- -
- 100%
- +
ГЛАВА 1. Клара. За посылкой.
Сто раз уже думала, почему люди влюбляются в разные уголки планеты? Кто-то тащится от Франции, кто-то от Испании, Скандинавии, Центральной Африки – тут я согласна, там закаты и бегемоты, но главное в том, что люди любят разные места, и вовсе необязательно, что они оттуда родом.
Вот я, например, родилась в Москве, квартира есть от бабушки, живи себе, радуйся, ходи по музеям, катайся на метро, зачем тебе гора Медвежья, что ты тут второй год уже живёшь и никакой метлой тебя отсюда не выметешь?
Еду в аэропорт. Я прекрасно знаю дорогу, везде сейчас чистят снег, и сюрпризов быть не должно. Внедорожник новый, не мой, но шеф мне его уже часто стал давать, поняв, что я суперский водитель, внимательный, осторожный и не скоростной. Бензин всегда есть, техосмотр свеженький, запаска на месте.
Звонок. Майя.
– Он точно решил продавать отель, я вчера подслушала, как тётка с ним разговаривала.
– Да ты что! Сейчас? В разгар сезона? Он, что, сумасшедший?
– Точно нет. Задумал что-то. Так что имей в виду.
– Ага, спасибо.
Вот и всё. Я этого страсть, как боялась. Он – это Ашот Аркадьевич Бабяк, Майкин дядя по матери. Жадный толстый коротышка.
Я когда болталась после института в раздумьях, куда бы свалить посмотреть на жизнь и поработать неизвестно где, но, чтобы с интересом, Майка меня позвала с собой к дяде в отель, сюда к горе Медвежья.
Дело в том, что я закончила гостиничное дело, и её закос под «пару недель у дяди отдохнём» был как раз в мою сторону. Просто мне сразу не стали говорить, вдруг я не понравлюсь, а на самом деле Ашот Аркадьевич искал как раз управляющего.
Я раньше не была в горах вообще, и когда приехала, то захлебнулась от красоты горных ландшафтов, водопадов с невероятно чистой и лёгкой водой, от лесов, лугов, дикой малины… чувствовала себя и Пушкиным, и Лермонтовым одновременно, стоя на какой-нибудь скале, с которой видно всё это великолепие.
Дел на меня обрушилось так много, что несколько месяцев я не помню, спала ли вообще.
Потихоньку стала наводить порядок. Мы сделали достойный ремонт, открыли СПА, новую столовую, бар, я сама придумала два VIP номера с видом на горную реку, провели все коммуникации, отделали территорию и поставили красивый забор. Отель «Встреча» превратился в маленький уютный уголок. Название не стали менять, так как его везде уже так написали, зарегистрировали и прочее.
Ничего плохого в слове «Встреча» нет. Всё начинается со встречи.
Еду и рассуждаю про судьбоносные встречи.
Я где-то прочитала, что есть кармические партнёры, а есть те, которые по судьбе.
Мне вот попадаются кармические, один за другим, как будто в очереди стоят. Это те, которых нам посылает Вселенная для прохождения жизненных уроков, и которые оставляют тебя с разочарованием и сожалением потраченных сил и времени. Всякие проходимцы и нарциссы, одним словом.
Они тебя используют и ещё недовольны, у них претензии, как у моего бывшего жениха, Стаса. Соответствуешь ли ты тому зашибенному уровню их представлений о достойной партнёрше или всё же не дотягиваешь? Да, не дотягиваешь.
Им всё равно, о чём ты мечтаешь, в какую сторону хочешь развиваться, им плевать, что ты хочешь быть самой собой, не стесняться своей внешности, любить свои привычки и особенности.
Такой, который тебя примет, как своё, тоже где-то ходит, и вычислить эту встречу невозможно. Это тот самый, что по судьбе. Я единственное, чего боюсь, чтобы эта встреча не случилась слишком поздно, когда он протянет руку, а я не поверю.
Аэропорт уже виднеется.
Я еду забрать посылку для шефа, которую он может доверить только мне. Что там, понятия не имею. Валентина Ивановна какая-то должна привезти московским самолётом. Я езжу за разными посылками уже не первый раз. Мне не трудно, иногда даже в удовольствие, потому что я обожаю водить новый крутой внедорожник.
Звонок. Бабяк.
– Там гость один к нам прилетел московским самолётом, у него ВИП номер. Забери его, я как раз шаттл не буду посылать. Поняла?
