- -
- 100%
- +
Я посмотрел на себя в зеркало и прикинул в уме: «Смогу ли я стать бессмертным!? Пока что я в это верил с трудом. Ведь преодоление Пути-Дао зависит от того, насколько человек способен продвинуться вперёд в овладении способностью концентрировать в себе ту или иную энергию, пропуская её через себя и добиваясь той или иной стадии смешенья разных видов энергии, чтобы очистить себя от всех ненужных примесей и добиться в себе идеальной чистоты, позволяющей ей управлять собой и видоизменяться в разных субстанциях. Так «золото и киноварь» – это две субстанции, являющиеся важнейшими компонентами золотого эликсира бессмертия 金丹. (цзинь дань). Киноварь и есть эликсир, который получается из золотого раствора и перегнанной киновари, становясь высшим эликсиром бессмертия, который могут приготовить смертные люди и обрести бессмертие. Практически, золото и киноварь являются равноправными понятиями, с той разницей, что золото соединяет в себе качество мужского начала, (как белый цвет спермы), а киноварь – женское начало, (как красный цвет менструальной крови). И одно без другого не может существовать. Золото без киновари может себя сжечь, а киноварь без золота может себя настолько остудить, что совсем исчезнет. Каждое во взаимодействии смягчает другое. Они должны себя настолько уравновесить друг с другом, что способны превратиться в зародыш новой бессмертной жизни. Обе эти энергии полноценны, но по своей сути противоположны. Золото всегда ценилось в силу своих особых качеств и свойств, как некий символ неподверженности коррозии. В нём сочетались качества первостихии в натурфилософии, такие как мягкость и желтизна, что свидетельствовало о его родстве со стихией Земли, в которой пребывают в гармонии обе пневмы – Инь и Ян. Киноварь всегда представляется красного цвета. Это роднит её с «совершенно развитым Ян» 太阳 (тай ян) солнцем, началом жизни и роста, а кроме того, она состоит, будучи красной по цвету, из жёлтой серы и белой ртути (те же символы энергий, только неразвитые во внутренней алхимии), что опять-таки наделяет их некой таинственностью – как вещество гермафродит. Так в каждом мужчине есть и женское начало, как в женщине существует мужское непроявленное начало. Золото и киноварь – символы эликсира, или бессмертного зародыша, нового тела, творимого из энергии старого тела.
Я встал перед зеркалом и, снял с себя халат и, полностью оголившись, стал рассматривать своё отражение в зеркале. «Кто же я такой, – подумал я, – мужчина или женщина? Если я мужчина, то, как я могу стать женщиной, чтобы сам с собой войти в соитие и смешать свои две противоположные энергии: золото и киноварь? Несомненно, во мне присутствует женская энергия инь, так как я красив, могу быть нежным и обаятельным. Но во мне всё же доминирует мужская энергия ян. И как бы я не хотел, я никогда не смогу стать женщиной. Да, к тому же, я этого не хочу. Так как сам люблю женщин. И женщина для меня составляет объект моей страсти. Я люблю их, у меня были разные женщины, и со всеми ими мне было одинаково хорошо. Значит, во мне энергия Ян не только доминирует, но она даже не допускает одновременного присутствия женской энергии. Как можно соединить в себе две противоположности»?
Я надел халат и опять сел на коврик в позу лотоса, посмотрев на себя в зеркало. Моё выражение лица было отрешённым. Я думал: «Как же мне решить эту проблему? Ведь я не только должен стать гермафродитом, но и ещё зачать ребёнка – нового самого себя. Но для этого нужно, как минимум, раздвоиться. Но как это сделать? Древние даосы создали понятие двойственности вещей. Сам мир возник из того, он разделился сам в себе. От этого и возникло электричество – энергетическая сила, Двое, две вещи, две сущности 二物 (эр у) – в макрокосме – Небо и Земля, тотальности двух пневм: Ян (Небо) и инь (Земля), также Солнце и Луна. В человеческом теле, микрокосме, полном подобии макрокосма, согласно закону аналогии, весьма важному для даосизма, – это «чувства» 情 (цин) и «природная сущность» 性 (син). Во внутренней алхимии они названы свинцом и ртутью или водяным серебром. По существу, это те две пневмы, соотносимые с «природной сущностью» и «жизненностью». И во мне есть чувства и природная сущность, эти самые «свинец и «ртуть», которые не являются ни свинцом, не ртутью, а каким-то энергетическими субстанциями, что наполняет меня силой и жизненностью. И с этим мне нужно срочно разобраться. Даосы говорят, что основой практики внутренней алхимии является соединение и гармонизация этих полярных энергий и стремление из соединения произвести внутреннее снадобье – зародыш будущего бессмертного тела. Так вот, значит, как можно переродиться и продлить своё существование. Становишься стариком, рождаешь в себе младенца и вновь обретаешь вторую жизнь. Так можно продляться до бесконечности. Но даосы так не считают, потому что родившийся внутри себя младенец становится бессмертным, его уже ничто не может умертвить. И все ингредиенты, способные родить младенца, есть в нашем теле. Что же такое собой представляет человек»?
