Дети тьмы. Проклятая смертью

Беда не приходит одна…

Свиданье со смертью – это танец страсти на грани сна.

Свиданье со смертью – дальний берег ночи и день без дна.

И нет тех, кто смог бы, когда час пробьёт, не придти туда.

Свиданье со смертью – узнать бы только лишь, когда?

МИССИЯ – Свидание со смертью

Анастасия Ламорт

Обычно я просыпаюсь ближе к обеду, но часы, висящие над дверью, доказали мне, что проснулась я непривычно рано. А именно в начале десятого. Вскоре я услышала причину – моя маленькая тринадцатилетняя сестра-егоза. Ни минуты не может выдержать на месте, шило в одном месте. И с фантазией. Сейчас она ерзала на стуле и что-то сосредоточенно писала в своем новом и любимом блокнотике. Его ей подарил папа, когда приехал с командировки. Визгу было-о-о-о. Я думала Чейзер ей компанию составит, когда примчится проверять, что же тут произошло.

Чейзер – наш любимый пес, бернский зенненхунд, добродушное и пушистое существо, которое за косточку с тобой хоть на край света. Однако добродушен он только ко своим, на чужого он запросто может кинуться и даже загрызть. Больше всего в семье он ладит именно с мелкой. Как-то так вышло, что Чейз чаще всего оставался главной нянькой за Ликой, вот и получается, что при любом ее визге он тут же срывается и летит к ней успокаивать, а то не дело – любимое чадо плачет и укоризненно смотрит в нашу сторону. Честно говоря, в этот момент в глубине моей рыжей мелкой душонки начинает оживать совесть. Правда разумная часть меня, быстро это дело прекращает – битой по голове и клиент готов, как называет это дело, мой друг детства Богдан.

– О, Ликусь, ты уже проснулась! А чего так рано?! – «удивленно» спросила у сестренки.

– А все-то тебе расскажи! А может еще и где деньги лежат доложить? – не удержалась от подкола та.

– Да ла-а-адно, – в наигранном шоке протянула, – они у тебя оказывается есть. А я думала ты бомж…

– А тебе думать вредно, от этого мозг появляется! И мужики разбегаются! Хотя… у тебя все равно ни первого, ни второго так что… не критично. – съязвила это мелкая гадость.

– Вот ты зараза, – засмеялась мелкая и я потянулась за подушкой. В итоге минут двадцать мы только дрались и смеялись.

– Ну что, сегодня в парк пойдем? Аттракционы уже должны работать. – с намеком произнесла я.

– Мне что, десять лет? – наигранно нахмурилась Лика и тут же радостно улыбнулась и еще более мечтательно продолжила – Естественно пойдем! Там Влад еще каждый день с друзьями скейтерами тусуется…

– Ну если Влад, то у нас нет выхода, должен же он понять, что… как ты там говорила ее, зовут?

– Танька из седьмого Б.

– Что Танька из седьмого Бэ – просто полное гэээээ… Ну что, пошли?

– Пошли! Эээээ… а папу поздравлять? – спохватилась мелкая.

– А папу сначала поздравит мама! Пошли тебе говорю, часа четыре мы дома не нужны. – и я вытолкнула эту неугомонную егозу в ванную умываться, собираться, завтракать и дать волю взрослым. Спустя каких-то полтора часа.

Бедные мама с папой, столько терпеть детей, то бишь нас, и не выдать ни одним звуком, мой персональный респект. А к вопросу, откуда я узнала, что мама будет поздравлять папу, так она сама меня просила с утра куда-нибудь мелкую утащить, глядишь и еще братика нам сделают. И это дословная цитата, между прочим. На эти слова мне пришлось всего лишь тяжело вздохнуть, мысленно взмолиться и смиренно ждать, когда мама выйдет из комнаты, чтобы узнать, что там в том интересном черном ажурном пакетике, на который она бросала предвкушающие взгляды. Узнала. Поняла, что до уровня мамы мне как до Китая ползком. Красной ходила потом еще часа три. Увидев мой вид мама все прекрасно поняла, но ничего не сказала, всего лишь усмехнулась и укоризненно дважды назвала меня по имени. Ликуська, когда со школы пришла допытывала меня, что же все-таки случилось. Мама, «спасибо» ей большое объяснила:

– Ничего, Ликусь, просто любопытство не только источник важнейшей информации, но и ненужных последствий, которые прилагаются обязательным бонусом, я ведь права Насть?

