Мужчина из прошлого. Познакомимся с тобой заново?
- -
- 100%
- +
Стрелки часов уже перемахнули далеко за полночь, а мы всё не ложимся, продолжая разбирать «по косточкам» бывшего физрука. Кажется, обсудили уже всю его подноготную, но почему он до сих пор одинок, так и не выяснили.
Внезапно мой телефон прерывает нашу интересную беседу. Звонок звучит резко и неожиданно в ночной тишине.
На экране – номер московской соседки.
«Боже! Неужели что-то случилось?! – сразу пронзает мозг паническая мысль. – Почему она звонит так поздно?»
Смахнув вверх зелёную иконку на экране, я дрожащей рукой подношу трубку к уху.
– Ираида Саввична? – спрашиваю срывающимся голосом. – Что-то случилось?
– Вы ещё спрашиваете, Алина? – строго отвечает она. – Вы что, издеваетесь надо мной?
Её резкий тон пугает меня ещё больше.
– Я… я не понимаю, о чём вы? Меня сейчас даже дома нет. Как я могу над вами издеваться?
– Ну, конечно, нет! – возмущённо фыркает она. – А кто же там кричит за стеной: «Ещё, Антоша, ещё! Быстрее, любимый, не останавливайся!»
Она искусно имитирует сладострастные вопли и снова нападает на меня:
– Я ведь просила вас, Алина, чтобы вы занимались интимными делами со своим супругом потише. Вы вообще, прочитали моё послание? Или просто сорвали его с двери и бросили в мусорное ведро?
– Ираида Саввична, – перебиваю я её, – как бы я могла одновременно кричать за стеной и разговаривать сейчас с вами по телефону?
– Как, как! – раздражённо кричит она, и вдруг её голос осекается: – Что… вас на самом деле нет дома?..
– Угу, – мычу я в трубку, опасаясь, как бы не разрыдаться во весь голос.
– Ой, простите меня, деточка! – начинает извиняться она. – Я совсем не подумала, что Антон прелюбодействует там с другой женщиной! Негодяй, какой! Променять такую порядочную жену на какую-то легкомысленную профурсетку!
Я молча хлюпаю носом, будучи по-прежнему не в силах сказать ни слова.
– А, давайте, я пойду сейчас к ним и вытащу за космы эту дрянь из вашей квартиры! – предлагает Ираида, желая хоть как-то реабилитироваться в моих глазах. – Пусть знает, как соблазнять чужих мужей! И кувыркаться в супружеской постели!
Мне очень тошно заново переваривать всё это, но я нахожу в себе силы ответить:
– Не надо, Ираида Саввична. Я сама поговорю с Антоном.
***
Видимо, я настолько меняюсь в лице после разговора с соседкой, что Лена, взглянув на меня, буквально замирает с кружкой в руке, а потом испуганно спрашивает:
– Алин? Что случилось?
Я молчу, тупо уставившись в тёмное окно. На его стеклянной поверхности угадывается лишь моё собственное отражение – бледное и потерянное.
«И как я могла поверить Свиридову? – могу думать сейчас только об этом. – Ведь были же все факты налицо! Но нет! Я продолжала цепляться за призрачную надежду, что нашу семью не коснётся эта напасть. Что Антон не способен на такую подлую низость по отношению ко мне».
– Алин! – трясёт меня за руку подруга. – Да очнись ты! Скажи, что с тобой? Беда, какая?
Её звонкий голос сейчас кажется, будто доносящимся сквозь толщу воды.
– Соседка позвонила. Сообщила, что муж сейчас развлекается дома. С какой-то девицей, – безразличным голосом отвечаю я. – Так бурно, что даже в соседней квартире всё прекрасно слышно.
Внутри у меня будто бы всё умерло. Никаких чувств и эмоций.
– Обалдеть! – Ленка прикрывает ладошкой рот и смотрит на меня во все глаза. – Беспредел, какой-то! Ты хоть знаешь, кто она… эта девица?
