Алсу Паладин

Алсу

Я видела только его высокую, статную фигуру в сумерках комнаты. Наблюдала, затаив дыхание, как сильные пальцы, прихватив края черной кофты, скользили по белой коже вверх, открывая все прелести обнаженного тела мужчины. Наконец, ткань была снята и небрежно брошена куда-то в бок. Внимание привлекла широкая спина мужчины, то, как он играл жилистыми мышцами, не представляя, что вытворяет с моим бедным до этого дня воображением. Я не выдержала и, забыв о том, зачем сюда прокралась, на цыпочках подбежала, охватила широкую талию, сцепила руки в замок и вдохнула аромат кожи. Приятно. Как приятно ощущать прикосновение, слышать быстрое дыхание, а чуть выше рук почувствовать, как сердце пленника забилось сильнее. Приятно знать маленький секрет: в глубине его кожи символы, что никогда не знали прикосновения такого же иного, начинали откликаться на призыв, начинали жечь наши тела огнем, начинали пробуждать в нас спящих, то, что не поймет ни один из простых людей.

Мужчина вздрогнул. Обернулся. Но никого не увидел за спиной. Еще бы! Для него я была лишь легким ветерком, который прикасался к коже, но даже этот маленький жест все-таки решила использовать. Прошла вокруг человека аккуратно и тихо, совсем не так, как подлетала миг назад. Пришлось встать на цыпочки, чтобы коснуться пухлых губ и поцеловать, увлечь, дать почувствовать вкус другой стороны, где нет законов физики и механики, где есть только бестелесные духи, пробужденные для того, чтобы покорять пространство и время.

«Хочу владеть им, но не телом, а большим. Он – мой! Мой…», – мысли как поток горной воды бежали вперед по течению и, я обняла его еще сильнее.

– Попался!

«Что?!»

Сильные пальцы ухватили за запястье, но вырвать руку не вышло.

«Не может быть! Как ему удалось?»

Я проследила за взглядом хозяина дома. Мужчина смотрел в зеркало, что находилось напротив. Человек поймал тонкую, белую, прозрачную руку, окруженную едва заметным ореолом из паров воздуха. Из-за них сложно было разобрать, что за воздушными потоками скрывался дух, принадлежащий к человеческой расе. Жаль, что так скоро моя тайна была раскрыта. Пришлось сказать правду, зачем пришла, но он опередил:

– Ты – женщина…

Неловко вышло, но очередная попытка высвободить руку удалась. Я попятилась назад к зеркалу.

– Не бойся. Я лишь хочу познакомиться с тобой. Слышишь? Неважно, как ты выглядишь – уродливо или красиво, приходи ко мне.

Он не договорил, это я не дала закончить фразу, обхватив руками за шею, еще разок прикоснулась к его губам. Вкус поцелуя был сладким, а может быть, я испытала очередную иллюзию из-за искажения пространства. Пришлось отпустить его и сказать правду:

– Пожалуйста, не нужно искать меня… я не могу больше говорить. Прости.

– Да, стой же…

Теперь мужчина оборвал себя на полуслове, потому что увидел, как гостья в комнате преобразилась, чтобы покинуть избранника.

К сожалению, мое время подошло к завершению.

Земля будущего

От таких снов всегда было приятно просыпаться, но одновременно не хотелось оставлять ту, другую реальность. В грезах все притягательно, так как их миры не имеют никаких границ. Странствия по другой стороне оборачиваются самыми неожиданными приключениями и даже чувственными моментами. Можно уснуть на янтарной поляне, а проснуться на плече «желанного» тобой…

Примеров много – суть одна, там нет законов, все относительно и хаотично.

Внизу живота приятно порхали бабочки или, как говорила моя соседка по комнате: «покалывает там». Неважно как это называлось, но не хотелось возвращаться на Землю после миров «У». Именно так я прозвала эту странную реальность, в которую попадала, едва закрывала глаза, чтобы уснуть. Пусть так. Пусть книжным названием. Пусть выдуманным словом очередного писателя фантаста, но мне всегда нравилось думать, что я – часть этих прелестных, сказочных и манящих к себе миров.

