Попала, или Форс-мажор!
- -
- 100%
- +
Глава 1
– Лейра, буду предельно откровенен: только из уважения к вашей матери я еще не отчислил вас, – буравя меня взглядом, произнёс седой декан.
Вот почему я не отказалась от этой затеи ещё три года назад?! До сих пор в голове звучат мамины слова: «Все женщины в нашей родне – преподаватели, поступай в педагогический, продолжишь нашу семейную традицию». Ей авторитетно поддакивали бабушка и моя старшая сестра. А я, пряча за спиной буклет театрального училища, не знала, как им отказать.
И вот я здесь, в кабинете декана, в который раз выслушиваю нотации.
– Даю вам последний шанс пересдать зачёт. В противном случае будем говорить о вашем отчислении из университета.
Честно потупила взгляд, уставившись в пол, демонстративно изображала сожаление, чтобы не выкинули из универа прямо сейчас.
Какого чёрта я поступала на педагогику?! Не моё это.
Может, я не унаследовала педагогический ген? Хм-м… интересно, такой вообще существует? Если его ещё не открыли, то совсем не значит, что такого нет.
И вообще я как будто не на своём месте. Мне здесь неинтересно. Вот не моё это, и всё.
– Неужели нельзя подготовиться к экзамену с первого раза и не тратить ни моё время, ни время других преподавателей? – не на шутку декан разошёлся, пронизывая меня взглядом.
Может, и можно, но ведь всегда есть «но». Как только мне надо готовиться к зачёту, что-нибудь обязательно случается. Меня просто преследуют непредвиденные обстоятельства, как страховые компании красиво пишут, «force majeure», а они от этого не страхуют. Что уж говорить обо мне, бедной студентке? Жаль, не могу этим оправдаться, он ведь не поймёт. А когда честные студенты готовятся к экзамену? Правильно – в ночь перед экзаменом! Не могу же я взять и изменить этой традиции? Только как объяснить декану, что, когда я собиралась готовиться к зачёту, меня настиг форс-мажор?
Пока декан вовсю распинался, я стояла с опущенными глазами и думала о своём. Устав орать (или поняв, насколько это безнадёжно), он махнул рукой и указал на дверь.
Ну наконец-то!
Выходя из кабинета, изображала полное раскаяние – за всё время учёбы я лучше всего понаторела именно в этом. Надо было поступать на актёрский факультет.
Что ж не везёт-то так, а?
На прошлой неделе села готовиться к зачёту – звонит моя лучшая подруга и просит вместе с ней подъехать в домик у леса, где на следующие выходные планируется вечеринка. Посмотрев на стопку ничуть не вдохновлявших книг, начала торговаться со своей совестью, убеждая её в том, что можно хорошо провести время с Радой, а вернувшись, честно присесть за книги.
Кто ж мог предположить, что по пути сломается машина?!
Мы, две девушки, как полагается, открыли капот и смотрим. На что там смотреть? Много пыльных проводков. Двумя пальцами, осторожно, чтобы не испачкаться, подёргали за них, и на этом наши знания механики закончились. Аварийка не спешила на помощь попавшим в беду девушкам. Так и простояли до ночи на обочине.
Вернулась домой поздно. Замёрзшая, голодная и злая. Ну, какая после этого может быть учёба? А ведь не объяснишь, что случились непредвиденные обстоятельства, то есть форс-мажор. Если бы страховые компании от этого страховали, я бы точно разбогатела.
Вот так раз за разом заваливаю экзамены.
Может, бросить всё? Сколько можно мучиться самой и мучить других? Вот только как всё объяснить маме?
Если сообщу ей, что бросаю универ – она во мне разочаруется, а если меня отчислят – это ещё хуже.
Выбор не ахти: плохо или совсем плохо. А хуже всего будет, когда об этом узнает моя сестра. Она уж своего едкого слова не упустит.
Ну почему я не могу быть такой, как она? Ответственная, педантичная, никогда не подводящая – такая идеальная, что аж тошно.
* * *Возвращаясь из универа в расстроенных чувствах, пыталась вспомнить, что мама просила купить по дороге домой. Мало того, что настроение никакое, так ещё ветер пронзает до костей. Быстренько перебежала через дорогу, не доходя до светофора, и поспешила к магазину, лишь бы скорее спрятаться от ветра. В витрине отразились идущие прохожие и лохматая девушка, заворачивающая кофейного цвета шарф вокруг голой шеи. Рассматривая себя в отражении, провела пальцами по каштановым волосам, пытаясь их хоть как-то уложить. Модное пальто горчичного цвета с большими шоколадными пуговицами, на плече стильная сумка. Выгляжу хорошо, ну хоть в чём-то я лучше сестры, у меня есть вкус!
