Спорим?

– Нет, – тут же осадила его я. – Он мне важнее любого парня.

– Брат? – он подошел ближе. – Нет… Вы непохожи. Кто?

Слишком близко. Его одеколон будто заполняет все пространство. Я закашлялась, закрывая нижнюю часть лица рукой.

– Мне пора, – я хотела пройти, но передо мной тут же возникла его рука.

– Не спеши, пока не ответишь. Кто этот Тео?

– Не переходи грань, Ан… – отвратительная память на фамилии. Я сжала губы и сглотнула. – Андерсон.

– Что? – он засмеялся, проводя рукой по волосам. Слишком часто он их поправляет. Либо жуткий нарцисс, либо на нервной почве. Больше склоняюсь к первому. – Андервуд. Джейсон Андервуд.

– Очень приятно, Джексон, – передразнила я и, воспользовавшись моментом, прошла под его рукой и направилась к лестнице.

Несколько секунд он стоял без движений, поэтому я ускорилась, понимая, что получила отличную фору. Но дело в том, что я живу на девятом этаже. Я в неплохой спортивной форме, но не настолько.

Легкие жгло, а кровь оглушительно стучала в ушах. Я обернулась. Никто меня не преследовал. Как же глупо. Остановилась, облокачиваясь о перила, провела рукой по взмокшим от пота волосам. Пальцы чуть дрожат, а я не понимаю, из-за чего.

***

Я всегда просыпаюсь, когда Тео возвращается с дежурства, хоть он и старается ступать тихо. Иногда у него получается, а сегодня он решил, что вешалка для одежды в нашем коридоре не нужна, поэтому он просто снес ее со своего пути. Я застонала и поднялась, бросая подушку в источник звука.

– Почти попала, – устало, но с натянутой улыбкой произнес он. Я знала, что он улыбается даже в темноте. Тео – единственный человек, которого я могу читать без затруднений.

– Я думаю, нам не нужна мебель в коридоре… – произнесла я.

– Отлично, потому что я подумал так же, – довольно воодушевленно произнес он.

– Я заметила, – вновь простонала я, падая на кровать.

– Ты бы меньше вещи свои по полу разбрасывала, – в ответ крикнул Тео.

Сосед по лестничной клетке выразительно ударил по стене, намекая на плохую звукоизоляцию. Мы с другом сдержанно засмеялись. Он довольно часто возвращался поздно, всегда в разное время, но утро мы неизменно встречали вместе.

– Да брось, там не может… – мне в лицо тут же прилетело подтверждение его слов. Мой лифчик. Я тяжело вздохнула. – Выпал из шкафа, – еле сдерживала смех я.

– Я тебя удивлю, но у тебя нет шкафа. Ты свои вещи складируешь везде, кроме полок. Хотя. Ты оккупировала всего одну. В ванной. О, твои склянки и тюбики…

– Совесть имей, их не так много, – с шуточной угрозой произнесла я. – К тому же, тоналка у нас общая. Там тюбиков шесть лежат разной плотности.

– Посторонние бы не так поняли, – засмеялся Тео, падая на кровать прямо в одежде. – Но она неплохо маскирует синяки и покраснения… – задумчиво протянул он. – И тон кожи такой ровный…

– Еб твою мать, Теодо… – я тут же получила подушкой по лицу. Своей же. Он благосклонно притащил ее обратно, чтобы не пришлось вставать: в квартире все еще дико холодно.

– За языком следи, юная леди, – он широко зевнул, потягиваясь. – Засыпай быстрее, а то мне под одним одеялом холодно, – вяло проговорил он. – А драться за него желания нет.

Он часто говорил подобное перед тем, как заснуть. Своеобразное «спокойной ночи». Вот только я всегда просыпалась под двумя одеялами. Ничего не ответив, я перевернулась. Последнее, что я почувствовала, прежде чем провалиться в сон, – приятное тепло и легкое касание.

Он отдал мне свое одеяло, хотя холод собачий.

Я, пересилив себя, встала, одним резким движением сдвинула кровати и легла посередине, прямо на стык, чтобы на него не напоролся Тео, и накинула на него одеяла. Мы лежали, кутаясь в теплую ткань, а я зарывалась лицом в его толстовку, даже не пытаясь скрыть улыбку. Я всегда обнимала что-то во сне. До шестнадцати лет это был плюшевый мишка. Потом вторая подушка. Сейчас либо Тео, либо подушка, на которой я сплю. Вторую купить руки не доходят, да и бессмысленная трата денег отнюдь не привлекает.

