, ладно?
– Ладно, – сквозь рыдания ответила я.
Прижимаясь к нему, со всей силы вжимаясь! Последний, последний раз!..
– Ну же, посмотри на меня, – он пальцем приподнял мой подбородок. – Поцелуй меня. Поцелуй же.
И я… просто не смогла отказать ему и себе в этом желании. Потому что больше никогда, больше ни разу, больше уже не будет, не будет ничего!..
Мы целовались – сквозь мои слёзы, сквозь его пылкие обещания, заверения, клятвы. Только я не слушала – позволила себе лишь чувствовать его в эти минуты.
Чтобы навсегда запомнить.
Чтобы навсегда запечатать в себе этот яд. Чтобы не забывать, чем оборачивается любовь.
И чтобы никогда больше не повторять.
Он дал нам месяц.
И в этом была его ошибка.
Я улетела через три дня.
Встреча
– Ты уверен, что это уместно?
Я взволнованно взглянула на Кира. Конечно, сумасшедшая страсть между нами многое объясняла, но всё-таки мы встречались ещё слишком мало времени, чтобы приходить на день рождения его отца. Я не была знакома с его родственниками и, честно говоря, не хотела торопиться с этим.
Но Кир настаивал.
– Мы просто поздравим папу, выпьем пару тостов за его здоровье и уйдём. Это важно для меня, мы ведь только недавно начали с ним общаться, – парень крепче сжал мою ладонь в своей, притянул меня ближе и горячо прошептал на ухо. – А на вечер у нас с тобой потрясающие планы, и моих предков там точно не будет.
– Что же это за планы? – промурлыкала я, скользнув ногтями по спине Кира, скрытой от меня рубашкой и пиджаком.
– Увидишь, красотка, – он ласково прикусил мочку моего уха. – Но если ты продолжишь быть такой сногсшибательной, то планы мы перенесём, а сами поедем ко мне…
– Нет-нет-нет, – я игриво принялась освобождаться от его объятий. – Хочу твои потрясающие планы!
– А меня? – прошептал змей-искуситель, сжимая меня крепче.
– И тебя…
Глубокий поцелуй прервал наш разговор, размазал мою помаду и помял нашу одежду. И если бы только мы не стояли у входа в ресторан, то скорее всего мы перенесли бы всё: и планы на вечер, и день рождения отца Кира, и наверняка даже ночной сон.
Но метрдотель ресторана уже открыл для нас дверь и разве что ногой не притоптовал от нетерпения. Так что мы всё же зашли внутрь. Для праздника арендовали большой зал, и там находились не только родные Кира, но и коллеги его отца. Все общались, смеялись и выглядели непринужденно.
Мой парень с кем-то коротко поздоровался, лавируя между гостями и официантами и направляясь в сторону мужчины, который стоял спиной к нам и как раз брал бокал с фуршетного стола.
– Отец, – позвал его Кир, и тот обернулся. – С днём рождения тебя, – на лице мужчины появилась спокойная улыбка, а мое сердце рухнуло вниз, точно лифт без тросов в высотке.
– Спасибо, – кивнул мужчина своему сыну.
Нет! Этого просто не могло быть! Не бывает таких совпадений! Ведь не бывает же!
Но тем не менее…
И пока я пыталась поймать дыхание, он перевёл свой вежливый взгляд на меня.
– Это моя девушка Леся, – как сквозь подушку прозвучал голос Кира.
А взгляд его отца потяжелел – спустя долю секунды после узнавания. Я уже и забыла, как он умел одними глазами препарировать заживо. От улыбки не осталось и следа – только темнота зрачка, уничтожающая меня.
– Но у вас же… разные… фамилии… – с трудом пробормотала я, не чувствуя своего сердца, не слыша своего дыхания, а только лишь погружаясь в два омута, с ненавистью смотрящих на меня.
Земля уходила у меня из-под ног! Ведь этот мужчина… ведь мы с ним…
– Ты вообще в курсе, что твоя девушка прилично так старше тебя? – его холодные слова словно пощечина отрезвили меня.
Он сказал это своему сыну, но смотрел прямо на меня, и стало совершенно ясно – его чувства ко мне сейчас были прямо противоположны тем, что он испытывал когда-то.
Зато опять у нас всё было взаимно...
– Ты серьезно сейчас? – не менее холодно ответил ему Кир, но всё внимание его отца по-прежнему было сосредоточено на мне.
А мое – на нем.
И как бы внезапна ни была наша встреча, какую бы боль ни вызывал во мне этот мужчина, я просто не могла промолчать:
– Раньше… мой возраст тебя не смущал.
Как будто душу не разрывало на куски, как будто воспоминания не душили, как будто горло не сжималось в болезненных спазмах.
Как будто не было ничего дикого во всей этой ситуации.
– Раньше?– удивленно переспросил Кир, переводя взгляд между нами. – Вы знакомы?
– Да, – быстро кивнул его отец.
Просто знакомы? Он хотел скрыть правду от сына?
Что ж, если он мог так поступить, то я так с Киром не могла
– Мы встречались, – мой голос царапал как наждачка и мне пришлось откашляться. – Давно.
– Это не важно, – тут же заметил мужчина, поедая меня глазами.
Намёк был ясен, и если бы не его слова о моем возрасте, то я бы промолчала. Но видимо это было важно для него – скрыть детали от Кира, так что...
– Мы встречались лет десять назад, – зло уточнила я, и его зрачки опасно сузились.
– Лет десять назад? Но… – не своим голосом сказал Кир и шагнул к своему отцу. – Так это из-за неё?
Мужчина наконец посмотрел на своего сына.
– Что из-за меня? – насколько я помнила, из-за меня ничего не случилось тогда.
Только со мной.
– Из-за неё ты развёлся с мамой?.. – переспросил Кир, ошарашено глядя на отца, и покачал головой. – Просто не верится.
Он отступил от нас назад, словно пытаясь отстранится, а я… стояла как столб, не в силах пошевелиться. Потому что слова Кирилла были подобны грому, выстрелу, взрыву!
Я встречалась с мужчиной, который был женат и семью которого я, выходило, разрушила, а теперь я встречалась с его сыном! Для полного счастья не хватало, чтобы моей лучшей подругой оказалась жена одного и мать другого.
Нервный смешок вырвался из моего рта, и Кир, посмотрев на меня как на врага, отвернулся и пошёл на выход из зала.
И это тоже было больно! Ведь я же не сделала ничего плохого! Я же сама не знала, что так получится! Ведь Кир так много значил для меня! А теперь выходило будто я во всём виновата.
– Кир! – истерично крикнула я. Он обернулся и взглянул на меня. – Я не знала!
Что ещё я могла ему сказать?
Он на секунду смерил меня взглядом, а потом чуть качнул головой:
– Да похрен уже.
И вышел из зала.
Я бы расплакалась, честно! Но рядом со мной стоял тот, кому показывать слёзы я точно не хотела.
– Ах ты маленькая лгуни-ишка, – с ядом в голосе протянул он. – Даже я на секунду поверил, что ты не знала.
Встреча - 2
Я со всей возможной ненавистью смерила его взглядом. Его – отца моего парня и моего бывшего любовника по совместительству.
Вот уж кто здесь был настоящим лгуном…
Не хочу его видеть. Не хочу стоять рядом с ним. Не хочу говорить с ним.
Слишком много всего нас тогда разделило – и я всё еще чувствовала остатки обиды от его предательства. Поднимаются со дна, как мутная грязь в отстоявшейся воде…