- -
- 100%
- +
Тогда мама часто обижалась и играла в молчанку. Она так и говорила, цитируя Агнию Барто: «Посидим и в тишине». Иногда после этих слов уходила в другую комнату, иногда садилась на пол и смотрела снизу вверх сквозь окно без штор.
– Хорошо, я попробую пораньше уйти, – согласилась наша героиня, движением плеч прогнав тягостное воспоминание. – Можно, я продолжу собираться?
– Да-да, детка, увидимся, – отозвалась и скинула звонок.
«Вот всегда я так», – с этой мыслью девушка продолжила наряжаться, время от времени думая, каким же образом совместить свои планы на вечер с тем, что она пообещала маме. «Можно купить молоко заранее и»…
Она нашла сумку побольше. Та не совсем подходила под обувь. «Так это и не модно, быть тон в тон», – проворчал голос в голове.
С подругой они договорились встретиться у входа в музейный дворик, внутри которого уже стояла – она видела, проезжала вчера мимо – сцена, стулья под зонтами.
Посмотрев на часы, она поторопилась, ведь не привыкла опаздывать – «Чтобы не огорчать тех, кто будет её ждать» – и всегда прибывала своевременно, а то и чуть раньше срока.
Увы, не всем нравилось её правило «вовремя прийти, значит опоздать». Несколько лет назад она встречалась с молодым человеком, который не выдержал и бросил её со словами: «Мне не подходит та, которая на свидания является за час до меня!» «Да я всего-то пару минут тут», – солгала она. «Врёшь. Да это и неважно! Проблема во мне, я так не привык», – напирал он. «Я исправлюсь», – бросила она ему вдогонку, но не побежала следом. Хотя хотела.
С тех пор она, если и оказывалась на свиданиях раньше срока, то пряталась в незаметных местах. Выходила к визави тютелька в тютельку. Но отношения никак не клеились.
«Ты слишком навязчивая», – прокаркал голос в голове.
«Да пошла ты!» – наша героиня ответила вслух и, перекинув через плечо сумку, в которую и молоко поместится, и зонт уже вошёл, вышла на лестничную площадку. «Интересно, почему я слышу женскую критикующую речь? Так-то это мои мысли, а интонации чужие, бабские», – задумалась девушка, спускаясь по ступенькам.
*******
Читатель, предлагаю тебе перейти во второй раздел под названием «Музей и не экспонаты». Пока не перечитывай все ответвления сюжета «Игра в отношения началась». Плыви одной рекой от истока до устья. В финале тебя ждёт результат теста. Узнаешь, какая стратегия преодоления тебе свойственна.
1.3
Посмотрев на себя в зеркало, сделав глубокий вдох, девушка ответила:
– Мама, я предупредила тебя, что иду на концерт, ты просишь меня занести пакет молока, я удивлена…
– Ой, да хватит уже свою психологию мне втюхивать! – Мать перебила её, перейдя на высокую тональность. – Я тебя кормила, поила, сопли вытирала…
Медленно выдохнув, наша героиня подавила в себе импульс скинуть разговор. Раньше она прибегала к такому способу выстраивания личностных границ. Сегодня её удержала мысль: «Я ничего не теряю».
Девушка включила громкую связь, положила телефон на столик. Она взяла гребень и продолжила расчёсывать волосы. Когда же словесный поток матери иссяк, ответила:
– Мама, я предупредила тебя, что иду на концерт, ты просишь меня занести пакет молока, я удивлена и огорчена, поскольку хочу тебе помочь, но сижу тут вся нарядная. Я не уверена, что будет время зайти в магазин и заехать к тебе. Мама, я тебя люблю, но скорее всего не успею, извини. Может, доставку заказать?
На этот раз родительница выслушала до конца. Отозвалась:
– За что мне такое отношение? Я…
– Мама, заказать доставку продуктов?! – перебила девушка. Она чувствовала, что начинает злиться. Она уже разрешала себе эту защитную эмоцию. Теперь она взрослая и отстаивать собственные интересы вполне безопасно.
– Не нужно никакой доставки, доченька. Мне полезно ходить пешком, сама куплю, – ответила и заохала.
Змея привычки игнорировать собственные потребности, вбитая в нашу героиню, начала приподнимать голову. Не дав ей воспрянуть, девушка изрекла:
– Спасибо, что услышала меня. Хорошей прогулки. Пока.
