Кристалл роста к русскому экономическому чуду

Томас Пикетти, профессор Парижской школы экономики, иностранный член философского общества США доказывает в своей работе «Капитал в XXI веке»{123}, что на протяжении последних 250 лет проблема социального неравенства не решается в рамках рыночной самоорганизации, а скорость увеличения капитала стабильно выше, чем темпы роста экономики. Сегодня по уровню неравенства общество приближается к периоду зарождения рыночной системы в ее «дикой» форме, и требуется участие государства, в том числе в налоговой сфере, для сокращения неравенства.

Джованни Арриги и Иммануил Валлерстайн, авторы доктрины мир-системного анализа, исследуя проблему неравенства в масштабах всей мировой экономики, приходят к выводу, что имеет место перманентное количественное и качественное перераспределение ресурсов в пользу стран, образующих ядро мировой экономики, от стран, занимающих место её периферии. Отмечается необходимость участия государства в организации трансграничного движения капиталов, товаров и людей. Государственная политика в этой сфере часто имеет решающее значение для успешного функционирования бизнеса. Кроме того, именно государство избавляет частных предпринимателей от существенной части затрат, беря на себя расходы на создание общей инфраструктуры, реализацию экологических программ, возобновление природных ресурсов и т. п. «Чем слабее государство, тем меньше средств можно накопить, занимаясь экономически продуктивной деятельностью»{124}, – делает вывод И. Валлерстайн.

В целом, Джон Кейнс в принципе рассматривает экономическую теорию не столько как «науку о мышлении в категориях моделей», сколько как «мастерство выбора адекватных моделей», имея в виду, что в принципе не существует какой-то одной – единственно верной теории экономики и соответствующих ей единственно верных моделей развития экономики.

Из этого следует, что в экономике надо прежде всего уметь создавать модели развития, адекватные возникающим вызовам, решаемым задачам и меняющимся реалиям, а противопоставление планового и рыночного начал в экономике («или план или рынок») является надуманной (фальшивой) дилеммой. Как и «страх» нарушить рыночные механизмы, организуя развитие экономики, является надуманным и контрпродуктивным стереотипом.

Лучшие практики развития экономики основаны на разумном сочетании государственной организации и рыночной самоорганизации, на оптимальном вовлечении в национальное развитие сильных сторон планового и рыночного начал в экономике.

Так, организующая роль государства эффективна и имеет, как правило, решающее значение для:

– формирования целостного и достоверного понимания в целом всей экономической системы и ее структуры;

– диагностики узких мест, мешающих развитию экономической системы в целом или в целом конкретных отраслей, организации устранения этих узких мест;

– определения стратегических приоритетов развития экономической системы в целом, ее основных отраслевых, технологических, пространственных приоритетов в частности;

– организации опережающего и фронтального (не фрагментарного) внедрения новейших технологий и новой техники;

– создания и развития «общественных благ», включая фундаментальную науку, образование и здравоохранение;

– решения проблем трансграничного оттока и перераспределения ресурсов, проблем неопределенности и ограниченной рациональности;

– создания механизмов дешевого и длинного финансирования проектов развития экономики;

– создания общей базовой инфраструктуры;

– антимонопольного регулирования, развития малого и среднего предпринимательства;

– организации развития сложных территорий и капиталоемких отраслей, требующих высокой концентрации ресурсов и эффекта масштаба;

– проектирования и организации сложных комплексных международных, межотраслевых, межрегиональных, отраслевых и кластерных проектов развития.

В режиме рыночной самоорганизации данные вопросы не решаются либо решаются плохо (рынок здесь неэффективен).

Рыночная самоорганизация эффективна и имеет, как правило, решающее значение для гибкого и оперативного реагирования экономики на меняющиеся потребительские предпочтения, вкусы, потребности (особенно в сегменте конечного потребления), которые адекватно отрабатываются благодаря конкуренции и быстрой предпринимательской реакции на спрос и ценовые сигналы в экономике.

В режиме организации решения данных вопросов государством они либо не решаются, либо решаются медленно и плохо (государство здесь неэффективно).

Итак, и государственная организация, и рыночная самоорганизация имеют свои сильные и слабые стороны. И государственная организация, и рыночная самоорганизация в экономике, примененные по отдельности, неэффективны каждая по-своему в силу разных причин и в разных вопросах, но в принципе ни одна, ни другая по отдельности одинаково не могут обеспечить в экономике оптимальное использование ограниченных ресурсов.

