Попроси у неба счастья

– Что ты хочешь услышать? Хорошо, я отвечу. Я скажу только то, что видела своими глазами, не выдумывая ничего больше, а ты сам для себя решай, – устало начала она.– Я видела, вернее мы с Алексом видели, что Любава стояла в лесу, обнявшись с каким –то незнакомым мне молодым человеком.

У Тодора на лице не дрогнула ни одна мышца. Он умел скрывать свои мысли, не выставляя их напоказ. Единожды он раскрылся, не боясь, что его сочтут слабым человеком. После смерти Заряны. А потом, как бы ему не было больно, он скрывал это за равнодушной и спокойной маской. Вождю, князю народа никогда нельзя показывать своих истинных чувств, своих слабостей. Люди любят сильных, обласканных богами.

– Ты не спросила, кто это?

– А зачем? Не сказали, значит не сочли нужным.

Милана понимала, что брат в недоумении от её рассказа, но сердце обрадовалось. Хорошо что сдуру не сказала, что девушка была немного в потрёпанном виде. Пусть решает сам, каждый живёт свою жизнь как хочет. Но это простому смерду, а не князю. Тот должен жить так, как надобно народу и земле. Зачем же она будет рассказывать о том, чего сама не понимает.

Тодор видя её состояние, больше ни о чём не расспрашивал, стал рассказывать что-то о повседневных делах, и Милана решила, что не такое уж большое место занимала Любава в сердце брата. Ну и хорошо. Потому что теперь сама понимала, насколько это прекрасное и в то же время горькое чувство – любовь.

Что за дела такие у Алекса, почему он боится связывать с ней свою жизнь? А вот она бы жила с ним до самой старости, благодаря, что жизнь подарила его ей, простой древлянской девушке.

Она понимала, что между Любавой и Алексом нет других чувств, кроме дружеских, но в то же время её очень обидело его невнимание к ней вечером. Всё какие-то недомолвки, секреты. Наверное, нужно попытаться забыть его, хотя она всей своей женской сущностью понимала, что далеко небезразлична ему. Всё выдавали его глаза, нежность рук, биение сердца. И она в который раз повторяла давнюю мудрость: время поставит всё на свои места. А может, если уехать, всё забудеся. Появятся новые интересы, новые знакомые и всё издалека покажется таким мелким и не настоящим.

«Не ври сама себе, девица», – грустно подытожила свои мысли.

*

Вскоре Милана уехала и в тереме совсем стало тихо.

Ярополк носился со своими сверстниками по городу, только вечером вспоминая о своей любимой тётке. Однажды со старшими ребятами ушёл в лес, смотреть птичьи гнёзда. А нянька и отроки с ног сбились, разыскивая его.

Тодор сам всполошился и решил поговорить с мальчиком. Вечером он зашёл к сыну, выдворив всех из комнаты. Присел возле него, почесал рукой спинку и Ярополк чуть ли не мурлыкал от удовольствия.

– Как ты провёл день, сынок?

Мальчик, как внезапно пробившийся сквозь землю родничок, зажурчал, взахлёб рассказывая о проделках и проказах.

– Сынок, это хорошо, что ты нашел себе друзей и тебе с ними весело, но ты заставил волноваться всех, кто тебя любит.

– А кто меня любит? – Вопрос малыша заставил на секунду задуматься. – Если бы меня любили, разве я был бы один?

Тодора удивили слова маленького мальчика.

– Я же с тобой.

– А Милана уехала. Я был не послушный? – Большие глаза с тревогой смотрели на отца.

– Ну что ты. Просто ей надо было уехать. Вот у тебя есть друзья и ей хочется с кем-то дружить.

– А со мной?

– С тобой она дружила, но ведь сколько в городище маленьких ребят, ты же хочешь ходить в лес со старшими, правда?

– Ей не с кем ходить в лес и смотреть на птичьи гнёзда?

– Можно и так сказать. Она ведь скоро приедет и привезёт тебе много подарков.

– Завтра? – Надежда росточком пробивалась в голосе.

– Нет, немного попозже. Но мы же её подождём?

– А Любава? – Не сдавался мальчик. – Она ведь обещала приехать и обманула.– Надул капризно губки.

– У неё, наверное много дел, вот управится с ними и захочет с тобой повидаться.

– А с тобой захочет?

– А со мной, наверное, нет.

– Захочет, она весёлая и добрая. Помнишь, как с ней было весело?– Звонко засмеялся малыш.