Она отключилась и прикрыла глаза. Ей было грустно от того, что порой их отношения напоминали битву из романа Мигеля де Сервантеса: мама – это ветряные мельницы, а она – Дон Кихот Ламанчский. Иногда ей хотелось навсегда стать, как Санчо Панса. Чтобы как оруженосец благородного рыцаря жить в реализме, практичности, приземлённости. Чтобы не пытаться достучаться до мамы посредством «Я-сообщений». Просто рубить по живому без прелюдий.
«Но разве плохо быть и идеалистом, и логиком?» – Голос прозвучал внутри неё мягко, наполнив ощущением заботы.
Девушка улыбнулась. Она приложила к груди ладони и ощутила их тепло. Посмотрела на часы и поняла, что может опоздать.
С подругой они договорились встретиться у входа в музейный дворик за двадцать минут до начала концерта. Они хотели успеть посмотреть выставку натюрмортов под открытым небом и, возможно, пройтись по лавочкам мастеров. В афише обещали представить поделки местных умельцев. «Это интересно!»
*******
Читатель, предлагаю тебе перейти во второй раздел под названием «Музей и не экспонаты». Пока не перечитывай все ответвления сюжета «Игра в отношения началась». Плыви одной рекой от истока до устья. В финале тебя ждёт результат теста. Узнаешь, какая стратегия преодоления тебе свойственна.
1.4
Отвернувшись от зеркала, девушка ответила:
– Ой, мама, прости, мне звонят по второй линии, это по работе, извини, я тебе наберу.
И она отбила звонок. Шумно выдохнула, словно увернулась от удара или от пули.
«Бессовестная! Врёшь родной матери!» – В голове забубнил резкий, напоминающий звук, возникающий от трения пенопласта по стеклу, голос. И девушке стало стыдно, а затем или одновременно ещё и страшно от мысли: «Она меня накажет!»
Как спасение от надвигавшихся ментальных туч, пришло воспоминание о братце Кролике. О том, как зверёк прятался от Лиса в терновых кустах.
Девушка присела перед зеркалом, прикрыла веки и сделала медленный вдох через ноздри. «Я в безопасности», – подумала она, и тут затрезвонил телефон.
«Всё как всегда», – с этой мыслью наша героиня прервала дыхательную практику осознанности. Она выучила её на пока единственном в своей жизни занятии йогой. Хоть пранаяма и прижилась, но ещё раз пойти на групповую тренировку за полезностями она не решалась. В тот раз её за компанию взяла коллега, чтобы абонемент не пропал. Идти одной было тревожно.
«Да, это снова она», – подумала девушка, убедившись, что названивает её мать. «Нужно поставить на неё индивидуальную мелодию», – решила девушка, игнорируя требовательный сигнал.
Выключив звук, наша героиня продолжила собираться, время от времени ощущая уколы стыда и соглашаясь с внутренним критиком, который поливал её словесными помоями: «Бессовестная! Мать тебе задаст! С тобой только так и надо!»
Она нашла сумку, которая подходила под обувь. «Тон в тон будет красивее», – решила она.
С подругой договорились встретиться у входа в музейный дворик, внутри которого уже стояла – она видела, проезжала вчера мимо – сцена, стулья под зонтами.
Посмотрев на часы, она поторопилась, ведь не привыкла опаздывать. «Чтобы не выслушивать нытьё тех, кто приходит своевременно».
Телефон перестал вибрировать, а с ним исчез и критикующий голос, и стыд. Чтобы совершенно не беспокоиться, наша героиня включила телевизор. Он создавал шумовой фон, заполняющий пустоту вокруг и дарил ощущение причастности к чему-то важному: на экране мужчина и женщина проникли на чужую свадьбу, они пели и танцевали, они общались с гостями, словно с близкими и родными, они притворялись своими.
Под звуки из турецкого сериала девушка собралась, ощущая лёгкость в голове, бездумье.
Наша героиня, взяв сумку, вышла на лестничную площадку. «Интересно, почему я слышу женскую критикующую речь? Так-то это мои мысли, а интонации чужие», – задумалась девушка, спускаясь по ступенькам.
*******
Читатель, предлагаю тебе перейти во второй раздел под названием «Музей и не экспонаты». Пока не перечитывай все ответвления сюжета «Игра в отношения началась». Плыви одной рекой от истока до устья. В финале тебя ждёт результат теста. Узнаешь, какая стратегия преодоления тебе свойственна.