Таким образом, лучшие и самые результативные практики экономического развития состоят в определении и реализации оптимального сочетания государственного планирования и рыночной самоорганизации экономики.

Это оптимальное сочетание – своё для каждой страны, для каждой конкретной экономики, для каждой конкретной исторической ситуации.

Во многом именно в правильном определении и практической реализации данного оптимума проявляются зрелость и эффективность государственных деятелей конкретной страны.

Экономическая концентрация и рост экономики в теории Шумпетера-Гэлбрейта

Исследуя вопросы роста экономики, экономической динамики, а не экономического равновесия, Йозеф Шумпетер и Джон Кеннет Гэлбрейт приходят к одинаковому выводу – о большой общественной пользе высокой концентрации экономики и эффекта масштаба для качественного развития и количественного роста экономики.

Йозеф Шумпетер работал отдельно от Джона Кеннета Гэлбрейта, однако оба экономиста формулируют практически схожую концепцию общественной пользы для роста экономики высокой концентрации капитала, большого эффекта масштаба и целостности развития экономики.

Для достижения высоких темпов технического прогресса и высоких темпов экономической динамики необходимы планирование и концентрация ресурсов, которую могут обеспечить государственный сектор, крупные компании, корпорации, способные аккумулировать необходимые и значительные ресурсы для дальнейшего развития, имеющие возможности для инвестирования в научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) и проекты научно-технического прогресса.

Шумпетер и Гэлбрейт доказывают общественную пользу такой структуры экономической системы. В экономическую теорию данная концепция входит как теория Шумпетера-Гэлбрейта.

Кроме того, Йозеф Шумпетер впервые в мире вводит в научный оборот термин «инновации» и является автором теории инновационной экономики, доказывая, что и для инноваций, выступающих фактором развития и роста экономики, фактором высокой экономической динамики, необходимым условием является высокая концентрация капитала и большой эффект масштаба («эффективные монополии»).

Йозеф Алоиз Шумпетер (8 февраля 1883 г., Моравия, Австро-Венгрия – 8 января 1950 г., Коннектикут, США) – выдающийся австрийский и американский экономист, политолог, социолог и историк экономической мысли. Приват-доцент Венского университета, профессор политической экономии в университете Черновцов (1909), профессор политической экономии Грацского университета (1911). В 1913–1914 гг. работает в Колумбийском университете Нью-Йорка. С 1917 г. и до самого окончания Первой мировой войны работает сотрудником комиссариата экономики военного времени. С 15 марта по 17 октября 1919 г. занимает пост министра финансов Австрии. Впоследствии занимает должности профессора Рейнского (Бонн, 1925–1932) и Гарвардского университетов (с 1932 г.). В США в различные годы экономист занимает посты президента Эконометрического общества (1940–1941) и президента Американской экономической ассоциации в 1948 г.{125}

Макс Вебер (1864–1920), немецкий социолог, философ, историк и политический экономист, исследует управление производством и обменом в высококонцентрированных компаниях мира (монополиях) и приходит к выводу, что они строятся «на принципах рациональной организации».

Эти принципы, по М. Веберу, таковы:

1) разделение труда, специализация, устранение параллелизма;

2) единоначалие;

3) иерархическая структура;

4) деперсонализация отношений;

5) применение санкций и поощрений{126}.

Развитие экономики через предложение и теория предложения зарождается в 1970-х годах в качестве ответа на проблемы в мировой экономике, связанные в том числе с резким ростом цен на нефть. Традиционные меры оживления экономики через стимулирование спроса на практике не работают. Возникает стагфляция – одновременный рост и инфляции, и безработицы, стагнация производств. Это остро обозначает кризис ранее применявшихся экономических концепций, и рождается запрос на новые.

Идеологами новой теории предложения становятся американские экономисты М. Боскин, А. Лаффер, П. Робертс, М. Фелдстайн, М. Эванс и ряд других.

Экономическая теория предложения переносит фокус внимания со спроса на предложение: не спрос определяет предложение, а, наоборот, предложение определяет спрос. Экономика в целом развивается не через стимулирование спроса, а через развитие предложения, в том числе создание новой инфраструктуры и новых производств. Согласно теории предложения, задачей государства является организация распределения и использования ресурсов для увеличения производства продукции и, соответственно, наполнения рынка товаром. Это приводит к снижению безработицы, росту спроса и, в конечном итоге, оздоровлению экономики.

