Алу: так шепчет лес
- -
- 100%
- +
– Ты уверена, что я не помешаю тебе? – осторожно спросил он, отслеживая её реакцию, ища хоть малейший проблеск неуверенности.
– Уверена, – ответила Алу, голос её звучал твёрдо. – Ты уверен, что хочешь жить у меня? Наверняка у кого-то найдётся свободная комната.
– Уверен, – Магнум ощутил, как его губы изогнулись в улыбке. Его глаза исследовали её лицо, по которому он так истосковался. Хотелось бы ему проделать этот путь пальцами, но он сдержался. Он надеялся, что не доставляет ей неудобств этим взглядом. Его пальцы поверх её теперь горели от этого простого, но столь желанного контакта.
– Ты можешь уйти, когда захочешь. Тебе найдут место, – прошептала Алу, и его взгляд снова поднялся к её лицу. Никого прекраснее он не видел никогда.
– Ну и куда бы я захотел пойти? – произнёс он честно. – Я там, где хочу быть, – глядя ей в глаза, Магнум приподнял брови. Казалось, эта истина должна быть очевидна для всего мира. Он не пытался надевать маску с тех пор, как пришёл сюда. Он не желал больше носить маску.
– К Ингар-Морану? – дразнящая ухмылка Алу стала ударом в живот. Магнум почти задохнулся от прилива чувств. Ему пришлось приложить очень много усилий, чтобы не потянуться за ней следом, а отступить. Момент прошёл, но это тлеющее тепло планировало задержаться в его костях надолго.
– Уверен, он бы заставил меня заниматься всяческой грязной работой вроде натирания горшков, – с разочарованием разрывая контакт, усмехнулся Магнум.
За бытовыми делами время пролетело быстро. Магнуму всё это казалось сном. Каких-то полгода назад он не знал о существовании Алу, а теперь привязанность к ней свернулась в нём горячей змеёй. Привязанность и трепет. То, как она уверенно двигалась по дому, то как тусклый свет подсвечивал её волосы и глаза.
Магнум не мог налюбоваться, и ему не раз пришлось обрывать себя, чтобы перестать пялиться.
В конце концов, очень помогло освежиться в бане. И он почувствовал себя куда спокойнее, когда вышел к Алу в лунную ночь. Она тоскливо смотрела на небо. Таким её лицо становилось, когда она думала о сестре. Магнум, увы, принёс плохие новости, но утаить этого не мог.
– Она в порядке, – мягко проговорил он, привлекая внимание Алу. Она повернулась, волосы разметались по её плечам лёгкими волнами, и Магнум нашёл это зрелище завораживающим.
– Клара сильная. Но даже сильным нужна поддержка. А она там совсем одна, – в её словах чувствовалась горечь. Сердце Алу было огромным. Магнуму стало больно от осознания того, что он ничем не может ей помочь.
– Увы, но ты ничего не можешь сделать. Перестань себя корить, – он встал рядом так, чтобы их плечи соприкоснулись. Его тело расслабилось от столь простой и успокаивающей близости. Она настоящая, и она рядом.
– Я знаю. И эта беспомощность меня убивает, – голос Алу упал до шёпота. – Она защищала меня с самого детства. Едва научилась говорить, а уже запрещала своим братьям ко мне прикасаться. И они больше не могли трогать меня при ней, потому что Клара сразу жаловалась. – Магнум в очередной раз отложил в свою шкатулку эту крупицу информации. Всё то, что Алу рассказывала ему, он бережно хранил в своей памяти.
– Как удивительно, что в сердце клана Лунар выросла такая добрая душа. Удивительно, что и ты после дурного отношения так добра, – сказал он то, о чём не раз задумывался прежде. После всего, через что Алу прошла, она имела право быть куда циничнее, чем она есть.
– Моя доброта обычно касается лишь тех, кто мне дорог. Клара же готова обнять своим сердцем весь мир, – покачала она головой, видимо, не совсем осознавая всю степень своей доброты.