– Да, конечно, Ашот Аркадьевич. Как зовут гостя, пришлите мне на телефон, пожалуйста.
– Ольга всё пришлёт, – отвечает Бабяк и отключается.
Ольга – это его секретарша. Мне повезло, что он спит с Ольгой, она отслеживает каждый его шаг, и шеф меня не трогает. У него ещё есть официальная жена, Марина Викторовна, которую Майка называет квашнёй. Квашня его ждёт дома после работы с недовольной рожей. Он сам так говорит. Ничего не поделаешь, тесть дал денег на ремонт «Встречи», и хвост приходится поджимать.
Ашот Аркадьевич, может, и хотел бы перейти грань рабочих отношений и прижать меня в бельевой, но боится последствий. Так, иногда обронит, чтобы я коленками не мелькала перед глазами и юбку другую выбирала на работу, но тихо-тихо, себе под нос.
Звонок. Майя.
– То ли у него долги, то ли намылился на Алтай строить базу, – говорит подруга, – самое главное, у него срок остался месяц-полтора. Я тебе это всё говорю, чтобы ты искала себе запасной аэродром, от Бабяка чего угодно можно ожидать.
– Жалко как, блин! – хмыкаю я, мне так не хочется терять это место, а «Встреча» стала мне чуть ли не родным домом.
– Да тебя на Поляне с руками оторвут, ты чего? Ты ему цену подняла на отель раза в четыре. Один ресторан чего стоит. Он, конечно, должен тебе сказать о продаже, если уж по-хорошему, но это ж Ашот Бабяк, центр мира, куда ему опускаться до нормальных людей, которые на него пахали.
Я знаю, что Майкина мать не очень жалует братца, а уж Майкин отец вообще его еле выдерживает. Один раз Бабяк его так подставил, что дело дошло чуть ли не до развода, так как Майкина мать пыталась защитить родственничка. Да фиг с ними, рекомендации-то мне уж напишет, не развалится.
Паркуюсь и иду в Зал прилёта.
ГЛАВА 2. Лёня. На встречу
С самого утра всё валится из рук.
Проспал на час дольше, не слышал будильник, обжёг кофе нижнюю губу, домработница собрала багаж не в ту сумку. Просил же её с колёсиками, а она опять перепутала, но перекладывать, конечно, не стал.
Влетаю в самолёт в последние минуты.
Ни одного места для ручной клади, естественно, нет. Рядом с моим креслом сидит женщина лет пятидесяти в яркой розовой кофте и ритмично, как метроном, моргает наклеенными ресницами. Слышу её парфюм, и хочется бежать. Она не просто готовая к бою за свои кубические сантиметры на верхней полке, она уже в него практически вступила. Бросаю ей холодный взгляд рептилии на охоте.
Открываю верхнюю полку над своим местом. Нет, там нет сумки или тележки, вместо них там плотно уложены пластиковые пакеты, полигональной кладкой стены древних инков. С усилием вытаскиваю ровно столько, сколько мне надо, чтобы освободить место и засунуть сумку. Молча.
– Что вы делаете? – не спрашивает, а кричит соседка, – стюардесса, подойдите!
Укладываю поверх моей сумки её пакеты, те, которые влезают в щели, остальное спускаю ей.
– Я платил за это место ровно столько же, сколько и вы.
– Но вы опоздали, наглец!
– Вот три ваших пакета, – протягиваю их ей, – это не умещается. И тихо! – немного наклонясь, – ты меня поняла? – от моего грозного рыка ей становится легче, так как приходит понимание бесполезности сопротивления.
Оно мне надо? Бизнес-класса в самолёте нет.
Через полчаса после взлёта начинаю успокаиваться. Лететь пару часов, даже успею немного поспать.
После страшной аварии, когда я чудом остался жив, всего лишь сломав руку, и то в одном месте, я переосмыслил свою жизнь. Меня стало тянуть на природу.
Я чувствую, как город выталкивает меня, раздражает своим шумом, пылью, вынужденным общением, суетой, пробками, гламурными тусовками, завышенными стандартами, показухой.
Я пытался снимать дом за городом, но город тут же переехал ко мне, так как расстояние в тридцать километров по хорошему шоссе препятствием ни для кого не является. Наоборот, всегда можно остаться на ночь у своего друга, который никогда не откажет, он даже этого не заметит, то есть я.
С бизнесом я отлично справляюсь дистанционно, а ездить в поездки по делам можно с любого аэропорта, да даже и с пересадкой, не велика проблема.