Между ног уже не покалывало, а жгло, что хотелось закричать от боли, но вместо этого я зарылась лицом в подушку и прикусила ткань. Больно. Тело не выдерживало нагрузку, ему было нужно что – то большее, чем просто «сонные странствия кула». Пока ждала, когда боль отпустит, вспомнила, что в одной отличной книге прочла: за каждое волшебство есть цена.

Боль потихоньку отпустила. Я смогла поднять голову и выпрямиться. Электронные часы показывали, что до построения было полчаса. Хватило бы времени, чтобы немного успокоиться и привести тело в порядок. Мой дух был в прекрасном настроении, так как он видел его – возлюбленного. А вот тело…

Оделась. Собрала нужные вещи для душа. Подумала и взяла баночку со спец. кремом. Опять – таки мне его посоветовала одна из девочек, которая прошла половое созревание и давно встречалась с мальчиками. Я надеялась, что крем поможет, потому что в отличии от других девушек, «цвести» начала я на три года позже чем остальные. Всегда были боли, а потом начались странные сны, а иногда галлюцинации. Но как объяснить: что однажды я проснулась от крика своей соседки и увидела, что боевые ножи надежно закреплены на полметра в потолке?

Неужели, правда? Я – кул?

Ответ на этот вопрос пришлось искать долго. Я подняла мертвые записи, заходила в архивы, ездила в библиотеки старых времен и благодаря настойчивости, нашла нужные книги, где были написаны опасные совпадения. Сто лет не было на Земле кулов. Их истребила инквизиция, потому что в их понимании кулы были как полулюди полубоги, способные передвигаться чертовски быстро, передвигать предметы на дальние расстояния, перемещать в пространстве предметы. При этом иногда сами путешествовали во времени. Но, к сожалению, их способности действовали на короткий срок, большую часть времени кулы почти не отличались от людей. Книги также рассказывали, что у инквизиции были особые сыворотки, лишающие «парящих людей» способностей.

К сожалению, на этом скудные знания в записях библиотеки закончились. Но и этого мне хватило, чтобы задать коварный вопрос: как может быть такое, что человек, сдающий на отлично экзамены в звездном флоте, человек, верящий в светлый разум, точные науки и холодные расчеты – этот человек кул?

С мрачными размышлениями я открыла дверь и увидела перед собой юношу. На приятном, даже красивом лице молодого человека была улыбка, но гость на моем пороге не приносил радостей. Если Фид что – то задумал, то ничто не укроется от его «ванильной» улыбки, приятных и одновременно фальшивых слов. День не удался.

В будущем больше нет государств или республик, только Международная Гильдия Людей. Именно благодаря общности человечества, мы открыли новые обитаемые миры, а удивительно – быстрые корабли смогли доставлять нас в любой уголок вселенной. Земля стала прекрасно развитой планетой, так как мы научились правильно распределять ее ресурсы. Но, к сожалению, не все давалось легко. Нас стало больше, чем требовалось, поэтому законы изменились. Все было направлено на то, чтобы людей стало меньше. Исключений не было. Закон приговорил моих родителей к высшей мере наказания – казни. Я была маленькой, когда это произошло, и знала об этом случае по статьям онлайн газет и неохотных рассказов родного дядюшки. Он единственный человек, кто не отвернулся от сироты и помогал, как мог. Например, я успешно поступила в Октавия. Получить в этом лицее образование – означало пробить визитку в открытые миры других планет.

Мне бы порадоваться, что все наладилось. К сожалению, все было не просто. В лицее меня не любили. На фоне умных и стройных октавианцев, девушка-сирота выглядела убого: невысокая, полная, рыжая. Лицеистки не обращали внимания на «полнушку», а юноши открыто сторонились. Дальше стало только хуже, кто – то рассказал всем, что я – дочь предателей.

