Букет увядших орхидей

Глава 5

Невероятная история

Оксана Зверева остановила машину возле мрачного пятиэтажного здания старой постройки, затем сверилась с адресом на экране своего телефона.

– Похоже, это здесь, – сообщила она Тимофею.

– Уверена, что готова к этой встрече? – на всякий случай поинтересовался парень.

Оксана молча кивнула и выбралась из машины. Тимофей последовал за ней.

На самом деле Оксана ни в чем не была уверена, даже в том, нужна ли ей правда. Но она точно знала, что если сейчас все не выяснит, то потом будет жалеть об этом до конца жизни. Несмотря на просьбу отца, она с головой погрузилась в расследование. Времени оставалось все меньше, вскоре ей нужно было лететь в Тунис на съемки нового фильма, поэтому Оксана хотела как можно скорее покончить с этим делом и восстановить свое душевное спокойствие.

– Я всегда буду любить вас обеих, тебя и Ирину, несмотря ни на что, – неоднократно уверял ее Егор Зверев. – Эта дикая история… она для меня ничего не значит. Я не собираюсь ничего менять и тебе не советую. Я вырастил тебя. Ты – моя дочь. И я уничтожу любого, кто скажет, что это не так.

Но Оксана все-таки ослушалась Егора – наверное, первый раз в жизни.

Девушка подошла к подъезду. Домофон не работал, и она потянула на себя ободранную дверь и беспрепятственно вошла. С бешено колотящимся сердцем она поднималась по стертым каменным ступенькам, а Тимофей молча шагал за ней. Ему не нужно было ничего говорить, она и так ощущала его поддержку. Самое главное в их расследовании начиналось здесь и сейчас.

Стены подъезда были исписаны ругательствами, лампочки не горели, стояла жуткая вонь. Ну и люди здесь живут… Оксана боялась даже прикасаться к перилам, так мерзко они выглядели. Тимофей тоже старался держаться подальше от грязных стен. В таких местах ему бывать еще не приходилось.

А вот и нужная дверь. Оксана глубоко, словно перед прыжком в воду, вдохнула и нажала кнопку звонка. Ответом ей была гробовая тишина. Девушка позвонила еще раз и прислушалась. Ничего. Даже самого звонка не слышно.

– Черт! – в сердцах выдохнула Зверева. – Неужели мы зря приехали?

– Взламывать дверь чужой квартиры я не стану, – на всякий случай предупредил Тимофей.

– Я и не собиралась просить тебя об этом. За кого ты меня принимаешь?

– Ну мало ли. Я вот не ожидал, что ты попросишь меня вломиться в кладбищенское бюро.

Оксана неуверенно отошла от двери и остановилась. Неужели они так и уедут, ничего не узнав?

И в этот момент тихо щелкнул замок. Открылась дверь, но не та, в которую они рвались, а соседняя. На лестничную клетку выползла невысокая старушка с пакетом мусора в руке. Закутанная в толстую шаль, в грубых ботинках, она напоминала тетушку-мышь из детской сказки.

Бросив на Оксану и Тимофея любопытный взгляд, старушка двинулась к лестнице и вдруг замерла. Потом снова внимательно посмотрела на девушку.

– Господи! – охнула она и от ужаса выронила пакет.

Тот покатился по обшарпанным ступенькам, теряя мусор. Старушка всплеснула руками и перекрестилась.

– Что с вами? – бросилась к ней Оксана.

– Катька?! Катька Саратова?! – испуганно крикнула старушка. – Ой, чур меня, чур! Быть такого не может!

Она опрометью кинулась к своей двери, Оксана недолго думая бросилась за ней.

Тимофея вдруг окатило волной теплого воздуха. Сначала он решил, что подуло из квартиры старухи, но тут же понял, что это вовсе не ветер. Его с ног до головы словно облаком окутало чувство умиротворения, стало так хорошо и спокойно. А потом он понял, что тепло исходит от Оксаны, стоявшей к нему спиной.

Старуха тоже застыла у двери. Черты ее лица разгладились, она уже не выглядела такой перепуганной. Тут Тимофей сообразил, что Оксана пустила в ход свои способности. Она умела нравиться людям, когда ей это было необходимо. И у нее отлично получалось. Тимофею вдруг захотелось, чтобы она обняла его, чтобы они вместе отправились куда угодно, хоть на край света… они бы говорили обо всем, он рассказал бы ей все свои секреты…

Какая полезная, но опасная для окружающих способность! Хорошо, что сестра редко ею пользуется.