Я опять снял с себя халат и стал в зеркале рассматривать своё обнажённое тело, рассуждая так: «В нас присутствует пять стихий: дерево, огонь, металл, вода и земля.
А пять стихий в древнекитайской космологии означают такие вещи:
Дерево (рождающееся Ян, восток, весна, Сине-зелёный Дракон);
Огонь (развитое Ян, юг, лето, красный цвет, феникс – Красная Птица);
Металл (рождающееся Инь, запад, осень, Белый Тигр);
Вода (развитое Инь, север, зима, Чёрная Черепаха или Змея;
Земля (равновесие Инь и Ян, центр, восемнадцать дней каждого сезона, Жёлтый Цвет).
В практике внутренней алхимии особую важность имеют Дерево и Металл (их символы – Дракон и Тигр), а также Земля. Поэтому, «соединить дракона и тигра» – это значит на языке внутренней алхимии – гармонизировать пневмы Инь и Ян (то есть природную сущность и чувства) и породить из сплава этих пневм бессмертный зародыш.
Я перевёл дыхания, пристально рассматривая себя в зеркале, и разговаривая с самим собой вслух: «Значит, во мне живёт одновременно и Синий Дракон, и Красна Птица, и Белый Тигр, и Чёрная Черепаха или Змея, и я имею свой собственный Восток, Юг, Запад и Север, а в самом центре себя я имею свою собственную Землю. Где же это всё во мне скрыто? Может быть, я сам и есть та Обетованная Земля, которая всем этим владеет?! Я – обладатель сразу двух сил Инь и Ян. И я являюсь посредником-свахой всех этих сторон света и всех этих живущих во мне существ и хозяином всего этого золота, серебряной воды, ртути, свинца и всех прочих стихий и четырёх образов 四象 (сы сян)».
Я накинул на себя халат. Нарисованные на нём тигр и дракон вновь сцепились в жестокой схватке.
«К тому же, – продолжал я говорить сам с собой, – я являюсь хозяином своего времени. Я могу жить так, как я пожелаю, но это должен быть чёткий распорядок времени. Так как я являюсь посредником-свахой, то мои символическое значение земли – циклические знаки «у цзи» являются обозначением тех восемнадцати дней в каждом «сезоне», когда господствует имманентный им всем элемент «Земля». Таким образом, я объединяю в себе следующие синонимические ряды: Инь – тигр – металл – свинец – запад – осень – чувства; Ян – дракон – дерево – ртуть – земля – сваха – у цзи. Так вот, значит, каково мое предназначение!»
От такого умозаключение на меня нахлынула волна блаженства и восторга. Я как будто бы уже выполнил свою миссию и обрёл своё бессмертие, вознёсся ввысь, создавав себе нерушимое одухотворённое тело посредством единения полярных пневм тела. Во мне будто совершилась, «иерогамия,» которая породила зародыш этого бессмертного тела. И я воскликнул: « Благодаря этому искусству я смогу выточить себе любое существо и сделать себя оружием. Когда человек овладевает своим бессмертным духом, то он способен через него не только влиять на свои души «по», укрепляющие его тело, но и покорять окружающую среду и управлять сознанием других душ «хунь», вовлекая их в свою орбиту движения, как это сделал один из легендарных «Восьми Бессмертных» (ба ся) некий Люй Дун-бинь, или как его звали ещё Люй Янь. Он создал из своего бессмертного духа оружие – невидимый волшебный меч. Родившись в эпоху Тан (618 – 907), он перенял тайны бессмертия у отшельника Чжунли Цюаня и сам стал бессмертным. Его волшебный меч обладал чудесной силой, с помощью этого меча Люй Дун-бинь побеждал злых духов и тварей во время своих странствий. И мне нужен такой же меч, потому что я собираюсь с ним странствовать. Но для начала мне нужно было овладеть созерцанием истинной пустоты, чтобы видеть то, чего другие не видят, и слышать то, чего другие не слышат. Но я знал, что созерцание Истинной Пустоты состояло из четырёх приёмов, содержащих десять Небесных Врат. Мне нужно было освоить созерцание возвращения мгновенной формы в пустоту. Затем осознать созерцание того, что сама пустота – это и есть форма. Потом понять немыслимое, а именно убедиться в том, что существует созерцание отсутствия преграды между пустотой и формой. И наконец, проникнуть умов в созерцание непрекращающегося пребывания и исчезновения. Именно эти тайны созерцания буддисты учения Хуаянь всегда скрывали от простых смертных.