Я промолчала, но скривилась. Уела, ничего не скажешь. Но трамвай начал свой ход. И меня оккупировала сестренка с монотонным «Расскажи!» весь вечер таскалась за мной как на поводке, ага – поводка из любопытства, семейного. Ну у нее ж сестра добрая и заботится о ближних (а вдруг он – ближний – станет жертвой своего неуемного интереса). Не выдержала я, короче говоря – показала. Теперь красная ходила уже мелкая, а мое чувство справедливости вновь торжествовало. Мама это заметила, и уже в открытую смеялась над нами. К слову, мама у нас очень красивая: высокая и статная, пепельная блондинка, и это ее родной цвет волос. Именно его унаследовала Лика, я же пошла в папу – рыжая. Нас часто сравнивают и говорят, что мы как огонь и лед; играем на контрасте. На публике может быть так оно и есть, но на деле характер у Лики такой же. Мы обе любим подкалывать друг друга (не только) и свято следуем девизу «подстебни ближнего своего». Кто-то смирился, кто-то беснуется, но что с нами сделать – пра-а-а-а-авильно, Н И Ч Е Г О. Наша бабушка (папина мама) говорит, что наглость наше второе счастье. Лично я с ней не совсем согласна: наглость – это наше первое счастье, второе – быстрый бег. Зато у нас всегда есть, что рассказать. Собственно, мы – кладезь различных историй.

Вырвавшись из воспоминаний, я поняла, что сестренка на буксире довела меня до остановки, автобус, кстати, вот-вот должен подъехать. Надо же упорная. Вот дался ей этот Влад, все уши прожужжала «Влад то, Влад сё…”, а когда просишь показать (просто хотя бы понять стоит ли он того, чтобы о нем слушать постоянно) уходит в глубокую несознанку. Мол я не я и вообще пойду-ка я уроки делать. Ха-ха три раза. Сидит с одноклассницами в агенте переписывается, что-то хихикает. Ну, да ладно бывает хуже, но реже. Сев в автобус, мы просто слушали музыку, думая каждый о своем. Через три песни Анжелика зачем-то стала дергать меня за рукав. Повернувшись к ней, она качнула в сторону дверей автобуса: Девушка гот оплачивала проезд, а рядом с ней на крепком поводке и в наморднике вальяжно сидел ротвейлер. Мы сидели на первом ряду от входа так что мы еще отлично слышали тяжелый рок, исходящий из накладных наушников, которые она на время оплаты сняла. Рассмотрев девушку, Лика так же жестом показала мне на бабушку. Та очень пристально рассматривала готку и едва ли не крестилась от увиденного, но вид у первой был достаточно решительный. На какой-то момент мне даже стало интересно – достанет ли бабуська из своей котомки святую воду и прочие атрибуты или не достанет. Но через пару минут девушку все равно стало жалко.

– Деточка? – старушка нерешительно и даже как-то брезгливо тронула локоть готки. Та с явной неохотой оторвалась от книги, которую читала и стянула наушники. – Как ты можешь слушать такое?

– Какое такое? – тяжело вздохнула несчастная повернулась к бабушке, – Снова вы?! – надо же, похоже это их далеко не первая встреча и очередная попытка наставить девушку на «путь истинный».

– Богонеугодное, – терпеливо пояснила этот божий одуванчик, – Ведь это же музыка дьявола, за это можно в ад попасть, не хорошо будет, такая красивая девушка и грешит.

– А что вы хотите, чтобы я слушала? Может Вы хотите, чтобы я классику во все уши слушала, Вам что по душе? Тринадцатая вариация Рапсодии Рахманинова на тему Паганини? Может Бетховен, или нет, дайте угадаю – 37 сочинение Большой сонаты соль мажор Чайковского! Или Pa De Trois второго акта в третьей вариации вам в каком исполнении нравится больше? Ре минор или соль диез? А может вам что-то другое нравится? Псалмы? Упаси меня Бездна! – от возмущения девчонка даже покраснела. Надо же как довела…

– Нет, но… – от такого напора, бабуля явно растеряла весь свой боевой запал.