– Это очень симпатичный отель, – сказала мне Евгения, мой риелтор, – там, видимо, поменялось руководство, и здание сейчас соответствует всем необходимым туристическим стандартам.
– Вы давно там были? – спросил я.
– Этой осенью. Правда, ещё не было достаточно снега, но народу от этого ничуть не меньше, там отличная инфраструктура, а источники, как вы понимаете, не выбирают сезон. Дороги роскошные. Гора Медвежья как раз попала под Федеральную программу, так что там всё замечательно. Почитайте отзывы, сами увидите.
– Хорошо, я съезжу на несколько дней, посмотрю. Большая просьба – не афишировать цель моего визита, если не хотите сорвать сделку. Думаю, вы в этом заинтересованы.
– Ну, что вы Леонид, я всё понимаю. Директора зовут Ашот Аркадьевич Бабяк. Я ему ничего про вас не говорила. Берите ВИП номер и проверяйте всё, что захотите. Там очень хорошая столовая, как настоящий ресторан. Вы останетесь довольны. Я не сомневаюсь. А природа там просто великолепна.
Мне ничего не нужно, кроме природы, крыши над головой и интернета. Если меня устроит место и в какой-то степени здание, проблем, думаю, быть не должно. Команда собрана, все готовы переехать. Ну, а столовую можно будет оставить, как сувенир.
Самолёт идёт на посадку. В иллюминаторе гора Медвежья. У неё необычная вершина: три пики практически на одной высоте, как будто оправа для огромного драгоценного камня. Придёт же в голову.
Хочется попробовать покататься на лыжах, но когда вспоминаю аварию, боюсь, что на лыжи встану не скоро. Ещё один перелом переживу, наверное, но психану.
Спускаюсь на лётное поле и сразу чувствую, насколько теплее здесь зима, хотя, что будет в горах, ещё неизвестно.
Автобус сгружает пассажиров перед зданием аэропорта, и я быстрой походкой иду внутрь.
Это ещё что такое? У выхода стоит девушка с табличкой «Леонид – Встреча».
– Здравствуйте, – говорю я девушке, – я и есть Леонид, который едет на «Встречу».
– Не на встречу, а во «Встречу». Здравствуйте, а фамилию можно? – спрашивает с лёгким недоверием.
– Ухтомский.
– Да, есть такой, – улыбается, – так получилось, что вместо шаттла вам придётся поехать со мной на внедорожнике. Вы не против? – а говор-то московский.
– Пытаюсь угадать, как вас зовут. Или сами скажете?
– Клара. К кораллам не имею никакого отношения.
– А вы их видели, настоящие кораллы? Розовые или белые?
– Бусы?
– Да, с бриллиантовым фермуаром, например.
– Скажете тоже. Вы, что, ювелир?
– Я айтишник, обычный айтишник. Куда мне до ювелира, – подмигиваю я Кларе.
Она немного теряется. Я люблю девушкам сшибать шаблоны – весело. В принципе, симпатичная, но это не имеет для меня особого значения, я не в том настроении, да и вообще, у меня здесь есть серьёзные дела, а время поджимает.
Подходим к новому китайцу белого цвета, Клара открывает багажник, я кладу туда сумку.
– Можно я сяду спереди?
– Я думала, вы попроситесь за руль, а так, садитесь, конечно.
Трогаем.
ГЛАВА 3. Лёня. Бампер
Красота из окон завораживает. Планета наша многострадальная, ну, ты и красавица! А мы, жадные твари, которые считаем себя вершиной мироздания, доругаемся и дополитиканствуем когда-нибудь, что она возьмёт и стряхнёт с себя ненужную пыль, как уже было не раз.
– Вы местная? – спрашиваю у Клары.
– Теперь уже да, не хочу отсюда уезжать, как будто я нашла то место, которое мне положено для жизни.
– Да что вы? Почему же?
– Любовь. Разве это можно объяснить?
Ничего себе заявочки! Только непонятно, любовь к чему или к кому. После развода я стараюсь пока очень близко женский пол к себе не подпускать и везде слышу подтекст. Но спрашивать её о семейном положении, конечно, не буду, не на того напала. Она сразу спросит об этом меня. Первую ловушку обходим.
– Надолго к нам? – поворачивает она ко мне голову.
– Пока на пару недель, а там посмотрим.
– Вы лыжник?
– Да, но в этот раз обойдусь без лыж.
– На лыжном курорте? – улыбается. Ой, ямочки!
– Всё бывает.
Вот ведь заноза. Про перелом тоже не буду говорить. Чем меньше знает, тем лучше.
