Муж на отпуск

Пролог. Перед поездкой

Начало этой истории не предвещало чудес, и вообще ситуация на тот момент сложилась не сказочная. Я пыталась разобраться в себе после развода и ожидала неприятностей по работе – вплоть до увольнения.

– Всё-таки в отпуск собралась?

Шеф, а по совместительству – друг моего бывшего мужа, скептически посмотрел на лежащее перед ним заявление.

– Собралась, Андрей Евгеньевич, – спокойно ответила я.

– Море, солнце, курортные романы? – хмыкнул он.

– Море и солнце – обязательно. А курортный роман – это не ко мне.

Я невольно поморщилась. Никогда не понимала случайных связей на несколько дней. Зато мой бывший супруг, как выяснилось, их очень даже понимал и всячески поддерживал.

Андрей Евгеньевич взглянул на плотно закрытую дверь. Я еле сдержала улыбку. Секретарь шефа – его супруга Алевтина – имеет привычку подслушивать под дверью, особенно когда к Андрею Евгеньевичу заходит более-менее симпатичная сотрудница моложе шестидесяти лет.

– Ася, на отдыхе подумай насчёт Мишки, – шеф понизил голос. – Хорошая семья была, не руби сплеча. Он ведь тебя вернуть хочет. Проучила мужа, теперь можно и простить. Мужчины, когда им за сорок, часто делают глупости. Как говорят, седина в бороду… Перебесится лет через пять, – лицо Андрея Евгеньевича выразило сомнение. – Или через десять. Ты же умная девушка, будь терпеливее. Мишка всё в дом несёт, не пьёт, зарабатывает неплохо, на работу эту, кстати, он же тебя и пристроил…

– От семейной жизни регулярно отдыхает, – подхватила я, подстраиваясь под задушевный тон шефа. – Путается с кем попало. А дома жена ждёт, на пятнадцать лет моложе него. Квартира убрана, холодильник забит, пироги на столе. Чем плохо? Всё для Миши.

– Ася, ты прекрасная жена, замечательная хозяйка, и пироги у тебя потрясающие, – продолжил Андрей Евгеньевич. – Ты сейчас обижена, это ясное дело. Но попробуй посмотреть на вещи с другой стороны. Мишка – он человек искусства. Он прекрасно к тебе относится, ты для Миши – семья, можно сказать, вторая половинка, но ему как оперному певцу иногда нужно менять муз, испытывать новые яркие чувства…

– Так пусть меняет хоть каждый день, я не против, – я не сдержала нервный смешок, слишком хорошо помнились телефонные разговоры с одной из «муз» моего бывшего супруга. – А я для себя проживу – для разнообразия. Кстати, Андрей Евгеньевич, я, как приеду с моря, верну свою фамилию. Так вы мне сразу скажите, какое заявление писать – о смене фамилии или об увольнении.

– Что за вопрос, Кольцовская? О смене, естественно, – ворчливо ответил шеф. – Такими работниками не разбрасываются. Речь сейчас не о том. Ты вот говоришь, для себя поживу. Думаешь, так хорошо одной жить?

– Попробую – узнаю.

До своих двадцати семи лет я действительно не пробовала хотя бы год пожить одна и для себя. В восемнадцать вышла замуж за Лёнечку – красивого мальчика на два года старше меня. Как выяснилось, типичного маменькиного сынка. Его маман хотела иметь в доме служанку, и покорный сын быстро нашёл подходящую девушку. Каким образом я умудрилась закончить колледж – до сих пор сама не знаю. Но как только речь зашла о высшем образовании, свекровь встала на дыбы.

– Зачем тебе это? Будешь ещё на институт деньги тратить! Учебники, тетрадки, столовки студенческие! При муже сидеть надо, а не за партой. И зарплата у тебя потом будет – слёзы! Молодым на рынке больше заплатят, или хочешь – в пекарню тебя пристрою…

Лёнечка невнятно бормотал, что мама всегда права. Я же представляла совсем иное будущее, и постоянная работа на рынке или в пекарне в мои планы не входила. В итоге мой первый муж остался с мамой, а я поступила в институт и переехала в студенческое общежитие.

Ощутить себя свободной удалось совсем ненадолго. Меня как симпатичную первокурсницу отправили встречать с цветами и сопровождать по зданию оперного певца Михаила Кольцовского – почётного гостя, выступавшего на юбилее института. Народный артист, заслуженный артист, «золотой голос России» через пять минут предложил называть его просто Мишей. С празднования сопровождал меня уже он – подвёз на своей машине до общежития. По дороге Миша то пел, то расточал комплименты. Между делом он сообщил, что в разводе, а когда мы остановились у двери общежития – предложил встретиться.

Ухаживал Миша красиво – с цветами, конфетами, ресторанами и билетами в театр. Через два месяца я переехала к Кольцовскому, а через полгода после знакомства мы поженились. Миша ещё до свадьбы предупредил, что хочет пожить для себя, и дети в его планы пока что не входят. «Пока что» растянулось на семь лет.

– Асёнок, ты же понимаешь, у меня такая работа, я постоянно эмоционально выкладываюсь, – говорил он. – Мне будет тяжело слушать крики, визги. Младенцы часто не спят по ночам, а мне надо хорошо высыпаться…

В итоге, с одной из своих «муз» Миша настолько эмоционально выложился, что дама пожелала поделиться со мной радостью. Любовница мужа принялась названивать мне на домашний телефон с подробными описаниями интимных встреч с Мишей. Я не увлекаюсь эротическими романами, да и любовными тоже, предпочитаю классику и детективы. Сравнивать не с чем, но подозреваю, что восторженная дамочка могла бы написать настоящий эротический бестселлер, так ярко и красочно она повествовала о своих ощущениях.

– О, он набросился на меня прямо в коридоре, наш необузданный дикарь. Сорвал с меня пеньюар, который не скрывал ни одной детали и подчёркивал все изгибы моего тела…

– Прозрачный и в обтяжку, – хмуро подсказала я.

Говорила спокойно: звонила эта мадам не в первый раз. Миша уехал с театром на гастроли на месяц и, как всегда, категорически отказался брать меня с собой.

– Ни в коем случае! Мы не станем тратить твой отпуск на гостиницы и переезды, – заявил он. – Асёнок, давай лучше поедем летом на море. Представляешь, какая красота – только ты и я.

Подозреваю, что мой отпуск был лишь отговоркой. Главная причина: при мне у Миши вряд ли получилось бы порадовать новых «муз», а таланту нужны эмоции.

Звонки с пикантными описаниями начались через два дня после отъезда Кольцовского. Его любовница решила, что «наш дикарь» от неё прячется. Во всяком случае, дама упорно требовала Мишу к телефону. «Муза» хотела получить доказательство, что Кольцовский её не обманывает и действительно уехал на гастроли. Я под настроение то бросала трубку, то зачем-то слушала безумную женщину и её оды какой-нибудь родинке на теле моего мужа. Я не преувеличиваю, действительно оды – в стихах.

– Я так вас себе и представляла: прозаической и приземленной, – чирикала дамочка. – Мише нужна именно такая супруга и хорошо налаженный быт.

– А вы как же? – без особого интереса спросила я. – Ко мне не ревнуете?

– Что вы! Я не смогла бы так о нём заботиться! У вас пироги, выглаженные рубашки, вовремя оплаченные счета. Я – для вдохновения, для любви. Если сравнивать с музыкой, то вы – строгая форма, например, фуга, а я – творческое начало, импровизация, экспромт…

– Листок из альбома, – любезно подсказала я.

Впервые за семь лет Миша вернулся в неубранную квартиру. Холодильник оказался пуст, пироги печь было некому. Я сняла скромную однушку, забрала свою машину и подала на развод. Миша заявил, что так просто не сдастся. Два-три раза в неделю «золотой голос России» пел под моими окнами серенады, в итоге его знал весь двор – и меня тоже. Как «ту, которой по ночам так душевно песни поют». Все бабушки на лавочке у подъезда вскоре оказались в курсе ситуации и каждый день интересовались, будет ли сегодня петь Кольцовский и не собираюсь ли я к нему вернуться.

Получив свидетельство о разводе, я вздохнула спокойно. К счастью, судья-женщина, выслушав мой рассказ о Мишиной «музе», не стала затягивать с расторжением нашего брака. Теперь пора и отдохнуть от Кольцовского и его серенад на одном из гостеприимных курортов Краснодарского края.

Путёвку я покупала перед Мишиным отъездом, когда наш брак казался нерушимым. Я хотела сделать мужу сюрприз, подстраивалась под его отпуск. Однако отдыхать в двухместном номере мне теперь предстояло одной.

Глава 1. День первый

В санаторий я приехала на своей машине точно ко времени заселения. Номер порадовал – достаточно просторный, с окнами во всю стену. Кровать большая, двуспальная, в меру твёрдая – как я люблю – и не скрипит. Из окон открывается вид на жёлтый песок и синее море. На балконе стоят столик и два стула. Можно будет в самую жару или поздними вечерами сидеть здесь на свежем воздухе, пить сок, а может и что-нибудь покрепче, и любоваться песчаным пляжем. Народу загорает немного – частная территория, как и обещали в агентстве.

Мише здесь понравилось бы, он терпеть не может большого скопления людей, особенно на общегородских пляжах. Я вздохнула. Пора отвыкать от мыслей о Кольцовским. Я ещё не осознала до конца, что снова оказалась в разводе и по привычке продолжаю думать о вкусах и интересах бывшего мужа.

Большая часть дня прошла под навесом в шезлонге на пляже. В столовой за столиком я обедала одна, и это меня полностью устраивало. Вокруг были, в основном, пары и семьи с детьми. Кроме них я заметила за тремя столами девушек-подружек. По соседству со мной устроилась «классическая» пара – мама и взрослый сын, причём энергичная мамаша сильно напоминала мою первую свекровь. Наверняка поехала с парнем, чтобы он постоянно был под контролем. А то вдруг заведёт курортный роман или, хуже того, серьёзные отношения с неподходящей, по мнению мамы, девушкой.

Я вздохнула с облегчением. Отдых обещает быть спокойным. Искателей приключений поблизости не видно, все мужчины заняты своими дамами, и ухаживать за мной здесь некому. Кормят в санатории не хуже, чем я готовлю. Это тоже радует. Я с удовольствием уплела курицу с рисом и курагой и снова отправилась на пляж.

Мечты сбываются! Я лежала под навесом и читала одну из купленных перед отъездом книг – детективные рассказы Честертона об отце Брауне. С общего пляжа доносились усиленные микрофонами вопли зазывал, приглашающих курортников покататься на банане, полетать на парашюте и отправиться на яхте в открытое море. Как же здесь хорошо! Море, песок, у каждого человека своя компания, никто пока что не ищет знакомств. Нет громогласных зазывал, за несколько часов на пляже ненадолго появился всего один фотограф с обезьянкой, удавом и попугаем. Ему только слоненка не хватает для набора из старого мультика «Тридцать восемь попугаев». А вот продавцы часто проходят мимо с едой, и это тоже хорошо. Я купила стаканчик варёных креветок и наконец ощутила, что я провожу отпуск на море. Хорошо, что решила сюда поехать. Не пропадать же путёвке!

Вода оказалась чистой и тёплой как воздух. На мелководье резвились дети – кто в ярком резиновом круге, кто в нарукавниках. Чуть дальше плескались большинство взрослых отдыхающих. Я заплыла к буйкам, туда, где никого не было. Никогда не понимала людей, которые жалуются на одиночество. Я одиночеством наслаждаюсь – это время привести в порядок мысли и чувства. Можно позаботиться о внешности и физической форме, научиться чему-то новому, спокойно почитать хорошую книгу или посмотреть интересный фильм, не подстраиваясь ни под чьи вкусы.

Мне не приходилось раньше отдыхать одной, начало отпуска казалось прекрасным. Я представила, как после завтрака буду ходить на пляж, потом – в самую жару – смотреть красивое кино с планшета или неторопливо читать рассказы Честертона. К вечеру можно прогуливаться по набережной или заниматься в номере гимнастикой цигун. После ужина – снова пляж. Время перед сном хорошо бы проводить на балконе со стаканом сока, реже – с бокалом вина, закусывая пиццей или морепродуктами. Ещё можно съездить на какие-нибудь экскурсии, я видела, что у ворот санатория продавались билеты. Водопады, святые места, поездка по горам на джипах… Если вдруг заскучаю, всегда могу что-нибудь выбрать.

Я вновь устроилась на лежаке и уткнулась в книгу. На страницу почти сразу упала тень.

– Девушка, вы отдыхаете одна? – громогласно вопросили над головой.

Я нехотя подняла взгляд. Надо мной стояла женщина, приехавшая с сыном, – блондинка энергичного вида, со стильной стрижкой, в агрессивно-красном купальнике. Сынуля – скромняга лет двадцати пяти – маячил за её спиной с таким видом, словно хотел исчезнуть.

Скрывать очевидное было бессмысленно.

– Да, – нехотя ответила я.

– Так, может, составите нам компанию? Меня зовут Ирина Павловна, а это – Иванушка, – несчастного скромнягу почти силой подтолкнули ко мне. – Нечасто встретишь на курорте серьёзную девушку. Как вас зовут?

Только этого не хватало! У меня нет ни малейшего желания провести отпуск, постоянно общаясь с чужими людьми. Ответ родился тут же. Я скромно улыбнулась.

– Ася. К сожалению, не получится. У меня очень ревнивый муж, он не поймёт, если я буду проводить время с таким симпатичным молодым человеком, даже в вашем присутствии. Муж не смог со мной поехать, но при первой возможности сюда подъедет.

– Как жаль, – вздохнула дама. – Иванушка, подожди меня там, я сейчас приду.

Покорный сынуля потрусил в сторону расстеленного на песке коврика. Ирина Павловна наклонилась ко мне и заговорщически прошептала:

– Асенька, а подруг у вас тут серьёзных нет? Так хотелось бы, чтобы Ваня познакомился с хорошей девочкой.

– Нет, я здесь одна. На курорте вряд ли возможно что-то серьёзное, – заметила я. – Люди приезжают из разных городов, а после отдыха возвращаются домой.

– Не скажите, Асенька, всё бывает, – Ирина Павловна обвела пляж внимательным взглядом опытного охотника. – По святым местам, что ли, экскурсию взять? Туда обычно ездят хорошие девочки.

Я мысленно посочувствовала Иванушке. Спокойно плавать и загорать ему не дадут.

На ужин я пришла в прекрасном настроении и, к своему удивлению, обнаружила на столике запотевшую бутылку шампанского, нарезку из фруктов, рыбу в соусе и салат из разнообразных морских обитателей. Симпатичный парнишка-официант ждал у столика и галантно отодвинул для меня стул. Я в растерянности огляделась. У всех на столах кашка и компот из сухофруктов. С какой стати меня так выделили?

– Поздравляем вас… – официант слегка поклонился.

– Это какая-то ошибка, – перебила я. – Я ничего не праздную.

– Поздравляем вас с приездом, – официант расцвел в улыбке. – Ася Алексеевна, праздничный ужин для вас оплачен, никакой ошибки.

Парень профессионально открыл бутылку шампанского – аккуратно, без хлопка – и наполнил бокал. Видимо, праздничный ужин входил в стоимость путёвки. Приятный сюрприз. Я пригубила шампанское, прохладные пузырьки приятно защекотали горло. Нежнейшее филе рыбы и салат прекрасно сочетались с пенным напитком, но лучшей закуской оказался нарезанный апельсин. Я и не заметила, как выпила всю бутылку. Редко позволяю себе такое, обычно на праздниках растягиваю бокал вина на весь вечер. Впрочем, почему бы и не расслабиться немного в отпуске с хорошим спиртным и вкусной едой?

В номере я с удовольствием посмотрела первые четыре серии недавно снятой «Ярмарки тщеславия». Поначалу немного резала слух откровенно современная музыка, но вскоре я к ней привыкла и начала воспринимать как должное. Красочный фильм нравился мне с каждой серией всё больше.

Около полуночи я выключила планшет. Досмотрю завтра.

Мобильник с отключенным звуком показывал семь пропущенных звонков от Миши и один – от Лёнечки. Первому-то супругу что от меня понадобилось? Ладно, захочет – перезвонит. Надо будет с утра созвониться с родителями, рассказать о разводе. Не знаю, зачем я тянула с этой новостью. Они живут в Германии, Мишу почти не знают, и вряд ли сильно расстроятся. Наверняка будут предлагать переехать к ним, раз я опять свободна.

Я переоделась в невесомую коротенькую ночнушку. Балконную дверь надо закрыть, а вот окно с противомоскитной сеткой лучше оставить нараспашку. Шампанское до сих пор приятно кружило голову, обещая крепкий сон. Издали доносилась музыка – у многих ночная жизнь в самом разгаре. Курортные дискотеки, кафешки, романтические купания под луной…

Последней связной мыслью было: а я никогда не купалась с Мишей под луной. Он слишком бережет голос, чтобы позволить себе бодрствовать ночами. А уж окунуться в прохладную воду Кольцовский ни за что не рискнул бы. Надо же, я вообще никогда не была ночью у моря. Надо когда-нибудь это исправить.

Глава 2. День второй

Сквозь сон я услышала, как хлопнула дверь. Сквозняк, что ли? Неужели я забыла закрыться на ночь в номере? Я разомкнула веки и тут же проснулась окончательно. К кровати приближался небритый мужчина лет тридцати в шортах и майке и с подносом в руках. На подносе стояли две чашечки и тарелка с гренками. В номере запахло свежесваренным кофе.

Это ещё что такое?! Я резко села. Незваный гость уставился на меня с откровенным мужским интересом. Одета я не для общения с вломившимся в номер незнакомцем: прозрачная ночнушка с кружавчиками скорее подчёркивает, чем скрывает все подробности фигуры. Я машинально прикрылась до плеч покрывалом. Незваному гостю повезло, спросонья я даже не подумала, что можно поднять шум. Мужик нежно улыбнулся и подошёл совсем близко – почти на расстояние вытянутой руки.

– Доброе утро, любимая. Кофе в постель! – приятным голосом произнёс он.

– Вы кто? – ледяным тоном спросила я.

Лицо мужчины слегка вытянулось, в глазах промелькнуло удивление. Я сверлила «поклонника» недобрым взглядом.

– Что с тобой, солнышко? – он аккуратно пристроил поднос на тумбочку.

Хорошо, что не в постель. Я не уверена, что удержалась бы от соблазна запустить в наглого незнакомца тарелкой с гренками. А может, и кофейной чашкой, если бы гость решил перейти к более активному ухаживанию. Странный тип! Вломился в номер к незнакомой женщине и ведёт себя так, будто ему тут самое место.

– Мне вызвать полицию? – резко спросила я. – Или уйдёте по-хорошему? Я знакомств не ищу, вас не знаю и не хочу с вами общаться.

– Ну у тебя и юмор, Асенька! – небритый субъект весело рассмеялся. – Так правдоподобно играешь – хоть на сцену выпускай! Понимаю, ты знакомств не ищешь, но давай всё же познакомимся. Позволь представиться, – он галантно поклонился. – Твой муж, собственной персоной.

Я скептически посмотрела на незваного гостя. Он безобидный местный сумасшедший или глупо шутит? Вчера я вроде не видела этого мужчину ни на пляже, ни в столовой. Откуда он вообще взялся?

– Вчера мы поженились. Я не смог сразу поехать с тобой сюда, но оплатил праздничный ужин, – паясничал странный человек. – Понимаю, ты обиделась, что я пропустил нашу первую брачную ночь, но мы ведь обо всём заранее договаривались. Я предупреждал, что приеду, как только смогу. Прилетел сюда ночью на крыльях любви, а супруга спит. Я не стал тебя будить, пристроился потихоньку рядом, с утра хотел сделать приятный сюрприз, принёс завтрак в постель – а меня не узнают. Вот, пожалуйста, – он извлёк из кармана шорт паспорт.

Страницу «Семейное положение» незваный гость поднёс к моему лицу так близко, что я еле сдержалась, чтобы не оттолкнуть документ.

– Послушайте, меня не интересует ваш паспорт… – раздражённо начала я.

Небритый тип широко улыбался. Я осеклась и пристально посмотрела на штамп. Брак был зарегистрирован вчера в этом городе с моей полной тёзкой – Кольцовской Асей Алексеевной.

– Если это шутка, то очень неудачная, – рявкнула я.

В глазах незнакомца мелькнуло ехидное выражение. Моя рука сама собой потянулась к сумке на соседней тумбочке. Пора прекратить балаган и выставить незваного гостя за дверь вместе с завтраком!

Паспорт был на месте. Я быстро пролистнула страницы. Штамп о браке, штамп о разводе… А это ещё что? Зарегистрирован брак с Петровым Максимом Юрьевичем?!

– Максим Юрьевич – это, я так понимаю, ты? – прошипела я.

– Ну вот, вспомнила, дорогая?

«Муж» попытался меня обнять. Это он зря сделал: я даже не поняла, как заехала обнаглевшему типу ногой в живот. Инстинкт сработал: не зря же я на курсы самообороны ходила и в форме себя постоянно поддерживаю. Тип согнулся, его зубы отчётливо скрежетнули. Я соскочила с другой стороны гигантской кровати и схватила телефон.

– Ты куда звонить собралась, ненормальная? – с гримасой боли выдохнул мужчина, опираясь руками о кровать.

– В полицию! – рявкнула я. – Пусть разбираются, откуда в моем паспорте эта печать и кто ты такой!

Он пощелкивал пальцами около живота, пытаясь отдышаться. Когда заговорил, его голос прозвучал уже нормально.

– Подожди. Я тебе всё объясню, а дальше решай сама – стоит звонить в полицию или нет, – небритый субъект присел на кровать. – Давай заодно кофе выпьем, что ли?

Я натянула на ночнушку широкое лёгкое платье, в котором ходила вчера на пляж.

– Пить я с тобой ничего не собираюсь. Давай объясняй, что происходит и зачем тебе эта афера!

– Ладно, – «муж» вздохнул поглубже. – Мне нужно поработать здесь под прикрытием. Я – маг, служу в Магическом Контроле…

– А теперь серьёзно, – раздражённо перебила я. – Без сказок о работе под прикрытием и волшебниках.

– Что же я могу поделать, если я действительно маг? – небритый тип улыбнулся и развёл руками.

Я заметила, что улыбка делает его гораздо симпатичнее.

– Вот, смотри.

«Муж» повернулся в сторону небольшого растения на подоконнике и протянул руку. Листья зашевелились, словно их колебал ветер, а затем цветок на глазах начал расти. Я поморгала. Нет, не кажется, растение вытягивалось вверх и вширь сантиметр за сантиметром. Я, затаив дыхание, наблюдала, как за какую-то минуту оно вытянулось сантиметров на пятнадцать и покрылось бутонами, а затем они распустились, превращаясь в розовые цветы.

– Теперь веришь? – Максим опустил руку.

У меня хватило сил только на слабый кивок. Того, что показывал гость, не могло быть, но цветы доказывали: не привиделось. Я потрогала лепестки – толстые, шершавые, вполне реальные.

– Ну и хорошо, – с облегчением сказал маг. – Так вот, мне нужно найти человека, который украл важный артефакт. Я точно знаю, что вор находится в санатории. Тот, кого я ищу, – магически одарённый, и тут же обратит на меня внимание, если буду ходить один. Но когда я нахожусь рядом с обычным человеком, магическую энергию от меня сложнее почувствовать. Лучше всего, если меня сочтут семейным. Так получилось, что ты – единственная из отдыхающих, кто подошёл на роль моей жены. Я создал иллюзию с документами. Меня уверили, что в твоё сознание вчера во время ужина внедрили ложные воспоминания. Магия почему-то не подействовала, – он обескураженно развёл руками. – У тебя редкостная способность к сопротивлению, случай один на несколько десятков тысяч. Вероятность встречи мага и такого человека, как ты, почти равна нулю, такие варианты обычно даже не рассматриваются при работе под прикрытием.

То есть я должна была признать мужа в небритом субъекте? Брр, хорошо, что у меня редкая способность к сопротивлению.

– И какие же воспоминания мне внедряли? – сухо уточнила я.

Ответ был предсказуемый и совершенно возмутительный.

– Ты должна была воспринимать меня как своего мужа. А потом, перед отъездом, тебе почистили бы память…

– Хочешь сказать, если бы магия подействовала, ты бы под видом медового месяца весь отпуск кувыркался со мной в постели? – я машинально замахнулась сумочкой.

Максим вскочил так, чтобы нас разделяла кровать.

– Вообще-то я здесь не за этим, – сдержанно ответил он. – Хотя, если по взаимному желанию, не отказался бы. Ты очень привлекательная.

– В общем, ложные воспоминания не внедрились, план провалился, и мужем я тебя признавать не собираюсь, – еле сдерживая ярость, подытожила я. – Теперь ты можешь убираться отсюда – желательно как можно дальше от меня. Только сначала приведи мой паспорт в порядок.

– Не могу я убраться, – невозмутимо возразил Максим. – Я здесь на работе, и мне надо найти артефакт. Хочешь – не хочешь, а я буду играть роль твоего супруга. В полицию обращаться не советую: иллюзия наведена мощно, недели на две-три хватит. На тебя магия не действует, но с твоим паспортом, как видишь, сработала. По документам я тебе – муж, в загсе найдут соответствующую запись и даже выпишут свидетельство о браке. Если понадобится, – подчеркнул он. – Я собираюсь обойтись без этого. А что, собственно, тебя не устраивает?

Ничего себе вопрос! Меня не устраивало всё.

– Я приехала спокойно отдохнуть в одиночестве. Читать книги, смотреть фильмы, плавать в море, – резко ответила я. – Ты в эти планы не вписываешься.

– А завести курортный роман ты не хотела? – прищурился Максим. – Раз так получилось, мы могли бы неплохо провести время. Между прочим, у нас с тобой идеальная совместимость, девяносто пять процентов. Так магический прибор показал, – поспешно добавил он, встретив мой озверевший взгляд.