Приключения Вик Фура и его друзей. Книга первая «Обратный отсчёт»

Глава 1 «21 июня»

Вообще-то Вик Фур всегда просыпался в прекрасном настроении – это была особенность его характера: чтобы ни случилось накануне, ночью ему обязательно снилось что-нибудь приятное и радостное. Но сегодня было 21 июня – и Вик Фур, потягиваясь в своей постели, аж жмурился от переполнявшего его счастья. Ведь сегодня не просто День его рождения – сегодня – ни больше, ни меньше – первый в его жизни Юбилей! Во всяком случае, именно так заявила его мама. И хотя сам Вик Фур не видел особой разницы – исполнилось ему 9 или 10 лет – он с готовностью делал вид, что проникся этой датой: да-да, конечно, Юбилей, а не какой-то там банальный День рождения! Вик знал, что так порадует своих родителей. Его отец Нарт и мама Элен обожали своих детей: старшего сына Вика и младшую дочь – умницу Ирию. Они старались устраивать для них праздники по любому поводу, а уж лучшего повода, чем Первый Юбилей сложно было себе представить!

Вик Фур родился в день летнего Солнцестояния ровно в полдень – возможно именно это во многом объясняло его характер: лёгкий, жизнерадостный – люди невольно улыбались, глядя на него, и тянулись к Вику, как тянется к Солнцу всё живое.

Глава 2 «Нарт»

Элен Фур всю последнюю неделю не находила себе места, стараясь организовать «пир на весь мир» и постоянно сокрушаясь по поводу отсутствия мужа – Нарта срочно вызвали зверолюди из Тигровой долины – там снова начал охоту гигантский Тигр – Людоед, который уже несколько лет не давал покоя зверолюдям. Это племя возникло во времена Второго перерождения Мира и сочетало в се6е черты людей и тигров: их тела обладали силой и выносливостью диких животных, нюх и зоркость не уступали любому лесному жителю, волосяной покров их тел хоть и не был таким же густым, как шерсть у зверей, всё же позволял обходиться без теплой одежды даже в морозы, поддерживая температуру тела не ниже 40 градусов. Зубы зверолюдей больше напоминали клыки, а жёлтые, чуть раскосые глаза светились в темноте и видели одинаково хорошо как ночью, так и при свете дня.

При этом племя Тигровой долины было вполне цивилизованно и даже дружелюбно – большую часть своей пищи они выращивали сами, а охотились только по необходимости. Людям они уступали в умственном развитии, так как не учились ничему, кроме навыков выживания в дикой природе.

Никто не знал как Нарт много лет назад оказался в лесу – зверолюди нашли одинокого плачущего малыша и забрали его к себе в племя. Ребенок был завернут в шкуру снежного барса, который не попадался в этих краях со времен Первого перерождения мира, а на шее малыша висел какой-то странный амулет.

Рис. Амулет Нарта

Зверолюди вырастили и воспитали мальчика, которому дали имя Нарт, что на их языке означало «наша радость», ибо найдёныш не уступал в физической силе и выносливости мальчикам племени, но оказался гораздо умнее и смышлёнее зверолюдей: это он, когда подрос, смог организовать постоянную защиту от нападений гигантских Тигров – людоедов и придумал как прогнать их из Тигровой долины. Он же придумал строить жилища на деревьях, чтобы племя не страдало от наводнений и нашествия змей и скорпионов.

Когда Нарт заметил, что он отличается от своих сородичей и стал задавать вопросы, ему раскрыли обстоятельства его появления в племени и отпустили в мир людей, где ему поначалу пришлось непросто, ведь он был настоящий дикарь. Но он настолько превосходил своих ровесников в физической силе, что никому и в голову не приходило смеяться над ним.

В школе Нарт быстро догнал своих сверстников в знаниях – он привык учиться быстро, ведь в лесу это был вопрос выживания. Но он не забыл племя, которое его вырастило, так же, как и они не забыли его. Каждые каникулы Нарт проводил в Тигровой долине, наслаждаясь свободой, природой, новостями и легендами племени у ночного огня.

Учась в школе, Нарт становился ещё сильнее, благодаря приобретаемым знаниям, и даже старейшины племени зверолюдей спрашивали у него совета в затруднительной ситуации.