– В любом случае, здесь не может не понравиться.
Точно в эту минуту на дорогу выбегает какое-то мелкое животное, бросается под колёса, Клара тормозит, и мы летим в кювет. Но не сильно. Не могу сказать, что ещё одна автомобильная авария – это то, что останется совсем не замеченным в моём сознании, но удивительное спокойствие девушки меня тут же отвлекает от неправильный мыслей.
– Приехали! – выдыхает Клара, – Ашот меня растерзает, – и облокачивается на руль.
– Кто такой?
– Хозяин отеля. Это его машина. И машину больше не даст, – поджимает она губки.
– Вылезайте! Посмотрим, что там с бампером. Бывает, что ждёшь одного, а там совсем другое, – стараюсь я её приободрить.
Внимательно осматриваю автомобиль. По сути, странно, что она и бампер-то задела на пустом месте, он немного помялся, но больше ничего нигде нет.
– Как в воду глядел, только бампер повредился, да и то почти незаметно, остальное норм. Хотите, я буду свидетелем и расскажу вашему бармалею, как всё было?
– Я его не очень боюсь, да и машина застрахована, но если скажете, не помешает.
Едем дальше.
Хорошо она держится, не заревела, особо не переживает, есть в ней характер, что ли.
– Вы кем работаете в отеле? – а что ещё спрашивать, совсем молчать как-то неудобно. Она же сотрудник.
– Всем. Я управляющая.
Ну, прямо находка для шпиона.
– А вы? – ждёт, а я молчу, – как-то для обычного айтишника наш VIP люкс кажется немного не по бюджету. На всей Медовой поляне дороже номеров нет, только два наших апартамента. Бабяк туда столько денег вгрохал, что его на смех подняли, а сейчас локти кусают. Ну, это я так, между делом. Мне дизайн в Италии делали по инету. Там индивидуальные бассейны, бани, ванны с водой из источника. Трубы прямо оттуда проведены в номера. Эксперимент, можно сказать.
– Так хозяин в вас поверил?
– Мне многие верят, а я вот нет.
Намекает, что я не ответил на её вопрос.
– Да мне просто премию выписали и наградили отпуском в компании. Поэтому я тут. Творческим отпуском, – уточняю я.
– Ничего себе компания! Майкрософт, что ли?
– Осторожно! – выкрикиваю я.
На дороге опять появляется то ли собака, то ли кот.
– Вижу, не беспокойтесь. Я уверена, что вы останетесь довольны своим отпуском. Как получится с творчеством, конечно, никто не знает, дело такое. А что вы собираетесь там творить, если не секрет?
– Айтишные дела, зачем нам подробности? У вас там с инетом всё хорошо?
– Лучше не бывает.
– Слышал, что на вашей знаменитой горе есть места силы. Верно?
– Хотите попытаться понять потустороннее? Или чего-то попросить?
– Просто спросил, – улыбаюсь в ответ.
Любопытству нет предела. Но ответов ты получишь по минимуму, извини.
Слушаем музыку.
– Подъезжаем, – говорит Клара, – «Встреча» стоит до въезда в основной посёлок, отель первый на пути.
Я вижу очень симпатичный отель, просто сказочный какой-то. Даже не представлял себе, что такое может быть в этой глухомани. На картинке он таким прикольным не показался. Представляю, как он выглядит летом, наверное, весь в цветах.
Клара останавливает машину у крыльца.
– Идите на ресепшен, вас ждут и проводят. У вас будет индивидуальная горничная и ночной батлер, если будут какие желания. Сервис двадцать четыре на семь, вам всё расскажут. А я, с вашего позволения, Господин Ухтомский, с вами прощаюсь.
Как же так? Мне явно не хватило с ней общения. Я бы пошёл с ней погулял. Да ладно, обычная вертихвостка. Что это я?
– Было приятно познакомиться, Клара, – улыбаюсь и иду внутрь. Думаю, что я её ещё увижу.
Звонок. Евгения.
– Леонид, вы добрались до «Встречи»? – какой же у неё низкий прокуренный голос! Напоминает мне одну известную певицу советских времён, внешне, кстати, тоже.
– Да, спасибо. Только-только захожу.
– Я получила информацию, что у Бабяка сроки поджимают, у него остался месяц, чтобы продать отель. Там какие-то личные причины.
– Я думаю, успею всё понять и принять решение. Время есть.
– Но это ещё не всё. У вас появился серьёзный конкурент. Может быть, не стоит тянуть.
