С любовью к женщине
- -
- 100%
- +
© Р. Гамзатов (наследники), 2013
© А. Бинкевич, пер., 2013
© Н. Гребнев, пер.,(наследники), 2013
© Л. Дымова, пер., 2013
© В. Звягинцева, пер., 2013
© Я. Козловский, пер., (наследники), 2013
© Ю. Мориц, пер., 2013
© Е. Николаевская, пер., (наследники), 2013
© И. Озерова, пер., 2013
© Р. Рождественский, пер., (наследники), 2013
© И. Снегова, пер., 2013
© В. Солоухин, пер., (наследники), 2013
© С. Сущевский, пер., (наследники), 2013
© Я. Хелемский, пер., (наследники), 2013
© ИД «Эпоха», 2013
С женщиной наедине
Перевод Я. Козловского
Друзья, извините, я к вам не приду,И вы не звоните ко мне.Вечер сегодняшний я проведуС женщиной наедине.Мы будем вдвоем: только я и она,Часов остановится ход.Музыкой сделается тишинаИ таинство обретет.Похожие нравом своим на орду,Дела, не врывайтесь ко мне.Вечер сегодняшний я проведуС женщиной наедине.Пусть, словно за окнами поезда лес,Закружится вновь голова.И станут, как звезды на черни небес,Земные мерцать слова.Порву я билет на ночной самолет,Торжественный зал подведу.Сегодняшний вечер весь напролетС женщиной я проведу.«Три страстных желанья…»
Перевод Я. Козловского
Три страстных желанья – одно к одному —Душа во мне пламенно будит…Еще одну женщину я обниму,А после – что будет, то будет.Еще один рог за столом осушу,За это сам бог не осудит.Еще один стих о любви напишу,А после – что будет, то будет.Я женщину обнял, но словно онаНе та, что светила надежде.И уксусом кажутся капли вина,И стих не искрится, как прежде.И пущенный кем-то обидный хабарНад горной летит стороноюО том, что угас моей лихости жарИ конь захромал подо мною.Себя отпевать я не дам никому,Покуда, – пусть мир не забудет, —Еще одну женщину не обниму,А после – что будет, то будет.Покуда еще один рог не допьюИ, каждое взвесив словечко,Покуда стрелу не заставлю своюПопасть в золотое колечко.Я звезды зажгу у стиха в головах,И время его не остудит.И вы удивленно воскликнете: «Вах!..»А после – что будет, то будет.Любимых женщин имена
Перевод Я. Козловского
Встревожены земные шири,Но знаю способ я один,Как укротить в подлунном миреВоинственность его мужчин.Когда б мне власть была дана,Вершинам всем, являя разум,Я даровал бы в мире разомЛюбимых женщин имена.Чтоб опустились руки вдругПред картою у бомбардира,Пусть лучшей половины мираГлаголют имена вокруг.Когда б мне власть была дана,Неся ответственность пред веком,Я матерей бы именаПрисвоил пограничным рекам.Еще дух рыцарства в чести,И, может, власть его опекиПереступить такие рекиУдержит воинов в пути.В честь просветления очей,Издав указ антивоенный,Назвал бы звезды во ВселеннойЯ именами дочерей.И сразу бы на небе мираНе стало б в далях грозовыхНи одного ориентираДля самолетов боевых.И, обретя покой, планетаЖила бы, радости полна…Звучат всегда в душе поэтаЛюбимых женщин имена.«Скажи, каким огнем был рад…»
Перевод Я. Козловского
«Скажи, каким огнем был радГореть ты в молодости, брат?» —«Любовью к женщине!»«Каким, не избежав потерь,Горишь огнем ты и теперь?» —«Любовью к женщине!»«Каким, ответь, желаешь впредьОгнем пожизненно гореть?» —«Любовью к женщине!»«Чем дорожишь ты во сто кратПревыше славы и наград?» —«Любовью женщины!»«Кем был низвергнут, как поток,И вознесен ты, как клинок?» —«Любовью женщины!»«С кем вновь, как рок ни прекословь,Разделишь не на срок любовь?» —«С любовью женщины!»«А с чем, безумный человек,Тогда окончится твой век?» —«С любовью женщины!»Пленительных женщин и храбрых мужчин…