И я поставил перед собой цель – заглянуть вовнутрь себя и увидеть свою внутреннюю пустоту, которая преобразуется в удивительные формы.
Стих четвёртый
四。此法真中妙更真，都緣我獨異於人。自知顛倒由離坎，誰識浮沈定主賓？金鼎欲留朱裏汞，玉池先下水中銀。神功運火非終旦，現出深潭日一輪。
(Sì. Cǐ fǎ zhēnzhōng miào gèng zhēn, dōu yuán wǒ dú yì yú rén. Zì zhī diāndǎo yóu lí kǎn, shuí shí fúchén dìng zhǔbīn? Jīndǐng yù liú zhū lǐ gǒng, yùchí xiān xiàshuǐ zhōngyín. Shéngōng yùn huǒ fēi zhōng dàn, xiàn chū shēn tán rì yīlún).
Буддист:
Этот метод ещё более верен в своей истинности, потому что я отличаюсь от других. Я знаю, что прорыв может быть вызван отделением от клана, а именно в том, кто осознаёт, что плавающий может быть хозяином или гостем. Так кто же плавающий? Золотая кадильница хочет сохранить ртуть в киновари, а Нефритовый Пруд сначала опускает в воду серебро. Божественная сила огня – это еще не конец дня, а день глубокого бассейна – это уже круг.
Даос:
И этот метод верен, ведь в нём Истина сокрыта,
Причина в том, что от других людей я отличаюсь,
Триграммы две «огонь», «воды» перевернуть пытаюсь,
Понять, «хозяин» где, где «гость», тогда лишь дверь открыта.
«Плывущие» и «тонущее» – так я понимаю,
Хочу, чтобы в треножнике металла разделяли
То, остаётся от плавленья что, ртуть в киновари.
Я пену от нагара своей мыслью отделяю.
Сперва, чтоб серебро в «Нефритовом Пруде» лежало,
То, что в воде находится, чтоб превращенья ждало.
Свершенье духа чтоб процесс к рассвету завершился,
В глуби «вращение огня» диск солнца появился.
Конфуцианец:
На следующий день с утра я опять написал на бумаге свой новый слоган-стих и погрузился в медитацию. Вчерашнее состояние блаженства и восторга улеглось. Одно дело – представлять себя Бессмертным, а другое дело – по-настоящему стать им. Для этого мне нужно было сосредоточиться и приложить все свои старания и усилия на то, чтобы разобраться во всей своей внутренней механике и понять, из чего я состою.
Как я уяснил для себя ранее, высшее совершенство метода алхимии заключается в выплавление внутреннего эликсира. Но чем больше я вчитывался в строки стиха-слогана, тем меньше понимал то, о чём шла там речь. Я знал, что эликсир нужно было создать во мне самом, внутри меня, но из чего его делать, и как с ним обращаться, этого я не понимал. Мне нужно было разобраться и уяснить все составные части эликсира, то есть то, что являлось субстанциями тела, с которым мне нужно было производить те или иные действия, чтобы добиться успеха. И ими оказались такие понятия, носящие символические обозначения, как тигр и дракон, инь ци и ян ци, чувства и природа, «свинец» и «ртуть». Им соответствовали триграммы «вода» (кань) и «огонь» (ли). Я нашёл их в «Книге перемен». Эти триграммы обозначались, как две слабые черты (иньные) с одной сильной чертой (янной) в центре, и как две сильные черты со слабой чертой в центре. Вода как бы имела крепкий и плотный стержень внутри себя и размытые подвижные границы своего внешнего очертания. Огонь же, напротив, имел строгие обжигающие границы своего очертания и подвижный и меняющийся стержень внутри себя. Что же это означало? Я стал задумываться, и вдруг понял.