– Вы знаете, кто это?
– Нет, к сожалению. Мне коллега слила инфу буквально час назад. Если узнаю подробности, обязательно сообщу.
– Постарайтесь узнать цену, тогда я буду вооружён.
Разъединяюсь. Евгения – тётка непростая, опытная. С одной стороны, у неё могут быть крепкие связи в риелторской среде, а с другой стороны, она могла и придумать конкурента, чтобы я поскорее решился. Комиссионные у неё совсем не маленькие.
– Добрый день, Господин Ухтомский! – широко улыбается симпатичная девушка на ресепшене. Они все тут, что ли, одна другой краше?
ГЛАВА 4. Клара. Цена
Бабяк стоит с каменным лицом и смотрит на меня, как на провинившуюся рабыню, жизнь которой вот-вот закончится.
– Какое ещё животное на дороге? Там нет посёлков поблизости на трассе. Не свисти!
– Гость может подтвердить, если мои слова не вызывают у вас доверия, Ашот Аркадьевич, он всё видел, – пытаюсь я оправдаться.
– Даже если я не согласен, ВИПов трогать негоже, – качает Бабяк головой, – и так пять дней люкс стоял без заселения по твоей милости.
Это его излюбленная манера – во всём винить меня. Борется с моей звёздной болезнью, как он говорит. Откуда он её взял только.
– Так вы же в два раза цену подняли. Мне кажется, с нами сейчас если какой-нибудь Сант-Мориц только может сравниться.
Я ещё и пятизвёздочные люксы в Москве смотрела – мы прям с ними на одной линии.
– Маркетингом надо заниматься нормальным, в сетях работать, а не разглагольствовать. У меня к тебе срочное и ответственное задание, Клара, – переходит он на другую тему, а в голосе слышу трепет и вселенскую тайну. Берёт меня за локоток.
– Не пугайте, Ашот Аркадьевич, – отвечаю ему в таком же духе и чувствую, не до бампера ему.
– Скажи, могу ли я рассчитывать на твою дискретность и помощь?
– Если дело касается работы, Ашот Аркадьевич, то я скала. Единственное, никогда не откажусь от дополнительной премии за выполнение сложных задач, а то вы забываете об этом. В прошлом месяце я летала во Владивосток по вашему поручению, но обещанных командировочных так и не получила.
Бабяк не любит, когда я ему напоминаю про деньги, но я ещё ни разу не получила за доппроекты ни одной копеечки без трёхкратного напоминания.
– Получишь в своё время, – чуть ли не огрызается шеф, – слушай сюда, – прежде, чем продолжить, откашливается, как перед выступлением, – я решил продать «Встречу», – делает паузу и ждёт моих эмоциональных проявлений.
– Как же так! Продать нашу красавицу? – широко открываю я глаза.
– Тут такое дело… Рыночной стоимости на отель нет. То есть она не соответствует действительности, «Встреча» стоит намного дороже, риелторы же сбивают цену, так как им лишь бы продать. С другой стороны, у меня сложные обстоятельства, и есть на всё про всё только один месяц. Вот сумма, ниже которой я продать не могу, – показывает он мне цифру на телефоне.
– То есть вы хотите не просто продать отель, а продать дорого, верно?
Бабяк качает головой, показывая, что я спрашиваю не то.
– Твои два процента, Клара, если справишься.
Я быстро представляю новую машину. Внедорожник со стеклянной крышей. Вот прям с удовольствием бы вложилась.
– А кто покупатель? С кем работать-то? – спрашиваю я вопрос уже по существу.
– Пока не знаю, но жду со дня на день. Возлагаю на тебя ответственность.
– Хорошо, Ашот Аркадьевич, я пошла работать, жду дальнейших указаний.
Спускаюсь в лобби, там заселение новыми лыжниками. Персонал крутится, лыжи, чемоданы, сумки, шум, активность, смех – обычная наша атмосфера. «Встреча» – очень популярный отель на Медовой поляне и по всему предгорью. Я ещё клуб хотела пристроить, так как помещение для ресторана всегда перегружено, но сейчас это уже под большим вопросом.
Цену за отель Бабяк захотел нереальную, практически на пятьдесят процентов выше от цены риелторов. Хотеть не вредно.
С бампером, скорее всего, пронесёт. Уже хорошо.
– Свободных номеров нет, Клара Викторовна, – говорит мне администратор Валентина, – ни одного. Под завязочку.
Киваю и иду к себе в кабинет.
Проверяю отчётность за неделю, звоню насчёт ремонта трактора по уборке снега, второй партии лыж для проката, подписываю новый договор на поставку туалетных принадлежностей в номера, занимаюсь обычной текучкой.
Звонок. Дарья из «Медвежьего угла», известного у нас ресторанчика в деревенском стиле, который стоит на другом от нас конце Медовой поляны.
Раз в две недели я обязательно к ним хожу на бычка на вертеле. Местная традиция, да и повар там прикольный, спец по мясу, хотела его к себе переманить, но не стала ссориться с коллегами. Бизнес бизнесом, а может и прилететь, тут нравы крутые, если на чужое заглядываться. Обычно на бычка менеджеры и управляющие с других отелей подтягиваются, и вообще народ собирается.
– Клара Викторовна, – звонит Валентина, – жилец из первого ВИПа написал жалобу по внутренней сети, что у него в номере очень маленький напор воды в душе. Я вызвала водопроводчика, а он говорит, что отель переполнен, только что прошло заселение, система дала сбой, надо просто час подождать, но жилец ничего ждать и понимать не хочет. Написал, чтобы вы лично ему ответили сразу, иначе он съедет.
– Это Ухтомский, верно?
– Да, из главного ВИПа.
– Я разберусь.
С ВИПами часто приходится возиться по всяким пустякам, они требуют повышенного внимания и обязательно моего присутствия. Чуть что – угрозы переселиться к конкурентам. Такого ни разу не было, а я привыкла к их блефу. Ухтомский не исключение.
«Уважаемый Леонид, – пишу ему в сеть, – мы приносим свои извинения за неудобства. Проблема будет устранена через двадцать минут. Засекайте время. Могу ли ещё чем-нибудь быть полезна? Клара.»
«Вам надо срочно подняться ко мне в номер.»
Что за ерунда?
Придётся идти. Лучше их не злить, убогеньких богатеев. Так я ему и поверила, что его фирма наградила поездкой в горы за чёрте какие бабки. Был бы простым айтишником, сидел бы тихонечко, клевал бы орешки из мини-бара у панорамного окна и переждал бы слабый напор, не возникая. А то я не знаю, что он тут возникает!
Подправляю губы розовым блеском и иду к лифту.
ГЛАВА 5. Клара. Экскурсия
Стучу в дубовую дверь люкса. Я, конечно, сама могу её открыть служебной карточкой, но будет невежливо.
Дверь наконец открывается, передо мной стоит Леонид в сером спортивном костюме со смешной красной косынкой на шее. Она у него завязана на манер ковбойских. Странный такой лук, только кроссовки вот крутые. Я их как раз смотрела пару дней назад на одном сайте, где мне, по сути, делать нечего, и приговаривала, что неужели найдётся такой идиот, который купит белые замшевые кросы за такие бабки. Нашёлся, получается. Это я всё к той мысли присовокупляю, что он простой айтишник на отдыхе.
– Заходите, Клара, не стойте в проёме, – говорит мне гостеприимный хозяин люкса.
Он, наверное, путает меня, горничную и батлера. Какая ему разница, кого звать выполнить его никчемную просьбу. Позову-ка я управляющую, типа, чтобы быстрее.
Делаю несколько шагов внутрь.
– Что с бампером? Бабяк не очень сердился?
– Бабяк? Я разве вам говорила имя шефа? – удивляюсь я.
– Да какая разница! – пожимает он плечами, – я же знал, куда ехал.
– Странно. Вообще-то, если я еду куда-нибудь отдыхать, последнее дело – это запомнить имя хозяина отеля, если он не Трамп или Леонардо ди Каприо.
– А чем Бабяк отличается от Леонардо ди Каприо? – спрашивает Леонид чуть ли не на полном серьёзе.
– Ростом, – загибаю я мизинец и хихикаю.
– Еще?
– Денег у него поменьше – совершенно точно, – загибаю я безымянный палец.
– Особо про бампер не возникал, я правильно понял? – тоже улыбается.
– Да, не особо.
– А как вы думаете, он даст вам машину, если я попрошу вас съездить со мной на Медвежий камень?
Что? Он решил, что я экскурсовод?
– Леонид, это очень необычное предложение, – я даже волноваться начинаю от таких предложений, – вы знаете, что туда ехать, на этот Медвежий камень, километров сто по горной дороге, потому что надо обогнуть весь горный хребет, чтобы подобраться к ущелью. И ещё речку переехать вброд. Какая она сейчас, я не знаю. Зима же.