Скрепить сделку страстью

Луиза Фуллер

Скрепить сделку страстью

Louise Fuller

A DEAL SEALED BY PASSION

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

A Deal Sealed by Passion

© 2016 by Louise Fuller

«Скрепить сделку страстью»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Глава 1

Застыв в полумраке пентхауса, Массимо Сфорца пристально следил за секундной стрелкой наручных часов. Почти. Он ждал затаив дыхание и, лишь когда раздался тихий писк, наконец-то выдохнул. Полночь.

Потянувшись, он мельком бросил безразличный взгляд на обнаженных женщин, лениво припоминая их имена, но так и не вспомнил. Да и какая разница? Все равно они больше никогда не встретятся. И почему только женщины так склонны путать физическую близость и привязанность? Он всегда любил разнообразие, да и в любом случае в его словаре напрочь отсутствовали слова на «л» и «б».

Вздохнув, брюнетка слегка сдвинулась, уронив руку ему на грудь, и Массимо, недовольно поморщившись, сбросил с себя чужую руку и выбрался из огромной кровати.

Ровно дыша, он невозмутимо пробрался сквозь разбросанные на светло-сером ковре туфли и чулки и подошел к огромному окну во всю стену, возле которого заметил недопитую бутылку шампанского.

– С днем рождения, Массимо, – выдохнул он и отпил из горлышка, но, распробовав отвратительную кислятину, как две капли воды походившую на его настроение, снова скривился. Он всегда ненавидел дни рождения. Особенно свой собственный. Да и вообще все эти притворные чувства напоказ и суррогатные праздники.

Другое дело – подписанный контракт. Вот это настоящий праздник. Массимо мрачно улыбнулся, вспоминая свое последнее достижение. Шестиэтажный дом тридцатых годов в одном из роскошнейших районов Рима, в Париоли… Всего ему приглянулось пять домов, два из которых находились в Монти, и при желании он и сейчас мог бы их все скупить, но у выбранного дома было одно неоспоримое преимущество. Его вообще не выставляли на продажу.

Именно поэтому Массимо его и выбрал.

Вспоминая, он невольно улыбнулся. Сперва владельцы упрямо отказывались продавать, но тем самым лишь подхлестнули его желание добиться выбранной цели. А если он ставил себе цель, то всегда ее добивался. Рано или поздно. Улыбка стала чуть шире. Не стоит об этом забывать, а трудности с сардинским проектом лишь временны, зато потом ему будет над чем посмеяться. Да и вообще… Возможно, порой терпение и бывает весьма похвально, но к его главным достоинствам оно точно не относится.

Одна из спящих женщин застонала во сне, и он сразу же почувствовал, как по телу пробежала волна желания. К тому же порок его сейчас интересует куда больше любых достоинств и добродетелей.

Наслаждаясь нарастающим возбуждением, Массимо глянул на предрассветное небо. Утром состоится собрание, на которое он идти не собирался, но разве может быть подарок лучше, чем лично услышать, что последние препятствия остались позади и наконец-то можно взяться за дело всерьез?

Прищурившись, он заметил, как с постели слегка приподнялась блондинка, а брюнетка лениво потянулась всем телом…

Улыбнувшись, он вернулся к кровати.

Ровно через пятьдесят одну минуту Массимо в темно-синем костюме и голубой рубашке вошел в штаб-квартиру компании Сфорца в Риме.

– Мистер Сфорца! – удивленно воскликнула Кармелина, младшая секретарша.

– Кармелина! – улыбнувшись, в тон ей ответил Массимо.

– С-сэр, я вас с-сегодня не ждала, – выдохнула она, слегка заикаясь. – Наверное, я ошиблась, думала, что сегодня…

– Мой день рождения? – Он рассмеялся. – Все верно, ты не ошиблась, и я не собираюсь надолго задерживаться. Просто решил заглянуть по пути в ресторан. Не переживай, я уже большой мальчик, подарок от сотрудников могу и завтра получить.

Массимо задумчиво разглядывал миленько покрасневшую секретаршу, не упускавшую случая состроить ему глазки. Вот только он никогда не смешивал работу с удовольствием, да и впредь не собирался нарушать это золотое правило. Разумеется, если в мире вдруг резко не закончатся остальные прекрасные сексуальные женщины, жаждущие побывать у него в кровати.