– Разве не ты попыталась спасти незнакомого канема? – Магнум усмехнулся и повернулся к ней, рассматривая её лицо в тусклых и холодных красках ночи.
– Это скорее исключение. Но я рада, что сделала это, хоть помощь тебе совсем не требовалась, – в конце уголки её губ дрогнули в улыбке.
– Не требовалась, – Магнум полностью повернулся к ней всем телом, и внутри него что-то оборвалось, когда Алу словно неосознанно сделала то же самое. – Но в ту ночь я очень хорошо рассмотрел твою решительность и стойкость, – не утерпев, он поднял руку и осторожно коснулся пряди её волос. – Это стало первым кусочком твоей личности, который я узнал, – глаза Магнума сами по себе спустились к её длинной шее, свободной от любых синяков. Но он всё ещё мог вспомнить их цвет, хотя тогда Алу для него ничего не значила. Он уже почти забыл те времена. Это казалось невозможным, что она какое-то время была поблизости, и это оставляло его равнодушным.
– Это была хорошая встреча. Жаль я не видела, как мои сводные братья гавкали, – её улыбка заставила его сердце сжаться. Он обречён самым приятным и мучительным образом. А потом Алу вздрогнула от порыва холодного ветра, и Магнум отбросил своё лирическое настроение.
– Идём в дом, – произнёс он, отступая и отворачиваясь, опасаясь сделать что-то глупое, к чему она ещё точно не готова. Он только прибыл. Ей нужно постепенно привыкнуть к его компании, ему следует продвигаться маленькими шагами, ему…
Алу почти врезалась в его спину, обхватила его талию руками, сцепила их на животе, и уткнулась лицом между лопаток. Магнум замер, едва веря в происходящее. Но её тело прижималось к нему с головы до ног, врастало в него, оплетало его коконом безопасности и тепла.
«Как всегда на шаг впереди меня», – с нежностью подумал Магнум, прикрыв глаза и позволив себе в полной мере насладиться этим объятием.
Он накрыл её ладони своими, мягко раздвигая её пальцы и переплетая их с собственными. От этого прикосновения, от этой близости всё в нём заискрилось счастьем.
Магнум позволил себе расслабиться в её руках. Было непривычно ощущать, что его спину кто-то прикрывает. Что кто-то желает обнимать его вот так. Крепко и вместе с тем нежно.
Алу прижалась щекой к его плечу, его глупое сердце снова дрогнуло и забилось в бешеном ритме. Магнум осторожно погладил своими большими пальцами её пальцы, кожа на которых немного огрубела от деревенской жизни. Он наслаждался этим ощущением. Тем, как ему было тепло, и тем, как ночная прохлада обдувала его лицо.
Магнум хотел бы, чтобы это длилось вечно. Но это невозможно.
Алу отступила. Зная, как она смутится, Магнум вошёл внутрь, не обернувшись. Он и сам ощущал, как горят его щёки.
Он и мечтать не мог о таком тёплом приёме.
У него была всего минута, прежде чем Алу вошла следом.
И за это время Магнум позволил себе признаться в том, о чём думал ещё со времён её ухода из Монтэм Сильва.
Он любил её уже тогда. Он любит её сейчас. И он будет любить её после.
Алу проскользнула в дом и бросила на него осторожный взгляд.
Магнум мог бы смотреть на неё вечность, протягивая ей своё окровавленное сердце, изнывающее от любви. Он будет ждать всю оставшуюся жизнь, если потребуется. И он будет довольствоваться тем, что есть, лишь бы Алу была счастлива.
Глава третья
– Аву! Аву! – хихикала маленькая белокурая девочка. Я знала – что-то не так, но двинулась ей навстречу и подняла её, когда она распахнула свои маленькие ручки.