«Вода» (кань) считалась «положительной» (ян), так как, имея две слабые черты, она содержала внутри себя сильную черту, что говорило о зарождении силы ян. Вода ассоциировалась с Севером. Ведь в «Книге Перемен», всё отрицательное имело в себе зарождение положительного, а положительное несло в себе зарождение отрицательного, как, например, в случае с триграммой огня «ли», где внутри неё пряталась слабая черта «инь», хотя огонь и ассоциируется с Югом. Всё это означало то, что любая жизнь начинается с «воды», и в течение всей жизни поддерживается «огнём». И эти две стихии кажутся несовместимыми друг с другом: вода тушит огонь, а огонь испаряет воду, поэтому для их совместного существования всегда необходима какая-либо разделительная преграда или среда – стенка железного сосуда, только тогда вода будет нагреваться, я огонь не потухать. Из этого ясно, что огонь во взаимодействии с водой создаёт огромную силу. Но как удержать одновременно в теле воду и огонь?
Я лёг на спину на коврик головой на север и постарался разобраться со сторонами своего тела. Мой голова является Севером, и олицетворяет собой Чёрную Черепаху со своим черепом-панцирем и Тёмную Змею моего разума, живущего в ней. Моя левая сторона с ногой и рукой относится к Востоку и является Синим Драконом, на её стороне лежит моё сердце, как Солнце, восходящее на востоке. Нижняя часть моего туловища покоится на Юге во владении Красной Птицы. Там, ниже живота, находятся все мои самые возбудимые органы чувств, которые приводят меня в огненное неистовство, когда я встречаюсь с женщиной. Правая часть моего тела – на Западе и олицетворяет собой Белого Тигра, который находится в постоянной борьбе с Драконом. А центр моего туловища является Землёй, соединяющей все эти стихии вместе.
Я сел на коврике и посмотрел на себя в зеркало. Из зеркала, на меня смотрел чёрный череп черепахи с пристальными глазами мудрой змеи. Я накинул на плечи халат, и Тигр с Драконом встретились у меня на груди, внизу на ногах, как в гнезде, уместилась Красная Птица. Змей смотрел на меня своим лукавым взглядом и соблазнял меня сорвать плод с древа жизни, чтобы я обрёл бессмертие, как это он уже проделывал в раю с Адамом, когда Бог отлучился из Эдема.
«Нет, на этот раз, – подумал я, – мне нужно обязательно сорвать плод с древа вечной жизни стать таким же, как наш Господь. И для этого я пройду через всё невозможное».
Древние мудрецы считали, что главным качеством инь, с её символом – водой, является движение вниз, а ян с символом огня – движение вверх. Из чего возникали особые отношения между водой и огнём. И гексаграмма, описывающая взаимные отношения воды и огня, ян и инь имела вид: вверху – огонь, внизу – вода, что являлось последней гексаграммой «Книги перемен» и выражала смысл 未济 вэй цзи – «ещё не конец». В этой Книге нижняя триграмма считается внутренней и связана с событиями внутренней жизни и будущим, а верхняя является внешней и связана с внешней жизнью и всем уходящим. К тому же, под внешним и внутренним обычно подразумеваются образы «хозяина» 主 (чжу) и «гостя» 客 (кэ). Это – как в западной философии существуют обозначения категорий субъекта «чжу» и объекта «кэ».
Я и раньше обращал внимание на то, что последняя гексаграмма в «Книге перемен» 未济 «вэй ци» – «ещё не конец» – обладает некой несуразностью в своём расположении черт, где нечётные (янные) позиции заняты «иньными» чертами, и наоборот. Ведь счёт черт идет снизу вверх. В обычном мире огонь и вода пребывают в своей разделённости, тогда как процесс внутренней алхимии требует их соития для создания бессмертного зародыша. Таким образом, следует поменять триграммы местами, что даёт предшествующую гексаграмму 既济 «цзи цзи» – «уже конец» с полной уместностью черт, то есть нужно отправить огонь с Юга на Север, воду с Севера на Юг, причём, Земля останется по-прежнему в центре.