– Не-а, – я бессмысленно мотаю головой. – Он нас, знаешь ли, не представил.
Шучу мрачно. А что ещё остаётся? Кричать? Выть по-волчьи? Биться об стену головой?
Нет уж. Не дождутся. Не на ту напали.
– Так нельзя это оставлять! – со знанием дела заявляет подруга. – Надо действовать, Алин! Прямо сейчас! Надо выследить этих любовничков, застать их врасплох, и обязательно сделать фотки, а ещё лучше снять видео.
– Зачем? – спрашиваю устало. – Ну, снимем мы, ну получим неоспоримые доказательства… Разве от этого мне станет легче?
Я бессильно опускаю ладонь на грудь, в то место, где сконцентрировалась вся моя душевная боль.
– Не станет, – отвечает Лена, успокаивающе поглаживая моё плечо. – Но, если решишь разводиться, это будет весомый и сильный аргумент. Он ничего не сможет возразить!
«Разводиться?! – с ужасом думаю про себя. – Неужели я дожила до такого? До измены, до бракоразводного процесса, до взаимных претензий и дележа общего имущества?»
Это кажется страшным, кошмарным сном.
– Ты даже представить не можешь, на какие немыслимые подлости идут эти неверные супруги! – продолжает с жаром убеждать меня подруга. – А я за время работы секретарём в суде такого насмотрелась, что хватит на десять сезонов какого-нибудь сериала! В общем, собирайся. Мы едем в Москву. Моя машина стоит под окнами. Часа за три-три с половиной доберёмся. Устроим твоему благоверному встречу, которую он надолго запомнит!
«Господи! О чём она говорит?! – путаются мысли в голове, не желая складываться в логичную картину. – Какая Москва? Какая машина под окнами? Ведь на дворе уже глубокая ночь!»
– Нет, Лен, никуда мы с тобой не поедем по такой темноте. Не хватало ещё попасть в какую-нибудь историю на трассе. Давай, сейчас ляжем спать, а завтра я на самой первой электричке рвану домой. Сделаю сюрприз мужу! Поговорю с ним так, что мало не покажется!
– И что ты ему скажешь? – не отступает подруга. – Что соседка услышала что-то такое за стеной? Да, он просто на смех тебя поднимет! Придумает кучу отговорок!
– Каких, например? – недоверчиво спрашиваю я, хотя в глубине души чувствую, что доказательств у меня и на самом деле маловато. Только слова Ираиды.
– Да, множество вариантов! – восклицает Елена. – Например, скажет, что кино для взрослых смотрел с откровенными сценами. Или убедит тебя, что из мужской солидарности одолжил вашу квартиру на ночь хорошему другу для встречи с любовницей. Или, что ещё проще, свалит всё на соседку, типа, ослышалась она.
Выдав всё это почти на одном дыхании, Ленка умолкает, но ненадолго.
– Да, мало ли чего можно придумать! – заключает она, разводя руками. – Особенно, если фантазия хорошая!
Глава 9
«А фантазия у Свиридова довольно богатая. Много чего может наболтать, – с тоской думаю про себя. – Он ведь даже пробовал однажды сценарий для сериала написать. Правда, никого из кинематографистов его творение не заинтересовало, но способность выдумывать и сочинять на ходу никуда не делась».
– Нужны факты! Железные! Неопровержимые! – продолжает убеждать меня подруга, будто я сама этого не понимаю. – Только так ты сможешь прижать его к стенке!
Я лишь молча киваю. Конечно, нужны факты. И чем больше, тем лучше.
И не только для того, чтобы прижать Свиридова. Мне самой они тоже нужны! Потому что внутри, несмотря ни на что, всё ещё теплится робкая надежда: «А вдруг произошла ошибка? Вдруг никакой измены не было?»
