- -
- 100%
- +
– И что за «ола-ола» у нас здесь?
Стоило братьям переступить порог танцзала, как женщина с пышными формами душевно поприветствовала их, протянув руку.
– Как давно вы здесь не были, масса Хакобо! А это, наверное, ваш брат? Заходите и развлекайтесь!
– Вижу, ничего не изменилось. Да, Анита? – Хакобо осмотрелся, взяв ее руку в свою, потом заметил друзей и махнул им. – Гляди, Килиан, даже Мануэль тут! Только вот Дика и Пао не вижу.
– Кого?
– Пару ребят с лесозаготовок из Ваты. Обычно они приезжают по субботам… что ж, выпью-ка я «Белую лошадь», мой любимый виски. Не поверишь, он здесь дешевле пива – вот оно, преимущество открытого порта!
Они подошли к бару, и Килиан отметил, что пьют в основном крепкие напитки. «Осборн», «Фундадор», «501», «Ветеране», «Трее Сепас»… «В любом из домов в Пасолобино такая бутылка стояла бы больше года, а здесь опустошается за несколько секунд», – подумал он.
Пока Хакобо заказывал виски, Килиан разглядывал танцпол. Он был под открытым небом во внутреннем дворе. За танцующими наблюдала ребятня, высыпавшая на балконы соседних домов. Белые и чернокожие мужчины, подхватив черных женщин, одетых по европейской моде, двигались под музыку оркестра из шести человек, извлекавшего бойкие мелодии из барабанов, труб, ксилофона и похожих на тыквы маракасов.
Хакобо передал брату бокал и направился к столику, за которым расположились Мануэль и Марсиал в компании двух симпатичных негритянок. Они смеялись и показывали на Матео, который на танцполе пытался поспеть за партнершей вдвое крупнее его. Марсиал встал, чтобы принести братьям стулья. В наполовину открытом помещении витал запах табака, духов и пота.
– Позвольте представить вам Обу и Сад, – произнес Марсиал. – Они только что прибыли с континента. А это Хакобо и Килиан.
Девушки протянули руки. На миниатюрной Обе было желтое платье с пышной юбкой, завышенной талией с бантом впереди; кучерявые волосы собраны в пучок на европейский манер. Но Килиана больше привлекла Сад; она была высокого роста, и вид у нее был царственный. На руках блестели цветные браслеты, на шее – стеклянные бесы. Одета она была в бледно-розовое платье на пуговицах, с белой отделкой по вырезу и манжетами. Волосы заплетены в многочисленные косички, создававшие затейливую мозаику на голове. Глаза у нее были большие, а губы – полные.
– Хотите потанцевать? – спросила Оба на превосходном испанском.
Марсиал и Хакобо согласились, все четверо отправились на танцпол. Мануэль отправился к бару за напитками, на полпути столкнувшись с Матео, который возвращался за столик в одиночестве. Килиан улыбнулся, отмечая реакцию Хакобо на многообещающие телодвижения Сад; Оба и Марсиал вообще смотрелись комично из-за разницы в возрасте.
– Ох, умираю! – Матео упал на стул, обливаясь потом. – У этих женщин внутри живет дьявол! А ты… ты почему не танцуешь? Просто пригласи одну из них!
– Я не очень люблю танцевать, – признался Килиан.
– Я тоже раньше не любил, но когда отдаешься ритмам дандана, джембе и бонго, чувствуешь себя другим! – Он рассмеялся, заметив удивление Килиана. – Видишь, я даже запомнил, как эти штуки называются. Поначалу они все тамтамы… – Матео потянулся за стаканом, осматриваясь в поисках новой партнерши. – Как же здесь сегодня здорово! Столько новых девушек!
Вернулся Мануэль с напитками.
– Ни за что не поверите! В баре Грегорио с Региной! Недолго же она тосковала! А вы о чем болтаете?
– О барабанах и девушках, – ответил Килиан. – Откуда они?
– Корисканки, нигерийки, фанг, ндове из Рио-Муни… – перечислял Матео. – Отовсюду понемногу…
– И буби?
– Буби – нет, – возразил Мануэль. – Если девушки буби теряют девственность, их наказывают.
– Какое смешение культур в одном месте! – Килиан отчего-то вспомнил историю с Умару. Интересно, он ходит сюда? Наверное, нет. – Значит, это то самое знаменитое место, которое разбавляет унылую неделю?