Похвалила себя и зашла в магазин.
С трудом уложенные волосы тотчас спутали обогреватели, дующие с двух сторон у входа. Вот чёрт!
Ладно, проехали!
Что там мама просила купить? Иду между стеллажей с продуктами, не обращая на них внимания. Кажется, только молоко и батон. Направляюсь в молочный отдел, беру молоко, и тут зазвонил мой телефон.
Одной рукой открываю сумку, пытаюсь нащупать телефон. Его, как назло, нет в кармашке, на ощупь лезу в другой отдел. Нет его и там. Ощупала всю сумку – ну нет его. Но ведь где-то есть, ведь всё ещё звонит. Нервы на пределе. Кладу молоко обратно, сажусь на колени, вытряхиваю всё из сумки, и вуаля – вот он, родной. Провела пальцем по экрану.
– Алло, привет, – здороваюсь с Радой. Мы с ней не разлей вода со школьной скамьи. Как познакомились, так до сих пор вместе.
– Привет, я по важному делу. У тебя есть планы на эти выходные?
– О да! Я, конечно же, не сдала зачёт, так что выходные посвящу ему любимому, – призналась честно, не боясь осуждения. Рада и так обо мне всё знает – как хорошее, так и плохое.
– А позже никак?
– Это вряд ли, – ответила с глубоким выдохом, – декан рвёт и мечет. А что?
– Тут такое дело: я уже купила билеты в Рим. Понимаешь, они были такие дешёвые, а мы так давно планировали… – пытается оправдаться Рада. – Завтра рано утром вылетаем, во вторник вернёмся. Когда у тебя зачёт?
– В среду, – буркнула в ответ.
Что ж такое делается-то, а? Ведь честно настроилась подготовиться к зачёту, так нет. Звонок подруги смешал все карты. Вот как теперь выбирать между Римом и зачётом?
– Лейра, ну пожалуйста, – принялась упрашивать змея искусительнице в лице Рады.
– Ты не представляешь, как мне хочется.
Боже мой, как решить то?
Ведь остался всего один год, и я кончу эту проклятую педагогику. Буду свободна и от неё, и от чувства долга перед всем нашим женским родом. Нет, не полечу, учёба важнее.
Перед глазами встал образ моего письменного стола в углу и кучи учебников. Моя решимость поблекла от осознания, как нудно пройдут выходные. А ещё внутренний голос так и шепчет: ты так давно мечтала увидеть Рим. Уверенности не придаёт.
А может, полететь, а потом за ночь подготовиться? Ведь на троечку как-нибудь смогу сдать, мне хватит; лишь бы проходной балл, чтобы декан отстал.
Ну разве это не форс-мажор?
Во-первых, непредвиденные обстоятельства. Кто ж мог предвидеть, что билеты в Рим вдруг подешевеют?
Во-вторых, непреодолимая сила. Могли бы вы противостоять поездке своей мечты?
– Летим, – сказала я с глубоким вздохом, как будто всё это время сдерживала дыхание.
– Ура! – визжит от радости мне в ухо Рада.
– Во сколько за мной заедешь?
– В четыре будь готова, пока, – и отключилась, она всегда так.
Сижу на коленях в магазине, среди книг и барахла из сумки, и тупо смотрю на отключенный экран.
Вот как так? Ведь только что направлялась домой, полная решимости подготовиться к этому чёртовому зачёту. И так получается каждый раз. Меня просто преследуют непредвидимые обстоятельства.
Собрала всё обратно в сумку и поспешила домой, ведь завтра утром я улетаю в Рим. Не могу поверить, что поездка уже так близко. Столько времени ждали хорошего предложения – и на тебе, так неожиданно. Правда, не вовремя, но всё равно замечательно. Приду домой, подготовлю маршрут, куда пойдём, что посмотрим, чтобы за четыре дня успеть как можно больше.
– Привет, мам, – поздоровалась, войдя домой.
Живём с мамой и сестрой в старой многоэтажке. Квартира скромная, давно не видевшая ремонта, но зато аккуратная и чистая.
– Привет. Купила, что я просила? – спросила мама, выходя из кухни и вытирая полотенцем руки.
Чёрт побери! Что ж за непруха-то такая, ведь была в магазине.
Изображаю уже профессиональное сожаление на лице.
