Прекращение обязательства по российскому гражданскому праву

§ 1. Понятие прекращения обязательства

Понимание гражданско-правового обязательства как простой правовой связи, состоящей из одного субъективного права и корреспондирующей этому праву субъективной обязанности, позволяет воспринимать любое прекращение обязательства в качестве абсолютного погашения указанной правовой связи.

Данный подход к прекращению обязательства в целом соответствует суждениям правоведов, высказанным в разные периоды развития отечественной правовой школы. Так, например, прекращение обязательства предлагалось понимать, как отпадение первоначально установленного обязательства как конкретного вида обязательственных связей[1]; как завершение развития обязательственного правоотношения[2]; как последнюю стадию существования обязательства, с завершением которой первоначальная юридическая связь между сторонами, выраженная в конкретном обязательстве, утрачивается[3].

Вместе с тем смысловое наполнение предложенных определений, их обоснование отличаются. Так, например, О. С. Иоффе писал: «Там, где ранее установленный вид обязательств сохраняется, при любых претерпеваемых им переменах вопрос о его прекращении не возникает. И, наоборот, там, где исчезает первоначально установленный вид обязательственных связей, обязательство прекращается, какие бы из его элементов ни были сохранены»[4].

Данный тезис иллюстрировался на примере виновной гибели вещи, составляющей предмет исполнения обязательства. О. С. Иоффе считал, что при виновной гибели вещи, которую продавец должен был передать, последний обязывается к возмещению убытков, что приводит не к прекращению обязательства, а к его изменению, так как контрагенты продолжают быть связаны куплей-продажей с переменами лишь в их конкретных правах и обязанностях[5].

Аналогичной позиции придерживается О. Н. Садиков, считающий, что виновное неисполнение обязательства последнее не прекращает, а лишь изменяет его[6].

Иное мнение у М. И. Брагинского, полагающего, что обязательство может быть прекращено как вследствие невиновного поведения участников гражданского оборота, так и виновного. При этом если обязательство прекращается вследствие виновных действий стороны, «одновременно с прекращением первоначального обязательства возникает обязательство возместить причиненные убытки или уплатить предусмотренную первоначальным обязательством неустойку»[7].

Ограничившись изложенными подходами, предпримем попытку раскрыть существо прекращения обязательства и определить, каким образом поведение его сторон может влиять на механизм такого прекращения.

Для цели динамики обязательства, последней стадией которого выступает его прекращение, индивидуализация любого обязательства происходит за счет его содержания. Только наличие определенного права и соответствующей этому праву обязанности позволяет из всей совокупности существующих между сторонами правоотношений выделить данное обязательство. Это означает, что стороны конкретного правоотношения одновременно могут состоять и в других правоотношениях как с другими субъектами гражданского оборота, так и между собой. Более того, кредитор и должник в рамках одного обязательства, могут оставаться в этом же статусе в рамках другого обязательства. Некоторые из таких обязательств могут возникать из одного договора. Между тем, связь между субъектами гражданского оборота обеспечивается не возникшим правоотношением, а наличием различного рода юридических фактов, что не противоречит общему подходу к пониманию гражданского правоотношения как правоотношения, возникающего между субъектами гражданского права по поводу различного рода благ.

Наиболее ярко наличие связи между правом и обязанностью, а не между сторонами обязательственного правоотношения прослеживается в процессе динамики последнего. Так, вопросы неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства всегда связаны с конкретной обязанностью, лежащей на должнике: ее неисполнение позволяет прибегнуть к мерам охранительного порядка, а также к возможности понуждения к исполнению основной обязанности, а соответственно, принудительному удовлетворению требования кредитора, основанного на его субъективном праве. Если же обязанность исполняется ненадлежащим образом, то вновь речь идет о возможности не только защиты нарушенного субъективного права, но и о понуждении должника к надлежащему исполнению обязательства, что означает реализацию соответствующего субъективного права. Различного рода сбои в динамике обязательства приводят к возможности применения различного рода побудительно-охранительных инструментов, цель которых одна – удовлетворение интереса кредитора за счет должного поведения должника по погашению лежащей на нем обязанности, что приведет к погашению субъективного права.