– Меня зовут Оксана, мы не причиним вам вреда, – заверила старушку Зверева. – Я ищу хозяев этой квартиры. Кажется, у них жила моя сестра… Мы близнецы.

– Ох, – с улыбкой вздохнула пожилая женщина, – как же я перепугалась… Думала: все, смерть пришла… Откуда же ты взялась, милая?

Волна тепла стала менее интенсивной и вскоре вовсе сошла на нет. После того как старушка успокоилась, отпала необходимость чаровать ее.

Тимофей облегченно вздохнул.

– Простите, мы не хотели вас напугать, – сказала Оксана. – Понимаю, история просто невероятная… Недавно я узнала, что у меня есть… вернее, была… сестра-близнец. Я видела ее могилу на старом кладбище… Вот и решила выяснить о ней что-нибудь. Вы хорошо знаете своих соседей?

– Саратовых? Знаю, конечно, – кивнула старушка. – Но они здесь больше не живут. Съехали вскоре после того, как Катька погибла. В Ягужино перебрались, у них там свой дом имеется.

– Уехали! – Оксана опустила голову. – Не повезло. А я так хотела с ними поговорить…

– Так со мной поговори. – Старушка распахнула дверь своей квартиры. – Входите, я обо всем вам расскажу.

Оксана и Тимофей прошли в узкий темный коридор с потертым линолеумом на полу. Старушка провела их в тесную кухню, заставленную старенькой мебелью. Про мусор, рассыпавшийся по лестнице, она и не вспомнила.

Оксана присела на край деревянного стула, жалобно скрипнувшего под ее весом. Тимофей примостился на колченогой табуретке у окна. Старушка быстро вскипятила воду и налила им чаю в большие керамические кружки. Затем на столе появилась тарелка с печеньем. Тимофей есть не хотел, но побоялся обидеть хозяйку и осторожно взял одно печенье. Старушка оказалась очень симпатичной, да к тому же весьма разговорчивой. Пять минут спустя они уже болтали, словно знали друг друга много лет.

– Смотрю на тебя, и прямо мурашки по коже, – призналась хозяйка квартиры, глотая чай. – Как похожи! Ну прямо как две капли воды. А ты? Тоже им родственник? – повернулась она к Тимофею.

– В некотором роде, – туманно ответил тот.

– Как умерла моя сестра? – прямо спросила Оксана.

– Под машину попала. Ее в переулке сбил какой-то гад и даже не остановился, – сочувственно сообщила старушка. – Дело темное… Свидетели видели черную машину без номеров, вроде похожа на внедорожник. Стекла такие темные, что водителя никто и не рассмотрел. Ох, и горевали родители, хоть дочь и не родная, приемная… А вскоре продали квартиру да и уехали из города.

– Когда они ее удочерили?

– Да уж больше пятнадцати лет прошло, я точно и не вспомню, – задумчиво произнесла старушка. – Уж очень они ребеночка хотели, но своих Бог не дал. Вот и взяли в приюте девочку. Только больно Катька хулиганистая росла, дерзкая, за словом в карман не лезла. И родителей ни во что не ставила. Знала же, что приемные.

– Она не любила их? – удивился Тимофей.

– Да что ты! – отмахнулась старушка. – Любви с ее стороны никакой не было, даже благодарности не испытывала. Полиция то и дело ловила Катьку во всяких дурных компаниях. Она даже на учете в детской комнате состояла. Школу кое-как окончила, поступать никуда не хотела. Сидела на шее у отца с матерью до восемнадцати лет. А потом ушла гулять как-то раз… И на третий день только из полиции и сообщили, что черная машина ее сбила. Неприятная история… Тогда еще слушок ходил, что не несчастный случай это был…

– А что же тогда? – спросила Оксана.

– Тщательно спланированное убийство. Вроде как машина ее в переулке специально дожидалась.

– Ого! – удивленно раскрыл глаза Тимофей. – А следствие это подтвердило?

– Да кто ж знает? Говорю, убийцу так и не на шли. Да и машину ту никто больше не видел.

– Да уж, – похолодев, протянула Оксана. – Но почему она не любила приемных родителей?