– Не единственное, но лучшее, – объяснил Матео, поигрывая стаканом в такт мелодии. – Иногда мы ходим в «Рбьякамбу», за собором. Есть еще клуб «Фернандино», но мне он не нравится, потому что там девушки не такие раскованные. Фу ты, ну ты, прям дамы из общества – сама изысканность и скромность!
– Это эквивалент казино для белых, – рассмеялся Мануэль. – Туда ходит чернокожая элита, и там не поощряются танцы белых мужчин с чернокожими женщинами. Здесь же все иначе: на несколько часов мы все равны.
К столу вернулись Марсиал и Сад.
– А куда ваши партнеры делись? – поинтересовался Мануэль.
– Оба решила найти кого-нибудь под свои габариты, – пошутил Марсиал, опускаясь на стул, который аж заскрипел под его весом. – А Хакобо пошел встретиться со старой знакомой. Он сказал, что ты поедешь обратно с нами, Килиан. Да уж, твой брат времени даром не теряет! – добавил он, покачав головой.
Сад придвинулась к Килиану и беззастенчиво коснулась ладонью его бедра. Мужчины обменялись изумленными взглядами, а Килиан занервничал, почувствовав шевеление в штанах. Чтобы отвлечься, он выпалил:
– Я сегодня слышал, что местные съели священника. Какая-то запрещенная секта…
Матео и Марсиал покачали головой, а Мануэль и Сад расхохотались.
– Вы, белые, боитесь, что мы вас съедим? – воскликнула девушка. – И так обретем вашу силу?
Килиан нахмурился, а Мануэль пояснил:
– На континенте есть племена, которые едят горилл. Священник с бородкой-эспаньолкой, как у первых миссионеров, – разновидность гориллы. А еще они едят дипломатов…
Сад кивнула, краем глаза следя за Килианом, который покраснел и залпом осушил стакан.
– Парни, парни! Гляньте, кто пришел! – вдруг встрял Марсиал, привлекая внимание остальных к поистине исполинских размеров женщине в сиреневом платье и на огромных каблуках. – Вот это точно мой размерчик!
Он направился было к красавице, но остановился на полпути. Другой, не менее крупный мужчина предложил ей руку и вывел на танцпол. Марсиал, вздохнув, развернулся и вернулся к столику.
– Это же гигант Моей Египтянин? – посочувствовал Матео.
– Да понял я, понял. Ничего уж не поделаешь. Пойду выпью еще.
Сад настойчиво потянула Килиана за руку.
– Пойдем танцевать.
Килиан позволил вытащить себя на танцпол. Он был рад, что оркестр заиграл «бегин» – медленную румбу. Девушка прижалась к нему, гипнотизируя взглядом, а Килиан был сильно смущен этим. Он ощущал смешанное чувство страха, любопытства и желания. Его прошлый опыт такого рода был связан с публичным домом в Бармоне, куда брат отвел его после ярмарки, чтобы «сделать мужчиной». Затем были мимолетные романчики с девушками, работавшими в домах Пасолобино и Корбеане. Он вспомнил слова Хакобо после первого – увы, неудачного, – раза: «Женщины – как выпивка. Сперва трудно, но когда распробуешь – начнешь ценить».
Со временем Килиан понял, что частично Хакобо был прав, но в отличие от брата он не стремился искать наслаждений слишком часто. Ему нужно было взаимопонимание, пожалуй, даже некое родство душ, пусть и краткосрочное. И эта Сад точно знала, как его увлечь. Было полное ощущение, что ей и правда хочется проводить время именно с ним.
Килиан почувствовал зуд между ног.
– Если хочешь, мы можем отойти, – нежно шепнула девушка.
Они покинули клуб. Рука об руку шли по тихой улочке, пока не достигли ее конца, где дома заканчивались и расстилался ковер зелени. Сад уверенно вела его в густые заросли, где в неверных тенях – Килиан слышал это, – прятались парочки, пока не нашла укромного местечка. Негритянка поглаживала его тело опытной рукой, направляя его собственные руки, куда полагалось, шептала возбуждающие слова на родном языке. Ощутив, что партнер «готов», она легла на землю и раздвинула ноги. Килиан вошел в нее со смешанным чувством стыда и желания. Ни говоря ни слова, он совершал движения, пока не кончил. Ток пронесся по венам, и, скатившись, он несколько минут лежал на земле, пока Сад не дотронулась до его плеча, предлагая подняться. Оба оделись. Килиан пребывал в замешательстве: он все еще не мог прийти в себя от того, что произошло. Сад понимающе улыбнулась, взяла за руку и отвела обратно в клуб. Возле бара они попрощались.
