Мышиная возня. Книга конторских чиновников
- -
- 100%
- +
Например, такой раздел: о выработанных мерах, направленных на устранение причин и условий, способствующих повышенной активности обращения по вопросам, решение которых входит в компетенцию органа власти.
Не сразу и понять, что имеется в виду. Уже который год этот раздел трактуется по-разному. В зависимости от лица, занимающего должность отдела контроля в аппарате губернатора (а их часто меняют) требования приобретают разные оттенки. Новый работник – новые веянья.
Один малоизвестный служащий, что не из наших дневниковых авторов, решил покривляться в этом месте, а за одно повеселить коллег.
Он среди прочей лабуды написал (привожу дословно):
Выработка мер, направленных на устранение причин и условий, способствующих повышенной активности населения в существующих условиях, не представляется возможной по ряду причин. Основой множественных и повторных обращений граждан в управление транспорта и дорог является недовольство заявителей текущим состоянием нашей дорожной сети и всего быта.
Прилагаемые усилия по улучшению дорог не достаточны из-за ограниченности финансирования. Жалобы граждан являются формой выражения своих законных требований. Люди не желают есть кашу из топора.
Писать в данном разделе хвастливые отчеты о проделанной работе в дорожном хозяйстве не является верным т.к. проведённые мероприятия не снижают поток жалоб. Чем активнее наш департамент отчитывается о своей деятельности в СМИ, тем большее недовольство проявляет население. Судя по статистике обращений, наша работа не успокаивает жалобщиков, а раздражает их. Иногда даже кажется, что если совсем не работать, то станет только лучше. Не тратить деньги и не отчитываться – хорошая идея.
Бесплатной мерой по снижению активности населения, без решения сути проблемы, может послужить принудительное игнорирование жалоб. Следует либо заставить людей молчать, либо не учитывать их писанину. Мало ли чего там бездельники напридумывают в рейтузах под домино. Если людям разрешить задавать любые вопросы, которые им взбредут на ум, трудно сказать, до чего они могут докопаться. Задавать вопросы государству – дурацкая привычка. В деловой переписке нам, служащим, запрещено использовать вопросительный знак: это непозволительный тон. Предлагается такое же правило распространить среди населения. Вопросы нужно задавать только себе.
С топтунами заявителями также просила разобраться наша уборщица. Она, как человек, знающий в жизни больше всех, должна быть услышана.
Это было ёрничество, которое попало в официальную корреспонденцию, ушло незамеченным далеко наверх и сыграло злую шутку с её автором. Улыбнулись всего несколько человек, остальные машинально копировали отчёт не читая, так же как ЮжнО Плетнево, пока случайно, в правительстве у кого-то не зацепился глаз. Юмор и шуточки здесь не очень-то любят.
Настоящие шутки только из уст начальника, на которые следует смеяться как под дирижёрскую палочку.
Земельный участок
Один наш сотрудник, – скажем, Дмитрий, – у которого значительный опыт работы за плечами и целая ватага друзей чиновников, однажды приобрёл себе земельный участок.
Знаю о чём здесь можно подумать, но эта история не про коррупцию.
Человек уплатил за участок свои пречистые, предварительно проверив его по всем своим доступным каналам. Будучи дотошным служащим, он не хотел оказаться в кругу тех сутяжников, которым он сам ежедневно готовит успокоительные отписки.
Как бы там парень не старался, но он серьёзно вляпался.
В общем, тут надо по порядку.
Задолго до грянувшей на Димкину голову беды, Область под определённые цели создала специальную структуру под названием Жилищно-строительный фонд и выделила ему серьёзный кусок земли в пригороде. Фонд, как это всегда принято, лихо взялся, но плохо как-то лопнул. Всё, что от него осталось недостроенным, было поручено взять на себя муниципалитету. Руководство области не хотело скандала в предвыборный год и посему предпочло через сторонние рычаги финансирования продолжить начатое. Люди возмущались за медленный ход стройки с обустройством, но это походило больше на безобидное ворчание. В общем, дело шло. И ход этого «дела» создавал ареал заботы власти о населении района. Ходили различные слухи о благодатных местах, о проживании в них чуть ли не всей краевой элиты.