Но сейчас он обнял меня в ответ. Я чувствую, как он ежится от холода иногда, но ничего сделать не могу. Он засыпает раньше меня: чувствую, как он сопит мне в волосы. В голове будто телевизионный шум и приятная легкость, тепло. Я растворяюсь.

***

Я с трудом открываю глаза. Такое чувство, что в них накапали лимонного сока. Пытаюсь потянуться, но понимаю, что лежу не совсем нормально. Кровати разъехались, и я оказалась на самом краю. От падения меня спасали только объятия Тео. Я сжала губы, думая, как лучше разбудить его и не навернуться. Опаздывать тоже не очень хотелось после вчерашнего комментария учителя. Я зажмурилась, пытаясь перевернуться и упереться руками в пол, но Тео почувствовал мои движения и сонно приоткрыл глаза. Прежде чем я успела что-то сказать, он резко убрал с меня руки, а я благополучно полетела на пол. Зашипев, я обреченно закрыла глаза.

– Черт! – Тео поднялся с кровати, потер глаза. – Ну, и чего ты там разлеглась? Собираться надо.

– Сегодня ты донесешь меня до корпуса на спине, – прохрипела я. – Иначе я за себя не ручаюсь.

– Хорошо, – рассеянно согласился он, а я удивленно поднялась. Редко он позволяет мне кататься у себя на спине в последнее время. – Собирайся быстрее тогда. Уже время.

На самом деле, я была почти собрана. Оставалось расчесаться и нанести тоналку. Без нее я была похожа на побитую девушку с недельным недосыпом. Без нее я была похожа на саму себя.

Я наскоро понюхала толстовку, одолженную у Тео, и натянула ее на себя. Мне не нравились стираные, как и запах порошка, поэтому я выбирала те, что он успел поносить раз или два. За это время они не успевают провоняться потом, но запах друга уже остается на них.

Тео устало становится спиной к стулу, а я радостно запрыгиваю, крепко хватаясь руками и ногами, как коала, но он все же поддерживает мои ноги под коленями, чтобы не свалилась.

– Только не на лифте, – попросила я, а он кивнул.

– Тогда рассказывай мне что-нибудь, а то желание скинуть тебя слишком соблазнительно.

– Вчера за мной заехал тот странный парень с гонок, – выпалила я. Между нами нет секретов, а молчать смысла нет. Единственное – я скажу не все. Если Тео узнает правду полностью, он побьет сначала меня, а потом его. Конечно, мне не особо достанется, но как минимум недели две он будет смотреть на меня мрачно.

– Отдал тебе деньги?

– Да. Даже обещанный полтинник накинул, – протянула я.

– И что такое? – нахмурился друг. Говорить ему было нетрудно: он привык и к более серьезным физическим нагрузкам.

– Я не отказалась. Возможно, сегодня будет тренировка. Он знает, где я учусь. Макс ему рассказал.

– Макс – трепло, – прорычал он. – Я поговорю с ним.

– Какая разница. Все равно он уже узнал, – устало проговорила я. – Джейс сказал, что в пятницу в Клетке будет что-то особенное.

– Джейс сказал? Это тот парень? – мы почти спустились.

– Ага. Дико стремный тип. Все пытался мне угрожать.

– Что? – он резко остановился. Я поджала губы.

– Пытался задеть. Жалкая шавка. Только болтать и умеет, – фыркнула, покачав головой. – Ничего особенного. Если скажешь, что беспокоишься, я умру от смеха. В Клетке мне драться можно, а…

– Прекрати, – огрызнулся Тео. – Я и так жалею, что рассказал тебе об этом. Но ты ведь прицепишься, как гарпия, вообще невозможно, – продолжал ворчать он.

– Ладно, – засмеялась я. – Не кисни, я уже привыкла. Сам знаешь, сколько мне угрожали. Особенно в первое время, – я дернула ногой. – Пошли уже, а то не успеешь проводить меня.

– Не велика потеря, – качнул головой он, а я взлохматила его светлые, почти платиновые волосы. Оперла подбородок о его макушку и вздохнула.