– Буду рада новой встрече! – игриво подмигнула девушка.
Килиан кивнул и заказал себе выпить. Постепенно он отдышался, но не сразу присоединился к друзьям: нужно было еще время. Если они могли говорить о таких вещах, как о чем-то обыденном, то он – нет, но еще больше не хотелось стать объектом для шуточек. Он знал, что все в его окружении: от Хакобо до Мануэля (хотя последний и в меньшей степени) ценили «прелести острова». А теперь и он перестал от них отличаться. Как все быстро и просто! У Килиана кружилась голова. Увидит ли он еще Сад? Станет ли она его подругой? Но они даже парой слов не обменялись! Он не знал ничего о ней, о ее целях в жизни, о ее семье – братьях и сестрах, родителях… Все случилось слишком быстро. Чего она ждала от него? Сказала, что рада с ним снова увидеться… Он будет платить ей еженедельно за «оказание услуг»? Так это работает? Его мучили угрызения совести. Лучше всего будет не возвращаться в клуб какое-то время, а там как пойдет.
Решено.
Килиан пригладил волосы, допил виски и вернулся к столику, делая вид, что ничего не произошло.
– А где же Сад? – В глазах Матео плескалось любопытство.
Килиан пожал плечами.
– Она меня бросила.
– Ах, бедняга! – Марсиал поцокал языком, а потом махнул рукой. – Ну, в другой раз.
Мануэль внимательно всматривался в лицо Килиана, понимая, что парень лжет. Но почему? Наверное, хочет найти девушку своей мечты, что довольно трудно сделать в этом греховном раю.
– Пожалуй, я вернусь в Сампаку, – произнес доктор, вставая. – Ты со мной, Килиан?
Тот сразу согласился.
По дороге назад они в основном молчали. Уже лежа в постели Килиан не мог сомкнуть глаз. А когда все-таки заснул, услышал стоны, доносившиеся из комнаты брата. Как ни странно, ему стало легче. Они с Сад хорошо провели время… Именно – провели время. И это все. За этим ничего не стояло.
На следующее утро Килиан в одиночестве пил кофе в столовой. Вскоре зашел зевающий Хакобо. Заметив брата, он произнес:
– Привет, малыш! Ну как? Ничего общего с девушками из Пасолобино и Бармона?
– Да, – тихо подтвердил Килиан. – Ничего общего.
– Прошлая ночь была моим подарком тебе, – шепнул Хакобо, наклонившись к его уху. – И не благодари. Захочешь еще – можешь съездить сам. – Он нацедил себе кофе, громко зевнул и добавил: – Идешь на утреннюю службу? К счастью, она не на латыни.
Глава 5
Дело закрыто
Через пару дней управляющий отправил Килиана и Грегорио в магазин Рибароса забрать заказанные товары. От Антона Лоренцо Гарус слышал, что у Килиана с напарником не складываются отношения, и он решил, что контакт вне плантации им не помешает. Гарус много лет знал Грегорио и не считал его опасным человеком (разве что немного грубым), но был уверен, что Грегорио умеет заставить людей подчиняться. Также, по его мнению, Грегорио был прекрасным «фильтром» для проверки молодых работников. Поработав с ним, новички или уезжали из колонии, или привязывались к острову если не навсегда, то надолго. От Килиана Гарус ожидал привязанности.
Всю дорогу до города Килиан молчал, и не только потому, что сказать было нечего, – просто Грегорио заставил его сесть за руль. Все внимание было сосредоточено на том, чтобы справиться с тяжелым грузовиком и не дать повода придираться. Он старался вести «студебеккер» так ровно, как только умел (особенно трудно это было сделать на проселке).
В магазине их встретила сияющая Хулия. Ее вообще было трудно представить без улыбки. Но на самом деле она была огорчена. Ужин превзошел все ее ожидания, но после этого она не видела Хакобо. Она специально посетила самые популярные (в ее представлении) уголки Санта-Исабель, отсидела полуденную воскресную службу в соборе, заглянула в «Чирингито» на Пласа-де-Эспанья, надеясь, что столкнется с ним, но тщетно. Зато два часа, проведенные в обществе Хакобо, пока его младший брат развлекал разговорами родителей, она пребывала на седьмом небе. Завидев Килиана на пороге с Грегорио, она слегка растерялась, но это не уменьшило ее улыбки. Сам Килиан был рад снова увидеть девушку, хотя и чувствовал вину за обман, придуманный Хакобо.
