Разлюбил…

Глава 1

Новый день в нашей семье начался как обычно – со скандала.

– Не понимаю, – грозно сдвинув брови к переносице, выговаривал мне муж, – почему каждый Новый год мы должны встречать именно у твоих родственников?! Может, хотя бы раз для разнообразия съездим к моим?

Старательно сохраняя внешнее спокойствие, я поставила перед ним тарелку с яичницей и беконом и тихо возразила:

– Андрей, ты сам так решил когда-то… На Новый год – к моим в Зеленоград, на Рождество – к твоим в Ногинск. Уверен, что именно сейчас нужно что-то менять?

Оставив мой вопрос без ответа, он принялся за завтрак. Старательно пережёвывая кусочки бекона, муж опять нахмурил лоб.

«Наверное, думает, чем бы ещё меня зацепить, – подумала я про себя, – ищет повод вывести из равновесия».

Подобное общение между нами с каких-то пор стало почти нормой. Как-то постепенно и незаметно из любящих супругов мы превратились в вечно недовольных друг другом людей. Периоды взаимных претензий сменялись короткими перемириями, и тогда в наш дом опять возвращалась любовь. Но её божественное дыхание раз от раза становилось всё слабее и реже, а былой накал утрачивал свою яркость.

– Свинина пережарена, – изрёк, наконец, муж, разделавшись с завтраком. Эта фраза в его понимании была синонимом слова «спасибо».

– Всегда пожалуйста, Андрюша, – с лёгким сарказмом ответила я, намекая на то, что встала на час раньше него, чтобы приготовить завтрак.

Не оценив моей иронии, он поднялся и вышел из кухни с непроницаемым лицом. Вместо обычной благодарности, тёплых супружеских объятий и поцелуя в щёку мне остались лишь хлёсткие слова о том, что свинина была пережарена.

***

День тридцать первого декабря выдался в этом году морозным и солнечным одновременно. Несмотря на недавний протест, Андрей ещё с вечера заправил машину и поставил будильник на семь часов, чтобы выехать в Зеленоград пораньше. Утром мы загрузили пакеты с подарками для родственников в багажник и около девяти тронулись в путь.

– Солнце, какое яркое! Выжигает глаза… – недовольно проворчал он, когда утреннее светило поднялось над горизонтом.

Это были его первые слова за сегодня.

– Угу, – неопределённо буркнула я в ответ просто для того, чтобы поддержать разговор.

В отличие от вечно всем недовольного мужа, солнце не выжигало мне глаза, наоборот, поднимало настроение, давало стимул жить. В хмурые и ненастные дни на душе было совсем тоскливо.

Примерно через полчаса за стёклами автомобиля замелькали дома родного города. В нём я выросла и окончила школу. Здесь до сих пор живут все мои близкие родственники.

Несмотря на ранний час, на улицах царило оживление: кто-то спешил за продуктами к праздничному столу, кто-то запоздало покупал пушистую ель, чтобы порадовать домашних, кто-то шёл поздравлять родственников. Лица горожан казались мне счастливыми и улыбчивыми, будто бы у каждого из них в жизни всё было хорошо.

Мне захотелось выйти из машины, пройтись пешком, стать частью этой жизнерадостной толпы, но мрачный вид мужа за рулём моментально отсекал желание даже думать об этом.

***

Родительский дом, расположенный в пригороде, был построен моим отцом ещё в те времена, когда я училась в старших классах, а моя младшая сестра Юлька была милой десятилетней девчушкой. Обе мы с тех пор сильно изменились, но она, в отличие от меня сегодняшней, не утратила способности восторгаться жизнью и верить в лучшее будущее.

Андрей припарковал машину возле ворот и взглянул на меня:

– Катя, ты так и будешь молчать? – с лёгким раздражением в голосе спросил он. – Стоило тащиться сюда, чтобы портить людям праздник! Помолчать ты с успехом могла бы и дома.

– Вообще-то, я думала, что это ты молчишь. Видимо, ошиблась. Извини…

Я повернулась и посмотрела на него, но прочесть что-либо в его глазах было невозможно. Несколько мгновений мы сидели молча. Раньше Андрей наклонился бы ко мне и поцеловал, сказал, что любит, но такие проявления нежности в последнее время стали большой редкостью.

– Ну, хватит, дуться! – примирительным тоном сказал он. – Вон, смотри, Юла уже бежит встречать нас.