– Наклонись чуть вперед, а то я сползаю. И давай уже, двигай, – проговорила, сдувая непослушные пряди прямо перед собой. – Расчесывайся хоть иногда.

– Расчесывался бы, если бы одна чубака не таскала мои расчески по всей квартире. Я один раз нашел ее в холодильнике, – недовольно подметил Тео.

– Даже не представляю, о ком ты говоришь, – еле сдержала улыбку я.

Я выставила ногу вперед, открывая дверь подъезда. Мы всегда так делали, так что я натренировалась поддевать ручки дверей. Тео засмеялся, выпуская руку, чтобы почесаться. Я воскликнула, цепляясь за него руками и ногами. Парень пошатнулся и ухватился за дверь, пытаясь удержаться на ногах.

Я быстро оглянулась и потянула Тео назад за капюшон его толстовки. Он сделал шаг назад, и я стукнулась спиной о стену. Удар на несколько мгновений выбил воздух из легких, а в глазах потемнело.

– Прости, – бросил Тео через плечо. Он прекрасно знал, что я сделала это специально.

– Даже у пьяных координация лучше, – вздохнула я.

Парень перехватил ноги удобнее и вывернул за угол, к дороге. Он замер, сильнее сжимая руки. Я нахмурилась, подтягиваясь повыше.

Джейс смотрел на нас, склонив голову чуть набок. Он усмехнулся, отлипая от своего мотоцикла.

– Пошли, – тихо сказала я, но Тео уперся. – Мне тебя пришпорить? – прошипела куда-то в волосы, слегка ударяя ладонью по плечу. Я вздохнула и вытянула руки вниз, сцепляя их вместе.

– Не задуши только, – попросил он. – Тебе что-то нужно? – уже громче.

– Думал подвезти ее, – Андервуд кивнул на меня. – Но, похоже, ты уже нашла себе транспорт, Фрейзер, – он улыбнулся, явно довольный собой. – Хоть кто-то из нас способен запоминать имена, правда.

– Это фамилия, идиот, – проговорила я. С Тео я чувствовала себя безопаснее. – А имени ты даже не знаешь.

– Уверена? Макс не умеет держать язык за зубами.

– Пошли, Тео, успокойся, – проговорила я. – Времени не так много.

– Не приходи сюда больше, – кинул Тео через плечо.

– Потише, доктор Симмонс. Тебя ведь можно звать доктором? Или в больницы не берут участников незаконных боев без правил? – громко проговорил Джейс.

Я сжала ладони в кулаки и шумно выдохнула. Выпутавшись из рук друга, встала на землю, разминая затекшие ноги.

– Тебе стоит уйти.

– Оригинальный способ отказаться, – вновь повторяет Андервуд.

– У меня нет никакого желания общаться с тобой вне тренировок, – максимально спокойно произношу я.

– А у меня есть. Что делать будешь?

– Чувак, прекрати, – устало произнес Тео. – Пошли, Лекса, – он выразительно посмотрел на меня. Сам просил не вмешиваться в конфликты.

Я закивала, направляясь к другу, но Джейс тут же встал между нами, хватая меня за руку. Я напряглась и дернулась, но тщетно.

– Отпусти, – прошипела я. – Тео, стой, – крикнула ему.

– Ты не успеешь пешком на занятия, – с напускной жалостью произнес он.

– Тогда придется опоздать, – кинула я, свободной рукой отталкивая его.

– Люди ставят, через сколько я доведу тебя. Не думай, что это приносит мне удовольствие, – произнес он, наклонившись ближе.

– Тогда не будь чужой марионеткой, Андерс, – фыркнула я, щурясь. – И дай мне, наконец, пройти. Не хочу из-за тебя пропускать занятия.

Джейс натянуто улыбнулся. Меня слегка испугало его лицо, больше похожее на карикатуру. Улыбка неестественная, будто кто-то разрезал кожу. Меня передернуло.

– Я же говорила, стремный тип, – произнесла я, приблизившись к Тео. – Похоже, нам надо бежать, – поджала губы, смотря на часы.

– Нам нельзя его бить, – с жалостью произносит Тео, а я киваю. – Он знает слишком много, поэтому просто прекрати это быстрее, хорошо? Еще раз увижу его – сорвусь.