– Слушай! – восклицает вдруг Лена, явно придумав какое-то решение. – А позвони-ка ты прямо сейчас той своей соседке и попроси её сфоткать эту деваху, когда она будет выходить из вашей квартиры. Хотя бы что-то будет у тебя на руках! Фотография это уже доказательство. По крайней мере, узнаешь своего «врага» в лицо.
Идея, в общем-то, неплохая. Но мне чертовски не хочется обращаться к Ираиде. Всё-таки живём рядом. Ни к чему ещё больше посвящать соседку в наш семейный скандал. И так, наверное, уже весь наш подъезд, от первого этажа до последнего, дружно обсуждает моего любвеобильного мужа, смакуя пикантные подробности. Ведь, трудно не заметить, как Антон, совершенно не стесняясь, таскает любовниц к себе домой.
И тут меня осеняет: Наталья! Моя начальница!
«Надумаешь проследить за мужем, обращайся. У меня есть опыт», – всплывают в голове её слова.
Понимаю, что время уже позднее, и что неудобно в такой час беспокоить человека, но выхода нет. Такой случай, как сегодня, может и не представиться больше. Найдут голубки другое пристанище для встреч, и я совсем останусь без доказательств. С одними лишь бесконечными подозрениями и сомнениями.
– Постой, у меня появилась другая идея, – говорю я подруге, попутно набирая номер Натальи.
Она отвечает на удивление быстро. И даже голос её звучит довольно бодро. Не похоже, что спала.
– Что, Алинка, уже соскучилась по работе? – смеётся Наташа, услышав мой голос. – Если что, у тебя ещё три дня. Не торопись. Отдыхай на полную катушку.
Она с кем-то перебрасывается несколькими словами, и я слышу, как на фоне звучит громкая ритмичная музыка.
– Да, я отдыхаю, Наташ… Всё хорошо, но сейчас звоню тебе по другому делу, – говорю с некоторым сомнением. – Я, кстати, тебя не разбудила?
– Разбудила? Да ты что, нет! – уверенно заявляет она. – Мы с подругой сегодня решили встряхнуться в ночном клубе. Здесь веселье ещё в самом разгаре. Так, что за дело, Алин?
– Фууух, – громко выдыхаю я, не зная, с какой стороны подступиться к своему повествованию. – Ты помнишь наш последний разговор перед самым моим отъездом?
– Ещё бы, конечно, помню. Что, опять какие-то проблемы со Свиридовым?
– Ну, да… – отвечаю поникшим голосом.
– Давай, подробнее, – требует Наталья. – Что он опять натворил?
– Всё то же самое… Сейчас мне позвонила соседка. Та, которая написала ту бумагу, что я тебе показывала.
– Так, и что на этот раз?
– Обвиняет меня в том, что я слишком громко стону за стенкой. Мешаю спать. А я-то сейчас нахожусь за триста километров!
В трубке повисает пауза. Я бросаю взгляд на Елену, но она составляет тарелки и чашки в посудомоечную машину, стараясь не смотреть в мою сторону.
– Вот, козёл, – злобно шипит Наталья. – Место бы ему одно на узелок завязать, чтобы впредь неповадно было!
Она ещё долго и с наслаждением кроет унизительными словами Антона, распаляясь всё больше и больше. Потом, исчерпав, видимо, запас оскорблений, спрашивает у меня:
– Алин! Может, я могу тебе чем-то помочь?
– Да, Наташ… Я как раз хотела попросить тебя кое о чём. Если ты сможешь, конечно. Понимаю, что просьба дурацкая и время ночное… – лепечу я, испытывая жуткую неловкость.
– Смогу, говори, – поторапливает она.
– Нужно подъехать к моему подъезду. Думаю, к половине седьмого утра. И поснимать камерой всех молодых женщин, которые будут выходить оттуда. Хотя бы в течение часа. Сможешь?
До слуха доносится довольная мстительная ухмылка.
– Она ещё спрашивает?! Конечно, смогу! Я всегда только за то, чтобы выводить на чистую воду вот таких вот товарищей, не умеющих держать своё хозяйство в штанах!