«Вот что я должен сделать! – воскликнул я. – Если бы в своё время Адам, после того как отведал яблоко познания, тут же и вкусил плод с древа жизни, то он сразу же обрёл бы своё бессмертие и вышел бы из-под зависимости и подчинения Богу. Он сразу же был бы с ним на равных, и его уже никто бы не изгнал из рая, и он не ждал бы целую вечность обретения своего бессмертия. Но это ещё не поздно исправить и стать не «гостем», а «хозяином» положения». В этом и кроется освобождение человека от всякого рабства, когда сам человек в своей среде может стать свободным господином во Вселенной и начать создавать свои миры.
Для даоса это означает изменение направленности потоков энергии в своём теле: стремящиеся вверх потоки янной пневмы будут направляться посредством созерцания и дыхательных упражнений вниз, в нижнее киноварное поле; а потоки иньной энергии направятся вверх. Тогда весь процесс обретения бессмертия средствами внутренней алхимии как бы перевернёт естественное течение «перемен», работающее на смерть, на противоположные, и поразит саму смерть выворачиванием природы наизнанку, что приведёт человека к достижению вечной жизни.
«Из-за того, что человек вовремя не сделал это, Небеса извратились, и он попал в мир, где царствует Смерть. Вот что значит – во время не делать того, что необходимо делать. И я должен это сделать».
Именно тогда и произойдёт восстановление извращённого ныне «прежде-небесного» 先天 (сян тянь) состояния мира и человека. Поэтому так необходимо осознать важность иероглифа 丹 «дань», означающего «взаимо-обращённость» или «перемена местами». Треножником из Золота 金鼎 (цзин дин) называется вместилище положительной пневмы ян в солнечном сплетении. А Дворец Неба Цянь 乾宫 (цянь гун) – это один из центров тела по традиции внутренней алхимии в межбровье, где хранится снадобье и завершается процесс его приготовления.
«И это всё находится внутри меня, можно сказать, «под рукой». Единственное, что мне остаётся сделать, это – запустить этот процесс. Я должен выработать в себе киноварную ртуть, восстановленную из киновари. В алхимии так называется «сок дерева» 木液 (му е), пневменная эссенция стихии огня (янной пневмы) человеческого организма. Но вначале нужно опустить в «Нефритовый пруд» серебро, содержащееся в воде. «Нефритовый пруд» 玉池 (юй чи) – это место, противоположное «Золотому Треножнику», там соединяется снадобье. «Нефритовый пруд» находится в районе нижней части живота, а «Золотой Треножник» – в районе солнечного сплетения. Серебро, сокрытое в воде,– это серебро, скрытое в свинце, и его даосы называют ещё «недоразвитым серебром», «отцом серебра». И ещё мне нужно выработать «Семя Золота» 金精 (цзинь цзин), что является пневменной эссенцией стихии воды, такое же, как и сок дерева.
Этот процесс непростой, но его необходимо довести до конца. Эта алхимическая операция происходит так: янные пневмы (дерево и ртуть) помещаются в «Золотой Треножник» после того, как в процессе плавки в «Нефритовом Пруду» направленные потоки иньной энергии – пневмы металла (золота) и свинца, влекомые взаимной «симпатией», как родственные, но полярно противоположные, как силы свинца и ртути, соединятся. Причём, их сперматические сущности – эссенции – должны опираться друг на друга, при сопровождающих их процедурах в виде определённых дыхательных упражнений, так называемого «вращением огня».
В своё время я уже пытался проделать это «вращение огня» в своём теле, мысленно при вздохе совершая поднятие энергии по внутреннему каналу через позвоночник от промежности до макушки и затем до верхней губы, а потом от верхней губы при выдохе вниз в Нефритовый Пруд. Но эта неконтролируемая процедура дыхательного упражнения привела меня к болезни, у меня случилась водянка, слишком много серебра попала в Нефритовый Пруд и переполнила его, и мне пришлось ложиться под нож хирурга, чтобы привести своё тело в норму. И тогда я понял, что я далёк от цели. И, чтобы добиться успеха, мне нужно методически учиться и постепенно накапливать свои знания. Я понял, что, только тогда я овладею «Бездонными глубинами», чтобы получить «чистейшую положительную пневму ян», когда проникну во все тонкости взаимодействия с пневмами, чтобы их очистить до нужного состояния. Я знал, что «Бездонными глубинами» назван Дворец Воды Кань 水宫 (шуй гун) в районе межбровья, где сосредотачивается вся очищенная пневма ян. Когда её собирается достаточное количество, то возникает некий диск солнца. Этот «Диск Солнца» и есть образное название очищенной «изначальной пневмы» 元气 (юань ци), точнее – его положительного модуса «изначального ян» 元阳 (юань ян). Смысл всего этого означает, что благодаря нагреванию «Треножника» во «Дворце Воды Кань» родится изначальная янная пневма, субстанция будущего бессмертного тела, состоящего, по даосскому учению, из одной «чистейшей положительной пневмы ян» 纯阳 (чунь ян).
