Алу: так шепчет лес

Глава четвертая

Удивительно, как быстро мы с Магнумом выработали совместный распорядок. Его присутствие теперь казалось мне естественным, таким же, как восход солнца по утрам.

По мере того, как на костре звучали всё новые истории, в моей голове зрела идея. Три дня спустя я всё же решилась рассказать об этом Магнуму за завтраком.

– Знаешь, у меня никогда не было времени найти своё увлечение, цель в жизни, – пробормотала я, ощущая себя смущённой из-за этого. В моём возрасте большинство оборотней уже всё это имеют.

– И это нормально, – поддержал Магнум, глядя мне в глаза. – Когда тебе было думать о своих увлечениях, если ты пыталась спастись от оскорблений или унижений окружающих? – весь его вид источал сочувствие. Но его слова не вызвали во мне отторжения, наоборот, в груди разлилось приятное тепло от мысли, что он понимает меня.

– На костре рассказывали легенды фоксов. Мне с самого детства нравились разные истории. Чтение сказок помогало спрятаться от реальности. Старейшина сказала, что вся эта информация передаётся из уст в уста. И ко мне вдруг пришла мысль: а что, если записать все эти легенды? Сделать сборник. Может быть, дать прочесть его другим оборотням, чтобы остановить слухи о фоксах. Повысить осведомлённость, дать им возможность понять культуру этого народа и причины замкнутого образа жизни, – мой энтузиазм увеличивался с каждым произнесённым словом.

– Это замечательная идея, – слова прозвучали искренне, глаза Магнума заблестели, оглядывая моё лицо. Я откашлялась, ощущая себя неловко из-за собственного страстного голоса. – Ты сказала старейшине?

– Пока ещё нет, – пробормотала я, ковыряясь в каше. Неожиданно рука Магнума легла мне на ладонь и легко пожала. Подобные прикосновения уже не заставляли меня вздрагивать. Более того, я желала, чтобы они случались чаще.

– Обязательно скажи. Уверен, жители деревни с удовольствием поделятся с тобой своими историями, – в его взгляде засверкал смех. – Ингар-Моран наверняка знает кучу историй про Королеву Льдистых гор и других холодных существ.

– Магнум, – пробормотала я с упрёком, но смешок всё равно сорвался с моих губ. Ингар-Моран своим поведением уж точно заслужил несколько безобидных шуток.

– У тебя ведь сегодня встреча насчёт душевного здоровья? – осторожно поинтересовалась я. Магнум немного помрачнел. Его реакция понятна, мало кому понравится открывать свою душу незнакомцу. Тем более методы фоксов оставались тайной.

– Да. Мне будет интересно послушать, но симптомы, сопровождающие жизнь канемов, хронические и заложены в теле, а не в душе, – покачал он головой. Губы его поджались, глаза стали задумчивыми.

– Раз ты здесь, стоит попробовать. Может быть, узнаешь о нескольких интересных техниках. Магия фоксов – это что-то совершенно другое, – пока я говорила, он перевёл взгляд на меня и легко улыбнулся. Хорошо, что мне удалось немного приободрить его.

– Возможно, целителю удастся меня удивить, – вздохнул Магнум.

Мы закончили завтрак, убрали со стола и отправились на встречу с торговцем пораньше, чтобы занять очередь и успеть купить то, что хочется. Часто Ксавье-Дункан привозил что-то под заказ, и у нас на всякий случай был с собой список необходимого.

– Хм, а он когда-нибудь продавал живых кур? – задумчиво поинтересовался Магнум, пока мы шли к месту встречи. Пробивающееся сквозь кроны деревьев солнце приятно согревало кожу, лёгкий ветерок играл с волосами, до слуха доносилось соловьиное пение.

– Хочешь завести? – полюбопытствовала я. Обычно свежие яйца я покупала или обменивала у соседей, но идея завести собственных птиц показалась неплохой. Насколько я помнила, последние разы Ксавье-Дункан привозил несколько кур. Рядом с баней как раз находится маленький сарай, где их можно разместить.

– Почему бы и нет? Беру весь уход на себя, а яйца можно использовать для многих блюд, – Магнум, казалось, преисполнился энтузиазма. И от осознания, что мы планируем будущее, я улыбнулась. Его хозяйственность не стала для меня чем-то удивительным, он всегда казался мне очень практичным.

– У сарая худая крыша, могу залезть и замазать её смолой. Я уже так делала с домом, – мне нравилось, что каждый из нас находил работу по душе, и вместе мы получали результат.

– Отличная идея, – согласился Магнум. Пока мы шли, наши плечи то и дело соприкасались, и это согревало меня лучше весеннего солнца.

Оказалось, несколько фоксов тоже решили прийти пораньше, и мы заняли очередь после Вериды-Фол и её бабушки Тиа-Лил.

– Здравствуйте, – улыбнулась девочка, не скрывая любопытства рассматривая Магнума. Я подавила смешок, когда её глаза наполнились восхищением. За это я получила тычок локтем от не впечатлённого таким вниманием Магнума, и мне стало ещё смешнее.

– Здравствуй, Верида-Фол. Здравствуйте, госпожа Тиа-Лил, – поздоровалась я в ответ.

– Здравствуй, девочка, – фокса прищурилась на Магнума, но лицо её быстро расслабилось. – Как вам в Лисьих землях, молодой человек?

– Прекрасно, – отозвался Магнум, взгляд его устремился к деревьям, где зиял достаточно широкий просвет, и не зря. Через мгновение показалась тяжело нагруженная повозка. Я предполагала, что где-то в лесах была скрыта дорога, но не встречала этот путь во время своих прогулок.

Ксавье-Дункан, уже немолодой фокс ближе к семидесяти годам, приветливо помахал собравшимся своей старой кожаной шляпой. Его густая снежно-белая борода, как всегда, выглядела опрятной.

– Бабушка, я хочу сладостей, – прошептала Верида-Фол, дёргая Тиа-Лил за рукав. – У него должны быть засахаренные лепестки роз.

– А ты хочешь сладостей? – дразняще улыбнулась я Магнуму, припоминая его любовь к яблочному пирогу. Может мне всё-таки удастся его приготовить, не без помощи Дуа-Фрис, конечно.

– Я хочу кур, – оскалился Магнум и щёлкнул зубами прямо перед моим лицом. От его широкой улыбки я почувствовала слабость и поспешно отвернулась к торговцу. Предательские уши снова покраснели, а сердце в груди сладко дрогнуло.

Верида-Фол и Тиа-Лил набрали много круп. Магнум предложил помочь им всё это донести. Девочка оказалась в восторге от такого предложения и утянула бабушку в тень в ожидании, пока мы завершим покупки.

У торговца действительно оказалось несколько молодых курочек и даже петух. Фокс, для которого он их привёз, передумал покупать, поэтому они достались нам. Я смотрела на птиц с опаской, а они с подозрением глядели на меня своими жуткими глазами. Магнум расплатился, отмахнувшись от моих попыток достать кошель. Мы также взяли крупы и рыболовные снасти. Я набрала бумаги и письменных принадлежностей. Казалось, у Ксавье-Дункана есть всё, что нам необходимо. Может, это тоже магия фоксов? Или просто чутьё торговца? В итоге мы нагрузились и оставили кур в стороне под присмотром Дуа-Фрис, которая кидала в нашу сторону насмешливые взгляды. Как раз сегодня у нас назначена встреча, и я приготовилась к куче вопросов.

В благодарность за помощь Тиа-Лил выдала нам банку яблочного варенья и молоко от своей козы. Пришлось сделать два круга, чтобы отнести всё к хижине.

Закончив разбирать покупки, мы начали обустраивать место для кур. Магнум переносил сохранившийся забор, чтобы сделать для птиц загон, я же разогрела припасённую смолу на печи, взобралась на крышу сарая и принялась затирать дыры. Было нечто удивительное в том, чтобы наслаждаться такими простыми вещами.