– Опусти её, – прорычал Юджин, юный, в веснушках, но с оскалом, хватая меня за руку и дёргая так, что я споткнулась. Клара пострадала бы, но я успела перевернуться и упала на спину. Девочка у меня в руках заплакала, Юджин попытался её отобрать. Уснувшая на диване няня подскочила и подошла к нам, но Клара отказывалась идти к ней.
– Не твогайте Аву! – хныкала она. – Я защитю тебя! От всего защитю!
– Это я должна тебя защищать, Клара. Обещаю, что всегда буду оберегать тебя, – прошептала я в белокурые волосы и проснулась.
По щеке скатилась слеза. Даже будучи маленькой, она меня защищала. Это был не сон, а воспоминание о далёком прошлом.
– Алу? – голос Магнума заставил меня вздрогнуть. Он правда здесь, в соседней комнате. Я, глубоко вдыхая, успокоила своё разбушевавшееся сердце.
– Да? – я сморгнула влагу, поворачиваясь в сторону дверного проёма, из которого виднелась его спальня.
– Ты в порядке? – такой простой вопрос поднял целую бурю в груди. Я могла бы отмахнуться, но вздохнула и, сев в постели, потёрла лицо. Тело казалось чужим, тяжёлым и угловатым.
– Всё думаю, как там Клара, – призналась я честно. У меня не выходило это из головы с тех пор, как Магнум пришёл днём. – После смерти Руджета, а теперь ещё и без учёбы, которую она так полюбила…
– Тяжело. Но она справится, – мне бы хотелось разделить уверенность, которая звучала в его голосе. Темнота обнажила мои эмоции. Слова всё продолжали срываться с губ.
– Я должна была её защищать. Я с детства знала это, как только увидела её. Дело даже не в желании оплатить долг или почувствовать себя полезной, – всё шептала я, вспоминая сон. – Может это и было навеяно проклятием, тем, что наши жизни связаны. Но как только я её увидела, сразу подумала: она моя сестра.
– Это не проклятие. Но если бы ты осталась, то погибла, – напомнил Магнум уже строже, появляясь в дверном проёме. Я могла различить лишь его силуэт и взлохмаченные у правого уха волосы. Тут его глаза зажглись красным, и я рассмотрела немного больше. Но это того не стоило.
– Если хочешь посмотреть в моё лицо, просто зажги свечи, а не причиняй себе боль, – прохрипела я, поднимаясь в поисках огнива. Конечно, это не потребовалось. Свечи у меня на тумбочке тут же загорелись, я снова села. Как же хорошо, что Магнум здесь. Многие ночи я провела без сна, раздумывая, что сейчас происходит с теми, кто мне дорог. И вот один из них рядом, и мне стало немного легче.
– Это уже привычка, – вздохнул Магнум и тоже потёр лицо. – Я присяду? – указал он на кровать. Я подвинулась, освобождая место, и он оказался рядом. От его плеча исходило тепло, но я не решилась прижаться, всё ещё смущённая тем отчаянным объятием на пороге.
Сквозь приоткрытое окно доносился стрекот сверчков, кричала ночная птица, раздавался шум деревьев. Ветерок прошёлся по моим босым ногам, заставляя поджать пальцы. Магнум посмотрел на них, что-то шепнул, и вмиг стало тепло. Он всегда творил магию негромко, естественно, с заботой.
– Спасибо, – сил на улыбку не осталось. – Иногда даже завидую, что у меня нет магии в стандартном понимании этого слова, – призналась я честно. Но большую часть времени я была за это благодарна.
– Да, ты просто загадочная фокса с предчувствием и маскировкой. Ничего необычного, – хмыкнул Магнум, нежно прижался к моему плечу своим и так замер. От места, где наши руки соприкасались, по моему телу пошло тепло, дарующее покой и комфорт. Я всё ещё ощущала, как кровоточит сердце, но дыхание выровнялось.
Небо наверняка скоро начнёт наливаться светом. Но за высокими густыми деревьями поначалу этого не будет видно.
Мы затихли. Стало легче оттого, что мне есть с кем поделиться. Может, Магнуму никогда не понять, что именно я чувствую, но главное, сейчас он рядом, и я могу на него опереться. И я могу быть опорой для него. По крайней мере, пока.
– Прости, что разбудила. Ты устал с дороги, – пробормотала я. Магнум отстранился, чтобы поймать мой взгляд. Теперь я уже не могла отвести взор, как обычно очарованная. Тусклое свечение очерчивало острые линии его лица, отсвет пламени отражался в глазах, но он выглядел необыкновенно мягким. Весь его вид источал сочувствие. Для меня.
– Не говори так, – покачал Магнум головой. – Тебе часто снятся такие яркие сны?
– С тех пор, как приехала сюда, – сглотнула я. – Кажется, мне снилась ночь, когда меня забрали волвы. Я бежала по лесу маленькая и босая. А в голове звучал голос старой женщины, говорящий, что всё будет хорошо. Она звала меня по имени, но я каждый раз его забываю, как только открываю глаза.
– Возможно, воспоминания понемногу возвращаются, – задумчиво отозвался Магнум. Потом его взгляд вдруг наполнился осторожностью. – Ты хочешь вспомнить, Алу? – мягко спросил он.
– Да, – кивнула я. – Лилана-Дил сказала, что мне это удастся. Но это не значит, что мне это нужно, – с моих губ само собой сорвалось недовольное фырканье. Магнум на это улыбнулся.
– Интересно, склонность к драматизму и неясным намёкам проявляется у всех на старости лет? – весело спросил он.
– Не знаю, но, по-моему, у тебя уже началось, – наигранно озабоченно нахмурилась я, разглядывая его лицо. Магнум закатил глаза, и с его губ сорвался смешок, заставивший меня ощутить удовлетворение.
– Ты слишком много времени провела с Флос-Виной, – прищурился он, но в глазах его сияли смешинки. Они медленно таяли, пока тянулись минуты, а мы продолжали смотреть друг на друга. Кажется, это одно из моих любимых занятий – вот так рассматривать его лицо. Оно – только часть Магнума. Часть того многого, что мне удалось узнать. Часть того, что я ещё не знаю. Но возможно здесь, в Лисьих землях, узнаю. Возможно, при других обстоятельствах я бы сократила расстояние между нами, но воспоминания о сне были свежи.
– Попробуешь ещё поспать? – тихо спросил Магнум. Момент прошёл, и я подавила зевок.
– Да, – вздохнула я, чувствуя, что теперь могу заснуть. – Спасибо, – мне хотелось сказать больше, но слова застряли где-то в горле. Магнум кивнул и встал, а я забралась под одеяло, которое он самым милым образом подоткнул под мои ноги. Эти маленькие жесты с его стороны всегда заставляли моё сердце трепетать, этот раз не стал исключением.
– Согревающее заклинание развеется через десять минут, – пояснил Магнум, коротко сжав мою щиколотку через одеяло. – Доброй ночи, Алу.
– Доброй ночи, Магнум, – вздохнула я, наблюдая, как он вернулся в свою комнату и лёг в кровать. Возможно, следует закрыть дверь, но и он свою оставил открытой. Было что-то успокаивающее в тёмной макушке Магнума, когда он отвернулся к стене. Я моргнула один раз, второй, а потом уснула.
Разбудил меня запах свежесваренной каши. Я поморщилась, сквозь щель под дверью, ведущей на кухню, мелькнула тень. Я встрепенулась, но воспоминания быстро вернулись. Магнум. Магнум здесь. Прибыл только вчера.
Пригладив выбившиеся из косы волосы, я бросила взгляд в маленькое зеркало. Яркий ночной сон, как всегда, имел последствия в виде синяков под глазами. Подавив вздох, я распустила волосы и принялась расчёсывать.
– Проснулась? – Магнум коротко постучал в дверь. Голос его был приятно низким поутру, и я на мгновение прикрыла глаза, наслаждаясь этим. Одинокие будни закончились. Пусть они не причиняли мне неудобств, но делить с Магнумом жильё уже ощущалось невероятно приятно.
– Да, мне нужно приготовиться к новому дню, – откашлялась я, приходя в себя. Интенсивность собственных чувств порой меня смущала.
– Конечно, – отозвался Магнум. Раздались шаги, а потом звон посуды.
Умывшись из чаши с водой, приготовленной со вчерашнего вечера, я потёрла мокрой рукой шею и надела привычную свободную рубашку и брюки. Застелив постель лоскутным покрывалом, я двинулась на кухню. Мой желудок тут же сжался от запаха еды.
Магнум поставил дымящийся глиняный горшок на стол и оглянулся на меня. Утренний свет делал его лицо моложе, волосы немного торчали с одной стороны, хотя и выглядели причёсанными. Щетина на его впалых щеках и острых скулах стала темнее. Загорелая шея и ключицы выглядывали из воротника рубашки. Линии его тела были длинными, против широких плеч затянутая поясом талия казалась очень узкой. Его тонкие губы приподнялись в улыбке.
Невыразимо прекрасное зрелище.
«Я бы хотела просыпаться так каждый день», – мелькнула в моей голове мысль.
– Прошу к столу, – Магнум взмахнул рукой. Всё это время, пока между нами в лучах солнечного света кружились пылинки, он тоже не сводил с меня глаз.
Это было так странно, непривычно. Но вместе с тем так хорошо знакомо.
– Разве гость должен готовить завтрак? – вздохнула я обречённо. Нужно пойти на охоту, расставить силки. Или купить добычу у охотника. Сделать свой вклад в хозяйство.
– Мой принцип такой: кто первый проснулся, тот и готовит, – пожал Магнум плечами. – К тому же я благодарен тебе за кров, – он вгляделся мне в лицо. – Если ты передумаешь, то просто скажи мне, и я уйду. В любой момент.
– Нет, – тут же покачала я головой, вспоминая тепло его плеча и спины, когда я обнимала его. Кончики моих ушей покраснели. Я поспешно села за стол, стараясь подавить смущение.
Каша оказалась ещё и с сушёными грибами, от вкусного аромата мой рот быстро наполнился слюной.
– Великолепно, – прожевав, я посмотрела на Магнума с искренним восторгом. Сегодня каша получилась ещё вкуснее, чем вчера. Я тут же отложила в своей памяти новое знание о нём – хороший повар.
– Зельеварение и кулинария похожи, – пожал он плечами и съел ложку. Глаза его довольно зажмурились. Моё сердце подпрыгнуло. Глупое сердце, которое вело себя со вчерашнего дня как хотело и отказывалось подчиняться.
– Тогда я могу назвать тебя магистром кулинарии? – улыбнулась я. Магнум открыл один глаз, грозно на меня посмотрев. Это заставило мою улыбку стать шире.
– Не будь я магом, стал бы поваром, – решил он наконец, вызвав у меня фырканье.
Мы продолжили трапезу молча. Я задумалась над тем, что же надеть на костёр. Обычно туда принято идти после бани и очень нарядными. Несмотря на портальный амулет, мы с Флос-Виной добирались в Лисьи земли почти две недели, задержавшись у её знакомых в общих землях, пока налаживалась погода. Там я и обзавелась подарками. В шкафу висела длинная белая юбка из хлопка и блуза с широкими рукавами, на манжетах которой вилась нежная цветочная вышивка. Дуа-Фрис недавно подарила мне несколько украшений. На плечи можно набросить шаль, отданную мне Лиланой-Дил.
– Я закончу в саду и покажу тебе всё в Аольме. А потом можно или купить мясо у охотника, или расставить силки, – проговорила я, собирая посуду. Поскольку Магнум готовил, я решила вымыть тарелки и не дала ему с этим помочь.
– Звучит прекрасно, – отозвался он.
Выйдя на порог, я вдохнула прохладу нового дня. Пели птицы, остатки тумана ещё стелились в низинах, а лучи солнца проникали сквозь тени деревьев, словно золотистые ленты. Полив особо влаголюбивые растения, я принялась дёргать сорняки.
Позже я привела себя в порядок и переоделась, а Магнум заканчивал какие-то записи за столом.
– Это про зелье? – полюбопытствовала я, войдя в кухню. Он выглядел на своём месте в этом скромном жилище, пусть и пришёл только вчера.
– Да, мне нужно спросить про некоторые растения. Ты ведь собираешь их? – Магнум подвинул журнал так, чтобы мне стало видно написанное.
– Лучше, конечно, спросить у Ингар-Морана, – задумчиво ответила я, окинув список взглядом. – Но вот эти три точно растут совсем неподалёку, я могу показать. Вот с этим уже сложнее, – увлёкшись, я проследила пальцем по бумаге и столкнулась своим бедром с рукой Магнума. Он поднял голову, глядя на меня снизу вверх, чёрные волосы рассыпались по его плечам, а острый взгляд сосредоточился исключительно на мне. У меня в горле пересохло, но моё тело отказывалось отстраняться.
– Может начнём наш обход деревни с дома Ингар-Морана? – произнёс он тихо, не сводя глаз, которые теперь начали блуждать по моему лицу.
– Да, лучше сразу расправиться с самым сложным и неприятным, – хмыкнула я. Очень хотелось прижаться ещё ближе, но, подавив вздох, я отстранилась.
Вскоре мы шли вдоль деревни, и любопытные взгляды сопровождали нас всю дорогу. Я лишь изредка кивала знакомым лицам.
– Алу! – помахала мне Дуа-Фрис, и когда Магнум отвернулся после кивка ей, она одобрительно осмотрела его с ног до головы и подмигнула мне. Мои уши отчаянно покраснели, и я порадовалась, что они скрыты распущенными волосами. Я большими глазами посмотрела на фоксу, но та лишь злорадно хихикнула, довольная моим смущением.
– Интересно, – глядя на роскошный по местным меркам дом, усмехнулся Магнум, когда мы остановились.
– Он очень неприветливый. Не бери это на свой счёт, – предупредила я, коротко постучав. Магнум остался позади, потому что на узком пороге места хватало только для меня.
Ингар-Моран как будто нас ждал. Дверь быстро открылась, и его ледяные глаза полоснули по нам, словно острый нож. Прищурившись, они остановились на Магнуме.
– Мне неинтересно зачем вы здесь, – хмыкнул фокс презрительно. – Ты, – он бросил в мою сторону колкий взгляд. – И твой канем, – взгляд переместился на Магнума. – Принесут этой деревне несчастье.
– Может ей приносишь несчастье ты? – оскалился Магнум, воздух наполнился обещанием конфликта. Я подавила усталый вздох. Мужчины.
– Как ты вообще смел сюда прийти? Ладно она, фокса по рождению, а ты жалкий выродок… – и если Магнум на это лишь скривил губы в усмешке, то я сделала шаг вперёд, практически упираясь в Ингар-Морана и заставляя его прерваться от удивления. Он возвышался надо мной на добрую голову, но меня это не смущало. В моём сапоге есть кинжал, а у фокса нет магии.
– Осторожнее со словами, – сказала я со всей серьёзностью, ощущая, как Магнум приблизился ко мне сзади. – Старейшина согласилась принять его. Ты смеешь перечить её решению? – прищурилась я. Моё тело напряглось, готовясь к нападению.
– Алу, – мягко позвал Магнум, его пальцы потянули меня за локоть, но я не шелохнулась, уперевшись ногами сильнее. Равновесие – это очень важная вещь, особенно если на тебя вдруг нападут.
– Старейшина – моя мать, – хмыкнул Ингар-Моран, его глаза сузились.
– И тебе следовало бы вести себя достойно её, – сложив руки на груди, проговорила я. – И уважать её гостя. И моего тоже.
