- -
- 100%
- +
Глава 1
В тот вечер моя жизнь разделилась на две части – «до» и «после». В части «до» всё казалось простым и понятным, там была лучшая подруга Ленка, большие планы и надежды, был Миша, в которого я была влюблена до безумия. Хотя, может, мне просто казалось, что всё это было в моей жизни?
Всё началось со звонка. Обычного телефонного звонка от Миши.
– Верунь, ты дома? Можно я подъеду?
Ему можно было подъехать всегда, в любое время дня и ночи. Неужели он мог этого не видеть? Впрочем, конечно же, Миша всё видел и понимал гораздо лучше, чем я. Странные у нас были отношения. То ли встречались, то ли нет, общались в компаниях, иногда ходили за ручку, обменивались картинками «С добрым утром» и «Спокойной ночи», смайликами и прочей ни к чему не обязывающей ерундой. И я каждый день ждала, когда Миша позовёт меня на свидание. Весь второй курс прождала, и вот, наконец, на сессии… Я боялась продолжить, боялась сглазить. Но не к экзамену же по философии он собирается вместе со мной готовиться, на ночь глядя?
– Минут через сорок, хорошо? – спросил Миша.
Да, да, да! Я кинулась срочно приводить себя в порядок. С маникюром и педикюром все хорошо – они свежие и выглядят прилично. Бесформенный пучок светлых волос я распустила, и теперь они окутывали мои плечи, спускались к талии. Миша как-то говорил, что ему нравятся у девушек длинные волосы. Макияж, духи, платье… Выбрать платье было особенно сложно. А когда был нужен совет, я обычно звонила Ленке. Весёлой рыжей Ленке, от которой у меня ещё со школы не было секретов. Вот и теперь я набрала её номер.
– Да, Верунь, – весело отозвалась подруга.
– Мне Миша звонил, спросил, можно ли приехать, – выпалила я.
– Наконец-то созрел! Ну а ты что? – хмыкнула она.
– Сама как думаешь? – я рассмеялась. – Лен, как мне одеться? Он будет минут через двадцать…
– Так, чтобы тебя хотелось раздеть, – не задумываясь, посоветовала Ленка. – У тебя платьице красное на молнии есть, вот его и надевай. И выглядит привлекательно, и снять его можно за несколько секунд. Да, и белье приличное не забудь, чтобы верх с низом сочетались.
– Думаешь, прям сегодня до этого дойдёт? – с сомнением спросила я.
– А ты думаешь, Мишка к тебе едет о сессии поговорить? – Ленка хихикнула. – Красивая девушка, да ещё квартира свободна, а ты теряешься!
Да, квартира действительно свободна на всё лето. Отчим отбыл в долгую рабочую поездку, и мама поехала с ним. А я сдаю сессию на факультете биологии и очень хочу найти в этом году подработку по специальности.
Ленка права – я действительно теряюсь. Мечтаю, чтобы моим первым мужчиной стал Миша, но почему-то никак не пытаюсь подтолкнуть события, повернуть их в нужную сторону. Я просто жду, когда всё случится само собой. В тот миг мне показалось: дождалась! Сейчас Миша приедет с цветами и скажет, что любит меня.
Миша появился через сорок пять минут – без цветов, хмурый, напряжённый и на романтику совершенно не настроенный. Я в первый раз его таким увидела: без шальных огоньков в глазах, с потухшим взглядом.
– Привет, Вер, – его голос прозвучал сдавленно. – Ты извини, не знаю, к кому ещё обратиться. Можно сказать, ты – последняя надежда… В общем, расскажу все, как есть. Я попал на деньги, очень сильно, взял у серьёзных людей, думал, перекручусь и успею…
Мне стало страшно. Казалось, вместо Миши пришёл незнакомец. Не может быть у моего жизнерадостного однокурсника такого бледного лица и срывающегося нерешительного голоса. Миша всегда уверен в себе, он знает, чего хочет, и получает то, что ему нужно.