Теория предложения в значительной степени влияет на формирование новой экономической политики в ряде ведущих стран, включая США (период правления Р. Рейгана), Великобританию (М. Тэтчер) и Германию (партия ХДС).

В США составной частью такой государственной политики стала реализация Стратегической оборонной инициативы (СОИ). Традиционно при реализации военных программ Пентагон передает большинство заказов крупнейшим компаниям США. При этом осуществляется дополнительная поддержка частного сектора экономики. Например, военные лаборатории оказывают техническую помощь подрядчикам и поставщикам. Существенные средства выделяются на опережающую реализацию НИОКР с привлечением лучших научных и инженерно-конструкторских учреждений. Так, в 1986 году около 34,6 % прироста расходов на НИОКР в США приходится на программу СОИ. Таким образом, государство за счет своего заказа и на бюджетные деньги инициирует передовые технологические разработки и модернизацию производственной базы в частном секторе экономики, прежде всего в крупных компаниях. Последние в дальнейшем создают предложение новых товаров на рынке, далеко не ограничиваясь военным сектором экономики, а также создают спрос на новые поставки и способствуют тем самым развитию своих поставщиков, значительная часть которых относится к малому и среднему бизнесу. Так по цепочке запускается весь цикл развития и роста экономики.

Практика государственного планирования в зарубежных экономиках

С 1929 года – с момента начала реализации модели опережающего развития – отечественный опыт становится предметом изучения за рубежом, прежде всего в США. Вот перечень только некоторых книг, вышедших по этому предмету в США уже в начале 1930-х годов:

«Рассвет в России» Валдо Франка;

«Россия сегодня: чему мы можем у них научиться?» Шервуда Эдди;

«Новый экономический порядок» Керби Пейджа;

«Планирование» Гарри Лейдлера;

«Путь к… Америке» Уильяма Фостера{127}.

Катализатором практического использования нашего опыта в США становится Великая депрессия.

Так, например, Президентом США Рузвельтом в рамках его «нового курса» лично инициирован проект развития депрессивного макрорегиона долины реки Теннесси, экономика которого строится на примитивном сельском хозяйстве.

18 мая 1933 года принимается закон о создании Федеральной корпорации по организации и управлению развитием макрорегиона Теннеси – TVA (Tennessee Valley Authority).

Проект развития долины реки Теннесси рассчитан на несколько десятилетий, затрагивает территорию 7 штатов: основную территорию штата Теннесси, значительные территории штатов Алабама, Миссисипи, Кентукки и относительно небольшие части штатов Джорджия, Северная Каролина и Вирджиния, охватывает 163 округа и призван решить следующие задачи:

– электрификация территории и производство больших объемов дешевой электроэнергии;

– создание транспортной инфраструктуры;

– организация судоходства на реке Теннесси;

– создание новых промышленных центров;

– развитие рыбного хозяйства;

– модернизация систем образования и здравоохранения;

– организация систем орошения, коммунального и промышленного водоснабжения;

– охрана дикой природы, почв и организация рационального землепользования;

– борьба с паводками.

Федеральную корпорацию TVA возглавляет Совет директоров, который назначается Президентом по согласованию с Конгрессом.

«Совет директоров уполномочен:

– оказывать финансовую помощь штатам, на территории которых находятся энергетические объекты, принадлежащие TVA;

– приобретать в собственность различные объекты, необходимые T VA в тех штатах и округах, которые вошли в состав TVA, заранее уведомляя об этом органы управления в этих штатах;

– определять уровень заработной платы в штатах, вступивших в TVA»{128}.

Финансирование проекта осуществляется федеральным Правительством путем размещения займов и за счет привлечения кредитов межународных финансовых учреждений.

Рис. 19. Макрорегион действия TVA на карте США

В 1930-е годы в рамках T VA строится 6 крупных плотин, множество мелких и 3 крупных ГЭС. Кроме того, государство приобретает у бизнеса систему линий электропередач и несколько гидроэлектростанций (ГЭС), включая Уилсон в штате Алабама – крупнейшую ГЭС энергосистемы реки Теннесси.

По сути, государство проводит электрификацию и организует единый энергетический сектор экономики таким образом, чтобы обеспечить экономику дешевой электроэнергией. При этом федеральные ГЭС становятся регуляторами цен на продаваемую потребителям электроэнергию.

Большие объемы дешевой электроэнергии становятся основой развития энергоемких промышленных производств металлургии и химической промышленности, в частности заводов по производству связанного азота, удобрений и взрывчатых веществ. В 1939 году заводы алюминиевой компании «Алкоа» занимают первое место в США по выплавке алюминия.