Распахнув боковую калитку возле больших автоматических ворот, на улице показалась младшая сестра. Она выскочила прямо в кухонном фартуке, повязанном поверх красного трикотажного платья. Глядя на её сияющее лицо и радостную улыбку, я подумала, как подходит ей прозвище, которое давно уже придумал мой муж. Своим подвижным и заводным характером Юлька, действительно, напоминала юлу.

– Катька! Сеструха! – кинулась она ко мне, едва я успела ступить ногами на землю. Свой восторг от встречи Юля проявляла так бурно, что я чуть не рухнула обратно в машину, успев вовремя схватиться рукой за дверцу.

Ещё больше обожания досталось моему мужу, который в это время тоже уже успел выбраться из автомобиля.

– Андрэ! – прокартавила сестра на французский манер. – Неотразим как всегда! Красив и элегантен! Бодр и свеж! К тому же безумно сексуален!

– Юла, ты меня засмущала! – с улыбкой сказал Андрей и распахнул свои руки для объятий.

Юлька взвизгнула, подбежала к нему и повисла на шее.

В такие мгновения хотелось верить, что всё ещё между нами наладится, что это всего лишь временный разлад, и впереди нас ждёт счастье. Что ещё много-много лет мы будем приезжать сюда на Новый год, а Юлька, вот также, с шутками и смехом станет встречать нас у ворот.

Такой вот несбыточный образ будущего…

Глава 2

В доме стоял шум и предпраздничная суета. Андрей прошёл в гостиную и о чём-то разговаривал там с моим папой. Юлькины девчонки – двойняшки Маруся и Шурочка – с визгом носились вверх и вниз по лестнице, ведущей на второй этаж.

Обогнув по коридору столовую, я направилась в кухню, где уже с самого раннего утра колдовала мама. Стоя у стола, она натирала твёрдый сыр для любимой папиной закуски.

– Катюша, здравствуй! Как хорошо, что ты приехала! – улыбнулась мама.

Отряхнув руки, она привлекла меня к себе и крепко обняла.

Ощутив тепло маминых рук, я почувствовала, как слёзы невольно подступают к глазам. Вся внутренняя боль от семейных неурядиц готова была разом выплеснуться наружу. К счастью, в этот момент на кухню ворвалась Юля.

– Принцессы расшалились до невозможности, – разрушила она нашу тихую идиллию своей неуёмной энергетикой. – Пришлось применить меры дисциплинарного воздействия. Никакого сладу с ними нет!

Незаметно смахнув слезинки с глаз, я оглянулась. Племянницы несмело выглядывали из-за двери и загадочно улыбались. Поманив их пальцем, я присела на корточки и прижала девчонок к себе.

Сестра родила их пять лет назад, когда ей только-только исполнилось двадцать два. Отец девочек, тоже совсем ещё молодой парнишка, не был готов разделить с Юлькой родительские обязанности и испарился в неизвестном направлении. Через полтора года сестра вышла замуж за мужчину постарше, но не прожив и двух лет, они решили расстаться.

– Тётя Катя, ты нам что-нибудь привезла? – прошептала мне на ухо Маруся. – Мы с Шурочкой тебя так ждали!

– Конечно, сокровища мои, – тоже шёпотом ответила я, ещё сильнее обнимая племяшек, – я привезла всё, что вы заказывали Деду Морозу. Только об этом пока никому!

Тихонько хихикая, девочки побежали из кухни, а я с тоской затравленного зверя посмотрела им вслед. Хорошо, что у мамы с папой есть они. Потому что от меня мои родители внуков едва ли уже дождутся.

***

О детях мы с Андреем начали мечтать ещё до того, как поженились. Помню, уже через неделю после нашего знакомства он спросил у меня:

– Ты когда-нибудь думала о том, скольких детей хочешь иметь в будущем?

– Как-то не задумывалась об этом, – неуверенно пожала я плечами. – Сколько будет, пусть столько и будет. Зачем заранее загадывать?

Андрей тогда весело рассмеялся: ему понравился мой ответ. Он тоже не очень любил облекать всё в строгие рамки и строить планы на много лет вперёд. Пускай жизнь идёт своим чередом, а там сориентируемся на месте.