Наш сотрудник поддался ажиотажу, и решил начать строиться в этом же районе. Его все спешили поздравить, заранее напрашивались в гости и всё такое, но как оказалось – напрасно. Дмитрий не смог учесть одного обстоятельства: его кусок улицы находился за границей земли, которой хозяйничал недавно лопнувший Фонд (застройщик). Название района одно и то же, название улицы одинаковое, но не то. Похоже на сигару, но не она – говорят американцы.
На стадии покупки участка официально установить, где проходят границы было практически невозможно. Проекты планировки и межевания только начинали разрабатываться, а координаты непрерывно уточнялись. На генплане всё однородно, без разбивки на собственников земель… Не имел Дима фантазии предположить, что приобретенный им участок находился на просторах частных владений как остров в океане, и что доступ к нему, находиться в другой частной собственности.
Неладное наш пока ещё счастливчик заподозрил, когда увидел шлагбаум. Он обратился к местным властям, надавил на конституцию, свободу передвижений и попросил убрать с дороги ОБЩЕГО ПОЛЬЗОВАНИЯ это недоразумение в виде препятствия проезду. Законы Дмитрий знает, но Администрация и не собиралась фехтоваться с ним, она ответствовала коротко и ясно: «Шлагбаум на частной земле, а дороги нет в перечне дорог. Спасибо за вопрос».
Выяснилось, что действительно, той части улицы, на которой находится шлагбаум, нет в перечне городского имущества. Разматывая по ниточке, стало очевидно, что положение сложилось крайне щекотливым, и не в пользу Дмитрия. Ни коммуникаций, ни дорог от государства, вероятно, там не будет никогда, а все свои действия придётся согласовывать с неизвестным, и скорее всего предприимчивым дядей.
Так уж случилось, что некий ИП «Жук-2000» приобрел по-знакомству на аукционе многоакров, попилил их по 10 соток, разрекламировал и распродаёт по доступной цене. Соседство с легендарной фондовской площадкой Ыграло (как потом писали обманутые заявители) только на руку. Нигде не говорилось, что это разные фишки. О тонкостях сделки тоже умалчивалось странным образом.
По Земельному кодексу, который мы конечно же чтим, запрещено выделять участок таким образом, чтобы к постройке, размещенной на нём, был ограничен доступ. Этот закон замечательный, но он не оговаривает нюансы. Жук-2000, как и многие подобные аферисты, обыграл закон в свою пользу. Под дороги он отмежевал землю с требуемым назначением (под транспортную инфраструктуру). Срежессировал в общеустановленном порядке общественные слушанья в присутствии трёх заинтересованных студентов, и генплан уже не могли не принять. Дороги отразились красиво на карте что усыпило бдительность тревожной общественности. Инфраструктура как бы внеслась в перспективу, но НА ЧАСТНОЙ ЗЕМЛЕ. Требования закона соблюдены, а про собственника там ничего не сказано.
Трудно передать сложность положения. Построить что-то на чужой земле это вообще больной вопрос даже для власти, а здесь речь об инфраструктуре, с которой у нас плохо решаются в принципе.
Положено либо выкупать у землевладельца коридор, либо заключать право сервитута (арендовать участок) и от своего кармана – вскладчину с соседями – что-то строить (газ, электричество, воду, дорогу и т.д). После строительства это добро ещё потребует постоянных расходов на содержание! Понимающий, что такое коллективная собственность и коллективное управление, прочувствует глубину сего бездолья.
Такие ИЖС с заманчивыми названиями у нас обычное дело. Их множество. Люди заселяются и плачут горько. Красиво всё идёт только вначале. Пока меценат имеет интерес в продаже своих участков, он содержит сеть дорог, вывозит мусор, улыбается кому надо. Как только дело по распродаже близится к концу, начинается Апокалипсис. Муниципалитет не в силах воздействовать на это безобразие, к тому же он имеет чёткую установку от руководства сверху «ничего на баланс не принимать» – т.е. экономить.
Дмитрий пришел к нам в отдел чуть ли не всхлипывая.