Раздел 2. Музей и не экспонаты
Он стоит в сердце города солидной, молчаливой уверенностью бывшего губернаторского особняка. Здание музея – это строгий фасад, выдержанный в благородной палитре выцветшей охры и бежевого камня. Если пофантазировать, кажется, стены вобрали в себя всё палящее, характерное для этой местности солнце. Глубокий терракотовый цвет черепичной кровли, как старая киноварь, добавляет массивности и тепла. Архитектура – это классицизм с легким налётом провинциальной простоты: чёткие линии, высокие белые наличники, изящные сандрики над окнами, смотрящими на мир с умной проницательностью старожила.
Но истинная жемчужина, спрятанная от суеты проспекта, – это его внутренний дворик. Небольшой, замкнутый четырьмя стенами, он похож на застывшую в камне шкатулку с секретом. Попадая сюда, физически ощущаешь смену эпох под ногами.
Здесь плитка. Та самая, царских времён – грубоватая, неровная, с вкраплениями седого песчаника. Её касались подолы пышных кринолинов на балах. Последний состоялся на Рождество в 1917 году. Тогда двор вычистили от снега и наледи. Воздух тогда звенел смехом и морозом, шёпотом интриг и тревожных сплетен, полонезом, а в тени арок курили важные чиновники. По этой же плитке вышагивали каблуки знати, отдыхавшей здесь от тягот управления бескрайней губернией.
Потом пришла иная поступь – тяжёлая, рубленая, гулкая. Грубые кирзачи, напомаженные душистым гуталином и дорожной пылью, пачкали, стирали, приземляли элитарность этого места. Дворик перестал быть салоном, превратившись в проходной, молча сносивший попрание своей красоты.
Но время, капризное и мудрое, сделало новый виток. Сегодня пространство снова живёт, но жизнью демократичной и пёстрой. По той самой, отполированной поколениями плитке, теперь снуют кеды подростков, туфли горожан и сандалии туристов. Под сенью старых деревьев, по большей части ив, разворачиваются ярмарки, где торгуют не властью, а мёдом, вязаными игрушками, цветами и книгами. Воздух наполняется ароматом свежесваренного кофе и сладкой ваты, ультрамодных духов.
По вечерам в выходные дни здесь зажигаются гирлянды, и со сцены, поставленной там, где когда-то был фонтан, льются классические мелодии, джаз, блюз или бардовская песня. Стены, помнящие романсы под гитару, теперь внимают тем же словам – «Куда, куда вы удалились» – осовремененным низкими басами и финтами. Это уже не бал для избранных, а праздник для всех – от мала до велика.
И в этом его новая, удивительная красота. Не в застывшей музейности, а в живом диалоге эпох, где под ногами каждого – история, которую можно не только увидеть, но и почувствовать, прикоснувшись к шершавой вечной плитке. К той самой поверхности, к которой наша героиня никак не могла пробраться. Она ждала.
Они договорились с подругой встретиться за двадцать минут до начала концерта. Та опоздала на пять, не отвечала на звонки.
Девушка наблюдала, как сгущается поток посетителей, входящих сквозь арку с металлоискателем в сад. Она понимала, что и выставку натюрмортов под открытым небом не посмотрит, и места хорошие перед сценой не займёт. Поскольку концерт был бесплатным, зрители садились куда могли. Расставленных под зонтиками стульев на всех не хватало.
«Хорошо, что у меня с собой электронные пригласительные», – подумала она, а потом решила:
*******
Читатель, Шарль Луи Монтескье (1689—1755) когда-то изрёк на чистом французском: «Чтобы совершать великие дела, не нужно быть величайшим гением; не нужно быть выше людей, нужно быть вместе с ними». Прямо сейчас окунись в мир нашей героини, будь вместе с ней и реши:
2.1. Девушка дождётся подругу с мыслью: «Стоит прекратить с ней общаться, вечно нарывается на конфликт».
2.2. Девушка войдёт на мероприятие одна, не предупредив подругу и не отправив ей пригласительный.
2.3. Девушка войдёт на мероприятие, предупредив подругу и отправив ей один пригласительный.
2.4. Девушка дождётся подругу с мыслью: «Как бы утешить её, ведь она расстроится, что опоздала, да ещё, мало ли, будет чувствовать себя виноватой».
Читатель, напоминаю, путешествуй по книге согласно сделанному выбору. В путь!
