Букет увядших орхидей

© Евгений Гаглоев, 2018 © ООО «РОСМЭН», 2018

В первый раз чудо потрясает до глубины души… Потом оно лишь обрастает новыми впечатлениями…

Глава 1

Силуэт в тумане

Как же приятно наконец уехать из душного мегаполиса в провинциальную глушь! Разом избавиться от постоянного шума и вечной городской суеты, а еще от надоедливых соседей, подозрительно косящихся и распускающих гнусные сплетни у тебя за спиной. От вездесущих пронырливых репортеров, которые все никак не могут успокоиться и постоянно звонят, и пишут, и просят прокомментировать события, случившиеся несколько месяцев назад…

Да что тут комментировать? Поскорее бы забыть обо всем и не вспоминать. Так ведь нет! Газетчики все никак не угомонятся. Об инциденте давно бы все позабыли, ведь людская память так коротка… Но журналистам обязательно нужно раздуть шумиху, выискать сенсацию на ровном месте.

Да, случился сильный пожар, начавшийся при очень странных обстоятельствах… Да, почти никто из уцелевших не знал, что произошло на самом деле. А если кто и догадывался об истинных причинах пожара и серии взрывов, то старался помалкивать об этом. Мало ли до чьих ушей дойдет информация. А ведь многие, устраиваясь на работу в это злополучное учреждение, давали подписку о неразглашении…

Юлия Каменская относилась к последним. Она точно знала, что именно случилось в тот злосчастный день, но не собиралась делиться информацией ни с полицией, ни тем более с журналистами. Ей в жизни и так неприятностей хватало. После всего случившегося, после затянувшегося расследования она долго не могла устроиться на другую работу. Еще бы! Возможных работодателей отпугивало ее недавнее прошлое.

Сколько резюме она разослала, но так и не дождалась положительного ответа ни от кого. Зато полицейские из Департамента безопасности Санкт-Эринбурга всегда были рады с ней побеседовать. Особенно эти ребята из особого отдела. Сколько раз ее вызывали для допросов? Десять? Больше? Каменская уже и со счета сбилась. Они все пытались восстановить полную картину случившегося, но Юлия точно знала: ничего у них не выйдет. Есть явления, которые сотрудникам полиции не понять и принять. Ведь эти явления существуют за гранью их реальности.

Она и сама бы не поверила, если бы не увидела все собственными глазами… Увидела такое, о чем теперь изо всех сил старалась не вспоминать.

Но сейчас было самое время забыть о своем темном прошлом и начать новую жизнь. Потому что наконец-то ей повезло. Ее, опытную медицинскую сестру, которая всегда была на хорошем счету у руководства, а потом вдруг оказалась никому не нужна, пригласили на работу в больницу небольшого поселения Клыково. И пусть городишко, по слухам, совсем крохотный, Каменская с радостью приняла предложение, твердо решив оставить прежние проблемы позади.

Юлия встала рано утром, собралась всего за полчаса – просто побросала вещи и сумки в багажник – и теперь вела машину, периодически сверяясь с электронной картой навигатора и попутно любуясь густым лесом, вплотную подступавшим к проселочной дороге с обеих сторон. Перед глазами мелькали толстые замшелые стволы дубов, пушистые лапы вековых елей, под тяжестью хвои опустившихся почти к самой земле. Судя по карте, до Клыково оставалось минут десять, не больше. Утреннее солнце медленно поднималось над верхушками высоких деревьев, освещая окрестности. У подножия сосен, прикрывая ковер из осыпавшейся хвои, стелился густой белесый туман.

На дороге не было других машин, поэтому Юлия без зазрения совести превышала положенную скорость. Полиции она не опасалась. Кто остановит ее посреди леса? Патрульная служба Клыково? Да есть ли она в таком крохотном городе? А если и есть, то полицейские наверняка лежебоки, заплывшие жирком от постоянного безделья. Как правило, во всех маленьких городках полицейские именно такие.

В очередной раз глянув на карту навигатора, Юлия неожиданно задумалась. А что она вообще знает о Клыково? Практически ничего.

В детстве она была здесь со школьной экскурсией, их класс возили в местные пещеры, расположенные неподалеку от города. Сразу после окончания экскурсии они уехали обратно в Санкт-Эринбург, даже не погуляв по улицам Клыково. Численность населения городка, кажется, составляла меньше семидесяти тысяч человек; домики, судя по фотографиям в интернете, – преимущественно небольшие, частные, с прилегающими садовыми участками. Наверное, во всем городе не найдется здания выше трех этажей. Одним словом, провинция. Но Каменской именно это сейчас и требовалось. Она хотела скрыться от всех, спрятаться, чтобы никто ее больше не беспокоил. И маленький тихий городок как нельзя более кстати подходил для этой цели.

Если часы на приборной панели не врали, до назначенной встречи еще оставалось достаточно времени, так что можно было особо не торопиться. В десять утра ее ждала в своем кабинете главный врач Клыковской больницы Евгения Белявская. Старая знакомая из прошлой жизни, они неплохо знали друг друга. Наверное, поэтому она так быстро решилась принять Каменскую на работу.

Всего несколько минут назад Евгения звонила Каменской, хотела удостовериться, что та не заплутала в лесу. Приятная женщина: моложавая, умная, интеллигентная. Евгения нравилась Каменской, когда они работали вместе, и теперь Юлия была рада, что она станет ее начальницей. Во время их телефонного разговора Евгения не стала расспрашивать об инциденте, произошедшем на прежней работе Каменской.

– Главное, что вы хороший специалист, – рассудительно сказала она. – Остальное меня не особо интересует. Наша больница постоянно нуждается в грамотном, хорошо обученном персонале, поэтому отказаться от такого ценного кадра, как вы, я не могу. Что же до случившегося… Я уверена, в этом нет вашей вины. Все мы делаем свою работу и обязаны подчиняться руководству. А в жизни чего только не бывает.

Каменская с облегчением вздохнула. Подчиняться руководству… Так она и поступала, когда работала в той злополучной клинике, и даже не подозревала, во что все это может вылиться.

Вот и дорожный указатель с надписью «Клыково». Значит, она ехала в верном направлении. Юлия повернула руль, едва вписавшись в очередной поворот, и вдруг заметила в кустах у дороги древнюю старуху, опиравшуюся на толстую сучковатую палку. Она видела ее всего несколько секунд, но и этого хватило, чтобы не на шутку разволноваться.

Бабка стояла по колено в тумане, клубящемся над землей. В длинной серой кофте, надетой поверх черного платья, с всклокоченными седыми волосами, рассыпавшимися по плечам, она напоминала настоящую ведьму из страшной детской сказки. Должно быть, кто-то из местных жителей. Хорошо, что она не переходила дорогу, иначе на такой скорости Юлия точно ее сбила бы. На всякий случай Каменская решила слегка сбавить обороты. Образ мрачной старухи с дико горящим взором так и стоял у нее перед глазами, будто предвестие какой-то надвигающейся беды.

Каменская нервно передернула плечами, пытаясь расслабиться.

Впереди показался горбатый мостик из крупных серых валунов, перекинутый через узкую речушку. Туман поднимался все выше и становился все гуще, постепенно сводя видимость к нулю. Хотелось надеяться, что никто не движется ей навстречу с противоположной стороны, но мост загораживал дорогу, которая и так утопала в тумане. Догадался же кто-то соорудить такое уродство…

Машина Каменской въехала на мост, затем спустилась вниз. Посреди узкой дороги в тумане кто-то стоял.

Юлия громко вскрикнула от неожиданности и ударила по тормозам, одновременно рванув руль в сторону. Машина крутанулась на влажном асфальте, задние колеса вынесло за пределы проезжей части. Ремень безопасности рывком впился в ребра, и Каменская судорожно выдохнула. Наконец автомобиль замер, развернувшись практически поперек проселочной дороги. Каменская с бешено колотящимся сердцем выглянула в окно.

Кто мог выскочить на дорогу так внезапно?! Что за тупая деревенщина?! Давно Юлии не было так страшно. Тут же вспомнились все допросы и визиты полицейских, доставившие ей столько неприятных минут. И что, теперь все начнется сначала?

Но перед машиной никого не было.

Неужели она сбила человека?! Юлия трясущимися руками кое-как отстегнула ремень безопасности, на негнущихся ногах выбралась из автомобиля и, холодея, огляделась по сторонам в поисках распростертого тела. Однако на дороге никого не было.

– Что за дьявольщина?! – в сердцах бросила Каменская, озираясь.

Она перебежала на другую сторону дороги, осмотрела придорожные кусты, снова закрутила головой, пытаясь рассмотреть что-либо сквозь густую туманную дымку.

Никого! Юлия даже заглянула под мост – а вдруг человека отшвырнуло ударом автомобиля туда, на мелководье. Но и в темной воде никого не оказалось.

Каменская с облегчением вздохнула, пытаясь унять дрожь в коленях. Может, ей и правда померещилось? Но она готова была поклясться, что видела в тумане чей-то размытый силуэт. Впрочем, в последнее время нервы ни к черту, могло и показаться. Если только…

Пораженная внезапной догадкой, женщина метнулась обратно к машине и, упав на колени, заглянула под нее. К счастью, и там никого не было. Юлия выпрямилась и перевела дух.

– Слава богу! – успокаиваясь, прошептала она.

Резкий треск сухих веток, внезапно раздавшийся неподалеку в чаще, заставил ее вздрогнуть и обернуться – ни души и снова глубокая тишина. Но все равно Каменскую не покидало ощущение, что, пока она стоит и вглядывается в чащу, кто-то оттуда точно так же разглядывает сейчас ее.

Так ничего и не услышав, Юлия решила поскорее убраться подальше от моста. Кто знает, может, прямо сейчас сюда едет другая машина, а она перегородила и без того узкий проезд. Почему-то не смея повернуться спиной, Каменская нащупала ручку, открыла дверцу машины и торопливо юркнула на водительское сиденье.

Главное сейчас – выдохнуть и успокоиться. После всего пережитого ей то и дело мерещится не пойми что, но не стоит обращать на это внимание. Ее ждут в Клыково. Новая работа, новый город, новая жизнь, наконец!

Юлия повернула ключ в замке зажигания и медленно тронулась с места, пытаясь развернуть машину в нужном направлении.

И тут же два длинных древесных ствола, словно две гигантские корявые пики, резко метнулись к ней из окутанного туманом леса и пробили с обеих сторон окна автомобиля. Женщина не успела даже вскрикнуть, а извивающиеся деревянные щупальца, покрытые мохнатым мхом, с легкостью оторвали машину от дороги и подняли ее в воздух.

Они с лязгом и скрежетом перевернули автомобиль вверх колесами, потянули его в лес, и очень скоро он исчез в глухой чаще. Треск ветвей и сучьев постепенно затих, и вокруг каменного моста, окутанного непроглядным туманом, снова установилась мертвая тишина.

Глава 2

Новый старый шериф

Машину, раскачивающуюся на ветвях деревьев почти в четырех метрах над землей, заметил водитель туристического автобуса, направлявшийся в Санкт-Эринбург за очередной экскурсионной группой. Он же вызвал полицию, но перед этим сфотографировал все на телефон и разослал фото нескольким знакомым из Клыково. Уже час спустя, когда на месте происшествия появились полицейские и начали собираться местные зеваки, странная авария на лесной дороге стала новостью номер один среди жителей Клыково. Дурные вести здесь всегда очень быстро распространялись.

То и дело утирая носовым платком взмокший лоб, временный глава полицейского участка Клыково Борис Макарский обескураженно наблюдал, как дорожные рабочие силятся снять искореженный автомобиль с погнутых деревьев. Уже битых полчаса они пытались подцепить опасно качающуюся в воздухе машину крючьями небольшого подъемного крана, но пока им это не удавалось.

Невысокого роста, крепкий и широкоплечий, Макарский недавно отметил свое шестидесятилетие, но никто не дал бы ему больше сорока пяти, несмотря даже на обильную седину в усах и аккуратной бородке. Он много лет проработал в местной полиции, но такого видеть ему еще не доводилось. Машина опасно раскачивалась над землей, а деревья, на которых она висела, натужно скрипели, готовые сломаться в любой момент.

Тело погибшей уже увезли, теперь полиции предстояло восстановить картину случившегося. Макарский терялся в догадках, но пока так и не смог представить себе ни одного правдоподобного варианта. Создавалось впечатление, что деревья вдруг ожили и набросились на проезжавший мимо автомобиль. Острые пики ветвей пробили его насквозь, проткнули женщину, сидевшую за рулем, а затем зашвырнули автомобиль на ближайшие сосны. Но ведь это невозможно?!

Борис взглянул на дорогу, где еще виднелись черные полосы от колес. Судя по всему, автомобиль развернуло сразу после моста, словно погибшая пыталась резко объехать что-то, избежать столкновения. Но других следов полицейские на асфальте не нашли. Макарский уже в который раз озадаченно почесал затылок. Может, ее напугало какое-то животное?

Рядом крутился Влад Пивоваров, новенький репортер местной газеты, без остановки фотографируя все, что попадало в объектив его фотокамеры.

Пивоваров поселился в Клыково недавно, он всего месяц назад перебрался сюда из Санкт-Эринбурга, но уже успел настроить против себя всю здешнюю полицию. Журналист отличался особой наглостью и ни во что не ставил провинциальных блюстителей порядка. Было известно, что у Пивоварова в этих местах недавно погиб сын, и теперь журналист всеми силами старался сам выйти на след его убийц, однако пока ему это не удалось.

Искать преступников, особенно убийц, – дело полиции, но Пивоваров, похоже, придерживался другого мнения. Он постоянно бродил по окрестностям города в поисках каких-то улик, чем сильно действовал на нервы окружающим. Вот и сейчас Влад то и дело лез с расспросами к дорожным рабочим, якобы собирая материал для газетной статьи. Макарский несколько раз пытался отогнать его, но все впустую – Пивоваров его словно не слышал.

Здесь же стояла и главный врач городской больницы Евгения Белявская – привлекательная женщина слегка за сорок с короткими темными волосами. Евгения с отчаянием прижимала ладонь к губам. Погибшая Юлия Каменская ехала устраиваться на работу в ее больницу, этим утром у них была назначена встреча, – Белявская сообщила об этом полиции десять минут назад. Да, придется им теперь подыскивать новую медсестру.

– Ужас какой, – шептала Евгения. – Я поверить не могу… В голове не укладывается… Как такое могло произойти?

– Хотел бы и я это знать, – с готовностью подхватил Влад Пивоваров, мгновенно включая диктофон. – Что за сила зашвырнула машину на дерево? Ваша версия, новый шериф? Или все-таки старый? Я что-то запутался.

– Без комментариев, – хмуро буркнул Макарский.

– Так и запишем, – кивнул репортер. – Представители властей от комментариев воздерживаются.

В этот момент рабочим наконец удалось подцепить машину крючьями, и они начали плавно опускать ее на землю. Пивоваров яростно защелкал фотоаппаратом.

Молодой полицейский Виктор Шилов, также наблюдавший за спуском машины, неожиданно заметил на месте происшествия своего прежнего шефа Владимира Мезенцева, угодившего в больницу в связи с другим загадочным преступлением, которое недавно было совершено в Клыково. Виктор звонил ему только вчера, и шериф сообщил, что выписывать его пока не собираются. И вот, пожалуйста: Мезенцев с трудом, стиснув зубы от боли, но все же совершенно самостоятельно выбрался из собственной машины и, опираясь на изогнутый костыль, сильно прихрамывая, подошел к Шилову.

– Шеф?! – изумленно воскликнул Виктор. – Но вы ведь должны лежать на больничной койке!

– Вот и врачи мне то же самое говорят, – хмыкнул шериф, слегка побледневший от приложенных усилий. – Но как я могу лежать в больнице, когда здесь творится такое? Верно, Евгения?

– Снова вы? – возмутилась Евгения Белявская. – Знаете, Владимир, мы снимаем с себя всю ответственность за ваше состояние. Вы совершенно не выполняете предписания врачей! Хотите калечить себя – дело ваше. Но все же нарушать больничный режим – большая глупость с вашей стороны.

– Простите, – хмуро опустил голову Мезенцев. – Но об этом происшествии уже весь город болтает. Разве я мог улежать?

Евгения лишь недовольно покачала головой и отошла в сторону.

– Сильно болит? – понизил голос Виктор, кивнув на костыль.

– Справлюсь, – выдавил Мезенцев, но по его лицу было понятно, что справляется он с большим трудом.

– А что доктора говорят? – также тихо поинтересовался молодой полицейский.