– Нет. Я тебя изобью потом, – в панике повысила голос я. – У тебя были уже приводы. С каждым разом ты… Шансов найти работу…

– Ладно, – сдержанно кивнул.

– Это продлится всего неделю. Я останусь в университете дольше. Там он не сможет меня достать.

– Заодно исправишь курсовую, – отметил Тео, толкая меня локтем. – Я обещал твоей маме следить за твоими оценками. Да и моя твоей учебой интересуется больше, чем моей.

– Не глупи. Она замечательная, – улыбнулась я. Но только Тео лишь помрачнел. – Что случилось? – настороженно спросила я.

Глава 5

Тео обещал рассказать все позже. Мы разделились на развилке, вяло попрощавшись. Мне не нравится, что происходит. Я не рассказала ему все о Джейсе и чувствовала себя неловко из-за этого, но он утаил нечто гораздо более серьезное. Понимаю, что всем иногда нужно личное пространство, но в моем личном пространстве всегда был Тео. Был. Был.

Я резко остановилась, понимая, что оговорка в собственных мыслях – отвратительный знак. Глубоко вздохнув и закатив глаза, я иду к университету. И нещадно опаздываю на пару. Очень надеюсь, что преподаватель тоже опоздает. Или не придет. Такое нередко бывает, особенно на последних курсах. Выпускники часто рассказывали нам на первом курсе, но верилось слабо. Но когда Тео говорит о подобном, мне становится действительно страшно, учитывая, сколько сейчас стоит страховка.

– Эй, – кто-то врезался в меня сзади. – Аккуратнее, – зашипела девушка. – Погоди, – она вцепилась в мою руку. – Ты можешь прийти сегодня на тренировку? Я тебе заплачу… Сотню, – она порылась в кармане, вытащила смятую купюру и запихнула мне в руку. – Я опаздываю. Удачи.

Она понеслась дальше, а я удивленно таращилась на деньги. Этот спор начинает мне нравится. Я улыбнулась, закусывая губу. Иногда стоит наплевать на гордость. Пожав плечами, направилась к аудитории.

***

Медленным шагом направилась к выходу, размышляя, стоит ли мне оправдывать ожидания той девушки. На самом деле, я была бы не против получать процент тех ставок, но тогда игра стала бы менее привлекательна. Пусть думают, что я игрок. Вот только… Если они так щедро разбрасываются такими суммами, какие вертятся в их кругах? Я хмыкнула, невольно думая, что бы было, если бы я родилась в настолько богатой семье.

Сейчас такая жизнь кажется даже тоскливой. Чего желать, если все есть? Скатываться до уровня тех уродов? В какой-то степени я понимаю их сейчас, но менее гадкими их поступки от этого не становятся. Я бы не променяла уют нашей с Тео каморки на богатый дворец. Даже когда нам придется разойтись, мне будет не хватать наших драк за расчески или душ, когда вода кончается. Я фыркнула от смеха, вспоминая это, и чуть покрутилась на месте, не в силах стереть с лица идиотскую улыбку. Сейчас не терпелось поговорить с другом больше всего. На последнем месте была перспектива снова видеть мерзкую усмешку. Я сама не заметила, как мысль о предстоящей тренировке стерла всякое подобие радости с лица.

– Да если понаблюдать за твоей мимикой, можно справочник по развитию шизофрении писать, – услышала я насмешливый голос.

Тяжело вздохнув, я крутанулась на пятках, разворачиваясь на звук. Нисколько не удивилась.

– У тебя лицо такое, будто тебя только что заставили отходы перебирать, – заявил Джейс.

– Потому что предстоит аналогичное, – скривилась, направляясь к парню.

– Ты выглядишь, как обиженная восьмилетка, – засмеялся Андервуд, хватаясь за бок.

Я беззвучно перекривила его, что не осталось незамеченным. Джейс утер несуществующие слезы и шумно выдохнул.

– Ты идешь? – с подозрением спросил он, щурясь.

– Да, – я несколько раз кивнула, сжимая кулаки.

Джейс склонил голову набок.

– Твой друг разве не запретил нам общаться?

– Ты немного путаешься. Мы не запрещаем ничего друг другу. Каждый выбирает сам.

– А то я решил, что это стокгольмский синдром, – протянул он.

Я фыркнула, закатывая глаза. Направилась к мотоциклу, но он так и остался стоять на месте. Я сложила руки на груди, приподнимая брови.