Соответствующие друг другу субъективное право и субъективная обязанность характеризуют только одно конкретное обязательство. Они не могут повториться в каком-либо другом обязательстве. Прекращение субъективной обязанности означает и прекращение субъективного права. Исчезновение же одного из элементов обязательства (его содержания) в связи с его исполнением навсегда погашает последнее.

Таким образом, прекращение обязательства представляет собой абсолютное погашение связи между конкретным субъективным правом и корреспондирующей этому праву обязанности.

Погашение указанной правовой связи не всегда связано с исполнением обязательства. Последнее может прекратиться независимо от достижения экономической цели обязательства и его правового результата. Обязательство может прекратиться и при наличии дефекта в других его элементах – в сторонах правоотношения или его объекте. Отразится ли это на существе прекращения обязательства?

Представляется, что нет. Говоря о том, что обязательство прекращается в результате смерти гражданина или прекращения деятельности юридического лица, мы подразумеваем, что исчезает непосредственно носитель субъективного права и (или) обязанности, что и приводит к отпадению обязательства. В подобных состояниях правоотношения утрата связи между обязанностью и правом происходит по причине того, что некому исполнить обязанность и (или) некому принять исполнение. Если же имеет место совпадение должника и кредитора в одном лице, то правовая связь прерывается по той причине, что нельзя исполнить обязанность самому себе. При исчезновении непосредственно предмета исполнения обязательства (напр., в результате гибели вещи) прекращает существовать и сам его объект. Однако, говоря о том, что обязательство прекратилось вследствие гибели вещи, мы подразумеваем, что исчезновение предмета активного поведения должника, составляющего предмет воздействия, погашает субъективную обязанность, прерывающую соответствующую правовую связь.

Изложенное позволяет констатировать, что индивидуализация субъективного права и субъективной обязанности происходит не только за счет их содержания (т. е. соответствующих правомочий и долженствований), но и за счет субъектов, находящихся на стороне должника и кредитора, а также за счет объекта обязательства. Вместе с тем, дефект в любом элементе обязательства приводит к прекращению последнего только в том случае, если такой дефект прерывает непосредственную связь конкретного субъективного права и соответствующей этому праву обязанности.

Не изменяет природы прекращения обязательства и наличие других оснований его прекращения (в частности, соглашение сторон, издание акта государственного органа, зачет встречных требований, невозможность исполнения). Каждый раз при наличии того или иного основания прекращения обязательства мы ведем речь о погашении субъективного права (которое погашает обязанность) или субъективной обязанности (которая погашает право) либо об одновременном погашении субъективного права и обязанности (напр., в силу решения суда), что в конечном счете приводит к отпадению самого обязательства.

§ 2. Место частичного исполнения обязанности в динамике обязательства

Действующим законодательством воспринята конструкция частичного прекращения обязательства, что предполагает уяснение смысла данной правовой категории. Если частичное прекращение обязательства рассматривать как частный случай прекращения обязательства, то все сущностные элементы такового должны проявляться и при частичном прекращении. Однако видно, что абсолютного прекращения правовой связи и, соответственно, отпадения обязательства при частичном его прекращении не происходит.

Возьмем для примера исполнение денежного обязательства, долг по которому составляет сто рублей. Используя возможность погашения долга по частям, должник уплатил долг в размере двадцати рублей, но допустил просрочку в погашении оставшейся суммы долга. Возникает вопрос: имеет ли в данном случае место прекращение обязательства в определенной части?