Наталья отвлекается на несколько секунд, я и слышу, как она переговаривается с кем-то вполголоса, должно быть, с той самой подругой, с которой отдыхает сейчас в ночном клубе.
– В общем, так, Алинка! – возвращается она, наконец, ко мне. – Мы с моей подругой Настей подъедем к твоему подъезду, как только на улице начнёт светать. И, можешь мне поверить, что ни одна ночная бабочка не пролетит мимо нас! Обязательно вычислим и запечатлеем эту Антошкину шмару!
***
До утра новостей ждать не приходится, поэтому мы с Еленой решаем, что попытаться заснуть, всё же лучше, чем метаться по комнате в тревожном ожидании.
– Ложись в нашей спальне, – предлагает она, выдавая мне чистую пижаму. – А я устроюсь на диване в гостиной.
– Нет, нет, Лен! – наотрез отказываюсь я. – Постели мне на диване.
Почему-то прихожу в ужас от одной только мысли о том, чтобы лечь в чужую супружескую постель. Мне неуютно спать в том месте, где люди занимаются глубоко интимными вещами.
Мне – неуютно, а другим, хоть бы что…
Любовница моего мужа, например, запросто заваливается в мою постель и, судя по всему, чувствует себя в ней раскованно и свободно. Прямо сейчас, в этот самый момент, она валяется на моей хлопковой египетской простыни, елозит своей башкой по прохладным льняным наволочкам, накидывает на обнажённое тело тонкое шёлковое покрывало…
Стерва!
Я невольно сжимаю кулаки, но тут же понимаю, что я бессильна, что-либо изменить. Она там – в моём доме, с моим мужем и в моей постели. А я здесь – в чужой квартире, и на чужом диване.
Между нами триста километров. Мне её не достать.
Глава 10
Сон приходит только под утро. Тревожный и неспокойный. Но и это краткое забвение длится недолго – ровно в семь часов раздаётся телефонный звонок.
Я, ещё до конца не проснувшись, хватаю трубку и слышу Наташин голос:
– Мы их поймали, Алинка! – почти захлёбываясь от волнения, говорит она. – Никуда теперь не денутся!
– Кого… их, Наташ? – не могу понять спросонья.
Мысли путаются, в голове мелькает дурацкое, паническое подозрение, что Свиридов развлекался одновременно не с одной партнёршей, а с двумя или даже… Господи, даже подумать страшно! И это мой муж?! Тот самый человек, с которым я прожила почти пять лет, ничего не зная о его порочных наклонностях?!
– Твоего Свиридова и его эту… подругу, – терпеливо объясняет Наталья.
После её слов у меня даже немного отлегает от сердца: хотя бы не групповуха! Всё гораздо банальнее, можно даже сказать, традиционнее. Всего одна любовница. Обычная история, каких тысячи.
– Да, словили прямо тёпленьких, с поличным, – продолжает она. – Утром они вдвоём вышли из подъезда, и сразу же, не глядя друг на друга, разошлись в разные стороны. Типа, они не вместе. Придурки, блин! Наивные, как школьники!
Наташа злорадно хихикает, поражаясь глупости неосмотрительных любовников, считающих, что такие дешёвые трюки могут кого-то обмануть.
– Как только они разделились, – с азартом рассказывает она дальше, – мы с Настюхой выскочили из машины и отправились следом. Я – за дамочкой лёгкого поведения. Она – за твоим муженьком. Иначе нельзя было, потому что Свиридов знает меня в лицо, а Настю – нет.
– А вам удалось что-нибудь заснять? – подрагивающим от волнения голосом спрашиваю её.
– Конечно, всё есть на видео! – восклицает она. – Причём в двух вариантах. Как сначала они расходятся, а потом, повернув с разных сторон за дом, снова сходятся. Смеются, целуются взасос прямо на улице, не стесняясь. Потом садятся в машину Свиридова, опять обнимаются и уезжают. Теперь, Алинка, козлу уже не отвертеться! Не придумать убедительные отговорки.