– Я могу взять его и попрактиковаться сама? – выразительно спросила я.

– Ты хочешь, чтобы я пошел за тобой? – спросил Джейс с насмешкой. Он никогда не бывает серьезен? Бывает, конечно. Когда угрожает.

– Идиот, – сорвалось с губ. Я развернулась, направляясь к мотоциклу.

Реакция не заставила себя ждать. Андервуд резко схватил меня за руку и дернул, разворачивая к себе. Я пошатнулась, хватаясь за его рукав, чтобы устоять на ногах.

– Я тебе говорил, что ты не имеешь никакого права оскорблять меня, – прошипел он, а мне стало смешно. Сколько агрессии из-за одного оскорбления.

– А ты не имеешь никакого права трогать меня, – в тон ему ответила я. – Собираешься ехать или только болтать и можешь? Говорю же, у меня не так много времени. Я тут только из-за денег.

– Да? – он прищурился. – Признаешь, что ты продажная?

– Если под продажностью ты подразумеваешь примирение с перспективой нахождения рядом с тобой, то да. Я совершенно точно продажная, – я благодарила богов, что не запнулась, говоря это. Юридический учит говорить чисто и без запинок. Иначе не выжить. – Не у всех серебряная ложка во рту с рождения, знаешь ли.

– Завидуешь? – несколько разочарованно протянул Андервуд.

– Мне скорее вас жаль. Вы столько в жизни пропустили.

– Ага, жизнь в маленькой квартирке; вечный страх, что не получится поступить на бюджет; отсутствие машины и нормальной одежды… Ты про это говорила?

– Я про отсутствие свободы.

– Это у нас свободы нет? Я могу в любой момент сделать что угодно.

– Но ты тут. Споришь со мной. Не жалко ли, – тихо произнесла я, за что тут же получила по лицу. Пощечина, но болезненная. Давно я их не получала.

– Не смей смотреть на меня осуждающе. Ты из Клетки. Кулаком все же совесть не позволяет.

Я хмыкнула и медленно кивнула. Резкий выпад, удар ребром ладони прямо по кадыку. Джейс пошатнулся, хватаясь за горло. Он закашлялся, качая головой. Оперся рукой о столб.

– Если думаешь, что я буду терпеть подобную хрень, ты сильно ошибаешься, – я быстро отошла назад, чтобы нас разделял мотоцикл. Все же Тео говорил правильно: на его стороне сила. А против грубой силы особо не попрешь.

Джейс застонал, запрокидывая голову. Он поправил одежду и разочарованно вытащил из-за ворота что-то. Я не смогла разглядеть: он вовремя отвернулся.

– Твою мать, как же с тобой сложно, – простонал он, оглядываясь. Я нахмурилась, ведь ожидала злость, а не это. – Из-за тебя я повредил микрофон. Вот же черт… Могла ударить в живот или ноги, как нормальные люди? Или хотя бы лицо? – ругался он, но тон был совершенно не серьезен. – Блять… До сих пор в горле першит.

– Что ты… – я мотнула головой.

– Похоже, тренировка отменяется. Нужен новый микрофон.

– Нет, – тут же сказала я. – Можно ведь хоть раз потренироваться нормально? Без твоих замашек. И без зрителей. У тебя будто раздвоение. На публику одно, а за кадром другое, – я почувствовала себя в безопасности.

– Не я пишу сценарии, – фыркнул он и тут же умолк, прищуриваясь. – Не я делаю ставки.

– Зачем ты это рассказываешь? – я склонила голову чуть набок, опираясь о мотоцикл. – Разве не смысл в том, чтобы я не знала, а потом мне было… – я усмехнулась. – Что вы там прогнозируете? Боль, отчаяние или вселенскую тоску?

– Смысл в том, что мы измеряем цену каждого. Насколько низко готовы пасть люди ради денег.

– Вы так циничны. Отбери у вас деньги, что останется? – я сморщилась. – Даже ваше напыщенное эго сдуется.

– Мое прекрасное лицо останется со мной, – с фирменной улыбкой произнес Андервуд.

Я едва сдерживала свою мимику. Он наверняка ждет этого. Ждет, пока я сорвусь. Я выдыхаю, медленно сжимая ладони в кулаки.