Если предположить, что за просрочку исполнения соглашением сторон предусмотрена уплата десяти процентов от суммы оставшегося долга, то, на первый взгляд, никакого сомнения в том, что перед нами частичное прекращение обязательства не возникает: действительно, вначале долг составлял сто рублей, а после уплаты двадцати рублей он стал составлять восемьдесят рублей; предусмотренная же санкция распространяется исключительно на просрочу уплаты этих восьмидесяти рублей. Однако, если данную санкцию заменить на другую, например, уплату одного рубля за каждый день просрочки исполнения денежного обязательства, то видно, что частичное погашение долга никак не отражается на уменьшении размера санкции: до тех пор пока долг не будет погашен в полном объеме, должник обязан будет уплачивать неустойку в размере одного рубля. Это означает, что исполнение денежного обязательства, независимо от частичного его погашения, подлежит квалификации в качестве ненадлежащего. Можно ли считать, что установленная соглашением сторон санкция влияет на природу исполнения обязательства по частям: если неустойка определена в виде процента от суммы оставшегося долга, то перед нами частичное исполнение обязательства; если же неустойка установлена в виде конкретной денежной суммы, то перед нами уже ненадлежащее исполнение обязательства?

Полагаем, что существо прекращения обязательства определяется не формой и видом, установленной соглашением сторон санкции за нарушение его исполнения, а непосредственно сущностными характеристиками, касающихся элементов надлежащего исполнения обязательства. В противном случае механизм исполнения обязательства пришлось бы рассматривать через призму установленной соглашением сторон или законом санкции за нарушение обязательства. Вместе с тем, передача некоторой суммы денег меньшей, чем сумма долга, будет рассматриваться как исполнение обязательства в определенной части, что предполагает необходимость внесения оставшейся суммы денег в течение срока исполнения обязательства. Применение той или иной санкции будет связано с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства в целом, независимо от того на какой стадии имел место дефект исполнения. Внесение определенной суммы (в нашем примере это двадцать рублей) в установленной срок, но недостаточной для погашения всего долга может повлиять только на механизм расчета размера применяемой санкции.

Рассмотренный нами пример позволяет усомниться в достоверности законодательного подхода, согласно которому обязательство может быть прекращено не только полностью, но и частично. Если следовать букве закона, то выходит, что с каждым частичным прекращением обязательства возникает новое обязательство относительно непогашенной части долга. Считаем, что прекращение обязательства всегда связано с полным его погашением: после того, как появилось основание для признания обязательства прекращенным, вопросы относительно его динамики уже не возникают. Изменения в объеме обязанности должника, в частности, связанные с исполнением обязательства по частям, следует рассматривать исключительно в качестве соответствующей стадии исполнения обязательственного правоотношения.

Так, при зачете встречных однородных требований разных по размеру прекращение одной обязанности (меньшей по объему) влечет изменение, но не частичное прекращение, другой (большей по объему) обязанности. В тоже время обязательство, в рамках которого произошло изменение обязанности, не только не прекращается в соответствующей части, но и не изменяется.

Условия обязательства формируются в момент его возникновения и не могут зависеть от той или иной стадии исполнения обязательства. Только после исполнения обязанности в полном объеме в соответствии с условиями обязательства мы сможем дать оценку последнему с позиции Доказанная недостоверность конструкции «обязательство прекращается частично», используемые в п. 1 ст. 407 и ст. 410 ГК РФ, предопределяет необходимость внесения изменений в соответствующие нормы Гражданского кодекса РФ. и надлежащего исполнения. Вместе с тем, если на одной из стадий исполнения обязательства возникнет дефект такого исполнения, то и оценка обязательства с позиции неисполнения, либо ненадлежащего исполнения будет даваться ему целиком, независимо от того, что на другой стадии такого исполнения дефекта не было и оно соответствовало признакам надлежащего исполнения.