– Как же ты так далеко ушёл за город? – Перевел разговор на другую тему Тодор, переключив внимание ребёнка.

– А меня один из мальчиков постарше на спине нёс… Почему у всех мальчиков и девочек есть мамы, а у меня нет?

– Сын, я ведь тебе рассказывал, что у тебя была мама, но она умерла. – Видя в глазах ребёнка вопрос, добавил, – улетела очень далеко.

– За лес?

– Немного дальше…

– Она не хотела нас видеть? Она нас не любит?

– Она любит, но приехать не может.

– Плохие люди её не пускают? Давай возьмём мечи , поедем и побьём их.

– Умничка, смелый мой сын. Ты ещё маленький, а когда подрастёшь мы обязательно поедем освобождать маму.

– А нельзя , чтобы пока у меня мамой была Любава?

Глаза Ярополка смотрели на отца не мигая. Он видно давно уже думал об этом. Родная мама была не реальной, где-то далеко и не вызывала у малыша никаких эмоций. А Любава, с её мальчишечьим, взрывным характером была близка мальчику.

– Тебе сынок пора спать. Уже поздно, – ушёл от ответа Тодор. – Закрывай глазки и пусть тебе приснятся сладкие сны. Но прошу тебя, не уходи далеко от дома. Договорились?

– Хорошо. Но ты всё же попроси Любаву стать моей мамой, – не забыл напомнить отцу. Мальчик лёг на бочок и Тодор заботливо укрыл его перинкой.

– Посиди возле меня, пока я усну. Ладно?

– Хорошо, сын. Спи, а я посижу возле тебя.

Ревность раздирала его изнутри. Это чувство не покидало его с тех пор, когда он только увидел Любаву и ему казалось, что вначале возникла ревность, а потом уже симпатия к этой девушке.

Он уже давно убедился только в дружеских чувствах Любавы и Алекса, но появился какой- то незнакомый юноша с которым девушка преспокойно обнималась в лесу. Как так можно? Тодор вспомнил, как под его ласками таяла Любава и её не сопротивление. Девушка, не познавшая мужчину совсем не так бы реагировала на чувственные движения. Сцены предполагаемой близости молодых людей проходили перед глазами, пополняясь всё новыми деталями.

Князь полностью с головой вошёл в дела древлянской земли: суды, решения, объезды. Он был строг и подтянут, серьезен и мрачен. Ничто не выдавало в нём дикой, безудержной игры чувств.

Тодор никогда не оставлял дела незаконченными, поэтому решил всё -таки повидаться с Любавой, чтобы потребовать объяснений, а на самом деле, хотя он и боялся признаться себе в этом, просто повидать девушку за которой очень скучал.

Дорога не отняла много времени и скоро он уже входил в терем Любавы. Там было тихо. Дворянка сказала, что Алекс на реке ставит верши на рыбу и это удивило князя-: занятие только для смердов… А княжна была у себя в опочивальне. Тодор прямиком и направился туда. Он, увидев Любаву, удивился, как изменилась девушка за то время, пока он её не видел. Потускнели и стали грустными глаза, точёная фигурка стала более хрупкой.

Увидев Тодора, Любава от неожиданности отступила шаг назад и даже что-то вроде испуга промелькнуло в её широко распахнутых глазах.

Совсем не то хотелось увидеть там Тодору. Надеялся, что обрадуется встрече с ним, хотя бы как с другом. А в её глазах никаких положительных эмоций. Это задевало и вызывало у князя ревность к тому, другому, для кого эти глаза загорались радостью.

– Ищу причину и не нахожу, чтобы объяснить своё присутствие здесь,– виноватым голосом сказал Тодор.

– Это хорошо, что ты приехал. И Милана с тобой?

– Нет, разве ты не знаешь, что сестра уже уехала? – Удивился он.

– Как? Но почему же она хотя бы не заехала попрощаться, ведь это по пути.

– Она просто торопилась, – не хотел вникать в подробности Тодор.

– Я думала, что мы подружились. Правда, она так быстро собралась и ничего не объяснив, уехала. Я подумала, что она за Ярополком соскучилась…

– Да и это тоже. А он сейчас за нею скучает, а меня просит привезти ему маму.

Любава молчала. Что она может сказать? Сложилась такая ситуация, что сама над обрывом , а другого, близкого человека она не могла подставить вместе с собой под гнев Киева. А то, что это будет рано или поздно, она не сомневалась. Как не простили смерти Игоря, так и не простят смерти боярина, имевшего влияние на других, а на Ольгу в частности. Она уже не думала о своей личной жизни, а только изредка приходила мысль, что этот год не её. Уж очень многое свалилось на голову и на головы её земляков.