Было нам в то время всего по двадцать два года. Оба мы учились в медицинском университете: я на педиатрическом факультете, а Андрей – на лечебном. Поскольку наши потоки пересекались не часто, то до четвёртого курса мы даже не были знакомы друг с другом, встречаясь лишь мельком по пути из одного корпуса в другой.

И лишь однажды нас свела судьба на общей вечеринке четверокурсников, после которой мы уже не разлучались. Как-то разом с глаз вдруг спала пелена, и я заметила, что этот голубоглазый парень с лечебного факультета очень даже ничего, а он, видимо, в тот же самый момент рассмотрел что-то этакое во мне.

Звёзды сошлись, как мы тогда думали, навсегда.

Через два года после нашей первой встречи мы получили дипломы о высшем медицинском образовании и почти сразу поженились. Из Кати Синицыной я превратилась в счастливую молодую жену Екатерину Ермакову.

Сейчас нам по тридцать три года, и мы достигли определённых высот в профессии. Андрей работает заведующим кардиологического отделения в крупной городской клинике, а я в ней же возглавляю детское отделение.

В профессиональном плане мы необычайно успешны, чего не скажешь про нашу личную жизнь. Она не выдержала испытания временем и дала серьёзную трещину.

***

За девять лет, прошедших со дня нашей свадьбы, я трижды была беременной. Первые две попытки осчастливить себя и мужа долгожданным ребёнком закончились неудачей. Каждый раз для меня это оборачивалось затяжным переживанием, а для моего мужа тяжёлым испытанием.

Поначалу он ещё пытался утешать меня и водить к психологу, но видя бесполезность своих попыток, приспособился просто жить рядом, не обращая внимания на мои эмоциональные перепады.

Иногда я замечала в его глазах невыносимое отчаяние, но ничего не могла с собой поделать. Желание, во что бы то ни стало иметь ребёнка, полностью поглотило меня. Как одержимая я носилась по врачам, сдавала анализы, проходила через болезненные процедуры, принимала таблетки.

И чудо произошло: три года назад я забеременела в третий раз. Мы с Андреем боялись даже загадывать что-то, но все критические сроки миновали, а плод в моём животе продолжал развиваться. Обследование на УЗИ показало, что это был мальчик. Успешное течение беременности нас обнадёжило, и мы даже позволили себе задуматься над тем, какое имя дадим ребёнку, как оборудуем детскую, кого позовём крёстными родителями.

Но лучше бы мы этого не делали. На тридцатой неделе врачи диагностировали у меня замершую беременность. Сердце моего, так и не рождённого сына, перестало биться.

Некоторое время после этого я пребывала в состоянии эмоциональной тупости и не чувствовала совсем ничего, но в какой-то момент ко мне пришло понимание того, что своей неистовой гонкой за материнством я лишь мучаю себя и мужа.

Я настолько погрузилась в собственные переживания, что совсем не принимала в расчёт его чувства. Не хотела знать, каково приходится ему.

Глава 3

После периода тяжёлого внутреннего опустошения я решила: будь что будет. Если судьбе угодно, то у меня обязательно родится ребёнок. Нужно просто набраться терпения.

Я поставила на своих беременностях, нет, не точку, а скорее многоточие, и целиком посвятила себя работе и семье. Хотела возместить Андрею хотя бы часть той любви, которую я ему недодала за все эти годы.

Только вот оказалось, что я немного запоздала со своими желаниями. За время моих метаний муж научился жить без моей любви, и его это вполне устраивало.

Мне пришлось немало постараться, чтобы восстановить мир в нашей семье.

***

Праздничный стол, накрытый в гостиной родительского дома, был настолько большим и просторным, что за ним без труда уместились не только все мы, но и двое папиных братьев со своими семьями.

В преддверии боя курантов гости оживлённо беседовали, раздавался весёлый смех, вилки и ножи бойко стучали по фарфоровым тарелкам. Маруся с Шурочкой, так и не дождавшись полуночи, в обнимку дремали в кресле.

«Подарю им подарки утром», – подумала я и взглянула на мужа.

Он был необычайно весел и постоянно сыпал остротами. Со стороны могло показаться, что Андрей из той породы людей, которых называют душой компании, но я хорошо знала и другую его сторону. Угрюмую, придирчивую, равнодушную, временами пугающе мрачную.

Конечно, он не всегда был таким. Даже три года назад, в сложные для нас времена, всё было совсем по-другому.