К началу Второй мировой войны энергетические мощности региона приближаются к 1 млн кВт, TVA привлекает новые предприятия по производству металлического марганца и марганцевых сплавов, ферросплавов и электростали. Активно развиваются предприятия по производству фосфорных удобрений. Территория становится важнейшим центром производства алюминия и боеприпасов.

Развитие промышленности приводит к созданию новых рабочих мест. В первый год работу получают 28 тысяч местных жителей, во второй – 98 тысяч, а в третий – уже без малого 200 тысяч{129}.

К концу Второй мировой войны T VA организует создание центра ядерных исследований и производства ядерного оружия со строительством нового города Окридж.

В послевоенные годы темпы развития макрорегиона Теннесси не снижаются. В 1950-е годы из федерального бюджета в макрорегион инвестируется без малого 1 млрд долларов США (в ценах тех лет). По мере исчерпания гидроресурсов реки Теннесси в регионе строятся тепловые, а позднее и атомные электростанции.

За 65 лет реализации проекта получены следующие результаты:

– подушевой доход в регионе достигает средненационального при существенно более низкой стоимости жизни в сравнении с урбанизированными районами США;

– рост населения с 4 млн до 7 млн человек к началу 1990-х;

– создание большого количества новых индустриальных центров;

– электрификация всех сельских районов;

– река Теннесси становится судоходной;

– более чем в 10 раз снижается ущерб от наводнений.

Модель управления развитием T VA – во многом основанная на методике управления развитием и опыте хозяйственного строительства нашей страны 30-х годов ХХ века – актуальна в наши дни и является общепризнанной лучшей практикой. И уже на новой технологической, промышленной, цифровой базе может использоваться для решения задач комплексного пространственного развития целых макрорегионов, требующих особого подхода, сочетания усилий государства и инвесторов (например, в рамках решения поставленной Главой государства задачи освоения Восточной Сибири).

Отметим здесь, что после окончания Второй мировой войны государственное планирование начинает активно применяться в масштабах всей экономики во многих странах мира, в частности в Японии, Франции, Скандинавских странах, Южной Корее, Сингапуре, Тайване.

При некоторых различиях моделей, методов, глубины и охвата планирования в этих странах цели, лежащие в основе применения планирования, совпадают. И состоят в необходимости опережающего развития экономики, осуществления кардинальных модернизационных преобразований.

Для этого государственное планирование в этих странах фокусируется на следующих ключевых аспектах:

– разработка планов развития экономики, как правило, на 5 лет или 4 года;

– опережающее развитие ключевых технологий и приоритетных отраслей;

– опережающее развитие инфраструктуры;

– организация и поддержка приоритетных масштабных проектов;

– «выращивание» крупных национальных компаний – «мировых чемпионов».

Как отмечает Е. Г. Ясин: «В Японии, во Франции … планирование вошло в национальный опыт, и многие считают, что именно благодаря планрованию эти страны встали на ноги»{130}.

Сегодня многие базовые принципы, на которых строится в 1929–1955 годы отечественная система государственного планирования, в той или иной мере применяются в ведущих странах мира.

Идея развития. Большие цели

Приведем некоторые примеры, показывающие первичность идеи развития, образа будущего и больших целей для государственного планирования.

В 1931 году – в самый пик Великой депрессии – в трактате «Эпос Америки» (Epic of America) Джеймс Траслоу Адамс вводит термин «американская мечта», под которым понимается путь к благам и равноправию через труд. С тех пор без этого словосочетания не обошлась ни одна предвыборная кампания в Соединенных Штатах. Сегодня оно вмещает в себя целый комплекс аспектов, включая ценности и идеалы, материальное и социальное благополучие.

Рис. 20. Проектирование Абу-Даби

29 ноября 2012 года председатель Китайской Народной Республики Си Цзиньпин озвучивает идею «китайской мечты», суть которой заключается в возрождении китайской нации:

– к 100-летнему юбилею правящей партии Китая (2021 году) в стране должно завершиться строительство среднезажиточного общества;

– к 100-летию образования КНР (2049 году) страна должна превратиться в цивилизованное, богатое, гармоничное и демократическое общество.

По словам Си Цзиньпина, правящая партия Китая является локомотивом реализации «китайской мечты» – единственного пути к возрождению китайской нации.

29 ноября в КНР отмечают день Китайской мечты.

Яркой иллюстрацией реализации «арабской мечты» являются Объединенные Арабские Эмираты, которые из разрозненных отсталых государств становятся одной из наиболее благополучных стран в мире за время правления своего первого Президента шейха Заида ибн Султан Аль Нахайяна. Основной его идеей является то, что все ресурсы страны должны быть полностью потрачены на благо людей. Именно он начинает приглашать высококвалифицированных иностранных специалистов, поскольку расценивает это как ключевые инвестиции в будущее страны.

Национальная программа ОАЭ Vision 2021 является примером выстраивания системы государственного планирования вокруг больших целей. В этой программе поставлена цель – стать одной из лучших стран мира путём продвижения по 6 национальным приоритетам:

1. Сохранение сплоченного общества и индивидуальности.

2. Безопасная общественная и справедливая судебная система (ОАЭ должны стать самым безопасным местом в мире).

3. Конкурентоспособная экономика, основанная на передовых знаниях.

4. Передовая система образования (образование является основополагающим элементом для развития нации и лучшей инвестицией в молодое поколение).

5. Медицинское обслуживание мирового уровня.

6. Экологически устойчивая окружающая среда и инфраструктура (добиться идеального баланса между экономическим и социальным развитием, сохраняя экологию).

Иерархия планирования

Принципы иерархии планирования достаточно чётко соблюдаются в США.

Основным документом, определяющим в дальнейшем стратегию планирования, является «Стратегия национальной безопасности». Документ принимается на период президентского цикла, и поднимаемые в нем вопросы выходят далеко за рамки военной или экологической безопасности.

После вступления нового президента в должность на весь срок его полномочий (4 года) принимается базовый Стратегический план. На его основе принимаются документы краткосрочного планирования (1 год) – федеральные планы работы и программы. Бюджетное планирование является долгосрочным и увязывается с результатами оценки реализации целевых отраслевых (секторальных) программ.

Таким образом выстраивается «плановая матрёшка»: от стратегии национальной безопасности до бюджета конкретной программы на текущий год.

Из современных систем государственного планирования наиболее близкой к отечественной системе образца 1929–1955 годов является китайская. Она представляет собой комплексный механизм, в котором четко очерчены два дополняющих друг друга контура: прямое централизованное планирование стратегически важных секторов экономики и программное стимулирование рыночных механизмов.

1. Долгосрочная программа государственного развития формируется Правительством Китая на основе долгосрочных прогнозов, разрабатываемых Академией наук, Академией общественных наук, исследовательскими центрами Правительства и Государственным комитетом по делам развития и реформ КНР. При этом учитывается экспертное мнение не только местных специалистов, но и международных организаций.

Плановая работа начинается с формирования стратегических целей и задач макрорегулирования, определяются ведомства, отвечающие за ее реализацию. Важной составной частью системы стратегического планирования КНР являются долгосрочные межрегиональные программы территориального развития сроком от 10 до 50 лет, сфокусированные на подъеме связанных между собой отраслей экономики конкретного региона:

– программа развития западных провинций Китая – подъем энергетики (с фокусом на возобновляемые источники энергии), добывающей промышленности (уголь, нефть и природный газ), металлообработки и развитие транспортной инфраструктуры;

– программа развития центрального Китая – производство зерна и подъем энергетической базы (каменный уголь);

– программа возрождения северо-востока Китая – коренная реорганизация старой промышленной базы, формирование опорного центра по производству современного оборудования, добыче стратегически важного сырья и производству инновационных материалов.

2. Среднесрочная программа пятилетних планов является ключевым элементом системы стратегического планирования Китая. Условия, складывающиеся в среднесрочной перспективе, являются основой дополнительной корректировки планов долгосрочного развития.

Государственный комитет по делам развития и реформ КНР формирует пятилетние планы в сотрудничестве с ведомствами и региональными органами власти. В итоге на уровне Правительства КНР составляются:

– пятилетние отраслевые планы;

– пятилетние планы развития провинций;

– пятилетние планы развития муниципалитетов.

При этом государство берет на себя организацию ключевых стратегических проектов в важнейших отраслях и регионах.

Государственный пятилетний план утверждается Правительством и одобряется Парламентом Китая. Отраслевые пятилетние планы утверждаются профильными ведомствами. Также необходимо отметить среднесрочные программы территориального развития, относящиеся к зоне ответственности региональных властей. При их составлении обязательна увязка пятилетних планов с общим государственным планом социально-экономического развития Китая.