– Для вас все готово, – сообщила Хулия. – Отец проверяет последние ящики. Но лучше бы подогнать машину поближе.
– Что ж, Килиан, – распорядился Грегорио. – Сегодня ты за рулем.
Килиан заметил, что девушка поморщилась, услышав насмешливый тон, но все-таки вышел.
– Так вы разрешили субботний конфликт? – как бы между делом спросила она.
– Субботний конфликт? – нахмурился Грегорио.
– Да. Поножовщина у вас в Сампаке с множеством раненых…
– Кто это тебе сказал?
– Паренек, который приезжал за Хакобо и Килианом.
– Ничего такого у нас на плантации не случалось! – рассмеялся Грегорио, покачав головой.
Хулия непонимающе моргнула.
– Но…
– Я видел Килиана и Хакобо в «Анита Гуау» в одиннадцать вечера, – заявил мужчина. – Все парни из Сампаки там были, причем в таком цветнике…
Хулия покраснела и сжала зубы, подбородок задрожал от гнева. Вот как… Хакобо обманул ее и родителей!
Она была уверена, что подходит ему. Детство оба провели в Пасолобино, а отрочество – здесь, в Африке. Неужели он не понимает, что они будут хорошей парой? Да, это верно, он все время искал повода, чтобы поговорить не с ней, а с кем-то другим. Тем не менее ему нравилось быть с ней, она в этом не сомневалась. Хакобо всегда смеялся ее шуткам, не сводил с нее своих чудесных зеленых глаз! И руки их касались друг друга по меньшей мере трижды.
Хулия была совершенно раздавлена, а Грегорио продолжал наседать. Сделав вид, что с интересом разглядывает какие-то вещицы на полке, он тихо произнес:
– Про Килиана не знаю, а вот Хакобо, тот стал настоящим «минингеро». Не сомневаюсь, скоро он и брата этому научит. – Последовал шумный вздох. – Молодежь никогда не слушает старших, а переизбыток алкоголя и женского общества – гремучая смесь. Что ж, так бывает. – Он поднял взгляд и улыбнулся; Хулия была готова разрыдаться. – Не они первые, не они последние.
Вошел Эмилио, а вслед за ним и Килиан. Девушка, кусая губы, отвернулась.
– Грегорио! – Эмилио протянул руку. – Сколько же мы не виделись! Как дела? Ты что, совсем из джунглей не вылезаешь?
– Нечасто, Эмилио, нечасто, – Грегорио тепло пожал протянутую руку. – Все какие-то дела находятся. Я только по субботам в город наведываюсь, ты же знаешь…
Хулия резко обернулась. Ей не хотелось, чтобы отец услышал то же самое, что пришлось услышать ей.
– Папа, я не могу найти болты нужного размера, – сказала она, передавая отцу образец. – Можешь посмотреть на складе?
– Да, конечно.
На Килиана она даже не взглянула, а Грегорио продолжил экзекуцию.
– Надеюсь, я тебя не сильно расстроил? – шепнул тот девушке.
– Ты – меня? – фыркнула она. – Думаете, белые женщины не знают, как вы проводите время? Мы не дуры.
– Прошу прощения, что влез не в свое дело, – Грегорио скривил губы в наигранном смятении. – Не надо мне было говорить, тем более что это никакой не секрет.
Кулаки Килиана сжались, он догадался, что произошло, и хотел врезать мерзавцу, но тут снова появился Эмилио. Мужчины коротко переговорили и попрощались; на лице Грегорио играла победная улыбочка.
Проводив посетителей, Эмилио поинтересовался:
– Что с тобой, дочка? Ты неважно выглядишь.
– Все нормально, папа, – попыталась улыбнуться Хулия, внутренне сгорая от ярости. Ну ничего, она еще заставит Хакобо заплатить за ложь!
Снаружи Килиан дал волю своему гневу.
– Доволен собой, Грегорио? – прошипел он. – И чего ты добился?
– А ты мне не выговаривай, – презрительно бросил тот. – Что, на воре шапка горит?
– Да за такое морду бьют!