***

Поставив мечту о материнстве на паузу, я с той же неиссякаемой энергией принялась реанимировать свою семью. Потерять ещё и любимого мужа я никак не могла. Тогда мне казалось, что я этого просто не вынесу.

Нам вместе пришлось пережить такие невзгоды, неужели всё это было зря?

Мы начали отдыхать с Андреем, ходили в театр, в кино, отправлялись в походы, ездили на рыбалку. Я, наконец-то, перестала думать только о том, как зачать ребёнка, и разделила интересы мужа. В кои-то веки мы начали заниматься любовью, когда хочется, а не по строго выверенному графику.

Понемногу жизнь наша наладилась, мы будто бы заново полюбили друг друга.

Но примерно около года назад, настроение мужа начало меняться: то спад, то подъём. Совсем как у меня в то время, когда я принимала препараты для успешного зачатия. И если мои гормональные «качели» были вполне понятны, то происходящее с Андреем я никак не могла объяснить.

Утешала себя тем, что он, возможно, устаёт на работе, и ему просто требуется хороший отдых. Или переживает какой-нибудь свой личностный кризис…

Вспоминая о том, как долго он терпел мои «выходки» в прошлом, я решила не трогать его и терпеливо ждала, когда мой любимый перебесится и придёт в норму.

И временами всё, действительно приходило в норму. В нашем доме поселялась любовь, но потом настроение Андрея снова менялось, и он закрывался от меня.

***

– Пойдём, поболтаем, – шепнула мне на ухо сестра, направляясь на кухню.

Я встала из-за стола и пошла следом за ней. Неужели, Юлька что-то почувствовала? Делиться личными переживаниями мне пока не хотелось даже с ней. Тем более в новогоднюю ночь.

– Слушай, – начала она осторожно расспрашивать меня, – а у вас с Андрюхой всё нормально? У него рот не закрывается, а ты сидишь, будто бы тебя пыльным мешком по голове отоварили… Что происходит? Колись, давай!

– Да так, немного повздорили накануне, – нехотя ответила я. – Ничего серьёзного. Не обращай внимания…

– Он что, завёл себе другую бабу? – пытливые Юлькины глаза уставились на меня как два прожектора. – Угрожает разводом?! Хочет уйти?

– Какая баба, Юль?! Какой развод? Ты же была замужем, знаешь, как это бывает между людьми, живущими вместе.

– Вот именно, что знаю! – по лицу сестры пробежала едва уловимая тень. – Сегодня ты самая любимая, и кисонька, и лапонька, а завтра, пошла вон! Не нужна больше! Отправляйся жить к родителям вместе со своим выводком!

Я тут же пожалела, что вообще завела этот разговор.

Не стоило напоминать Юльке о мужчинах, которые обманывали и предавали её в прошлом. Если она внешне выглядит жизнерадостной и неунывающей, это не значит, что внутри всё отпустило, и душа больше не болит.

– Слушай, систер, – с напором продолжала она, – если твой Андрэ решит вдруг прибиться к отряду предателей-отщепенцев, ты не дрейфь! Зови меня на помощь! Вдвоём мы ему быстро мозги на место вправим.

Глядя на разгорячённое лицо младшей сестрёнки, я невольно заулыбалась. Как же я её всё-таки люблю! Моя вечная защитница! Даже в школе, будучи по возрасту на шесть лет младше, она следила за тем, чтобы меня никто не обидел. Без стеснения подходила к парням, которые добивались моего внимания, и с пристрастием допрашивала их.

Неудивительно, что кавалеров в школе у меня почти не было. Никому не хотелось связываться с моей взбалмошной младшей сестрой.

– Юлька, солнце моё! Не переживай ты за меня! – постаралась успокоить я её. – Всё наладится, говорю тебе! В жизни всякое бывает… Расскажи лучше, как твои дела. Давно уже не виделись. Наверное, новостей полно?

– Ну, как сказать… – Юлька игриво закусила нижнюю губу и, сверкая хитрыми искорками в глазах, посмотрела на меня. – Кое-что вроде намечается… Но, боюсь сглазить. Рассказывать подробности пока не буду.

– Ну, вот! Так не интересно! – недовольно надула губы я. – Начала, так рассказывай, а если не собиралась делиться подробностями, тогда не надо было и начинать!