2.1
«Раздражают её опоздания. В прошлый раз в театр пришла после начала спектакля», – подумала девушка и в сочных образах вспомнила, как подруга пробиралась мимо угнездившихся зрителей, тыча им в носы своей филейной частью, смущая начавших представление актёров. Сама она в тот раз ждать не стала, заняла кресло согласно купленного билета. Тем ни менее испытала острое чувство стыда. Будто она не проконтролировала, не повлияла на… «Больше с ней не стоит связываться», – решила наша героиня.
Сзади её окликнул знакомый голос. «Привет! Вот и я! Почти вовремя!»
– Привет. Все бы были такими пунктуальными, – ответила наша героиня, не оборачиваясь. «Хамка!» – Критик внутри неё рявкнул и затих, словно собака, дожидающаяся реакции хозяина на свой лай.
– Я тебе звонила, – сказала, поравнявшись.
– Я тебе тоже звонила, – огрызнулась, достав телефон и увидев пропущенные: от подруги, от матери. «Я же выключила звук», – поняла она и произнесла: «Извини, я не слышала».
– Снова неприятные звонки?
– Да, – ответила и подавила в себе желание пошутить фразой из волшебной франшизы о мальчике, который выжил: «Может, стоит превратить тебя в часы или лучше в карту».
На входе под арку наша героиня продемонстрировала охране электронные билеты. Все места у сцены уже были заняты, как и расположенные на галёрке.
– Постоим, – заключила подруга и предложила пойти пока рассмотреть картины, развешанные на стенах беседки, утопающей в тени дикого винограда.
– Давай, – согласилась наша героиня.
Они прошли мимо столов местных мастеров, торгующих своей рукотворной продукцией: кольцами, брелками, браслетами, значками, открытками с видами города… «Потом подробнее изучу», – решила наша героиня и тут увидела его!
Он расположился напротив крыльца по пути к туалетным комнатам. Он манил красным цветом и глянцевыми боками. Но в особенности источаемым ароматом!
– Пошли туда, – сказала девушка, потянув подругу в притягательном для неё направлении.
– Давай потом!
– Тогда я сама найду тебя, – ответила наша героиня и свернула налево.
Она прошла несколько метров по старинной плитке и оказалась напротив красного аппарата для варки кофе. Молодой человек по ту сторону агрегата спросил: «Что для вас?» Её раздражала эта манера обращения, но она улыбнулась и ответила: «Сейчас я изучу ассортимент».
Она старалась придерживаться знакомого, но в этот раз решила рискнуть: «Раф с солёной карамелью».
Взяв стаканчик с горячим напитком, поискала глазами подругу, но увидела иву. Дерево стояло у стены музея около забора, защищавшего внутренний дворик от пешеходов центральной исторической улицы. Ветки ниспадали, образуя под кроной интимный участок три на два метра. Сквозь листву она разглядела удобные стулья для отдыха.
Девушка прошла под сень ивы и словно очутилась в сказочном мире, защищённом от печалей и страхов. И хотя мимо сновали туда-сюда другие любопытные посетители праздника, она опустилась в удобное кресло. Предназначенное для отдыха на природе, оно мягко приняло нашу героиню в свои объятия. Она посмотрела вверх на крону и зажмурилась от удовольствия, ощущая тепло картонного стаканчика и аромат напитка.
В стороне раздался голос, усиленный динамиками. Ведущий начал развлекательную программу. Но ей было так уютно за кулисами тонких, покрытых зелёными листочками ветвей, что она осталась сидеть на месте. Только написала подруге: «Я под ивой, тут буду слушать».
Со стороны сцены полилось народное хоровое пение, пробирающее до мурашек даже через расстояние.
Она сделала глоток, прикрыла веки, наслаждаясь моментом. И услышала вопрос:
– Извините, тут не занято?
Девушка открыла глаза и увидела молодого человека, по виду чуть старше неё. Он нависал со стаканчиком кофе, указывая свободной рукой на кресло рядом…
*******
Читатель, Мари Франсуа Аруэ, он же Вольтер (1694—1778), сказал: «Хорошие характеры, как и хорошие сочинения, не столько поражают вначале, сколько под конец». Сейчас мы вместе сочиняем историю, под занавес которой будут результаты теста. Они зависят от выбора ответа:
2.1.1. «Свободно».
2.1.2. «Не занято, если вам не помешает моё соседство».