Вот и теперь, когда вернулся на охоту гигантский Тигр – людоед, племя обратилось к Нарту за помощью и он пообещал своему сыну Вику, что вернется в День его рождения (т.е. Юбилея, разумеется) и привезёт ему в подарок коготь Тигра, размером с его ладонь.

Конечно, Нарт был первоклассным охотником и непревзойдённым знатоком дикой природы, но даже он не отваживался охотиться на Тигра – людоеда в одиночку – на такую охоту с ним всегда ездили его друзья Арт и Дан – тоже опытные охотники. В отличие от Нарта, предпочитавшего охотится с помощью копья, Арт и Дан в совершенстве владели цепью и хлыстом. Друзья с готовностью откликнулись на просьбу зверолюдей, но вся троица торжественно заверила Вика, что ни за что не пропустит «Великий день Первого Юбилея»!

Глава 3 «Элен»

Элен Фур уже не раз за сегодняшнее утро посмотрела на загородную дорогу, ожидая увидеть мужа с друзьями, возвращающихся с охоты. Каждый раз, когда Нарт уходил в лес, Элен провожала его, скрывая страх. Она понимала, что каким бы опытным охотником ни был Нарт, дикая природа таит массу опасностей, – этот мир может быть жестоким и непредсказуемым. И пока Нарт не возвращался домой, чувство тревоги не покидало её. Тем не менее, Элен никогда не препятствовала мужу в его стремлении уходить в лес. Она понимала, что ему жизненно необходимо это чувство единения с дикой природой. И ощущение опасности тоже необходимо – взгляд Нарта, такой твердый и решительный, после возвращения с охоты становился совершенно счастливым и умиротворенным. А Элен, глядя в сияющие глаза мужа, каждый раз вспоминала, как увидела его в первый раз – он пришел новеньким в их класс, когда им было по 15 лет, но Нарт выглядел старше: высокий, физически очень сильный, с загорелым, обветренным лицом и лохматыми светлыми волосами. Но больше всего поражал твердый взгляд его светло карих глаз – он смотрел чуть исподлобья настолько спокойно и уверенно, что Элен Фур буквально уставилась на него округлёнными от удивления глазами, совершенно позабыв о своих изящных манерах, которыми очень гордилась. Нарт выглядел совершенно неуместно в их классе, в их школе, в их мире в конце концов! И каким же образом, позвольте полюбопытствовать, может стать возможным их общение?! Уж не прикажете ли нам разуться и научиться скакать по деревьям, дабы найти хоть какую-нибудь тему для непринуждённой беседы! И о чём думало руководство школы?! И что это за имя – Нарт? А фамилии у него вообще нет – у зверолюдей, видите ли, не бывает фамилий! Одним словом – неслыханно!

Элен даже в голову не могло прийти, что Нарту в этот момент понадобилось серьёзное усилие воли, чтобы не выдать своего восхищения – он даже не предполагал, что в жизни может встретиться что-либо подобное: хрупкая, изящная, с горделивой осанкой и чуть откинутой назад головой, у Элен были светло – серые миндалевидные глаза, чуть вздёрнутый носик, молочно-белая кожа – и все это обрамляли иссиня-чёрные волосы. Дополняли картину чуть припухлые губы и ломаная линия бровей, причем правая бровь была немного приподнята, отчего выражение лица было несколько холодным, а кому – то казалось даже высокомерным.

Шло время. Нарт упорно учился, понимая, что он сильно отстаёт от ровесников. При этом он не пытался производить хорошее впечатление, чтобы завести друзей, был немногословен, не задавал лишних вопросов и, казалось, не интересовался ничем, кроме учёбы. Но у Элен не раз возникало ощущение, что Нарт как будто видит людей насквозь: как-то один их одноклассник начал хвастаться своими якобы достижениями – Нарт просто посмотрел на него своим «фирменным» взглядом исподлобья – и тот сразу умолк.

Так было не раз – Нарт не произносил ни слова – просто смотрел на человека, который лгал или приписывал себе несуществующие достоинства – и этого было достаточно. При этом, если человек говорил правдиво и искренне, взгляд Нарта его совершенно не смущал.

Это качество привлекало многих, люди пытались подружиться с Нартом, но это было не просто – он сам выбирал себе друзей по каким-то ему одному понятным причинам. Это поначалу вызывало любопытство Элен Фур, затем пришло уважение, а потом произошла та самая история, когда в результате подлой и гадкой интриги отвергнутого поклонника, Элен оказалась в откровенно уязвимом положении, репутация повисла на волоске и она, застыв от ужаса, ждала дальнейших фальшивых обвинений, ответить на которые ей не позволит достоинство. Именно в этот отчаянный миг Нарт подошёл и, не говоря ни слова, просто встал рядом, одним взглядом оборвав поток грязных обвинений. В этот момент Элен поняла, что за всю свою жизнь она впервые чувствует себя не просто сильной, уверенной в себе – такое было и раньше – а абсолютно неуязвимой. И всё это благодаря человеку, которого она считала невоспитанным дикарём. Он просто встал рядом – и ей захотелось всю жизнь чувствовать себя так, как в этот момент – защищенной от любых невзгод этой каменной стеной по имени Нарт. Всё это он прочёл в её глазах, и с этого момента они не расставались.

Родители Элен по началу отнеслись к выбору дочери с плохо скрываемым замешательством. Вала и Ник Фур никак не могли понять, как их дочь, которая так гордиться своим происхождением и воспитанием, смогла увлечься сиротой без роду, без племени. А если они поженятся, ему придется взять фамилию жены, ведь своей у него нет! И хотя это обстоятельство скорее радовало Ник Фура, поскольку сына у него не было и это был шанс продолжить фамилию, всё равно это было очень непривычно и, разумеется, несколько смущало.

Нарт, верный себе, относился к родителям Элен Фур с глубоким почтением, но держался как человек, который ни у кого не просит снисхождения, а его врождённое благородство и чувство собственного достоинства не могли не внушать уважения.

Родители Элен были достаточно проницательны – они видели, что чувство их младшей дочери – именно то самое, испытать которое можно только раз в жизни. А по своему опыту Вала и Ник Фур знали сколько подлинной радости может принести брак по взаимной любви.

Став женой Нарта, Элен Фур с каждым днём чувствовала себя всё более защищённой. А Нарт с каждым годом всё больше понимал, как ему повезло с женой, которая стала для него не только возлюбленной, но и верной соратницей, прекрасной хозяйкой в доме и удивительной матерью их детей: сын Вик родился через два года после свадьбы, а ещё через четыре года появилась на свет прелестная дочка Ирия Фур.

Глава 4 «Ирия и Вик»

Нарта и Элен откровенно забавляло то, как внешность их детей сочетала в себе черты родителей:

Вик Фур в наследство от отца получил совершенно не поддающиеся укладке, вечно торчащие в разные стороны волосы. Правда они у него были не светлые, а тёмно каштановые, а также чётко очерченный рот, чуть выдвинутый подбородок, говорящий об упорстве и решительности, и брови – такие же густые, довольно широкие и немного нависающие на голубые глаза. Взгляд Вик Фура тоже был исподлобья, но его смягчала сияющая улыбка и выражение лица – такую шкодливую мордашку было ещё поискать! При этом Ирия Фур в целом была больше похожа на Элен, только волосы у нее были светло-русые, а глаза светло карие – как у отца. И оба – сын и дочь – получили от своей матери чуть вздёрнутые носики, миндалевидный разрез глаз и манеру вскидывать правую бровь.

Когда Вик Фур немного подрос, стало очевидно, что он унаследовал от отца способность распознавать в людях неискренность и умение останавливать поток лжи одним взглядом, а от матери склонность выражаться несколько высокопарно – при этом и Элен и Вик Фур обожали подшучивать друг над другом, общаясь между собой подчёркнуто церемонно, чем ужасно веселили окружающих. А Ирия с раннего детства поражала своей чуткостью: у неё была какая-то уникальная способность чувствовать чужую боль – физическую и душевную – уже ребёнком она удивляла своим умением гасить ссоры и мирить врагов. Обаяние этой девочки было бесспорно – неудивительно, что маленькая Ирия была любимицей не только в своей семье, но и во всем Энергарме – городе, в котором жила семья Фур.

Тем временем Вик ещё раз сладко потянулся, широко улыбнулся и выпрыгнул из кровати. Увидев маму во дворе, он решил разыграть их любимый «приветственный спектакль»: выйдя на крыльцо, изобразив жестом, будто снимает с головы шляпу, почтительно поклонился, прижав правую руку к сердцу, и произнес очень серьёзным тоном:

– Доброе утро, дражайшая мама! Позвольте заметить, что Вы сегодня просто ослепительны!

В ответ Элен с удовольствием подыграла – присела в лёгком реверансе и чопорным тоном произнесла в ответ:

– Благодарю Вас! Должна признаться, что Вы тоже сегодня вполне сносны!

После этого мать и сын рассмеялись и обнялись, очень довольные шуткой, началом дня и самими собой.

– С Днём рождения, сынок!

– А разве у меня сегодня не Юбилей?! – Вик удивленно вскинул правую бровь, едва удерживаясь от смеха.

– А промолчать никак не мог?! – Элен изобразила на лице возмущение:

– Никакого уважения к старшим!

Вик быстро нашёлся:

– Не извольте гневаться, маменька, Вы же знаете, что моя сыновняя почтительность поистине безгранична!

«Как хорошо, что у Вика такое прекрасное чувство юмора» – подумала Элен – что ни говорите, а человеку многое можно простить, но не отсутствие чувства юмора и элементарного воспитания.

Вот почему Элен Фур (и не только она) так любила город Энергарм, в котором жила – жители этого города любили пошутить и были действительно хорошо воспитаны. Своё название Энергарм получил в честь вулкана, на котором был построен.

Глава 5 «Энергарм»

Ан Акра во время Третьего перерождения Мира обнаружил источник уникальной энергии, которая сочетала в себе свойства четырёх стихий: Земли, Воды, Воздуха и Огня.

Вулкан, генерящий в своих недрах эту энергию, извергал её непрерывно. Ан Акра назвал этот поток «Ксоно», что в переводе с иривийского означает «зеркало» – именно так жители Иривии называли Силу, которая давала её владельцу способность зеркально отражать воздействие магии и делала тело человека сильным, а дух несгибаемым. Энергия Ксоно была прозрачной, еле видимой для глаз, чуть тяжелее воздуха. Эта энергия, клубясь, медленно стекала вниз по склону, разливаясь на сотни километров вокруг подножия горы. Затем постепенно впитывалась в землю и там, подогреваясь от подземного огня в недрах вулкана, становилась лёгкой, приобретала свойства воздуха, поднималась по жерлу вверх, чтобы вновь, наполняясь влагой, стекать по склону, обеспечивая живущих в Энергарме людей энергией, которая давала прохладу летом и тепло зимой, а также обеспечивала работу всех необходимых механизмов. Эта энергия настолько гармонировала с окружающей средой, что Ан Акра дал вулкану, извергающему эту энергию имя Энергарм, что означало «Энергия Гармонии». Это же название получил город, построенный на склонах вулкана.

Чтобы использовать этот удивительный источник бережно и рационально, жители города строили свои дома ступенчато, так что крыши домов, стоящих у подножия горы, были дворами домов, построенных выше – и так до самой вершины вулкана.

Никто не ограничивал жителей Энергарма в выборе цвета для своих домов, но так получилось, что все жители города, не сговариваясь, заворожённые мягкими потоками струящейся энергии, выбрали белый цвет для стен и крыш своих жилищ. Этот цвет, разбавленный зеленью деревьев и разноцветными пятнами цветов, идеально гармонировал с общим настроем жителей – светлых, открытых и доброжелательных.

Высокая стена, окружающая Энергарм, была также белого цвета. Возведённая на окраинах города в начале Третьего перерождения Мира, по замыслу Ан Акры она служила, в первую очередь, для защиты города от гигантских зверей-людоедов, возникших в тёмный период Первого перерождения Мира и диких зверолюдей, изгнанных из племени сородичей за жестокость, жадность и нежелание жить, подчиняясь законам Природы.

И хотя внешние враги давно уже не тревожили границы Энергарма, Ан Акра следил за тем, чтобы защитники города не расслаблялись: тренировки бойцов по-прежнему были регулярными, а смотр отряда проходил каждый месяц. Это было необходимо, чтобы стена высотой 200 м и шириной 30 м, разделённая внутри на уровни защиты, могла оставаться неприступным бастионом – для этого каждый должен был знать, что ему делать в случае нападения и чётко выполнять приказы на своем боевом посту.