Воцарилось молчание. Магнум позади издал какой-то странный звук, но я продолжала не сводить взгляда с застывшего лица Ингар-Морана.
– Прекрасно. Что вам надо? – фыркнул он, а я тут же протянула ему рисунок. Напряжённый момент минул.
– Через месяц это растение войдёт в полную силу, – хмыкнул фокс, пробежавшись глазами по бумаге.
– Скажешь, где его найти? – мой голос стал дружелюбнее.
– Возможно. Приходите через месяц, – дверь перед моим носом закрылась. Ладно, всё прошло куда лучше, чем могло бы. Я развернулась и наткнулась на странный взгляд Магнума, от которого солнце вдруг стало припекать куда сильнее. Благодаря ступенькам наша разница в росте сравнялась, и оказалось непривычно видеть его лицо с такого положения.
– Что такое? – прочистила горло я, сделав шаг вперёд, почти не оставляя между нами никакого расстояния.
– Ничего, – ответил Магнум беспечно, но глаза его сияли незнакомой мне эмоцией. Он словно увидел меня впервые. – Кажется, в этой деревне самый страшный не Ингар-Моран, – он широко и гордо ухмыльнулся, сверкая зубами. Мой живот свело, а дыхание покинуло лёгкие.
– Возможно, – хмыкнула я и, чувствуя себя неожиданно игриво, наклонилась вперёд. – Тебе лучше опасаться, – наши лица теперь разделяли считаные сантиметры. Дыхание Магнума коснулось моих волос и кожи, вызывая искрящееся чувство где-то в основании позвоночника.
– Очень страшно, – взгляд Магнума скользнул от моих глаз к носу, а потом ниже. Я сглотнула и выпрямилась. Он тут же отошёл в сторону, сложив руки за спиной и покачиваясь на месте. Напряжённый момент унёс весенний ветер, и я глубоко вдохнула его свежесть.
– Идём, я покажу тебе остальное. Заодно зайдём к охотнику за дичью, – откашлялась я, стараясь подавить неловкость и унять своё глупое сердце.
За делами пролетел целый день. У охотника нам удалось раздобыть двух зайцев, которых мы тут же пустили в дело. Я отказалась позволить Магнуму заплатить, поэтому он настоял, что снова будет готовить. И пусть часть меня чувствовала себя неловко, другая мечтала о вкусной еде. А ближе к вечеру меня начало терзать волнение из-за моего первого костра.
После бани я чувствовала себя обновлённой. Нежная блуза и юбка мягко скользнули по чистой коже. Пёстрые плетёные браслеты и ожерелье делали мой вид ещё более непривычным. Я заплела у висков две косички, скрепив их сзади лентой, но оставив всю массу волос растекаться по спине и плечам. Веснушки дополняли мягкий образ, но я всё ещё не до конца привыкла видеть их на своём лице.
Магнум всё это время работал над записями на кухне, и я осторожно выглянула, наблюдая за его профилем. Он потёр глаза и опёрся локтями о стол, тихо вздохнув. А потом он заметил меня. Я выступила вперёд, чувствуя себя неожиданно беззащитной в таком виде: без привычных брюк и рубашки. Блуза плотно прилегала к груди и талии. Между ней и юбкой виднелась тонкая полоска голой кожи.
Магнум неожиданно поднялся, словно я была высокородной госпожой, при входе которой в комнату следовало встать по этикету. А потом напряжённо застыл.
Я сглотнула, ощущая, как моё сердцебиение ускоряется. Сделав глубокий вдох, я постаралась отбросить волнение: нельзя позволить сомнениям испортить вечер.
– Красиво, – не сказал, а почти выдохнул Магнум, и тело его немного расслабилось. Он уже говорил так про мои волосы. Но на этот раз мои уши не были прикрыты, и он наверняка заметил, как они покраснели. В полумраке комнаты его глаза казались тёмными провалами, в которых мне хотелось утонуть с головой.