Поднявшись наверх, он на пару секунд замер перед залом заседаний, а потом резко распахнул дверь.

– Мистер Сфорца! – удивленно воскликнул Сальвадоре Абруцци, заглушая скрип отодвигаемых стульев, пока все вставали, чтобы его поприветствовать. – Мы не…

– Я в курсе. – Массимо нетерпеливо махнул рукой. – Вы меня не ждали.

Абруцци слабо улыбнулся:

– Мы думали, вам будет не до собрания, но прошу вас, садитесь, и с днем рождения, мистер Сфорца.

Устроившись на своем месте, Массимо оглядел зал заседаний.

– Спасибо, но, если вы действительно хотите, чтобы у меня появился достойный повод для праздника, скажите, что мы наконец-то можем приступить к работе на Сардинии.

В воздухе сразу же повисла напряженная тишина, которую решился нарушать лишь Джорджо Каселли, глава юридического департамента и человек, ближе всех подошедший к тому, что можно было бы назвать другом.

Прочистив горло, он посмотрел Массимо прямо в глаза:

– Мне очень жаль, мистер Сфорца, но, боюсь, пока что мы не можем этого сказать.

На несколько секунд все замерло.

– Понятно. Или не очень. – Он обвел присутствующих ледяным взглядом, по сравнению с которым арктические льды показались бы горячими пирожками. – Может, кто-нибудь потрудится объяснить? – Нахмурившись, Массимо откинулся на спинку стула и вытянул длинные ноги. – Вы не поверите, но я почему-то считал, что все препятствия, – он прищурился, – уже устранены.

Снова повисла тишина.

Каселли поднял руку:

– Мистер Сфорца, мы тоже так считали, но, к сожалению, арендатор палаццо дела Фазия до сих пор отвергает все разумные предложения. И, как вам хорошо известно, она имеет, согласно завещанию Бассини, полное право там оставаться. – Каселли громко постучал пальцами по папке с документами. – Мисс Голдинг ясно дала понять, что не собирается покидать палаццо, и, если честно, не вижу никаких способов переубедить ее в ближайшее время. – Он вздохнул. – Я понимаю, вам неприятно это слышать, но, полагаю, нам пора думать о других вариантах.

Увидев мрачное лицо начальника, Каселли снова вздохнул, а Массимо сосредоточился на стопке нераспечатанных белых конвертов с логотипом компании.

– Нет.

На этот раз откашлялся бухгалтер.

– Думаю, в данном случае Джорджо все же прав. Нам пора пойти на уступки и…

Но Массимо лишь головой покачал:

– Нет! – Подавшись вперед, он ухватил один из конвертов. – Никаких вариантов и уступок.

Собравшиеся смотрели на него со смесью ужаса и благоговения.

– Но, мистер Сфорца, мы уже все испробовали. Она просто-напросто отказывается с нами общаться. А в последний раз даже пообещала пристрелить Виторио.

– И какую же угрозу может представлять одна маленькая старушка? Слушайте, меня не интересует, сколько ей лет или что она похожа на его бабушку. Виторио платят за заключенные сделки, так что, если его так тянет заботиться о престарелых, пускай подыщет себе другую работу.

Побледнев, Абруцци покачал головой:

– Сожалею, но, похоже, вам неверно доложили. Мисс Голдинг никакая не старушка.

Массимо снова откинулся на спинку стула.

– Разве она не престарелая англичанка?

Несколько секунд все молчали, а затем Каселли осторожно пояснил:

– В палаццо, когда мы его только купили, действительно жила старушка, но она была подругой Бассини, а не арендатором, и несколько лет назад оттуда съехала.

– Тогда она тем более не имеет никакого значения. В отличие от агрессивной мисс Голдинг, сумевшей в одиночку расстроить все мои планы и обыграть моих сотрудников. Похоже, мне стоит ее нанять.

Каселли натянуто улыбнулся:

– Я могу лишь извиниться, но… – Увидев нетерпеливое выражение Массимо, он замолк, так и не договорив.

Подавшись вперед, Массимо смахнул со стола конверты.

– Джорджо, палаццо принадлежит мне. Мне принадлежит и земля, и поместье, а первый этап проекта утвердили уже полгода назад, но за все это время мы так и не начали воплощать его в жизнь. Джорджо, одних извинений мало. Мне нужны объяснения.