Ох, лучше бы они меня сторонились! Каждый день приносил новые колкости, едкие шуточки, записки со злобными стихами. Я терпела, правда. Однако любому терпению приходит конец. Последний день уходящего года перед летними каникулами закончился, тем, что я ударила в ухо обидчика. Статья три один три: «применение физической силы лицом, находящимся на обучении в классах для одаренных детей». Плохи были дела: выговор и исключение, но это было еще не все. День действительно не удался, потому что произошло событие, которого никто не ждал…

Больно схватив меня за руку и делая бесполезные попытки разнять драку, завуч от крика перешла на фальцет:

– Паоло Пабло! Позовите директора Паоло Пабло! Алсу прекратите бить Фида алгеброй! Вы ему нос ломаете! Немедленно успокойтесь!

– В космос алгебру! Он меня достал! – я пыталась дотянуться до обидчика, но чьи – то сильные руки забрали меня из рук завуча. Судя по одежде, это не был директор школы, я заметила золотую звездочку на рукаве.

Фид, держался за разбитый нос и жался в угол коридора:

– Ты, Алсу, дочь сумасшедших! Они бы еще машину времени изобрели! Фу!

– Это была научная теория, а не сумасшествие! Мои родители пытались доказать, что временная петля – это правда! Они получили за свою ошибку! Оставь их в покое! – сильные руки не отпускали плечи, а было обидно слышать такое о папе и маме. Разум в тот момент покинул меня, и я ударила человека алгеброй, но тот ловко перехватил плоский предмет из пальцев. Меня развернули к людям лицом и прижали спиной к стене, это сделал мужчина, одетый в темную форму с тремя звездами на рукавах.

«Ууу!» – пролетело над коридором. Десятки глаз школьников, включая завуча, и подошедшего директора школы смотрели на нас. На меня. От страха ноги стали мягкими, ватными, податливыми. Я ударила офицера флота. Наверное, это не со мной происходило, не сейчас, не здесь.

– Простите. – прошептала я.

– Алсу Паладин? – спросил офицер.

– Да.

– Мне жаль, но такое вам не сойдет. Несмотря на то, что я прибыл с хорошими новостями.

Директор школы, Паоло Пабло, побледнел на глазах:

– Прошу, пройдемте в кабинет.

Из лицеистов никто не любил ромбированный кабинет директора. Все из-за белого цвета в мебели на фоне серого помещения. Когда человек заходил в апартаменты Паоло Пабло, то создавалась иллюзия, что все было сделано как из картона, даже большие алые часы, которые раздражали посетителей противным тиканьем. Я не стала исключением. Стоило переступить порог комнаты, как из дерзкой октавианки я стала напуганной девочкой.

Вот он – час зеро, когда твой мир в одно мгновение меняется. Стоит офицеру в кресле щелкнуть пальцами, как все будет закончено. Но молодой человек в серой форме, наоборот, смотрел в мою сторону немного сочувствующе. Директор Паоло Пабло раз третий капал в стакан валерьянку, а завуч без цели бегала по кабинету, стуча по нему квадратными каблуками. Через каждую фразу она произносила слово «кошмар». Все октавианцы знали, что это был дурной знак.

– Еще раз расскажите, что вы сделали, Алсу? – нервно переспросил директор.

– Сегодня октавианец Фид вызвал меня на дуэль. Он сказал, что если подниму на высоту космический корабль, то он больше не будет поднимать тему о моих родителях. Я согласилась, так как думала, что все будет виртуально, но Фид обманул. О драке в лицее вы знаете. Я не отрицаю свою вину.

– О нападении на учащегося лицея, – заметила завуч, – кошмар!

– Простите.

– Мы бы могли созвать комиссию по рассмотрению дела, так как исключение из Октавии неминуемо, несмотря, Алсу, на ваши заслуги и отличие в учебе. Однако вы открыто напали на офицера флота, а это совсем другой разговор. Вас исключат из лицея и лишат всех привилегий. В худшем случае – казнят. – подвел итог разговора директор, – Почему такая одаренная девочка смогла так легко пойти на провокацию? В жизни есть вещи намного серьезнее, опаснее и коварнее простых дразнилок.

– Черное пятно на репутации Октавии! Кошмар! – воскликнула завуч.

– На каком вы курсе Алсу? – неожиданно в разговор вступил человек в форме.

– Вчера сдала на отлично переводные экзамены на второй, – еще тише ответила я.