Слышу, как Наталья торжествует, а у меня в душе будто бы всё заледенело. Последняя крошечная, глупая надежда рухнула, погребя под собой несколько лет, как я считала, счастливого брака.
– Наташ, – обращаюсь к ней едва слышно, – а какая она, эта…
Долго думаю, и никак не могу подобрать подходящего названия для любовницы мужа. Разлучница? Шалава? Потаскуха?
– Да, ты её знаешь! – не дожидаясь, пока я соображу, заявляет Наташа. – Это Анфиса из отдела маркетинга. Помнишь, рыжая, такая… колоритная?
«Анфиса?!»
Мозг, ещё минуту назад заторможенный, лихорадочно заработал, перебирая в памяти всех сотрудниц отдела маркетинга. Но можно было этого и не делать. Потому что Анфиса там всего одна – статная, полная девушка, выше меня ростом на полголовы, всегда вызывающе ярко одетая.
– А ты ничего не путаешь? Это точно она?
– Нет, не путаю, – в её голосе ни капли сомнения. – Это она. Анфиса. Стопроцентно. Рыжая, пышная, в ярком платье в обтяжку. Мне даже пришлось капюшон на голову натянуть, чтобы она меня случайно не узнала.
Слов нет. А я ведь с этой самой Анфисой была почти в приятельских отношениях. Мы нередко болтали у кулера о том, о сём. Я, дура, рассказывала ей о муже, делилась мелкими семейными проблемами.
– И где только Свиридов снюхался с ней? – продолжает вслух рассуждать Наталья. – Вроде бы работает он далеко от нашего офиса, да и сферы их деятельности совсем разные.
– Он бывал у нас на корпоративах, – тяжело вздохнув, говорю я. – Нередко ждал меня на стоянке после работы. Иногда заходил в офис. Где-то, видимо, дорожки пересеклись.
Мои слова звучат внешне спокойно, но внутри чувствую приступ дурноты. Как представлю, что Антон развлекается с этой…
Мы ведь совсем разные с Анфисой. Неужели его тянет на полненьких женщин? И со мной он живёт только по привычке, тайно фантазируя о пышных формах? В этом случае, мои пятьдесят два килограмма точно не выдержат конкуренции с её девяноста.
– Кстати, – хочу уточнить кое-что у Натальи, – ты не в курсе, Анфиса ведь, по-моему, замужем? Или я что-то путаю?
– Ещё как замужем, – подтверждает она. – Года два назад у неё была очень пышная свадьба. Только, кого это когда останавливало, Алин? Если человек слабоват на передок, он при любом раскладе будет изменять. Просто, ради спортивного интереса.
Я, как жуткая индивидуалистка и собственница, не могу такого понять. Как можно делить с кем-то мужчину, зная, что после тебя он пойдёт целовать и обнимать другую женщину? Будет ласкать её, изображать примерного семьянина. От одной этой мысли меня передёргивает.
– Для тебя такое, возможно, и дико, – словно угадав мои мысли, говорит Наташа, – а для некоторых в порядке вещей.
– Ну, не знаю, – сомневаюсь я. – Неужели эти женщины никакого стыда перед мужем не испытывают? Вылезают из-под одного мужика и отправляются в постель к супругу? Безо всяких угрызений совести?
– Конечно! – фыркает Наталья. – Они даже не знают, что такое угрызения совести! У меня, например, есть одна знакомая. У неё муж гораздо старше, но зато занимает высокий пост. Она, разумеется, ни в чём не нуждается, живёт в шикарном доме, муж исполняет все её капризы. Но она несколько лет подряд тайно встречается с одним и тем же любовником, и не желает его от себя отпускать.
– То есть, как? – уточняю я, заинтересовавшись этим абсурдом. – Любовник хочет от неё уйти, а она его не отпускает? Чего только на свете не бывает!