– Мне надо отдать… – продолжал он.
Сумма была совсем не для студента. Да и далеко не у всех работающих людей есть такие сбережения.
– Может быть, у тебя найдётся?.. – Миша осекся. – То есть, может, твои родители оставили перед отъездом?.. Я верну. Перекручусь как-нибудь и обязательно всё отдам!
– У меня нет таких денег, – выдохнула я. – Правда, нет. Разве нельзя попросить у этих людей отсрочку?
– Вер, они не знают, что такое отсрочка, – Миша глубоко вздохнул. – Я должен вернуть деньги сегодня до полуночи. Если не верну… В лучшем случае, изобьют так, что полжизни лечиться придётся. А в худшем… В общем, неважно, – он махнул рукой. – Это не твои проблемы. Я и не ждал, что ты сможешь чем-то помочь. Так, попрощаться зашёл, на всякий случай.
В висках застучала кровь, отбивая траурный ритм. Попрощаться?! Миша не стал бы преувеличивать опасность. Значит, его действительно могут убить или превратить в инвалида, если он сегодня не найдёт большую сумму. И взять такие деньги Мише, сыну деревенской матери-одиночки, неоткуда, это я хорошо понимаю. Он наверняка уже перепробовал все возможные варианты.
– Но ты же одалживал деньги на что-то, – попыталась я мыслить логически. – Значит, можно отдать серьезным людям эту вещь, как вариант.
– Вер, я брал на бизнес, – Миша скрипнул зубами. – Хотел открыть около института ларёк с блинчиками. Казалось, что все продумал, высчитал все налоги, стартовый капитал, покупку оборудования, зарплату продавцам-блинщицам. Только одного не предвидел: у меня украли эти деньги. Я пытался объяснить, просил отсрочку, но мне сказали, что сегодня – крайний срок. Правда, предложили один вариант, – он невесело рассмеялся. – Их на клубничку потянуло. Взяли бы натурой, если бы я им нашёл сговорчивую девственницу. Только вот невинные девы сейчас редкость, да и кто из них согласился бы, – Миша махнул рукой. – Ладно бы ещё они ей заплатили, может, я бы и нашёл какую-нибудь девчонку, которой нужны деньги… В общем, Вер, я пойду. Лучше, если я сам к ним приеду. Если будут меня искать, точно живым не оставят, а так есть какой-то шанс.
– Слушай, но можно же обратиться в полицию, в конце концов! – возразила я.
– Вер, кто меня там будет слушать? – Миша кисло улыбнулся. – Мне ведь даже не угрожали, всё говорилось намёками. Да и вообще, нету тела – нету дела. А если меня уберут, не факт, что тело останется. Если я исчезну, не вздумай никуда обращаться, и вообще не рассказывай, что я тебе говорил, поняла? – серьёзно и неожиданно напористо заговорил он. – Свидетелей эти люди не любят. Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Ну, все, долгие проводы… – Миша осекся. – Пока, Верунь.
Он повернулся спиной, взялся за ручку двери. Я стряхнула с себя оцепенение и вцепилась в его руку.
– Подожди! Я могу тебе помочь!
Миша резко обернулся, в его глазах зажглись огоньки безумной надежды. Последней надежды.
– Ты знаешь, у кого можно занять деньги?
– Нет, – я глубоко вздохнула. Решиться оказалось легче, чем об этом сказать. – Ты ведь говорил, что они спишут долг, если приведешь девственницу, так?
– Они-то спишут, только где я им её возьму? – взгляд Миши снова потух.
– У меня никого не было, – слова шли с языка с трудом. – И я согласна. Это ведь на одну ночь, до утра, так?
Миша смотрел на меня как на сумасшедшую.
– Вер, это исключено. За кого ты меня принимаешь?