Сидя на крыше, я на мгновение прикрыла глаза и подставила лицо солнцу, позволяя ему сделать мои веснушки ещё ярче. Ветер трепал волосы, выбившиеся из неряшливой косы. Почему-то в Лисьих землях чаще хотелось ходить с распущенными прядями, но для грязной работы их было лучше убрать.

Я решила, что поговорю со старейшиной после сегодняшнего костра. Фоксам пора попытаться изменить мнение о себе, хотя бы таким способом. Может быть, у меня не получится написать или издать этот сборник, но впервые за долгое время я искренне чем-то заинтересовалась. Мне захотелось что-то сделать для себя.

– Алу! Слезай, пора обедать! – раздался голос Магнума. Я перевела на него взгляд: он стоял около дома и махал мне рукой. Его с головы до ног заливал яркий солнечный свет, который вдруг пробрался в глубины моего сердца и осветил самые потаённые уголки. Пока улыбался Магнум, хотелось улыбнуться и мне. Хотелось, чтобы он вечно вот так звал меня на обед или слушал мои рассказы. Хотелось вечно слушать его разговоры, пряча улыбку наблюдать за его ворчанием, любоваться линией челюсти и манящей бархатной темнотой его глаз. Хотелось касаться, хотелось подойти ближе и забраться в глубину его груди, свернуться там и услышать драгоценное сердцебиение.

И в этот момент, глядя на то, как Магнум, ругаясь, выпускает купленных кур в законченный загон, я вдруг поняла, что все мои чувства – любовь. Многое о ней говорилось в книгах, о ней пели, о ней слагали легенды. Но для меня она была своя собственная: уютная и тёплая, безопасная и ласковая. Она клубилась во мне, согревала стылые из-за одиночества кости. Она заполнила те части моего сердца, о которых я не подозревала. Просто сидеть рядом и смотреть на него было бы достаточно. Достаточно, чтобы он оставался рядом, улыбался или грустил. Делал всё, что его душе угодно. Только он.

Но, даже если бы Магнум захотел покинуть меня, я смогла бы его отпустить. Потому что моя любовь – это про него, а не про меня саму. Моя любовь будет расцветать от его счастья, даже если он окажется далеко. Но сейчас он здесь.

Магнум закрыл загон, вытер со лба пот и снова мне помахал, ворча на «ангасовых кур, которые чуть не выклевали мне глаза».

Я же смотрела, смотрела и всё не могла насмотреться.

Это знание не выбило почву из-под ног, не заставило меня скатиться с крыши. Нет, оно, наоборот, привязало меня к земле, заставило осознать себя и открыть в себе те грани, к которым я раньше боялась приглядываться.

Я бы выжила без Магнума. Но я не хотела этого. Он делал мою жизнь лучше, и я надеялась, что смогу ответить ему тем же.

Медленно спускаясь с крыши, я почувствовала удивление.

Любовь ещё меньше года назад казалась чем-то далёким, эфемерным. Но теперь она разгорелась внутри меня так естественно, будто бы всё время пряталась там. Так оно и было, вдруг пришло осознание. Каждый раз, когда я слышала смех Магнума или видела его улыбку, именно любовь согревала меня изнутри. Каждый раз, когда его настигала печаль или ему было больно, именно любовь обжигала меня мукой и яростным желанием помочь, уберечь. Она скрывалась в мелочах, росла медленно и крепла, а теперь из маленького ростка наконец расцвёл бутон, который я намеревалась всеми силами защищать от любых напастей. Я буду теплить его, взращивать и превращу в нечто невероятное и сильное, в вековое древо, в то, что будет достойно Магнума.

– Ты комфортно чувствуешь себя на высоте, – усмехнулся он через плечо, пока я следовала за ним в дом, всё же немного оглушённая недавним открытием. – Может ты не фокса, а оборотень-горная-коза? – смешинки в его глазах засверкали, словно драгоценные камни. В доме пахло свежим супом и яблочным вареньем. В доме пахло Магнумом, уютом и любовью.