Но ничего этого Тодор не знал, поэтому продолжил.

– И знаешь кого? Просит, чтобы ты была его мамой.

– Я? – Удивилась Любава. – Он хочет , чтобы я была его мамой?

– Ну да. А я хочу, чтобы ты стала моей женой, если в твоём сердце осталось немного места для меня.

– Почему же немного? – На бледном лице девушки появился румянец.

– В твоём сердце, наверное тот юноша…

– С которым меня Алекс и Милана видели в лесу, – закончила она предложение.

– Если он тебе близок, ты скажи и я навсегда уйду с твоей жизни, как бы мне не хотелось обратного.

– Нет, Тодор, то был просто друг, который спас и жизнь и честь мою.

Князь нахмурил брови. Он не мог ничего понять.

– Продолжай, – попросил он тихо.

И девушка, глотая слова и слёзы. рассказала о своём невесёлом приключении в лесу.

– Почему ты была одна?

– Я часто бываю одна в лесу, ещё с детства. И Милана же тоже приезжала без сопровождения.

– Как бы не так. Это ей так хотелось, но по моему приказу на расстоянии, чтобы она не заметила,её сопровождали дружинники. Сейчас ведь не те времена, что раньше, – назидательно закончил он.

Любава почему- то надеялась услышать другие слова: утешения, ободрения и ей был непонятен этот тон.

Как много значат иногда слова… Девушка почувствовала, что переступила важную для себя черту. Если бы он обнял её, начал утешать, она бы снова плакала и жалела себя, а когда Тодор, выслушав её рассказ. только указал на то, что пора быть взрослее Любава внутренне приосанилась и успокоилась.

– И вот ещё что скажу, – немного подумав, продолжил, – будь хозяйкой в моём тереме, будь моей княжной. Хватит тебе самой всё решать и самой за всё отвечать. Не для тебя это- в страхе жить, птица ты вольная. Принуждать ни к чему не буду. Решай сама, слушай своё сердце. Если есть ко мне хоть какая то толика чувств – соглашайся. Нет – больше настаивать не буду. Но защитить тебя смогу, а это сейчас самое главное.

– Не хочу я чтобы ты пострадал, ведь вина моя.

– В чём твоя вина? Они привыкли получать то, что хотят. Но бывает не удаётся…

Горечь была в сердце Тодора. Больше он ничего о своих чувствах говорить не будет. Пока страх движет ею, плохие воспоминания затмевают действительность. Нужно немного времени, чтобы её девичья сущность взяла верх над всем остальным.

– Кто же тот парень, что помог тебе?

– Подвизд, отрок князя Игоря.

– Отрок князя убил боярина?– удивлённо вскинул брови Тодор.

– Да, он когда то умыкнул меня и хотел в Киев забрать. От волков ночью спас, – думая о чём-то своём произнесла Любава, – и сейчас помог. Так вовремя там оказался! Теперь я за него боюсь, ведь если узнает обо всём Ольга, лютой смертью он умрёт и семья его сильно пострадает, – с тревогой в голосе закончила она.

– И где он сейчас? – Оглянулся, как бы стремясь увидеть того здесь.

– Я его попросила уйти, укрыться.

– Он, наверное, любит тебя, если так подставил голову.

– Полуян ему обещал и деньги большие и повышение по службе, но он не предал меня,– гордость за поступок юноши звучал в голосе.

– Хорошим дружинником он бы не был, потому что всё на девушку променял.

– О чём ты, Тодор? А если бы ты был на его месте?

– Я никогда не буду на его месте, а он на моём. По той же причине. Вначале долг, а потом всё остальное.

Любава удивлённо посмотрела на князя, она его решительно не понимала. Девушке всегда казалось, что из-за любви можно решиться на многое. А оказывается, что долг для него превыше всего. Впрочем, как и для брата её, Мала. И чем всё это закончилось? Почему мужчины такие: бои, походы всегда нужнее им чем женщины?

Все мысли Любавы были написаны на её лице и Тодор без усилий читал их.

«Ох ты, птичка-невеличка, это у вас, женщин любовь всегда на первом месте. Наплетёт вам целый короб вот такой отрок, а вы и растаете перед ним». Тодор решил ещё дома, что чувств своих больше не покажет. А вот выжигала ревностью. Он боялся прикоснуться к ней, чтобы не вспугнуть, не обидеть. А её какой то юноша успел умыкнуть… Какая женщина не уступит молодому мужчине, тем более юная девушка, которой не терпится всё познать. Да что же это такое? Почему я так накручиваю себя? Зачем? Ведь ничего не вернуть и повернуть вспять нельзя.