– Первокурсница смогла вывести космический корабль из спящего режима и, – офицер внимательно просматривал мое личное дело, пока директор многозначительно молчал, а я тщательно рассматривала пол, потому что было стыдно смотреть на них, – и переместить по однолинейной на два градуса? Насколько мне известно, это задание для выпускных курсов?

– Все верно, – кивнул директор.

– Доктор Паоло Пабло, – обратился к директору офицер, – вы не могли бы оставить нас на пару минут? И, если можно, завуч тоже?

К разговору с офицером флота я не была готова. Не хватало еще заплакать или сказать, что-нибудь глупое. Я посмотрела на старших в лицее, так, словно хотела сказать, чтобы они остались. Однако завуч даже не взглянула в мою сторону, когда уходила из кабинета, а директор посмотрел пустым взглядом.

Когда они вышли, осталось сказать одно:

– Капитан, извините за то, что ударила вас.

– Алсу, все делают ошибки, даже октавианцы, но за поступки нужно отвечать. Пойдем, я тебе кое-что расскажу, – он встал с кресла и указал рукой на окно. Я приподняла полы длинного платья и робко сделала несколько шагов. – Что ты видишь?

– Город. Лицей. Людей. Эм… горизонт. Небо. Звезды.

– Это не звезды, а твое будущее.

– Меня исключают, – голос дрогнул, в носу защекотало, еще минута и слезы бы покатились по щекам. Было так обидно.

– Нет, хотят казнить: подстрекание к непослушанию, драка, выходка с кораблем, нападение на офицера флота. Людям, кто тебе завидует, удалось показать всем, что ты можешь зайти также далеко, как зашли твои родители. Я не хочу обидеть, Алсу, но правду ты должна знать. Однако казнить каждого у кого есть такой потенциал, глупо. Поэтому казнь заменят – тебя вышлют с Земли на «Ю».

Я затаила дыхание. Не может быть! С одной стороны место, куда меня отправляли было легендой. Жизнь на зеленой земле была удивительная. Почти все деревья, растения, цветы приспособились к холодному пронизывающему до костей ветру. Температура воздуха редко поднималась до плюсовой температуры, но не опускалась ниже десяти по цельсию. При этом вся флора и фауна имела ярко-зеленый цвет, а пестрые в окраске цветы цвели круглый год. У гостей планеты создавалась иллюзия, что они оказались в экзотических тропиках. С другой стороны, изумрудная земля – это планета – колония, где находилось единственное закрытое поселение для малолетних преступников. Детям давали второй шанс. Их не только заставляли платить дань Земле, помогая искусственному производству воды, одежды, еды – их обучали. Я бы никогда не подумала, что буду одной из ссыльных, но я была благодарна за помилование.

От мыслей меня отвлекли.

– У выходцев с планеты «Ю» два пути, – мягко сказал офицер, – получить помилование за заслуги или отправиться в Крематорий. Думаю, что не стоит рассказывать о том, что с планеты стекла не возвращаются.

Серебряный гигант внушал ужас и уважение – это был военный корабль среднего ранга, похожий на большую стрекозу. Миниатюрность машины помогала ей пройти через любые препятствия, а аккуратные формы делали не такой угловатой как другие механизмы гильдии. Корабль был приспособлен к длительным перелетам, но совершенно не годился для ведения боя внутри. Именно по этой причине была усилена охрана. Среди военных были наемники с пневматическим оружием и собаками – поводырями. Овчарки рычали на юных заключенных, как на «мясо-вкусняшку», но ребята двигались вяло, словно для них это было не заключение, а семидневный круиз.

Кое с кем из ссыльных я успела познакомиться. Невысокий полноватый мальчишка с большими очками на курносом носу – Боб. Боб был младший в группе. Старший брат научил Боба незаметно снимать часы и показывать фокусы с бумажниками. Мальчик думал это весело и интересно, пока их не нашли служители закона. Он честно рассказал им, что играл с бумажниками и часами, но взрослые не послушали его, так Боб оказался ссыльным.