Глава 4

– Ладно, ладно, уговорила! – Сестра задумчиво подняла глаза вверх, раздумывая с чего бы начать. – В общем, его зовут Владислав. Ему сейчас тридцать три, как тебе и твоему Ермакову.

– А чем он занимается? – не удержалась я от вопроса.

Всё-таки доверить младшую сестру и её маленьких дочерей мужчине без дела и без профессии я бы поостереглась.

– У Влада свой мебельный бизнес. Объёмы небольшие, но сегмент дорогой. Авторская работа, красное дерево, единичные экземпляры, эксклюзив и всё такое.

– И где ты с ним познакомилась?

– На выставке.

– Что ты там делала? – удивлённо спросила я.

Никогда раньше не замечала за сестрой склонности ходить по каким-либо выставкам.

– Да, представляешь, шла мимо, чувствую, по маленькому хочу – не могу! Думаю, заскочу на выставку, там, наверняка, туалет имеется. Хожу между рядами, высматриваю табличку, ко мне парень подходит и говорит: «Девушка, вы не сниметесь на рекламном постере для моей мебельной компании?»

– Прямо так и спросил?

– Ну, да. Я подумала, разыгрывает, наверное, и, не глядя на него отвечаю: «Щас! Только схожу пописаю!». Тут как раз и туалет подвернулся. Я свои дела сделала, выхожу, а он меня снаружи дожидается. Красивый, такой!

– И что?

– Что… что… Пришлось сниматься для постера, ну и ещё там кое-что…

«Неисповедимы пути Господни», – подумала я.

Это только наша Юлька умеет знакомиться в самых неожиданных местах. Например, может спешить в туалет, и по пути подцепить кавалера. И я даже ничуть не удивлюсь, если такое странное знакомство в дальнейшем перерастёт у них в нечто серьёзное.

***

– Катька! – неожиданно подпрыгнула на стуле Юля. – Слышишь, куранты уже бьют! Бежим скорее к столу. Встречать Новый год в одиночестве, да ещё на кухне – плохая примета!

Как ужаленные мы вскочили со своих мест и понеслись в гостиную, где родственники уже поздравляли друг друга с наступающим и, позвякивая хрусталём, чокались бокалами. Ещё один год жизни безвозвратно уходил в прошлое.

– Хватай свой бокал! – скомандовала сестра. – Загадывай желание!

Раздумывать особо было некогда, времени оставалось в обрез. И в последние секунды уходящего года я загадала себе счастье.

Не покорение новых профессиональных вершин, не материальный достаток, не горячую и страстную любовь, а обыкновенное человеческое счастье. Такое, от которого тепло на душе и легко на сердце. Такое, которое ничего не требует и не просит взамен. Такое, которое просто есть и всё. Безо всяких дополнительных условий.

***

После того как отгрохотали салюты на улице, гости начали расходиться по домам. Родственники долго галдели в прихожей, споря о том, вызывать им такси или нет. В конце концов, решили пройтись пешком, что, впрочем, было логично, потому что жили все они не так уж и далеко от нашего дома.

Проводив папиных братьев и их жён, мама обратилась к нам с сестрой:

– Девочки, вы оставьте на столе всё, как есть, – сказала она чуть уставшим голосом. – Уберём завтра. Я пойду, пожалуй, прилягу. Да! И Машу с Шурой не забудьте отнести в их комнату.

Юля уже поднялась, было, со своего места, но Андрей остановил её:

– Сиди, Юла. Я отнесу девчонок.

– Андрэ, ты настоящий джентльмен! – с иронией заметила сестра, опускаясь обратно на свой стул. – Смотри только, не урони! Иначе будешь иметь дело со мной!

– Ничего с твоими сокровищами не случится, – ответил муж, бережно поднимая Шурочку с кресла. – Доставлю в целости и сохранности.

Через несколько минут он вернулся за Марусей и, наклонившись над ней, пристально посмотрел на меня. Что-то странное сквозило в его взгляде. Какая-то смесь горечи и разочарования. Будто бы он до сих пор не смирился с тем, что у нас так и не родилось детей.

И виноватой в этом Андрей, наверняка, считал меня, хотя никогда и не говорил об этом вслух.

Да что там муж! Я и сама постоянно винила себя. Недоглядела, не уберегла… Память всё надёжно хранила в своих тайниках. И если сразу после выписки из больницы я была разбита и морально, и физически, то сейчас, когда тело давно отболело, осталась только душевная боль.