– Здоров будь, князь, – радостно кинулся к нему вошедший Алекс. Он, не слыша голосов, пришёл в опочивальню к Любаве, подозревая, что она снова грустит. Но увидел Тодора, правда задумчивого и на вид сердитого. Но это был брат Миланы и его можно было о ней расспросить.

– Здоров будь и ты, Алекс, – улыбка озарила лицо князя.– А ты всё что-то изучаешь?

– Да вот ты знаешь…– И умолк, догадавшись, что рассказ его о рыбной ловле сейчас будет неуместным. – Какими судьбами к нам?

– Прошу Любаву стать хозяйкой в моём доме. – Не стал таиться от Алекса Тодор.

– Ну, а она? – повернулся к девушке.

– А она согласна, – услышали оба неожиданный ответ.

Тодор даже растерялся, не зная как отреагировать, хотя в мечтах давно слышал эти слова. А вот Алекс обрадовался. Обрадовался за девушку, зная, что она будет за Тодором, как за крепкой стеной. И за Тодора. Из-за мужской солидарности, видя что тому очень нравиться девушка. Ну и конечно обрадовался за себя, потому, что хотелось быть ближе к Милане…

– А меня не оставите здесь?– спросил лукаво.

– Да куда тебя денешь?– улыбнулась, вопрошающе посмотрев на Тодора.

– Всегда буду рад видеть тебя у себя а городище.

Когда князь уехал, Любава собрала бояр и сообщила, что выбрала себе мужа по сердцу – Тодора, а значит будет княжной всех древлянских земель.

Без печали покидала это место. Не было Мала, лучшие бояре и дружинники погибли. Первые в Киеве, а другие на тризне по Игорю. Не на кого было опереться, каждый из оставшихся хотел власти сам. Это был уже не тот город: гордый и сильный, с населяющими его людьми, почитающие закон.

Когда все формальности были соблюдены, девушка стала собираться. Приданого было много- Мал хотел, чтобы красоту сестры оттеняли драгоценности, одежда, красивые лошади.

Все дворовые оставались в тереме для поддержания порядка. Любава могла приехать сюда в любой момент, а чистоту и уют она ценила. Только старая нянька очень просила взять её с собой, а Любава и не думала ехать без неё.

Перед отъездом она зашла попрощаться к старушке-ведунье в лес.

– Уезжаешь в Искоростень?

– Откуда ты всё знаешь, бабушка?

– Да уж знаю, – хитро прищурила глаза ведунья.

– Надо -зови! – поцеловала девушку на прощание.– Или присылай Алекса , за вами скучать буду.

Когда Любава в сопровождении прибыла в Искоростень, то увидела, что её здесь ждали. Князь встретил девушку за воротами и в глазах его была неприкрытая радость. На улице городища, которая вела к терему собралось много народа. Дети приносили княжне цветы и от такого проявления дружелюбия Любаве становилось спокойнее. Какое-то непривычное для неё оцепенение прошло, а ведь оно не покидало её уже довольно давно.

– Ну вот и наш дом, проходи, молодая хозяйка.

А навстречу уже бежал Ярополк, раскинув широко руки.

– Это будет наша мама? – радостно сверкали глаза.

– Да, сынок, наша мама. Как ты и просил.

– Вот как хорошо! Ну так хорошо! Правда, Любава? Пойдём, поиграемся. Я за тобой соскучился. Очень-очень!

– Милый мой, я тоже за тобой соскучилась. Очень, очень. Наклонилась к мальчику и прижала крепко к себе. Она очень боялась приближающихся событий и казалось, что лучше бы она осталась в Малине.

Тодор показал комнаты Любаве и Алексу, где они могли остановиться и отдохнуть перед пиршеством.

Во дворе и на кухне кипела работа. Ключница едва успевала выдавать дворянам, сновавшим от клетей до кухни, продукты. Пир готовился на весь мир. Их князь привёл в терем молодую хозяйку и её нужно было встретить достойно.

Любава всегда всё делала сама, а сейчас её ожидали две молодые дворянки, приставленные ей Тодором в услужение.

Как хорошо с дороги было вымыться, расчесать свои пышные волосы.