2.1.3. «О! Садись. Как тебя зовут?»
2.1.4. «Ко мне сейчас подруга подойдёт, занято».
Выбирай и переходи к главе с соответствующим (запиши его) номером.
2.2
«Достала! Я разве нанималась её ждать?!» – С этими мыслями наша героиня устремилась в арку. Она предъявила электронный пригласительный, вспомнив, как оформляла билеты лично. «Я и так потратила на неё достаточно времени!»
Пройдя в уютный дворик музея, девушка присела на лавочку возле сцены. Места ещё были, но человеческая масса прибывала. Запиликал телефон.
– Слушаю!
– Привет! Я пропустила твой звонок, в автобусе шумно было, я почти на месте.
– Поздравляю. А я уже около сцены, я не на помойке себя нашла, чтобы ждать.
«Лучшая защита – это нападение», – уяснила она с молодых ногтей и потому напирала.
Повисла пауза. Было слышно, как шумно дышит подруга, явно перешедшая на бег.
– Извини, что в городе пробки, – сказала она в конце концов.
– Знаешь, пробки не только в твоём городе, но и в моём тоже, – ответила наша героиня и скорчила гримасу в направлении уставившейся на неё старушки. Та часто заморгала и отвернулась.
– Я почти пришла. Ты можешь меня встретить хотя бы?
– Через сколько?
– Минут через пять.
– Почти пришла? Хорошо. Встречу.
Девушка отбила звонок и обратилась к вновь повернувшей лицо в её сторону пенсионерке: «Есть такое понятие, как временные личностные границы. А ещё, пялиться на незнакомых людей неприлично. Это нарушает их физические границы!» Пожилая женщина сконфузилась и вытаращила глаза пуще прежнего.
«Вот ведь», – подумала наша героиня. Вся возбудившаяся, раздухарившаяся от произошедшего, она встала с лавочки, совершенно забыв про принцип «птичка улетела, место сгорело».
Она направилась к столам местных мастеров, торгующих своей рукотворной продукцией: брелками, браслетами, бусами, мини-картинами с видами города. Купила себе под цвет сумки кольцо. Надела и проверила время. Пять минут истекло.
Тогда она направилась к входу во дворик, по пути заприметив красный аппарат. Он расположился по пути к туалетным комнатам. Он манил глянцевыми боками и ароматом кофе.
Подруга стояла у металлоискателя вся раскрасневшаяся. «Извини», – сказала она, пока наша героиня показывала пригласительный. «Нужно было выслать его тебе», – произнесла, подумав: «Вот я сглупила! Но не обязана же я всегда обо всех думать!»
– Я пойду за кофе. А ты? Со мной? – предложила она.
– Я посижу, – ответила подруга и, окинув взглядом плотно занятые места перед сценой, зацепившись взглядом за любопытную старушку, пристально их изучающую, добавила: «Я пойду у туалет. Знаешь, где он тут?»
– Он рядом с красным красавчиком!
Они прошли несколько метров по старинной плитке и оказались напротив аппарата для приготовления кофе. Молодой человек по ту сторону агрегата спросил: «Что для вас?»
– Сейчас выберу. Туалет там, – сказала наша героиня, указав подруге направление.
– Ты где будешь потом?
– Я тут, наверное, погуляю. Здесь не так много места, словимся.
– Ладно. Но я, если что, пойду концерт смотреть.
Они расстались.
Наша девушка старалась пробовать что-то незнакомое, но не опасное. Она увидела в меню дегтярный кофе. Якобы для изгнания чертей из подозрительно вкусного капучино, в 19 веке в него начали добавлять сногсшибательную приправу. Его она и купила. «Пахнет, как дегтярный шампунь у бабок в бане», – подумала девушка, втянув парок, поднимавшийся над коричневой пенкой.
Взяв стаканчик с горячим напитком, поискала глазами подругу, но увидела иву. Дерево стояло у стены музея около забора, защищавшего внутренний дворик от пешеходов центральной исторической улицы. Ветки ниспадали, образуя под кроной интимный участок три на два метра. Сквозь листву она разглядела удобные стулья для отдыха.
Девушка прошла под сень ивы и словно очутилась в сказочном мире, защищённом от печалей и страхов. И хотя мимо сновали туда-сюда другие любопытные посетители праздника, она опустилась в удобное кресло. Предназначенное для отдыха на природе, оно мягко приняло нашу героиню в свои объятия. Она посмотрела вверх на крону и зажмурилась от удовольствия, ощущая тепло картонного стаканчика и аромат напитка.
