Притчи Чжуан-цзы

В «Ли цзи»[4] говорится: «Поднебесная принадлежала всем, [для управления] избирали мудрых и способных, учили верности, совершенствовались в дружелюбии»[5]. Императорский титул не передавался по наследству, а переходил к подходящему, по мнению правителя, кандидату. Император не карал и миловал по своему произволу, а служил во благо Поднебесной: следил не только за ходом пахоты и жатвы, рыбалкой, охотой, но и за урожаями, а также пожарами, наводнениями и прочими бедствиями, распределял зерно в голодающие районы, собирал людей, чтобы справиться с невзгодами. Когда император старел, необходимо было передать место более мудрому человеку. Это называлось «шаньжан» – «передать престол достойнейшему».

Примерно четыре тысячи лет назад, когда век государя Яо клонился к закату, он начал искать мудрого и способного человека себе на смену. Выбор его пал на чистого помыслами Сюй Ю, ему он хотел отдать Поднебесную.

В один прекрасный день Яо отложил работу и самолично направился к живущему в уединении Сюй Ю. В быту Яо был неприхотлив и обходился как без пышных платьев, так и без многочисленного эскорта и охраны. Так что путешествовать ему было куда проще, чем предыдущим и последующим императорам даже в тайных поездках.

Яо нашел хижину Сюй Ю и представился:

– Ваш покорный слуга – Фан-сюнь, известный как Тан Яо. Позвольте узнать, вы ли господин Сюй Ю?

– Действительно, это я.

– Давно наслышан о вашей доброй славе и специально приехал с визитом.

– Входите.

Сюй Ю впустил Яо в хижину, где оба они сели на циновку, поджав ноги, не разделяя кто гость, а кто хозяин.

Усевшись, взволнованный Яо обратился к Сюй Ю с речью:

– Разве может сравниться огонь свечи с сиянием солнца и луны на небосводе? К чему зря поливать ростки пшеницы, если дождь уже идет? Если вы сядете на трон, в Поднебесной воцарится покой. Такому дряхлому старику, как я, уже совестно занимать место правителя. Позвольте вверить Поднебесную в ваши руки.

Яо говорил искренне и сердечно, так как выбрал Сюй Ю, желая передать власть правильному человеку, радеющему о счастье народа. Сюй Ю же не интересовался богатством и славой, не вникал в политику и не терпел никаких связывающих дух ограничений, а стремился к абсолютной свободе, поэтому он еще более искренне и деликатно отказался:

– Сейчас в Поднебесной под вашим управлением царят порядок и процветание, если я заменю вас, разве не получу дурную славу охотника за выгодой? Птице, вьющей гнездо в глубине леса, достаточно и одной ветки; зверю, утоляющему жажду у реки, не нужно больше воды, чем вместит желудок. К чему мне Поднебесная? Лучше вам вернуться! Даже если повар не приготовил еду, негоже распорядителю жертвоприношений становиться к плите вместо него.

Могила Сюй Ю в деревне Сюй Ю (уезд Яньлин городского округа Сюйчан). Перед круглым могильным курганом стоит надгробная плита с жизнеописанием мыслителя Сюй Ю и историей его рода. Сюй Ю был мудрецом, чьи годы жизни выпали на время правления Яо. Позже его прозвали патриархом отшельников. Его не интересовали богатство и слава, он отказался от верховной власти над Китаем. Мудрец основал поселение отшельников на земле Сюйчана, вел простую жизнь, занимался земледелием, развивал в этих местах культуру. Сюй Ю стал первооткрывателем плодородных земель Сюйчана и «сеятелем цивилизации». Первый слог топонима «Сюйчан» восходит к фамилии Сюй; род Сюй также пошел от Сюй Ю

Сюй Ю тактично отказал Яо, и тому оставалось только откланяться. В душе же он лишь больше зауважал высокую нравственность Сюй Ю.