Волевой акт одной или обеих сторон обязательства, направленный на исполнение обязательства в части, следует отличать от волевого акта, целью которого выступает изменение (или прекращение) обязательства. Изменить (или прекратить) обязательство можно в силу соглашения сторон, одностороннего требования об изменении условий обязательства или его прекращении (когда такое допускается законом), по иным основаниям, которые всегда будут отличаться от действий, направленных на частичное исполнение обязанности. Возвращаясь к зачету встречных требований, заметим, что для обязательства большего по объему такой зачет будет рассматриваться лишь как способ исполнения соответствующей части обязательства. В тоже время для обязательства меньшего по объему зачет встречных требований будет выступать и способом исполнения обязательства, и основанием его прекращения.

Квалификация действия по частичному внесению долга в качестве исполнения денежного обязательства в части (но не частичного прекращения) позволяет кредитору, например, в договоре купли-продажи (п. 2 ст. 489 ГК РФ) отказаться от исполнения договора и потребовать возврата проданного товара, если покупатель не производит в установленный договором срок очередной платеж за проданный в рассрочку и переданный ему товар; в договоре аренды (п. п. 3 ст. 619 ГК РФ) требовать досрочного расторжения договора в случае, если арендатор более двух раз подряд по истечении установленного договором срока не вносит арендную плату и т. п.

Если в подобных ситуациях частичную оплату товара и частичное внесение арендных платежей рассматривать в качестве частичного прекращения обязательства, то это непосредственным образом отразится на существе последствий предъявления требования кредитора (продавца по договору купли-продажи, арендодателя по договору аренды). Так, после предъявления требования продавца о возврате товара вследствие просрочки очередного платежа, покупатель, помимо требования о возврате внесенных платежей, предъявит требование об уплате процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму этих платежей, поскольку в отношении частичного прекращения денежного обязательства по оплате товара покупатель являлся бы добросовестным должником. При предъявлении требования арендодателя о расторжении договора аренды, помимо требования последнего о возврате арендованного имущества, возмещения убытков, вызванных существенным нарушением договора, требование о возмещении убытков предъявил бы и арендатор, который в отношении срока аренды, оплаченного им, считался бы добросовестной стороной.

Таким образом, частичного прекращения обязательства нет и быть не может, как противоречащие существу обязательства. Относительно динамики гражданско-правового обязательства может иметь место лишь исполнение обязанности в определенной части (частичное исполнение обязанности), но не частичное прекращение обязательства. Частичное исполнение обязательства обусловливается способом исполнения обязательства, который может быть выражен одним конкретным приемом исполнения, например, периодичностью внесения платежей, либо несколькими приемами, некоторые из которых могут сформироваться на конкретной стадии исполнения обязательства, например, зачет встречных требований[8].

§ 3. Система оснований прекращения обязательств

В основе возникновения того или иного обязательства всегда находится определенный юридический факт, существо которого оказывает влияние на формирование условий обязательства. Но, какими бы не были эти условия, предполагается, что исполнение обязательства в соответствии с его условиями всегда приведет к его прекращению, а соответственно, удовлетворению имущественного интереса кредитора, что, в свою очередь, будет свидетельствовать о достижении экономической цели обязательства. Вместе с тем, не исключена ситуация, что интерес кредитора на любой стадии развития обязательства может измениться (трансформироваться). Такое изменение может быть обусловлено процессами, протекающими как во вне (внешний фактор), так и внутри обязательства (внутренний фактор).

Внешний фактор соответствует экономической среде (экономическому базису), в рамках которой определяются общие условия существования субъектов гражданского права. Любое изменение таких условий подталкивает субъектов к необходимости выбора оптимального поведения, что может оказать влияние на формирование конечной цели соответствующего обязательства. В частности, это может произойти под влиянием существенного изменения обстоятельств, что предопределит необходимость изменения условий обязательства в силу соглашения сторон либо решения суда, основанного на требовании одной из сторон.