– Да уж, чего только не бывает! – соглашается Наталья. – Этот мужик сначала предлагал ей выйти за него, чтобы семья была настоящая, а не встречи тайком на конспиративных квартирах. Но она не желает уходить от мужа, и любовника отпускать тоже не хочет.
– Наверное, деньги большие возле мужа держат? Не хочет менять их на рай в шалаше, пускай даже с любимым.
– В том-то и дело, что любовник этот тоже небедный человек. Правда, он не москвич, откуда-то из провинции. Но мою знакомую устраивает всё, как есть. Ничего менять не желает.
Выслушав эту поучительную историю, я напоминаю Наталье, чтобы не забыла выслать мне видеозаписи.
– Слушай, я тут подумала… – с лёгкой заминкой начинает она. – А что если выслать эти записи Анфисиному мужу? Слышала, он мужчина крутого нрава. Задаст перцу и ей, и твоему Свиридову. Надолго потом отпадёт охота бегать налево.
Звучит заманчиво: нанести удар чужими руками, а потом смотреть, как гулящая парочка будет выкручиваться. Но что-то внутри останавливает меня от принятия столь радикальных мер.
– Я должна подумать, Наташ… Всё взвесить сначала.
– Ну, хорошо, думай, – соглашается она. – Просто имей в виду, что есть и такой вариант. Высылаю тебе твои файлы. Держись, дорогая, – добавляет она, и я слышу, как в нашем чате срабатывает звуковое оповещение.
Неопровержимые свидетельства измены моего мужа уже у меня в руках.
Глава 11
Получив видеофайлы от Натальи, долго не решаюсь открыть их и посмотреть. Откинувшись на подушку, крепко сжимаю в ладонях телефон и думаю: смотреть мне этот компромат или лучше не надо?
Ведь я отдаю себе отчёт: если сейчас нажму «воспроизведение», всё может измениться. Навсегда и бесповоротно. Даже если я крепко закрою глаза, даже если попытаюсь вычеркнуть это из памяти, кадры навсегда впечатаются в сознание. И назад «плёнку» потом не открутишь. «Развидеть» измену мужа уже не получится.
И в этом душевном раздрае вдруг рождается малодушная, трусливая мысль: может, лучше не знать? Может, проще сделать вид, что ничего не произошло? Погрузиться в привычную рутину, попытаться всё объяснить, оправдать, простить…
Но едва эта мысль обретает форму, в голове раздаётся резкий, почти злой внутренний голос:
«Хватит, прятать голову в песок! Ты что, серьёзно думаешь, что если не посмотришь это видео, твоя проблема волшебным образом испарится сама собой? Исчезнет, стоит закрыть на неё глаза?»
И в самом деле, лучше горькая правда. Незнание не защитит меня, наоборот – превратит в посмешище. В слепую, доверчивую дурочку, которая верит тому, кто плюёт за её спиной.
Лучше увидеть всё своими глазами, чтобы понять, насколько это серьёзно у Антона. Чтобы перестать терзать себя догадками и получить, наконец, неоспоримые доказательства. А ещё для того, чтобы принять решение для себя: как жить со всем этим дальше.
Палец нерешительно зависает над экраном. Ещё секунда – и я нажму. Ещё мгновение, и моя жизнь расколется на «до» и «после».
Но в этот миг вдруг тихо скрипит дверь спальни, будто сама судьба решает дать мне небольшую отсрочку. Из спальни выходит Елена, потягиваясь и по-детски потирая глаза. Утренний свет ласково касается её растрёпанных волос.
– Доброе утро! – приглушённым со сна голосом произносит она. – Тебе удалось хоть немного поспать?
Я заставляю себя улыбнуться.
– Да, всё нормально, Лен, – говорю неправду, быстро пряча свой телефон под покрывало. – Я почти выспалась.
– Тогда поднимайся, – бодро объявляет она. – Завтрак через двадцать минут. Иду готовить омлет.
Придётся пока повременить с видео. Сейчас я не могу. Не хочу, чтобы Лена, с её острым взглядом и искренней заботой, увидела моё потрясение, заметила дрожь в руках. Не хочу, чтобы она начала задавать вопросы, на которые я пока не готова отвечать.
«Потом, – обещаю я себе. – Посмотрю это потом, когда останусь одна».
***
Как подобает радушному хозяину, Савелий Крупицын встречает нас прямо у ворот своего загородного дома, широко раскинув руки, будто хочет обнять весь мир.
Его личные владения занимают огромную территорию, а участок выглядит так, будто над ним поработала целая команда крутых ландшафтных дизайнеров. Аккуратно подстриженные газоны сменяются яркими цветниками, тут и там виднеются затейливые скульптуры и беседки, в тени, по крупным гладким камням стекает небольшой искусственный водопад.
– Я же говорила, что у Савелия красота! – шепчет мне на ухо Ленка, обводя глазами участок. – Наверное, единственный такой сад во всём нашем городе!
– И что, он сам всё это сделал? – с сомнением смотрю я на неё, до сих пор не веря, что позволила себя сюда затащить.
Ведь я совсем уже собралась ехать домой на ближайшей электричке, но в самый последний момент подруге удалось-таки меня уговорить: «Ты пожалеешь, если уедешь!»
– Ты что? Конечно, не сам! – она округляет глаза, словно удивляясь моей наивности. – Приглашал специалистов. Они тут всё прошлое лето трудились без отдыха. Зато результат налицо!
Подруга увлекает меня ближе к искусственному водопаду, и здесь, в тени плодовых деревьев, на меня вдруг нисходит странное успокоение. Тревоги, переживания и обиды отходят на второй план. Остаётся лишь шорох листвы, стрёкот кузнечиков и мерное журчание воды, которое можно слушать бесконечно.
Но внезапная суета возле ворот невольно вырывает меня из состояния безмятежного блаженства. Радостные крики, топот ног и взрывы хохота, доносящиеся оттуда, нарушают тихую идиллию сада.
– Кто-то пришёл! – восклицает Елена, дёргая меня за рукав. – Пойдём, посмотрим!
Я качаю головой, не в силах оторваться от этого места.
– Ты иди, – отвечаю ей. – А я ещё немного постою. Так хорошо здесь, не передать словами.
Мне не хочется никого видеть. Никого и ничего. Кроме этого водопада, кроме этих раскидистых деревьев.
Подруга, не переча, исчезает в зелени, а я стою, прикрыв глаза, и вдыхаю лёгкую прохладу, пока за плечом не раздаётся мужской голос. Низкий, приятный, до боли знакомый:
– Привет, Харитонова! От кого прячешься?
Резко поворачиваюсь и вижу прямо перед собой Шахова.
Сегодня он одет просто – в джинсы и светлую спортивную рубашку, но и этот наряд ему тоже к лицу. Даже, пожалуй, больше, чем костюм. Мощная мускулатура и широкие плечи вырисовываются гораздо лучше, чем под пиджаком.
Его взгляд, тёмный и насмешливый, скользит по мне, и я чувствую, как внутри нарастает странное волнение.
– Ни от кого я не прячусь, Евгений Владимирович, – отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и беззаботно.
Его губы растягиваются в ухмылке. Неужели он подумал, что я скрываюсь от него?
Быстро взяв себя в руки, решаю тоже задать ему неудобный вопрос:
– А вы здесь, какими судьбами? – спрашиваю с наигранной лёгкостью. – Кажется, вы не являетесь выпускником нашего класса? Но, вижу, регулярно посещаете наши мероприятия. У вас какой-то личный интерес?
– Угадала, Харитонова, у меня здесь личный интерес.
Он делает шаг вперёд. Потом ещё один. Я невольно отступаю, но понимаю, что дальше двигаться некуда. За спиной – только каменный бортик водопада. Не прыгать же через него, чтобы оказаться по пояс в воде!