После ухода Яо Сюй Ю, опасаясь его возвращения, в ту же ночь отправился в горы, чтобы там уединиться. Некоторое время спустя Яо действительно послал людей к Сюй Ю со словами: «Если господин решительно настроен против принятия титула, надеюсь, он станет высокопоставленным чиновником».

Услышав это известие, Сюй Ю побежал на берег Инхэ и вымыл уши, набрав воды обеими руками, что означало: дела бренного мира загрязнили его слух.

В конце концов Яо отказался от идеи передать титул Сюй Ю, и Поднебесную принял другой способный к управлению государством человек – Шунь.

Как Джордж Вашингтон отказался стать королем

В глазах Чжуан-цзы птица Пэн – это первая вольная птица Поднебесной; Сюй Ю – первый вольный человек. Трудно сказать, каким был путь мифической птицы и человека-легенды, но в реальности существовал подобный Сюй Ю, не гонявшийся за славой и богатством вольный человек – первый президент США Джордж Вашингтон.

Джордж Вашингтон был главнокомандующим Континентальной Армии США. Возглавляя организованную народом континентальную армию североамериканской колонии, Вашингтон прогнал английских колонизаторов и одержал победу в Войне за независимость. В 1787 году он руководил конвентом, который разработал современную Конституцию США.

В 1789 году Джордж Вашингтон был избран первым американским президентом; в 1793 его переизбрали. За два президентских срока он создал множество законов, действующих и поныне.

В эпоху, когда жил Вашингтон, устройство мира сильно отличалось от современного. То было время процветания монархии, мир принадлежал королям, эмирам, императорам. В Китае и России правили императоры, в Англии и Франции – короли, в Турции – султан, и ни в одном крупном государстве не было республиканской формы правления.

В те времена власть монарха была для людей естественной. Исходя из высокого авторитета, славы и талантов Вашингтона, в мае 1782 года группа офицеров во главе с полковником Льюисом Никола на секретном собрании предложила ему королевский титул. На тот момент исключительно от выбора Вашингтона зависело, станет ли Америка республикой.

В результате Вашингтон решительно отклонил план сделать его королем и написал полковнику Никола письмо. Вот несколько фраз оттуда:

«Если я не ошибаюсь в самом себе, Вы не могли найти человека более чуждого Вашим проискам… Так заклинаю Вас – если у Вас есть хоть капля любви к родине, заботы о самом себе или потомках, наконец, уважения ко мне, – изгоните эти мысли из своей головы и никогда не высказывайте ни от своего, ни от чуждого имени взгляды такого рода»[6].

Это письмо впоследствии стало знаменитым образцом эпистолярного жанра. Когда английский король Георг III узнал о поразительном отказе Вашингтона от королевского титула и установления монархической власти, он произнес, не скрыв изумления: «Если он сделает это, то станет величайшим человеком в мире».

Благородство и душевная чистота Джорджа Вашингтона заставила потускнеть блеск королевской тиары. С того момента Америка пошла по пути демократической республики. Вашингтон стал первым «вольным человеком». Мы надеемся, что с течением времени все больше людей станут подобно ему считать, что будущее страны и демократические ценности важнее личной власти и положения. Тогда мир станет лучше.

В период Весен и Осеней и Сражающихся царств в царстве Сун жил торговец, отправившийся продавать парадные головные уборы, которые носили на севере, в южный Юэ, услышав, что там нет шапок. Торговец полагал, что на этот раз дальняя поездка непременно обернется для него большим барышем.

Он торговал шапками чжанфу – официальным головным убором династии Шан. Сунцы были потомками шанцев, поэтому носили такие шапки. Эта вещь, использовавшаяся только для церемоний, отличалась от знакомых нам шапок, которые носят для красоты или защиты от холода.

В древности китайцы, как правило, носили длинные волосы. Их полагалось закалывать, а в головных уборах сверху как раз было место для собранных в узел волос. Короткие волосы тогда означали, что человек совершил преступление: существовало наказание «оголение», когда преступника брили наголо. В свою очередь, распущенные, несобранные волосы указывали на странную натуру человека и говорили о его чрезмерной открытости или о душевном расстройстве.