– Тогда ты оборотень-гроза-бедных-кур, – ответила я на его улыбку. На что он поморщился, но смех не покинул его глаз.

Мы сели за стол, и Магнум принялся разливать густой суп с распаренными кусочками зайца. Любовь – прекрасное, невообразимое чувство, но желудок она наполнить не может, поэтому мой живот заурчал, требуя еды. Я подавила смешок, а Магнум вопросительно на меня взглянул.

– Ничего, – покачала я головой, дуя на ложку, от которой исходил ароматный пар. Совершенно обычный день, в которой я осознала, что люблю Магнума Канема всем своим сердцем. – Совершенно ничего.

После обеда я перемыла посуду, а Магнум вернулся к работе над зельем, сообщив, что вечером отправится на рыбалку. Мне же нужно сходить к Дуа-Фрис и доплести наконец браслет. И заодно как следует подумать над своими чувствами.

Взглянув в сосредоточенное над бумагами лицо Магнума, я улыбнулась сама себе и отправилась в путь.

– Будешь обедать? – просияла Дуа-Фрис, как только открыла дверь, и удивлённо на меня взглянула, когда я отрицательно махнула головой.

– Магнум хорошо готовит, – пробормотала я, усаживаясь за стол, где мы обычно занимались рукоделием. Кончики моих ушей покраснели под волосами.

– Неожиданно, – ухмыльнулась Дуа-Фрис. – Расскажешь, что у вас с ним за история?

– Он очень мне помог, без него я была бы мертва не единожды, – вздохнула я. Магнум был так добр, и это лишь укрепило мои чувства. Как я могла не полюбить его? Эти нахмуренные брови, это ворчание, то, как он никогда не стеснялся своей сущности и гордо бросал её в лицо всем окружающим. То, как несмотря на порой злой язык, он был обходителен, спрашивал разрешения коснуться и старался не пугать вне занятий по обращению. В нём так много прекрасных качеств, но самое главное, все они хорошие или не очень, делали его собой. Тем, кого я полюбила. Тем, кого я люблю. И если в будущем что-то в нём изменится, я готова узнать и принять эти новые стороны и полюбить их тоже.

– О, я знаю это лицо, – ухмыльнулась Дуа-Фрис. Моё сердце сжалось от того, как сильно в тот момент она напомнила мне Клару. О, сестра бы бесконечно подкалывала меня. Ей и Флос-Вине всё это удалось разглядеть куда раньше меня самой.

– Какое лицо? – хмыкнула я, принимаясь за браслет. Мои пальцы проследили плетение.

«Будь счастлив», – мысленно говорила я.

«Будь здоров».

«Пусть беда тебя не тронет».

«Пусть этот браслет спрячет тебя от взора врагов».

«Пусть сохранит твои силы».

Помешкав, я добавила: «Пусть моя любовь тебя защитит и укроет».

– Полное чувств. Твоё сердечко разрывается, не так ли? – хмыкнула Дуа-Фрис. Я лишь пожала плечами. Мои мысли обратились к Кларе и её положению. Отсутствие новостей убивало, и я раздумывала, как же поступить.

– Отсюда можно отправить письмо? – полюбопытствовала я, но Дуа-Фрис тут же нахмурилась.

– Не положено. Ксавье-Дункан передаёт записки из рук в руки другим фоксам, но чужакам… – она поджала губы и покачала головой. Я подавила вздох. Этого стоило ожидать. Опасно пытаться передать хоть какую-то весточку Кларе. Уходя, Флос-Вина обещала постараться сообщить ей, что всё хорошо, но я сомневалась, что получится, учитывая неразбериху в клане Лунар.

Подумать только, дакс Георг умер. Но больше меня беспокоило, что дакса Августа ненавидит меня настолько, что хочет убить. Я сглотнула, отбрасывая эту мысль. В Лисьих землях ей меня не достать.

– А ты не собираешься навестить родителей? – полюбопытствовала я, зная, что Дуа-Фрис скоро нужно отвезти заготовленные для них весенние травы.