Похудел он за два дня на 20 килограмм.19
Первым делом наши заботливые сослуживцы в классической циничной манере начали цитировать законы. Бездушные казённые идиоты забыли переключиться. Потом начали предлагать отменить совершённую сделку. Такой вариант, к слову, был не желателен т.к. покупка проходила через посредника – многодетную мать одиночку. Договор аннулируют, участок вернут первому владельцу, а вот денег от него (её) не дождаться никогда.
Всё уже шло к тому, что нужно незамедлительно избавляться от имущества, и лучше продать его пока не поздно. Скинуть проблему на кого-то другого – первое, что приходит на ум современному человеку. Однако вариант был плох тем, что в настоящее время документы территориального планирования уже имеются и они выложены в общий доступ. Благодаря наконец-то достигнутой правительством прозрачности, то самое «поздно» УЖЕ наступило. Даже моя необременённая смекалкой тётушка, открыв единую кадастровую карту, сориентируется по ней что там к чему и где кроется подвох. Проблема уже стала массовой и каждый второй о ней знает. На поиски доверчивого неосведомлённого покупателя с большими деньгами у нашего Дмитрия к сожаленью не оказалось ни умения, ни надежды, ни времени.
Всем управлением соображали, как обхитрить судьбу. Многие в душе, конечно, насмехались над человеком, но помогали чем могли. Некоторым подсобить мешала тупизна, поэтому помогали добрым словом, и на том спасибо.
Предстояло использование служебных полномочий и ведение скрытой игры против своих же коллег по цеху. Для начала по-дружески запросили у Администрации города развёрнутые перечни их дорог с детализацией всего что нам интересно. Начало требовало точных данных т.к. использовать в качестве исходника то, что находится в общем доступе – дело неблагодарное. Заботливые юристы из мэрии публикуют усеченные версии документов, где от посторонних глаз скрыта вся интересная подноготная. Там нет ничего о городских улицах и дорогах, кроме сухого номера и наименования. Это всё равно что в праве собственности на квартиру указать только адрес, без площади, этажа и прочей лебеды. Когда-то наш горемыка попался именно на этом: в перечне его улица была, но как выяснилось, – не вся.
На основании полученных данных дотошно прорисовали на карте города каждую улочку с точностью до метра. Наложили на неё экспликацию земельных участков и хлопнули в ладоши. Оказалось, что часть городских улиц, состоящих в официальном перечне, также находятся на частной земле. Видимо на некоторые случаи в порядке исключения, по большой дружбе, работники муниципалитета всё же прикрыли глаза. Сильно прикрывали! Такой факт указывал на отступление от логики и создавал прецедент. На оплошности и было решено подловить их.
В идеале, местная администрация должна либо продолжать начатое (плевать на земельный фактор), либо отматывать назад, чистить перечень, и низко извинятся за допущенную оплошность.
Надо понимать, что, пойдя на такое, они обретут себя на неприятную цепочку событий. Начнутся дикие возгласы целого микрорайона с личными приёмами на самых верхах. Полезут репортажи о том, как дураки в пиджаках не могут разобраться с бумажками. Неизбежными станут вопросы надзорных органов: «с чего вдруг?» и «на каком основании?». Кстати, нельзя просто так выкинуть из муниципального имущества то, на что были потрачены бюджетные средства. Дорогу как положено содержали, ремонтировали, и тут раз – отказались от неё… Так воспрещено, – и это серьёзно наказуемо.
От имени частного подставного лица (двоюродной бабушки страдальца) Я писал о том, что необходимо привести всё в единую логику: либо исключать «много-много», либо включать вот этот горе-отрезок улицы.
Надежды на «успех» было мало, но мэрия покорно выполнила просьбу, – и от этого было даже как-то не ловко.
Следующим письмом бабушка попросила убрать шлагбаум на дороге ОБЩЕГО ПОЛЬЗОВАНИЯ.
Пришлось немного повоевать, но убрали!
Чтобы всё это провернуть, пришлось сделать больно своим коллегам из муниципалитета и оттого иногда кусала совесть. Облик аморале. Иногда они звонили мне же, и советовались как поступать в подобных случаях. Не знаю, догадались ли они там по почерку.
В недалёком будущем у Дмитрия предстояло ещё не мало битв за газопровод, электросети и водоканал. Ещё не раз он подключал своих знакомым из разных ведомств, судился и писал петиции.