В Древнем Китае придавали опрятному внешнему виду и головному убору большое значение. Люди разного положения при разных обстоятельствах выбирали различные головные уборы, по аналогии с современным выбором костюма и туфель – сообразно нормам этикета. Княжество Юэ, куда направлялся сунский торговец, располагалось на месте современных Цзянсу, Чжэцзяна и Фуцзяня, тогда это был варварский[7] край, в котором люди еще не были знакомы с китайской культурой.

Дорога в княжество Юэ была долгой, торговец преодолевал горы, переплывал реки, и, приложив множество усилий, доставил-таки шапки по назначению. Но, прибыв на место, он обнаружил, что люди в тех краях полностью покрыты причудливыми татуировками и не отращивают волосы, а стригут их коротко-коротко. Не то чтобы жители Юэ не носили шапок, но головные уборы, подходящие для волос, собранных в узел, для них были вещью бесполезной. Так что усилия торговца из Сун оказались напрасными, и пришлось ему вернуться ни с чем.

Историей о сунце, продававшем шапки, Чжуан-цзы хотел донести, что, обдумывая любое дело, нужно суметь взглянуть на него со стороны, встать на место другого человека. Следует расширить кругозор, мыслить гибко, иначе все может обернуться крахом.

Как торговцы обувь продавали

Если проанализировать историю сунца, торговавшего шапками, с позиций современного маркетинга, окажется, что он просто-напросто не провел полноценного исследования рынка заблаговременно, неверно выбрал объект сбыта. Другими словами, он пытался продать людям абсолютно ненужный им товар.

Любопытно, что в западной культуре есть пример маркетинга того же порядка, что и в рассказе о продавце шапок.

В Европе существовала компания, специализировавшаяся на продаже кожаной обуви, которая рассчитывала расширить свой рынок и торговать во всех странах мира. Однажды ее директор позвал двух опытных в продажах специалистов и сказал им:

– Мы собираемся открыть торговую компанию в Африке. Но сначала отправим вас исследовать рынок – разведаете, что да как, оцените, каковы наши перспективы. А я оценю ваши способности. Посмотрим, кто первый откроет африканский рынок.

Продавцы поняли задание и направились каждый в свой район Африки. Хоть это и были разные места, кое-что их все-таки объединяло: в то время никто из живущих в Африке не носил обувь.

Один из продавцов, увидев, что местные не носят обувь, чрезвычайно расстроился и написал в телеграмме директору: «Обувь здесь никто не носит, нет никаких перспектив». Получив эту новость, начальник вызвал его назад.

Другой продавец, увидев, что в Африке все ходят босиком, необычайно обрадовался. Вот какую телеграмму он отправил: «Местные жители ходят босиком, всем нужна обувь, перспективы огромные! Поскорее присылайте сюда десять тысяч пар ботинок».

Два продавца исходили из одного и того же факта – африканцы не носят обувь. Однако один посчитал это препятствием и проявил нерешительность, он выпустил удачу из рук; другой же счел это возможностью, начал действовать смело и напористо, потому и добился успеха.

Гуань – это древний мужской головной убор. Лепестки лотоса на нем выгравированы симметрично друг другу, небольшое круглое отверстие в нижней части убора соответствует другому в задней его части и предназначено для специальной булавки из белой яшмы. Все линии изделия плавны и округлы, его принято тщательно полировать

Эту историю можно считать продолжением притчи о сун-ском торговце шапок. Сунец продавал шапки, европейцы торговали обувью – и как же им было склонить к покупке людей, которые не носят обуви и шапок? Следует постепенно знакомить другую сторону с собственной культурой, показывать те или иные ее приемущества: заставить бреющихся наголо людей оценить длинные волосы, убедить ходящих босиком признать обувь. Это точно так же подтверждает мнение Чжуан-цзы о том, что нельзя ограничиваться только собственной точкой зрения, на любой вопрос следует смотреть шире.