– Что они могут сказать? – фыркнул шериф, покосившись в сторону Белявской. – Два сильных ушиба позвоночника, трещины в костях. Выбор у меня небольшой – либо операция и затем, как минимум, полтора месяца на восстановление, либо постоянно ходить в жестком корсете. Что я и делаю в данный момент.

– Но не станете же вы вечно в корсете ходить?

– Нас в участке всего двое, Вить. Кто еще будет заниматься всей этой чертовщиной? Сам видишь, что тут творится. Когда я приехал в город, жители Клыково хорошо меня приняли, они мне поверили! И я не могу обмануть их доверие…

– Лечились бы лучше, шериф, – совсем зашептал Виктор. – Нет, правда. Есть кому вас заменить. Мэр уговорил Бориса Макарского временно вернуться на пост.

– Макарский? – недовольно нахмурился Мезенцев. – Но он же пенсионер.

– Зато он весь Клыково знает вдоль и поперек, с половиной жителей лично знаком. Недаром столько лет в местной полиции проработал… Уж как-нибудь дождались бы вашего выздоровления.

– Вы бы дождались… Но преступники точно ждать не станут. Я нераскрытые дела накапливать не собираюсь. И хватит мне нотации читать! Лучше давай рассказывай, что у вас здесь произошло?

Мезенцев снова поморщился, затем вытащил из кармана пиджака пузырек с таблетками и принял сразу две. Было понятно, что с ним далеко не все в порядке. Шериф испытывал сильную боль, хотя и не желал этого показывать.

– Что произошло? Хотели бы и мы это знать, – раздалось вдруг у них за спиной. – Но тут загадка на загадке! А ты, Владимир, лучше бы лечился, в самом деле. Еле на ногах держишься!

Подойдя к коллегам, Борис Макарский скептически взглянул на костыль Мезенцева.

– Думаешь, подсидеть тебя пытаюсь? – ухмыльнулся Макарский. – В моем-то возрасте? Больно надо. У меня хороший дом и отличный сад, мне этого достаточно. Хватит с меня преступников и происшествий. Мэр Белобров уговорил меня посидеть в твоем кресле пару месяцев, но не дольше. А ты бы здоровье поберег.

– Все не так плохо, как кажется…

– Да я вижу! Что, если на всю жизнь калекой останешься? С позвоночником шутки плохи, знаешь ли.

– Я должен исполнять свою работу, – упрямо буркнул Мезенцев. – И не прятаться за сослуживцами.

Виктор и Борис лишь переглянулись. Молодой полицейский вздохнул и развел руками, Макарский укоризненно покачал головой.

– Так все-таки что у вас здесь? – спросил Владимир Мезенцев, неуклюже ковыляя к месту происшествия.

– Да чертовщина какая-то! Все так и говорят. – Макарский сплюнул. – Нормального объяснения случившемуся у меня нет.

– Не бывает никакой чертовщины. Всему есть свое объяснение.

– И это говоришь ты? – Макарский снисходительно ухмыльнулся. – После того, что случилось с тобой на Змеином озере?

– А что случилось? – хмуро покосился на него шериф. – Какой-то мерзавец бросил в воду гранату, и меня сбило с ног ударной волной. Что тут сверхъестественного?

Виктор деликатно промолчал. Он-то видел совсем другое. До сих пор, стоило только глаза закрыть, перед ним возникали извивающиеся водяные щупальца, которые высовывались из темных провалов в полу недостроенного причала. Ох, и страху он тогда натерпелся! Но шериф, похоже, упорно отказывался верить в сверхъестественную природу некоторых событий. Мезенцев всегда и всему пытался найти рациональное объяснение. Да только тому, что произошло этим утром в окрестностях каменного моста, разумного объяснения не было.

– Нечто насквозь проткнуло легковую машину вместе с ее владелицей, – сообщил Макарский. – Мы насчитали с десяток сквозных отверстий. Настоящее решето… А потом ее каким-то чудом затащило на деревья, где она и провисела несколько часов вплоть до нашего приезда.

– Чем проткнуло? – дрогнувшим голосом спросил шериф.

– Деревянными кольями. Здесь повсюду стружка, обломанные ветки и куски древесной коры.

– А это что? – Мезенцев вдруг показал рукой на траву у подножия сосны, с которой недавно сняли автомобиль.

Виктор и Борис проследили за его жестом – в зеленой траве валялся букет цветов, перевязанный черной атласной ленточкой. Странно, но до этой минуты его никто не замечал.