Перевод Я. Козловского
Наверное, поздно близ белых вершинЯвился я в мир, чьи распахнуты шири:Пленительных женщин и храбрых мужчинУже не пришлось мне застать в этом мире.Я рано, наверно, над бездной годинПод желтой луною седлал иноходца,Пленительных женщин и храбрых мужчинУвидеть не мне, а другим доведется.А может, мой предок – вожатый дружинЗавидует мне, что, далекий раздору,Пленительных женщин и храбрых мужчинЯ больше встречаю, чем он в свою пору.И, может, грядущего времени сынТому позавидует, что под луноюЗнавал я немало друживших со мноюПленительных женщин и храбрых мужчин.«Хочу любовь провозгласить страною…»
Перевод Н. Гребнева
Хочу любовь провозгласить страною,Чтоб все там жили в мире и тепле,Чтоб начинался гимн ее строкою:«Любовь всего превыше на земле».Чтоб гимн прекрасный люди пели стояИ чтоб взлетала песня к небу, ввысь,Чтоб на гербе страны Любви слилисьВ пожатии одна рука с другою.Во флаг, который учредит страна,Хочу, чтоб все цвета земли входили,Чтоб радость в них была заключена,Разлука, встреча, сила и бессилье.Хочу, чтоб все людские племенаВ стране Любви убежище просили.Если в мире тысяча мужчин…
Перевод Я. Козловского
Если в мире тысяча мужчинСнарядить к тебе готовы сватов,Знай, что в этой тысяче мужчинНахожусь и я – Расул Гамзатов.Если пленены тобой давноСто мужчин, чья кровь несется с гулом,Разглядеть меж них не мудреноГорца, нареченного Расулом.Если десять влюблены в тебяИстинных мужей, огня не спрятав,Среди них, ликуя и скорбя,Нахожусь и я – Расул Гамзатов.Если без ума всего одинОт тебя, не склонная к посулам,Знай, что это – с облачных вершинГорец, именуемый Расулом.Если не влюблен в тебя никтоИ грустней ты сумрачных закатов,Значит, на базальтовом платоПогребен в горах Расул Гамзатов.Будь вечностью
Перевод Я. Козловского
Чтоб вечностью была ты под луною,Могу легко мгновением я стать,Но не кори меня моей виною —Жизнь за тебя готов всегда отдать.Клянусь: я обернулся б метеором,Чтоб долго ты жила, горе под стать,Но только не казни меня укором,Жизнь за тебя всегда готов отдать.Ты отпусти грехи мои все разом,Зачем, как четки, их перебирать?Под небом, схожим с дымчатым топазом,Жизнь за тебя всегда готов отдать.Не укоряй, не сыпь мне соль на рану,Склонив колени, говорю опять:– Будь вечностью, а я мгновеньем стану,Жизнь за тебя всегда готов отдать!«Будь я проклят, все тебе к лицу…»
Перевод Ю. Мориц
Будь я проклят, все тебе к лицу,Все в руках твоих – сверканье, свет!А я… с неба падаю, как снег,А я… ливнем с неба вниз лечу.Сколько раз держал я про запасКамни твердых беспощадных слов!Но слезинки из лукавых глаз —И язык я проглотить готов!Взмах ресниц ли, мраморная твердьВек прикрытых – я иду ко дну,В двух озерах сразу я тону,Задыхаюсь, рвется сердце… смерть!Впереди слышны иль позадиЭти флейты сладостных шагов —Все едино, я платить готовЖизнью, дико бьющейся в груди!Хочешь правду знать? Когда вот такБлизко-близко мы стоим с тобой,Я готов – подай лишь тайный знак! —Для твоих наивных тленных благЖертвовать нетленною судьбой.Боже мой, да я горю огнем,На меня напала слепота!От ладони на плече моем —Жгучий свет! Не я с тобой вдвоем —Горная пылает высота!Я погиб! Вселенная, прощай…Женщина моя пришла за мной,Чтоб водить меня из ада в рай,Из земного края в неземной.Знаю я, что женщина сильнаУводить от жизни далеко.Но меня, меня… она однаВозвращает к жизни так легко!О любви («Опять пленен…»)
Перевод Я. Козловского
Опять пленен…Был мальчиком когда-то,Пришла любовь и, розу оброня,Открыла тайну своего адатаИ сразу взрослым сделала меня.По гребням лет не в образе богини,А женщиной из плоти и огняОна ко мне является понынеИ превращает в мальчика меня.Застенчивость, бесстыдство в ней и трепет,Вновь загораюсь я, и оттогоВоображенье преклоненно лепитИз женщины подлунной – божество.Любовь была опасностью чревата,Как глупость командира, но не разОна являла мужество солдата,Что безрассудный выполнил приказ.Любовь всегда похожа на сраженье,В котором мы, казалось бы, судьбойУже обречены на пораженье,И вдруг – о чудо! – выиграли бой!Она всегда похожа на сраженье,В которое уверовали, ноНежданно прибывает донесенье,Что начисто проиграно оно.И хоть любовь не сторонилась боли,Она порою, ран не бередя,Была сладка, как сон под буркой в полеВо время колыбельного дождя.Я возраста достиг границы средней,И, ни на что не закрывая глаз,Пишу стихи, как будто в миг последний,И так влюбляюсь, словно в первый раз.Открыл я книгу вековую
Перевод Я. Козловского
Любви чреваты рубежиВсем, от измены до коварства, —Здесь гибли многие мужи,Как на границе государства.Печальной повести листы.Открыл я книгу вековую:Скажи мне, женщина, где тыБыла в минуту роковую?Зачем в неведенье спала,Задув огонь оплывшей свечки,Когда два черные стволаНацелились у Черной речки?Ты перед вечностью в долгуЗа то, что с белыми крыламиТогда не встала на снегуПред воронеными стволами.Не ты ли в час, когда сожглаПисьмо, чей пепел сжала в горстке,Спасти поручика моглаОт глупой ссоры в Пятигорске.И не взяла б под МашукомПоэта ранняя могила,Когда бы с вечера тайкомЕго в объятья ты сманила.Когда бы светом звездных глазТы подсветила путь возврата,В лесной трясине б не увязГорячий конь Хаджи-Мурата.Невеста из аула Чох,Тебя сумел я оправдать бы,Когда б издать не просто вздохРешилась бы во время свадьбы.Зачем твой крик не прозвучалИ не узнали люди тут же,Что яд подсыпан был в бокалЭльдарилава из Ругỳджа.Верней, чем верный талисман,Среди житейской круговертиСпасай нас, женщина, от ранИ заблуждения, и смерти.Но пусть, страдая и любя,Лихой достойные кончины,Готовы будут за тебяСобой пожертвовать мужчины.Не знала ты соперниц никогда…
Перевод Я. Козловского
Люблю я ночи черные, как порох,Люблю гнездовье отчее – Цада.Люблю всех женщин я, среди которыхНе знала ты соперниц никогда.Люблю держать вершину на примете,И меж границ небесных и земныхПоделены все женщины на светеМной на тебя и женщин остальных.Люблю, когда в распахнутых просторахМеня несут, мерцая, поезда,Люблю всех женщин я, среди которыхНе знала ты соперниц никогда.Стою ли я на скальном парапетеИли плыву вдоль берегов чужих,Поделены все женщины на светеМной на тебя и женщин остальных.«Кавказец из-за женщины красивой…»
Перевод Я. Козловского
Кавказец из-за женщины красивой,Как слышал я в ауле Игали,В седло садился и, склонясь над гривой,Сломя башку скакал на край земли.Случалось, государь властолюбивыйВдруг потрясал стоустую молву,Когда в мольбе пред женщиной красивойСклонял, как раб, покорную главу.И ты ответь, читатель мой правдивый,В любви отвага – это ль не талант?И ехал из-за женщины красивойСтреляться, как на праздник, дуэлянт.И молодой испанец под оливойСегодня возле дома одногоПоет в ночи о женщине красивой,Как дед и прадед пели до него.Зеленый луг. Река с прибрежной ивой,Оплечьем блещут царственно шмели.И космонавт о женщине красивойВздыхает вновь в космической дали.И сам я, то несчастный, то счастливый,Когда душа всесильна и слаба,Пишу стихи о женщине красивой,Как предопределила мне судьба.Нет, в небесах решили не случайно,Чтоб с женских лиц вовеки лился свет.И для меня давно открылась тайна,Что некрасивых женщин в мире нет.«Любви заслуг не перечесть…»
Перевод Я. Козловского
Любви заслуг не перечесть,Давай в ее земную честьС тобой протянем рукиК друг другу возле звезд,Над бездною разлукиПостроим в небе мост.Давай любви почтим чутье,И пусть предскажут в честь нееВлюбленным гороскопыНад каждой стороной,Что будут век их тропыСходиться под луной.Сойдется пусть тропа с тропой,Давай мы в честь любви с тобойИ в наши будем летаДостойны молодых,Ромео и ДжульеттаНе раз воскреснут в них.Где рвется к берегу прибой,Давай мы в честь любви с тобойТакой раздуем пламеньПод облаком ночным,Что воском станет камень,А дикий барс – ручным.Я свиданье женщине назначил
Перевод Я. Козловского
Не хочу, мятежный мой Кавказ,Чтоб стрельбой меня ты озадачил,Потому что нынче в звездный часЯ свиданье женщине назначил.Не торгуй трехлетних жеребцовТы в аулах, между скал зажатых,Верховых не шли ко мне гонцовИ на площадях уйми глашатых.Сделай милость, вздыбленный Кавказ,Как быкам в обуглившейся сини,Черным тучам ты отдай приказ,Чтобы лбов не сталкивали ныне.Я молю тебя: угомонисьИ в лихом Гунибе, и в Хунзахе,Перестань, засватывая высь,На луну забрасывать папахи.Бурной крови славя колотье,Я назначил женщине свиданье,Не пугай обвалами ее,Прояви, Кавказ мой, пониманье.Я прошу тебя: повремениВскачь коней бросать, паля из ружей,Амузгинской сталью не звени,Не дыши с вершин каленой стужей.Если б только ведал ты, какойЯ свиданье женщине назначил,Может быть, ты собственной рукойМногое во мне переиначил.Старых ран, Кавказ, не бередиИ не строй завалы на дороге.Отмени на этот день дожди,Отмени на эту ночь тревоги.Не греми каспийскою волной,Что приводит скалы в содроганье,Потому что женщине однойЯ назначил в звездный час свиданье.Песня («Исчезли солнечные дни…»)
Перевод Е. Николаевской
Исчезли солнечные дни,И птицы улетели,И вот одни проводим мыНеделю за неделей.Вдвоем с тобой, вдвоем с тобойОстались ты да я…Любимая, любимая,Бесценная моя!На косы вновь твои смотрю,Не налюбуюсь за день…Птиц улетевших белый пухПристал к отдельным прядям…Пусть у меня на волосахЛежит, не тая, снег…Но ты, моя бесценная,Как прежде, лучше всех.Все краски вешние неся,Вернутся снова птицы,Но цвет волос, но цвет волосС весной не возвратится.И солнцу улыбнемся мы,Печали не тая…Любимая, любимая,Бесценная моя.«Изнывая в любовной тоске…»
Перевод Я. Козловского
Изнывая в любовной тоске,Я, познав нетерпения муки,Профиль твой на приморском пескеРисовал, словно мальчик, в разлуке.Под осколком скалы на скалеВозникал он в небесном чертоге.И на мерзлом вагонном стекле,Как резцом нанесенный в дороге.Вот заветных стихов черновик,Где легко под моею рукою,Как созвучие, лик твой возникПо соседству с начальной строкою.Взором мысленным изображалЯ на кубках черты твоей стати,Как насечкою, ими венчалСеребро боевой рукояти.А в стихах рисовал я, любя,Отвергая границы степенства,В многих образах женских тебя…Но достичь не сумел совершенства.Молитва любви
Перевод Я. Козловского
Пускай любовь, небес касаясь,Из женщин делает богинь.Пускай горит огню на завистьИ сложит песню вновь.Аминь!Пусть, вознеся нас, заарканитОна, как горная гряда.Пусть взрослой в мыслях юность станет,А старость в чувствах – молода.Пускай роднит нас с небосклоном,Но из заоблачных пустыньК земным нас возвращает женамВ объятья райские.Аминь!Пускай любовь царит меж нами,Храня от бед, как амулет.Где есть она, – меж племенамиИ меж людьми раздора нет.Пусть сквозь сиреневую дымкуПрольется свет медовых дынь.И пусть влюбленные в обнимкуУединяются.Аминь!Пускай, как с первых дней ведетсяИ завещалось неспроста,В любви мужчина не клянется, —Клянутся лживые уста.Пусть не считает ран сердечныхЛюбовь – владелица святынь,Удерживая подопечныхВ отставку выходить.Аминь.«– Скажи «люблю», – меня просили в Риме…»
Перевод Л. Дымовой
– Скажи «люблю», – меня просили в Риме —На языке народа своего. —И я назвал твое простое имя,И повторили все вокруг его.– Как называют ту, что всех любимей?Как по-аварски «жизнь» и «божество»? —И я назвал твое простое имя,И повторили все вокруг его.Сказали мне: – Не может быть такого,Чтоб было в языке одно лишь слово.Ужель язык так необычен твой?И я, уже не в силах спорить с ними,Ответил, что одно простое имяМне заменяет весь язык родной.«Захочет любовь, и в клубящейся мгле…»
Перевод Я. Козловского
Захочет любовь, и в клубящейся мглеБагряный цветок расцветет на скале,И снег зажурчит на вершине.Но в каменном сердце во все временаНе в силах посеять она семена,В нем терн прорастает поныне.Смиряла любовь даже царственный гнев,И кротким, как агнец, вдруг делался лев,Лань рядом паслась, не робея.Я видел воочию, как, зла не тая,Под флейту факира танцует змеяНа площади людной Бомбея.И тихо любовь мне шепнула – «УмейТы действовать, как заклинатели змей»,И грустный напомнила случай:Одна балерина в недавнем году,Что с флейтой волшебной была не в ладу,Змеей обернулась гремучей.Словами любви, это помнит весь свет,Великий целитель и славный поэт,Недуги лечил Авиценна.Завидная участь, счастливый удел,Такие б стихи написать я хотел,Где слово – лекарству замена!«Чтобы рвануться в схватку, у мужчины…»
Перевод Я. Козловского
Чтобы рвануться в схватку, у мужчиныЕсть только две достойные причины.И первая: родной страны защита,Граница чья пред недругом закрыта.Вторая – долг, что предками завещан,Мужчинам всем повелевает он:Собой рискуя, защищайте женщин,Как на дуэлях пушкинских времен.Чтоб песню спеть, от века у мужчиныЕсть только две достойные причины.И первая: любовь к земле родимой,Которая вошла нам в плоть и в кровьИ сделалась звездой неугасимой.Вторая – это к женщине любовь!«В тебя я вновь влюблен и очарован…»
Перевод Л. Дымовой
В тебя я вновь влюблен и очарован…Такого не бывает – говоришь?Но в каждый мой приезд волшебным, новым,Загадочным мне кажется Париж.Бывает так. Живешь, живешь на свете.Идет весна – и словно в первый разТы чувствуешь, как молод этот ветерИ нов капели сбивчивый рассказ.Впервые я пишу стихотворенье —Хотя пишу стихи давным-давно.Пусть много было радостных волнений,Но помню лишь последнее – одно.Бывает так… Ни убыли, ни тленьяНе знает страсть, рождаясь вновь и вновь.Ты – первое мое стихотвореньеИ первая, бессмертная любовь.Отношение к женщине…
Перевод Я. Козловского
Я спросил на вершине,поросшей кизилом:«Что мужского достоинстваслужит мерилом?» —«Отношение к женщине», —молвило небо в ответ.«Чем измерить, – спросил яу древней былины, —настоящее мужество в сердце мужчины?» —«Отношением к женщине», —мне отвечала она.«Чем любовь измеряетсясердца мужского?» —«Отношением к женщине…» —«Нету мерила такого», —возразили служители мер и весов.«Дождик за окном – о тебе я думаю…»
Перевод В. Звягинцевой
П. Ю.
Дождик за окном – о тебе я думаю,Снег в саду ночном – о тебе я думаю.Ясно на заре – о тебе я думаю,Лето на дворе – о тебе я думаю.Птицы прилетят – о тебе я думаю,Улетят назад – о тебе я думаю.Зелены кусты, скрыты ли порошею, —Ни о чем невмочь, – о тебе я думаю.Уж, наверно, ты девушка хорошая,Если день и ночь о тебе я думаю.Патимат («Коль в джунгли…»)
Перевод Е. Николаевской
Коль в джунглиЯ буду заброшен судьбойИ будет дозволеноВзять мне с собойВсе то, что мне надобно,Что захочу —Твою фотографиюЯ захвачу.Как талисман,Я буду хранитьИ в дожди и в туман…Не знаю,Что леди своей, например,Из джунглейШлет лондонский пэр или сэр,Но я нанесуПод таинственный свистСонеты ПетраркиНа пальмовый лист,Свои к ним прибавлюВ безмолвной мольбе —Меня не забудь! —И пошлю их тебе.А если вдруг в космосЗапустят меня, —И там не смогуБез тебя я ни дняПрожить! – я с собоюВозьму твой портрет,И впрямь – без которогоЖизни мне нет…Мои позывныеК тебе полетятИз космоса вниз:Патимат! Патимат!..Пускай на Гаити пошлют,В Парагвай,Везде оно будет со мной,Так и знай, —Заветное имя,И в явь, и во сне,На полюсе,На океанской волне…А будет мне туго,Тревожно, темно, —От всяких недуговЛекарство оно.И толькоНа самом краю бытияПризнаюсь,Что имя забыл твое яИ облик твой тожеЗабыл – и конец!..Так песню своюЗабывает певец.И в мыслях своихНе смогу допустить —С собою в могилуЛюбовь опустить…«Я признаюсь: мне кажется порою…»
Перевод Н. Гребнева
Я признаюсь: мне кажется порою,Как будто мы с тобой воскрешеныИз повестей старинных, где героиПогибнуть от любви обречены.Любовь своей затягивает сетью,Она огнем того, кто любит, жжет.Влюбленный лебедь долго не живет,Живет лишь злобный ворон три столетья.Стать старым лебедю не суждено,Но он любя живет свой век недлинный,И, заливаясь песней лебединой,Он ворона счастливей все равно,Хоть три столетья ворону даноЖить в этом мире, тешась мертвечиной.«В музейных залах – в Лувре и в Версале…»
Перевод Н. Гребнева
В музейных залах – в Лувре и в Версале,Где я ходил, бывало, много дней,Меня мадонны строгие смущалиС тобою странной схожестью своей.И думал я: как чье-то вдохновенье,Чужое представленье красотыМогло предугадать твои чертыЗа столько лет до твоего рожденья?Вдали от края нашего встречатьКрасавиц доводилось мне немало,Но в них твою угадывал я стать.И я того не мог понять, бывало,Как эти дочери чужой землиТвою осанку перенять могли?«Бросает свет светильник мой чадящий…»
Перевод Н. Гребнева
Бросает свет светильник мой чадящий.Все в доме спит, лишь я один не сплю,Я наклонился над тобою, спящей,Чтоб вновь промолвить: «Я тебя люблю».И горше были дни мои, и слаще,Но, старше став, на том себя ловлю,Что повторяю я теперь все чащеОдно и то же: «Я тебя люблю!»И я, порой неправдою грешащий,Всего лишь об одном тебя молю:Не думай, что настолько я пропащий,Чтоб лгать признаньем: «Я тебя люблю!»И мой единственный, мой настоящийСтих только этот: «Я тебя люблю».Брови
Перевод Р. Рождественского
Лба твоего просторная поляна,А чуть пониже, около нее, —Два озера, как будто два Севана.Два озера – томление мое.На берегах прекраснейших озер —Мне каждое из них отдельно снится —Лежат всю жизнь две черные лисицы,Как будто яростный живой узор.Хитрее нет их никого на свете.Таких лисиц попробуй обмани.Вот погляди: охотника заметив,Убитыми прикинулись они.Меня они игрой своей не тронут, —Не зря озера страсть в себе таят!Услышав музыку, лисицы вздрогнут,Притворщицы не смогут устоять.О, как они взмывают откровенно,Лукавинкой зазывною дразня!И как они изогнуты надменно,Когда рассердишься ты на меня.О, как они на ласку намекают,Вздувая пламя у меня в груди!А как порою предостерегают,Безмолвно говоря: не подходи!Я слышал много раз, что хитрость лисьяИзвестна миру с самых давних пор.Но эти лисы – убедился лично —Хитрее всех своих живых сестер.Завидуют им все. И даже птицыНебесные от зависти дрожат…Две черные пушистые лисицыВозле озер просторно возлежат.Желанья их я выполняю мигом,Слежу за ними, указаний жду.Прикажут – и сражусь я с целым миром!Прикажут – бездыханным упаду!..Спасибо вам, лисицы, от меняЗа то, что бережете вы озера.За то, что вы не дремлете, храняИх чистую незамутненность взора.Спасибо вам за то, что в час, когдаК озерам тем я приходил напиться,Вы тут же притворялись без труда,Что вам прекрасно в это время спится.Разговор
Перевод Р. Рождественского
– Скажи мне, перебрав свои года,Какое время самым лучшим было?– Счастливейшими были дни, когдаМоя любимая меня любила…– А не было ль, скажи, такого дня,Когда ты плакал, горя не скрывая?– Любимая забыла про меня,Тот день я самым черным называю…– Но можно было вовсе не любить!Жить без любви – и проще и спокойней!..– Наверно, это проще. Может быть…Но в жизни я такого дня не помню.Вечная молодость
Перевод Р. Рождественского
Любви все возрасты покорны
А. ПушкинВот судьи выстроились в ряд,Полгоризонта заслоня.И гневом их глаза горят,А все слова летят в меня:«Юнец, не бривший бороды,Щенок, не помнящий добра,Ответь нам: правда ли, что тыБыл с женщиной в лесу вчера?..»Я судьям отвечаю: «Да!Я многое в лесу нашел,Мальчишкою я шел туда.Оттуда я мужчиной шел!..»Вновь судьи выстроились в ряд,Полгоризонта заслоня.И гневом их глаза горят,А все слова летят в меня:«Забыв о седине своейИ прежние забыв грехи,Шел с женщиною ты и ейШептал любовные стихи?..»«Да! – отвечаю судьям я, —Шел с женщиной. Шептал слова.И верил, что судьба мояСветла, пока любовь жива!..»А судьи грозно хмурят взгляд,И снова требуют они:«Нам непонятно, – говорят, —Нам непонятно. Объясни…»Я говорю им: «Есть любовь,И, ощутив ее венец,Взрослеет запросто юнец,А старец молодеет вновь.Становится певцом немой,Становится певец немым.Любовь – всегдашний спутник мой.Я буду вечно молодым!»Я тебя не забуду
Перевод Р. Рождественского
По планете немало постранствовал я,Уходил в никуда, приходил ниоткуда…Ты – мой посох в судьбе, ты – дорога моя.Я тебя никогда и нигде не забуду.Все, кого я встречал, оставались в душе.Кто – на несколько лет, кто – всего на минуту…Ты была в моем сердце с рожденья уже.Я тебя никогда и нигде не забуду.Много раз улыбались красавицы мне,Были эти улыбки похожи на чудо…Но в глазах твоих я утонул по весне.Я тебя никогда и нигде не забуду.Спел я множество песен в кругу земляков,Слышал песни, подобные древнему гуду…Только ты – будто лучшая песня веков.Я тебя никогда и нигде не забуду.