Она надела платье, специально сшитое для этого события. Мал когда-то в Киеве купил белого шелка, расшитого золотом, а умелые мастерицы сшили платье, облегающее фигурку девушки, не сковывая её движений.

Увидев впервые это платье, Мал, обняв её, сказал, что похожа сестрёнка на белого лебедя. Её муж залюбуется, вместо того, чтобы уделять внимание гостям. Этими словами очень смутил тогда Любаву. Белая накидка с золотым обручем была в тон платью.

Когда она вышла навстречу Тодору, то увидела неподдельное восхищение в его глазах, а Алекс покачав головой и улыбнувшись, молвил:

– Во всех ты, душечка, нарядах хороша.

Тодор взял её под руку и повёл в гостиную, где стояли уже щедро накрытые столы, а вокруг них -бояре, воеводы, старейшины.

– Садитесь, люди добрые. – Поклонилась им низко.

– Княгиню, княгиню!– услышала громкие крики со двора и вопросительно посмотрела на Тодора.

– Люди ждут, что бы мы вышли к ним и одарили.

Она кивнула головой и вместе с князем медленно двинулись по переходам, неизменно встречая людей, которые кланяясь им, радостно улыбались. Любава понимала, что князя здесь любят и рады, что он обретёт счастье в жизни, пройдя такой трудный для него этап потери жены. Девушка сразу же засомневалась, а сумеет ли подарить этому, несомненно заслуживающему счастья человеку, радость и покой.

.Любава вышла на крыльцо и даже зажмурилась. Много людей было во дворе и они тоже приветствовали князя и княгиню.

Тодор поднял руку, прося тишины.

– Спаси вас боги, древлянский народ, что разделяете радость и трапезу с нами в этот день. Все боги и Лада благословляют нас и их десницы накроют нас благодатью своею.

Пируйте же вместе с нами, принося жертвы благодарности богам, – поклонился на три стороны Тодор.

Народ не заставил себя просить дважды, все бросились к скатертям, выстланным на земле. стали наливать себе медовуху из корчаг, благодаря за угощение князя и княгиню.

В большом зале тоже все насыщались едой и запивали брагой и медовухой, хмелели, становилось шумно. Голоса уже перекрикивали друг друга.

Любава сидела возле Тодора молча и ей совсем было не до еды. Он тоже не пил, а только с улыбкой поднимал бокал когда кто-то хотел с ним выпить. Но только пригубливал хмельное, и ему тоже было не до еды.

Тодор очень ждал этого дня, когда перед богами назовёт Любаву своей женой и уже боялся, что он никогда для него не настанет. Когда так неожиданно для себя он получил ответ «да», свершилось то, о чём он мечтал. Но странное дело, князь обратил внимание на то, что на лице девушки совсем не было радости, а движения были напряжены и немного заторможены. Он мог сравнивать…Когда брал в жёны Заряну, она как птичка щебетала, глядела с любовью на него своими большими глазами. А он! Его счастью не было границ. Весь мир готов был перевернуть.

Любава же сидит потупив взгляд и ни улыбки на лице, ни слова из уст.

– Милая, тебя что-то беспокоит?

– Нет, почему ты так решил?

– Покушай немного. Сколько всего приготовлено. И люди с недоумением смотрят. Отведай немного, чтобы не обидеть стряпух.– Он взял её руку, но девушка медленно забрала свою маленькую ладошку с его крепкой руки.

– Хорошо, я попробую всего. Наверное, вкусно…

Он насторожено смотрел, не понимая, что с ней.

Алекс , видя такое настроение княжны, решил отвлечься от кулинарных изысков на столах и перемигиваниями с хорошенькой девушкой, дочерью одного из воевод. Такая плутовка, что привлечь внимание Алекса ей не составляло большого труда. Она томно смотрела на него из-за плеча усатого отца и её ресницы чуть прикрывали игривые глаза.

– Посмотри, Любушка, какая хорошенькая девушка, – прошептал Любаве, наклонив голову.

– Что-то ты быстро забыл Милану, – заметила.

– Перестань, я ведь так думал, что она никуда не уедет или будет здесь сегодня, – сразу загрустил Алекс.

– Не надо было девушку отпускать, ведь она не очень –то стремилась к поездке.

– Как-будто бы она меня послушала…

– Тебя бы – да. Ты и сам не слепой и видел, что нравишься ей. Но ты не сделал первого шага, не показал ей, что нужна она тебе.

– У меня на то свои причины. Я же говорил тебе, что ненадолго здесь. Пока сидится – сижу, а позовёт сердце и пойду смотреть новые земли. А она ведь со мной не пойдёт по свету – княгиня…

– Глупый ты Алекс, хоть и старый.