Этот курьёз ещё раз убедил меня, что с нашей системой что-то не так. Мы своими собственными руками делаем «нечто», в котором сами не в состоянии разобраться и даже договориться.
Хотя, так нам всем и надо.
Путь Дмитрия – каждому.
НАЕЗЖАЛКИ И ГАСИЛКИ
Сверхзадача: срочно найди переписку
Дети промочили ноги. Отцы-няньки в растерянности:
– Спокойно! – говорит один. – Я двоих вырастил!… Знаю, как надо.
Ка-атя-я-а?!!!
/Уральские пельмени/
– Ты где-то когда-то писал, не помню «что», там про «это», как его. А ещё там был ответ… Мне нужна переписка, в общем! Срочно. Просто найди её, чтобы кое-что выяснить.
Так нарезается задание моей начальницей. Она любит, чтобы каждый документ был вынут из папочки по первому требованию, – всё сходу и сразу. Её нетерпеливая эмоциональная натура не переносит возни. Для специалиста же подобный подкат – целая сверхзадача.
– Шесть тонн бумаги перелопатить? Да легко! Об чём речь?!
Проще отыскать золотое руно или трезубец Посейдона, чем то, что обычно в департаменте просят.
Всё бы оно ничего, только одними раскопками дело не закончится. Ничего начальница там не поймёт, и никто на её месте не понял. Даже если Я сложу всё в хронологическом порядке всё равно будет клин. Тема сама по себе путанная и давняя, поэтому, она обязательно поручит этот кубик-рубик мне! Как пить дать. Придётся освежать события минувших лет, анализировать, распутывать… Пока кровь из уха не выступит.
Роюсь в кабинетном архиве, настроение хмурое. Вычленяю из толстенных папок «нужное», чешусь во всех местах, делаю закладки, чтобы вернуть листы после «освежения памяти» обратно, где взял. Нудно и муторно комплектую досье.
Работа отличается дотошным вниманием к любой мелочи. Не так-то легко отвязаться от назойливого начальника. Попробуй только не приложить какую-нибудь неприметную бесполезность, и тут же обвинят в вопиющей халатности; результат однозначно будет считаться недостигнутым по вине вот такого негодяя. Всех собак свешают.
Нет уж, дудки.
– Нате, Вам. Ознакомьтесь. Только верните!
Делаю вид, как будто там всё проще простого и комментарии излишни (тактическая уловка).
Лобовой подход здесь не годится, желательно втянуть её в «дело». Скажи и Я забуду, покажи и Я запомню, привлеки к участию и тогда Я пойму (индейская мудрость).
Чтобы понять факт своего бессилия перед таким трэшем, начальнице требуется 10-15 минут. Я это прекрасно предвижу. Даже не жду, когда она прибежит вся взъерошенная и начинаю самостоятельно восстанавливать ход событий. Как веб-браузер ведёт свой поиск по ходу набора ключевой фразы, так и Я начал работу на опережение, не дождавшись задачи. Строю алгоритм с множеством неизвестных, улавливаю невидимую связь смыслов, греюсь в домыслах. Это отсюда пошло туда, а вон там написали нам из-за вот этого, на что мы приняли именно такое решение.
Вбегает.
– Тут вообще непонятно. Как вы ведёте документы?
Предсказуемо. Обвинить исполнителя в собственном бессилии – это классика.
Стараюсь не раздражать, хоть и сам на пределе. Начинаю пояснять что откуда и куда, разбираясь по ходу. Для раскладки по полочкам потребуется ещё около часа-двух вдумчивой работы. Это ж целая трёхгодовалая эпопея, чего Вы хотели? Хоть документы вёл и Я, но за долгий период смутиц не один руководитель сменился и не раз менялся подход к решению проблемы. Переписка представляет из себя запечатлённую бурную деятельность со всеми движениями чудесных мыслей, зашифрованных в чиновничьи благоречья.
И вообще, люблю Я когда часть работы берёт на себя начальник. Это тебе, это ему, это вон тому, а вот этим, самым трудным, так и быть, займусь сам… Стоп, а где вот это, это и это? Дайте мне то, принесите это… Срочно! Что за хрень?! Начальник, выполняющий «самостоятельно» работу, это целая проблема для подчиненного. Он как гость на кухне: «А где у вас нож, а как включить плиту?..