Рядом с юным фокусником шла Юля – отличница, умница, красавица. Юля обожала рассказывать о том, что натворила. Сначала она поведала нам, как целовалась в коридоре со старшеклассником, а потом первокурсник с колледжа пригласил ее на дискотеку. На дискотеке она подралась и оказалась тут. Дальше Юля рассказывала о том, как случайно захватила чужую кофточку в магазине и ее поймали. Через минут десять девушка пересказывала жуткую историю, что хотела освободить сестру из заложников и организовала нападение с друзьями, так их схватили служители закона. Честно, я запуталась, что из ее слов правда, а что нет.

Впереди нас шел темноволосый и очень стройный юноша, но ребята парня сторонились. Никто не знал, что сделал он, но его хмурый оценивающий взгляд пробирал до мурашек. Юля пыталась с ним заговорить, но парень так на нее глянул, что девочка быстро отошла в сторону. Хуже всего, что никто не хотел сидеть рядом, когда охрана стала рассаживать нас по местам космопорта. Пришлось мне, потому что другого места не нашлось.

Не успела я сесть в кресло, как рядом уселся Фид и, ударив кулаком в плечо, спросил:

– Сменила литию на джинсы? Что сказала офицеру флота?! Говори!

От красного, злого лица Фида стало смешно – хитрюга попался, не помогли даже связи мамы. Да, вселенная круглая – все мы встретимся на Ю.

– А что? Опять будешь воевать с учебником алгебры?

– Ты! Ты! Гадина!

Драки не получилось, потому что заговорил таинственный юноша:

– Что ты сделал?

– Я? – Фид не знал как повести себя с хмурым собеседником. Он решил, что лучше быть презрительным и высокомерным, – Это тебе будет не интересно. А что ты натворил?

– Хотел убить человека, – после ответа юноши в помещении стало тихо, только охрана ходила туда – сюда, что – то устанавливали в переходах, проверяли технику, роботов, а все ссыльные смотрели на наш ряд.

– А ты? – настаивал парень.

Фид побледнел:

– Ну, кхм… меня забрали за подстрекание этой, – кивок в мою сторону, – соучастие и ложь в показаниях офицеру флота.

– А тебя? – обратился ко мне незнакомец.

– Предъявлений по пунктам много.

В разговор встрял Фид:

– Она ябеда и предательница! Гадина! Вот кто она!

– А тебя, никто не спрашивает. – парень посмотрел на октавианца так, что даже я начала волноваться за Фида, – Мне, кажется, рассказ будет интересным. Девочек в ссыльных мало, а ты не похожа на «такую».

– Я украла и подняла в небо космический корабль.

Мы привлекли внимание не только ребят, но и взрослых, кое – кто в рядах присвистнул. Фид сидел злой, так как все о нем забыли. Юля с Бобом смотрели в нашу сторону, раскрыв рты, а мой новый знакомый неожиданно улыбнулся, протянул широкую ладонь и весело сказал:

– Вот, это да! Я ожидал услышать все, что угодно от такой снежной королевы как ты, но чтобы такое! Два человека приговоренные к вышей мере наказания и которым повезло. А ты крутая, – и немного подумав, он добавил, – пончик.

Я не пожала протянутую ладонь, потому что меня, как и других ребят загадочный юноша пугал. Хотелось избежать щекотливой ситуации и помог старт космопорта, корабль раскинул острые крылья, ведущий включил двигатели и, набрав высоту пять тысяч – пустил машину в открытый космос.

Не хотелось покидать родной дом, но я сама была виновата в том, что натворила. Паоло Пабло был прав в одном: в моей жизни будет еще много случаев, когда судьба испытает на прочность. Выдержу ли я? Не знаю. Знаю, что из мыслей не уходила беседа с офицером флота.

Ануар

Вечером он позвонил Ду, чтобы тот не приезжал. Не было настроения видеть друга. Хотелось побыть наедине со своими мыслями, в тишине или за рюмочкой коньяка, просматривая первый полуфинал по футболу. Мужчина никогда не был особым фанатом этого вида спорта, но, когда требовалось отвлечься от дел в мире, именно футбол помогал отойти от дурных мыслей, а после просмотра матча можно с новыми силами поразмыслить над загадками.

Головоломок в жизни мужчины было достаточно.