– Ты вообще бываешь серьезен? – раздраженно спросила я. – Ведешь себя просто… – я мотнула головой, задыхаясь в словах. Но на языке были лишь маты.

– Поражаешь, – хмыкнул он. Улыбка дрогнула, а на лице снова будто маска. Это состояние пугает. – Я думал, ты умнее.

Он направился ко мне размашистым шагом. Многих усилий стоило оставаться на месте, а не начать отступать. Я просто представила вокруг себя Клетку и толпу. Легче оставаться сильной, когда знаешь, что за слабость тебя забьют до смерти. Поэтому я редко отступала на первых секундах. Нужно показать силу, чего бы это ни стоило. Мне нужна аудитория.

– Ты едешь? – он кивнул на мотоцикл. – Или я шлем зря брал?

– Надо же… Это будет единственный нормальный раз. Грех пропустить, – произнесла я.

– Может, попробуешь повести? – спросил Джейс, бросая мне защиту.

– Не боишься, что я устрою массовое убийство?

– Готов попробовать, – пожал плечами он.

***

Одно дело – сидеть за чьей-то спиной, совершенно иное – чувствовать эту мощь самой. Я могла остановиться. Могла ускориться. Могла вывернуть руль.

Иногда это пугает меня. Не скорость, а темные мысли. Слишком уж часто они мелькают, а я удивляюсь, пока не замечаю их у себя, не осознаю, насколько впала в отчаяние. Не осознаю, насколько близка я к грани. Иногда бывают дни, когда я физически не могу встать с кровати. Не из-за ушибов или ранений. Просто я парализована. Не могу управлять своим телом, потому что мое место заняла темная сторона. Еще одно альтер-эго. Возможно, я чертов Билли Миллиган.

В такие моменты я не хотела существовать вообще.

Но сейчас я не чувствовала жизни, как ожидала. В моей голове по-прежнему роились мысли о насущных делах. Но я не чувствовала себя беспомощной больше. Потому что в моих руках две жизни.

– Что-то ты медленная, – закричал Джейс из-за моей спины. – Я сейчас засну.

– Так поспи, – ветер бил в лицо, и я не была особо уверена, что он слышал мои слова.

Когда мы приехали на место, Андервуд пнул меня в спину, и я затормозила. Я оглянулась, стараясь понять, что нам тут делать. Мы снова в том же месте, хотя достаточно трудно определить что-то в таком однообразном пейзаже. Я нахмурилась, слезая.

– Опять тут? Покажешь на этот раз что-то полезное?

– Да, – кивнул Джейс, вытаскивая из рюкзака перчатки. – Держи. На сегодня они тебе понадобятся. В пятницу обязательно приходи, кстати.

Я протянула руку, но тут же одернула ее, щурясь.

– Будет возможность неплохо заработать. Вы пока не знаете, но будет особое веселье в честь сдачи курсовых.

Я фыркнула, отворачиваясь. На самом деле, это означало, что грядет нечто грандиозное. Наверняка мне не понравятся эти изменения, но, будем честны, Клетка не может нравиться. Мне невероятно нужна эта победа.

– Давай договоримся, – проговорила я. – Ты должен проиграть мне.

– И что мне с этого будет? Ты просто хочешь, чтобы я заплатил тебе? Были более короткие способы, – слегка разочарованно протянул Джейс.

– А если мы… Если будет ничья?

– Не будет, – отрезал Джейс.

– Тогда мне придется выиграть. От этих денег зависит… – я тут же осеклась. Передо мной было два пути: предать себя или остаться в этом болоте. Я сжала губы и отвернулась. Соблазн слишком велик.

– Что же зависит от этих денег? Твое будущее? – с равнодушием проговорил он. – Не смеши меня. Слышу эту фразу постоянно. Твои гневные тирады пропали, стоило уйти зрителям? Как ты там говорила? – хмыкнул он, делая вид, что вспоминает. – Точно. У тебя будто раздвоение личности.

– Хорошо. Можно… Заключить еще сделку. Ты платишь мне. А я должна тебе желание.

– Какой в этом смысл, если я могу просто обыграть тебя? – скривился Джейс. – Поверить не могу, что ты предложила такую чушь.

– Смотрю, я удивляю тебя все больше, – нервно усмехнулась я, выхватывая перчатки из его рук.