Адвокат зашуршал разложенными на столе бумагами.

– Если не считать мисс Голдинг, все идет по плану. Нам еще предстоит пара встреч с организациями по защите окружающей среды, но это всего лишь формальности. А через два месяца региональный совет. На этом все. – Он снова откашлялся. – У нас есть разрешение расширять и достраивать, но мы можем просто слегка подкорректировать план и выстроить совершенно новый палаццо где-нибудь по соседству. Никаких трудностей у нас при этом не возникнет, зато тогда мы сможем просто забыть о мисс Голдинг и… – Ледяной взгляд Массимо заставил его замолчать.

– Предлагаешь пересмотреть план? Отказаться от двухлетней работы из-за какой-то несговорчивой дамочки? Меня это не устраивает. – Покачав головой, он оглядел собравшихся. – Так кто же все-таки такая эта таинственная мисс Голдинг? Хоть это может мне кто-нибудь объяснить?

Вздохнув, Каселли выудил из стопки бумаг тонкую папку.

– Флора Голдинг, англичанка, двадцать семь лет. На нее не так много информации, но она жила с Бассини до самой его смерти. Очевидно, была его «музой». Одной из. Все подробности в папке. А еще там есть фотографии с открытия его последней выставки в галерее Дориа-Памфили.

Кивнув, Массимо сосредоточился на фотографиях. Или, точнее, на Флоре Голдинг, цеплявшейся за руку художника Умберто Бассини. И казалась она гораздо моложе двадцати семи.

А еще она казалась совершенно обнаженной.

Почувствовав внезапное головокружение, Массимо отвел взгляд, а потом присмотрелся чуть внимательнее, сразу же различив шелковое платье всего на тон светлее ее собственной кожи, что, как перчатка, обтягивало пленительные изгибы груди и бедер. Глубоко вдохнув, он почувствовал, как внизу живота что-то сжимается.

Да уж, такую статную красотку точно не назовешь маленькой старушкой.

Массимо молча разглядывал ее лицо. Надменный кошачий взгляд, густые каштановые волосы… Пленяющая дикая красота. Но красота несомненная.

Красивая и жадная. Потому что зачем иначе такой женщине связываться с мужчиной в два с лишним раза старше себя? Он вдруг резко почувствовал во рту горечь. Пусть она и цеплялась за руку любовника, глядя на него с обожанием, но жизнь уже давно объяснила ему, что внешность бывает обманчива. И даже более того. Она способна не просто вводить в заблуждение, но еще и ранить и разрушать.

Пристально вглядываясь в светло-карие глаза, Массимо начал злиться, ясно понимая, что за обманчивой мягкостью взгляда скрывается стальной стержень. Ну и пустота вместо сердца. Злость быстро перешла в жалость. Только вот какому мужчине придет в голову искренне беспокоиться о том, что скрывается за атласной кожей и пышными формами? И несмотря на то, что Умберто Бассини был одним из величайших художников своего поколения, он тем не менее оставался всего лишь мужчиной. Старым, больным и влюбленным дураком.

Что ж, похоже, эта дамочка действительно нечто. Раз уж решилась связаться с умирающим. И тем более раз сумела заполучить от него разрешение проживать в его доме. Ему вдруг стало плохо. Да чему он, собственно, удивляется? В конце концов, кому как не ему знать, как низко готова пасть такая женщина ради доли в добыче?

Или строчки в завещании?

Массимо захлопнул папку. Ладно, хорошо хоть, у Бассини детей не было. И каким бы влиянием на него ни обладала мисс Голдинг, оно больше не имеет никакого значения. Он задумчиво потер щетину. И хочет она того или нет, вскоре ей придется покинуть палаццо.

Подняв глаза, он пристально разглядывал собравшихся.

– Возможно, ты прав, – признал он наконец. – Возможно, нам действительно стоит найти к мисс Голдинг новый подход.

– Да, верно, мы могли бы найти посредника… Думаю, если мы слегка отстранимся, дело сразу пойдет на лад. В Риме как раз есть несколько компаний, занимающихся именно такими вопросами. Хотя, в принципе, не обязательно, чтобы посредник был местным, можно поискать в Лондоне или…

– Не нужно. У нас уже есть человек, способный убедить мисс Голдинг, что наш путь – единственный.