– Может, потому, что не родные. А вообще чужая душа – потемки. Но ругались соседи очень часто. Стены у нас тонкие, я много чего слышала. Не специально подслушивала, вы не подумайте. Просто они так кричали иной раз…

– И что кричали? – поинтересовался Тимофей.

– Ну я так поняла, что в приюте-то они с сестрой вдвоем были, а Саратовы только одну Катьку удочерили. Они еще говорили, что двух девок им не потянуть. Ладно бы близнецы были, тут им поневоле бы пришлось… Но сестры друг на друга не похожи, вот они только одну и выбрали. А Катька им не простила, что с сестрой разлучили. Потому и не любила, видать!

Оксана поперхнулась чаем и закашлялась.

– Постойте-ка! – выдавила она. – У меня тоже есть сестра… И мы с ней не похожи. Черт побери… А вы не знаете, из какого приюта они ее взяли?

– Знаю, конечно. В Новом Ингершаме приют этот. Оттуда они Катьку привезли.

– Новый Ингершам, – задумчиво повторила Оксана.

Курортный городок располагался в шести часах езды от Санкт-Эринбурга. Тимофей много о нем слышал, хотя никогда не бывал в тех краях.

– Возможно, стоит наведаться в этот приют, чтобы узнать подробности, – обернулась к нему Оксана. – И если Екатерина Саратова была моим близнецом, вполне вероятно, что где-то, в другой приемной семье, живет сестра-двойник Ирины.

Двойник Ирины? О таком даже подумать было страшно. Тимофей отставил пустую кружку в сторону и поежился.

Поблагодарив гостеприимную старушку за чай и информацию, Зверевы вышли во двор.

Оксана не сразу нашла свою машину – она никак не могла успокоиться и сосредоточиться, без остановки перебирала в уме все, что рассказала соседка Саратовых. Мысли беспорядочно метались… Слишком много было вопросов и ни одного ответа. Тимофей ее прекрасно понимал.

Их перепутали в роддоме? Но как такое возможно?

– Я родилась в Клыково, в местном роддоме, который все еще работает, – сообщила Оксана. – Небольшая больница, где могло произойти всякое…

– Может, поговорить с кем-то из персонала? – предложил Тимофей. – Из тех медсестер, что работают в больнице много лет или работали там раньше.

– Но сначала я должна съездить в Новый Ингершам, – задумчиво пробормотала девушка. – Кто знает, что ждет меня в сиротском приюте?

Глава 6

Новое пророчество

Тимофей вернулся в академию очень вовремя – директриса решила собрать всех учеников в актовом зале административного корпуса, чтобы сделать какое-то важное объявление. Димка Трофимов увидел, как Зверев вылезает из машины Оксаны, сразу подбежал и потащил его за собой, даже не дав толком опомниться.

Когда они вошли, в зале уже сидели почти все учащиеся, а на сцене перед ними стояли директор Елена Федоровна, администратор Лариса Аркадьевна и завуч Полина Григорьевна. Димка заметил два свободных места возле Жени и Луизы, и парни стали торопливо пробираться к ним.

Тимофей увидел Наталью Морозову, она приветливо ему кивнула. Рядом с ней сидел Канто. Тимофей помахал ему, но сенсэй никак не отреагировал – то ли не заметил, то ли решил проигнорировать нерадивого ученика.

Милана Поветруля сидела в обнимку с Антоном Седачевым, и Сергей Бельцев недовольно поглядывал в их сторону откуда-то сбоку. Эти двое в последнее время проводили вместе очень много времени, а Сергей все чаще оставался в одиночестве. Тимофей поймал себя на мысли, что они с Бельцевым – собратья по несчастью. Не особенно приятно постоянно болтаться одному, потому что почти все твои друзья разбились на парочки.

– Я вас не задержу, – заявила директриса, когда шум в зале немного стих. – Пара-тройка объявлений, и можете отправляться по своим неотложным делам.

– Снова убили кого-то? – выкрикнул Сергей Бельцев.

Шутку никто не оценил, а Лариса так строго зыркнула в его сторону, что Бельцев тут же стих, втянув голову в плечи.