Воинов для несения службы по охране границ Энергарма выбирали по призванию: когда мальчикам исполнялся один год – в его первый день рождения – в виде подарков перед ним ставили различные предметы: книгу, охотничий лук, плуг, факел, свирель, арбалет и тому подобное. Дальше всё зависело от того, к чему ребёнок потянулся в первую очередь: те, кто выбирал книгу, становились учёными или учителями, выбравшие охотничий лук шли в охотники, плуг предпочитали будущие землепашцы, выбор факела означал, что перед нами прирождённый лидер, свирель привлекала детей с задатками музыкантов и композиторов, ну, а арбалет мог привлечь только будущего воина. Конечно, это был не полный список для выбора: были еще расчёска – выбор парикмахеров и стилистов (в Энергарме вообще очень следили за модой и стилем), любители полётов могли выбрать крылья, виноградная лоза – для будущих виноделов.

Местное вино славилось далеко за пределами Энергарма. Его выдерживали в бочках из Поющего дерева, которое росло только в Тигровой долине. Все фрукты, ягоды, овощи и зелень в этих краях, помимо яркого вкуса, обладали удивительной сочностью и ароматом – ведь они росли на земле, пропитанной энергией Ксоно. Но местный виноград, будучи крупным и полупрозрачным от переполнявшего его сока, отличался при этом настолько ошеломительным вкусом, что всего один бокал вина из этого винограда был способен дать ощущение переполняющего счастья и свободы. Правда, в больших объёмах это вино могло ввергнуть в состояние гнева и безумия, поэтому в Энергарме со дня основания существовала культура застолья – ей обучали с детского возраста, и все жители соблюдали эти правила, так как за их нарушение могли изгнать из города.

И конечно, только на земле, пропитанной Ксоно, могли расти такие деревья – высокие, стройные, их кроны раскидывались так широко и плотно, что могли служить защитным зонтом и от дождя, и от жары. А цветы в садах Энергарма были настолько переполнены энергией, что меняли свой цвет в течении дня: утром они предпочитали быть жёлтыми, с приближением полудня начинали постепенно покрываться яркими полосами или пятнами, а когда цветы вокруг становились полностью красными, можно было не смотреть на часы – итак было понятно, что наступил полдень. Ближе к вечеру бутоны начинали постепенно окрашиваться в фиолетовый, чтобы к ночи выдать всю гамму синего – наверное, они считали, что именно синий самый подходящий фон для тысяч светлячков. Действительно, это было завораживающее зрелище: мерцающие в темноте огоньки, на фоне бутонов всех оттенков синего: от бледно голубых колокольчиков и роскошных роз цвета индиго, до иссиня-чёрных тюльпанов.

Глава 6 «Фим и Бим»

Тем временем, следом за Виком, на крыльце показался домашний любимец семьи Фур – великолепный кот по кличке Фим. Довольно крупный, он казался ещё больше из-за густой, пышной шерсти. Вообще Фим выглядел как настоящий кошачий аристократ: чёрный, с белыми «перчатками» на передних лапах, белой «манишкой» на груди и белой «кисточкой» на кончике хвоста – для шика. Фим имел чрезвычайно независимый нрав: не любил, когда его гладили без его разрешения, считал, что вся семья должна в первую очередь заботится о его комфорте, но при этом был беззаветно предан Нарту, Элен, Ирии и Вику и считал своим долгом охранять их, поскольку не сомневался, что без него они пропадут. Физически кот был настолько сильным, что считался грозой всех котов в округе и даже охотничий пёс Нарта по кличке Бим предпочитал уточнять в каком настроении находится Фим, прежде чем подходить к дому.

Бим, конечно, был очень красивый пёс: кофейно-пегий с россыпью светлых пятен – эту породу вывели для охоты на птиц зверолюди из Тигровой долины. Нарт забрал его с собой, когда покидал племя. И вот год назад Бим сбежал из дома и пропал – его нашли возле Запретной зоны – тощего и несчастного. Было непонятно как он там оказался, ведь вход на территорию Запретной зоны был категорически запрещён и людям, и животным. Собаку быстро доставили домой, вылечили и откормили, но с тех пор у Бима начали случаться странные приступы, во время которых он снова сбегал из дома неизвестно куда и возвращался через несколько дней совершенно здоровым.

– Мама, смотри, их Кошачье Величество соизволило выйти во двор. Надеюсь, солнце не покажется ему слишком ярким!