Случай с пресс-секретарём
По коридору к нам прибежала любимая пресс-секретарь (ну эта, знаете, в школьной юбке) и попросила проверить доклад, который она готовит для публичного выступления губернатора.
С чего вдруг? Что за ход? Перестраховка, или хитрый манёвр?
Скептически разглядываю и с безразличием говорю:
– Вроде так. Наш отдел Вам всё необходимое направил, материал был точный и выхолощенный. Цифры не переврали? – значит всё Ok.
Параллельно замечаю про себя, что написано из рук вон как попало. Такое не пройдёт наверх. Будет 9 000 вопросов, но лучше сейчас ей об этом не говорить, иначе придётся запрягаться самому. Здесь не место для демонстрации своих способностей.
Секретарь не уходит и просит взглянуть на тексты ещё одного коллегу, заседающего в соседнем углу, под картой с флажками. Он пока ещё не освоился в наших местах и многого не понимает. Коллега смело начинает высказываться по некоторым блокам, оперирует цифрами; у него залихватский настрой красивая шевелюра и поэтичный взгляд. Самое то…
– Ты поправь, как считаешь нужным, – говорит дама. Милая улыбка, разворот на носке… грациозно ушла, откинув кисть руки, в виде винглета на крыле самолёта.
Так и знал – ловушка захлопнулась. Сейчас он поправит текст, дальше пойдёт показывать его руководству и впутается в «дело» серьёзно и надолго.
Бедный дурак)
Шли дни, доклад, благодаря вот такому энтузиазму, готовило уже НАШЕ управление, а не пресс-секретарь. Абзацы, строки и слова переставляли местами, пока дни не спрессовались в героические 1,5 месяца. Это было очень круто.
Я уже писал про синдром пятёрочника в органах власти, про тысячу и одно исправление каждой мелкой ерунды тоже замечал. Осторожность на грани трусости проявляется в каждой мелочи, а доклад такого уровня – просто плацдарм для самовыражения. Его коллега продолжал править даже после того, как им уже воспользовался сам Губернатор на телевидении.
СМИ трубят, а автор текста сидит и перефразирует один момент.
Дело в том, что гуру-трибун допустил ляпус из-за того, что понял наспех прочитанное не верно. Вдруг одумается и учинит разбор полётов?.. Желательно успеть зачиститься – переложить строки на иной лад задним числом. Быстрей, быстрей, быстрей…
Случай с коллегой из соседнего региона
Ко мне обратился специалист из такого же как у нас департамента, только соседней области. Как-то она, – а это была девушка, – нашла мою электронку и написала свой вопрос. С того всё и началось.
Через наши соседствующие области проходит один транспортный коридор. Каждый участок его принадлежит тому муниципалитету, в котором он находится. Маршрут состоит из множества дорог, поэтому у него нет ни единого названия, ни хозяина, – такое бывает.
В федеральное правительство попала жалоба, что по дороге с обширным названием от юга до севера невозможно ехать. Конкретизации никакой не было, поэтому наши коллеги из столицы автоматически переадресовали обращение по компетенции в обе области с пометкой: «Рассмотрите. Проинформируйте нас в копии». В таких случаях предполагается, что каждый регион должен ответить заявителю в своей части. Региональное правительство также, как и федеральное самостоятельно не работает с документами, а отписывает их на рассмотрение профильным органам власти.
Всё б оно замечательно, но есть некоторая тонкость при работе с обращениями, имеющими статус «из правительства!» и тем более пометку об уведомлении «верхов» в копии. Обычно, если такое приходит на исполнение, то переадресовывать куда-то ниже – нельзя. Мы уже привыкли к такому негласному правилу. Распластайся, но сделай сам. Если объект чужой, то запроси информацию, обработай и ответь на человеческом языке от своего департаментского лица. Считается, что муниципальная власть недостаточно корректна и своей грубостью может дискредитировать областную власть в глазах федерального правительства.