– Спасибо. Можно подумать, что у тебя муж моложе.

– Не о том я. Говорю, что за любимым можно пойти на край света. Чтобы только ты и он – мечтательно закончила девушка.

– У тебя такие чувства к Тодору?– серьезно спросил Алекс, глядя на Любаву.

– Не знаю, сейчас я ничего не знаю. Но вот подумала, что это навсегда. Он и я и стало вдруг страшно.

– Отчего же? Глядя на вас, заметно что вы симпатичны друг другу.

– Алекс, никто не отрицает, что мы нравимся друг другу. Но только это и не больше. У нас есть причины, оправдывающие наш союз.

– Причины. Какие причины?

– Мне нужна защита, а Тодору – женщина и мать для его сына. И не о какой любви здесь речи нет. Он даже никогда о ней не говорил.

– А ты, говорила ему?

– Меня тянет к нему, с ним легко разговаривать. Он ласков и сумеет меня защитить. Но это, наверное, никая не любовь. – нотки сомнения звучали в её голосе.– Может я поспешила?

– О чём это вы шепчетесь?– Наконец сквозь шум в зале к ним прорвался голос Тодора.

– Да вот Алекс спрашивает о той хорошенькой девушке, дочери воеводы, – нашлась Любава.

– Которой? – Проследил за взглядом Любавы. – Да, хорошенькая! Но она не дочь его, а жена.– Зашёлся в весёлом смехе Тодор.– А он к тому же очень ревнивый. Ой смотри, Алекс!

Любава и Алекс тоже подхватили этот смех и лицо девушки повеселело, немного поднялось настроение. Она даже отведала перепелов, жареных на вертеле.

Когда дворяне стали петь венчальную, девушка прошлась с Тодором в танце. Впервые за долгое время, руки Тодора легли на её талию, а глаза внимательно наблюдали за ней. «Как кот за мышкой», подумалось вдруг Любаве.

Танец заканчивался и дальше молодых стали провожать в опочивальню, напевая протяжную песню.

– А где Алекс?– Когда дверь закрылась и они оказались вдвоём, спросила Любава.

– Можешь поверить, что он нам сейчас не понадобится. Устала?

– Устала. Сколько всего за один день.

– Ну тогда ложись и немного отдохни, – он совсем не хотел её пугать своей необузданной страстью.

– Хорошо было бы. Сейчас разденусь. Отвернись, – посмотрев на него, скомандовала девушка.

Он отвернулся, чтобы не смущать.

– Мы что же, будем спать в одной кровати?– Сейчас её мучил только этот вопрос.

– Ну раз другого ложе здесь нет…

Она что-то делала, чем то шелестела и всё таки обратилась за помощью

– Подойди, но только не смотри. У меня что-то с платьем не получается. Где-то там зацепилось.

Тодор подошёл к ней за спину, двумя руками расстегнул золотую застёжку и стал опускать одежду с плеч.

– Дальше не надо. Я сама…

Опустив голову он стал нежно целовать шею и плечи Любавы. Она слабо сопротивлялась.

– Тодор, я устала, давай немного отдохнём.

– Милая, не бойся, я только поцелую твою шейку.

Губы нежные, тёплые перекочевали чуть вперёд. Тодор наклонив голову, поцеловал бархатистую кожу ключицы, и опускался всё ниже, проделывая дорожку поцелуев .

– Что ты делаешь со мной?– Со стоном спросила.

Он молчал, только бережно повернул её к себе и припал длинным, страстным поцелуем к её зовущим губам

Глаза девушки были закрыты, а ресницы трепетали, как крылья испуганной бабочки. Он опустил платье ниже пояса и взял в ладони, а потом стал по очереди целовать её грудь. Это было так невероятно приятно, что Любава застонала.

Тодор подхватил её на руки и положил на мягкое широкое ложе. Его нежные прикосновения пьянили её, не давали сосредоточиться. Ну почему её тело так предательски реагирует на все эти ласки? А первым был Подвизд, который пытался раскрыть ей всё это.

Тодор сразу увидел, что мысли её переключились и были не о том, что сейчас происходило между ними. Мужчина? Она думает о том молодом отроке. Нет, он сейчас заставит забыть о всех других мужчинах, которых она знала.

Он быстро разделся и лёг с ней рядом. Провёл нежно пальцем по её щеке, медленно опустился ниже, к шее, груди, обнажённому плоскому животу.