– За человека в трудной ситуации, – быстро заговорила я. – Тебя могут убить, а я этого не хочу, не могу допустить. Миш, я себе не прощу, если с тобой что-то случится!
– Думаешь, я смогу себе простить, если отправлю тебя к ним, как проститутку? – Миша страдальчески поморщился. – Тебя, Верунь… Нет, это невозможно.
– Возможно, – резко сказала я. – Звони им. Я согласна.
Он не слишком долго возражал, но это пришло мне в голову гораздо позже. А в тот момент все мысли были направлены на то, что Мишу надо спасать. Я собиралась уговаривать парня, пока он не согласится на единственный возможный вариант, и он согласился. В тот момент я была только рада, что сопротивление оказалось недолгим.
Миша кому-то позвонил, сказал, что есть девушка, которая готова поехать. И через несколько минут перед подъездом припарковалась машина. Чёрный внедорожник в темноте двора казался диковинным опасным зверем.
– Вера, я никогда этого не забуду, – голос Миши дрогнул. – Позвони мне, слышишь? Обязательно позвони, когда выйдешь оттуда…
Я как во сне шла к автомобилю, чувствуя руку Миши на моем плече. С водительского места вышел навстречу мужчина лет тридцати – холеный, крепкий, бритоголовый, словно созданный, чтобы воплотить образ бандита. Он окинул меня оценивающим взглядом, одобрительно улыбнулся.
– Вполне подойдёт. Точно целка?
Я кивнула. Язык не слушался. Миша убрал руку с моего плеча, и в тот же миг мне стало страшно. Странно, до этого я почти не думала о себе и о том, на что именно согласилась.
Мужчина, которому я доставала до плеча, подошёл вплотную. Я ощутила запах табака и роз. Он молча надел мне на глаза плотную повязку, и эластичная ткань прилегла к голове.
– Садись.
Я почувствовала, как меня аккуратно усаживают в салон автомобиля. Миши не было слышно, я ничего не видела, и мне становилось все больше не по себе. Мои руки завели за спину, и я ощутила, как их скручивают верёвкой. Не сильно, не больно, но так, чтобы не могла развязаться.
– Зачем это? – вырвалось у меня. Голос дрогнул.
– Чтобы не трогала повязку, – чуть насмешливо ответил мужчина.
Рядом со мной хлопнула дверь машины, затем хлопок повторился впереди. Автомобиль тронулся с места.
– Я так и буду в повязке?.. – я еле удержалась, чтобы не спросить о руках.
– Нет, конечно, – мужчина отчётливо хмыкнул. – Приедем – сниму. Тебе ведь неважно, куда именно мы поедем? Сделка честная, мы обо всем договорились.
Я вжалась в сидение. В машине так пахло цветами, как будто кому-то до этого отвезли на ней миллион алых роз. Бритоголовый включил радио, и салон заполнила зажигательная музыка – старый добрый Джо Кокер. Странно, почему-то я думала, что у «серьезных» головорезов вкусы примитивнее. Я вслушивалась в происходящее вокруг, пыталась развеять опутывающий меня паутиной липкий страх. В голове мелькнула мысль: «А ведь ещё, наверное, не поздно отказаться». Эту мысль я отогнала сразу. Если с Мишей что-то случится, я потом себя не прощу. Да и не факт, что меня сейчас спокойно выпустили бы из машины.
Бритоголовый негромко подпевал, не всегда попадая в ноты. Я машинально отметила, что произношение у него приличное, в обычной школе такое вряд ли сделают. Похоже, занимался с учителями-носителями языка. Да уж, Миша связался действительно с серьёзными людьми.
Я изо всех сил прислушивалась, пытаясь уловить чужое дыхание, услышать малейший шорох. Есть ли в машине кто-нибудь, кроме нас двоих? Может, кто-то сидит рядом со мной? Почему-то в тот момент мне было важно это понять. Но никаких признаков ещё одного человека я не слышала.