– Ну вот и сидите молча, иначе отпущу Инферно, – кивает головой на собаку, – и уже ОНА сыграет ВАШИМИ костями Аве Марию под аккомпанемент 5 симфонии Бетховена в рок обработке. Ферштейн? – дождавшись немого шокированного кивка, продолжила, – А теперь вздребезнулась, сопретюкнулась и посяпала отсюда. – дальше несчастную больше никто не трогал, а сама бабушка явно униженная и оскорбленная возмущенно сопела, но уже в сторону окна.

– А я знаю откуда это, – громким шёпотом сказала мелкая. Я лишь улыбнулась, просто тоже знаю откуда, но ничего не сказала.

– Центральный парк культуры и отдыха! – зычный голос кондукторши возвестил о нашем приезде в пункт назначения. Мы вышли, а герои холодной войны покатились дальше, явно испытывать терпение друг друга. Нас встретил задорный гомон и веселый смех, тех, кто так же пришел развлекаться в это историческое место.

– Парк, парк, парк! – пародируя мышей, ищущих клад, из мультфильма о коте Леопольде, шептала мелкая себе под нос. Анжелика с предвкушением осматривалась в округе, я даже слышала, как ее внутренние тараканы бегали из стороны в сторону и рьяно делали ставки в какую часть она, ринется быстрее. Мои же пришли ко всеобщему выводу – сладкая вата. Не прошло и минуты, как я оказалась права.

– Настя-а-а! Пошли там вата! Хочу!

– Тебе ж не десять лет, – подколола я ее.

– Не-а, но и до тебя мне далеко, расти – не дорасти. – ких икнула эта гадость.

– Будешь что-то вякать – затащу на американские горки, – пригрозила ей страшной карой.

– Всё-всё, могила! Что ж сразу угрожать?

Дело в том, что наша пакость, несколько лет назад плохо закрепила поручень, когда села кататься на этих самых горках. И в итоге все три круга она развевалась как победный Флаг над Рейхстагом, пока не закончилось время. Флагом сестренка была из-за того, что она была одета в красный костюм с желтой эмблемой, и очень живописно выделялась на фоне черного вагончика. Мы с подругой над ней еще долго обхохатывались. Самое интересное предстояло работникам парка – отдирать ее от вагончика. У них после этого был незапланированный технический перерыв (с такими клиентами нервы ни к черту станут). Все это время мы играли и веселились. К вящему сожалению Анжелики, Влада в парке не оказалось. Мне было все равно. Но мелкая расстроилась, особенно что зря кудряшки творила и вообще косметику переводила. (Бедный ж ты несчастный ребенок!) правда очередной аттракцион быстро выветрил все ее мысли о парне.

После полудня стали собираться тучи, а на востоке уже было темно-темно и сверкали молнии – гроза. Решив, что катаемся до первого сильного порыва ветра, пошли в павильоны. Когда мы уже решили ехать домой, мне позвонила мама. Голос у нее был достаточно встревоженный, она спрашивала о том, где мы и когда планируем домой. Говорила, что нехорошее предчувствие ее преследует, правда понять, откуда и почему, не может. Успокоив родительницу, что с нами все в порядке и мы уже собираемся домой положила трубку. Старалась контролировать свой голос, чтобы мама ничего не заподозрила, я ей верила. С интуицией на семью у нее все более чем прекрасно. И она всегда предупреждала чего стоит не делать. И зачастую сводка новостей подтверждала, что она была права. Потому от ее слов мне самой отчего-то стало некомфортно. Особенно в районе солнечного сплетения. Внутри словно что-то неприятно зудело, и я дергалась, правда виду старалась не показывать. Все-таки такой хороший день. Эмоциональный.

Сев в автобус, мы опять стали смотреть в окно, людей было мало, и все они были угрюмыми – никак погода действует. Через некоторое время за пятнадцать минут до подъезда к дому нас настил сильнейший ливень с градом который свел всякую видимость к нулю. Внезапно, нас всех осветила яркая молния, громкий треск, краткая вспышка боли и темнота…

Наверное, так оно должно было быть, потому что, когда все произошло, тянущее ощущение в груди внезапно исчезло. И мне стало спокойно.