– Большая часть присутствующих уже открыла в себе некие способности, – начала директриса, – и хочу заметить, наша академия в последнее время привлекает к себе слишком много внимания со стороны полиции и местных жителей. Поводов хватает – все мы помним о недавних трагических событиях. Так вот, господа ученики, выношу последнее предупреждение: никаких проявлений способностей на публике! Ни в Клыково, ни здесь, в стенах «Пандемониума»! К нам иногда приезжают полицейские, периодически пытаются прорваться журналисты. Они могут увидеть то, чего им видеть совсем не следует. Если я узнаю, что кто-либо из вас раскрыл себя, виновный понесет строжайшее наказание. Вплоть до исключения из академии. Это понятно?

В зале воцарилась тишина. Все поняли.

– Даже во время занятий? – подала голос Настя Ведунина из группы Оракулов. – Нас ведь как раз и учат пользоваться своими способностями…

– Только в закрытых помещениях с зашторенными окнами, – пояснила Елена Федоровна. – Я в курсе, что сенсэй Канто учит вас сражаться, используя свои способности. Но не на улице и не на виду у обычных людей. Это совсем другое дело.

– Хорошо, – опустила голову Ведунина.

– Вторая новость касается нашего театрального кружка, – продолжила директриса.

Руководящая кружком Маша Конева и ее подружки-театралки сразу встрепенулись.

– Вы давно просили пригласить в академию преподавателя драматического искусства, – сказала Елена Федоровна. – Я все понимаю… Ведь, прежде всего, вы обычные подростки, которым нравится играть в театре. Мы решили пойти вам навстречу, тем более что все сложилось очень удачно. В Клыково приехал известный молодой киноактер Олег Дубровский. По семейным обстоятельствам он проведет в нашем городе несколько месяцев. Сейчас у него перерыв между съемками, поэтому он любезно согласился немного поработать в нашей академии.

Девушки из театрального кружка завизжали так, что сидящие рядом ребята моментально оглохли.

– Вечером по средам и пятницам он будет заниматься с вами постановкой нового спектакля, – с улыбкой произнесла Елена Федоровна. – Но помните: он ничего не знает о существовании Первородных. Поэтому вернемся к первому вопросу нашей повестки. Никаких проявлений способностей! Иначе вас исключат из академии, а вашим родителям придется лично отвечать перед Королевским Зодиаком!

Визг театралок тут же прекратился. А на сцену вышел сенсэй Канто в строгом темно-сером костюме, на его плечи было наброшено длинное черное пальто с меховым воротником.

– Я лишь хотел сообщить, что до конца недели меня не будет в академии, так что наши занятия отменяются.

Радостный рев множества глоток легко превзошел громкостью писк театрального кружка.

– Понимаю, что вы в отчаянии, но постарайтесь сдержать слезы, – ядовитым тоном произнес сенсэй. – Как только я вернусь, наши тренировки возобновятся, и мы наверстаем упущенное.

Половина зала тут же приуныла, а довольный Канто вернулся на свое место.

Далее последовало несколько не столь значимых объявлений о новом меню в столовой, правилах распорядка в корпусах и еще какие-то сообщения, но Тимофей даже не понял, о чем речь: Маша Конева и ее подружки из театрального кружка сидели прямо перед ним. Девчонки так горячо обсуждали скорое появление Дубровского, что Зверев слышал только их радостное повизгивание.

– Олег Дубровский! – стонала Конева. – Я влюблена в него с пятого класса!

– Кто это? – поинтересовалась Василика Демидова, громила из волейбольной команды.

– Лучше иди отсюда и не позорься! – возмутилась Женя Степанова. – Не знать Дубровского! Ты совсем сериалы не смотришь?

– Нет, – простодушно ответила Василика. – У меня полно других, более интересных занятий.

– Дубровский – самый красивый актер из всех, кого я знаю, – мечтательно закатила глаза Маша Конева. – И он придет в наш кружок! Кто знает, вдруг он решит поставить у нас мюзикл? Я так давно об этом мечтаю!

– Тогда и я в деле, – заявила сидевшая неподалеку Луиза Соловьева. – Пою я очень хорошо.

– Вот уж дудки, – замахала руками Маша. – Знаем мы, как ты поешь. Директриса запретила показывать свои способности перед непосвященными, так что ты автоматически вылетаешь из списка возможных участников.

– Почему это? – обиделась Луиза.

– Потому что своим голосом ты разнесешь все стекла и обрушишь на голову Олега люстру! А я бы этого не хотела.

– Ну вот, – надула губы Соловьева. – Ну ладно, я буду молчать.