Сегодня футбола и выпивки не хотелось. Мысли не хотели отпускать его. Он думал о том, что его маленькая собеседница не пришла, а, вернее, не прилетела на встречу. Странно. Очень странно для нее. В последний раз, когда он поймал ее за руку, его «ветряная» знакомая явно испугалась. Может, спугнул? Пожалуй. Не нужно было так с ней. Надо было сохранить секрет, что он не только чувствует, но и видит ее.

Стоило доскам под паркетом слегка скрипнуть, человек уже знал, что она идет к нему. Ей даже не нужно было прикасаться к нему, как кожа мужчины покрывалась мурашками. В мыслях возникали будоражащие кровь эпизоды, так хотелось увлечь ее в комнату, но увы…

Одно завладеть духом, чтобы парить в небытие и наслаждаться красочными картинками другой реальности, а совершенно другое успокоить тело, которому нужна живая плоть.

Отсутствие того, что он не знал, кто его таинственная гостья, превращало дни без нее в медленную пытку. Да, он искал ее присутствия среди женщин своего окружения, но девушки не привлекали, как бы далеко он ни заходил в общении. С мужчинами он чувствовал себя уютнее, но в них не хватало того огня, что был в ней. Несмотря на то, что она приходила в довольно странной форме, желание быть с ней преодолевало все, но только не законы физики.

Утром после их встреч его буквально сгибало пополам, так как он не знал какая боль сильнее – разбитое ноющее тело, колики в кишечнике или же боль в паху. И с каждым разом мужчина набирал номер Ди, чтобы тот успокоил его необузданные порывы желания. И каждый из них понимал, что это лишь необходимость, чтобы отсрочить новый приступ.

Ди однажды аккуратно поинтересовался, что происходит с ним, но друг не смог ответить, потому что не захотел рассказывать тайну гостьи. На этом моменте оба решили, что пусть будет как есть. Мужчина не предлагал другу быть вместе, но не отказывал в дружбе. Оба сошлись на мнении, что отец будет не в восторге от того, когда узнает, что его сын предпочитает женщинам … слухи просачивались как стоковая вода с прогнившей крыши в дом, что любимец семейства балуется не простыми увлечениями.

И все-таки нужно было что-то делать. Просто так незнакомка не могла испариться, тем более на долгий срок. Поэтому мужчина решился на опасный ход – сегодня он решил уснуть на спине. Почему именно на спине? Только так он мог перейти в другую сторону. Достаточно было закрыть глаза, чтобы попасть в другой мир.

Жутко было идти туда одному, но им двигала всего одна мысль: если он разгадает тайну гостьи, то сможет найти ее. Неважно как она выглядела, насколько была старше или же наоборот младше его, и неважно в каком уголке Земли жила. Всего одна подсказка и он бросит все ради встречи.

«За свою любовь стоит побороться», – отец часто повторял слова деда.

Похоже, именно сейчас он понял смысл фразы.

Итак.

Вначале была темнота. Только звуки напоминали человеку о том, что он находится в помещении: часы, тикающие в углу комнаты, и дождь, моросящий за стеклом. Постепенно все стало стихать, а темнота, окружающая мужчину, приобрела формы, силуэты, очертания. Потом он почувствовал, будто сидит за рулем авто и мчится по крытому переходу навстречу свету.

Световая точка перед ним стала расти и…

Человек снова был в городе, только не в своей комнате, а на улице. Дождь прекратился. Солнце светило высоко над горизонтом. К своему удивлению он обнаружил, что не узнает эту часть города. Узкие дорожки, ни малейшего намека на растительность, многочисленные переходы от одного переулка к другому, маленькие домики, похожие на однотипные белые кубы, если бы не французские окна, дающие намек на то, что это были жилые помещения. Видимо окна еще и служили входом в помещения. Из них жители входили и выходили на узкие дорожки.

Создатели, построившие район, не заботились о машинах – не было автомагистрали. Да, и вообще не было намека на автомобили, мотоциклы, автобусы или велосипеды. Все вокруг казалось чистым, но одновременно сохраняло в себе какую-то восковую искусственность. Создавалось ощущение, что жителям города не хватало места.