Вечером того же дня

Из новостных хроник города:

Страшная авария произошла сегодня в городе N-ск. Маршрутный автобус столкнулся с грузовиком: пятеро погибших, две человек получили травмы, их забрали в больницу, один – сейчас находится в реанимации, двое пропали без вести. Всего аварии пострадало 11 человек, среди них один ребенок младше 10-ти лет – именно он сейчас и находится в реанимации. Авария произошла на Ленинградском мосту. Автобус ехал в западном направлении, а грузовик двигался во встречном направлении. Виновником столкновения, как выяснилось, стал водитель многотонной фуры. По предварительной версии, он не только не соблюдал скоростной режим, но и заснул за рулем и вследствие чего вылетел на встречную полосу движения, буквально протаранил автобус и выбив заграждающие столбы. Водитель автобуса пытался избежать удара, но из-за плохих погодных условий не успел сманеврировать. Сейчас спасатели обыскивают низовья реки, однако, как говорят спасатели, вероятность найти пропавших стремится к нулю. К другим темам…

Мастер смерти

Одно из самых захватывающих зрелищ на свете – смотреть, как работает Мастер, и не суть важно, чем именно он занимается. Пишет картину, рубит мясо, чистит ботинки – не имеет значения. Когда человек выполняет дело, ради которого родился на свет, он великолепен.

«Кладбищенские истории»

Б. Акунин, Г. Чхартишвили

Анжелика Ламорт.

Очнулась я с болью в спине и руке, отвратительное ощущение. Последний раз такое было, когда я в шестом классе не смогла удержаться на канате и с высоты в полтора метра приземлилась на спину. Да, высота не большая, но боль от этого не уменьшилась. Кое-как поднявшись, я стала осматриваться. Увиденное мне не понравилось совершенно. Мы в лесу. В самой, мать ее, настоящей чаще леса.

И как?

И где?

И что делать?

Огляделась, облегченно выдохнула, когда заметала недалеко от себя Настю. Подползла к ней и тронула за плечо Настю. Нет реакции. Никакой. Мне стало страшно. Очень страшно. Особенно от осознания: мы одни непонятно где, непонятно как, и что с Настей. Я наклонилась над ней и прислушалась, вроде дышит. Уже легче. Тормошить за плечо стала активней. Не реагирует. Может исследовать ближайшие кустики пока?

«Ага, чтобы стать бесплатным обедом для какой-нибудь живности. Сиди уже, герой-исследователь» ехидно прокомментировал внутренний голос. Как-то не вовремя он проснулся. Вот только у нас в лесу, редко кто заводится, крупные и опасные животные близко не подходят – опасаются быть подстреленными. «А с чего ты взяла, что вы в вашем лесу. Может для начала осмотреться, хотя бы с места?» А вот это уже отдает паранойей. Главное – не паниковать. Попыталась еще раз растормошить сестру, огляделась еще раз, в этот раз внимательнее, мы вроде с сумками были, а в них бутылки с водой. Ага, вот моя, а вот прекрасная бон-аква, не удержалась и сделала несколько жадных глотков. От переживаний в горле стояла пустыня, от самого первого глотка даже больно стало, а потом хорошо. Выпила все, хотя хотела полить немного на Настю, может так проснется. Планы пришлось менять – похлопала старшую по щекам. Она зашевелилась. Ура! Есть контакт! Может надо было сразу так сделать?

– Лика? – хрипло прошептала она, приоткрывая глаза.

– Я здесь.

Анастасия Ламорт

Мне снилось падение. Я была окружена густым белесым туманом, я летела вниз. И видение было настолько ярким, что я даже испугалась, что упаду и разобьюсь. Но мне что-то не позволило. Что-то ухватило меня со спины и удержало. Я хотела было повернуться, но ощущение чужих рук и опасения не позволил мне это сделать. Откровенно говоря, было крайне страшно. Я молчала. И неизвестное существо позади меня тоже. И нам было комфортно. Я думала о маме, папе, сестре…. А о чем думал он или она, не знаю. Но хотелось бы узнать. Я хотела спросить. Что-нибудь. Просто чтобы услышать голос. А потом я проснулась; первая моя мысль была: где лика? просыпаться было тяжело, ощущение падение все еще не отпускало меня. Болела голова и грудь. Больно очень больно. Но надо вставать.

– Лика? – хотела сказать громче, но во рту пересохло и вырвался лишь один непонятный хрип. Первое что я осознала: я лежу на земле, сырой и твердой. Потом до меня стали доходить его звуки: легкий гуляющий в кронах, шебаршение мелких грызунов, где-то вдалеке пела какая-то птичка.