Мирья. Ледяное предсказание

Перевод с датского Егора Фетисова

@ Электронная версия книги подготовлена ИД «Городец» (https://gorodets.ru/)

© Gunvor Ganer Krejberg, Rebecca Bang Sørensen & Gyldendal, Copenhagen 2019

Published by agreement with Gyldendal Group Agency and Banke, Goumen & Smirnova Literary Agency

© Егор Фетисов, перевод с датского, 2025

© ИД «Городец», издание на русском языке, 2025

Глава 1

«Орехобол» и «назадки»

Не успевает Мирья открыть дверь, как ветер набрасывается на её чёлку, задувает волосы в глаза. Мирья оглядывается по сторонам.

Хотя кроны деревьев в вышине сотрясаются от сильных порывов ветра, а листва уже принялась желтеть, Мирья любит это время года. Цвета удивительно красивы.

«Особенно сегодня», – думает Мирья.

В животе словно что-то приятно щекочет – от предвкушения. Они с Эльмой договорились провести вместе весь день. Вдвоём. Они сделают Эльме крылья из листьев. Такие, как у Мирьи.

Но впереди ещё масса времени. Они должны встретиться после того, как Мирья отведёт Асмунда и Айка в дупло-читальню. Мальчикам нельзя летать одним в такой ветер, и Мирья обещала маме проводить их. Но сейчас они пока пошли с мамой к ней на работу – обжаривать кофе.

Мирья делает глубокий вдох. Прохлада свежей волной проникает в лёгкие.

Если поторопиться, Мирья успеет сперва заскочить к Пелле и Сиббо. Сегодня у неё не получится провести с ними время, и лучше предупредить об этом. Заодно она узнает, как заживает рана на груди Сиббо.

Мирья убирает с глаз чёлку. Потом расправляет крылья, взлетает и берёт курс на полянку, где живут её друзья.

– Мирья!

Как только она приземляется на траву, из кустов тут же, быстро семеня, появляется Пелле.

– Доброе утро. – Мирья улыбается и виновато разводит руками. – Как житьё?

– Шитьё? – Пелле смотрит на неё с недоумением. – Опять порвала крылья, нужно зашить?

Мирья со смехом качает головой.

– Нет, Пелле. Жи-тьё, – объясняет она. – Как поживает Сиббо? Рана получше?

С того дня, как Сиббо схватился с лесной куницей, вид у него был совершенно понурый. И раны на груди не спешили заживать.

Слишком уж не спешили, как считал сам Сиббо.

Пелле открывает было рот, чтобы ответить, но не успевает этого сделать, потому что к ним подскоком приближается Сиббо.

– Мы решили, что ты про меня забыла, – щёлкает он клювом. Вид у него очень жалкий.

– Мы? – фыркает Пелле.

Мирья наклоняет голову набок.

– Сиббо, дуралей ты, тебя не так просто забыть.

Она улыбается ему, но всё-таки ощущает укол совести, когда её взгляд останавливается на груди ворона. Повсюду бурые пятна запёкшейся крови.

И виновата в этом Мирья. Это она привела Пелле и Сиббо к беличьему гнезду, когда они участвовали в квесте. Оставалось лишь забрать последнее задание в дупле-читальне, или в «Беличьем дупле» – как называют его дети, потому что дверь в дупло сделана в форме беличьего хвоста. Но тогда это напрочь вылетело у Мирьи из головы. И она завела Пелле и Сиббо в жилище самой настоящей белки.

Эта ошибка едва не стоила Сиббо жизни.

– Как дела? – спрашивает Мирья, не в силах отвести глаза от груди ворона.

«На коже ещё местами осталась корка запёкшейся крови, но в целом заживает неплохо», – думает Мирья.

Грудь Сиббо вся покрыта маленькими тёмными бугорками – в тех местах, где новые перья пробиваются сквозь голую, серовато-чёрную кожу.

Мирья вдруг чувствует, как ей хочется их потрогать.

– Осторожнее! – Сиббо издаёт такой вопль, словно она уже это сделала.

Мирья поспешно отдёргивает руку.

– Болит? – спрашивает она.

– А ты как думаешь?

Сиббо ведёт клювом из стороны в сторону, как будто у него закружилась голова.

Порыв ветра ерошит его перья.

Мирья переводит взгляд на Пелле. Тот смотрит на неё с тревогой.

– Ты пролетала мимо болота? – спрашивает он и несколько раз моргает. – Видела, что случилось с водой?

Мирья отрицательно качает головой. Она не была у болота с тех пор, как они с Эльмой чуть не утонули. Стоит ей подумать о тёмной болотной воде, как становится трудно дышать.

– Вода поднимается, – объясняет Пелле. Глаза у него расширились и округлились. – Болото продолжает разливаться.

– Всё ещё? – Мирья ёжится. – Но ведь…

Она обхватывает руками плечи. Ей никак не выбросить из головы светящийся шар, который она видела на дне болота, не говоря уже о болотной траве, опутавшей лодыжки, когда Мирья бросилась в воду на выручку Эльме.

Ведь это же была трава? Трава?

– Скоро весь лес затопит. – Пелле отряхивается. – Ненавижу ходить с мокрыми лапами. – Он поднимает лапки, словно проверяя, не испачкались ли уже подушечки в болотной грязи.

Сиббо пару раз щёлкает клювом.

– Это были твои слова, что лучше бегать по земле, чем летать.

– Это да, – бормочет Пелле. – Только если она сухая.

Сиббо слегка пожимает плечами.

– Ну здесь-то сухо. Можем во что-нибудь поиграть. Я предлагаю «орехобол».

Вид у него ужасно довольный.

Мирья смеётся.

– Мне не до игр, Сиббо. Мне нужно домой.

Сиббо резко запрокидывает голову.

– Но ты же только пришла, а я как раз придумал очень весёлую игру. Называется «орехобол». Хотя бы попробуй сначала. А потом можем поиграть в «назадки», если хочешь. Когда ветер стихнет…

Мирья кусает губу.

– Но я… Я просто прилетела глянуть, как тут всё. Ты и твоя рана.

– Спасибо, неплохо.

Сиббо снова выпячивает колесом покрытую проплешинами грудь.

Сейчас незаметно, чтобы ему было хоть сколько-нибудь больно.

– «Орехобол», – произносит он себе под нос и несколько раз кивает. – Недурная идея пришла мне в голову. Думаю, может получиться очень забавная игра. Надо просто взять… – Он опять запрокидывает голову и задумчиво смотрит в небо. – Орех. Да. Орех, который можно как следует швырнуть! А потом…

Пелле пихает Мирью мордочкой.

– Что у тебя за дела? – спрашивает он.

– Мама не разрешает Асмунду и Айку летать одним в ветреные дни, – объясняет она. – Я обещала проводить их до дупла-читальни.

– Но потом же ты к нам, да? – спрашивает Пелле.

– Ну… Тут такое дело…

Мирья ковыряет землю ногой. Внезапно она понимает, что не знает, как всё объяснить. Что она не прилетит, как обычно, к ним на весь день.

Вдруг они обидятся на то, что Мирья сегодня променяла их на Эльму? Она же прекрасно знает, какого они об Эльме мнения.

– Тут такое дело… – Мирья косится на Сиббо. – Эльма спросила меня, не хочу ли я провести этот день с ней.

Она шумно выдыхает. Ну вот, наконец она сказала всё как есть.

Глава 2

Утренняя встреча

Сиббо резко оборачивается и смотрит на Мирью.

– Эльма?

Он всё-таки слышал, что она сказала. Мирья стоит, понуро опустив голову.

– Так ты сегодня с ней? – обиженно спрашивает ворон.

Мирья молча кивает.

– Получается, ты теперь дружишь с ней? С Эльмой?

Сиббо несколько раз моргает.

Мирья пожимает плечами.

– Значит, вы подружились? – В голосе Пелле, напротив, не слышно никакой обиды. – Без жуток?

Сиббо кивает.

– Без шуток, – поправляет он.

– То есть я прав?

Пелле, ошеломлённо глядит на Сиббо. Тот обескураженно разводит крыльями.

Мирья не знает, что ответить. Дружба – больше, чем просто слово, а Мирья после праздника почти и не говорила с Эльмой. Но ведь Эльма сама спросила, хочет ли Мирья провести сегодняшний день вместе. И выглядела обрадованной, когда Мирья согласилась. Такой обрадованной, что у Мирьи до сих пор приятно щекочет в животе при воспоминании об этом.

В итоге Мирья вместо ответа ограничивается кивком.

– Ну, я… В общем… – бубнит она и чувствует, как губы сами собой расплываются в улыбке.

Влажная мордочка Пелле утыкается ей в плечо.

– Отлично, – говорит он. – Друзей много не бывает.

Мирья надеется, что он говорит искренне.

– Ладно, о’кей, давай топай. – Сиббо обиженно щёлкает клювом. – Топай к своей Эльме.

Он говорит это таким тоном, словно только что раскусил что-то очень невкусное.

– Знаешь что, Сиббо? – Пелле потягивается и широко зевает. – Тогда я пойду подремлю.

– А как же я? – Вид у Сиббо совершенно потерянный.

– Ты? – Пелле уже направился к кустам. – Ты пока почисти пёрышки.

Он останавливается и бросает на Сиббо лукавый взгляд.

– Хотя нет, – фыркнув, добавляет он. – Их у тебя не так много.

– Постой. – Мирья смотрит ему вслед. Она забыла спросить, не согласятся ли они сделать Эльме крылья из листьев. – Тут… это… – Пелле мелькает в последний раз в траве и исчезает в кустах. – Я просто подумала, что… – пытается объяснить Мирья, но никак не может подобрать подходящие слова.

Если Сиббо так настроен против Эльмы, то, наверное, он не захочет делать для неё крылья.

– Я просто…

Сиббо едва заметно наклоняет голову набок.

– Просто что? – говорит он.

Мирья кусает губу.

– А что, если бы Эльме захотелось такие же крылья, как у меня? Мы бы не могли тогда…

Она не успевает договорить.

– Эльма хочет крылья из листьев?

Сиббо приосанивается. От восторга он начинает часто-часто моргать.

– Во сколько вас ждать?

Он встряхивается так, что ветер снова ерошит его перья.

Мирья облегчённо выдыхает. Внутри у неё разливается приятное тепло при виде того, как Сиббо принимает горделивую позу.

– Мы прилетим не сразу, – говорит она. – Мне сначала нужно проводить Асмунда и Айка к дуплу-читальне. И потом, может, у Эльмы есть планы. Но… мы прилетим, как только освободимся.

– Ну, ты знаешь, где нас искать.

Сиббо делает несколько быстрых подскоков по направлению к кустам, в которых скрылся Пелле. Он наклоняется и заглядывает под ветки.

– Я ведь всегда это говорил, да, Пелле?

Потом добавляет, уже погромче:

– Слышишь меня? Я говорю, что мы делаем суперские крылья.

Сиббо запрокидывает голову.

– Погоди, Пелле. Скоро все эльфы захотят такие. Нас ожидает слава. Я уверен в этом. Просто подожди немного.

– Угу, и ты подожди, – доносится из кустов сонный голос. – Дай мне пока поспать.

– Нет, Пелле. – Сиббо почти ликует. – Пора идти собирать листья. Время не ждёт.

Мирья чувствует, что сейчас расхохочется. Конечно же, Сиббо загордился. Она сразу могла бы догадаться.

– Увидимся! – кричит Мирья, взмахивает крыльями и взлетает.

Едва оторвавшись от земли, она снова чувствует, как сегодня ветрено. Ну да ладно. Только подумать: у Эльмы будут крылья из листьев. Такие же, как у Мирьи. К концу дня у них обеих будут крылья из листьев. Крылья подружек. Просто невероятно!

Мирья заливисто смеётся.

Никогда ещё дорога домой не казалась такой короткой. Мирья приземляется перед домом, даже не запыхавшись.

Чёлка снова падает на глаза. Она быстрым движением поправляет волосы. Ветер совершенно их спутал.

Может, немного привести себя в порядок? Эльме это понравится. Например, расчесаться. Где-то, наверное, есть лента. Может, попробовать сделать причёску?

Мирья бросает взгляд на дом. Внутри тихо, значит, мама с мальчиками ещё не вернулись. Ведь Асмунда и Айка всегда слышно. За километр. Мирья, наверное, успеет вплести ленту в волосы до их возвращения.

Она открывает дверь. Быстрым шагом проходит через кухню. Тонкие ломтики яблок, которые мама сушит, развесив под потолком, наполняют дом сладковатым пряным ароматом. Мирья с наслаждением вдыхает его. Потом поднимает руку и толкает дверь своей комнаты. Дверь распахивается.

Мирья замирает на месте. В комнате кто-то есть.

Глава 3

Неприятная неожиданность

Посреди комнаты стоит Павлос. Он открыл сундук с вещами Мирьи и одной рукой придерживает крышку.

– Мирья, ты-то тут какого?.. – вырывается у него.

Он выпускает крышку. Сундук захлопывается с громким стуком.

– Что ты делаешь? – Мирья чувствует, как внутри закипает злость. Она едва сдерживается, чтобы не наброситься на Павлоса с кулаками. – Это моя комната. И мои вещи. Я не хочу, чтобы ты… – Голос изменяет ей.

Павлос поднимает ладони, защищаясь.

– Спокойно, Мирья. Мы, наверное, слегка напугали друг друга. – Он изображает на лице что-то вроде улыбки. – Я думал… – Потом Павлос морщит лоб. Мирья замечает, как он смущённо смотрит в сторону.

– И ЧТО же ты думал? – Мирья стискивает кулаки. Ногти впиваются в ладони. – Что, пока меня нет дома, можно рыться в моих вещах?

Она пристально смотрит на него. Прямо в глаза, до тех пор, пока он не отводит взгляд.

– Да, глупо вышло. Но… Я хотел сделать тебе сюрприз, да…

Он разводит руками.

Мирью трясёт от бешенства. Такая… такая подколодная змеюка! Вообще-то Мирья не может сказать, что именно её отталкивает в Павлосе. Но ей крайне неприятны его постоянные попытки подружиться со всеми. И ещё неприятнее то, что мама считает его прямо таким классным.

– Убирайся, – шипит Мирья. Потом, уже громче: – ВАЛИ отсюда! – Она орёт так, что саднит в горле.

– Да… но, Мирья… – пытается возразить Павлос.

Внутри у Мирьи чернее ночи. Она ненавидит Павлоса. Никогда ещё её ненависть к нему не была такой сильной. И эта его улыбочка, курам на смех. Расхаживает везде с таким видом, словно постоянно безмерно счастлив.

– Никогда больше… – Мирья делает шаг в его сторону и указывает на дверь. – НИКОГДА больше не заходи в мою комнату.

Павлос как будто хочет что-то сказать, но потом решает промолчать. Он выскальзывает из комнаты мимо Мирьи.

Чужой кисловатый запах, всегда исходящий от него, заставляет Мирью поморщиться.

– Не усложняй так всё, – говорит Павлос тихо. В дверях он останавливается и снова смотрит на Мирью. На этот раз без привычного дружелюбия. Вместо этого в глазах Павлоса появляется какое-то мрачное выражение.

Потом он наконец отводит взгляд и уходит. Дверь закрывается за его спиной.

Мирья бросается на кровать. Секунду спустя она слышит, как Павлос выходит из кухни на улицу.

– «Я хотел сделать сюрприз», – зло бормочет она себе под нос, передразнивая Павлоса.

Да уж, спасибо, премного благодарна. Он же постоянно весь из себя загадочный. Как будто что-то скрывает. И что-то странное есть в его манере тихонько уходить, не говоря куда. А когда он возвращается, глаза у него блестят как-то странно. Словно он знает что-то такое, чего другие не знают.

Мирья лупит кулаком по кровати.

Как маме только могло прийти в голову оставить его жить у них в доме? Если бы папа был тут, то…

От этой мысли клубок в животе Мирьи взрывается. Она сворачивается калачиком и обхватывает руками колени.

Ветер с гулом врывается в щель под дверью: кто-то заходит в дом. Это Асмунд и Айк, она слышит голоса. И мама.

Через несколько секунд дверь в комнату Мирьи снова распахивается.

Глава 4

Орехокол и каштановое мыло

– Ты тут, Мирья? Лежишь? – Голос мамы звучит ласково. – Ты же готова проводить мальчиков, правда? Вам пора выходить. – Она садится на край кровати и кладёт руку Мирье на плечо. – Что-то случилось?

– Мам. – Мирья поворачивается к ней и вздыхает. – Пусть Павлос прекратит рыться в моих вещах!

– Да он и не думал рыться, зайка.

Мама наклоняет голову и улыбается.

– Нет, он роется… Он заходил сюда и… и…

Мирья никак не может выдавить из себя оставшиеся слова. Она пытается встретиться взглядом с мамой, чтобы та помогла ей, но мама только качает головой.

– Мирья, вот что я тебе скажу. Я не понимаю, за что ты невзлюбила Павлоса. Он очень милый и приятный эльф. Он просто хочет быть нашим другом.

Мама гладит Мирью по голове.

– Мне хватает друзей, спасибо! – Мирья сердито опускает глаза и косится на подушку. – Почему он всё ещё живёт с нами? Ты же сама говорила, что…

Мирья вспоминает тот день, когда появился Павлос. День, когда ей на долю секунды померещилось, что это вернулся папа. Но это был всего лишь Павлос. Мирья всё ещё чувствует разочарование.

– Ты говорила, что он останется на несколько дней, не больше. Ты так говорила!

– Давай-ка сбавь обороты. – Мамина рука легонько сжимает сзади Мирью за шею и ласково встряхивает, но в голосе уже слышится металл. – Мне никогда бы одной не перетащить урожай в дом. И к тому же у меня освободилось время, чтобы отремонтировать протекающую крышу над комнатой мальчиков, пока Павлос вырезáл новую плошку для нашего орехокола. Ещё он сделал каштановое мыло. Его хватит не только на весь следующий год, но и на продажу. Вообще-то Павлос сегодня как раз собирается на рынок – узнать, сколько он сможет выручить за мыло.

– Каштановое мыло и орехокол, – бормочет Мирья. – Подумаешь.

Мама заправляет выбившийся локон Мирье за ухо, но Мирья выкручивается из её рук.

– Он помог не только нам, Мирья, но и многим другим эльфам в нашем поселении. И Парлотти…

– Так пусть и живёт у кого-нибудь из них, – перебивает Мирья. – Он ведёт себя странно, мама. Неужели ты не замечаешь? С ним что-то не так. Ему нельзя доверять. Я знаю!

– Мирья, Мирья. Всё-то тебе что-то мерещится. – Мама встаёт с кровати и снисходительно качает головой. – Но ты ещё слишком мала для того, чтобы понять…

– Чтобы понять что? – Мирья садится на кровати.

Когда маме нужна помощь, Мирье приходится быть взрослой. Но как только разговор заходит о вещах, о которых мама не решается говорить, Мирья вдруг оказывается слишком мала, чтобы что-то понять.

– Ничего, зайка. Мы вернёмся к этому разговору позже. – Мамин голос снова стал ласковым. – Мне нужно идти. Мне давно пора вернуться в обжарочную и перевернуть орехи. – Мама вздыхает. – Собиратели буковых орешков сегодня утром привезли целую кучу орехов. Я хочу успеть закончить обжарку, чтобы их забрали до того, как появятся собиратели миндаля. А то получится как в прошлый раз. – Мама оборачивается к Мирье, натянуто улыбаясь. – Помнишь?

Мирья прекрасно помнила тот год, когда высушенные орешки бука перемешались с миндальными и изрядное их количество перемололи вместе с миндалём в ценную миндальную муку.

В ту зиму у всех эльфов без исключения прихватывало живот, да и поноса никто не миновал.

– Тебе пора собираться. Мальчикам совсем скоро надо быть в дупле-читальне, а ты вроде хотела ещё встретиться с Эльмой, да?

От маминых слов у Мирьи перехватывает дыхание. Эльма! Мирья ждёт не дождётся, когда увидит её! История с Павлосом на какое-то время перебила радостное предвкушение предстоящей встречи.

Мирья поднимает на маму глаза, собираясь что-то сказать, но в ту секунду, когда мама уже протягивает руку к двери, чтобы толкнуть её, дверь распахивают снаружи. В комнату вваливаются Асмунд и Айк.

– Почему всем в этой семье постоянно нужно торчать в МОЕЙ комнате? – стонет Мирья, закатив глаза.

Мама качает головой.

– Вы не могли бы вести себя сегодня прилично, мальчики?

Асмунд и Айк кивают наперегонки.

Мама выходит из комнаты и закрывает за собой дверь. Через секунду та хлопает ещё раз. От сквозняка, с гудением ворвавшегося в дом, когда мама вышла на улицу.

– Что ты делаешь?

Асмунд запрыгивает на кровать Мирьи и принимается скакать, поднимая вокруг себя облако пыли.

– Пытаюсь побыть в тишине и покое, – вздыхает Мирья и встаёт с кровати, но Асмунд тут же приземляется на пол перед ней. Он расставляет руки, преграждая Мирье путь.

– Именем Совета, ни с места! – кричит он. – Пароль!

– У-моего-брата-не-все-дома, – отвечает Мирья и отодвигает его в сторону.

– Нееееет, – воет он. – Ты должна назвать пароль.

– Это и был пароль, – говорит Мирья. – Ну как, мы идём? Дупло-читальня ждёт.

Мирья поворачивается к Айку, тот кивает. Только сейчас она замечает, какой он бледный. Она вспоминает свой первый день в дупле-читальне. Ай, какой на неё тогда напал мандраж!

– Пароль!

Асмунд пытается не дать Мирье пройти, но она просто отпихивает его в сторону.

– Это совсем не страшно, – говорит она Айку. – Тебе понравится. Я точно знаю.

Айк выглядит не очень убеждённым.

– Нам нужно взять с собой книгу.

Он смотрит себе под ноги.

– Да, конечно. Книгу для чтения, – говорит Мирья, в последнюю секунду успевая заметить, что Асмунд опять расставил руки, преграждая путь. – Мама приготовила какую-нибудь? – спрашивает она.

Айк пожимает плечами.

– Не знаю, – отвечает он.

Мирья открывает дверь в кухню.

– Идёмте посмотрим.

Глава 5

Исчезнувшие книги

Мирья окидывает взглядом кухонный стол, но мама не оставила на нём никаких книжек. Наверное, второпях забыла.

Мирья невольно вспоминает, что это папа выбрал книгу, с которой она впервые пошла в дупло-читальню. «Жизнь прибрежных эльфов, полная чудес» – так она называлась. Папа помогал Мирье учиться читать. Они вместе сидели здесь, на кухне, склонившись над раскрытой книжкой, и Мирья медленно складывала слоги в слова.

Слово за словом.

И вдруг однажды она начала читать по-настоящему. Во всяком случае, так ей самой показалось.

Самое невероятное заключалось в том, что папа лично когда-то гостил у прибрежных эльфов. Он каждый вечер рассказывал об этом Мирье, читая с ней книгу. Рассказывал об осоке, о том, как выпаривают соль из морской воды. О зарослях шиповника и облепихи. И о бескрайнем море, волны которого вырастали огромными, как деревья, и с грохотом обрушивались на берег.

Слушать об этом было увлекательно и в то же время жутко. Настолько жутко, что потом Мирье снились кошмары, в которых она тонула в море.

Мирья вздрагивает, когда Асмунд прерывает её воспоминания.

– Да ладно, обойдёмся без книжки. – Асмунд поддаёт ногой конский каштан, валяющийся на полу. – Я могу заглядывать в чью-нибудь книжку.

Он демонстрирует пару финтов, ловко обведя каштан вокруг ножки стола.

– Нет, так не годится.

Мирья подходит к книжному стеллажу, но полки пусты. Остался только большой том сказок.

– Вы переставили папины книги?

Мирья оглядывается по сторонам. Может, мама всё-таки положила где-нибудь несколько книжек?

На пороге Мирьиной комнаты появляется Айк. Он мотает головой так, что его локоны взлетают.

– Зачем нам их переставлять? – спрашивает Асмунд и бьёт по каштану, загоняя его под стеллаж. – Гол!

Он скачет с ликующим видом, словно только что забил сложнейший мяч.

– Но тогда…

Мирья заглядывает во все углы, но книг нигде нет. Осталась только большая книга сказок, однако её нельзя выносить из дома. Она слишком ценная.

Но где же остальные? Папа так любил эти книжки! Может, мама убрала их в другое место? Но куда? Они всегда стояли здесь, на полках. Сколько Мирья себя помнит.

– Да неважно. – Асмунд тянет Мирью за рукав. – Макс ждёт. Мы опоздаем.

Мирья кивает. Асмунд прав. И всё-таки – не могут же они прийти без книги. Недолго думая, Мирья решается. Она осторожно снимает большой том сказок с полки и сдувает с него пыль. Нет книжки прекраснее, и Мирья знает, что она очень дорогая. Далеко не у всех эльфов есть такие ценные книги. И в ней множество увлекательных сказок.

Мирья не в силах удержаться. Она открывает книгу. Она помнит, что папа любил «Сердце трясины». А сама Мирья больше всего любит сказку «Волшебница-белоснежка и Снежная гора».

Мирья вздыхает. Пальцы сами отыскивают нужную страницу. На ней до сих пор остались следы: Мирья рисовала пишущим угольком.

Папа, конечно, был не в восторге. Мирья заметила, как он расстроился, хотя и ничего не сказал. Только потрепал Мирью по волосам и пробормотал, чтобы она больше так не делала. А потом аккуратно отчистил угольные следы клочком хлопка.

И всё-таки Мирья до сих пор видит едва заметную тень рисунка.

– Ну же, идём! – в голосе Асмунда слышится нетерпение.

Мирья поднимает глаза от книги. Асмунд распахнул входную дверь, и ветер врывается в дом. Айк поспешно семенит за братом.

Мирья оглядывается на пустые полки. Вон там стояла «Жизнь прибрежных эльфов, полная чудес». Вдруг Мирья никогда больше не увидит этой книжки? И что с другими, такими красивыми, книгами?