Джорджо нахмурился:

– И кто же этот человек?

– Я.

– Как твой адвокат, – подавшись вперед, Джорджо нахмурился, – я бы не советовал. Лучше уж действительно нанять посредника. Это не займет много времени, да и в любом случае стоит немного подождать, прежде чем… – Но Массимо покачал головой, и он замолчал, не договорив.

– Я и так уже достаточно ждал. А ты отлично знаешь, что я ненавижу ждать.

– Но, сэр, ваше личное вмешательство недопустимо. Это дело…

– Вот именно. Это мое дело. И оно требует моего личного вмешательства.

– Я понимаю, что вы хотите сказать, но мне правда кажется, что вам неразумно встречаться с мисс Голдинг… – Адвокат явно представил встречу бескомпромиссного начальника и склонной к насилию мисс Голдинг. – Это же может вообще чем угодно закончиться!

Массимо уловил невольную реакцию своего тела. Точно. Чем угодно. Он снова посмотрел на фотографию роскошной красавицы с дерзким взглядом. Сперва она будет дикой и необузданной, а потом мягкой и податливой… Массимо уже во всех подробностях представлял, как она жадно к нему прижмется и…

Представив обнаженную брюнетку в своих руках, он слегка улыбнулся, и витавшее над столом напряжение рассеялось, как утренний туман в первых лучах солнца.

– Не переживай, Джорджо, я надену пуленепробиваемый жилет.

Поморщившись, адвокат откинулся на спинку стула.

– Ладно, раз так хочешь, можешь с ней встретиться, но только в моем присутствии. Я должен убедиться, что ты не сделаешь и не скажешь ничего такого, о чем ты или, что гораздо важнее, я станем жалеть. А я-то думал, что хоть сегодня у тебя найдется занятие получше.

Мягко оттолкнув стул, Массимо поднялся.

– А оно и нашлось. В «Ла Перголе» меня уже ждет вечеринка-сюрприз. Перенесите ее на вечер. Мисс Голдинг этого времени вполне хватит, чтобы расписаться у каждой галочки. Ну а теперь нас ждет вертолет, не станем его задерживать.

Два часа спустя Массимо захлопнул крышку ноутбука. Ознакомиться с собранными на Флору данными было весьма любопытно, а заодно он убедился, что особых сложностей с ней не предвидится. Как показывает практика, стоит лишь слегка подтолкнуть таких жадных хорошеньких девиц в нужном направлении, как они сами охотно катятся по наклонной.

Откинувшись на спинку кресла, Массимо разглядывал в окно личного вертолета Тирренское море.

– Отличный пейзаж, не так ли, сэр? – крикнул через плечо пилот.

Но Массимо лишь небрежно пожал плечами:

– Наверно.

Глянув на часы, он обернулся к сидевшему рядом юристу.

– Джорджо, глаза открой, а то такую красоту пропустишь, – бросил он насмешливо. – Все равно не понимаю, зачем ты настоял, чтобы я взял тебя с собой. Ты же ненавидишь летать. Дыши глубже и постарайся немного расслабиться. Ты и сам не заметишь, как снова окажешься на твердой земле. – Он снова повернулся к пилоту. – Когда посадка?

– Через десять минут.

– Быстро долетели!

– Точно. Но это и не удивительно, когда сидишь в одном из лучших в мире вертолетов.

Массимо кивнул, хотя для него вертолет был всего лишь средством передвижения. Конструктивные особенности и модели его совершенно не интересовали, а завышенная цена не возбуждала. Собственно говоря, он был совершенно равнодушен ко всем своим «игрушкам». Машины, самолеты, роскошные яхты… Транспорт, он транспорт и есть. Разве могут эти железки сравниться с чем-то по-настоящему волнительным и ярким? Таким, как очередная на первый взгляд совершенно недостижимая цель или сделка? Ему нравилось бороться с сильным противником, и чем упорнее этот противник пытался его одолеть, тем целеустремленней и жестче разгоралось его желание одержать верх. А если этим противником оказывалась женщина…

Совсем скоро мисс Флоре Голдинг предстоит узнать, кому она вздумала перечить.

– Палаццо дела Фазия, – пилот указал в окно, – если не возражаете, я сяду вон там. – Он показал на обширную лужайку.