Об этом и говориться в этом стихе-слогане – истинный эликсир находится в человеческом теле, поэтому не надо его искать во внешних вещах или где-то вдали от себя. Но для полного овладения этим искусством мне нужно всего лишь похитить секреты у бессмертных даосов и буддистов.
Стих пятый
五。虎躍龍騰風浪粗，中央正位産玄珠。果生枝上終期熟，子在胞中豈有殊？南北宗源翻卦象，晨昏火候合天樞。須知大隱居廛市，何必深山守靜孤？
Wǔ. Hǔ yuè lóngténg fēnglàng cū, zhōngyāng zhèng wèi chǎn xuán zhū. Guǒ shēngzhī shàng zhōngqī shú, zi zài bāo zhōng qǐ yǒu shū? Nánběi zōng yuán fān guà xiàng, chénhūn huǒhòu hé tiān shū. Xūzhī dà yǐnjū chán shì, hébì shēnshān shǒu jìng gū?
Буддист:
Тигр прыгает, дракон поднимается на ветру и на волнах, а в центральной позиции появляется таинственная жемчужина. Плод созрел в конце жары на ветке, но есть ли разница в том, родится ли дитя в утробе? Север и юг – зарождения триграмм, утренний и вечерний огни находятся в гармонии с Небесным стержнем. Почему великий отшельник не может жить на рынке, и почему он должен быть один в горах?
Даос:
Танцует тигр, летит дракон – бушуют ветры, волны;
А в центре истинное место для её рожденья,
Жемчужины той, сокровенной, место нахожденье,
Когда плоды в конце жары древ своим соком полны.
Когда младенец в её лоне, наконец, родится,
Первоистоки – Юг и Север там места сменили,
И образы триграмм спешат в себе вдруг измениться,
Рассвет, как и закат, уже не те, что раньше были.
Они в себе с Небесной Осью там соединились,
Отшельник хоть уединения в горах достоин.
Великое сокрытье в шумном городе случилось,
Мудрец живёт на рынке, одинок он и спокоен.
Конфуцианец:
Когда я выписывал на бумаге иероглифы этого стиха-слогана, то меня охватило странное чувство от сознания того, что мир как будто перевернулся, и центр тяжести возник где-то совсем в другом месте, чем раньше. В этих строках скрывалась некая тайна, которую мне предстояло открыть. С изменением этого центра притяжения всё поменялось местами. Вместо того, чтобы устроиться в позе лотоса на своём коврике перед зеркалом, я встал на руки и прошёлся по комнате, чтобы ощутить этот изменённый мир. Всё казалось странным и непривычным: потолок был внизу, а вверху – пол, за который я держался. При таком положении вода устремлялась вверх, а огонь – вниз. Чтобы налить воду, я должен был стакан держать дном кверху, а чтобы прикурить сигарету, мне нужно было зажигалку подносить не снизу, а сверху. Вот о чём говорилось в этом стихе-слогане. Как будто я оказался в южной части земного шара, проткнутого насквозь, но силы притяжения там действовали северного полушария, и я ходил по земле головой вверх, но векторы устремления тяжести были такие же, как в моей комнате. Но такого не должно быть, ведь тогда произойдёт нарушение мирового баланса тяжести.
Я сел на коврик и посмотрел в зеркало на своё обнажённое тело. Моё тело представляло собой Землю, и оно притягивало сверху к себе голову, с боков – руки и снизу – ноги. Моё тело было центром только моей тяжести. И когда я вставал на руки вниз головой, то всё менялось местами. Также и я должен был смотреть на мир через призму этого стиха-слогана, где вначале шли традиционные символы Дракона и Тигра, как отображение сил Инь и Ян. Дракон живёт на дне моря, его среда – вода, но он образ Ян, зарождающегося в глубинах Инь, что соответствует стихии дерева.