Грегорио упер руки в бока. Килиан был на полголовы выше, но сам он – физически сильнее.
– Давай, рискни! Или кишка тонка? – Он толкнул парня. – Докажи, какие вы, горцы, смельчаки!
Килиан схватил Грегорио за запястья и, напрягая мышцы, сдавил со всей силы. Увидев удивление в глазах мужчины, с отвращением выпустил. Забрался в кабину грузовика и завел мотор. Когда все ящики были загружены, он рванул с места так, будто управлял машиной с рождения.
Еще через пару недель начался март, самый жаркий из месяцев и последний перед сезоном дождей. Шоколадные деревья на плантациях начали покрываться мелкими желтыми, розовыми и красноватыми цветками. Напитанные влажностью последующих месяцев, эти нежные цветки должны были превратиться в стручки, наполненные бобами. Но было и много пустоцветов, а когда пустоцветов было слишком много, год считался убыточным.
Дни протекали спокойно. Работа была монотонной и однообразной. Все знали свое дело: кто чинил дома, кто заботился об урожае, кто готовил склады и сушильни к сбору какао в августе. Килиан привык к этой рутине. После разборки у магазина, про которую он не рассказал никому, даже брату, Грегорио стал осторожнее. Он не особенно учил его чему-то, но уже и не придирался. Однако Килиан держал с ним ухо востро.
Пару раз Килиан приезжал в «Анита Гуау» и видел там Сад, но не проявлял к ней интереса. Как и она к нему – кавалеров у нее было хоть отбавляй. Гораздо чаще Килиан ходил в кино с Мануэлем в «Марфиль», или же они просто болтали на выходящей к морю террасе, где в сумерках носились огромные летучие мыши.
Однажды утром, когда Антон и Хосе рассказывали Килиану о тонкостях работы в сушильне, пришел Мануэль и показал открытку.
– Гляди, Килиан. Мои старые приятели из больницы в Санта-Исабель приглашают на званую вечеринку в казино в субботу. Надеюсь, ты тоже придешь. И остальных я тоже позову.
– Вечеринка в казино? – переспросил Антон. – Такое нельзя пропустить! Там будет вся островная элита! Обычно работникам плантации такой шанс редко выпадает.
– С радостью! – Глаза Килиана вспыхнули. – Но что туда нужно надеть? У меня и костюма-то подходящего нет.
– Хватит пиджака с галстуком, – улыбнулся Мануэль. – В приглашении сказано: смокинг необязателен.
– Я одолжу тебе галстук, если своего нет, – хлопнул сына по плечу Антон.
Мануэль пообещал заехать в обед, и экскурсия по сушильне продолжилась. Антон приподнимал крышки над гигантскими поддонами, где вскоре будет обжариваться какао, и Килиан видел, что ему нелегко. Когда Хосе отошел, он обратился к отцу:
– Пап, я хочу с тобой поговорить…
– Да? – поднял на него глаза Антон.
– В общем, мы с Хакобо думаем, что тебе стоит вернуть в Испанию. Ты можешь не соглашаться, но мы же видим, как ты устал. Это на тебя не похоже. Почему ты не сходишь к врачу? – Отец молчал, и он продолжил: – Если дело в деньгах, то ты знаешь, что мы с братом зарабатываем достаточно, чтобы покрыть все расходы, больше даже… Да и когда ты последний раз видел маму?
Антон слабо улыбнулся, потом окликнул Хосе:
– Слышал, что сказал Килиан? То же, что и вы с Хакобо. Вы что, сговорились?
Хосе расширил глаза, изображая неведение.
– Откуда мне знать, о чем вы говорили, Антон? – Обращение «масса» он опустил – отец не позволял своему верному многолетнему другу называть себя так.
– Да все ты знаешь, старый негодяй! Вы все хотите от меня избавиться!
– Для твоего же блага, папа, – настаивал Килиан.
– Твои сыновья правы, – вздохнул Хосе. – Сам подумай, сможешь ли ты пережить следующий сбор урожая? Поедешь домой, врачи в Испании пропишут тебе что-нибудь, что улучшит твое здоровье.
– Врачи лечат от одного, а умираем мы от другого!
Килиан открыл было рот, чтобы возразить, но Антон вскинул руку.