Она никак не хотела уходить.

***

Я быстро отвела глаза от мужа и пошла на кухню, чтобы чем-нибудь себя отвлечь и не видеть его обличающего взгляда. Но скрыться и побыть в одиночестве мне не удалось, потому что, спустя несколько минут, Андрей сам заглянул ко мне. Он опёрся руками о дверной проём и вполне дружелюбно спросил:

– Катя, тебе нужна какая-то помощь? А то я уже с ног валюсь…

– Иди, ложись, Андрюш, – ответила я. – Мне нужно ещё кое-какие тарелки в холодильник пристроить. Потом тоже буду ложиться.

– Я жду, – бросил он напоследок и зачем-то провёл ладонью по моей спине.

Что?!! Он ждёт? Я не ослышалась? Но зачем?

Муж пошёл подниматься в мою комнату, где мы всегда ночевали во время поездок к родителям, а я так и застыла посреди кухни с двумя тарелками салата в руках.

Что происходит? Неужели Андрей решил не отступать от нашей давней традиции встречать первый день Нового года интимной близостью, или просто оговорился?

Я не знала, что и думать, ведь между нами не было близких отношений уже два или даже три месяца. Так давно, что я даже не помнила, когда это случилось в последний раз. Текущий период взаимного недовольства тянулся как-то особенно долго и тяжело. Неужели он наконец-то закончился, и впереди нас ждёт светлая полоса?

Или я обрадовалась раньше времени?

Глава 5

Все обитатели нашего дома уже давно разошлись по своим спальням, и только я одна продолжала возиться внизу. Хоть мама и просила не трогать стол до завтра, я перетаскала все блюда на кухню, помыла посуду и хотела ещё вымыть пол, но вовремя остановилась.

Даже мне самой моё поведение показалось странным. Муж сказал, что будет ждать меня, а я, будто бы специально придумываю себе дела, только чтобы не оставаться с ним наедине.

С тяжёлым вздохом я опустилась на стул и, как въедливый врач, решила докопаться до причины своего поступка. Что это? Страх, нежелание близости или полное охлаждение к мужу? Два последних варианта я отмела сразу. С момента знакомства с Андреем я ещё ни разу не чувствовала ни того, и ни другого.

Значит, страх. Но чего я боюсь? За время нашей совместной жизни муж никогда меня не обидел, если не считать участившихся в последнее время словесных перепалок. Но даже во время них он никогда не опускался до личных оскорблений. Что же тогда?..

И тут я поймала себя на мысли, что опасаюсь совсем другого. Его равнодушия, его безразличия, отсутствия его интереса ко мне. Для меня это было страшнее любого скандала, потому что неминуемо означало конец нашей истории.

***

– Где ты ходишь так долго? – недовольно проворчал муж, когда я тихонько отворив дверь, вошла в свою комнату. – Я уже успел выспаться, пока ты возилась внизу.

– Да, я что-то увлеклась там на кухне. Прости.

– Иди скорее ко мне, я тебе тут место нагрел, – уже почти с нежностью проговорил Андрей и откинул одеяло.

Я обалдела. В неясном свете луны он лежал абсолютно голый, прекрасный как Аполлон. Каждая клеточка этого сильного мужского тела была хорошо мне знакома и любима мной. Только сейчас я поняла, как сильно соскучилась по нему!

Я не удержалась и подошла к мужу. Провела кончиками пальцев по груди, почувствовала, как под рукой дрогнули мышцы. Мои пальцы заскользили ниже по животу Андрея, пока не ощутили упругую силу его желания. Лёгкий стон сорвался с его губ.

Задержав на мгновение мою ладонь в своей руке, он сказал шёпотом:

– Раздевайся скорее! Надо успеть, пока племянницы не проснулись. Когда встанут, от них уже не скроешься…

Повторять дважды мне было не нужно. Я быстро скинула с себя всю одежду и уже через пару минут лежала рядом с мужем. Он крепко обнял меня и поцеловал. Мне показалось, что с такой нежностью Андрей не целовал меня уже очень давно.

Его руки привычными движениями ласкали моё тело, а я, полностью отдавшись в их власть, могла думать только о том, как это прекрасно, снова чувствовать себя желанной. Ощущать, как внутри тёплой волной разливается нетерпеливое желание. Как тело подчиняется страстному ритму любви.