– Черные орхидеи, – определил Шилов. – Откуда они здесь? Эй! Кто-нибудь из присутствующих приносил цветы на место аварии?!

Никто не сознался.

– Действительно орхидеи. – Борис Макарский аккуратно поднял черный букет. – Слегка увяли, значит, цветы срезаны довольно давно…

– Но у нас во всем Клыково орхидей не найти, – недоуменно протянул Виктор. – Разве что в центральный цветочный магазин из Санкт-Эринбурга завезут. Да еще черные… Сомневаюсь, что кто-то такие купит.

– Может, выпали из машины? – предположил Макарский. – Вдруг погибшая везла их с собой?

– Букет черных орхидей с ленточкой? В подарок своим будущим работодателям? – недоверчиво взглянул на него Виктор. – Странный презент, не находите?

– Положите-ка их в пакет, – посоветовал Владимир Мезенцев. – Эти цветы могут оказаться уликой.

Виктор поспешно сунул увядший букет в шуршащий пакет с застежкой. И в тот же момент перед ним возник Влад Пивоваров и нацелился своим фотоаппаратом, желая снять его с уликой в руках. Тут уж Шилов не выдержал. Окриком остановив наглого репортера, он почти силой погнал его с места происшествия, не обращая внимания на недовольные возгласы.

Тем временем к шерифу Мезенцеву снова приблизилась Евгения Белявская.

– Все хорохоритесь, Владимир? – строго спросила она. – А сами едва стоите, я же вижу! Но вы ведь не можете вечно сидеть на болеутоляющих таблетках!

– Надо же мне как-то произвести на вас впечатление, Евгения, – хмуро усмехнулся шериф. – Настоящий мужчина должен уметь справляться с любой болью.

– Господи, – Евгения порозовела от смущения, – и вы туда же, ловелас покалеченный?

– Чему вы удивляетесь? Меня еще никогда не лечили такие симпатичные доктора. Тем более незамужние.

– А у меня еще никогда не было таких несносных пациентов!

– Видите, мы созданы друг для друга. Мое предложение о свидании остается в силе, Евгения. Так как, вы согласитесь сходить со мной куда-нибудь?

– Не говорите глупостей, – отрезала Белявская. Но Владимир видел, что его предложение не оставило ее равнодушной. – Вы нарушаете больничный режим, все предписания врачей, а потом еще хотите, чтобы я пошла с вами на свидание? Это уже просто верх наглости.

– А чего зря время терять, Евгения? Я уже не мальчик.

– Вот встанете на ноги, тогда и посмотрим, – уклончиво ответила Белявская. – Кавалер на костылях! О том ли я мечтала…

– Ради вас я готов на все что угодно. Но в больницу больше не вернусь.

Белявская шумно вдохнула, собираясь еще что-то сказать, но в это время напомнил о своем присутствии Борис Макарский.

– Евгения, нам бы с вами поговорить подробно о случившемся, – встрял он. – Может, заглянете в полицейский участок? Расскажете мне все, что вам известно о погибшей. Как я понял, вы с ней давно знакомы?

– Да, когда-то мы с Юлией работали вместе… Разумеется, я в вашем распоряжении, – кивнула Белявская. – Завтра утром подойдет? Часов в девять?

– Отлично, – тут же согласился Макарский. – Буду ждать вас у себя.

Владимир Мезенцев недовольно поморщился.

«У себя»? Старик уже занял его кабинет, хотя утверждал, что ни на что не претендует. Нужно поскорее привести себя в норму. Сколько можно ощущать себя древней развалиной!

Но как поскорее вылечиться, Владимир не знал. Спина и в самом деле ужасно болела, только сильные болеутоляющие помогали ему держаться на ногах. Видимо, придется все же ложиться на операцию, другого пути нет, но только тогда, когда боль станет настолько невыносимой, что даже таблетки перестанут помогать.

Евгения попрощалась и села в свою машину. Мезенцев, тяжело опираясь на костыль, сделал несколько шагов по лужайке и резко остановился, зажмурив глаза.

– Так, хватит, – раздраженно бросил ему Борис Макарский. – Хочешь терпеть боль, терпи! Но я не собираюсь смотреть, как ты сейчас свалишься без сознания у всех на виду!