В стороне раздался голос, усиленный динамиками. Ведущий начал развлекательную программу. Но ей было так уютно за кулисами тонких, покрытых зелёными листочками ветвей, что она осталась сидеть на месте. Только написала подруге: «Я под ивой, тут буду слушать».
Со стороны сцены полилось народное хоровое пение, пробирающее до мурашек даже через расстояние.
Она сделала глоток ароматной жидкости, прикрыла веки, пытаясь отогнать воспоминание о бане и бабках с дегтярным шампунем наперевес. Вдруг услышала вопрос:
– Извините, тут не занято?
Девушка открыла глаза и увидела молодого человека. «Старше меня», – подумала она.
Он возвышался над ней, держа в одной руке стаканчик кофе, второй указывая на кресло рядом…
*******
Читатель, Мари Франсуа Аруэ, он же Вольтер (1694—1778), сказал: «Хорошие характеры, как и хорошие сочинения, не столько поражают вначале, сколько под конец». Сейчас мы вместе сочиняем историю, под занавес которой будут результаты теста. Они зависят от выбора ответа:
2.1.1. «Свободно».
2.1.2. «Не занято, если вам не помешает моё соседство».
2.1.3. «О! Садись. Как тебя зовут?»
2.1.4. «Ко мне сейчас подруга подойдёт, занято».
Выбирай и переходи к главе с соответствующим (запиши его) номером.
2.3
Девушка вспомнила одну из сессий с когнитивно-поведенческим психологом. Тогда они обсуждали личностные границы. Ей потребовалось почти тридцать минут, чтобы составить список собственных. «Я готова ждать, если кто-то опаздывает, правда, буду злиться», – сказала она специалисту. «И о чём будет говорить эмоция злости?» – Мужчина посмотрел на неё. Она ответила: «Что меня лишают чего-то важного». «Чего?» «Уважения», – произнесла девушка в тот раз.
В настоящее время своим опозданием подруга лишала её возможности спокойно занять место перед сценой или насладиться картинами местных художников.
Наша героиня позвонила подруге, та на этот раз ответила:
– Привет! Извини, тут пробки, я опаздываю.
– Привет. Я скину тебе билет, а сама зайду, увидимся на празднике, – сказала наша героиня.
– Хорошо.
Под аркой девушка предъявила одно электронное пригласительное. Второе отправила через мессенджер.
Она подумала: «Раньше я бы без неё не пошла». Сейчас же она знала, что такое «охранительное поведение».
Когнитивно-поведенческий психолог когда-то объяснил: «Иногда мы используем для защиты от тревоги, страха специальные обереги, ритуалы. Кто-то крестится, кто-то молится, кто-то руки скрещивает, кто-то выпивает алкоголь или ходит везде со знакомыми, ест только одно и то же. Понятно?»
– То есть, я, допустим, не хожу одна в незнакомые места, вызывающие у меня панику. Я зову с собой подруг и тогда ощущаю себя безопасно, верно?
– Совершенно! Проблема в том, что пока ты используешь охранительное поведение, ты не учишься проживать страх, грусть, тревогу без этих щитов, ты зависима от них. Наша с тобой задача научиться обходиться в пугающие психологически моменты без щитов, – сказал тогда психолог, и вот теперь наша героиня, ощущая лёгкое беспокойство, вошла в уютный музейный дворик одна.
Свободные лавочки возле сцены ещё были, но человеческая масса прибывала. Ей не хотелось сидеть в ожидании, стеречь места, поэтому она приняла решение: «Пойду на выставку, а концерт стоя посмотрим, если что».
Она направилась к беседке, скорее похожей на павильон, увитый тёмно-зелёным диким виноградом. Путь её лежал мимо столов местных мастеров, торгующих своей рукотворной продукцией: брелками, браслетами, бусами, ложками и колокольчиками с памятными видами города. Она глянула вскользь, ничего не зацепило.
Живопись оказала благостное действие, особенно воздушные акварели сиренево-розово-фиолетовых цветов. От картины с изображением лаванды будто бы исходил аромат. Наша героиня принюхалась и посмотрела в сторону крыльца. На пути к туалетным комнатам расположился красный аппарат для приготовления кофе. «Возможно, у них есть с лавандой», – подумала девушка.