Песня закончилась, прозвучала заставка радио, на котором обычно крутят музыку прошлых десятилетий. Приятный женский голос принялся читать гороскоп.
– Овен. Вы слишком много работаете. Вам стоит отдохнуть и посвятить этот вечер личной жизни. Возможно, сегодня вас ждёт судьбоносная встреча…
Бритоголовый хохотнул и прибавил звук.
– Слушай, а ты кто по знаку зодиака? – поинтересовался он.
Разговаривать не хотелось, но раз уж я согласилась на это безумие, не стоит никого злить демонстративным молчанием.
– Весы, – хрипло ответила я.
– В гороскопы веришь? – Бритоголовый откровенно веселился.
– Нет.
Голос послушался не сразу, пришлось кашлянуть.
– И я не верю, – заявил водитель. – Брательник у меня овен, и «судьбоносная» встреча у него сегодня намечается только с тобой. Правда, он ещё об этом не знает. Ну-ка, что там тебе предрекут?
– Весы, – нежно курлыкал голос под таинственную музыку. – Вас преследует удача…
Я стиснула зубы. Да уж, меня ждёт на редкость «удачный» вечер!
– Сегодня прекрасное время для совершения сделок, – продолжала астролог, – для решения рабочих вопросов. А вот личная жизнь способна преподнести неприятный сюрприз, который позже может обернуться к лучшему.
Я стиснула зубы. Бритоголовый заржал.
– Прекрасное время для совершения сделок, – с удовольствием повторил он.
– Почему ваш брат не знает, что вы меня к нему везёте? – спросила я.
Голос дрогнул. Пусть говорит хоть что-нибудь, лишь бы мне не оставаться одной в темноте салона, не надумывать себе всякие ужасы.
– Сюрпризом будешь, – легкомысленно заявил бритоголовый. – Он с женой разводится, депрессует немного. Вот и хочу, чтобы брат встряхнулся. Хорошенькая девочка, без опыта… Ему должно понравиться. Только что-то ты слишком нервничаешь, – серьёзно добавил он. – Точно сама на сделку согласилась?
Ему-то какая разница? Хотя, конечно, за такие деньги этому типу нужно, чтобы депрессующий брат остался доволен.
– Точно, – решительно сказала я.
Издевательский гороскоп, наконец, закончился, и теперь салон машины заполнил нежный голос Анны Герман.
«Один раз в год сады цветут…»
Я пыталась сообразить, в какой район меня везёт бритоголовый тип. Едем мы довольно быстро, без пробок и, в основном, по прямой дороге с редкими поворотами. По времени можем быть уже на окраине города. А вдруг меня завезут в какую-нибудь глушь?
От этой мысли стало совсем уж не по себе, но тут автомобиль замедлил ход, резко завернул направо и через несколько метров остановился.
Смолк мотор, щёлкнул ремень безопасности, хлопнула дверца спереди. Жаль, что нельзя остановить время. Я готова была сидеть в машине вечность, пусть даже с повязкой на глазах и со связанными руками. Однако дверь с моей стороны открылась, и меня решительно потянули за плечо.
– Выходи, приехали.
Выходила на ватных ногах. Бритоголовый, придерживая меня за плечи, куда-то повёл. И почему от него так сильно пахнет розами? Я споткнулась, и мужчина тут же придержал меня, словно случайно коснувшись груди. Я вздрогнула.
– Что ты такая пугливая? – он хохотнул. – Подготовить тебя, что ли, для братика в лучшем виде? – его рука осталась на моей груди, другая скользнула по талии к бедру. – Ладно, пусть сам развлекается. Хотя от тройничка я бы не отказался.
В голове пульсировала кровь, выстукивая: «Бежать, бе-жать. Откажись, от-ка-жись». В конце концов, я никому ничего не должна. Миша попал на деньги, я тут не причём.
– Да ладно, шучу, – бритоголовый снова взял меня за плечи. – Осторожно, здесь три ступеньки.
С губ готов был сорваться отказ. Я закусила губу. Отступать уже поздно. С трудом представляю, что «серьёзные люди» повезут меня назад домой, если сейчас скажу: «Передумала». А даже если и повезут, Мише после такого точно открутят голову. Да уж, не так я представляла свою первую ночь! По трём невысоким ступенькам я поднималась, как на эшафот. Бритоголовый убрал руки. Скрежетнул ключ, раздался щелчок замка, тихо скрипнула открывающаяся дверь.
– Обувь сними, – скомандовал сопровождающий, когда я переступила порог.
Я скинула сабо. Хорошо хоть, не надела босоножки с застежками. Под ногами был тёплый пол. Пахло запечённым мясом и домашней выпечкой – совершенно неожиданные, очень домашние, уютные запахи. Желудок возмущённо сжался, напоминая, что ужина ему сегодня не досталось. «И не достанется, – мысленно предупредила я. – Даже не надейся».
– Пошли прямо, – сказал бритоголовый. – Скоро будет лестница.
Он снова направлял меня руками, придерживая за плечи. Лестница оказалась длинная, с широкими, невысокими ступеньками. Потом мы снова шли прямо – двенадцать шагов. Почти бесшумно открылась какая-то дверь, чтобы захлопнуться за нашими спинами. Щелкнул выключатель. Я почувствовала, что руки свободны. И как бритоголовый умудрился настолько быстро развязать крепкий узел? Я даже не поняла, когда он это сделал.
– Можешь снять повязку, – сказал бритоголовый.
Я стянула с глаз плотную эластичную тёмную ленту и машинально протянула ему. Комната, в которой мы находились, меньше всего была похожа на бандитский притон. Идеально ровные стены были окрашены в приятный бежевый цвет, пол узорно выложен светлым и коричневым паркетом, в навесной потолок вделаны несколько маленьких светильников. Однако сейчас свет шёл от уютного желтого торшера, стоящего около огромной кровати. Действительно, огромной. Тут и упомянутый бритоголовым «тройничок» запросто поместился бы. Я нервно сглотнула и перевела взгляд на книжную полку недалеко от постели. Вот уж действительно деталь, для притона не подходящая. Неужели бритоголовый привез меня к себе – или к брату – домой?
Скажи мне, что ты читаешь, и я скажу, кто ты. Это правило срабатывает даже лучше, чем в случае с друзьями. Правда, на этот раз оно не сработало. На полке стояли слишком уж разные книги, как будто их оставляли совершенно разные гости.
Какая-то книжка на английском, женский иронический детектив в яркой обложке, «Финансист» Драйзера, справочник по цветоводству, энциклопедия холодного оружия, исторический роман Пикуля, нечто безликое в светлой обложке… Очень странный набор для чтения!
– Ну что, одета вполне подходяще, – отметил бритоголовый. – Думаю, Генка оценит. И не трясись, он не маньяк. Согласилась сама, сделка честная, так что брат за такие бабки должен остаться доволен. Это понятно?
Я кивнула. Куда уж понятнее. Удивительно, что этот тип вообще согласился взять такой долг, как говорят, «натурой». Я была уверена, что девушкам по вызову платят гораздо меньше.
– Но если ваш брат в депрессии из-за развода, он может не захотеть… – осторожно начала я. – Ну, то есть ему может не понравиться сюрприз…
– Понравится, – уверенно заявил бритоголовый. – Он скоро приедет, а ты подождешь тут. Ну а чтобы не лазила по дому, где не следует, я тебя закрою. Выпить хочешь? По-моему, немного не помешает, для храбрости, – он хмыкнул.
Я кивнула. Хотелось не выпить, а напиться, но это мне вряд ли дадут сделать.
Бритоголовый вышел. Снаружи в двери комнаты заворочался ключ. Я на негнущихся ногах подошла к окну и выглянула из-за занавески. Заасфальтированный двор частного дома был хорошо освещен. Картина вполне мирная: столик и табуретки под навесом, мангал, две красиво оформленные клумбы с яркими цветами. Вдоль высоченного забора вьется виноград. С улицы видны только очертания двухэтажного дома напротив. Да, на бандитский притон никак не похоже, но это мало успокаивало. Я нервно прошлась по комнате. Страх окутывал со всех сторон. Хоть бы бритоголовый действительно принёс что-нибудь выпить. А ещё лучше – подмешал бы мне какой-нибудь возбуждающий препарат.
– Совсем сдурел? – донёсся из-за двери женский голос. – Ещё ты в дом шлюх не приводил!
– Так не для себя же, – мирно возразил бритоголовый. – Для Генки. Надо его как-то встряхнуть, а тут сговорчивая девчонка подвернулась.
– Ещё не хватало, чтобы ты сюда для себя девку притащил! – возмутилась женщина. – Генка, в отличие от тебя, нормальный серьёзный человек. Думаешь, ему вот эта твоя гениальная идея сильно понравится?
– Почему нет? Молодой, уже почти холостой, – беззаботно ответил он. – Не откажется же он лишить девицу невинности.
– Совсем сдурел, – уже утвердительно прокомментировала женщина.
– Сдурел или нет, а ты со мной живёшь и в загулы, как Генкина бывшая, не ударяешься, – со смешком сказал бритоголовый. – Хватит уже, зайчик, не злись. Генка немного развеется, а потом я отвезу девчонку назад.
Голоса отдалялись. От того, что в доме есть женщина с характером, мне стало немного спокойнее.
– Ну а если Гена откажется? – насмешливо спросила она.
– Значит, отвезу девицу назад сразу, – отрезал бритоголовый. – Но он не откажется,– продолжил он. – Девочка очень хороша. И не хмурься, – поспешно добавил бритоголовый. – С тобой никто не сравнится.
Я искренне понадеялась, что не понравлюсь депрессивному серьёзному Геннадию. Кто в этом доме главная – ясно как день. Бритоголовый сколько угодно может хорохориться и пошлить, но он ко мне и пальцем не притронется. По крайней мере, пока его зайчик поблизости.
Я села на кровать и обхватила голову руками. Надеюсь, мама не пытается сейчас до меня дозвониться. Телефон-то остался дома. А сумка с ключами и кошельком – в машине. Кажется, бритоголовый кинул её рядом со мной на заднее сиденье. Я попыталась вспомнить, есть ли вообще что-то в кошельке, но не смогла.
Мысли переметнулись к завтрашнему экзамену, последнему на этой сессии. Что я там завтра наговорю? У меня сейчас просто ум за разум заходит. Главное, что завтра на экзамене я увижу Мишу – живого и невредимого. В первый раз за этот вечер мне пришло в голову, что Миша слишком быстро согласился и позвонил бритоголовому. Хотя, с другой стороны, что ему было делать?
Знала бы Ленка, во что я ввязалась, точно назвала бы полной дурой. Я так и слышала голос подруги, выговаривающий совершенно правильные вещи:
– Всё-таки лох – это судьба. С какого перепугу ты полезла решать Мишкины проблемы? Ему думать надо было головой, а не задницей! Согласны взять долг натурой – вот пусть бы он своей натурой и расплачивался. Вы с Мишкой даже не встречаетесь толком. А если бы и встречались, с какой стати ты должна за него расплачиваться?
Вещи вроде бы правильные, но раз речь шла о человеческой жизни, о Мишиной жизни, я не могла остаться в стороне.
Щёлкнул замочек. Бритоголовый поставил на прикроватную тумбочку маленький поднос с бокалом красного вина и тарелочкой с мясом по-французски. Я недоверчиво взглянула на тарелочку.
– Что косишься? Не отравленное, – он ухмыльнулся. – Жена у меня жалостливая. Сказала, отнеси девочке.
– Спасибо. Вашей жене, – хрипло добавила я.
– Не нравится мне твой вид, – бритоголовый наградил меня оценивающим взглядом. – Бледная какая-то, перепуганная. Генка примерно через полчаса приедет. Подготовься, что ли, как-то сама, поласкай себя. А то он на тебя глянет, действительно откажется, и сделка сорвётся.
Сделка сорвётся – этим всё сказано. Значит, моя задача сделать так, чтобы его депрессивный братец не отказался.
– Я подготовлюсь, – выдавила я, чувствуя, как к лицу приливает кровь.
– Давай, кисуль, – он широко улыбнулся. – Так, чтобы через полчаса горела от желания и сама из платья выпрыгивала.
Задача была не из простых. Поласкать себя так, чтобы выпрыгивать от желания из платья и трусов, – этого я никогда не пробовала. Ладно, все бывает в первый раз.
Глава 2
Я подсела к подносу. Сначала еда, потом остальное. Спасибо жене бритоголового, которую взбесило моё появление в доме, за неожиданный ужин. Мой желудок уже начинал ныть от голода. Когда я волнуюсь, то всегда хочу есть.
Вкуса мяса и вина я почти не почувствовала. Кажется, вино было сухое. Желудок остался вполне доволен и ныть перестал. Я допивала вино, разглядывая книги на полке. Ну очень уж странный набор! Русско-испанский разговорник. Сборник стихов поэтов Серебряного века. Материалы научной конференции…
Я машинально взяла книгу в руки. Сборник статей с научной конференции по биологии, причём свеженький, изданный в прошлом месяце. Похоже, его толком не открывали, просто поставили на полку – страницы листались как у новой книги. Он-то как сюда попал? Мой взгляд остановился на статье, посвящённой особому виду клопов – полевому вредителю. Новый вид, в нашей стране ещё два года назад не встречавшийся, да и в Европе появившийся сравнительно недавно… Откуда взялся вредитель, насколько быстро размножается, и чем его травить, пока непонятно, и все это, разумеется, нужно выяснить.
Я допила вино и поставила книгу на место. В другое время полистала бы с большим интересом, но сейчас мне как-то не до науки. Я расстегнула молнию на платье почти до пояса и провела пальцами, еле касаясь, над грудью, спустилась чуть ниже. Прав бритоголовый, мне самой будет гораздо лучше, если встречу его брата хоть немного возбужденной. Я расстегнула лифчик и обхватила руками грудь. Кроме противного липкого страха пока ничего не чувствую. Спустилась большими пальцами к плоским соскам, и тут же внизу живота приятно сжались мышцы. Я вздрогнула, судорожно вздохнула. Ощущение было непривычным. Я осторожно поглаживала соски, чувствуя, как набухает под пальцами нежная кожа. Говорят, страх – сильный возбудитель. Значит, правильно говорят.
Теперь проще: надо только слушать свое тело. Я расстегнула платье полностью, провела руками вниз, по талии, по бёдрам. Пожалуй, лучше лечь, голова немного кружилась от вина. Мои руки скользили по телу, выискивая приятные точки, останавливаясь там, лаская, вызывая то самое желание, которое скоро мне очень пригодится. Трусики стали непривычно влажными, я спустила их и погладила нежные складочки. Страх не уходил, он смешивался с желанием, придавая ему особую остроту. Я чувствовала в своём теле пустоту, которую хотелось заполнить. Хотелось до стонов, до головокружения, особенно когда моя рука нащупала самую чувствительную точку. Я судорожно вздохнула и услышала в коридоре шаги и мужские голоса.
Желание сразу поумерилось, но не исчезло, просто затаилось в ожидании того, кто сейчас войдёт в комнату. Какой он? Что и как будет делать? Я торопливо поднялась, чувствуя, как пылают щеки от возбуждения и алкоголя. Не хватало, чтобы меня застали тут в таком виде!