– И когда это тебе удавалось?!

– А я обязательно приму участие в кастинге, – вклинилась Женя. – Пою я вполне сносно, да и танцую неплохо. А мальчишки в ваш кружок ходят?

– Крайне неохотно, – ответила Маша. – И то под страхом смерти и пыток. Но если займемся мюзиклом, я обязательно кого-нибудь из них заставлю. Эй, Зверев!

– На меня не рассчитывайте, – мгновенно среагировал Тимофей. – Я пою, как раненая лошадь, а танцевать и вовсе не умею. Вон Димку берите.

Сидевший рядом Трофимов поперхнулся жевательной резинкой. Стас Кащеев усмехнулся.

– А я приду, – вдруг сказал он. – Мне театр всегда нравился.

Димка изумленно вытаращил на приятеля глаза и закашлялся. Тогда Кащеев со всего маху огрел его ладонью по спине. Димка едва не слетел с кресла, но кашлять перестал.

– Психи, – выдавил Трофимов. – Вы все просто конченые психи! Среди вас один только Тимофей нормальный, потому мы и дружим столько лет.

– А мне ваш Дубровский что-то совсем не нравится, – признался Тимофей. – Скользкий он какой-то.

– Ты его знаешь?! – взвилась Маша Конева.

– У Тимофея мать снималась с ним в одном фильме, – напомнила Женя Степанова. – И сестра, кажется, тоже?

– Сводная сестра, – поправил ее Тимофей. – И к тому же он сейчас живет в доме моего отца, так что я часто его вижу.

– И какой он? – широко распахнула глаза Луиза.

– Наглый, напыщенный, самовлюбленный, – принялся перечислять Тимофей. – Скрытный, мутный тип. Ничего хорошего о нем сказать не могу.

– Так он плохой парень?! – восхитилась Луиза. – О, теперь он мне нравится еще больше! Обожаю опасных парней.

– Больные на всю голову, – подытожил Димка, подтолкнув Тимофея локтем. – Я тебе давно об этом говорю.

– Какой ты сегодня разговорчивый! – подбоченилась Женя. – Вот я Карине расскажу, какого ты мнения о ее подругах. Посмотрим, как ты после этого запоешь!

– А может, она со мной согласится, – хохотнул Трофимов, заставив Степанову покраснеть от злости.

– Вот уговорим ее бросить тебя на неделю, – пригрозила Луиза, – сам приползешь с извинениями!

– С чего ей меня бросать? – спросил Димка. – Такие, как я, на деревьях не растут.

– Они по деревьям прыгают, – согласилась Женя. – А еще спят, зацепившись хвостом за ветку.

Стас захохотал так, что сполз с кресла. Луиза тоже визгливо захихикала, только Димка не врубился.

– Вы чего ржете-то? – подозрительно спросил он.

К счастью, тут закончилось собрание, и Зверев быстро потащил Димку из актового зала, пока тот не наломал дров. Если все девчонки на него ополчатся, Трофимову точно несдобровать.

Ученики покидали административный корпус и расходились по аудиториям. Старшие группы направились в большую оранжерею, где должно было пройти совместное занятие групп Оракулов и Зельеварителей. Об этом все были предупреждены заранее. Заклинателей, Воинов и Оружейников пригласили в самый последний момент – Лариса Аркадьевна, вдруг спохватившись, решила, что им это тоже будет полезно.

В гигантской теплице, выстроенной рядом с библиотечным корпусом, где располагалась и служба новостей, ребят приветствовали преподаватель химии и зельеварения Анатолий Сергеевич Масленников и руководительница группы Оракулов, она же – преподавательница астрономии, Кассандра Артуровна Решетникова.

Рядом с ними Тимофей, к своему удивлению, увидел Наталью Васильевну Степанову – бабушку Жени. Все трое были в длинных серых халатах, резиновых сапогах, плотных брезентовых перчатках.

Анатолий Сергеевич, поправив на носу старомодные очки-пенсне, поприветствовал собравшихся в оранжерее учеников и представил им гостью.

– Сегодня вас ждет очень интересное занятие, – сообщил он. – Наталья Васильевна – большой специалист в области выращивания и применения трав и растений, необходимых для различных магических ритуалов. Мы пригласили ее, чтобы она поделилась с вами своим богатым опытом. Затем проведем один небольшой эксперимент.