– А меня больше беспокоит понравятся ли ему цветы на новой клумбе!

Фим какое-то время лениво жмурился на солнце, затем приоткрыл глаза, с неподражаемой грацией обошел новую клумбу и посмотрел на Элен так, как будто хотел сказать: «Недурственно… Хвалю.»

– Мама, а ты не знаешь, почему папа задерживается?

– Не знаю, Вик, через три часа начнут собираться гости – будет неудобно, если главы семьи не будет дома.

– На этот счёт не переживай, мама! Я могу взять на себя роль хозяина в доме и помочь тебе встречать гостей.

– Передать не могу, до чего я тебе признательна, дорогой мой, но, видишь то небольшое облачко пыли на загородной дороге? Уверена, что это возвращается твой отец.

Оба с надеждой посмотрели вдаль и радостные улыбки на их лицах не заставили себя ждать.

– Простите, что так задержался, но этот Тигр-людоед – настоящий монстр!

Нарт достал огромный коготь, размером с две ладони Вика: «С Днём рождения, сынок!»

– Что же ты не поправляешь его? Ведь у тебя не День рождения, а Юбилей! – не без ехидства поинтересовалась Элен.

– Я скромно жду, когда отец сам осознает свою оплошность – подчеркнуто невозмутимо отозвался Вик.

– Я ещё не переоделся после охоты и не подготовил торжественную речь, чтобы поздравлять с Великим Днём первого Юбилея. Как по-твоему, сынок, это объяснение может извинить мою оплошность?

– В некоторой степени – безусловно! – ответил Вик, важно растягивая слова.

После чего не удержался и со смехом бросился отцу на шею.

– Еле выкрутился – выдохнул Нарт, проходя в дом.

Элен обратилась к Биму, лежащему возле крыльца: «Марш в дом мыться после охоты – ты что не видишь: Фим в шоке от твоего вида!»

Глава 7 «Юбилей»

Приём гостей был в самом разгаре, когда прибыл почетный гость – Ан Акра – в переводе с иривийского это означало: «Я – Основатель» – и это не было преувеличением – ведь именно он когда-то обнаружил источник Ксоно и основал вокруг него город, которым правил по сей день с помощью советников, которых выбирал сам – ими становились жители Энергарма, лучшие из лучших, признанные профессионалы в своем деле. Нарт, Арт и Дан также входили в Совет города и отвечали за поставку дичи, борьбу с браконьерами и защиту от нападений дикий зверей.

Ан Акра подошел к Элен, чуть наклонил голову: «Счастлив присутствовать на первом Юбилее вашего красавца-сына!»

Нарт взглянул на своего «красавца – сына», который встречал гостей, стоя между ним и Элен. Вик был одет в свой новый парадный костюм, который сшил ему специально к Юбилею лучший портной Энергарма Крис Арм. Костюм очень шёл мальчику, но в сочетании с лохматыми, торчащими во все стороны волосами («ну не поддаются они укладке» – констатировала час назад Элен) – Вик выглядел довольно забавно, его вид невольно вызывал улыбку. Причёску самого Нарта тоже сложно было назвать идеальной – было очевидно, что его волосы с трудом подчиняются укладке и готовы в любой момент взбунтоваться. Стиль семьи спасал только безукоризненный внешний вид Элен. Сегодня она была особенно хороша в своем новом платье, которое Крис Арм сшил специально к сегодняшнему торжеству: с запахом на спине, открывающем сзади шею и часть спины, светлая ткань струилась до пола, подчёркивая удивительно стройную фигуру. Впрочем, Элен умудрялась выглядеть элегантно всегда – даже в домашнем платье, занимаясь хлопотами по хозяйству – и старалась научить этому искусству маленькую Ирию.

«Хорошо, что уже почти все гости прибыли» – подумал Нарт, заметив, что Вик нетерпеливо переминается с ноги на ногу. Было заметно, что он уже наигрался в «виновника торжества, встречающего гостей» и ему не терпится рвануть к своим друзьям – Тиму, Эве и Кэт. Их отцы – Арт и Дан, вернувшись сегодня с охоты вместе с Нартом, тоже подарили своим детям по когтю тигра-людоеда, и Вику было ужасно интересно узнать, чей коготь больше.