И вот жалоба у меня на рассмотрении. Отвечать Я буду на основании тех данных, которые предоставят собственники участков дороги – например, входящие в нашу область Голоступинский и Тимерзяновский районы. Я жду, пока наши добрые муниципальные образования по-хозяйски рассмотрят у себя жалобу по этому вопросу и дадут хоть что-то. Срок у меня ещё не горит, время есть: целых 2 недели впереди. За эти две недели можно получить данные, огорчится, уточнить, что не ясно и устроить скандал. Вариантов масса, бюрократия широка.
Вернусь к своей коллеге.
Мне её электронное сообщение как-то сразу не понравилось своей деловой наглостью и резкостью. Можно подумать, что Я у неё беспрекословный подчиненный, с которым самодурство вообще в норме.
«У нас общая жалоба. Пришлите мне Ваш ответ». Ни здрасте, ни до свидания – вынь да положи…
С чего бы вдруг? Если по-человечески, так надо бы объяснить причину подката, узнать готов ли у меня ответ, не затруднит ли меня «дать списать» и далее в этом роде…
По чиновничьему принципу не обижаюсь на напор. Без всякой лирики, отвечаю по существу:
– Вынужден разочаровать в ожиданиях на мой счёт. Ответ ещё не готовил т.к. срок не подошел. Вопрос не наш, поэтому жду информацию от балансодержателей участков дорог.
На этом начинается атака. Агрессия оппонента чувствуется даже через печатный текст. Вопросы сыпятся не дожидаясь моих ответов. Одно да потому. Я даже усомнился, что это специалист профильного департамента. Может пьяный гражданин?
Не стал лезть в дебри и учить работать. Пояснять ничего тоже не стал: судя по потоку вопросов, это станет мне боком. Тогда раздался звонок. С издевательским пренебрежительным произношением моих инициалов был задал волнующий вопрос. Таким тоном ко мне обращался только трудовик в школе, который имел личную неприязнь ко всему моему роду. С детства помню это начало экзекуции, где вводным словом были мои ФИО именно вот таким же тоном. Учитель труда прямо упивался своей властью надо мной. Отыгрывался…
Вида, конечно, Я не подал: это не профессионально. С прохладцей поздоровался в свою очередь, применил для диалога «речевой пакет»20.
Сколько желчи же в вопросе звонившего, будто не коллега по цеху звонит, а обманутый дольщик. Проверил на всякий случай электронку, по которой приходил вопрос; нет, всё складно – домéн административный, можно не сомневаться.
– Давайте без эмоций и наездов, попросил тётю. – Коротко, тезисно и по существу… Мы ж специалисты…
Похоже, это её распалило ещё больше.
– Вы понимаете! Вы! Это же вон что! Да как вы смеете?!
– Я всё понимаю, поэтому работаю чётко, последовательно и по регламенту. Есть чёткие указания высшей инстанции, есть резолюция (решение начальника) с прописанными сроками исполнения. Я должен ответить за свои дела через 2 недели ЗАЯВИТЕЛЮ. Заявителю, и только! – понимаете? Может Вы с чем-то из этого не согласны?
В ответ опять история про «Белого бычка», про мою безответственность и разброд в органах власти.
Лучше не ввязываться в перепалку, но судя по нажиму, без этого никак.
– Уточните вопрос, пожалуйста…
– Вы не работали по этой жалобе, что ли?
– Смотря что считать работой. Задача находится на рассмотрении у меня и ещё у муниципальной власти. Каждый документ – это процедура. Мы (область) работаем.
– Что вы конкретно предприняли по возникшей проблеме? – продолжается допрос.
– Хм, – замешкался Я на секунду, и понёсся: – В нашем офисе, – сообщил Я вполне серьёзно, – был организован оперативный штаб. Я несколько раз одевал войлочные бурки, тёплые штаны и свою любимую ушаночку – войсковая, знаете такая? Ходил по дороге несколько раз до границы и переживал. Многие из управления, кстати, мне сочувствовали…
Что-то глубоко внутри подсказывает, что если б это звонил профессионал, то он не стал бы требовать так настойчиво реальных действий, не плёл мне сентиментальную чушь, а тупо попросил текст письма (с подписью и регистрацией). «Свой» здесь без подсказок понимает, что о решении проблемы не следует заводить и речи: вопрос всегда сводится только к формальному «прикрытию задниц». Демагогии между специалистами не приняты.