Не отрывая жадного взгляда от желто-медового дома, Массимо кивнул, дождался, пока они окажутся на земле, и спрыгнул на траву, все так же цепко разглядывая предмет своего желания. По всему миру ему принадлежали десятки весьма впечатляющих и самых причудливых зданий, но почему-то лишь при виде этого он невольно задерживал дыхание. И дело тут не в величии, а в каком-то непередаваемом умиротворении и неизменности, словно палаццо само собой выросло из земли.

– Слава богу, снова земля!

Обернувшись, Массимо увидел, как Джорджо платком вытирает бледное вспотевшее лицо.

– Как ты? – спросил он сухо.

– Нормально.

– Уверен? Выглядишь ужасно. Слушай… Давай ты меня здесь подождешь? Что-то я сомневаюсь, что, если тебя вырвет в ее любимую клумбу, наши дела сразу пойдут на лад.

Джорджо уже открыл рот, чтобы возразить, но, посмотрев на Массимо, так ничего и не сказал.

– Не переживай, – улыбнулся Массимо. – Я быстро.

Направляясь к дому, он обошел здоровенную выбоину, мимоходом отметив, что подъездную дорожку не мешало бы обновить. Да и самому палаццо, как оказалось при ближайшем рассмотрении, не повредил бы косметический ремонт. Раскрошившийся на углах мрамор, проросшая сквозь потрескавшуюся штукатурку трава, походившая на торчащие из старого свитера нитки… Но, несмотря на это, в палаццо все равно оставалось что-то волшебно-притягательное и совершенно не передаваемое словами.

Черт, с каких это пор он вдруг стал таким сентиментальным? Какая еще магия в старых кирпичах и штукатурке? Тем более что стоит мисс Флоре Голдинг наконец-то отсюда съехать и в письменной форме отказаться от всех прав и претензий, как они сразу же превратятся в обычный строительный мусор.

Прищурившись, Массимо поднялся по ступенькам к парадной двери и решительно дернул дверной колокольчик. Нетерпеливо постучав костяшками по кирпичной кладке, он недовольно поморщился и дернул еще раз, но, ничего так и не дождавшись, просто заколотил по обшарпанной двери рукой.

Черт! Да как она смеет держать его на пороге? Слегка пригнувшись и заглянув в окно, он едва ли не рассчитывал увидеть там хорошенькое личико со злобным взглядом. Но лица там не было, зато Массимо вдруг понял, что окна, вообще все окна, закрыты ставнями. Сжав зубы, он выпрямился. Понятно. Мисс Голдинг гостей не ждет. Ни сейчас, ни потом.

Чувствуя, как от ярости кружится голова, Массимо развернулся на каблуках и обошел палаццо по гравиевой дорожке, заканчивающейся у калитки со сломанной защелкой. Дверь была подвязана чем-то подозрительно напоминающим женский чулок. Борясь со все нарастающим раздражением, он распахнул калитку и пошел дальше, мимо груды разнородных камней и ржавых перил, к потрескавшейся арке, что вела в огороженный сад. С этой стороны, в отличие от парадного фасада все окна и ставни были открыты, и почти сразу же он заметил стакан и недоеденное яблоко на мраморном столике. Так, она все-таки здесь! Но где же именно?

Щурясь от яркого солнца, Массимо уловил доносившееся из сада женское пение, но, оглядевшись по сторонам, заметил лишь пару гревшихся на солнышке ящерок. Все еще стоя на месте, он впитывал в себя чудесные звуки, чувствуя, как дыхание становится глубже, а сердце бьется ровней, но не успел он поднять голову, как пение оборвалось.

Черт! Да где же она? А потом он снова ее услышал и снова почувствовал возбуждение. Осторожно ступая, Массимо направился к обвитой розами арке, но почти сразу же остановился, обнаружив лишь очередную пустынную террасу с огромным прудом и целой вереницей мраморных нимф.

Да что это с ним сегодня? С чего он вдруг преследует поющую девушку, как какой-то очарованный сиреной моряк?

Но тут он увидел, как одна из нимф потянулась, притронувшись рукой к грозди розовых олеандров. Сердце разом замерло у него в груди, а во рту пересохло, пока он молча любовался все еще влажным телом, что вполне могло принадлежать богине, решившей с утра освежиться.