Однако, если процессы, протекающие вне обязательства, оказывают влияние на все правоотношения (исполняемые на определенной территории, существующие между определенной группой субъектов, возникающие по поводу определенного объекта), то процессы, протекающие внутри обязательства, затрагивают исключительно динамику последнего. Эти процессы могут затронуть способ исполнения обязательства, и тогда мы будем вести речь о возможности реализации такого основания прекращения обязательства как зачет встречных однородных требований. Если такими процессами затрагивается предмет исполнения, то интерес кредитора может быть удовлетворен за счет применения отступного. Если такими процессами затрагивается срок исполнения обязательства, и оно входит в стадию просрочки, то кредитор, принявший исполнение по ненадлежаще исполненному обязательству в качестве надлежащего, соглашается на изменение условия о сроке исполнения. Любое изменение в динамике договорного обязательства (в частности, существенное нарушение договора) может быть погашено, а само обязательство приведено в состояние, позволяющее удовлетворить трансформированный интерес кредитора, посредством соглашения сторон, односторонними действиями одной из сторон (когда это допускается законом или соглашением сторон), решением компетентного органа и т. д.

Независимо от того, что послужило основанием для изменения условий обязательства (а соответственно, и изменения интереса кредитора) экономическая цель обязательства при его исполнении будет достигнута. Причем это будет уже не та цель, которая была сформирована на стадии возникновения обязательства. Вместе с тем, для цели динамики обязательства и реализации трансформированного интереса кредитора значение приобретает исключительно достижение той экономической цели, которая сформировалась в процессе изменения условий обязательства. Это означает, что оценка исполнению обязательства с точки зрения надлежащего исполнения будет даваться с позиции соответствия этого исполнения тем условиям обязательства, которые сформировались на стадии трансформации имущественного интереса кредитора.

Однако, возможна и такая ситуация, когда под влиянием внешних или внутренних факторов произойдет такая трансформация интереса кредитора в обязательстве, которая приведет к отпадению экономической цели такового. Отпадение экономической цели обязательства может быть связано с изменением интереса, когда такое изменение затрагивает все сущностные элементы обязательства. В подобной ситуации возникает потребность в применении таких оснований прекращения обязательств как новация, прощение долга, расторжение договора на основании соглашения сторон. Реализация указанного правового инструментария основана на отсутствии конфликта между сторонами обязательства. Вместе с тем, расторжение договора, основанное на решении суда, односторонний отказ от исполнения договора, как правило, предполагают конфликт, что в итоге приведет к прекращению одного обязательства и возникновению других – самостоятельных охранительных обязательств.

В противовес обязательствам, прекращение которых связано с достижением или отпадением экономической цели, имеют место обязательства, прекращение которых вызвано невозможностью достижения экономической цели по той или иной причине, но не связанных с интересом кредитора. В подобных ситуациях мы ведем речь о реализации следующих оснований прекращения обязательств: совпадение должника и кредитора в одном лице (конфузия), невозможность исполнения, утрата незаменимой вещи, издание акта государственного органа, смерть гражданина, ликвидация юридического лица, решение суда. При этом конфузия, смерть гражданина и ликвидация юридического лица объединяются в подгруппу – основания прекращения обязательства, связанные с отпадением сторон как сущностного элемента любого обязательственного правоотношения.

Таким образом, в основе построения системы оснований прекращения обязательств находится экономическая цель обязательства, что позволяет выделить три основные группы оснований прекращения обязательств:

а) первая группа – основания прекращения обязательств, которые связаны с достижением экономического цели: исполнение обязательства, предоставление отступного, зачет встречных однородных требований;

б) вторая группа – основания прекращения обязательств, связанные с отпадением экономической цели: новация, прощение долга, соглашение сторон (как самостоятельное основание прекращения обязательства), решение суда, односторонний отказ от исполнения договора (обязательства);

в) третья группа – основания прекращения обязательств, связанные с невозможностью достижения экономической цели: невозможность исполнения обязательства, утрата незаменимого предмета исполнения обязательства, совпадение должника и кредитора в одном лице (конфузия), смерть гражданина, ликвидация юридического лица, издание акта государственного органа.