– Мам, я забыла, – прикусываю губу и поднимаю глаза.
Мама не оценила.
– Где твоё чувство ответственности? Ты не можешь сделать элементарных вещей. Когда же ты, наконец, повзрослеешь? – стала ворчать расстроенная мама и вернулась на кухню.
– Мам, ну не сердись, – иду за ней на кухню, – я была в магазине, и мне позвонила Рада. Ты не поверишь, она купила билеты в Рим, представляешь? Я рано утром улетаю в поездку своей мечты, – стою напротив мамы, мечтательно сложив руки и закатив глаза.
Мама скептически на меня смотрит, уперев руки в бока, потом садится за стол и бросает полотенце.
– Ты такая безответственная. Как ты будешь жить? – она неодобрительно качает головой и глубоко вздыхает.
– Как, как? Как-нибудь, – отвечаю, разведя руки в стороны. – А вдруг у меня будет ответственный муж… – закатываю мечтательно глаза.
– Ага, щас! – огрызается мама, подражая своим ученикам. – Какой нормальный, ответственный мужчина захочет с тобой связать свою жизнь?
– Значит, останусь старой девой, – смиренно опускаю глаза, – и буду всегда с тобой.
– Горе ты моё, горе, – улыбается растаявшая мама, и морщины на ее лице разглаживаются. – Во сколько улетаешь?
– Рада заедет в четыре.
– Кофе будешь пить без молока, – строго отчитывает, – бутербродов не получишь. Или… – делает значительную паузу и указывает на дверь, – в магазин.
Посмотрела в окно – там тучи еле сдерживаются, не пролив тяжёлую ношу, порывы ветра безжалостно гнут к земле деревья. От одной мысли, что придётся выйти на этот промозглый холод, меня передёргивает.
– Буду пить чёрный кофе, – быстро определяюсь, решив из дома не высовываться. – Мам, извини, я так разволновалась после звонка Рады, что обо всём на свете забыла, – подошла и обняла маму за плечи.
– Иди уж, складывай вещи, – она махнула рукой, прощая мне всё.
Какая она у меня хорошая, самая лучшая. Жаль, что я не такая безупречная, как моя сестра Кира, которой можно лишь гордиться.
В своей комнате разложила на кровати вещи, которые собираюсь взять с собой. Их немного: пара маек, кофта, если будет холодный вечер, джинсы, бриджи и нижнее бельё. С антресолей достала уже спрятанные босоножки. Что мне ещё может понадобиться? Паспорт и подзарядка для смартфона. Сложила всё в рюкзак. Летим с дешёвыми авиалиниями, за багаж не платим, так что всё только в ручную кладь.
Присела к компу, подготовить маршруты нашей поездки. Почитала форумы, отзывы и советы, заказала и отпечатала билеты в музеи…
Всё готово, можно ложиться.
Посмотрела на часы – осталась пара часов сна.
* * *После того, как зазвонил будильник, бодро вскочила с постели. Если бы надо было вставать в универ, долго бы мучилась, ворочалась, еле встала бы, а как в поездку – бодрая, вся в предвкушении незабываемых впечатлений. В Рим ведь.
Тихо, чтобы никого не разбудить, пробралась на кухню. Заварила себе чёрный кофе. Не люблю я чёрный, но что ж делать, молока-то нет. Жду, пока приедет Рада.
Она, как всегда пунктуальная, подъехала к подъезду ровно в четыре. Прихватив рюкзак и тихо закрыв за собой дверь, сбежала вниз, впрыгнула в автомобиль. Смотрим друг на дружку, улыбаемся, без слов понимаем, что обе в предвкушении долгожданной поездки. В животе так и порхают бабочки, придавая восторженного возбуждения.
Полёт проходит за обсуждением наших маршрутов, так что даже не замечаем, когда начинаем приземляться.
Без проблем доезжаем и обустраиваемся в маленькой семейной гостинице, переодеваемся в летнюю одежду и, не теряя ни минуты драгоценного времени, идём смотреть город.
За эти дни обошли весь вечный город, побывали в музеях и на площадях, в закоулках, и каждый раз находили что-нибудь ещё и ещё красивее.
Время пролетело незаметно, остался последний день, а ещё столько хочется увидеть. Лёжа в постели с Радой, решаем, где его провести. Рим мы посмотрели, теперь хочется увидеть что-нибудь из окрестностей, ведь вечером улетаем.
– Давай махнём в Остию-Антику, – предложила, читая со своего смартфона, – в интернете пишут, что это самые большие оставшиеся развалины и добраться до них легко. Надо ехать на Б-линии метро в направлении Лаурентина до остановки Еур Маглиана, пересесть на Лидо и сойти на остановке Остиа Антика. Что думаешь? – повернулась к Раде.
– Давай, – легко согласилась Рада, – только сразу соберём вещи, нам надо выписаться из гостиницы, а из Остии поедем прямо в аэропорт.
Мы оделись, собрали вещи, а когда повернулись друг к другу – хором рассмеялись. Оказалось, мы оделись совершенно одинаково: бежевые бриджи и белые майки, только у Рады майка с Колизеем.
Прихватив рюкзаки, покинули гостиницу и пошли к ближайшему метро.
Глава 2
Купив билеты и карту в кассе музея, пошли по каменистой дороге, под коронами грациозных пиний, которые давали необходимую тень от осеннего, но всё ещё жгучего солнца. Под пиниями тут и там валялись большущие шишки, вокруг пахло свежим лесным воздухом. Чудесная погода, чтобы осматривать экспозицию под открытым небом.
Гуляем по античным развалинам. Город действительно внушительных размеров, вокруг остатки красной кирпичной кладки, былые изысканные залы с поблёкшими от времени фресками. Гордо возвышаются колонны разрушенного Капитолия, как будто не замечают, что он давно рассыпался и мало что осталось от былой роскоши. Хорошо сохранившийся амфитеатр напоминает, что жители античного города не только работали, но и имели потребность в развлечениях. Учитывая, какие красивые здесь бани, люди были чистые. Останки былого великолепия фонтана говорят о том, что город украшали; статуя целующихся детей сохранилась до наших дней.
Храм украшен напольной мозаикой, белыми колоннами и частично разваленными людскими фигурами. Удивительно, что всё это дошло до наших дней. Это восхищает и заставляет задуматься, что когда-то здесь жили такие же, как и мы, люди. Они ходили теми же дорогами, страдали, мечтали и тоже были неидеальны, как и я, или, наоборот, считали себя непогрешимыми.
Это античное место имеет особую атмосферу. Гуляя по его улочкам, чувствуешь когда-то пульсировавший жизнью город.
Наслаждаясь видами, ходим не тропинками, а по развалинам. Фотографируемся, лазим в проходы-лабиринты, у некоторых у входа есть надписи. Сверяемся с картой и идём всё дальше и дальше.
Увидев ещё один храм, посмотрели на надпись на камне и ищем в карте объяснения, куда это нас занесло. Рада не нашла, я решила не искать, махнула рукой и зашла внутрь. Красивый пол выложен мозаикой. Рада только сунула нос и вышла, а я осматривалась вокруг и увидела на стене надпись. Что интересно, она видна только из центра, когда стоишь на выложенном мозаикой иероглифе, чуть в сторону – и надпись исчезает. Подошла к стене, рассмотреть, что там за надпись – её нет и следа. Вернулась в центр, надпись аж светится. Странно. Что там написано? Надпись как будто разлилась, а потом сложилась в слово. Громко прочитала непонятное сочетание букв. Вспышка, и меня ослепило.
– Рада, какого чёрта ты включила вспышку? Теперь я ослепла, у меня белое пятно перед глазами, – ворчу на неё.
Стою, моргаю, но у меня белое пятно перед глазами, и ничего более. Постояла, чуть подождала, но белое пятно никуда не делось. Как такое может быть? Ведь я уже нормально вижу, но вокруг меня вместо красного кирпича развалин – белый зал.
Так, спокойно.
Этого не может быть.
Потёрла глаза, поморгала.
Осмотрелась.
Вокруг белый мраморный зал, никак не кирпичный. На полу такой же иероглиф, как и на той мозаике.
– Рада, ау-у, что за шуточки? Рада! – зову, но только эхо шепчет мне в ответ. Хожу по просторному залу, значительно большему, чем тот, в котором я была. – Ну что за детский сад, Рада! – раздражаюсь, не люблю, когда меня разыгрывают.
Тишина.
Как стены из красного кирпича превратились в белый мрамор? Здесь что-то не так. Хожу по залу, осматриваюсь. Меня так просто не напугать, я ведь выросла на ужастиках, пусть придумают что-нибудь пострашнее.
В конце зала заметила выход. Ну наконец-то! Пошла к нему. В дверях мне преградил путь солидного возраста мужчина в легинсах. Он пристально меня рассматривал.
Та-ак, это ещё что такое? Мало того, что одет странно, так ещё и рассматривает как музейный экспонат. Уже хотела возмутиться, но тут подошли ещё двое – высокие мужчины в легинсах и туниках – и уставились на меня. Учитывая, что теперь все трое рассматривали меня без обиняков, я делала тоже самое. Пришла к выводу, что они не итальянцы: высокие и светловолосые, ну и лица какие-то не такие, не итальянские.
Увидев человека на улице, примерно знаешь, из какой страны он приехал, а тут смотрю и никак не разберу. Вот не такие они, и всё тут.
– Kar amub? – произнёс высокий мужчина с пшеничными волосами.
– Я вас не понимаю, – ответила заученную фразу по-итальянски.
Посмотрела на их реакцию – не поняли.
Сказала по-английски – не помогло, по-русски даже не надеялась – не поняли.
Они явно прислушивались, пытаясь понять, но было очевидно, что мы друг друга не понимаем.
Светловолосый поводил вокруг меня руками, побормотал что-то себе под нос и опять:
– Kar amub?
Помотала головой. Но ведь они говорят не по-итальянски и вообще не понимаю, какой это язык. Ведь услышав речь, её идентифицируешь и хотя бы знаешь, какого языка не понимаешь, а тут…
Ладно, проехали. Иду, поищу Раду.
Но не тут-то было, все трое загородили мне выход. Что это значит?
Рассердилась, нахмурила брови, сложила руки на груди, стою перед ними, как нахохлившийся воробушек. Они-то в полтора раза выше меня.
Светловолосый всё не успокоится, водит руками вокруг меня и бормочет.
Ну сколько можно здесь стоять? Может, заплакать? Мужчины не любят женских слёз. Набрала побольше воздуха и…
– Кто ты? – спросил светловолосый на понятном мне языке, глядя с надеждой.
– Я Лейра, а вы кто?
– Наконец-то подобрал нужное заклинание, – светловолосый вздохнул с облегчением.
– Ну-ну, заклинание, говоришь, – приподняв бровь, смотрю на них скептически, а сама думаю: «Мама куда я попала!».
– Да, – подтверждает с серьёзным видом, – мы же не знаем, из какого мира ты к нам попала.
Мои глаза медленно ползут на лоб. Попала так попала! Они же чокнутые, и я стою среди этих неадекватных типов. Надо скорее делать ноги.
– Я лучше пойду, мне ещё подругу надо найти, – пытаюсь осторожно их обойти, но не тут то было. Они плотнее встали в проходе, категорически не разрешая пройти.
– Куда ж ты пойдёшь, ты не знаешь нашего мира, – осторожно, как бы боясь меня спугнуть, говорит светловолосый. – Ты теперь в другом мире, и ты здесь одна.
Боже мой, да это же ролевики! А я-то думаю, что за другой мир и странная одежда. Казалось бы, взрослые люди, а переодеваются, бегают, играют, воссоздают компьютерные игры. Чокнутые.
– Я в ваши игры не играю, – отрезала, пытаюсь растолкать их и выйти из зала.
Они переглянулись и пропустили.
Вырываюсь и иду быстрым шагом, лишь бы подальше.
– Это не игра, – говорит мне вдогонку светловолосый.
Ага, как же?!
Удаляюсь от них быстрым шагом и в какой-то момент понимаю, что иду по другому белому залу с колоннами. А где развалины из красного кирпича? Останавливаюсь, осматриваюсь. Вокруг меня громадный мраморный зал с высоченными колоннами. Взглядом встречаюсь с встревоженным взглядом светловолосого.
– Где я? – горло сдавливает нехорошее предчувствие неприятностей, глаза наполняются слезами.
– Ты попала в Аворию, город Авор, – подходя осторожно, чтоб не напугать, успокаивающе отвечает ролевик. – А это зал магов.
От последних его слов мгновенно пришла в себя. Нет, ну он точно чокнутый.
– Как отсюда выйти? – спрашиваю с крупицей настороженности. А вдруг эти чокнутые не дадут уйти до конца их игры? И попробуй им объясни, что я здесь случайно.
– Идём, я тебя провожу, – спокойно ответил ролевик, как бы смирившись с тем, что меня придётся отпустить. Провёл по залу и показал на арку, которая ведёт на улицу.
– Спасибо, – поблагодарила его и прибавила шагу, торопясь скорее покинуть злосчастное место.
Выскочила на улицу. На улицу!
Туда-сюда по белоснежным улицам ходят по своим делам люди. А где же развалины? Этого не может быть! Не может!
И тут на меня находит озарение. Точно! Так оно и есть, это декорации. Смотрю по сторонам, пытаясь найти камеры. Ну и разыграли меня! Улыбка сама собой растянулась на всё лицо.
– Ну и где же камеры? – улыбаясь, спрашиваю ролевика, который вышел за мной. – Ну, вы даёте, человек, может инфаркт получить от такого розыгрыша. Ладно, поймали меня, давайте посмеёмся, и я пойду. У меня времени впритык, мне ещё на самолёт надо успеть. Ну, давайте, вылазьте, где вы там спрятались?
Несколько прохожих странно на меня посмотрели и пошли дальше.
– Что происходит?
Сердце заколотилось как бешенное, ладони вспотели, стало трудно дышать.
– Что-то мне нехорошо, – согнулась и схватилась за голову.
Меня подхватил ролевик, посадил на скамью, стоящую рядом со входом.
– Дыши, у тебя шок, – он присел около меня и наклонил мою голову к коленям. – Сейчас станет легче, в голову прибежит кровь. Постарайся дышать и не волноваться.
Сижу на скамье, обняв колени руками, и качаюсь из стороны в сторону, отказываясь принять тот факт, что передо мной другой мир. Другой!
– Давай вернёмся внутрь и поговорим, – ласково предложил ролевик, или чокнутый, или то и другое вместе. А может, это я того?..
Пробую встать. Ноги не слушаются, будто ватные. Меня под руки подхватили ролевики и повели в кабинет. Осторожно посадили на стул, а сами сели напротив и уставились на меня. Третий ролевик остался охранять дверь. Неужели думает, что убегу? Меня ж ноги не слушаются, и в ушах гудит, перед глазами белые круги. Меня сейчас вырвет.
– Мне плохо, – еле выговариваю и закрываю глаза.
Один из них подскакивает и водит около меня руками. Ощущаю идущее от него тепло и спокойствие.
– Давай спокойно поговорим, – начал светловолосый, – правильно ли я понял, что тебя зовут Лейра?
– Да.
– Меня зовут Ховард, – представился светловолосый, – я маг. Это Эгей, он маг-врач. У двери стоит Матвей, он встречает таких, как ты.
– Что значит «таких, как ты»? – встрепенулась от этой фразы.
– Ты прошла через закрытый портал в наш мир. Не в другой город или другую точку назначения, а в другой мир, – подчеркнул Ховард, внимательно наблюдая за моей реакцией.
Другой мир, портал… что за абсурд, ведь так не бывает. Мысли в голове путаются, разум честно отметает любые предположения о других мирах, и я с ним согласна. Что за бред?!
Кто в здравом уме в это поверит? Вот и я не верю.
Мой взгляд бегает от одного мага-ролевика к другому. Меня захватили маньяки-убийцы, пытаются мне что-то внушить. Я ж не дура, соображаю, что дни, минуты, а может, и того меньше, уже сочтены. Захотелось забиться в уголок и расплакаться, как маленькой девочке, со словами «хочу домой».
Увидев мою растерянность, ко мне подошёл Эгей, взял за руку.
– Делай глубокий вдох и выдох, попытайся успокоиться. Тяжело принять такую новость, ещё и наш мир на тебя действует, ты это особо чутко воспринимаешь, пока не адаптируешься.
От его руки исходило приятное тепло, которое окутывало, как тёплый кокон, ограждающий от всех неприятностей. Всё вдруг будто замедлилось, смотрю как через туман. Понемногу всё рассеялось, и стало легче.
– Ну как, лучше? – спросил Эгей.
– Да, – кивнула с благодарной улыбкой в ответ.
– Расскажи, как ты к нам попала? – попросил Ховард. Я пожала плечами.
– Да я сама не знаю.
– Что ты делала, прежде чем попасть сюда?
– С подругой ходили по старым развалинам, – начала я, и вдруг меня осенило – я же зашла в какой-то храм и прочитала надпись, а потом… от осознания того, что произошло, моя челюсть отвисла, а глаза поползи на лоб. Так вот в чём дело. Это тот иероглиф.
Руки от возбуждения затряслись, я открывала и закрывала рот, как рыба в аквариуме, слова застряли в горле.
– Лейра успокойся, – велел Эгей, – вдохни и выдохни, а теперь говори.
– Я зашла в полуразваленный храм, на полу которого был мозаикой выложен иероглиф, а на стене показалась надпись.
– Ты помнишь, как выглядел иероглиф? – заинтересовался Ховард.