Слепящая, завораживающая красота, рядом с которой мраморные нимфы казались скучными и пресными.

Жадно разглядывая крутой изгиб бедер и небольшую сочную грудь, Массимо чувствовал, как кровь в жилах бежит все быстрее и быстрее. Словно загипнотизированный, он следил за плавными движениями рук, пробежался взглядом по позвоночнику, а еще пару секунд спустя понял, что она не обнажена, а одета в крошечные стринги телесного цвета.

Он невольно сосредоточился на влажной материи, а когда Флора опустила ноги в бассейн и снова запела, хищно улыбнулся и, уловив знакомый мотив, принялся его насвистывать.

Резко замолчав, она обернулась:

– Кто здесь?

Выйдя из-под арки, Массимо успокаивающе протянул перед собой руки:

– Извини, не смог устоять, не хотел тебя напугать.

Но в ее взгляде горел лишь гнев, не оставлявший места испугу. А еще Флора даже не попыталась прикрыться. Да и, учитывая редкостную красоту, ей действительно нечего было стесняться.

– Тогда тебе не стоило прятаться в кустах. Ты нарушил границы частного владения, и советую уходить прямо сейчас, пока я полицию не вызвала.

Говорила она на чистейшем итальянском без малейшей примеси английского акцента. Ей снова удалось его удивить. И восхитить. Но на лице его не отразилось ни одной эмоции.

– Полицию! Не стоит так торопиться, – возразил он на идеальном английском, с радостью наблюдая, как огромные глаза от удивления ста новятся еще больше. Приятно сознавать, что ему все-таки удалось произвести на нее эффект. – Может, сперва захочешь узнать, кто я такой?

– Я знаю, кто вы такой, мистер Сфорца. – Флора вздернула подбородок. – И я знаю, чего вы хотите. Но вы этого не получите. Это мой дом, и я не позволю превратить его в очередной роскошный отель для потных шумных туристов, так что можете сразу уходить.

– Или что? – Он неторопливо прошелся взглядом по обнаженным полусферам. – Если вы прячете оружие, мне уже интересно, где именно, – начал он насмешливо. – Это моя собственность, моя земля, и вы мой арендатор. И как хозяин я решил осмотреть принадлежащие мне владения. Правда, должен признать, вы и так уже продемонстрировали все самое интересное.

Буквально сгорая от переполнявшей ее ярости, Флора разглядывала непрошеного гостя. Так вот он какой, знаменитый Массимо Сфорца? Мужчина, чья подпись уже не одну неделю преследовала ее по ночам? Что ж, он оказался именно таким, каким она его и представляла. Умным, очаровательным и жестоким. Но, глядя в ясные голубые глаза, она вдруг поняла, что серьезно недооценила как очарование, так и жестокость. Только что он о себе возомнил? Неужели действительно думает, что одного его вида достаточно, чтобы она разом сдалась и позволила превратить палаццо в какой-то дурацкий отель? Что ж, если так, он серьезно ошибся. Только вот когда мужчины наконец-то поймут, что она не обязана и не собирается покорно выполнять любые их желания?

Флора почувствовала, как бешено бьется в груди сердце. Но почему? Откуда такая неуместная реакция на совершенно омерзительного ей человека? Чувствуя, как горят щеки, и негодуя на предательскую реакцию организма, она лишь головой покачала. Что с того, что он чертовски привлекателен? Разве это имеет какое-то значение?

Похоже, имеет.

И от этого он становится еще опасней.

Злясь на неуместную реакцию собственного тела, Флора крепко стиснула зубы. Как же это неправильно! Неужели она мало встречала его фотографий на обложках журналов, чтобы по горло не насытиться идеальными пропорциями? Под настойчивым, дерзким взглядом голубых глаз внутри ее все так и пылало, но, несмотря на это, она вдруг почувствовала, что дрожит. Да что с ней такое! Он ведь к ней даже не притронулся, просто смотрит! Что ж, похоже, к подобной красоте и надменной уверенности никогда нельзя заранее подготовиться. Волосы цвета воронового крыла, точеные черты лица, легкая щетина, властный взгляд… С такой внешностью ему прямая дорога в бандиты, что когда-то хозяйничали на окрестных холмах…