– Погоди, сынок. Я вчера разговаривал с Гарусом… После урожая, на Рождество, я поеду домой. Не хотел говорить вам, пока это было не точно. Отдохну, а когда вернусь, буду работать в офисе… Все будет зависеть от моего состояния, конечно.
Килиан был бы рад, если б отец навсегда распрощался с колонией, но не стал настаивать. Может, приехав в Испанию, он передумает. К тому же он привык к физическому труду и едва ли сможет найти себя в качестве «массы-клерка», как звали здесь тех, кто сидел в конторе. Впрочем, отец все равно поступит так, как сочтет нужным, к мнению других он никогда не прислушивался.
– Ну, теперь я спокоен, – признался Килиан, – хотя до Рождества еще далеко.
– Как только сушильни заработают, сынок, время полетит незаметно. Не успеешь оглянуться, как услышишь рождественские гимны! Так, Хосе?
– Все верно.
– Мы с тобой тонны прожарили и отгрузили за эти годы.
Килиан обожал слушать рассказы о давних временах, восходящих к началу века. Он с трудом мог представить Санта-Исабель, застроенный хижинами из бамбука, улицы, покрытые рыжей пылью вместо асфальта… Хосе со смехом вспоминал свое детство, когда белые господа, приехавшие сюда, потели во фраках.
– Масса Килиан, знаете, когда я родился, в Санта-Исабель не было ни одной белой женщины!
– Как так?
– Несколько жили в Бесиле, с мужьями-колонистами. И жизнь у них была очень тяжелая… Но в городе не было ни одной.
– Когда раз в три месяца к Фернандо-По подходило средиземноморское судно, все магазины закрывались, – добавил Антон. – А как же! Все бежали в порт узнать новости из Испании.
– И белые должны были обязательно возвращаться в Испанию каждые два года. Иначе им было не выжить в тропиках: они все быстро умирали. Мало кто пережил те времена. Но сейчас все по-другому…
– Верно, Хосе, – кивнул Антон, – мы многое повидали. Времена изменились, с тех пор как я жил здесь с Марианной.
– И многое еще изменится, Антон, – добавил Хосе, покачав головой. – Многое изменится!
В субботу Килиан нарядился в светлый костюм, который Симон предварительно отгладил, повязал узкий галстук и зачесал волосы назад с помощью геля. В зеркале он едва себя узнал. Настоящий франт! В Пасолобино ему не приходилось так наряжаться. Там в его распоряжении был лишь темный костюм для «выхода в свет», когда случалась свадьба у кого-нибудь из кузенов или знакомых. В этом же костюме он ходил на похороны.
Ровно в семь Мануэль, Хакобо, Килиан, Матео и Марсиал отправились на вечеринку.
– Как же вы проживете без «Анита Гуау»? – пошутил Килиан по дороге.
– Нужно открывать новые горизонты, – засмеялся Хакобо. – Не каждый раз выпадает шанс поехать в казино. К тому же, если будет скучно, мы уйдем. В образе «ньянга-ньянга» мы везде будем иметь успех!
Все рассмеялись. Килиан не понял, но ему объяснили, что «ньянга-ньянга» у «дикарей» означает «элегантный».
Казино находилось в Пунта-Кристина, в тридцати метрах над уровнем моря. Первое, что бросилось в глаза, – огороженный сеткой теннисный корт и большой бассейн, выложенный по кругу черно-белым кафелем, с двумя досками для прыжков в воду. С террасы открывался великолепный вид на подковообразную гавань с множеством стоящих на якоре лодок.
Из всей компании Мануэль единственный бывал тут раньше, и он уверенно повел друзей на звуки музыки. Они зашли в вестибюль, пересекли гостиную, где весело болтали гости, и вышли на просторную террасу, откуда можно было спуститься в танцзал, по периметру которого стояли столики. На сцене оркестр, довольно большой по составу, играл приятную фоновую музыку; танцующих пока что не было.
– Танцы начнутся после ужина, – объяснил Мануэль и вскинул руку, приветствуя кого-то. – Сегодня тут будет шумно. Пришли даже те, с кем я сто лет не виделся. Вы извините, я к ним подойду ненадолго.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Ambos Mundos (исп.) – два мира. – Здесь и далее примеч. ред.
2
Небольшие птицы; употребляются в пищу.
3
Пиджин – упрощенный язык, который используется как средство общения между людьми, говорящими на неродственных и взаимно непонятных языках.
4
Кру – группа родственных народов, населяющих прибрежную часть Либерии.