– В следующий приезд Ксавье-Дункана я отправлюсь с ним в Окулус, – довольно кивнула фокса, с усилием придавливая металлическую застёжку к тканевому браслету. – Могу попробовать передать твоё письмо.

– Слишком опасно, – отказалась я, хоть и отчаянно этого желала. – Лучше отправишь одно в Монтэм Сильва? Там летом обитает очень одинокий фелин, – сердце наполнилось теплом при мысли о Лирксе. Возможно, он сможет сообщить Кларе, что у меня всё хорошо.

– Конечно. А он красавчик? Может мне стоит поехать туда лично? – Дуа-Фрис покачала бровями, и я фыркнула. Она вполне могла понравиться Лирксу, они оба обладают на первый взгляд лёгким характером, хотя фокса на самом деле достаточно домашняя и мягкая. Но я всё ещё помнила историю о жестоком отце, которую рассказал мне друг. Неудивительно, что у Лиркса было напуганное лицо, когда он нашёл меня избитой Норбилами в нашу первую встречу. Кажется, это случилось вечность назад. Интересно, близнецы получили какое-то наказание или спокойно вернулись в стены Монтэм Сильва?

Учитывая, какую власть теперь обрела дакса Августа, они затаятся. Их старший брат Марк казался умным, его речи полны сладости, он наверняка сможет убедить её, что всё случившееся – досадное недоразумение.

– Вчера на костре ты казалась задумчивой, – проговорила Дуа-Фрис, когда я рассматривала разноцветные шнурки, размышляя над тем, стоит ли добавить ещё немного цвета в браслет.

– Старейшина сказала, что истории фоксов нигде не записаны и передаются из уст в уста. Я подумала, что могу составить сборник сказок. У всех народов они есть и, быть может, другие оборотни смогут увидеть в вас… в нас нечто другое, а не мошенников и бездельников из слухов, – мои слова по-настоящему удивили Дуа-Фрис.

– Мне бы такая мысль даже в голову не пришла. Это великолепная идея, Алу! Мои родители наверняка знают в Окулусе работников типографии, вдруг появится возможность напечатать небольшой тираж, – моё сердце согрелось от такой одобрительной реакции.

– Думаешь, старейшина согласится? – робко спросила я, всё ещё ощущая неуверенность.

– Да, она согласится. Хочешь, я пойду с тобой и поддержу? – участливо спросила Дуа-Фрис. Она словно сочетала в себе черты и Клары, и Флос-Вины и при этом оставалась собой. Мне повезло, что она захотела со мной подружиться.

– Спасибо, – я улыбнулась, а потом поддразнила. – Уж не хочешь ли ты увидеть Ингар-Морана лишний раз?

– Алу, это маленькая деревня. Мне просто стоит выйти из дома, и я уткнусь в его широкую мускулистую грудь, зачем мне повод? – рассмеялась она, а потом заговорщически добавила: – Ладно, ты отчасти права. При матери он хотя бы сдерживает свои колкости. А с закрытым ртом он просто красавчик, – на это мы дружно рассмеялись. А потом рассмеялись ещё сильнее, когда представили реакцию Ингар-Морана, если бы он услышал наш разговор. Я рассказала Дуа-Фрис о нашей с Магнумом утренней шутке, и мы с ней едва не свалились на пол. Мне не хватало дыхания, слёзы текли из глаз, и на краткий миг меня охватила невероятная лёгкость.

Браслет ещё не был готов, и я оставила его у Дуа-Фрис. Может быть, однажды я решусь признаться Магнуму в своих чувствах и вручу подарок. Но точно не сегодня. Мне хотелось осознать их, погрузиться и изучить самой. Я пока не готова ими делиться, я не готова ощущать страх, ожидая его реакцию. К тому же он живёт у меня дома, я не желала ставить его в неловкое положение.

Когда мы с Дуа-Фрис подошли к дому, Лилана-Дил посмотрела на нас с улыбкой, её здоровый глаз заблестел.