Был у Чжуан-цзы приятель по имени Хуэй Ши – выдающийся философ из царства Сун, которого люди почтительно звали Хуэй-цзы.

Чжуан-цзы и Хуэй-цзы были хорошими друзьями, но, встретившись, очень любили поспорить. Два мудреца охотно вступали в словесную перепалку: они остроумно подкалывали друг друга, пикировались, вплетали меткие аргументы в плавное течение беседы.

Однажды Хуэй-цзы и Чжуан-цзы сидели вдвоем, пили чай и беседовали.

Хуэй-цзы сказал Чжуан-цзы:

– Правитель Вэй подарил мне семечко тыквы-горлянки. Я посадил его в землю, и у меня выросла неожиданно большая тыква.

– Насколько большая? – изумленно спросил Чжуан-цзы. – В нее могло бы поместиться пять даней[8] зерна, – пояснил Хуэй-цзы. – Ты посоветуешь мне использовать ее как сосуд, но стенки тыквы хрупки, стоит наполнить ее водой доверху, как она тут же треснет. Если же, разрубив ее, сделать ковш, – он будет слишком большим: и несподручно, и поставить некуда. Придется мне попросту разбить ее на мелкие кусочки.

Словами о большой, но бесполезной тыкве Хуэй-цзы намекал на великие принципы Чжуан-цзы, сложные и неудобные в применении на практике. Они как эта большая тыква – лучше уж пораньше разбить да забыть.

Чжуан-цзы, посмеявшись, сказал:

– Тут вот какое дело. Похоже, уважаемый просто не умеет использовать большие вещи.

– Как это понимать? – Хуэй-цзы стало любопытно.

Чжуан-цзы ответил, поглаживая бородку:

– Один человек из Сун знал рецепт мази, от которой зимой кожа на руках не трескается. Рецепт передавался из поколения в поколение. Семья этого человека всегда занималась тем, что вымачивала шелковую пряжу. В зимнее время они продолжали трудиться и зарабатывали больше, чем остальные люди, вынужденные оставить работу из-за холодов. – Хуэй-цзы внимательно слушал, закрыв глаза, а Чжуан-цзы продолжал: – Какой-то путешественник прослышал про секретный семейный рецепт и предложил за него сто лянов2 золота. Никогда раньше эта семья не видела таких денег, они посоветовались и, посчитав сделку стоящей, продали секретный рецепт мази. Купивший ее направился прямиком в царство У, которое в это время сражалось с царством Юэ. Там он добился приема правителя, сообщив, что может повести бойцов сражаться. Уский правитель поверил в его способности и доверил ему войско. Шла зима, сражения разворачивались на воде. Благодаря секретному рецепту мази для «незамерзающих рук» боеспособность армии царства У возросла в несколько раз. В конце концов царство Юэ потерпело поражение. Уский правитель на радостях пожаловал человеку, владевшему рецептом мази, должность и земельный надел.

– И что же это объясняет? – спросил Хуэй-цзы.

Чжуан-цзы рассмеялся:

– Один и тот же рецепт мази, не дающей рукам трескаться от мороза, позволил одним вымачивать пряжу и получать с этого лишний заработок, а другому – победить в сражении и получить от государя награду. А все оттого, что эти люди по-разному использовали то, чем владели. У вас сейчас есть тыква-горлянка, способная вместить пять даней зерна. Почему бы не превратить ее в лодку и не плавать по рекам? Вы все еще считаете ее слишком большой и никуда не годной? Господин, право, недогадлив!

Хуэй-цзы выслушал, но не согласился:

– У меня рядом с домом есть большое дерево, люди зовут его Вонючий ясень. Его ствол шершав и коряв, ветви изогнуты и скрючены. Его древесина настолько никчемна, что, хоть он и растет у дороги, плотники на него даже не смотрят. Так и твои слова: велики, но бесполезны.

Усмехнувшись, Чжуан-цзы парировал: