Полукровка. Книга 2. Путешествие на запад.

Глава1. Зов на запад

Два года минуло с тех пор, как Аранэл стал королём клана Сикхатарских воров. Два долгих года прошло с того дня, когда демон в обличье Гелисандра перестал править кланом и отправился в свой загробный мир для тёмных тварей, откуда ему уже не вернуться. Имя демона и откуда он взялся, выяснить так и не удалось, но обитал он в Шахтазе ещё с тех времён, когда пал сам дворец, — тут сомнений нет.

В потайных залах дворца, на фресках, Аранэл отыскал всю историю — древние краски, потрескавшиеся от времени, но всё ещё хранящие память. Сенамира в образе колдуна пришла в Шахтаз сотни лет назад и привела с собой своих последователей. Интригами она захватила власть и уничтожила величие шахтазских правителей. Из древнего мира колдунья призвала демона себе на помощь. Он сотни лет менял обличие, начиная с правителей Шахтаза, и завершил череду Гелисандром. Образы былых личностей демона запечатлели те самые фрески. Неясно было только: пророческие это фрески, или летопись событий, и кто вообще их создал.

Демон веками помогал колдунье захватывать власть и управлять всем так, как ей требовалось. Оставив демона в Шахтазе, Сенамира прибрала к рукам небольшой город под названием Сикхатар. Привело её в этот мир и в эти земли одно: поиски меча, которым сейчас владел король воров Аранэл. Именно Сикхатар стал местом силы, где колдунья черпала для себя могущество. Превратив город и ближайшие земли в самый крупный регион по работорговле, она тем самым на долгие века обеспечила себя непрерывным потоком рабов, которых швыряла в топку своей магии.

Теперь всё закончилось. Колдунья растеряла силу и заперта в другом мире. Демон уничтожен раз и навсегда. Казалось бы — живи да радуйся, но Аранэл не такой, да и правители Сикхатара вовсе не собирались останавливать торговлю рабами, хоть главный покупатель — башня колдуна — и пала.

Два долгих года Аранэл враждовал с советом Сикхатара любыми доступными способами, пока не пустил в ход последний довод — тотальное истребление работорговцев. После череды убийств — быстрых, безжалостных, оставлявших после себя только холодные тела в лужах крови — страх заставил совет города согласиться на условия короля воров.

Условия он выдвинул такие: за пять последующих лет работорговлю свести к малому, а позже и вовсе запретить в городе. Всех, кто за эти годы попадётся на жестокости к рабам, — судить, и если вина подтвердится, приговор один: смертная казнь. Через пять лет все рабы, остающиеся в Сикхатаре, получают полную свободу и переходят в разряд наёмной рабочей силы, если пожелают.

Для молодого короля воров это было ещё не то, чего он хотел, но — начало, способное положить конец рабству в этом городе. Пять лет — срок, за который всё должно перемениться по уговору обеих сторон. В противном случае Аранэл грозил привести под стены Сикхатара такую армию, какой ещё никто из жителей не видел, и стереть город с лица земли.

Между кланом воров и советом города воцарилось перемирие — шаткое, как клинок, воткнутый в стол.

***

По дороге, что вилась по береговым скалам, мчался всадник. Ветер хлестал в лицо, солёный и холодный. Не сбавляя скорости, он въехал на мост и пронёсся по нему как ветер, остановившись только во дворе дворца. Повсюду кипели строительные работы, пахло каменной пылью и свежим раствором, во дворе толпился народ. Башир спрыгнул с коня и передал поводья конюху.

— Где Аранэл? — спросил он.

— На скалах.

— Давно?

— Уже должен подняться.

Башир направился туда, куда ему указали. Нужно было обойти дворец и выйти к той части стены, что смотрела в море. Местами кладка отсутствовала, и в одном таком провале образовалась небольшая открытая площадка. Башир опустился на свой привычный камень — холодный, отполированный ветрами и временем — и принялся ждать.

Подвывал ветер, проникая в щели скалы и дворца. Внизу шумело море, ударяясь волнами о камни. Минут через семь послышались невнятные звуки, а затем толстый канат, идущий через всю площадку и привязанный к колонне, зашевелился — сперва едва заметно, потом всё сильнее.

На площадку мало-помалу выбрался Аранэл. За два года он сильно возмужал, набрал веса и мышц — тело стало сухим, жилистым, с проступившими венами на предплечьях. Каждый день он тайным проходом спускался к берегу, а оттуда, привязав к себе несколько увесистых камней, поднимался без страховки по скале наверх, к той самой площадке, на которой сейчас сидел Башир. Немного не доползая до неё, Аранэл перехватывал канат и уже по нему одолевал последние пролёты: перед площадкой скала становилась гладкой, и уцепиться было не за что — только скользкий камень и пустота за спиной.

— Верёвки срежь, раз пришёл, — выдохнул Аранэл, не глядя на друга. Пот стекал по вискам, сердце гулко билось в груди.

Башир быстро подскочил и перерезал верёвки с валунами. Камни рухнули в пропасть — звук падения долетел снизу глухим, запоздалым эхом. Аранэл был весь в поту, уставший, но довольный — в глазах горел тот самый огонёк, что появлялся после каждого такого подъёма.

— Что ты тут делаешь? Я не ждал тебя сегодня.

— Дело срочное. К тебе лично.

— У тебя все дела срочные.

На площадке стояли два заранее приготовленных ведра с холодной водой. Аранэл одно за другим опрокинул их на себя, смывая грязь и пот. Вода обожгла разгорячённую кожу, заставив на мгновение перехватить дыхание.

— Идём, — позвал он Башира и направился во дворец.

Всю дорогу Башир молчал, и Аранэл его ни о чём не спрашивал. Теперь у полукровки была своя огромная комната во дворце. Покои Гелисандра он занимать не стал и вообще велел их перестроить, как и всё здание. Требовалось уменьшить дворец, убрать старые завалы и разрушенные части, а то, что осталось целым, — отреставрировать или обновить.

После того как Аранэл стал королём клана воров, он предложил два выхода: найти другое место для клана или отремонтировать дворец. Клан согласился на ремонт. Дворец был неприступен для захвата в древние времена, неприступен и сейчас, поэтому оставался клановой крепостью.

— Садись, — пригласил Аранэл друга за стол и указал на деревянное кресло с мягкой обивкой. Сам сел напротив. — Ну, что там у тебя?

Полукровка поставил на стол два кубка и налил вина — себе и Баширу. Тот поднял свой кубок, отпил пару глотков — вино было терпким, с привкусом южных ягод, — затем ответил:

— Оракул прислал меня.

— Оракул? Вот как Ты всё ещё служишь ему?

— Я принёс клятву и не нарушу её. У него для тебя сообщение.

— Он тебе его передал?

— Нет. Он просит тебя приехать к нему домой как можно быстрее.

— Ты знаешь, как я не люблю ездить в Сикхатар. Тем более неизвестно, как совет города это истолкует после нашего уговора.

— Им и не нужно знать. Всё как в прежние времена. Вдвоём на лошадях отправимся в город, и тебя никто не узнает, если ты не возьмёшь с собой всю свиту.

— Скажи мне лучше вот что: торговцы притормозили поставки рабов через город или продолжают своё дело?

— И то и другое.

— Что это значит?

— Рабов ввозят куда меньше. Город не поглощает столько живого товара, цены падают. Корабли работорговцев уже реже посещают сикхатарский порт. Как я и предупреждал, торговля постепенно перетекает в другие прибрежные города внутреннего моря.

— Значит, мои угрозы подействовали.

— Подействовали. Но они всё ещё думают, что ты пытаешься захватить единоличную власть в городе.

— Пускай думают. Я их не боюсь, а вот им стоит бояться меня.

— Это и есть загвоздка. Для них ты слишком молод, чтобы указывать совету и ставить свои условия.

— Ничего страшного. Перетерпят. Главное, чтоб выполняли соглашение. Значит, говоришь, оракул зовёт — задумчиво произнёс Аранэл. — Ну, раз зовёт, значит, поеду. После всего, что случилось, я уже не могу его игнорировать.

Башир согласно кивнул, одобряя решение друга. Посидев ещё немного, обсудили текущие дела, а потом, допив вино, тайно выехали из дворца и поскакали к городу.

***

Дом оракула нисколько не изменился за то время, пока Аранэла здесь не было. Всё та же тишина, тот же запах сухих трав и старого дерева. На этот раз его приняли чуть любезнее, чем в прошлый раз. Башир оставил друга в комнате одного и удалился.

Сидя на коврике и уставившись в одну точку, Аранэл терпеливо ждал старика — тишина давила на уши, лишь где-то тихо потрескивали свечи. Оракул неожиданно возник в проходе и слегка коснулся плеча полукровки, чем изрядно его испугал. Аранэл не слышал, как тот вошёл, — вздрогнул всем телом, рука непроизвольно дёрнулась к поясу.

— Это всего лишь я, всего лишь я — произнёс старик несколько раз и сел на своё привычное место. — Я рад видеть, что ты отозвался на мою просьбу.

— Мне это несложно, — ответил полукровка и пристально посмотрел на старика снизу вверх. — Зачем ты меня позвал?

— Древние боги заговорили.

— Боги? Снова боги? Боги, колдуны, демоны — сколько мне ещё биться со всеми ними и сколько я ещё потеряю близких мне людей? Они тебе это сказали?

— Ты зол, — спокойно ответил старик.

— Да, я зол, — так же спокойно отозвался полукровка. — Зол, потому что умер и попал в другой мир. Зол, потому что кто-то решил, что я какой-то там спаситель, и вручил мне меч. Зол, потому что вокруг меня умирают люди, которые мне дороги. Ещё перечислять?

— Это не поможет. Я просто доношу слова богов в наш мир. Ты не один такой, к кому обращаются боги. Ткань мироздания бесконечна и многообразна. У тебя своя война, у богов своя. Ты попал в Сикхатар не просто так, и теперь ты должен идти дальше.

— Что значит — дальше? Я не понимаю

— Теперь твой путь лежит на запад.

— Что мне там делать? Я не хочу никуда ехать, тем более на запад.

— И всё же ты должен. Боги сказали, что твой путь в Сикхатаре завершён и ты должен отправиться на запад, к храму судьбы.

— Храм судьбы? Что это такое?

— Древнее святилище, вокруг которого построен город людей. В этом святилище хранится свиток с пророчеством о тебе.

— Свиток? Пророчество? И что я могу из него узнать?

— Я не знаю, Аранэл. Но ты исполнил всё, что требуется, чтобы взять свиток. Твой приход в Сикхатар привёл в движение какую-то цепь событий, и теперь ты можешь взять свиток и узнать суть пророчества.

— Когда мне отправляться?

— Этого боги не сказали. Это тебе решать.

Старик смолк, ожидая реакции. В комнате повисла тяжёлая тишина — только свечи всё так же потрескивали, роняя капли воска.

— Если я решу поехать, где мне искать этот храм судьбы?

— На западе, где обрывается граница королевства дворфов. Оно граничит с землями эльфов, а за землями эльфов до самого великого моря простирается самое большое королевство людей — Салугдар. Тебе нужно попасть в его столицу, город Аркандар. Он выстроен вокруг храма судьбы. Храм стоит в самом центре города.

— Как местные посмотрят на эльфа-полукровку?

— У людей тех земель союз с эльфами. Там ты будешь в безопасности.

— Значит, я могу свободно странствовать по этим землям?

— Дальние странствия никогда не были безопасны, но для тебя там не будет преград.

— Что это значит?

— Это значит, что ты можешь без помех идти через те земли, но угрозы были и будут всегда, в любых краях нашего мира. Попасть туда можно двумя путями. Первый — через королевство дворфов. Если у тебя есть связи и золото, маги дворфов откроют для тебя портал и перенесут в Аркандар. Иначе придётся пересекать все эти земли самому.

— Насчёт дворфов я не уверен. Когда я появился в этом мире, меня везли к королю дворфов, но по пути перехватили работорговцы. Это, в общем-то, и не важно, потому что я сам планировал сбежать ещё до приезда, но сейчас, после всего случившегося, я не смогу объяснить, как выжил, и объявиться у них три года спустя.

— Дворфы тебе не враги, но судьба вела тебя в Сикхатар, и ты сюда попал.

— А какой второй путь?

— Пересечь внутреннее море с восточного берега на западный. Там будет много раздробленных королевств и отдельных городов, похожих на наш Сикхатар. Этот путь опасный, но на нём больше возможностей.

— Возможностей? Каких ещё возможностей?

— На западном побережье, как я уже сказал, много свободных городов. Туда стекаются многие народы, в том числе и маги, знающие своё ремесло. Возможно, тебе удастся найти сильного волшебника, способного создать портал в Аркандар, но это опасно.

— Если дворфы могут переправить меня наверняка, то бродячий маг может и обмануть, отправив куда угодно, только не туда, куда нужно, — сразу догадался Аранэл.

— Ты всё правильно понял, — согласился оракул. — Но с западного побережья можно двинуться дальше с одним из караванов, а этот путь намного проще, чем путь через королевство дворфов. На том побережье не придётся пересекать горы, и меньше риска столкнуться с оркани и прочей тёмной нечистью. Ещё в тех местах иногда попадаются гнёзда для перелётов.

— Гнёзда для перелётов? Что это такое?

— Укротители грифонов предлагают перелёты. За небольшую плату грифон может перенести тебя чуть ближе к цели.

— Подобное я видел однажды в крепости дворфов, где жил.

— Дворфы иногда летают на орлах.

— Да, именно орлов я и видел. Скажи, я могу найти где-нибудь карты тех земель?

— Думаю, да, возможно, даже в нашем городе. Но наверняка карт дальше западного побережья, вглубь материка, ты у нас не найдёшь.

— Значит, что-то интересное я могу отыскать только в западных землях?

— Внутреннее море мешает перевозить товары так далеко, поэтому торговцы с восточного побережья далеко не заходят. А сейчас, из-за твоего соглашения с советом Сикхатара, будет ещё сложнее.

— Почему?

— Ты пытаешься искоренить работорговлю.

— Всё верно.

— А с рабами шли поставки других товаров. Если ты не сможешь перестроить торговые пути, Сикхатар начнут объезжать — возить станет невыгодно.

— Я знаю об этой беде, но торговать здесь рабами не позволю. Мои люди уже налаживают новые торговые пути. На восточном побережье мы первый город на пути из королевства дворфов, и у нас есть преимущество. Если потребуется, я создам флот, способный держать в кулаке морские маршруты.

— Не забывай, что твоя власть кончается границами Сикхатара.

— Сейчас так и есть, но в будущем это может измениться. Мы отвлеклись, — напомнил Аранэл старику.

Ему не понравилось, что оракул принялся обсуждать его решения, и он решил закончить этот разговор.

— Мне больше нечего тебе рассказать. Я передал послание и всё, что знаю о том, как добраться до королевства Салугдар.

— Раз нам больше не о чем говорить, старик, мне остаётся только сказать, что я подумаю. Сейчас я не могу дать тебе ответ. Я не планировал никуда пускаться в путь и тем более что-то там искать. Мне нужно подумать.

— Меня это не касается, это только твоё решение. Я могу лишь повторить: я только передаю слова богов, а не решаю, что, кому и как делать.

— Тем не менее Башир известит тебя, когда я решу, как поступить.

— Как тебе будет угодно, — спокойно ответил старик, заканчивая беседу.

Аранэл поднялся с коврика и поклонился оракулу, прощаясь. Старик вежливо кивнул в ответ. Полукровка вышел из комнаты, где его принимали уже второй раз. За спиной остался запах сухих трав и тихий треск догорающих свечей.

— Сегодня ты долго, — заметил Башир, когда Аранэл появился.

— Было что обсуждать. Теперь мы можем уйти из этого дома.

Вошла служанка и обратилась к Баширу:

— Господин просит вас зайти ненадолго.

Башир вопросительно посмотрел на Аранэла. Тот сделал разрешительный жест рукой:

— Да, конечно, иди. Я подожду.

Немного времени спустя Башир вышел от оракула, и друзья отправились обратно в Шахтаз.

***

Остаток дня Аранэл провёл у себя, в личных комнатах. Он никого не пускал к себе и не отдавал никаких приказов. Молча сидел у окна, глядя, как море внизу меняет цвет с синего на свинцово-серый.

Поздним вечером, почти ночью, он велел передать Баширу, что ждёт его в своих покоях. Башир явился не сразу, но быстро. Он не покидал дворца.

— Ты в курсе того, что мне сказал оракул? — начал разговор Аранэл.

— Конечно нет, но, судя по тому, что он сказал мне, нам выпадет дальний путь

— И тебе боги сподобились что-то сообщить? — усмехнулся полукровка.

— Да, — спокойно ответил Башир. — Мне велели следовать за тобой.

— Куда? — снова усмехнулся Аранэл, но в голосе его не было веселья.

— Не знаю. Просто следовать за тобой, и всё.

— Видишь! Вот такое слепое повиновение меня и настораживает

— Не хочешь сказать, что происходит?

— Я ещё и сам не понял, но мне сказали ехать на запад, к самому краю земель, на берег великого моря, и посетить храм судьбы.

— Храм судьбы? Я слышал о нём. Это очень далеко.

— Ты знаешь дорогу?

— Нет, но на западе можно найти проводника. Города с противоположного побережья водят торговые караваны далеко, и наверняка удастся отыскать попутный караван или проводника.

— Я ещё не сказал, что еду.

— Но ты раздумываешь об этом.

— Да, ты прав.

— Так чего ты боишься?

— Я ничего не боюсь, но опасения есть.

— Опасения?

— За клан, — пояснил Аранэл. — Слишком многое мы начали менять в городе, и не всем это по нраву.

— Аранэл, я знаю, что в клане у тебя почти полная поддержка, за исключением тех, кому действительно по душе вольный образ жизни, но в основном это обычные бродяги и нищета с улиц, которых мы подбираем. Они понимают всё, что ты делаешь. Ты не первый, кого в этот город привезли рабом в трюме корабля. Таких много.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Доверься клану. Поставь правильных людей принимать важные решения. Совет клана полностью на твоей стороне. Они почти все видели, кого ты убил в зале воров два года назад. Возвращаться к прежней жизни им не хочется. Подвалы дворца забиты золотом — его хватит на десять таких городов, как Сикхатар. К тому же твой временный отъезд покажет городу, что ты вовсе не собираешься его захватывать и становиться тираном.

— Или они, наоборот, решат, что это возможность избавиться от клана сикхатарских воров.

— Верно. Они могут так решить. Но клан существует очень давно, и вожаками его были многие, а город ничего не смог с этим поделать.

— Башир, ты же знаешь, кем заменили настоящего Гелисандра.

— Конечно знаю. Я видел это чудовище.

— Теперь мы знаем, что демон обитал во дворце веками, а значит, он и до Гелисандра управлял кланом.

— Всё верно, скорее всего, так и было. Это нужно было колдуну в башне, и демон делал то, что ему приказывали.

— Колдунье, — поправил Аранэл. Слова давались тяжело — усталость навалилась свинцовой тяжестью.

— Да неважно! Сейчас клан свободен в своих решениях и доволен своим королём, а главное — они уверены в тебе. Так доверься им в ответ.

— Значит, твой совет?..

— Следовать своему предназначению и посетить храм.

— Время есть. Я не готов принять решение прямо сейчас, иначе бы не спрашивал твоего мнения. Иди, я устал и хочу побыть один. Завтра будет трудный день.

Башир попрощался и ушёл, оставив Аранэла одного. Тишина в комнате была густой, как вода в колодце.

***

Предводитель воров ошибся. Не только следующий день был тяжёлым. В сумасшедшем ритме прошло двенадцать таких дней — каждый начинался затемно и заканчивался глубокой ночью, когда Аранэл валился в постель, не чувствуя ног.

Всё это время он тайно заменял людей на постах и должностях, доверяя им задачи на долгие месяцы вперёд. Эти действия не остались незамеченными — никто не понимал, почему король распределяет обязанности и перекладывает контроль на других.

Когда пришло время, Аранэл собрал совет и сообщил, что вынужден покинуть клан на неизвестный срок. Это вызвало горячие споры и даже перебранку среди сикхатарских воров. Не желая спорить, Аранэл приказал им выбрать временного короля, способного руководить кланом и сохранить его до возвращения полукровки. Он даже предложил несколько кандидатов. Поспорив ещё немного, совет согласился — избрали нового главу, временно замещающего Аранэла.

Башир тайно нанял корабль. Ранним утром, за несколько часов до рассвета, Аранэл начал собираться в дорогу. За окном ещё стояла густая, почти осязаемая тьма. Он надел лёгкие походные кожаные доспехи и прицепил меч на пояс — тот самый, за которым когда-то ходил в мир-тайник. Затем надел и закрепил на руках наручи, подаренные Альционой. Металл холодил запястья. За два минувших года он ни разу ими не воспользовался, но и королева чёрных драконов не появлялась. Сейчас Аранэл решил не оставлять наручи во дворце, а взять с собой.

На столе лежали несколько больших ножей. Один — подарок Ильде. Полукровка посмотрел на него и уже хотел выбрать именно этот, но передумал и повесил нож на стену среди другого оружия — в знак того, что ещё вернётся сюда. В дорогу взял другой. Подхватив сумку, набитую золотом, — тяжёлую, ощутимо оттягивающую плечо, — Аранэл вышел в коридор. В его покоях остались гореть лампы, а в постели, тихо делая вид, что спят, лежали две голые девушки.

У тайного прохода, ведущего к спуску на берег, ждал Башир — тоже одетый по-походному и при оружии. В одной руке он держал факел, и пламя плясало на сквозняке, в другой — ещё одну сумку с золотом.

— Готов?

Аранэл молча кивнул. Башир открыл дверь прохода и, освещая путь факелом, первым начал спускаться по каменной винтовой лестнице. Быстро идти не получалось — ступени были стёртыми и скользкими от сырости, — и спуск занял много времени. Аранэл ходил этим путём почти каждый день — именно через него он попадал на пляж, откуда с привязанными к телу камнями поднимался по отвесной стене.

Вышли на песок. Начинало светать — край неба на востоке едва порозовел. Солёный ветер ударил в лицо, принеся запах водорослей и мокрого камня. Недалеко от скалы на берегу горел фонарь — ждала лодка с двумя гребцами. Шум моря и свежий ветер — вот что ожидало их на несколько долгих дней впереди.

Сумки погрузили, и все четверо принялись стаскивать лодку с песка в воду. Наконец она сошла с мелководья и закачалась на волнах. Гребцы, Аранэл и Башир забрались через борт — мокрый, скользкий от брызг. Можно было отплывать. Башир сидел на носу, Аранэл расположился на корме. Гребцы заработали вёслами, взбивая морскую воду. Лодка начала отдаляться от берега.

Аранэл обернулся и бросил прощальный взгляд. Они отошли уже далеко, и дворец на скале был прекрасно виден — тёмный силуэт на фоне светлеющего неба. Полукровка впервые видел это место с моря. Насмотревшись и попрощавшись мысленно, он отвернулся. Лодку раскачивало, волны становились крупнее, били в борт с глухим стуком. Берег за кормой скрылся из виду, но скалы ещё виднелись.

Впереди начал мелькать свет огней. Когда лодка опускалась на волне, свет пропадал, а когда поднималась — появлялся вновь. Это был корабль, ожидавший тайных пассажиров; его сигнальные огни мелькали далеко впереди. Аранэл приказал, чтобы судно держалось далеко от берега — так, чтобы его не было видно или можно было принять за обычного торговца, идущего в порт или из порта Сикхатара. Связывать корабль с отплытием короля воров было нельзя.

Наконец лодка пришвартовалась у левого борта. По верёвочной лестнице — грубой, пахнущей смолой и солью — поднялись на палубу. Лодку следом закрепили погрузочными балками. Пассажиров проводили в каюту.

Аранэл впервые плыл по морю, да ещё на доисторическом корабле, посреди чужого мира. Это ощущение напомнило ему, что он проживает жизнь в чужом теле. Подобное он испытывал в последний раз, когда попал к дворфам, и вот теперь оно вернулось на несколько секунд, словно напоминая о чём-то, — холодок по спине, лёгкое головокружение, и всё прошло.

На палубе раздалась команда поднять паруса, загремела якорная цепь, и вскоре корабль взял курс в открытое море, к западному берегу. Путешествие Аранэла на запад началось.

Глава2. Берег незнакомцев

Первые несколько дней плавания захватили дух. Аранэл и Башир почти не уходили с палубы: разглядывали всё, что попадалось на глаза. Этим двоим всё было в диковинку — ни тот, ни другой никогда прежде не выходили в море, для обоих — первый раз, если не считать того случая, когда Аранэла везли в трюме корабля работорговцев. Но то плавание он вспоминать не любил: душная тьма, вонь немытых тел и цепь, до крови натиравшая щиколотку.

Вскоре палуба путешественникам наскучила, и они почти перестали выходить из каюты. На шестой и седьмой день погода начала портиться. Из-за смены ветра капитану то и дело приходилось править курс, а тот уводил корабль всё южнее. Но это ещё не беда. Беда пришла двухдневным штормом, который окончательно сбил их с пути. Вместо западного побережья, ближе к землям дворфов, судно унесло далеко на юго-запад.